Эksпеriмеnт

После проведения нашего первого теста работ в новой версии сна, в его перезапущенном варианте, мы с Моникой наконец очнулись в реальной жизни. Что же… каюсь. Я ожидал от этой недосимуляции куда больше проблем, однако, все по сути своей прошло довольно гладко. Пока что я не заметил ничего странного, опасного или же просто необычного в обновленной реальности, даже несмотря на вчерашнее высказывание Ренье. Интересно, он лгал? Просто напугать нас хотел? Я ведь поверил. В конце концов, это был не совсем нормальный перезапуск, а если проводить аналогию с любой логической системой, в норме, перезагрузка оной должна осуществляться по всем правилам. Если же перезагрузка происходит из-за непредвиденной ошибки – возможны серьезные проблемы. От мелких повреждений определенных логических процессов, до срыва крупных узлов системы, повреждения скрипта и вообще полного обрушения всего с последующей невозможностью какого-либо запуска. И вот чудо, что ничего такого я в наш первый день совершенно точно не заметил. Все шло как всегда. Просто и обыденно. Надо ли напоминать, что я не тот человек, который будет так просто принимать что-то на веру? Я не заметил Рюука в новой версии моего сна, и это так же напрягало. Интересно, почему его не было? Я должен быть настороже, быть готовым к возможным непредвиденным сбоям системы. Говоря же о вещах более обыденных, с прошлой ночи мы с Моникой начали просыпаться ото сна вместе. Теперь мы жили с ней в одной комнате и этому похоже никто не препятствовал. Как же я рад. Больше никакой закрытой одноместной палаты. Теперь я владел собственной комнатой и мог нормально одеваться. Хотя, может насчет «нормально» я и погорячился, жаловаться вовсе не хотелось. Униформа СС всяко лучше больничного тулупа. В учреждении мы с Моникой особо не обсуждали каких-то серьезных дел, как раньше. Осторожность владела нашими умами, но вообще? Элисы ведь больше нет. За сим, нет и нужды посвящать Монику в другие, иные планы. Она выполнила свою работу на пять баллов. Более мне ее помощь в чем-то криминальном не потребуется. Мы посетили тренажеры и подземную церковь. Каюсь, я не слишком жаждал вновь спускаться в то жуткое небезопасное подземелье, но нам было необходимо делать это. Ведь, если внезапно прекратить наши так называемые молитвы, это может натолкнуть врачей на подозрения касательно нашего истинного пребывания там, в месте, где нас не могли отследить. Поэтому, церковь обязательно придется посещать еще какое-то время, пока я не найду достойную отговорку этого не делать. Когда все мероприятия вне сна были по сути своей закончены, мы с Моникой отчитались перед врачами и еще какое-то время просто спокойно гуляли по коридорам, непринужденно проводя время в кампании друг друга. Все было безобидно и имело мало практического смысла, однако… ближе к концу появился один довольно интересный момент, который я просто не мог не описать как полагается. Скоро снова спать, Кира, – с улыбкой говорила Моника, шедшая со мной под руку безо всяких забот. – Может сегодня поспим в моей комнате? Как ты на это смотришь, милый? Мне не важно в какой, – выговорили мои губы. – Главное, чтобы там была ты… Моня. Я сказал это с чувством и с выражением. Мне так нравится ее соблазнять. Если честно, эта девчонка просто сочится телесной сексуальностью, этого у нее точно не отнять. Опять это слово! – она звонко рассмеялась на мое высказывание, крепко вжалась в мою руку. – Аха-ха! Кира, оно правда сильно странное! Не нравится? – мой тон стал шутливым. – Если хочешь, я буду звать тебя по полному имени, дорогая. Нет, мне нравится… – она подняла взгляд, чтобы посмотреть на мое лицо. – Это очень мило, правда. Н-но… не забывай и мое полное имя, хорошо? Я кивнул, натягивая самую добрую и счастливую улыбку, какую только мог найти. Хотелось еще кое-что спросить у нее, то, что я не успел спросить вчера. Моника… – мой голос обрел твердость. Надеюсь, она сразу ответит и не будет паясничать. – Хочу кое-что спросить у тебя. Конечно, сладенький! – изливали ее звонкие губы. – Спрашивай. Помнишь ты говорила мне…– я начал издалека, потому что так было