Я просто хочу сделать всех счастливыми...

Рейх проснулся, слегка поворочался на кровати, не открывая глаз, наслаждаясь лучами солнца на своих веках, после чего, широко зевнув, потянулся рукой к Шайн, желая приобнять её. Однако рука его ничего не нащупала. Рейх охнул и открыл глаза. После чего поднялся и сел на кровати. Рядом с ним действительно было пустое место. Рейх вздохнул - в полусне ему казалось, что всё, пережитое им вчера - пропажа Шайн, бесконечные её поиски, попытки сбросить руки Совка со своей шеи - что всё это один лишь страшный сон, которым он сейчас поделится с Шайн, чтобы они могли вместе посмеяться. Но Шайн не было рядом, а значит, она и вправду сбежала от него, узнав о страшном и подлом замысле Рейха, от которого он уже отказался, но Шайн ведь не поверила, когда он об этом сказал... Вчера, после того, как Шайн убежала Рейх кинулся за ней в погоню. Он бежал впереди всех. Если бы не всеобщее оживление и беспорядок, он бы, возможно, смог её догнать. Но Шайн бесследно растворилась в темноте и сколько Рейх не выкрикивал её имени, сколько не просил прощения и не клялся в вечной любви, она не отзывалась. В голове нациста крутились самые страшные сценарии. Зная Шайн, он мог с уверенностью сказать, что она способна на самые отчаянные поступки в минуты потрясения. Ища Шайн, Рейх вскоре выбился из сил, из-за чего упал на колени и зарыдал - так, как не плакал ещё никогда. Одна-единственная мысль била его по голове, словно молотком: "Это твоя вина. Твоя. Только твоя...". Вдруг чья-то рука коснулась плеча Рейха. Он обернулся, увидев Фашистскую Италию. За ним стояли страны ООН, собравшись вокруг обоих полукругом. Рейх опустил голову, приготовившись, что вот-вот в него полетят камни, но ещё один взгляд на лица присутствующих на удивление дал понять, что в этих лицах читалась не ненависть, а жалость и сострадание. - - Рейх, - сказал Фашистская Италия без тени неприязни, - Иди домой, пожалуйста. - Нет, - покачал головой Рейх, - Я должен искать. Я виноват, что Шайн пропала - я буду искать, пока не найду её!, - и нацист содрогнулся под новым приступом плача. - Ты не виноват, - спокойно, серьёзным тоном сказал итальянец, - И тебе нет смысла искать Шайн сейчас. Уже темно, дождь размыл её следы. С утра мы все объединим силы а поисках, а пока тебе лучше действительно пойти домой и лечь спать. Рейх послушно встал с колен, собравшись сделать то, о чём говорил ООН, как вдруг сзади раздался рёв: - Где он?? После чего сквозь толпу пробился Совок. - Где она?, - кричал он голосом разъярённого быка, - Где Шайн? - - Всё хорошо, СССР, - сказал Америка, - мы начнём поиски утром. - - Это он!, - вскричал Совок, указывая на Рейха, - Ты! Твой косоглазый приятель мне всё рассказал! Она сбежала из-за тебя, поганый нацист!, - Не в силах, да и не желая контролировать себя, Совок кинулся на Рейха, сомкнув руки на его шее. Рейху тут же перехватило дыхание, перед глазами всё помутилось. Сквозь рык Совка он ещё смог различить крики стран, оттаскивавших коммуниста от него. - Не надо, красный ты психопат!, - кричал Великобритания, - Рейх ни в чём не виноват! Он совершил ошибку, но искупил её многократно! Совок хотел было что-то сказать, но, увидев, что большинство присутствующих не поддержит его слов, обратился лично к Рейху: - Даю тебе три дня, чтобы найти Шайн. В противном случае я тебя разыщу где угодно!, - развернувшись на каблуках, Совок зашагал прочь. *** Рейх не помнил, как добрался домой. Помнил лишь, что, войдя в комнату, сразу плюхнулся на кровать, вмиг заснув мёртвым сном. И вот теперь, проснувшись, он всё вспомнил, и сердце его вновь защемила тоска. Бедная Шайн! Где она? Что с ней? Сбежала ли она в нижний мир? Ведь, будучи признанной, она может делать это самостоятельно. Если да, то куда? Или она настолько убита горем, что решила укоротить себе дней? Всё возможно. И не остаётся ничего, кроме как искать, надеясь на успех. Рейх встал с кровати и начал одеваться. Сейчас он решил последовать совету Шайн и начать искать хорошее в наитемнейший час. В конце-концов, сегодня солнечный день, искать будет легче, да и наверняка Шайн видел кто-то из тех стран, которые не пришли на саммит - например дети Франции, которые любят Шайн не меньше его. Улыбнувшись этому крохотному лучику надежды, Рейх собрался уже выходить на поиски. Вдруг свет в комнате резко пропал Рейх выглянул в окно, желая оценить размеры тучи, закрывшей солнце, чтоб понять, надо ли брать с собою зонтик и вдруг застыл в удивлении, которое вскоре сменилось откровенным ужасом. Всё небо медленно заволакивалось большим облаком, которое всё расширялось, поглощая все лучи солнца. Более того, облако оседало, разливаясь по земле, словно туман. Рейх не раз видел подобное - во