Духи карт и их заклинатель

      Новый день для людей начался с невероятно солнечной погоды. Тёплый ветер разносил по городу приятнейшую новость. Спокойствие окутало всех, возвращая всё в прежнее время. Нового взрыва и жертв не последовало, поэтому людей на улице было много. Магазинчики вновь открылись, а детки бегали и игрались. Последняя неделя весны не только благоволила к жаркому и приятному лету, но и принесла покой. Террорист был повержен, а значит люди могут вздохнуть полной грудью.       Журналисты и телевизионщики вновь стояли у границ цитадели, сдерживаемые полицией и цитадельскими заклинателями. Они хотели получить комментарии из первых уст, ведь пятёрка высших должна выйти ради славы. Но никто не выходил, даже судья. Всё потому что заклинатели лежали на четвёртом этаже в палатах. После выброса неизвестной энергии, точнее она была явно нетёмной, заклинатели отлетели на добрые семь метров в разные стороны. Энергия была настолько сильной, что они все отключились. Мориону повезло меньше всего, он влетел в фонарный столб, сломав его. В ответ столб ответил отбитыми органами, переломом правой руки и сотрясением. Афета влетела в здание, но её магия сработала рефлекторная, так что приземление было не особо болезненным. Она отделалась сильными синяками на всей спине. Правда её не выпускают из палаты по приказу судьи. Никто не знает, что с собой сделает эта девчонка, игнорируя рекомендации врачей. Махоуни тоже не сильно пострадал, но он истощён в магическом плане, из-за долгого металлического покрова. Судья Инь и Ян вовремя сообщил своё предвиденье Войне, так что на помощь пятёрке отправили отряд из десяти оперативных заклинателей. Они не успели на само сражение, но под его конец иллюзия Ромео слетела, так что они нашли только бессознательные тела и оценили ущерб улицы. Её кстати той же ночью восстановили. Трое пришли в себя утром. Махоуни и Найман находились в одной палате, а Ангел играл им на своей свирели. Её мягкая, тягучая музыка ласкала слух и душу. Тревоги уходили на второй план, а раны кажется заживали быстрее. Мелодия спокойствия была одной из любимых пятого. Часто её он играл свои коллегам после заданий. Так как Морион не мог написать отчёт, а судья не мог прийти лично, к ним отправили ворона. На запись отчёта под диктовку, ушло около получаса, но это лучше, чем ничего. Ангела пустили к ним только после этого. Все четыре заклинателя упорно старались не беспокоится о втором высшем. Фёдор не просыпался, хотя никаких повреждений у него не было. Даже какого-то маленького синяка. Поэтому у него была отдельная палата, а лекари дежурили вокруг него без перерывов. Инь и Ян навещал его, выискивая причину комы. Магические контуры не были нарушены, погибель его никак не тронула, каких-то заклинаний тоже не было. Так что вопросов становилось только больше. В итоге пришли к тому, что он должен очнуться сам, насильственное пробуждение приведёт к весомым проблемам.       После обеда к парням зашёл Война. Андре перестал играть, что он мог делать часами напролёт, но его не просили выйти. Пускай, он не присутствовал на месте последнего сражения, но в курс дела был введён. Новости о ликвидации террориста быстро разлетелись по городу, уже даже в газетах написали, да в новостях крутят. Но от них всех утаили сущность, что и уничтожила Висфота и его духа. Именно её природу они сейчас и обсуждали. По силуэты никто не мог определить человек это или дух, а лица у него толком и не было. Знали только, что оно забрало всю тёмную энергию, и по всей видимости тела. Весомые комментарии мог дать Фёдор, так как он уже сталкивался с погибелью и сам организовал поимки преступника, пускай и неудачную. Хотя основной цели они всё же добились. Лефевр предположил, что это было воплощение погибели, так как Висфот пытался её подчинить, да и именно ей уничтожили его духа. Этот вариант не особо нравился судье, так как появлении погибели воплоти всегда несёт серьёзные последствия, но ничего другого у них не было. — Война, — вдруг зовёт мужчину Морион, чуть меняя положения для удобства, — Фёдор ещё не очнулся?       Первым делом об это конечно же сообщат судьям, остальным позже. Вполне возможно, что он уже очнулся, но им не говорили, чтобы они не побежали его навещать. Мужчина с огненной бородой выдыхает, протягивая руку к дверной ручке. — Нет, он ещё не откликается на призывы, — после этого мужчина выходит из палаты, оставляя троих разбираться с его словами.              