нужно. – Как ты изменила сценарий моей неосознанной жизни. Что в новой версии сна я «Кира» вот уже как пять лет. Вдаваясь в детали, я бы хотел кое-что уточнить. В своем прошлом сне я принимал разные меры предосторожности. Оборудовал место хранения для тетради, оснащение для дверей, чтобы знать, когда ко мне могут вломиться… Скажи, это все. Оно сохранилось или мне придется снова все сооружать? Зачем тебе это, Кира? – Мон мило захихикала. Глупая что ли? Как это «зачем»? Теперь, – ее губы содрогнулись. – К тебе никто никогда не подберется, не переживай! Я же сказала, что позаботилась обо всем, больше нет нужды ни для каких мер. Ты не права, Моника, – мой язык был строг. – Всегда нужно соблюдать меры предосторожности, ведь неизвестно как все может обернуться. Ну хорошо-хорошо… – ее мой ответ, судя по всему, не слишком обрадовал. – Знаешь, если хочешь, то можешь все это снова соорудить, но… в этом правда нет смысла. Ты, как младший научный сотрудник, имеешь доступ к секретному подвалу в своем доме. Разве ты не знал об этом?       Что? Новый поворот событий меня просто обескуражил. Какой еще секретный подвал моего дома? Конечно же я ни о чем таком не знал! И почему врачи мне об этом не сказали, если посвятили меня в сотрудники? Мне выдали комнату, форму, меня даже познакомили с Марковым, а такую, казалось бы, мелочь упомянуть забыли? Не удосужились? Ерунда какая-то, это нелогично! Стоп… А что если они сказали Монике посвятить меня в эти детали? Возможно даже показать мне вход? В конце концов, они видят как я провожу с девчонкой все свое время. Да, это было бы логично, если бы они ей сказали. Но-о… почему тогда она говорит об этом только сейчас? Я ведь и проверить могу, спросить у врачей, например. Вообще, если рассуждать в таком ключе, то в голову приходит вывод, что Моника либо забыла сказать важные для меня сведения, либо нарочно не посвятила меня в них. Но если это, скажем, сделано нарочно, то почему она так поступила? Из-за ревности? Она мне не доверяла? Не доверяет? Не понимаю. Неужели она чего-то опасается и поэтому ведет себя так неразумно, лишая меня каких-то важных преимуществ? Спрашивать ее об этом конечно не имеет смысла, но нельзя подавать виду, будто меня это совсем не заинтересовало. Иначе она может понять, что я догадался. Впервые слышу о секретном подвале, Моника… – я решил действовать нейтрально. Не стану говорить, что врачи мне об этом не сказали. Лучше посмотрю, что ответит она и изучу как следует ее реакцию. Аха-ха! Правда что ли?? – ее губы фальшиво смеялись. – Ну, если хочешь, то я покажу тебе. В конце концов, мне сказали сделать это раньше, но у нас времени не было, понимаешь? Все планы-планы… ни секунды покоя! Аха-ха! Да, ты права, Моника… ни секунды покоя… – как гладко она стелит, подтверждая мои умозаключения. Значит она точно знала, и она могла бы мне просто сказать. Или даже показать, время на это было, если вспомнить. Темнишь ты, Моника, темнишь… Там много всего очень важного, Кира, – вскинув указательный палец на приподнятой руке, звонко уточняла она. – Например, средства самозащиты и оружие. Скрытые камеры видеонаблюдения, различные датчики и прослушивающие устройства. Даже деньги есть, аха-ха! Обязательно покажи мне это место, – слушая все это, мне все труднее было найти покой. – Если все так как ты говоришь, я смогу себя как следует обезопасить и возможно даже оборудовать там себе базу. Кира, ты что как маленький! – она в который раз звонко засмеялась. – Какие еще базы? Может и в войнушку со сверстниками поиграешь, а там будет ваш штабик? С другой стороны, ты прав, это довольно уютное и, что самое главное, защищенное место, экранированное даже от радаров. Все по последнему слову техники, Кира. Аха-ха! Ты мое чудо, Моника! – я крепко обнял ее… эту девчонку. В тот самый миг, когда понял, что только так она не увидит моего лица, кривящего хищным выражением. – Всегда знаешь как порадовать меня… Моника. Да, я такая! – счастливо говорила она. – Кстати! Да-а? – я отпустил красотку. Который круг мы уже нарезаем по этому коридору? Я начал ловить себя на мысли, что хотел спать. Мне не терпелось увидеть