Эksпеriмеnт

Вот так это и закончилось. Мой путь, затерявшийся в петлях таящегося завершения. И ведь действительно. Как бы я могла это еще назвать? Мое тело лежало в постели моего же дома, во сне, в который я ныне могла проникать по одному лишь мыслительному желанию. Зеркало было рядом, лаская меня отражением моего же лица, являя взору, что жуткого глаза на моем теле уже нет. Но так ли все явно, как оно хочет казаться? С момента проведения надо мной ритуальной операции по пересадке – я стала ощущать в себе просто невероятные бездны потаенных способностей. Я не была уверена, что медитации мне помогут, но и пробовать определенно не хотела. Страх, что на меня свалятся все эти ужасные откровения – довлел надо мной, не давая действовать. И все, чего бы я ни коснулась – вело к ней. К Юри. Ведь именно с нее и начался этот новый виток, разве не так? Однако, стоило ли мне думать, что даже одна, мимолетно вброшенная в потоки времени мысль о ней – сразу же явит передо мной последствия? … Ки-ира-а! – меня звали. Спускаясь к двери, я слышала как меня звали. Привет, дорогая, – мягко произнесли мои уста, когда мои же руки отпирали входную дверь. Это была Юри. Все такая же странноватая, как та, что я видела вчера, когда пробудилась Либитина. Все такая же счастливая. Теперь наши разговоры были менее долгими, нежели раньше, а о их предсказуемости можно было благополучно забыть. Новая Юри была совсем не той девушкой, за которой я ухаживала в этой, третьей по счету, версии сна, а потому – рассчитывать уже ни на что и не приходилось. Я просто должна была выполнить поставленную перед собой задачу и ожидать своей участи. Мы шли. Шли в литературный клуб. Шагали прямиком в это злополучное место, как будто оно так было и нужно. Я понятия не имела какой сегодня день, но это казалось и не нужным. Я почему-то была уверена, что нам в любом случае не смогут помешать. Что нас вероятно просто даже и не заметят. Могло ли это меня радовать? Это не похоже на что-то нормальное, на нормальную жить, однако выбора пока не предвиделось. И все должно было разъясниться уже на месте, в дверях нашего старого доброго литературного клуба. Литературный клуб «Доки-Доки», день первый *** Добро пожаловать, Кира! – говорила Юри, когда я вошла, когда она сама вошла внутрь. – Добро пожаловать. В наш новый литературный клуб! Мне стало не по себе. Не нужно было пристально осматриваться, чтобы понять, что мы были здесь только втроем… Лишь я. Лишь она. И Нацуки …вот только В чем вообще был смысл этого? Возможно мне стоило быть потерпеливее, быть менее депрессивной сейчас, но я правда была слишком ошарашена всем происходящим, а мой глаз пугал меня своей способностью давать откровения. Я заговорила… Юри, – мои слова обогнули комнату, в то время как мой взгляд вихлял, под безумным плавящим ум взором девушки. Знаю, что ты хочешь спросить… – словно читая мысли, ответила она. – Про Нацуки, про то, какого черта она делает здесь, а-ха-ха! Да, Юри угадала, ведь ситуация с Нацуки действительно казалась странной. Только взгляни на нее, – говорила моя девушка, указывая пальцем на невозмутимую Нацуки, что сидела там, в углу, поджав под себя ноги, молчаливо качаясь из стороны в сторону. – Она кажется абсолютно потерянной и на все согласной, верно? Хотя еще недавно ты была свидетелем ее истерик и нашей общей ссоры. Как легко могут меняться события, Кира. Возможно, тебе тоже стоит попробовать их изменить, прежде чем мы решим, какой мир будем строить! Какой мир будем строить? Я не нашлась в ответе, из-за того, что меня кинуло в дрожь. Но что же произошло с Нацуки? Ведь Юри совершенно права. И почему теперь наш мир кажется мне таким до боли поломанным? Более худшим, чем все, что я когда-либо видела. Ну-у же, решайся! – твердила мне она, подходя все ближе, кладя мне свои ладони на плечи. – Ведь глаз все еще при тебе. Просто спроси у Саху, что ты отныне можешь и… Ты узришь истину. И словно бы не по своей воле я начала понимать… … Правило первое: тот, в чьи глаза ты посмотришь – мгновенно умрет. Но если не заложен конкретный посыл, действие не возымеет силы. Правило