***

             В палате второго высшего заклинателя светло, жалюзи подняты к потолку. Посередине комнаты стоит койка с высоким матрасом и железными стенками. Она немного согнута, отчего человек на ней сидит, укутанный в тонкое покрывало. Его спину подпирает большая плотная белая подушка. Рядом с дверью стоит коричневый шкаф, за которым есть небольшая раковина и зеркало. Солнечные зайчики бегают по комнате, от чего белые стены почти что светятся, благо свет не был включен, а то и ослепнуть можно. Лучики ещё немного побегали по стенам и кровати, пока парень с фиолетовыми волосами не опустил жалюзи. В комнате стало темнее, но не настолько, чтобы включать потолочные лампы. Парень поправил свои распущенные волосы и развернулся к заклинателю. — Пик, мог бы и не закрывать, — говорит Фёдор, улыбаясь своему духа. — Не люблю солнце, — хмуро отвечают ему, подходя к кровати. Он плавно опускается на неё слева, прикладывая холодную руку к лицу человека. Тот не сопротивляется, подчиняясь нежным прикосновениям. — Как ты? — Спросил Пик, поглаживая большим пальцем его щёку и губы. Художник жмурится, слабея от подобного. Сочетание холодной руки и разгорячённой кожи было невероятно. — Мне уже лучше, я почти восстановился, — с промедление отвечает он, вспоминая, что ответ всё-таки ждут. Хмурый взгляд пропадает, возвращая спокойствие на лицо. Эмоции старшего духа меняются быстро, но плавно, от чего кажется, будто время для него не имеет значение. Учитывая, что Пик постоянно находится в тени, то время часто обходит его стороной. Он буквально монолитный камень в реке из событий. Рука покидает лицо, от чего человек тянется за ней продлить приятное прикосновение. Дух смотрит осуждающе, но не говорит ни слова. Его контакты короткие, пускай и нежные, именно поэтому их всегда мало. — Я говорил не об это, — подаёт он голос, поднимаясь с кровати, — ты многое пережил за последние недели.       Он переходит на другую сторону, правда Фёдор почему-то не следит за ним взглядом, смотря в одну точку. Освещение в комнате быстро меняется, кажется уже вечер. Тени заполнили углы, почти что танцуя какие-то обрядовые танцы. Холод сменяет тепло, от чего хочется плотнее закутаться в одеяло, похоже батареи не справляются. Заклинатель замирает, ощущая знакомые мерзкие мурашки на спине. Он сжимает ломкими руками одеяло, закусывая губу. — Уверен, что хочешь продолжать? — Резко звучит у правого уха уже грубый, хриплый голос. Вместе с ним появляется страх и отчаяние. Человек ощущает, как когтистая рука упирается в подушку, а другая в железную стенку. Его шею опаляет могильное дыхание. Ещё немного и острые клыки вопьются ему в шею. За его спиной стоит дух погибели, что он недавно видел рядом с деревней. И этот дух ждёт ответа, буровя затылок взглядом красных глаз. Фёдор наконец-то оттаивает. Улыбаясь, он разворачивается к своему первому духа. Про себя заклинатель отмечает бледную кожу духа и видимые мешки под глазами. — Наконец-то я увидел твоё лицо, Пик, — мягко говорит он, кладя горячую руку на холодную щёку. Страха нет, ведь это всё сон, так заботливо подаренный ему духом за его старания. Они все были пешками в игре двух умных существ. Пускай дух погибели снёс голову чёрному королю, но всё нужное подготовила именно пятёрка высших заклинателей. Какие же они все идиоты. — Я готов к грядущему, — продолжает он. Дух дёргается, разрывая не только зрительный контакт. Он не успевает уйти от рук, которые быстро хватают его руки, сжимая их. Перчатки трещат, и человек игнорирует когти, что способны прямо сейчас разорвать его ткани и мышцы. Фёдор вновь смотри ему в глаза своими красными. Улыбка становится грустной, а в глазах горит печаль. Но несмотря на это хватка крепкая, от чего духу не увеличить расстояние между ними. Пик выглядит