Gunning down romance

Глава 3 Пять месяцев назад Думаю, нет особой нужды говорить о том, что утро пятницы было ужасным. Прошлой ночью я спал всего три часа. Пытался поспать подольше, прекрасно осознавая, что нехватка сна начинает сильно на мне сказываться. Даже принял снотворное, но толку от него не было, все равно никак не удавалось заснуть. Остаток ночи я провел на кухне - приготовил все, что только можно было приготовить. Это не помогло мне избавиться от беспокойства о сестре и страха перед тем, чего же хочет от меня Шульдих. Зато помогло убить время, и ночь прошла незаметно. Все стало еще хуже, когда взошло солнце, и пришлось пойти на работу. Ужасно себя чувствую - я почти не ел и не спал все эти дни. Но гораздо больше меня угнетает предстоящая встреча с Шульдихом. И я даже не пытаюсь этого скрывать, надевая маску полнейшего равнодушия. Не хочу наблюдать за всеми этими школьницами, наводнившими магазин. Сегодня в школе нет занятий, поэтому с самого утра мы работаем вчетвером, чтобы справиться с наплывом посетителей. Девчонки такие шумные и надоедливые, они ужасно меня раздражают. Я больше не говорю им: "Покупайте что-нибудь или убирайтесь!" Это все равно никогда не срабатывало. Теперь же я просто смотрю так, что все понимают - лучше не приближаться ко мне, если они не собираются приобретать цветы. Получается неплохо - наверно, убийственные взгляды действуют куда эффективнее, чем простое раздражение. Давно надо было это использовать. Я, наверно, напугал Оми таким взглядом, но меня это совершенно не беспокоит. Не сегодня. В итоге одна из девочек заливается слезами, и Йоджи хватает меня за локоть и вытаскивает из магазина в комнату. Позволяю ему тащить меня - тоже способ оставить, наконец, эту толпу. И мне абсолютно не жаль девчонку - это ее проблемы, если ей не понравился мой взгляд. Я не в том настроении, чтобы кого-то жалеть или сочувствовать. Мне и своих забот хватает. Йоджи закрывает дверь в комнату, смотрит на меня обеспокоено. Он разворачивает меня лицом к себе, пристально глядит своими зелеными глазами. - Айя, тебе надо успокоиться! - Нет, не надо. Я пытался успокоиться. Угробил на это половину предыдущего дня. И у меня ничего не получилось. Йоджи отпускает мою руку, и я бросаю на него злобный взгляд. - Айя, вчера я оставил тебя в покое и не стал расспрашивать, но, по-моему, все стало только хуже. Кен боится с тобой работать - ты совершенно не в себе. Смотришь на этих девочек с такой же ненавистью, как когда-то на Такатори. Ты такой бледный, словно не спал сотню лет, и не можешь ни на чем сосредоточиться. Когда-то я считал, что ты непрошибаем. Но теперь ты сам не свой. Что случилось? Вчера я был благодарен ему за заботу, но сегодня меня это раздражает. Времени почти не осталось, всего лишь через час мне придется встретиться с Шульдихом. - Йоджи, - начинаю я предупреждающе. - И твоя одежда лишь подчеркивает твою бледность, - Йоджи указывает на мой черный свитер и черные джинсы. Я оделся во все черное, как и потребовал Шульдих. Пытаюсь прогнать воспоминания о его хриплом шепоте прямо мне в ухо, когда он сообщил о том, что мне идет черный цвет. - Ты похож на привидение в этом наряде. Ты хоть в зеркало на себя смотрел? - Я хмурюсь и отворачиваюсь. - Айя, пожалуйста, скажи мне, что с тобой происходит! - Я не могу! - я вырываюсь, откидывая его руку. Зеленые глаза пристально смотрят на меня: - Значит, ты не не хочешь, а не можешь рассказать? - спрашивает он. Ругаю себя за эту оплошность - надо же было такое ляпнуть! - Айя, мы знаем друг друга уже почти два года. Что ты не можешь сказать мне? - Мои губы сжимаются в тонкую линию, и Йоджи произносит уже более мягко: - Айя… - Отстань от меня. - Ты не хочешь сказать сейчас… то есть не можешь, - исправляется он. - Но в таком случае когда? Когда это окончательно изведет