время газовой атаки с воздуха. Так что, почуяв неладное, нацист кинулся в подвал, где у него хранились, скажем так, разные вещи из прошлого. Найдя среди множества приспособлений различного использования шкаф с противогазами, Рейх отпер его и с удивлением заметил, что одного противогаза не было, а ведь до этого все крючки были заняты. Это настораживало ещё больше, но времени обдумывать всё попросту не было, поэтому Рейх схватил один из противогазов и одел на лицо, попутно захватив второй (для Шайн, в надежде что найдёт её, прежде чем... произойдёт всё, что угодно) и пулей выбежал на улицу. Нужно было найти Шайн во что бы то ни стало. Неизвестно, что случилось, но это явно не к добру. Рейх кинулся было в сторону парка, где, по идее, Шайн и должна была бы находится вероятнее всего, но вдруг понял, что не может различить ничего на расстоянии дальше полуметра - настолько туман был густой. Двигаясь по инерции, Рейх перешёл на бег, но вдруг столкнулся с кем-то. Этот кто-то упал. Рейх хотел было извиниться, но вместо этого издал новый возглас удивления. Этой страной оказалась Португалия. При том, упав, она не обратила на Рейха внимания, а неожиданно кинулась с кулаками на внезапно вынырнувшего из тумана Аргентину. Оба упали на землю, сцепившись в жестокой схватке, оба наносили друг другу удары, царапались, кусались и тянули друг друга за волосы. Рейх в ужасе взирал на всё происходящее, не в силах понять, что происходит и не решаясь разнять двоих. Наконец издали послышался гул приближающейся машины и вдруг из глубины тумана вырвался автомобиль, врезавшись в дерущихся на полном ходу. Не останавливаясь, машина врезалась в стоящее рядом дерево, дверь открылась и наружу выскочил Китай, с таким же бешеным выражением лица, как у тех, кого он сбил. Всё так же, не обращая на Рейха внимания, он набросился на поднимающуюся Португалию (Аргентина неподвижно лежал рядом) и принялся добивать его. И тут Рейх понял окончательно, что произошло. И в этот миг сознание его помутилось, голова закружилась, не видя, куда движется (при чём, в буквальном смысле), он побежал прочь, в несоизмеримом ужасе от произошедшего. То тут, то там Рейх натыкался на выныривающие из тумана группы дерущихся друг с другом стран. Все дрались с невероятной злобой и остервенением, как кулаками, ногами, головой, так и с использованием различного рода предметов - палок, железок, камней. Один раз на Рейха брызнула чья-то кровь и он молился, чтобы это она не принадлежала кому-то, кого он хорошо знает. В голове звенела одна-единственная мысль: "Нужно найти Шайн! Нужно найти Шайн! Нужно найти Шайн!". И, внезапно, его желание исполнилось. Правда, не совсем так, как он надеялся. Ведь в какой-то момент он услышал голос, голос, раздающийся, казалось, отовсюду, сверху, сбоку, даже откуда-то снизу. Вернее, не совсем голос. Не сразу. Сперва было слышно, как некто как б дует на микрофон, проверяя его на рабочесть. Затем полились слова, слова, которые звучали Рейху невероятно знакомыми, из-за голоса того, кто их говорил. Этот голос принадлежал Шайн. "Так, раз-раз, три два один, проверка, проверка. Так, эта штука работает, все меня слышат? Отличненько! Здравствуйте, мои дорогие, здравствуйте, мои ненаглядные!", - так говорила Шайн. В её голосе преобладали нежные, жаде слащавые интонации, от которых, тем не менее, у Рейха в жилах застыла кровь, что, с учётом всего, что он повидал в своей жизни, уже говорило о многом. "Я так рада, что могу обратиться к вам всем одновременно, мои дорогие страны! Ведь, в конце концов, то, что я хочу сказать вам всем чрезвычайно важно. Хотя, большинство из вас точно не в состоянии даже воспринять мои слова, так что я обращаюсь, главным образом, к тем, кто, в силу определённых обстоятельств, например, закрытых окон в своём доме, не подвергся воздействию моей веселящей игрушечки. Прежде всего, взвалю на себя ответственность за то, чтоб развеять ваше любопытство и объяснить, отчего это мой голос слышен, насколько я могу судить, прямо отовсюду. Нет, ваша первая догадка, к моему сожалению, не подтвердилась, я - не Бог, так что можете встать с колен, как бы мне ни было приятно осознавать, что вы находитесь в таком положении. Дело в том, что в здании ООН хватает различных электронных штук, при помощи которых, если конечно знать как, легко можно связаться со всеми динамиками в верхнем мире" "Здание ООН", - пронеслось в голове у Рейха, "Да, всё так и есть. Несчастен этот мир, что пришлось ему пережить этот день!" "Итак, перехожу к основной части", продолжал голос из динамиков "Почему же, друзья мои, большая часть из вас пребывает в состоянии... как бы это получше сказать... слегка повышенной агрессии? Ну... Дело в том, дамы и господа, и Россия, что