удивлённым, поэтому взгляд не отводит. Кажется он ожидал другой реакции. Почему-то сейчас он не выглядит пугающим, даже наоборот каким-то одиноким и усталом. Многое должно было свалиться ему на плечи. И Фёдор сожалеет об этом, очень сожалеет. Что-то щёлкает в голове духа, и он злобно усмехается. Дымка спокойствия, что проявилась в комнате несколько секунд назад, стремительно исчезает. Тени движутся к своему хозяину, от чего становится ужасно темно. Единственное, что освещает расстояние вокруг них — это их пылающие глаза. — Тогда, — дух резко приближает к нему своё лицо, — пора просыпаться, высший.       Фёдор дёргается открывает глаза, стремясь куда-то бежать, но женская рука на его груди мешает подняться полностью. Зрение возвращается и фокусируется на бабушке. Женщина улыбается ему, как бы говоря, что всё хорошо. — Вам не стоит так дёргаться, вы проспали сутки, — мелодично говорит она, увеличивая силу давления, от чего заклинатель ложиться обратно в кровать, — сейчас вам принесут поесть и объяснять, что произошло, не переживайте, голубчик.       Она выходит из палаты, похоже кто-то ещё вышел до этого. Фёдор пытается судорожно вспомнить, что произошло. Но последнее в его голове это взрыв какой-то невероятно знакомой энергии. Кажется, они вернулись в цитадель. Значит всё получилось.              

***

             На чёрном рынке заклинатели почти что плясали. Никогда ещё на его улицах не было так шумно и людно. Кажется, только постоянные жители этого подземелья бесились от этого. Особо активными были продавцы. Они потеряли много денег за эти недели. Да и остальные преступники устали сидеть в канавах, ожидая, пока этот террорист угомонится. Так что сейчас можно было встретить даже активных дружелюбных пьяных мужланов с кучей убийств за плечами. Тихо и спокойно было лишь в зданиях гильдий. В общем они и были теми самыми недовольными постоянными жителями. Конечно, они снова могли действовать, брать заказы, зарабатывать. Но такие гулянья на улицах были уже переборам. Именно поэтому вся гильдия Буйволов сидела в своём доме. Когда вся это вакханалия закончиться, то они разбредутся по заданиям.       Маор находился в своей комнате и читал книгу о северном путешественнике. Благо на здании стояли печати, что не пропускали посторонние звуки, поэтому уличная какофония его не беспокоила. Они могли бы отправится с королём на север в «Снежный город». Это невероятное место, в далёких ледниках. От остального мира его отделяет «Млечная» река. По легендам там обитают властительницы судьбы, хотя это ужасная ложь. Нет никаких властительниц, но есть невероятные необузданные снежные пейзажи, морозные ветра и прекрасные ночи. Может, когда они закончат со своим планом, поселятся там. Пику точно там понравится, солнца там по минимуму. Стук в дверь отвлёк его от мечтаний, так что парень закрыл книгу. Отвечать не было смысла, знакомая девушка уже вошла в комнату. Всё равно стук лишь для вежливости, а не какой-то вопрос о входе. Девушка светилась похлеще солнца, она всегда была солнечной. Её коричневые пушистые пружинки были собраны в два боковых хвостика. Тогда волосы не мешали ей работать, оставляя загорелое немного пухлое лицо открытым. Она была в синем плаще, а на правой руке был герб гильдии. Девчонка подлетела к его кровати, сразу же прыгая на неё. Бедный дух на её плечах вцепился своими пальцами в одежду, чтобы не свалиться. — Что такое, Феодосия? — Спокойно спросил заклинатель, посматривая то на девушку, то на духа, что карабкался обратно на своё излюбленное место. — Ты не представляешь, что я узнала! — С восторгом сказала она, хватая духа за хвост. Тот пискнул, но получив приятные поглаживания по хвосту, улёгся на плечах девушки. Дух походил на обезьянку, правда уши были слишком уж длинными и заострёнными. Его пятипалые конечности помогали лазить по шкафам и доставлять своему хозяину ингредиенты или нужные лекарства. Хотя только она может так спокойно трогать его хвост. Внутри этой безобидной конечности находится ужасно острое жало. Оно в длину где-то десять сантиметров, а яд, который использует этот зверёк может убить за несколько секунд. — Помнишь же этого идиота террориста, которым раньше считали тебя? — Быстрый кивок, и она продолжает, — так вот позавчера его наконец-то прикончили! Говорят, высшая пятёрка убила его без суда, прямо на улице!       