свое новое убежище. Я могу еще кое-чем тебя порадовать! – в Монике будто действительно поселилось лучистое счастье. К добру, ибо ей полезно радоваться на фоне того сильного давления, что на нее оказывали. – Так вот, сладкий. Это касается нашего прошлого сна, касается Эл, а точнее его расследования. Продолжай… – я не скрывал своей заинтересованности происходящим. Мне действительно было очень интересно как мыслит мой враг в этом мире, а еще. Я понимал, что таким образом дам Монике возможность ощущать себя полезной мне, и это сделает ее еще более счастливой. То ли не чудо? Ну-у… – она вскинула указательный палец на правой руке. – Первую часть материалов расследования по делу «Киры» ты видел, ведь я выудила их для нас, аха-ха! А вот вторая… она касается того самого междумомента, когда Эл увидел то убийство шефа полиции и после появился в нашем клубе. Он и правда очень-очень умен, Кира, ты был абсолютно прав. Как хорошо, что эта часть данных уже архивирована, и мы сможем ее посмотреть! Дальше разговоров не последовало. Я просто направился в центр архивации вместе с Моникой и поднял нужные для себя записи. Смотреть было не очень удобно, качество изображения просто удручало, однако, суть я уловил. Вот что он писал в своих отчетах… Спустя день затишья, случился странный инцидент. «Кира» наконец сделал ход. Возможно его напугала активная деятельность полиции на улицах. Был убит шеф полиции, вульгарно перерезав себе горло в прямом эфире, сразу после предупреждения, которое он передал от самого «Киры». Дальнейшие размышления прошу воспринимать лишь через призму холодного логического анализа. Я искренне призываю вас к голосу разума, друзья. В итоге мы имеем довольно интересную во всех смыслах ситуацию. Разберем поподробнее сам акт преступления. Я склонен считать, что «Кира» серьезно напуган. Я конечно ожидал хода со стороны «Киры», но не таким образом. Обратите внимание, «Кира» показывает нам невиданную ранее жестокость, он убивает невиновного человека, что наводит на мысль о его полном отчаянии. Более того, «Кира» не использует сердечный приступ, он применяет другой способ убийства и даже больше, раскрывает перед нами факт того, что он умеет управлять своими жертвами перед смертью. Что это может означать? Мне думается, что «Кира» инфантильная личность, явно вспыльчив, высокомерен и под давлением способен совершить ошибку. Хочу обратить ваше внимание на то, что ранее «Кира» проявлял большую осторожность и изобретательность, ведь он не убил Линда Эл Тэйлора, несмотря на давление. Но почему же «Кира» так изменился? Стресс? Или есть еще кто-то, способный использовать эту силу? Пока я склонен считать, что «Кира» все же один, и он просто напуган, но не будем исключать вероятность, что появился и второй «Кира». Итак, что же мы видим, коллеги? Плюсы: теперь мы точно знаем, что «Кира» способен убивать людей по возможности любым способом, а не только при помощи сердечного приступа. Мы так же знаем, что «Кира» способен управлять своей жертвой перед смертью. И в завершении, на основании факта действий, мы можем предположить, что «Кира» либо не так умен, как предполагалось и в таком случае он гораздо более уязвим, либо, что среди нас появился второй «Кира», уступающий первому по интеллекту, но превосходящий его в жестокости. Минусы: очень жаль, что для составления этих выводов нам пришлось потерять шефа полиции. Так же, мы буквально потеряли связь с полицией, мы больше не сможем на нее рассчитывать. И в завершении, я опасаюсь паники среди людей. Акт, совершенный «Кирой» – был очень жесток, хоть этим актом «Кира» и оттолкнул от себя часть публики, меня больше настораживают возможные народные волнения. Это пока что все. Теперь давайте попытаемся вычислить, какие еще плюсы мог выявить для себя «Кира» из этой ситуации. Он остановил полицию, да, но не думаю, что это достаточный мотив, ведь жертва «Киры» была действительно высока, он показал нам на что способен, втоптал в грязь собственное имя. Возможно, он глуп, но давайте размышлять об этом в более разумном ключе. Давайте не недооценивать «Киру». Итак, коллеги, давайте подумаем, что мог