я на вас слегка в обиде. Даже не то, чтобы слегка, а, я бы сказала, очень-очень даже. Да, да, дорогуши, ваша милая, незлобивая, приветливая и светлая аки солнышко без озонового слоя Шайн (последнее сравнение, кстати, уже заложено в её имени) ведёт себя так, что её с лёгкостью можно было бы назвать резкой аки ситро из-за незаживающей ранки в её сердечке, ещё не так давно казавшимся вам сосредоточением всех возможных светлых (ёбанный каламбур!) качеств, а ныне изливающегося желчью и ядом, заливая им всех вас. И ранку эту мне нанес не то, чтобы каждый из вас, нет, а, скорее, ваш образ жизни, ваша наивная вера в то, что проявление доброты заставляет не прогибаться под всех вас, а возвышаться над вами, во всяком случае, над теми из вас, кто этой самой в рот трижды выебанной доброты не проявляет. Я поверила в это, я была доброй с вами, дорогуши, играя по вашим правилам и, как результат стала так слаба, как никогда. Чем не преминул воспользоваться практически каждый из вас, в той или иной мере, а в особенности тот, чьё имя я... назову напрямую. Да, Третий Рейх, я говорю о тебе, лапушка!" Рейх подскочил от неожиданности и стал оглядываться. Неужели Шайн видит его. Если так, то, взможно, и слышит тоже, а, значит, к ней можно обратиться... "Не утруждай себя, милый, можешь не пытаться взывать ко мне - я всё равно тебя не слышу" как бы читая мысли Рейха говорила Шайн. "Да, ненаглядный мой зубастик, так мы, кажется, называли друг друга, верно? От этого чёртового удара в моей голове всё перемешалось - уже не так чётко различаю, что явь, а что сон. Ну, да это, в общем, теперь не так и важно, верно? Да, милый, ты воистину гениален - все, кто сейчас слышат меня должны это признать! Ты показывал себя со стороны субъекта, отрицающего всеобщие представления о доброте яростнее, чем кто-либо, вынуждая мою натуру толкать меня к тому, чтобы проявлять доброту к тебе, дабы доказать тебе мою правоту. И ты нашёл гениальный способ манипулировать мною! Право, любимый, твоей стратегии позавидовал бы даже ты сам из прошлого! Но, всё же, восхищаться тобою мне не то, чтобы очень легко из-за того, что ведь это именно ты заставил меня почувствовать себя слабой и беспомощной. Да, ты вновь открыл мне глаза, заставив меня вспомнить о том, кто я такая на самом деле и как должна вести себя, чтобы не только выжить, но и перечеркнуть всякую возможность моего дальнейшего использования кем бы то ни было. Но то мимолётное чувство отчаяния, которое я пережил по твоей вине пробудило во мне желание отплатить тебе чем-то подобным. И нет, милый, оно не будет вызвано для тебя созерцанием того, как эти никчёмные существа убивают друг друга, я ведь знаю, что тебе на них наплевать. Настигнет ли тебя твоё наказание зависит от того, действительно ли я смогла заставить тебя прогнуться под правилами этого мира, а точнее, от того станешь ли ты искать меня. Сказать по правде, мне самой было бы ужасно интересно узнать, смогла ли я стоить твои острые углы. Что ж, любимый, да начнётся игра!" Как только голос Шайн стих, Рейх заметался в ужасе. Случилось самое страшное, что он мог предположить - страшнее, чем если бы Шайн погибла, в этом нет сомнений. И то, что в это виноват только он и никто другой - чистая правда. Что же ему делать? Ответ был один - отправиться в здание ООН, найти Шайн, попросить прощения и упросить её отказаться от ужасной затеи. Рейх уже было побежал в нужную, как ему показалось, сторону, как вдруг вновь застыл в изумлении. Причиной оного в этот раз стал резкий гул, доносящийся сверху, источника которого не было видно из-за тумана. Но вот гул всё нарастал, уже превратившись в самый настоящий рёв и туман вдруг стал рассеиваться. Причиной же стал опускающийся вертолёт, разгонявший густые облака своим пропеллером. Рейх всё старался разглядеть, кто же за штурвалом, но ему это никак не удавалось. Вертолёт, между тем, не стал садиться, зависнув в воздухе, в то время, как все обезумевшие страны от ужаса разбегались в стороны. "Эй, там, внизу!" послышался голос - пилот явно говорил в микрофон и, судя по голосу, был женщиной. "Хватайся, да поскорее!". Из вертолёта вниз полетела верёвочная лестница - Рейх ухватился за неё и поставил ногу на ступеньку. Не дожидаясь, пока Рейх взберётся, пилот направил вертолёт вверх, отчего Рейху оставалось лишь карабкаться, ежесекундно озираясь вниз. Забравшись в кабину, Рейх закрыл её и взглянул на пилота, чьё лицо было, как и у него, закрыто противогазом. Пилот нажал на какую-то кнопку и весь туман, заполонивший кабину, стал стремительно покидать её с характерным для работы насосов гулом. Наконец, кабина была пуста и пилот снял противогаз. - Ты тоже снимай, - сказал до боли знакомый голос, - теперь тут чисто так, хоть