Белая бровь слегка поднялась вверх, а на такой восторг парень ответил скептическим взглядом. — Глупость какая, его наверняка поглотила погибель, а цитадель просто вешает лапшу нам на уши, — наконец-то ответил тёмный заклинатель, поднимаясь, чтобы положить книгу на стол, — заклинатели всегда слишком самоуверенные, когда думают, что полностью контролируют её.       Девушка надулась, от чего пухлые губы превратились в слитый пельмень. Неудивительно, что она такая эмоциональная. Ей, как и Маору, всего восемнадцать. И в отличие от него она не проходила через грязь и тот ужас. Конечно, у неё нет семьи, но гильдия подобрала её ещё в детстве. Хотя, она спокойно реагирует на убийства, реки крови и расчленёнку. Лечебная магия как раз стала её билетом к гильдии, именно поэтому подобное её не смущает. А дух, что кажется уснул уже, мог лечить духов. К сожалению, у него не было имени. Правда, самого духа это не смущало. Он способен как вылечить, так и причинить серьёзный вред, иногда даже убить, если противник будет слабее его. Но там слишком много факторов, так что Маор в это не лезет. — Ты же управляешь погибелью, чего-то я не видела каких-то проблем, — весомо заметила лекарь, складывая руки на своей весьма большой груди. Может она могла бы стать ему парой, так как пока единственная, с кем он разговаривает свободнее. Слишком уж эта девчонка умеет к себе располагать. — Я управляю духом, который в свою очередь управляет погибелью, а не наоборот, — отвечает ей беловолосый, чуть цыкнув, — это разные вещи.       Дальше эта парочка просто разговаривали. В основном говорила Феодосия, так как выходила на улицу, да и сама была той ещё болтуньей. Маор вставлял какие-то комментарии, рассказывал о книге, которую читает, и о природе погибели. Его познания были не столь велики, но девушке хватало и этого. Довольно мирный разговор для тех, кто убивает, крадёт и делает прочие незаконные вещи. Но они всё ещё в переходном возрасте, так что не стоит причислять их к отпетым преступникам. В отличие от тёмного заклинателя, у его духа было не так мирно.       Пик находился в своей карте, в своём мире, и он бурлил в ответ на его эмоции. Малочисленные предметы разлетались в стороны, снова собирались. Меняли своё местоположение, исчезали в фиолетовых тенях. Эти же тени крутились в странном вихре, становясь то плотнее, то превращаясь в пар. Никто не хочет попадать сейчас под горячую руку духа погибели, что не мог справиться со своими эмоциями. Поэтому он был один, стоял в середине всего этого хаоса, создавая чьи-то силуэты и в туже секунду с остервенением разрушая их. Где-то сзади из бушующих теней кто-то вышел. По форме он походил на хозяина этого места, но вот одежда кожа и волосы были одного цвета, тёмно-фиолетового. Единственное, что выделялось, были глаза, полностью красные с жёлтым узким зрачком. — Не думала, что это так сильно вывед тебе из равновессие, — проговорило это нечто, с явными речевыми ошибками. Да и голос была точно не человеческий. Он имел рычащие нотки, отчего многие слова превращались в некий свист. На этом языке ему явно было сложно говорить. Зато слова подействовали как надо. Дух немного успокоился, замирая на месте, вокруг всё ещё твориться хаос, но он уже