тебя? Я не отвечаю, направляясь мимо него к двери. - Тебе ведь совершенно не хочется туда возвращаться, - говорит Йоджи мне в спину. - Чего же ты так торопишься? Я застываю возле двери. Он прав - я действительно не хочу возвращаться. Просто мне не нужны его вопросы и беспокойство. Оборачиваюсь, наши взгляды встречаются. Вижу сожаление в его глазах. В итоге я все-таки открываю дверь и вновь оказываюсь в суматохе Конеко. Девочки шарахаются от меня, и я возвращаюсь на свое рабочее место. Через минуту подходит Йоджи, лучезарно улыбаясь нашим посетительницам. Я бросаю на него еще один взгляд, прежде чем полностью переключить свое внимание на цветы. Он здорово умеет перестраиваться с одного на другое - у него есть маски на все случаи жизни. Он лишь выбирает, когда какую надеть. В прошлой жизни он, наверное, был актером. Последние пятнадцать минут смены пролетают слишком быстро. Я даже не сразу соображаю, что магазин закрыт на перерыв. Понимаю это только тогда, когда Кен спрашивает насчет обеда. Девчонки ушли и, наконец-то, стало тихо. Остальные находятся с другой стороны магазина. Оми сидит на столе, свесив ноги. Он тоже не будет работать в сегодняшнюю дневную смену, но останется и составит компанию нашим товарищам по команде за обедом. Смотрю на прилавок перед собой, машинально на нем прибираясь, но мои мысли витают далеко отсюда - я не могу выкинуть из головы маленький уголок парка, где мне предстоит встретиться с Шульдихом. Руки непроизвольно сжимаются в кулаки, и я закрываю глаза. Тяжело вздыхаю. - Айя! - окликает меня Кен достаточно громко для того, чтобы я обратил на него внимание. Судя по всему, он пытается дозваться меня уже некоторое время. Я оборачиваюсь и вижу, что все трое внимательно смотрят на меня. - Как насчет того, чтобы пообедать? Я абсолютно не чувствую голода при мысли о еде. Мне надо в ванную. Развязываю фартук. - Я не хочу есть. - Не хочешь? - мрачно переспрашивает Оми. - Ну же, Айя-кун, мы так давно не обедали вместе. Мы очень редко собираемся вместе, за исключением миссий. - Мы все утро вместе провели, - отрезаю я и снова отворачиваюсь. Я легко справился с завязками фартука на талии, но вот узел на шее никак не поддается. Мне надо развязать его. Почему никак не получается? Я изо всех сил пытаюсь держать себя в руках. Я, Ран Фуджимия, никогда не теряю над собой контроль! Внезапно на мои руки ложатся чьи-то ладони. Удивленно оборачиваюсь и вижу Оми рядом. Я не слышал, как он подошел. Он колеблется, взглядом спрашивая разрешения помочь мне с завязками фартука. Затем двумя легкими движениями развязывает узел. Подхватываю фартук и ухожу, не сказав ему ни слова. Меня тошнит так сильно, что я больше не могу оставаться здесь ни минуты. Вешаю фартук на крючок и спешу в ванную. Вовремя. Мгновение спустя меня уже выворачивает тем немногим, что я с трудом заставил себя съесть на завтрак. Устало закрываю глаза. Несколько минут прихожу в себя, затем медленно поднимаюсь на ноги. Ополаскиваю лицо и рот. Лучше мне не стало - напротив, тошнит еще сильнее и горло горит. Смотрю на свое отражение в зеркале, попутно вытирая руки. Йоджи был абсолютно прав - я действительно хреново выгляжу. Возможно, если мой внешний вид будет отвратителен, Шульдих больше не захочет ко мне прикасаться. Или, может, он просто отыграется на Айе. Я до сих пор не понимаю, зачем Шульдиху все это. Для чего Шварц понадобилась Айя? Что они хотят? Что на самом деле нужно от меня Шульдиху? Почему он затеял эту игру? Что за странные условия? Столько вопросов - и все без ответов. Я должен получить ответы. Я должен найти Айю и узнать, зачем Шульдих ее похитил. Медленно выхожу из ванной. Мои товарищи тоже сняли фартуки и теперь тихонько переговариваются между собой. Кен замечает меня и толкает Йоджи. Еще один наглядный пример того, что у Кена напрочь