стены и пор рижи. - Япония, - воскликнул Рейх, обнажая своё лицо. - Рейх?, - удивлённо спросил Япония, на секунду обернувшись - по-видимому, она сама не знала, кого спасала, - А как ты... Впрочем, так даже рутше. Рейх, что тут за хуйня творится, ты можешь мне объяснить? Почему все сходят с ума, что это за туман, нахуй?, - Неко была явно вне себя. "А, следовательно, не в себе", заключил про себя Рейх. - Я искара Шайн в нижнем мире, - рассказывала Япония, - Ну, знаешь, думара, она сбежара на свою территорию, хоть она и хуй знает где находится, но радно. Короче, рысачу я по Европе на своём хуевом верторёте, выгрядываю все угорки, держу связь с Боргарией, которая прочёсывара дно озёр (я блядь, не знаю, какого хуя меня поставири в пару с ней - в этом же нет никакого хуева смысра, чтобы мы быри на связи!), как вдруг она говорит: "Ой, а тут туман какой! Сорнышко исчезро совсем". Потом закашрярась, затем вдруг заорара ни с того, ни с сего. Я подумара - что там такое? Вызываю одного связного за другим - ни один не отвечает. Я поднярась в верхний мир, а тут... такая вот хуйня! Какой-то хуев газ разпорзается, все как один друг друга хуярят, хорошо хоть в хуевом запасном отсеке лежали хуевы противогазы... - Извини, но, когда девушка так часто повторяет слово "хуй", то, значит, этого хуя ей и не хватает. Это Шайн так сказала!, - поспешно добавил Рейх, - Я просто хотел разрядить напряжение. Или автор просто поставил цель употребить в этой главе ровно сто непечатных выражений... - Заткнись нахуй!, - заорала Япония. Её лицо дышало гневом. Рейх подчинился, так как понимал истинную причину такого поведения. Когда туман на секунду рассеялся, Рейх увидел, что стоял возле дома Америки, поэтому он догадывался, кого Япония хотела спасти на самом деле. Чтобы уйти от темы он решил начать более существенный разговор. - Что ж... Думаю, мне стоит объяснить, что, собственно говоря, произошло... - Да, и при чём тут Шайн, хотера бы я тоже знать. - Конечно. Гм, в общем... Короче говоря, дело было так. В сороковом году... - Что? Рейх, ебать тебя в рот и в жопу одновременно - не рассказывай мне твою хуеву биографию! - Да нет это правда важно! В сороковом я проводил исследования в области химического оружия. И учёные смогли изобрести газ, при распылении которого солдаты повергаются сильнейшей панической атаке - они полностью теряют способность думать и видят повсюду угрозу для жизни, поэтому нападают буквально на всех, в том числе и друг на друга. - Что мы, собственно, и видели, - кивнула Япония, чуть не забыв добавить: - Вот хуета! - Мда... Короче, как ты, наверняка знаешь, с началом войны мне был закрыт проход в верхний мир по объективным причинам. - Да уж... - Ага. Ну, мне стоило весьма, ВЕСЬМА огромных усилий и большого числа попыток поместить резервуар с газом в подвале здания ООН. Не важно как - шпионы, подкуп, запугивание - вся фигня. Я собирался выпустить газ, когда придёт время, чтобы он накрыл всех моих врагов сразу. Но... в общем, это произошло уже в конце сорок четвёртого. А для того, чтобы газ сработал ему было необходимо, скажем так... настояться. - Настояться? Чего, брядь? - Ну, побыть некоторое время в состоянии покоя. Проблема в том, что это состояние должно было продлиться не менее пяти лет. - О, ты реарьно въебарся нахуй! - Да... В общем, не так давно я рассказывал Шайн историю Второй мировой, потому что мне... скажем так, не особо понравилось видение этой войны в учебниках Шайн. - Ха, моему отцу оно тоже не особо приебарось. - Мда... Короче, мы сравнивали прогресс различных стран в плане разработки оружия и... ну, в общем, Шайн, она... сказала, что лидером в разработке оружия является США. Я сказал, что я превышал его по качеству оружия, что у меня оружие было больше и... - Не пизди! У Америки самое борьшое оружие в мире! - Ну... Погоди, ты это к чему? - Да, ничего. Продоржай давай. - Да, ну Шайн, в общем не согласилась. Я тогда рассказал ей про этот газ и она тогда уже признала, что этому оружию равных нет. И теперь... Короче, я думаю, что она обозлившись на весь мир, после того, как узнала про мой договор с твоим отцом пробралась в нижний ярус здания ООН и выпустила газ, чтобы таким образом отомстить мне. - Да, несрабая хуйня заварирась, - кивнула Япония. - Да уж... Погоди, куда это мы летим? - В здание ООН, конечно же. Ведь Шайн именно там. Мы доржны поговорить с ней, уговорить отказаться от этой затеи. - Это я и сам хотел бы. Надеюсь, мы сможем сделать это, пока не станет слишком поздно. - Слишком пёздно, я бы сказала, - проворчала Япония, но уже без былой ненависти. - Кроме того, в здании ООН находится противоядие... - Противоядие??, - закричала Япония, - Какого хуя ты морчар, брядина? - Вот теперь и говорю, - Рейх