0,5
7 июля 2019 г., 17:22
С акумой в тот день пришлось особенно сложно, герои Парижа затратили на её поимку гораздо больше времени и сил чем обычно. Их зрение забирала себе Ночь — новая злодейка, из-за чего они могли различать только свет и тень. Но в победе им помог тот факт, что женщина была вся покрыта тьмой, а на улице был ясный день, так что эта «грозовая туча» была быстро поймана.
— Пока, Котик! — убегая, кричала божья коровка, ведь трансформация вот-вот начнётся.
— До встречи, мяуле… — закричал ей в ответ Кот Нуар, который уже медленно начинал превращаться, но не вовремя наступил на трубу, лежащую на крыше, и с громким «МЯУ!» он упал.
— Кот! Ты цел?! — ЛедиБаг тут же остановилась и обернулась на звук. — Кот Нуар!
Девушка подбежала к лежащему на животе парню и перевернула его.
— Кот, твой нос! — синевласая успела только посадить блондина, чтобы кровь не затекла в лёгкие, после чего заметила тёмную полоску, проходящую по его телу в направлении от ступней к голове. Он превращался обратно. — Кот, т-ты…
— Адриан! Какого чёрта ты меня так вымотал? — квами чёрного цвета вылетел из кольца, медленно плывя по воздуху в сторону нагрудного кармана рубашки хозяина. — Чего ты разлёгся? Помог бы мне сыр достать. Я чертовски голоден из-за тебя.
И тут квами заметил ЛедиБаг, ошарашенно наблюдавшую за этой сценой, отчего он даже не смог удержать в лапках сыр.
— Мяуледи, позвольте представиться, Плагг, — мини-версия кота поклонилась и продолжила мучиться с сыром.
Серёжки предупредительно пискнули.
— П-плагг, позаботься об Адриане, мне нужно спешить! — на спотыкающихся ногах героиня двинулась к краю крыши.
— Конечно, передавай Тикки привет!
***
— Отличная работа, Адр… то есть, Кот, — до сих пор краснея, произнесла девушка. — Моя леди, я же просил тебя. ЛедиБаг слишком странно себя вела, что заставляло Нуара негодовать. Ну и что, что теперь тайна его личности раскрыта? Неужели её отношение могло так сильно поменяться только из-за того, что маска спала? Он сам из-за этого ничуть не менялся. Хотя, зачем спрашивать если всё и так видно. Видимо, его леди в обычной жизни немногим отличалась от остальных его поклонниц, которые чуть ли не молились на постеры с его лицом. С лицом модели. Впрочем, от незначительных изменений во внешности его лицо не должно было сильно измениться, это доказывает наличие фанаток и у его геройской стороны. Почему же Леди так яро отвергала Кота, но так же сильно обожала Адриана? Неужели это всё из-за его дурацких каламбуров? На Леди слишком сильно давило оказываемое им внимание? Возможно, но абсолютно точно бред. А может, всему виной его влиятельный отец и слава, которая, без сомнений, достанется будущей невесте юного Агреста? Почему-то мысли об этом сильно разозлили Адриана. То ли из-за того, что он позволил себе усомниться в его Леди, то ли из-за того, что его Леди дала ему повод усомниться в ней. — Ко-тик, ты слушаешь меня? — парень с трудом вынырнул из своих мыслей. — Скушаешь шмеля? — попытался вернуться в свой образ предвестник неудачи, но услышал нежный девичий смех в ответ. Который ещё больше разозлил его, ведь он никогда не слышал, чтобы божьей коровке нравились его шутки. — Я предложила сходить куда-нибудь во время ближайшего патруля, — после таковых, казалось, безобидных слов, Адриан только начал злиться сильнее. Только что защитница Парижа номер один предложила ему, её напарнику, пренебречь своими обязанностями: вместо охраны порядка прогулку по парку. — Т-ты… — незамеченный собеседницей выдох сквозь зубы, больше похожий на шипение, — зачем зовёшь меня? Нет других дел? — пренебрежение в голосе прошло мимо ушей голубоглазой. — Ну-у, иногда их можно и перенести, — увидев непонимание в глазах напротив, девушка смутилась. — Просто… Ты мне нравишься, очень. Уже не первый день и не неделю. Так позволь же мне