отсутствует деликатность - сложно не заметить, как он сделал это. Все трое мигом замолкают и очень серьезно и изучающе смотрят на меня. Я прекрасно понимаю, что они собираются что-то сказать. И я не хочу слышать, что именно. - Мы решили заказать обед у Фуджики, - неловко произносит Оми, нарушая тишину. - Ты уверен, что не хочешь поесть с нами, Айя-кун? Я не собираюсь еще раз отвечать на этот вопрос. Молча направляюсь к чулану. Они снова начинают шептаться еще до того, как я успеваю закрыть за собой дверь. Мои ключи находятся на гвоздике перед выходом, и я забираю их. Открываю дверь и пытаюсь решить, в состоянии ли я сейчас ехать куда бы то ни было. Чувствую себя отвратительно из-за того, что почти не ел и не спал в последнее время. Похоже, идея поехать в парк на машине никуда не годится. Убираю ключи в карман. Бросаю единственный взгляд на свою машину и отправляюсь в парк пешком. Так будет безопаснее. Недобро усмехаюсь. Я не знаю, как много времени мне придется провести с Шульдихом. Я даже не знаю, собирается ли он оставить меня в живых. Столько сомнений, столько вопросов, столько всего непонятного и неправильного с этой его игрой. Я знаю только то, что Айю похитили, и ради того, чтобы с ней все было в порядке, я буду играть по правилам Шульдиха. - Айя! - меня окликает Йоджи. Не знаю почему, но я останавливаюсь и возвращаюсь узнать, чего он хочет. Он держит в руках свои собственные ключи. Переводит взгляд с меня на мою машину, которую я оставил у входа. - Я собираюсь пообедать где-нибудь. Тебя подбросить? - он склоняет голову набок. - Не смотри на меня так. Я предлагаю подвезти тебя только потому, что ты оставил здесь свою машину. А для пешей прогулки ты плоховато выглядишь. Он что, лучшего предлога не мог найти? - Я собираюсь в парк. Йоджи предлагает мне воспользоваться его машиной: - Парк слишком далеко. Если ты плохо себя чувствуешь, чтобы поехать туда самостоятельно, давай я тебя отвезу. - Это не так уж и далеко. Йоджи выразительно смотрит на меня. - Туда пешком не менее получаса добираться. Непохоже, что ты сейчас способен на такое. Поехали! - он приглашающе указывает на свою машину. Пристально смотрю на него в полной тишине. Взвешиваю все за и против. Ехать с ним или нет? Конечно, я не настолько слаб, чтобы даже до парка не добраться. Я должен просто повернуться и уйти, оставив его здесь. Именно так я поступил бы пару дней назад. Но пару дней назад я поехал бы на своей машине. Сегодня же у меня не получается превратить собственные мысли в действия. Я повторяю себе мысленно, что нужно идти, но даже с места двинуться не могу. Но я не хочу ехать с ним. Ведь тогда мы доберемся до парка слишком быстро. А, может, и правда лучше будет приехать туда как можно скорее. По крайней мере, меньше времени останется на размышления о том, что должно произойти. Йоджи осторожно берет меня за руку и тянет к машине. Я пытаюсь сопротивляться, но мое тело не слушается меня. Я абсолютно измотан и физически, и морально - последние три дня были сущим адом, спасибо Шульдиху. Йоджи собирается усадить меня на пассажирское место. Смотрю на него сердито, прежде чем сесть. Он закрывает дверь до того, как я успеваю устроиться, и я посылаю убийственный взгляд ему в спину, пока он идет к водительскому сидению. Пристегиваюсь и закрываю глаза, скрестив руки на груди - пусть Йоджи не думает, что если я еду с ним, то мне очень нужна его компания. Он сразу же понимает намек - остальные двое наверняка не поняли бы. Машина заводится, и мы трогаемся с места, плавно выезжая на трассу. Между нами повисает тишина, но она совсем не беспокоит меня. Молчание Йоджи означает лишь то, что он прекрасно понимает, что ничем больше не может мне помочь. Поэтому он и не ждет от меня разговоров. Это уютная тишина, хоть и с оттенком легкого беспокойства. Нахожу в этом