выиграть «Кира», управляя действиями шефа полиции перед смертью? Какие бы он мог преследовать цели кроме отстранения полиции? Возможно, убить ведущего следователя, то есть – меня. Но раз я жив, значит подобное действие либо невозможно, либо попросту невыполнимо в данных обстоятельствах. Что еще? Предполагаю, что «Киру» бы заинтересовали данные по расследованию. Если моя теория верна, и «Кира» способен управлять действиями жертвы только перед смертью, у него немного времени на задуманное. Я вполне могу ошибаться, а даже если и прав, я не знаю сколько точно ему нужно для этого времени. Тем не менее, рассуждая в этом ключе, я хочу обратить ваше внимание на то, что информацию нужно было добыть как можно быстрее и так же, как можно быстрее, передать ее третьему лицу. Вряд ли бы «Кира» воспользовался электронной почтой, логичнее было бы распечатать документы и передать в бумажном виде, но не будем исключать возможность передачи на электронном носителе, ведь так данные будут собраны не только быстрее, но и сами действия шефа вызвали бы меньше подозрений. С бумагами шеф был бы более заметным, чем без ничего, если бы нес флешку в кармане. Я хочу, чтобы вы проследили за действиями шефа накануне смерти и выяснили, ходил ли он куда-то, и если это так, мы отследим куда. Если есть свидетели, следует опросить их. Скорее всего шеф ушел передавать данные куда-то неподалеку, но туда, где не достают наши камеры. Если это так, его скорее всего должен был ждать человек, вероятнее всего, пришедший туда заранее, чтобы не тратить драгоценное время. Уделите особое внимание скрытым местам, переулкам, выходил ли кто-то из них в этот промежуток времени, в какое время посещал. Если нам повезет, то мы сразу же и выйдем на «Киру» таким образом, а если и не на «Киру», то на человека с ним связанным. На этом пока все. И вторая часть… Мои размышления подтвердились. Шеф полиции действительно выходил из здания в заданный промежуток времени и судя по данным с камер, отошел ненадолго за зону их просмотра, куда-то на улицу. Данные по ключевому переулку неподалеку прилагаются. Я проследил за переулком и выявил следующее. В этот же переулок, за десять минут до появления там шефа полиции, пришел человек. Скорее всего это была девушка, если судить по телосложению. Спустя небольшой промежуток времени, не составивший и минуты, шеф вернулся обратно, как ни в чем не бывало. Другой же человек, с которым встречался шеф, покинул переулок гораздо позже, к тому же сильно изменившись внешне. Я предполагаю, что это был тот же самый человек, просто сменивший свою одежду для большей конспирации, ведь до этого времени ключевой переулок сегодня не посещал никто. И никто другой из переулка так же не выходил, следовательно, мои предположения верные. Я проследил за ключевым человеком так долго, как смог. Какое-то время это было довольно проблематично. Человек скрывался в других переулках и даже снова переоделся в свою старую одежду. Что это, если не попытка быть предусмотрительным? Далее, человек, по-видимому, направился домой, что очень большое везение для нас. Если это и есть «Кира», то могу вас поздравить, он у нас в руках. Камеры практически полностью составили нам маршрут, по ним можно отследить походку, предполагаемое телосложение, выявить особые приметы нашего подозреваемого. И даже если это не «Кира», а простой посредник, мы все равно выйдем на «Киру» через него. На данный момент в числе подозреваемых находится семья: взрослые мужчина и женщина, а так же молодая девушка, школьница. *** Я проснулся в своей постели. Или лучше сказать «уснул»? Смешно, но да ладно. Скажу только, что от всех этих вещей пробирает действительно донельзя острое чувство дежавю. Скоро намечался поход в школу. Осознавая эту простую истину обычной жизни, я спешно измерял шагами свой дом, носясь туда-сюда, из комнаты в комнату, обдумывая различные дела, конспектируя важные моменты на ходу, не забывая при этом и об утреннем приеме пищи. Значит так. У меня было двое суток после того дня нашей новой жизни. Двое суток спокойствия за которые я мог сделать множество полезных вещей и подстраховаться