хотя бы одно свидание, — божья коровка упустила свой последний шанс на восстановление нормальных отношений между ней и её напарником. — Я ненавижу тебя, — оба застыли от этих слов, но по разным причинам. Адриана переполнял гнев, не позволяющий нормально говорить, а Маринетт, в свою очередь, не была уверена в том, что услышала, ожидая продолжения. — Настолько эгоистично ты себя ведёшь! Что, как узнала кем является твой надоедливый напарничек, так сразу стала его любить и уважать, смеяться с его шуток? Я ненавижу таких людей как ты, мне они противны до боли зубах. Смóтрите только на модельную внешность, не замечаете внутренний мир человека. Я, будучи котом, открывал тебе всего себя. Без маски же, мы ни разу не общались, в чём я уверен. Тебе нужно только то, что у тебя появится от союза со мной: слава, известность и прочее, ведь своих недостаточно. А я тебе нужен? Такой, какой есть? С отвратительными бесконечными шутками, с любовью к ночным прогулкам по крышам и разбитым тобою сердцем? Не нужен! Я. Тебя. Ненавижу, — душу излил, теперь можно и о последствиях подумать. ЛедиБаг не знала, как ей дальше поступить: сказать что-либо или убежать. Серёжки решили всё за неё. — Я, я… то есть мне. Мне пора, — и снова спотыкающиеся ноги уносят героиню прочь.***
— Маринетт, произошло что-то серьезное? Ты выглядишь уставшей. Хочешь, я попрошу мадам Бюстье отвести тебя к медсестре? — весь следующий день Алья донимала подругу расспросами. — Ничего такого, честно, просто небольшая слабость, да и осталось до свободы всего пара часов, — Дюпен-Чен повернула голову, лежащую на парте, в сторону спросившей. — Что-то, связанное с Адрианом, да? — сказала Сезер шёпотом, наклонившись к уху голубоглазой. — Ты с самого утра пытаешься просверлить в его спине дыру взглядом. «Боже мой, Алья, ты не представляешь, как же ты права!» — подумала Маринетт, которой до слёз хотелось рассказать правду подруге! Но ведь тогда под угрозой бы оказалась тайна её геройской личности. Единственной, с кем бы она могла поделиться своими чувствами, обсудить произошедшее, была Тикки. Но синевласой эта история казалась слишком личной, может даже постыдной, пусть стыдиться там особо нечего, чтобы обсуждать её с квами, с которой она проводит едва ли не всё своё время. — Если это из-за того, что Хлоя опять вцепилась своими наманикюренными коготками в белоснежную шейку Агреста, то мы ей их пообстрижём. Слушай, я берегла этот план на крайний случай, но, видимо, сейчас именно он, — заговорчески прошептала девушка. Из всех слов парижанка изначально выловила только фамилию Агрест. Адриан… Почему он сказал ей все те обидные слова? Даже не дал шанса объясниться! Почему на её предложение он так отреагировал? Она ведь всего лишь позвала его на свидание… Если он так отнёсся к признанию от ЛедиБаг, героини Парижа, то как он отнесётся к признанию от Маринетт, самой обычной девушки, живущей самой обычной жизнью? — А-алья… — вымученный стон сорвался с губ. — Сезер! Дюпен-чен! Кто-то из вас сейчас будет отвечать на мой вопрос. Сейчас-сейчас… — мадам Бюстье начала листать свой журнал, вычисляя, у кого же меньше оценок. — Маринетт, вставайте. — Да, мадам, — сказала будущий дизайнер и одним движением попытался встать из-за стола, но, не успев сделать и шага, схватилась руками за голову, медленно оседая на пол. — Только посмотрите, она умудрилась упасть даже стоя на месте! — противный смех Хлои не оставлял даже сейчас. — Хлоя! — возмущённый восклик. — Немедля прекратите! Мисс Дюпен-Чен, вы сможете подняться? — Мадам Бюстье, позвольте мне отвести её к медсестре, — сказал тот, чей голос девушка меньше всего (хотела) ожидала услышать. Это был Адриан. Маринетт умоляюще посмотрела на подругу. — Мадам Бюстье, позвольте мне, — спасительница-Алья тут как тут, — Адриану всё равно уже пора собираться на