странное успокоение. Я и не заметил, как уснул, пока не ощутил легкое прикосновение к своему плечу. С трудом открываю усталые глаза и вижу парк из окна машины. Это шокирует меня. Мы же только что были в магазине, а теперь оказались здесь…? Как я оказался в парке, снова…? Утомленно потираю веки, пытаясь привести мысли в порядок. Зачем меня разбудили? - Эй, - мягко произносит Йоджи. - Может, тебя домой отвезти? У тебя такой измученный вид. Боже мой, эта идея кажется мне настолько привлекательной… Я чувствую себя еще хуже, чем раньше - не надо было засыпать на пару минут. И я никак не могу вспомнить, почему… «Кис-кис-кис», - дразнит меня мысленный голос Шульдиха. Реальность стремительно обрушивается на меня. Смотрю на часы - 12.59. Йоджи позволил мне спать так долго?! «Ты наконец-то добрался или мне можно уезжать? Поверь, я найду и другие способы развлечься, если ты передумал. У тебя осталось десять секунд. Люблю пунктуальных людей!» - мысленно сообщает мне Шульдих. Мне совершенно не нравится, каким тоном он произносит "другие способы". Мысли моментально возвращаются к Айе, и меня охватывает паника. Отстегиваю ремень безопасности с максимально возможной скоростью. Йоджи слишком поражен резкой сменой моего настроения и не успевает остановить меня до того, как я стремительно покидаю машину. Я хлопаю дверцей, проигнорировав его шокированный взгляд. Шульдих начинает обратный отсчет. А я к тому же еще и нахожусь не с той стороны парка, которая мне нужна - я не сказал Йоджи, где именно мне надо быть. И вот теперь Шульдих ждет меня с восточной стороны, а я сейчас - на западе. Я не успею пересечь парк за десять секунд, но могу хотя бы попытаться сделать это. Полюбуйся, Айя, как я подведу тебя в очередной раз. «Два, один», - Шульдих материализуется прямо передо мной, и я не успеваю остановиться. Он так близко, а я бегу слишком быстро. Он усмехается, распахивая руки, и я попадаю прямиком в его объятия. Шульдих обнимает меня, не давая упасть. Хочу освободиться, но нервотрепка последних трех дней меня вконец измотала. Я почти не спал, очень мало ел, да еще и эта пробежка по парку - все вместе меня доконало, лишив последних сил. Если бы Шульдих не держал меня, я бы уже упал. Задыхаюсь в его объятиях и отчаянно борюсь с головокружением. «Между прочим, скамейка находится не здесь, - мысленно произносит Шульдих. - Ну да ладно - на сей раз я не придам этому особого значения». На сей раз. Шульдих направляется к своей машине, поддерживая меня, словно чувствует, что я не могу двигаться самостоятельно. Впрочем, он телепат, так что может знать это наверняка. Изо всех сил пытаюсь не думать, полностью сосредотачиваясь на движении вперед. Проходит целая вечность, прежде чем нам удается добраться до автомобиля. Шульдих открывает для меня дверцу. Как только я оказываюсь на сидении, он ее захлопывает. Закрываю глаза и пытаюсь дышать ровно. Устало прислоняюсь лбом к стеклу. Шульдих заводит машину, иностранная музыка льется из колонок, грубый голос поет какую-то громкую песню. Несмотря на шум, я чувствую, что засыпаю. С радостью проваливаюсь в сон. * * * Мой котенок болен. Я не удивлен. В течение трех дней я наблюдал, как ему становилось все хуже и хуже. Было забавно читать его мысли, наблюдать, как его надежда превращается в отчаяние. Он сходил с ума, изводя и разрушая себя. Я ничего не предпринимал, просто наблюдал за ним, и мне это понравилось. Отличное развлечение - даже делать ничего не пришлось. Единственное, что немного мешало - его команда. Эти трое, конечно, особым умом не отличаются, но и совсем уж дураками их назвать сложно. Они прекрасно знают, что есть единственная вещь в мире, которая может настолько выбить Рана из колеи. Первым догадался Кудо - он всего через пару минут понял, что с Айей случилась беда. Пришлось подправить ему память. Я