на все случаи жизни. Если так рассудить, в прошлый раз я просидел все данное мне время дома, записывая преступников в тетрадь смерти. Тогда все это для меня было весело и невероятно волнующе. Я будто действительно пылал огнем. В данный же момент ситуация обстояла немного иначе. Хотя, я, естественно, не отказал себе в старой привычке и продолжил уничтожать злодеев, все же, теперь это было не главным. И я так же всегда мог рассчитывать на Монику, обладавшую своей странной белой тетрадью, что позволяла творить невероятные для меня вещи. Это облегчило бы мне любые мои цели. Однако, оговариваясь про важности иного характера, я хотел бы упомянуть, что решил уделить намного большее внимание делам насущным. В конце концов, увенчавшийся успехом первый глобальный план не должен стать последним. На очереди я замышлял новую стадию своей революции. Для всего этого мне было необходимо просчитать все моменты связанные с литературным клубом. Почему с ним? Да потому что именно вокруг его участников все и крутится. Вокруг этих девчонок… единственных реальных людей. Все было готово. Я стоял на кухне и ухмылялся сам себе, в предвкушении повторной приветственной встречи. Все пройдет по плану, это просто аксиома. Я собирал учебники в сумку, обдумывая свои наработки еще раз. Вдруг я что-то забыл? Мысли приносили мне спокойствие. Я действительно ничего не упустил и даже тот секретный подвал за сегодняшнее утро успел проверить. Говоря об этом… кстати. Тот подвал действительно оказался очень потрясающим и, что самое важное, секретным местом. Проход в подвал вел свое начало прямиком из спальни моих мифических родителей и находился под тяжелой дубовой кроватью, сдвинуть которую вряд ли было под силу обычному среднестатистическому человеку. Впрочем, я был определенно слабее даже такого человека в силу своей физиологии, однако, как мне и думалось, сдвигать ничего не пришлось. В полу под кроватью был встроен специальный механизм с выдвижными половицами, очень хорошо замаскированный. Говоря о кровати, хочется отметить, что вообще забраться под нее не так-то уж просто. Места там действительно было крайне мало, поэтому у меня бы такое и близко не вышло, однако механизм с половицами образовывал узкий и компактный лаз, через который можно было пробраться на метра три вниз и наткнуться на прочнейшую механическую дверь, которая открывалась только при помощи анализа отпечатка пальца и сетчатки глаз. Потрясающие меры предосторожности. Внутри было небольшое, но все же просторное помещение. Там действительно находилось все необходимое, словно бы это был дом внутри дома. Описывать обстановку мне не слишком хочется, куда более важно другое: то, что там мне виделось просто идеальное убежище для хранения своей тетради смерти, которую я успел материализовать, прямо как в первой версии своего сна. Так же, я нашел арсенал оружия и различных технических приспособлений. Мне показалось, что некоторые из этих вещей определенно стоит носить с собой, ведь мало ли как могут развернуться события. В первую очередь я взял пистолет. Одна обойма боевых патронов и две обоймы с патронами, начиненными резиновой пулей. Моему глазу приглянулся компактный боевой шокер, небольшой нож, острота которого просто поражала, а так же несколько светошумовых и осколочная гранаты. Безумие какое-то! Я набрал полный комплект оружия, даже перцовый баллончик захватил. И как это понимать? Куда все это складывать? Забавно так же и то, что даже в первой версии своего сна я действительно собирался заиметь похожий арсенал, только несколько иным образом, заставив преступников все это для меня раздобыть. Теперь в этом не было необходимости. Все буквально и так находилось в моих руках, причем отменного качества и по последнему слову техники. Но как же мне все это носить и где прятать? Мысли заставили меня поискать приспособления или специальную одежду для носки комплектов оружия. Гранаты, перцовки можно и в сумке носить без проблем, но вот остальное! Как бы то ни было, я не собирался сооружать себе импровизированный пояс Бетмена. Обшаривая все вокруг, я обнаружил для себя джинсы с секретным отделом