Жизнь Революционерки.

Утро на корабле встретило грохотом голосов. Сквозь стены каюты доносился шум, визг и тяжелые шаги. Луффи резко поднялась с кровати. Что происходит?.. Через несколько минут дверь открылась. На пороге стоял Берджесс, с ухмылкой махнув рукой: — Шеф зовёт тебя. Уихахаха, не опаздывай. Луффи напряглась, но всё же пошла. По узким коридорам корабля её вывели на палубу. Там, окружённые пиратами, стояли несколько человек в наручниках — пленники. Их одежда говорила сама за себя: бывшие купцы и один мелкий капитан. Черная Борода сидел в кресле, будто на троне, и с усмешкой наблюдал за “гостями”. — Ну что, — его голос прогремел над палубой, — добро пожаловать на мой корабль. Вы потеряли всё, но сегодня у вас есть выбор. Слушайте внимательно. Луффи стояла чуть в стороне. Никто не обращал на неё внимания. Но глаза её не отрывались от Тича. Он говорил так, словно уже заранее знал исход. — Первое: вы отдаёте всё, что осталось. Деньги, суда, честь. Я щедрый человек, и потому дарю вам шанс. — Если кто-то из вас захочет присоединиться к моей команде, забудем о прошлом. Получите свободу и силу. Всё, что вам нужно — преданность. Пленники переглянулись. Кто-то дрожал, кто-то сжимал зубы. Луффи сжала кулаки. Он же издевается… Но Тич наклонился вперёд, голос стал низким, почти доверительным. — Пиратство — это не про закон и справедливость. Это про выбор. Выбираешь свободу — плати за неё кровью и верностью. Отказываешься — гниёшь в цепях. Один из людей — молодой парень в рваной рубахе — шагнул вперёд. Он трясся, но всё же выдавил: — Я… я готов. — Вот и умница, — Тич хлопнул ладонями. — Видишь, девочка? — он бросил взгляд на Луффи, и та вздрогнула. — Он не сломался, а сделал выбор. Настоящий пират умеет давить не кулаком, а ситуацией. Луффи прикусила губу. Она ненавидела это зрелище, но не могла не понимать — в его словах была правда. Остальные пленные опустили головы. Двое из них отказались. Их тут же оттащили в сторону, и тьма, выплеснувшаяся из рук Тича, поглотила их крики. — Зе-ха-ха-ха! — Черная Борода снова засмеялся, поднимаясь. — Мир прост. Или ты берёшь всё, или у тебя забирают всё. Его глаза снова встретились с глазами Луффи. — Это урок первый. Луффи стиснула зубы, отворачиваясь.

***

Команда вернулась к своим делам. Воздух всё ещё был тяжёлым от криков, которые недавно стихли. Луффи не выдержала и шагнула ближе. — Ты называешь это свободой? — её голос был твёрдым, но внутри всё горело от ярости. — Заставить человека под угрозой смерти “выбрать” тебя? Это не свобода. Это рабство. Команда заржала, услышав её. Но Тич поднял ладонь — и смех мгновенно стих. Он развернулся к Луффи, ухмылка искривила его лицо. — Хахахаха… Ну, наконец-то. Заговорила, да? — он прищурился, словно наслаждаясь её вызовом. — А что по-твоему свобода? Скакать по морям и верить, что мир тебе ничего не должен? — Свобода — это когда ты сам решаешь свой путь! — выпалила Луффи, её кулаки дрожали. — Даже если он тяжёлый. Даже если ты упадёшь сто раз. Это твой путь, и никто не имеет права его отнять! Тич замолчал на миг. Его глаза сверкнули странным светом — смесью насмешки и интереса. Он сделал шаг к ней, и Луффи почувствовала, как его тень ложится на её лицо. — Красиво звучит, — сказал он тихо, почти серьёзно. — Но это пустые слова. Мир устроен так: сильные жрут слабых. Никого не волнует твой “путь”. Если ты не возьмёшь, у тебя отнимут. — Я не верю в это! — Луффи шагнула навстречу, не отводя взгляда. — Да, мир жестокий. Но если идти только по твоим правилам… тогда от настоящей свободы не останется ничего. Несколько пиратов переглянулись. Они явно не привыкли видеть, чтобы кто-то спорил с их капитаном так открыто. Тич же снова засмеялся. — Зе-ха-ха-ха! Какая же ты упрямая. Мне это нравится. Но запомни, свобода — не дар. Это награбленное сокровище. И чем больше ты её хочешь, тем больше должна быть готова платить. Он развернулся к своим людям. — Уберите её обратно в каюту. Пусть переварит этот урок. Пока её вели прочь, Луффи сжала зубы. Он думает, что меня переубедил? Никогда. Пусть я в его клетке, но внутри — я свободна. И докажу это.