медленней. — Он не должен был получить это, — рыча отвечает Пик, скалясь и сжимая кулаки. Собеседник же оставался спокойным, кажется эмоции короля на него не действовали. — Мы предполагал, что он также получить часть твой энергии, — уже женским голосом проговорило оно, приближаясь к нему. Его ноги сливаются с липким полом, похоже он даже булькает при каждом шаге. Существо это не смущает, она движется плавно, оставляя свои кусочки на полу. Они же тонут, сливаясь с единой массой. — Это должно было произойти позже! — Продолжает Пик, круто развернувшись в сторону собеседника. Его немного потряхивало, энергия выходила из тела неравномерными волнами. А глаза так вообще не могли определиться, то уменьшая радужку, то увеличивая. Он точно вышел из равновесия. — Если Фёдор…обретёт над этим полный контроль…то наши планы полетят в бездну!       Неожиданно склизкая масса начала подниматься по ногам духа, какими-то слишком зловещими животными рывками. Да и сам дух начал меняться. Зрачок почти пропал, а по телу расцветали тёмно-фиолетовый полосы. Их было слишком много, белая кожа почти пропала. Существо двигается быстро, за секунду преодолевая пространство между ними, и со всей силы ударяет его по лицу ладонью. Погибель отлетая в направлении отдачи, отлипая от духа. Пик же по инерции отходит на два шага, хватаясь за щеку и часто моргая. Благо зубы не выбил, и то хорошо. Полосы пропадают, а глаза возвращаются в норму. Хаос вокруг них успокаивается. — Подумать только, ты испугался крохотного куска своей силы, что это заклинатель открыть в себе, — злобно говорит он, снова оказываясь перед духом. Холодные склизкие руки хватают лицо парня, остужая место удара своим холодом. Их лбы соприкасаются, а глаза сталкиваются в немой борьбе. — Lasai, lagun, — неожиданно ровно и плавно говорит он, смешивая женский и мужской голос в один. Это звучит так тепло и успокаивающе, что Пик расслабляется. Он прикрывает глаза, левая рука накрывают руку существа. Их дыхание синхронизируется, и одновременно с этом весь мир возвращается к своему изначальному виду. — Нам нужно быть аккуратнее, — добавляет существо, возвращаясь к своему привычному рычащему животному голосу. Они расцепляются, отходя друг от друга на шаг. — Я точно принесу тебе учебник по языку, — неожиданно говорит Пик, усмехаясь. В ответ существо негодует и кидает в него что-то, попавшее ему под руку. Дух спокойно уворачивается от этой шуточной атаки.              

***

             Завтрак для Фёдора состоял из омлета с зеленью, овощного салата и травяного чая. Ему также предлагали кусок серого хлеба с маслом, но он отказался. Почему-то за неделю тренировок он перестал есть хлеб. Не сказать, что это как-то отрицательно на него повлияло. Лекарь явно было недовольна отказом, но перечить не стала. Заклинатель ел в тишине, вставать с кровати ему не дали, так что он старался не проронить ни кусочка на белую постель с специального столика. Попутно с этим он анализировал произошедшее. Успокоиться никак не давала та знакомая энергия, после которой они все дружно отключились. Духи как назло тоже молчали, явно что-то утаивая. Фёдор чувствовал, что у него явно есть пробелы в памяти с боя, но голова каждый раз отзывались невероятной болью, когда он пытался вспомнить. Было ощущение, будто это что-то очень важное. Он закрывает глаза, стараясь реализовать произошедшее.       Вот Махоуни нападает на Висфота, а Афета забирает Ромео из его рук. Дальше град пуль, а после неожиданное поглощение погибели. Зимний холод пробирается под одежду, и они стоят перед почти поверженным противником. А дальше тёмный пробел, будто ему заклеили глаза чёрным скотчем. Художник напрягается, этот трюк его не одурачит. Память ослепляют ярко красные злые глаза, прожигающие душа насквозь. И дверь открывается, вырывая человека из воспоминаний.       