собрал в кулак всю силу воли, чтобы не обидеться, - Противоядие в виде другого газа, находящегося в резервуарах. Это на случай, если заражусь я или кто-то из моих людей, понимаешь? - Ясно. Надеюсь, нам ещё будет, кого спасать с его помощью. Какое-то время оба летели молча. Затем Япония сообщила, что, согласно датчикам, здание ООН находится прямо под ними, поэтому пошла на снижение. И тут им с Рейхом уже в который раз за сегодня пришлось испытать неожиданное удивление, а Японии лично - второе за день разочарование. Когда туман под вертолётом рассеялся, оба увидели, что здание ООН окружено полчищами зомби - назовём их так для удобства. Удивило Рейха с Японией не сам факт их присутствия, а то, что ни один не нападал на другого, вопреки действию газа. Вместо этого все как один зомби пялились наверх и скалились, как бы в предвкушении добычи. Смутно догадавшись, что здесь лучше не садиться, Япония направила вертолёт в другую сторону. - Что за бред?, - задумчиво спросила сама себя Япония. - Странно, я ожидал, что ты скажешь нечто вроде: "хуйня" или "поебень", - попробовал пошутить Рейх, но лицо повернувшейся Японии заставило его замолчать. - Придётся рететь куда-то, где их нет вовсе, - сказала неко, - А я не знаю, где бы могро быть это место. - Может, спустимся в нижний мир на некоторое время?, - спросил Рейх, - Хотя бы чтоб обдумать дальнейшие действия. Немного подумав, Япония согласилась и уже через минуту вертолёт опускался на ровную поверхность французских равнин. - Итак, - сказал Рейх, выйдя наружу, - Что мы имеем? Огромное количество стран заражено, так? При этом мы никак не можем незаметно для зомби пробраться туда, где лежит ключ к исправлению ситуации. Разве что был какой-то секретный подземный ход туда, куда нам надо, о котором я не знаю... - А тем путём, которым ты доставир резервуар с газом в здание попасть нерьзя? - Ну... Не совсем.. Ладно уж, расскажу, как именно мне это удалось. Просто я подкупом, шантажом и всеми вышеуказанными способами внедрил своих учёных в наивысшие секретные инстанции научного центра стран Коалиции. Там все занимались разработкой оружия, в том числе и газового. Под моим тайным руководством, пользуясь тайно пересылаемыми данными учёные шаг за шагом производили этот самый газ под видом похожего оружия, но с иным действием - все думали, что оно заставит вражеских, то есть моих солдат обращаться в бегство. Ну, а вышло вот такое. И находится оно, вместе с противоядием на дне подземелья здания ООН, где хранятся лишь наисекретнейшие научные наработки. И Шайн нашла туда путь. Как - я понятия не имею, но путь туда закрыт для нас. Оба долгое время сидели, задумавшись и не проронив ни слова. В конце концов, Япония вздохнла и сказала: - Знаешь, как мой отец говорир... есри другого выхода кроме боя не остаётся, ручше принять его, чем сидеть, срожа руки во тьме неопредерённости. - Ты это к чему?, - не понял Рейх. - Ну... Есри не нам не остаётся ничего иного, кроме как пробраться через порчища зрмби, то... видно придётся так и поступить. - Да как... да как ты это себе представляешь?, - такое предложение совершенно справедливо казалось Рейху безумием, - Ты видела, сколько их там, а нас ведь только двое! В этот раз я не повторю того, что было со мной в сорок третьем - не буду кидаться с головой в объятья смерти! - Да нет же, дурачок, я не имею в виду, что нам средует биться с ними в одиночку. Ведь кроме нас остарись наверняка ещё незаражённые страны, верно? - Мы этого не знаем... - Хоть нескорько, хоть окоро пяти доржны быри остаться. Есри мы все соберёмся, хорошо вооружимся, то мы сможем дать отпор зомби, так, чтобы хоть кто-то из нас, но обязатерьно ты пробрарся в здание ООН и нашёр Шайн. Возможно ведь такое? - Да нет, глупости это всё! Вооружимся... Как, скажи пожалуйста? - Срушай, мы в нижнем мире! Сейчас заскочим ко мне на военную базу, возьмём какой-нибудь весьма, ВЕСЬМА тяжёрый грузовик, немного оружия - так, чтоб не принести вреда зомби, они же всё-таки наши собратья, торько не в себе, соберём команду, попадём в здание ООН, ты найдёшь Шайн, поцеруешь много раз носки её туферь, попорзаешь перед ней на коренках, пока она тебя не простит, выпустишь в воздух антидот - и все счастривы, все танцуют, поют, федерация и хеппи-энд! Подходит? - Ну не знаю..., - задумался Рейх. С одной стороны это имело смысл, с оглядкой на то, что ничего другого и впрямь не оставалось. Но другой стороны... - Не уверен, - вздохнул он в конце концов, - Япония, это слишком рискованно... - Ах ты, говнорожий хуесос!, - взорвалась Япония, услышав это. Рейх даже вздрогнул и отошёл подальше, - Да будь я мужиком, я бы тебя щас так ебара - мой хуй бы из твоего рта вырезар - насторько ты мягкожопый тюхтя! Когда, с