под мой миниатюрный, но все же смертельно острый нож, а так же облегающую рубашку на молнии, в которой находился специальный кармашек под шокер. Мне очень понравилось, что этот так называемый кармашек особо не выделялся и в принципе очень гармонично смотрелся на одежде. Далее, мне нужно было как-то спрятать свой пистолет и обоймы к нему. Одну обойму с резиновыми пулями я вогнал непосредственно в само оружие, другие обоймы разместил на компактной разгрузке. Такая штуковина из нагрудных ремешков под пистолет и пару обойм по бокам. Описания невоенного человека, нда. Оговариваясь, эту самую разгрузку очень наверняка было хорошо заметно под любой легкой одеждой, так что пиджак снимать с себя теперь вообще не стоит. И самая вишенка – пистолет. Его и особенно глушитель спрятать не могло вообще ничто: ни пиджак, ни жилетка. Я попробовал покрутиться на месте и пройтись. В принципе, довольно комфортно, ничего нигде сильно не мешало и привыкнуть к обновкам не составило бы особого труда. Это определенно радовало. Вот собственно и все. Оставалось только пойти в школу… одному на сей раз, ведь Сайори. Не время… И я начал гнать злые мысли прочь, склоняя голову, чтобы подавить это нарастающее чувство в собственной груди.       Мне это было не нужно 10LfQs2NC/0L3Qviwg0LL1RgdC1I NC/0YDQvtGB0YLQ0JLQvdC10 Тетрадь и ее листы. Эту штуку я конечно же оставил в подвале. Листы же были взяты с собой и расположены в бумажнике и дневнике для сочинений. При этом оружие в специальных отделах, карманах и сумке, как и жучки для слежения, которые я так же, на всякий пожарный случай, взял с собой, вместе со скрытыми камерами для установки и одной миниатюрной камерой для личного ношения, что была встроена прямиком в мою одежду. Ведь когда кому вредила скрытая съемка тех или иных событий, способных стать важными лично? Мне определенно нравится предусмотрительность этих врачей. Они действительно большие молодцы и я невероятно всем доволен сейчас. Собираясь покинуть свой дом – я делал это со светлыми мыслями. *** Уроки прошли довольно… странно. Учеба как обычно не представляла из себя ничего более чем нудная и бесполезная трата времени. Однако, даже в таких обстоятельствах я как-никак умудрился найти для себя преимущества и, к примеру, записал несколько имен в лист тетради смерти, который хранил в своем дневнике для сочинения стихов. Информация в школе все равно не несла в себе никакой смысловой нагрузки, поэтому я мимоходом занимался собственными, более важными делами. Когда уроки закончились, я тщательно проанализировал что конкретно видел и пришел к довольно странным выводам. Ученики…             Эти оболтусы определенно подозрительно реагировали на меня сегодня.             Сложно отрицать, паранойя ли тому виной, однако, что-то подсказывало мне,             что в этот раз все гораздо сложнее. Пониженная концентрация внимания на школьный предмет – дает альтернативную, повышенную реакцию на иные звенья. Это умозаключение довольно сложно отрицать. И таким звеном как раз была окружающая обстановка, ведь слежка за окружением – просто необходима, когда вместо уроков занимаешься чем-либо другим. Это банальная мера предосторожности, позволяющая избежать неприятностей от преподавателя, если тот увидит, как я халтурю. И именно это внимание за окружением позволило мне понять, что на сей раз ученики проявляли к моей персоне гораздо больший интерес, нежели раньше, в прошлом сне. Они сидели и шептались. То и дело я слышал как они называли мое имя. Они бросали на меня свои редкие заинтересованные взгляды. Они были в явном напряжении, словно бы я какая-то диковинка для них или школьная звезда. Но может я правда просто надумываю? Не могли же они увидеть тот арсенал оружия, который я принес с собой в школу, да и понять, что людей убиваю во время урока тоже не могли. Впрочем, и имя они наверняка обсуждали не мое, а говорили о том, другом «Кире», который хоть и является мной, но определенно точно не в их глазах. Нет… кое-что во всем этом так или иначе не сходилось. Их редкие взгляды, бросаемые на меня. Серьезно, что это такое? По сюжету нового сна у меня более не было никакой травмы головы, из-за которой я якобы все забыл. Так мне сказала Моника, когда я ее расспрашивал об этом и это так же подтвердилось здесь, когда все вели себя обычно и никто не начал подходить ко мне с глупыми вопросами, как тогда. Мне это просто не нравилось. 