не хочу, чтобы они все испортили. Ран отключился от происходящего. Смотрю на него внимательно. Такое ощущение, что это и не он вовсе. Словно кто-то другой сидит на его месте. Он прислонился лбом к стеклу, но вроде не спит, а разглядывает людей, мимо которых мы проезжаем. Вновь переключаю все внимание на дорогу и недобро усмехаюсь. Я уже и сам не уверен в том, что это была удачная идея - притащить Рана к нам. Что-то не нравится мне подобная затея. И Наги не стал лучше к этому относиться за прошедшие три дня. Я стараюсь не обращать внимания на его слова, но в глубине души знаю, что он прав. Наги даже не подозревает, насколько он прав. И даже не знает, почему. У него есть собственные причины для недовольства, но одно очень важное обстоятельство ему неизвестно. Похоже, во мне проснулись мазохистские наклонности. Опасную игру я затеял. Причем для меня она куда опаснее, чем для Рана. Разумеется, я уверен в себе и своем даре. Рискованно, но я не проиграю. Когда дело будет сделано, я могу просто избавиться от Рана Фуджимии и никогда не вспоминать о его существовании. В конце концов, его сестра для меня куда важнее. Он мне достался просто в нагрузку. Наша квартира находится в одном из самых дорогих районов города. Сейчас мы платим за нее деньгами с моего счета, теми, что я не успел потратить, когда мы еще были Шварц. Деньги Кроуфорда идут на оплату обучения Наги. Уж не знаю, как долго мы сможем оплачивать квартиру, но я не хочу покидать ее. Конечно, это не единственное хорошее место на свете, но я не хочу искать что-либо другое. Пять месяцев назад меня бы это так не заботило. Все сводится к этому - пять месяцев назад. Пять месяцев назад Кроуфорд увидел, что скоро умрет. Он сказал об этом нам, поскольку у нас были свои планы на церемонию Эсцет. Кроуфорд предупредил нас, что здание разрушится. Как только начнется церемония, высвободится огромное количество энергии, которая пронзит насквозь весь остров. И как только мы заберем Айю, этой мощной силе будет некуда деться. Все неизбежно развалится на части. Кроуфорд сказал, что если мы будем следовать всем его указаниям, то останемся живы. А вот ему самому спастись не удастся. Его совершенно не беспокоило то, что он должен умереть. И ничто в этом мире не могло изменить данный факт. Наги протестовал против такого поворота событий. В конце концов, именно вокруг Кроуфорда строилась команда. Он стоял у истоков Шварц, и Наги даже представить себе не мог нашу команду без Оракула. Я был в полной растерянности - как-никак, я знал Кроуфорда целых шесть лет. Мы никогда не были друзьями, но он занимал важное место в моей жизни. Наги и я пытались с ним поспорить, но он просто сказал, что этого никак нельзя избежать. И я понял, что он совершенно спокойно относится к собственной смерти. Кроуфорд всегда был немного странным. Он не стал рассказывать нам, как именно умрет. Он не говорил нам, что его уничтожат Старейшины, как только поймут, что мы сделали. Они использовали свою силу. Я узнал об этом, потому что почувствовал, как исчезли его щиты, сметенные ударом. У него еще хватило сил противостоять Рану, пока здание не рухнуло. Кроуфорд был мертв буквально мгновение спустя после того, как пол развалился на части, и они оба упали в море. Я выключаю зажигание и толкаю Рана в бок, чтобы разбудить. Он еще не совсем проснулся, но и этого достаточно, чтобы не пришлось тащить его на себе. Поддерживаю его. Двери лифта закрываются, я просовываю ногу, чтобы открыть их снова и отдаю мысленный приказ пожилой паре дождаться следующего лифта. Они выходят, и я затаскиваю Рана в лифт. Наша квартира находится на шестом этаже, и мы добираемся туда достаточно быстро. Наги не будет еще несколько часов - в пятницу занятия у него заканчиваются без пятнадцати шесть. Веду Рана через холл в комнату. Коты мешаются под