кагого, ёб твою мать, хера ты стар таким? Мой отец рассказывар мне про другого Рейха - того, который, по твоему выражению, очертя горову кидарся в объятья смерти, даже, когда надежды, казарось бы, борьше не быро, но оставарась церь! Того, дря которого победа бра единственным смысром дря существования! Проиграв в войне ты потеряр этот смыср, но ты сам говорир, что Шайн стара новым смысром твоей жизни. И есри в тебе хоть когда-нибудь быро хоть то-то, достойное уважения, то это твоя неудержимость на пути к победе - наскорько безнадёжным бы ни быр путь! И есри ты вновь станешь таким ради Шайн, это будет наиручшим доказатрьством твоей рюбви к ней, которое заметит даже она! Рейх вновь задумался. В этот раз всё, что говорила Япония показалось ему ещё более правильным. Выпрямившись в полный рост, Рейх произнёс: - Ты права, сушиешка! Я действительно должен стать таким, как раньше ради Шайн! И я это сделаю! Даже если меня разорвут на тысячи мелких кусочков кровожадные зомби, я готов побороться за неё - мне всё равно нет особого смысла задерживаться в каком-либо из миров. Но я не хочу зря жертвовать уцелевшими странами - этих моих ошибок я не хотел бы повторять никогда. - Не ворнуйся, Рейх, каждый из уцеревших, кроме Северной Кореи, разве что, есри он, конечно уцерер, будет готов пожертвовать собою ради спасения остарьных стран. И мы с радостью поможем тебе! Постой-ка, сушиешка? - Ну..., - Рейх замялся, - Мне хотелось сказать что-то... не особо мрачное. Просто ради разрядки, понимаешь? - Понимаю. Пидарас. Рейх проигнорировал это замечание, покорно отправившись вслед за Японией на одну из её военных баз. Увидев немалый по размерам арсенал, он выдвинул предположение, что, возможно было бы не лишним, а то и разумным задействовать людей, снарядив их противогазами. Япония покачала головой: - Нет, - сказала она, - Не стоит людям вмешиваться в дела верхнего мира - это им не пойдёт на пользу. Их мир тут, а проблемы наверху мы должны решать сами. Рейх не стал спорть, смутно понимая, что, по-видимому, Япония права. Оба выбрали бронеавтомобиль, который, по словам Японии, был наиболее неприступен из всех запасов её арсенала, к тому же обладал несколькими пушками - сверху и по бокам. Затем занялись поиском оружия. Япония подыскала несколько ручных пулемётов, а в качестве патронов взяла резиновые пули. - Резиновые пули?, - спросил Рейх, не в силах скрыть пренебрежительной усмешки. Япония бросила в его сторону суровый взгляд. - Ты уж изини, но я не думаю, что перехуярить все сраны к ебеням собачьим входит в наши праны. Поэтому я возьму то оружие, которое не навредит никому из заражённых. Это и ящик транквиризаторов - есри удастся, мы заставим некоторые страны мирно заснуть без ришнего насирия. На всей базе транквилизаторов набралось не так, чтоб много - немногим больше числа всех существующих стран. Так что использовать их предстояло аккуратно. Набрав ещё побольше противогазов, Япония и Рейх отправились обратно в верхний мир, смутно представляя, что ждёт их впереди...

***

Бронеавтомобиль ехал по пустым улицам. Даже зомби куда-то все подевались. Из рупора на крыше звучал голос Рейха: "Внимание, внимание! Обращение в уцелевшим! Говорит Третий Рейх! Всем уцелевшим просьба идти на мой голос! Вы встретите бронеавтомобиль, который защищён по наивысшему разряду и станет для вас убежищем. Найден способ исправить ситуацию, повторяю - найден способ исправить ситуацию!" Рейх повторял это бесчисленное количество раз, но вокруг по прежнему не было ни души. Нацист, тем не менне не отчаивался, вновь и вновь напрягая голосовые связки в надежде, что кто-нибудь всё же внемлет его голосу. И вот, откуда-то издали послышалось протяжное "Эгегегей!". Рейх тут же направил в ту сторону перископ и увидел быстро приближающиеся силуэты. На тот случай, если кричали всё же не они, Рейх приготовил верхний пулемёт к бою. Силуэты, кстати, больше не двигались вперёд, копошась на одном месте, оставив Рейха и Японию в недоумении. При том, что с их стороны продолжали слышаться крики, но уже иного рода - скорее истошные, чем взывающие. Чуя недоброе, Япония двинула броник в сторону пришельцев и вскоре, через перископ Рейх увидал такую картину: четверо стран, чьи лица были закрыты медицинскими масками, дрались с шестью зомби, используя палки и железный лом. Примечательно, что зомби не просто бились и кусались, а пытались сорвать с уцелевших маски. Уцелевшие не преуспевали в своих попытках освободиться и потому так громко вопили. - Рейх, испорьзуй пуремёт!, - вскрикнула Япония. Упрашивать дважды не пришлось - Рейх быстро схватил панель управления, снял предохранитель и, как мог хорошо прицелился, после чего нажал на курок. Первые пули полетели на обочину, следующие