10LfQs2NC            iwg0LL1RgdC1I                         NC/0YDQvtGB0YLQ0JLQvdC10 В итоге, все что я делал – это сидел на лавочке, раздумывая о том, что могло быть вовсе навеяно моей же собственно разыгравшейся фантазией. Я просто сидел тут, преисполненный мотивацией вступления в свой старый добрый литературный клуб. Удивительно… я так об этом думаю теперь, а ведь когда-то эти мысли ни за что бы не пришли мне в голову. Оу, Кира! – вдруг послышалось сзади. Я аж вздрогнул. Так неожиданно подбираться ко мне! И что это, черт возьми мне напомнило спустя одно мимолетное мгновение? М-моника… – я буквально прошипел, поворачивая голову в сторону своей красотки. Взгляд невольно окинул и других учеников, которые опять на меня смотрели. – Ты что это, за мной пришла? Аха-ха! – президент литературного клуба хитро посмеялась. – Да нет, вообще-то. Я шла за школьными принадлежностями для клуба. Ну, знаешь? Карандаши, цветной картон и все такое прочее. Вот как… – интересно, лукавила ли она. – А я-то думал. Эй, Кира, – Моника подсела ко мне на скамью, кладя свою руку на мое колено. – На самом деле, я думаю, тебе больше не обязательно вступать в клуб. Что? Последние слова девчонки просто шокировали. Что это еще черт возьми такое? Что она несет. О чем она!? Как это «не обязательно вступать»? Моника-а… – я терялся в словах и мыслях. Просто пробила своим высказыванием на ровном месте. – Ты это чего так говоришь? Ты не подумай ничего, Кира, что я не рада тебе или типо того, я просто… как бы это сказать, – она неловко замялась, отводя взгляд. Она определенно искала нужные слова. – Я просто. Считаю, что больше нет необходимости там находиться для тебя. Объяснись, – мой голос был тверд. Ее мотивация казалась мне совершенно непонятной. Не хочет значит меня видеть? Не похоже на это, ведь она влюблена в меня как последняя яндэрка. Что же тогда? Не может ведь быть это… Тебе не обязательно вновь знакомиться и общаться с этими девицами, Кира… – Моника буквально прошептала мне на ухо. Точно! То о чем я и думал. – Ты конечно можешь сказать мне, что не будешь с ними сближаться, но-о… я ведь знаю какие они. Очень-очень настырные люди, Кира. Вот оно как? – я был не слишком рад такому повороту событий. От слова совсем не рад. – Но, Моника, мне нравится литература. Я хочу вступить. Кира, ты говоришь сейчас как Сайори! – она аж разозлилась, я это по ее глазам видел. Я что, правда говорю как Сайори или она нарочно напомнила о Сайори, чтобы ранить меня воспоминаниями? Они уже попытались отнять тебя у меня в первом сне, – продолжили ее губы. – Особенно эта Юри… эта проклятая… Моника! – меня будто одернула. Рука сжалась в кулак так, что ногти въелись в кожу. Да как она смеет зарываться на Ю… Что? – она сидела в недоумении. Я понял, что она ничего не заметила и поспешно разжал ладонь. – Я говорю как есть. И Нацуки тоже в этом плане не лучше. Они же твои друзья, – мои попытки воззвать к чувству совести этой девицы наверняка окажутся несостоятельными. – Зачем говорить так? Издеваешься? – она сощурила взгляд, налилась недовольством. – Они? Друзья? А кто, если не друзья? – выплеснули мои губы, когда… Простые звенья цепи, необходимые для работы системы, Кира, – Моника сказала это, прикладывая ладонь к моей щеке. – Я не привязывалась к ним. Точнее… с тех пор как появился ты, я перестала делать это. Они может и важны, но обычного присмотра за ними с моей стороны будет явно достаточно. И я не позволю им, этим глупым безвольным куклам, мешать мне и забирать мое счастье. Моника, я вступаю в клуб, я так решил… – меня не волновало, нравится ей это или нет, у меня были свои планы. – Это не обсуждается. Скажи, Кира… – она одернула свою руку и уставилась на меня твердым взглядом. – Зачем тебе этот несчастный клуб? В чем смысл? Знаешь, если бы мне не было вверено следить за теми болванками, я бы бросила это