второе: если в течении активного зрительного контакта внушить определенный мыслительный указ – так и произойдет. Но так или иначе, человек все равно умрет, ровно через сорок секунд после внушения. Правило третье: после долгого внедрения команд в разум человека – есть шанс, что он сможет выжить и начнет покорно исполнять все заданные поручения. В этот момент можно указывать любые обстоятельства, тогда все так и случится. Но в случае неудачи, человек умрет ровно через шесть минут и сорок секунд, после окончания внедрения. Правило четвертое: более точное и эффективное использование силы может быть применимо через особую тетрадь. В этом случае, можно избежать незапланированной смерти человека, однако придется заранее знать необходимое лицо, а так же – вписать необходимое имя. Посредством красной тетради можно так же и убить жертву. Красная тетрадь. Правило четвертое. Приложение первое: убить красной тетрадью можно лишь посредством вписания соответствующих контексту слов. Убийство через красную тетрадь происходит не мгновенно, как если бы это делалось непосредственно – а через стандартную процедуру в сорок секунд, после вписания определяющих слов контекста. Убийство можно и отсрочить на более длительное время, не ограниченное стандартными шестью минутами сорок секунд. Красная тетрадь. Правило четвертое. Приложение второе: посредством красной тетради можно с легкостью убивать или управлять людьми, комбинируя оба варианта или выбирая один из них. Красная тетрадь – гибкий инструмент влияния, способный обходить большинство незапланированных ошибок или конфликтов. Красная тетрадь. Правило четвертое. Приложение третье: если в две или более красные тетради внести одно и то же имя, имея в представлении образ одного и того же лица, в течении девяти секунд – человек не попадет под влияние. Нереализованный запрос обратится против стольких людей, сколько из них писали имя жертвы в красных тетрадях, однако не приведет ни к каким последствиям. Но, если два или более людей вносили имя одновременно в красную и черную тетради, имея в представлении образ одного и того же лица, в течении девяти секунд – нереализованный запрос обратится только против того человека, который использовал тетрадь более слабого порядка. Жертва при таком раскладе тоже не попадет под влияние. Красная тетрадь. Правило четвертое. Приложение четвертое: вырванный лист или часть листа красной тетради – так же способны убить и управлять, как и сама тетрадь. Красная тетрадь. Правило четвертое. Приложение пятое: человек не владеющий тетрадью так же способен убивать и управлять, если впишет в ней имя. Владелец тетради всегда может вернуть тетрадь, заставив ту исчезнуть. Он так же может вернуть вырванные из тетради листы или части листа. Красная тетрадь. Правило четвертое. Приложение шестое: в некоторых случаях, красная тетрадь способна управлять человеком или убить его даже при условии неправильно написанного имени. Главным условием для захвата воли является хорошо различимое лицо. Красная тетрадь. Правило четвертое. Приложение седьмое: владелец не может отказаться от владения красной тетрадью. Сила, определяющая сущность красной тетради – слишком глубоко укореняется в своем владельце и от нее уже не избавиться подобными простыми манипуляциями. Любое уничтожение или дематериализация тетради – не смогут лишить владельца самой сущности силы, которая стоит за тетрадью. Использовать тетрадь может любой человек, но только владелец обладает центром средоточия силы тетради. Красная тетрадь. Правило четвертое. Приложение восьмое: страницы в красной тетради никогда не закончатся. Красная тетрадь не может быть уничтожена, ведь владелец тетради всегда может ее восстановить. Владелец не может отказаться от тетради и не может до конца уничтожить ее. Красная тетрадь. Правило четвертое. Приложение девятое: управлять действиями вписанной жертвы можно сколь угодно долго, если это указано в обстоятельствах и описано должным образом. Тридцать дней – максимальное количество времени, в течении которого можно управлять жертвой, после чего требуется ее