фехтование. — Мистер Агрест, собирайтесь, Алья, отведи Маринетт до мед кабинета, — женщина не стала выяснять на самом ли деле у Адриана есть какие-то свои обязательные занятия, решив, что важнее помочь ученице. — Подруга, ты как? — тут же прозвучал вопрос, стоило одногруппницам выйти из помещения. — В норме, просто резко в глазах потемнело, когда встала, — отмахнулась девушка, но её собеседница сразу поняла, что прозвучала ложь. — Маринетт, — Алья положила руку ей на плечо, — ты можешь довериться мне. — Конечно, — голубоглазая слабо улыбнулась и обняла подругу. — Идём. До пункта назначения они добрались без проблем. Сестра внимательно выслушала и осмотрела Дюпен-Чен, написала для мадам Бюстье записку и наказала довести ученицу до дома. Роль проводника также пала на плечи Сезер, но она была только рада. На следующий день Маринетт осталась дома, как решили её родители. Естественно она тут же сообщила лучшей подруге об их решении, едва оно было принято, о чём та, в свою очередь, сказала учителям. — Пс-с, чувак, — виновнику произошедшего прилетел тычок локтем в бок от соседа. — Что с Маринетт? — Я должен это знать? — ответил вопросом на вопрос блондин. — Просто она весь вчерашний день от тебя глаз не отрывала, по словам Альи. Я и подумал, что это как-то с тобой связано, и ты должен знать. Но кажется ты… Вот чёрт!.. — резко воскликнул Нино, повезло, что по прежнему шёпотом. Преподаватель недовольно посмотрел на друзей, но решил, что проблемы с отцом одного из них ему не нужны и продолжил объяснять материал, иногда щёлкая мышкой для перелистывания слайдов презентации по необходимой теме. — Ты что-то знаешь? — любопытный взгляд влево. — Чувак, пожалуйста, скажи, что ты не отверг её! — в этот раз сразу две пары глаз (вторая принадлежала Алье, сидящей за двумя парнями, случайно услышавшей нечто важное), ожидающих ответной реакции, уставились на молодую модель. — Ч-что? Д-да вроде нет… С чего такие мысли? — всё ещё не дошёл Адриан, всегда считавший, что все вокруг — его друзья и иначе быть не может. — Возможно, мы откроем тебе тайну, но Маринетт влюблена в тебя по уши, — раздался девичий голос над ухом. — Из-за этого фактора и её поведения, мы решили, что она таки набралась смелости признаться. Но я вчера не стала из неё что-либо выпытывать, поэтому мы решили спросить тебя. — Маринетт что? Как… Когда она...? — кажется, до адресата начал доходить смысл сказанного. Полученная информация всё ещё не могла уложиться у него в голове. — О-о-о, уже давно, чувак. Этого мог не заметить только идиот, — с ухмылкой произнёс юный диджей на одном дыхании, но решил притормозить. — Оу, ну, или ты. — Спасибо Нино, ты меня утешил, — Агрест положил руки на гладкую поверхность стола, а на них свою голову. Остаток пары он решил потратить на размышления. Неловкость и неуклюжесть Маринетт при виде него теперь были легко объяснимы одним лишь словом — влюблённость. Если подумать, то Адриан видел многих, кто так себя вёл, при виде своего объекта обожания. Взять того же Натаниэля, который когда-то боялся даже подойти к той же Маринетт. Но странно, что она сама в последнюю встречу со своей любовью, даже с ней не поздоровалась, и, лишь закусив губу, прошла мимо. Такое поведение он тоже замечал, опять-таки, за Куртцбергом. После случая с акуманизацией он некоторое время сторонился Дюпен-Чен, а через день-другой стал относиться к ней как к подруге — не больше, стал общаться с ней как и с остальными. Если Маринетт вдруг охладела к Адриану, то не перестанет ли она дружить с ним? Агрест слишком хорошо знал каково это — быть одиноким, и не желал этого ни себе ни ей. Конечно, у них ещё останутся Нино с Альей, но друзья это не монетки чтобы рассуждать, мол одним больше, одним меньше. Поэтому блондин твёрдо решил, что завтра он точно поговорит с Маринетт, во чтобы то ни стало.