ногами. Они взволнованно мяукают - не ожидали, что я вернусь так рано. Укладываю Рана на кушетку, и три кота немедленно устраиваются на нем и на подушках. Я не обращаю на них внимания, стаскивая с моей новой домашней зверушки ботинки, чтобы выставить их в коридор. Коты с любопытством обнюхивают Рана, но устремляются за мной, как только я покидаю комнату. - Эй, а ну брысь, паразиты, - говорю я, но коты не обращают на это никакого внимания. Ставлю ботинки Рана на коврик перед дверью, и Цвай моментально начинает их исследовать. – Не фыркай и лучше не трогай – мало ли, где в этом ходили, - предупреждаю я его, скидывая собственные ботинки и ставя их рядом с обувью Рана. Так, теперь на кухню. Ну, о своем госте я уже позаботился, теперь займемся котами, которые оглушительно орут. - Слушайте, меня не было всего-то шесть часов! Ты опять меня укусил, Цвай, и клянусь - я не собираюсь тебя кормить за подобное поведение. Коты начинают орать еще громче, как только замечают, что я принес пакет с кормом. Но мне никак не удается насыпать его в миски – настырные животные мешаются под ногами. - Глазам своим не верю - вы слопали все за каких-то шесть часов! Да вы просто поросята! – сообщаю я им, ставя пакет с кормом на место. Коты не обращают на меня никакого внимания - у них самый настоящий пир, и все они громко довольно мурлыкают. У нас есть двенадцать мисок для этого домашнего зверинца, они расставлены вокруг кухонного стола. Сначала я думал обойтись только одной, но стоило вернуться домой, как коты начинали орать так, словно сто лет не ели. Пришлось купить еще. Сейчас на одного зверя приходится две миски, но они все равно мяучат так, что уши болят. Обжоры. Останавливаюсь в холле, пристально смотрю на Рана. Он уже спит. Это надолго. Задерживаюсь на несколько мгновений. Вторая половина дня у меня свободна. Я собирался почитать книжку или посмотреть телевизор, пока Наги не вернется, но теперь что-то уже не хочется. Пристально гляжу в направлении своей комнаты, в голове крутятся невеселые мысли. Прежде чем они успевают поглотить меня полностью, что-то касается моей ноги. Опускаю взгляд и вижу Айнц. Беру ее на руки, прижимая к груди. Айнц утыкается головой мне в подбородок и тихонько мурлычет. Я несу кошку вниз, в кабинет Кроуфорда. Два года назад Кроуфорд переделал спальню под рабочий кабинет. Сажусь в его кожаное кресло, устраивая Айнц на коленях. Ей явно нравится сидеть и наблюдать, как я тянусь к задней части стола и достаю ключ. Поворачиваю его в замке и открываю один из ящиков стола. Четыре месяца назад я просмотрел, что было у Кроуфорда в столе, и обнаружил, что в этом ящике хранятся папки с информацией о Розенкройц и Эсцет. Я знаю, что ищу, поэтому сразу же беру черную папку. Айнц заинтересованно поднимает ушки, когда я кладу папку на стол и открываю ее. Внутри лежат четыре файла, скрепленные между собой. Уж не знаю, как Кроуфорду удалось получить их - это документы прямиком из штаба Розенкройц. Не думаю, что они должны быть у нас, но информация в них весьма неожиданна и важна. Я откладываю три верхних файла в сторону - они не имеют особого значения. Лицо с фотографии на четвертом файле смотрит прямо на меня равнодушным взглядом. Медленно снимаю скрепку, беру лист и рассматриваю изображение. Это единственная оставшаяся фотография одного из моих товарищей по команде. Я оставляю лист на столе и открываю один из ящиков слева. Нахожу там пачку Mild Seven и зажигалку - мое личное дополнение к содержимому стола Кроуфорда. Закуриваю, зажимая сигарету губами. Смотрю на кошку - Айнц уже успела уснуть у меня на коленях. Пять месяцев назад Кроуфорд сказал нам, что мы сможем выжить, если дар Наги защитит нас, как только здание разрушится, и мы упадем в море. И все сейчас было бы совсем по-другому, если бы это действительно случилось именно так.