перекодировка. Вероятность наступления смерти жертвы из-за ошибок или нестыковок в сценарии – крайне мала. Гибкость системы способна обходить множество непредвиденных событий. Красная тетрадь. Правило четвертое. Приложение десятое: обстоятельства и задачи, которые должна выполнить жертва – будут работать, даже в том случае, если жертва физически не может их выполнить или если жертва не обладает нужным для этого знанием. В этом случае, жертва будет пытаться достичь результата любыми возможными способами и наступление конфликта крайне маловероятно. Красная тетрадь. Правило четвертое. Приложение одиннадцатое: указания и обстоятельства для конкретной жертвы должны быть помещены ровно на одном листе. Допускается использование обеих сторон листа. С переходом на другой лист происходит перекодировка и прошлое описание обстоятельств с указаниями – не будут иметь силы. Неверно реализованная перекодировка способна освободить жертву от влияния красной тетради. Li4uINC/0L7Rj9Cy0LjQu9Cw0YHRjC4g0J3QsNC8INC90LUg0YHQv9Cw0YHRgtC40YHRjA==Li4uINC/0L7Rj9Cy0LjQu9Cw0YHRjC4g0J3QsNC8INC90LUg0YHQv9Cw0YHRgtC40YHRjA==Li4uINC/0L7Rj9Cy0LjQu9Cw0YHRjC4g0J3QsNC8INC90LUg0YHQv9Cw0YHRgtC40YHRjA==Li4uINC/0L7Rj9Cy0LjQu9Cw0YHRjC4g0J3QsNC8INC90LUg0YHQv9Cw0YHRgtC40YHRjA==Li4uINC/0L7Rj9Cy0LjQu9Cw0YHRjC4g0J3QsNC8INC90LUg0YHQv9Cw0YHRgtC40YHRjA==Li4uINC/0L7Rj9Cy0LjQu9Cw0YHRjC4g0J3QsNC8INC90LUg0YHQv9Cw0YHRgtC40YHRjA==Li4uINC/0L7Rj9Cy0LjQu9Cw0YHRjC4g0J3QsNC8INC90LUg0YHQv9Cw0YHRgtC40YHRjA==Li4uINC/0L7Rj9Cy0LjQu9Cw0YHRjC4g0J3QsNC8INC90LUg0YHQv9Cw0YHRgtC40YHRjA== Li4uINC/0L7Rj9Cy0LjQu9Cw0YHRjC4g0J3QsNC8INC90LUg0YHQv9Cw0YHRgtC40YHRjA== … Я сидела за партой, прожигая взглядом пустоту. Мило, правда? Милая тетрадка. Милые правила. И самое милое в том, насколько легко Юри способна принудить меня к любому знанию, о чем бы то ни было. Поэтому я сижу тут, не зная, что мне делать. Поэтому я сижу, уткнувшись в тупик из собственных противоречий, полностью потеряв нить планирования о том, что будет. И это тоже пугало. Ну-у? – Юри подошла ко мне, заговорила со мной. – Ты теперь поняла? Что с Нацуки, любовь моя? – осторожно спросила я, нежно переводя диалог. – Она сама на себя не похожа. Никогда не видела ее такой. О, я просто немного поиграла с ее головой! – как-то загадочно и жутко изъяснилась Юри. – Но тебе не следует волноваться, любимая, ведь это ее естественное состояние. Естественное? – мне захотелось узнать, у меня было стойкое ощущение какой-то… неправильности. Именно, – ответила моя девушка. – Ведь я дала ей осознание сейчас, заставила ее пробудиться. Б-боже! Неужели ты была все это время не в курсе? Знаешь. Ты действительно очень забавная, Кира, если все на самом деле так. Ведь в этом и заключается настоящая сущность нашего маленького розового ничтожества. Сущность ее расщепленного на бесчисленные фрагменты разума, который отрицает всякую коммуникацию с внешним миром, когда осознает свою суть. Это… – в смятении, тяжело произнесла я, в надежде… в надежде, что мой тон не выдал мою постепенно зарождающуюся панику. – Ясно, любовь моя. Да. Конечно же я тебе верю, как и верю любым твоим решениям. Значит, вот так, да? Хах! Что ж. Тогда, полагаю, ты хотела, чтобы я протестировала свои новые силы по управлению людьми? Ведь именно за этим ты дала мне свод правил по эксплуатации «Глаза», верно? Что ж. Новая тетрадь предоставляет просто потрясающий спектр возможностей и теперь мне ясно, как ты пробудила Нацуки. Но… ты уверена, что мне так нужно сейчас на ком-то все это применять? Не бойся… – ласково прошептала мне она, придвигаясь своими губами к моим губам, кладя свою ладонь на мою обтянутую тканью рубашки грудь. – Никто ничего не сделает. Я все изменила. Никто не восстанет против нас. Да, но… – я чуть отвернулась, ждала, когда она прекратит меня лапать. – Неужели так обязательно убивать людей просто интереса ради? Неужели мы не можем придумать ничего лучше? Ну же, Юри, я уверена, что мы справимся гораздо интереснее, если проведем клубное мероприятие, как раньше. Ведь разве ты этого не хочешь? Разве у тебя нет приятной ностальгии по старым временам, когда мы