Парень осоловело смотрит по сторонам, но замечает лишь «ворона» у входа. — Целитель сказала, что я уже могу навестить вас, господин Нечитайло, — проговорил паренёк с длинными чёрными волосами. Заклинатель даже бровь приподнимает на свою фамилию. Давно его в цитадели так не называли, даже судьи. Поняв, что он задолжал ответ этому пареньку, высший кивнул. «Ворон» закрывает за собой дверь, подходя к его койке. — Мне приказали сообщить вам о последних новостях. — Хорошо.       Оказалось, что они и вправду победили. Нового взрыва не было, с города сняли чрезвычайное положение. Куча слов благодарности, толпы журналистов, и малый ущерб. Пятёрку всё ещё держат в цитадели под присмотром врачей. Судьи сильно обеспокоены их самочувствием. Конечно, погибель их не тронула, но появление непонятного существа обеспокоила высших. Также им удалось найти информацию об Висфоте и уничтожить его логово. Висфот был из «Подземного города», именно это объясняет его познания в области погибели. Когда-то давно именно оттуда началось изучении погибели. Он имел довольно мутные корни, вероятно был чьим-то бастардом. Если бы он попал в нужные руки, то мог бы стать замечательным заклинателем светлой энергии. У него был хороший потенциал. К сожалению, остатков тела и духа не нашли, вероятно та сущность всё-таки забрала их с собой. Отклик души террориста они не получили, но это и не удивительно. Всё-таки он связался с погибелью, а она души после смерти не оставляет.       Во время рассказа Фёдора будто проткнула осознанием. Это существо, а точнее силуэт был схож с Пиком. Неужели он всё-таки был там, и закончил всё одним ударом. «Ворон» отклонился, закончив доклад. Перед тем, как покинуть комнату, он сообщил, что Фёдора скорее всего завтра отпустят. Но у него было такое чувство, что выйти из цитадели он сможет, а вот скрыться от взора Высших судей не получится. Факт того, что у них был не только один заклинатель, пользующийся погибелью, не улучшает его положение. Вспоминая те устрашающие красные глаза, он понимает, почему память подводит его. Эти глаза были у старшего духа, перед разрывом их связи. Инь и Ян сказал, что его память должна будет сама восстановится. Не то, чтобы он жаловался на какие-то пробелы, но сознание упорно отказывается воспринимать того духа ночи, что они потеряли. Возможно, пришло время всё-таки побороть этот страх. Если исходить из того, что Пик всё-таки был там, то… «Это была энергия ночи, » — вдруг говорит Данте в его голове, поэтому человек вздрагивает. «Не думаю, что он способен использовать его, » — вмешивается Куромаку. «Из-за погибели?» — Спрашивает Ромео. Кажется, его духи тоже начинают просыпаться. «Мы конечно гибриды второго порядка, но погибель не может входить в симбиозы с другой магией.» «Братик уже какой раз показывал, что может делать невозможное.» «Даже у него должны быть пределы.»       Пока духи спокойно и тихо разговаривали между собой, Фёдор ощущал, что они упускают что-то ещё. Что-то очень важное, будто сам старший дух даёт ему какие-то ответы. Заклинатель ощущает холодные руки на своих плечах, приносящие покой. Он не мог забыть что-то настолько важное! Пик же дал ему это, как тогда он умудрился потерять подарок? От всего произошедшего голова пошла кругом, может и не стоило так резко подниматься. Голоса духов становились всё тише и тише, будто шелест деревьев в лесной деревеньке. Тело переставало слушаться, опускаясь на мягкую постель. Недавняя суточная кома точно не восстановила его силы, хотя это может зависеть от истощения Ромео. В итоге Федя медленно закрывает глаза, засыпая на удобной подушке. Остаётся надеяться, что медсёстры уберут поднос с едой, а то было бы неприятно испачкать всю постель остатками пищи.              