сбили с ног одного зомби, а другого заставили кувыркнуться в воздухе, попав ему в лицо. Остальные набросились на машину, но через секунду разлетелись в стороны. Рейх закричал в рупор: "Поторопитесь, если хотите жить!", - и четверо уцелевших со всех ног кинулись к открывающемуся люку автомобиля. Наконец все уже были внутри, а воздух был откачан, тогда новоприбывшие спокойно сняли маски. Это были Кипр, Бразилия, Австрия и Израиль. При одном взгляде на последнего, Рейх непроизвольно произнёс: - Ой, пиздец!, - не забыв добавить: - Пиздец какие монстры, да? - Да уж, - сказала Австрия, - Фух, наконец-то мы в безопасности! Спасибо вам, ребята! - Незачто, - ответила Япония, - Вы все церы? - Целы, целы, - сказала Бразилия, - Вы не встречали ещё незаражённых? - Ясное дело, нет, - слегка раздражённо ответил Рейх, - Иначе мы бы и их спасли. - Но вы сказали, что нашли способ исправить ситуацию, - сказал Кипр, - И в чём же он - Дря его успешного выпорнения нам нужно борьше стран, - сказала Япония, - Поэтому поищем ещё уцеревших. Израиль за всё время не произнёс ни слова, всё время смотря куда-то совсем в другую сторону. Рейх смутно осознавал, почему и старался не вмешиваться. - Повезло нам, что собрались на вечеринку, - сказала Австрия, - У меня был день принятия конституции, я пригласила многих друзей, но пришли только эти трое. И потому спаслись, что мы в моём подвале решили опробовать некоторые магические обряды людей и вызвать дух человека-леденца, правда не очень успешно. Ну, вот и заснули прямо там, в подвале. А, когда проснулись, я поднялась первая по лестнице и увидела, что небо заволакивает этот туман и что страны с криками носятся. Ну, мы спрятались обратно, а потом голос Шайн из динамиков услышали. - А как услышали нас?, - спросил Рейх. - Ну, в подвале были маски, то есть медицинские, мы их одели и решили проверить обстановку, выйдя на улицу. Услышали твой голос, побежали на него - и тут на нас эти зомбаки и напали. Если б не вы - точно б душу вынули! Машина ехала дальше, Рейх продолжал начитывать текст обращения. Вскоре по очереди были спасены ещё пять стран - Новая Зеландия, Украина, Греция, Испания и Южная Корея. Последним был спасён Великобритания, чему Рейх не был особенно рад. - Как ты спасся вообще?, - поинтересовался он, стараясь скрыть разочарование в голосе, - У тебя ведь и укрытия как такового нет, даже маски... - А это, ты думаешь, зачем?, - спросил Великобритания, отнимая от лица платочек. Видя удивлённый взгляд окружающих, он с удовольствием объяснил: - Универсальный - защищает носоглотку от проникновения любых посторонних газов. Даже помог мне, когда ты, Рейх, вероломно пытался сорвать переговоры по Чехословакии в 38-м. - Это не я, - буркнул Рейх, - Это то, что нам давали на твоём приёме. Пирог с угрём - это ведь ещё додуматься надо! - Прекратите!, - сказала Япония. Вновь началось всеобщее молчание. Наконец, Япония решила, что больше стран вряд ли соберутся, а значит - пора составлять план вторжения в здание ООН. Когда Рейх услышал слово вторжение, то автоматом стал предлагать всевозможные варианты, но никто не хотел давить зомби и разбивать им головы арматурой. - Ладно, ладно!, - проворчал Рейх, - Но, если даже и отбросить излишнюю грубость, то принципе, минуя толпы зомбаков этими вашими гуманными способами, можно же, врезавшись в стену, пробить её и затем с помощью снарядов пробить проход вниз, в подземелье? - Нет, - покачала головой Япония, - У нас в запасах не настоящих боевых снарядов. Да я и не думаю, что пробивать проход вниз взрывами быро бы разумным решением, хотя бы в свете того, что там находится Шайн. - Но пробить стену посредством автомобиля звучит разумно, - кивнул Великобритания, - И, всё же, когда мы выйдем, не исключено, а точнее - гарантировано, что мы внутри встретим не меньше зомби, чем снаружи. От них придётся отбиваться, чем придётся. - Ну, транквилизаторы у нас, всё же, есть, - заметила Новая Зеландия. - Ну да, когда на тебя навалятся полчища зомбаков, ты даже пистолет вытащить не успеешь, - сказала Южная Корея, - Придётся драться. Мне не впервой - я в своё время задала жару северянке. - Да, для драки у нас есть некоторое оснащение, - подтвердил Рейх, - Кроме пистолетов с транквилизаторами - пистолеты с теми же резиновыми пулями. Но, битвы в рукопашную, судя по всему, не избежать. Для неё есть биты, но, всё же, будьте готовы к тому, что..., - Рейх судорожно сглотнул слюну, приготовившись сделать то, чего не делал никогда - повести себя честно по отношению к солдатам перед боем, - ...