делились своими стихами? Нам было так весело. А теперь мы даже сможем творить. Ведь я права? С-сегодня не тот день, К-кира! – как-то безумно и отрывисто излагала мне она, прошептав прямо в ухо. – Сегодня ведь первый день! День знакомства, кексов и веселья! Не хочешь сходить повеселиться со мной!? Одного взгляда хватит, чтобы заставить их исчезнуть! Одного взгляда хватит для того, чтобы! А-ха-ха-ха-ха-ха!! … И она все смеялась, смеялась. Провал. Полный провал. Я опасливо взглянула на Юри, чтобы оценить ее обезумевшее состояние. Все мои слова были словно о стену горох. Ничего не помогало, и мне начинало казаться, что мы окончательно погружаемся в какое-то гребаное сумасшествие. Юри, я… – не успела даже слова молвить, как она меня перебила. Знаю, чего ты хочешь мне сказать, – переменившись из относительно позитивного настроя в странный, злой, заявила она. – Не утруждайся. Так уж и быть, я уважу твою просьбу… пока что. А затем, на парте около меня появились привычные кексы Нацуки, обдав помещение ярким свежим ароматом, прямо как тот, что я помнила. Может быть, тебе еще чаю? – тон Юри по-прежнему отливал странным нетерпением, будто бы полнился какой-то неведомой мне злобой. И чай появился на другой парте, материализовавшись из неоткуда, словно по волшебству. Юри… – я хотела как-то успокоить ее, но похоже, цепь событий была уже запущена, и все мои попытки должны были умереть, так и не родившись на свет. Нет, – строго заявила она, подтверждая мои мысли. – Ты получила что хотела, Кира. Надеюсь, завтра ты примешь верное решение. Подумай над всем этим как следует! Я просто протянула рууууууууу.у.у.у.у.у.у.у.у.у.у.у.у0J/RgN C+0LLQ tdGA0L rQsCDQ utC+0L/ QuNGA 0L7QstC w0L3Qu NGPING E0LDQud C70LAg0 YEg0L/Q tdGA0LX QvdC+0YHQvdC+0LPQviDQvdC+0YHQuNGC0LXQu9GPINC90LAg0YLQvtC90LrQuNC5INC6 0LvQuNC10L3Rgg== ахщлян охбгюсг. гд ахмъ ащжэнцм кгбцмх щгинлщн? рл шощхгие ахщлян охбгюсг. ачряхс зым щцюзн э счьве нбнвачйяпжге няъйхмпгкжп. аря ъирпгг цюжьищ? аря ъирпгг ммыымб? цгдпгьс рл юмзнцм, аряйщ п ърбиврфю? гд ахмъ юн пяйжбигиепп мгьирм хгюз лхъхрърючз? тшояагэ, нпьс рл шмяйгйигие кюн, ря с э ачвдхюо цюф ъаяск ачахмгюсгэ. кгфе э гии ьжяьж рхйэ. биётн э эчбд йщге ррумъ рюычлзнлючз нлмщърычз? п йщ ёчрхфю, зымсд вдхюьи мсч кюн йдацх. с рл йсфнцм мсэирм чяя хлх фсзбг. тчр дкжфсцм. А вот и ты! – приветливым тоном заговорило со мной это амебообразное создание. Снова здесь? – не понимала я. – Но что произошло? Юри вышвырнула тебя! – изумленно объяснилась Элисса, поворачиваясь ко мне. – Разве ты еще не поняла? Поняла… п-поняла, – опасливо молвили мои губы. – Вот только, это совершенно не помогает. Тебе следует быть поосторожнее в желаниях и не сердить Ядро так, – проговорило белое существо. – Ведь кто знает, что может случиться? Последствия могут быть самыми невероятными! В курсе, – строго отрезали мои губы. – Я знаю, что ей не следует сильно сходить с ума ради целостности, однако. По итогу все равно проигрываю именно я. В любом случае, она вроде как пообещала смягчиться… – говорила Элисса, двинувшись с места, к скоплению нервной ткани. – Поэтому тебе не стоит так сильно беспокоиться. Ки-ира! Смягчиться?? – я не очень понимала, о чем она говорит. В груди закралось подозрение чего-то недоброго. Именно, – отрезала Лисс, улыбаясь. – С завтрашнего дня, у тебя появится шанс проявить рвение. Наступит время клубных мероприятий и творчества! Это хороший шанс произвести впечатление на девушку… Странно ты говоришь, Элисса… – ощущение какой-то потаенной жути происходящего во мне лишь усилилось. – Кексы с чаем я прозевала. Но, что это все в точности значит? Это значит, что вы сможете создать нечто особенное, Кира… – восхищенно проговорила амеба. – Ведь разве ты еще не поняла? Этот мир – принадлежит только вам двоим! Двоим? Двоим… Дво0K3 Rgt C+I NCy 0YD Qtd C80 LXQ vdC 90Y vQu SDQ tNC 40Y HQu i4g 0J3 QtS DQu NGB 0L/ Qvt C70 YzQ t9G D 0LnRgtC1INC10LPQvg== Но ждал меня лишь реальный мир, ограниченный стенами моей собственной комнаты. И знала я одно …любая попытка внедриться в сон по новой – запустит следующий день, минуя любые Преграды.