***

             Маленький мальчик бежит по каменной дорожке в большой дом. Калитка звонко ударяется об забор, по инерции отлетая обратна. Ребёнок не обращает на это внимание, вбегая в дом. В нём никого не было, но это ему не помешало. Парень не обращает внимание на окружение. Не снимая своих серых сандалий, он поднимается по лестнице, спотыкаясь и попутно вытирая слёзы на своём лице. Его белая рубашка выглядит через чур помятой и испачканной в какой-то грязи. Она коричневыми пятнами лежала на спине, такие же были на попе ребёнка и его ляжках. Кажется, он упал на спину. Левый локоток был ободран, но кровь уже засохла тонкой коркой. Вокруг ранки была грязь, такая же засохшая. Чёрные бриджи запылились не только сзади, но и спереди. От чего вопросов становилось только больше. Коричневые волосы были взъерошены и также испачканы. Личико опухло и покраснело, слёзы застыли на пухлых щеках белыми тусклыми полосками. Хотя размытая грязь около самих глаз и на носу всё же сильно выделялась. Громкий хлопок двери, и паренёк уже залез в кроватку под одеяло, утыкаясь лицом в подушку. Слёзы продолжали литься, всхлипы немного заглушались пухлым коричневым одеялом. Они были настолько надрывными, что казалось, будто он задыхается.       Матрас прогибается под весом ещё одного человека. Этот шестьнадцатилетний парень с фиолетовыми волосами кладёт руку на комок печальных звуков, который тут же сжимается ещё сильнее. Но желание одиночества игнорируется, от того одеяло резко срывают с тела. Взгляд чёрных глаз придирчиво осматривает человека. И с каждой секундой он становится всё темнее и опасней. — Тебе стоило вызвать меня, Фёдор, — говорит дух, выдыхая. Те парни изначально ему не понравились, но заклинатель упорно не давал ему выходить, пытаясь решить всё самостоятельно. В итоге у него одни ушибы да слёзы. Ребёнок сжимается, комкая рукой подушку. Даже слёзы останавливаются вместе с дыханием. — Тогда я бы их подстегнул ещё больше, Пик, — отвечает он, отнимая лицо от подушки. Красноватые больные глаза впиваются в взволнованный взгляд старшего, а потом он прижимается к нему. Король вздрагивает от такой неожиданности, удивительно как заклинатель может быть таким быстрым. Но он быстро успокаивается, приобнимая его правой рукой. Физические контакты всё ещё были для него неприятны. Правда отказать в этом маленькому комочку счастья он не мог. Не хотелось расстраивать его ещё больше после всего пережитого. — Это нормально пользоваться силой духа в подобные моменты, — продолжает он, чувствуя, как хватка увеличивается. Если бы ему нужно было дышать, то он бы заволновался. Одно бесило старшего духа — он не мог причинить обидчикам вред. Пока заклинатель не отдаст ему приказ, Пик не сможет уничтожить их во сне. — Я должен…- голос прерывается новым всхлипом, Фёдору сложно успокоится, но он отчаянно пытается, — я всё-таки и.и магие.ей обладаю.       Дух ночи вновь выдыхает. Здесь и не поспоришь. Он не может постоянно быть рядом и защищать его. На его плечах не только забота о человеке, но и о младшем брате, что уже как год пытается освоить свои способности. Участвуй он в больших боях, развивался бы быстрее. В общей сложности без должного стимула это может затянуться. Пик мотнул головой, сейчас не о Данте нужно беспокоится. Его руки аккуратно ложатся на плечи ребёнка, отодвигая от себя. Когда же Фёдор всё-таки поддался, он берёт его лицо в свои руки и заставляет посмотреть себе в глаза. Из-за разницы в росте человеку приходится запрокинуть голову. Взгляд духа смягчается, правда остальное лицо никак не меняется. Чёрные глаза будто переманивают на себя всё внимание. Кажется, что в них загораются звёзды, они так прекрасны, словно настоящие. — Послушай меня, Федя, — сокращённое имя звучит так приятно, он не часто так его зовёт, — если ты хочешь идти по тому пути, который выбрал, тебе придётся стать очень сильным. Этот мир не даст тебе поблажек.       Парень хочет что-то ответить, но Пик прижимается к его лбу своим, от чего приходится закрыть глаза. Заклинатель инстинктивно сжимает плечи своего духа, желая увеличить контакт между ними. Так хочется ощущать его каждой клеточкой своего тела. — И я помогу тебе, — продолжает король, — помни, моя часть всегда будет в твоей душе, стоит только захотеть.                      Перевод: — Успокойся, мой друг.