неблагодарное дело. Тебе может просто нужно быть в каком-то клубе, да? Так вступи, к примеру, в аниме клуб. Или создай свой собственный. Почему нет? Ты теперь довольно популярная личность, Кира, так что все в твоих руках, лишь только пожелай! Повтори-ка… – слова Мон про «популярную личность» заставили меня серьезно насторожиться и вспомнить недавнюю реакцию учеников на мое присутствие. – Ту часть про мою популярность. Поподробнее об этом, пожалуйста. Ну, знаешь! Аха-ха! – эта двинутая вдруг ни с того ни с сего переменилась в настроении и звонко расхохоталась. – Это просто элементарно! Кое-что подправила для тебя, аха-ха! Моника! – я прикрикнул на нее, чтобы наконец начала говорить по существу. Опять эта идиотка влезла туда, куда не просят. Ну, Кира, ты чего? – она видно поникла, глядя на мою не слишком позитивную реакцию. – Разве ты не хотел быть популярным? Я сделала так, чтобы мы с тобой были в одной связке, понимаешь? В глазах школы, конечно. А еще… я заставила людей думать, что твое имя и прозвище убийцы из сети – это неспроста. Так что ты у меня теперь загадочный и интересный мальчик, Кира, и у всех на слуху. Ты заставила людей думать, что я и есть «Кира»!? – я невольно повысил голос, напугав мимо проходящих учеников. Бедолаги аж свалили подальше. – Ты в уме!? Н-нет! – она поспешила ретироваться, спешила объясняться. – Я не заставляла людей думать, что ты «Кира». Я просто поработала с их подсознанием на очень тонком уровне! Клянусь тебе, я не выдавала тебя. Ну ты чего? Я же не тупая, Кира. Ну зачем ты так? Зачем делать меня популярным, Моника? – мотивы этой чертовой яндэрки были мне совершенно непонятны. – Ты думаешь мне это все нужно? Я не собираюсь быть идолом этих кретинов и жить их жизнью. У меня полно важных дел, и у меня нет ни желания, ни времени на твою школьную тусовку. Кира… я просто… – Моника. Она совсем расстроилась. Опустила голову. – Я… я. Тебе следовало спросить мое мнение, – мой недовольный тон не оставлял ей и шанса. Это ее вина, что у меня теперь могут появиться проблемы. Дурак! – вдруг слезно воскликнула та. – Зачем ты так? Я ведь просто хотела нашего счастья здесь! А ты… ты… расстраиваешь меня, несмотря на то как мне трудно! Все, я устала. Я пошла за картоном, увидимся позже… Да-да, беги от проблем! – мой тон перешел в очевидный нагоняй. – Уж это у тебя просто прекрасно выходит. Когда Моника ушла в класс, явно проигнорировав все мои заделы разговор, я так же поднялся со скамьи и направился восвояси. Моника. Ты и правда очень изменилась с момента нашего первого сна. Но почему она стала такой ранимой и безрассудной? Это из-за ее нового поста? Из-за давления, которое оказывает на нее пост Оси? Скорее всего это так, но. Она действительно сама во всем виновата. Какое еще счастье может быть в долбаной популярности и тем более в том, что подсознательно люди видят меня «Кирой»? Меня так точно вычислят. Снова все пойдет насмарку. Заслужила. Пусть теперь думает о своем поведении и исправляет все. Не знаю как. Я блуждал в своем гневном настроении по коридорам школы, погруженный в раздумья и даже не заметил, как невольно подобрался к дверям своего литературного клуба. Значит, точно судьба. 10LfQs2NC      fQs2                        fQ                  iwg0RgdC1I       0YDQv Оказавшись у дверей, я встал и занервничал. Мне очень хотелось войти и вновь увидеть девчат, но… теперь сделать первый шаг казалось совсем непросто. Ведь они потеряли свою память, они точно не помнят меня. И хотя я хорошо спланировал свое появление в клубе, и все должно пройти невероятно гладко, мне все еще было отчего-то тревожно. Проклятье! Проклятые чувства. Но я должен был это сделать. Должен был показать себя с хорошей стороны. Да, все верно. Они меня не знают Но я же их знаю. Знаю какие они… Какие. И я стоял здесь, перед этими дверьми, надеясь, что все получится и пройдет хорошо. Затем… я просто взял и открыл дверь, прогоняя все свои параноедальные мысли прочь. Сделаю это без участия чертовой Моники. Здравствуйте! – я попытался выровнять голос и сказать это максимально звучным, приятным образом. …я буквально затаил дыхание