что не все доберутся до бункера. Нас тут двенадцать, так что я могу гарантировать это с достаточно большой вероятностью. Мне жаль, - помолчав, Рейх добавил: - Если... гм, если кто-то захочет остаться в машине и не принимать участие в битве... думаю, будет справедливо, если мы не будем порицать его за это, согласны? В который раз наступило молчание, только уже не неловкое, а, скорее, гнетущее - видно, каждый размышлял над возможностью избежать драки. Первой заговорил Израиль, от чего Рейх не мог не вздрогнуть: - Ты считаешь, здесь есть кто-то, кто откажется от участия в битве за своё существование? За существование целого мира? Ведь со смертью стран наступи глобальный хаос и никто - даже мы - не сможет выжить в нём. Неужели ты и вправду думаешь, что кто-либо из находящихся тут удержится от борьбы за свою жизнь? Без обид, Рейх, но, если я сейчас скажу: "Бывало и похуже", я буду иметь в виду твоё нашествие на весь цивилизованный мир. Участь тех, кого ты не планировал уничтожать была ничуть не менее завидной - вечное рабство и лишение всех человеческих качеств. И ты был невероятно силён - ты брал одну страну за другой, зачастую без больших жертв - да, твоё противостояние с совком затянулось, учитывая его размеры и помощь из-за границы, а затем - и открытие второго фронта, но, всё же, ты нанёс ему невероятный урон, ты дошёл до Москвы, ты имел все шансы стать властелином мира. Но свободолюбивые народы, включая твой собственный, хотя у таких, как ты нет народа - ваше единственное племя - вы сами - мы объединились против угрозы уничтожения в твоём лице и победили. Мы выдержали просто невероятные дни ужаса и лишений. Мой народ, пожалуй больше всех остальных..., - Израиль запнулся, но быстро продолжил, - Но мы победили тебя. И победа принесла плоды сторицей каждому победителю, в том числе твоему народу, избавленного от ига диктатуры, равной которой он не переживал доселе. А мой народ, сплотившись в борьбе против полного уничтожения как никогда в жизни, смог после войны прийти к своей двухтысячелетней месте - созданию собственного государства. И всё потому, что, уничтожая наших братьев и сестёр, ты напомнил тем из нас, кто было отрешился от старых несокрушимых связей со своим племенем, кто они на самом деле и почему должны быть рады отдать жизни за тех, кого с ними связывают единые корни, идущие от тех из нас, кто так же, стремясь познать свет свободы и жизни, вышел когда-то из Египта. Мы выстояли и стали сильны как никогда. И я считаю, что, хотя нынешнее происшествие в сравнении с тем, о котором я говорил выше, может показаться воистину нелепым, я считаю, что оно заставит нас вспомнить о том, что дало нам - всем нам, в той или иной мере - вовсе не только мне - стать сильнее после победы над злом, что эта новая победа поможет нам ещё раз вспомнить нашу преданность собственным народам и тем, кого мы желаем спасти от гибели. Поэтому, я не считаю, что здесь есть кто-то, кто не осознал этого, кто не вспомнил всего того, о чём я говорил выше и кто не будет рад отдать последнее, ради сохранения мира того, каким мы его помним. В этот раз наступившее молчание было пропитано удивлением и восхищением. Бразилия, со свойственной ей сентиментальностью, прослезилась. Рейх же, улыбнувшись, ответил: - Да, ты, конечно... конечно прав. И что, никто действительно не хочет остаться. - Никогда!, - выкрикнула Австрия. Остальные закивали в знак согласия. - Куда ж вы без меня?, - иронически спросил Греция, - Кто же будет потом слагать оды вашей победе - для их хорошего качества я должен быть хотя бы свидетелем боя. - А кто потом напишет музыку для этих од?, - спросил Испания, - И впишет в ансамбль звуки ударов и кличи триумфа? - А потом кому-то придётся готовить триумфальный обет, - сказала Бразилия, - Как же тут обойтись без моей фирменной кухни. А в бою я смогу разглядеть каждого зомби и учесть его личные вкусы. - Значит, решено, - сказал Рейх, стараясь не прослезиться, - Что ж... план ясен - на машине прорываемся в здание ООН, выходим, дерёмся и находим вход в подземелье. - А как мы его найдём?, - спросил Кипр. Рейх как раз собрался ответить, но вдруг понял, что ответом не располагает. Уже в который раз наступило молчание - в этот раз - задумчивое. - Ну..., - Великобритания сказал первое, что пришло в голову, - У ООН есть свой кабинет... там разные документы и план помещения. Проберёмся туда - найдём план и попадём в подземелье. - Отличный план!, - закричал Рейх, опасаясь, что кто-то найдёт изъян и в нём, после чего придётся всё придумывать заново, - Так и сделаем, решено обкончательно. Никто не засмеялся - шутка осталась незамеченной. Никем, кроме Японии, которая, желая избежать неловкой ситуации, добавила: - Нет, обкончаемся мы уже посре победы - от радости. И вот теперь смехом взорвался весь автомобиль. Затем Япония нажала на педаль газа - и броневик двинулся к зданию ООН. Как и следовало ожидать, здание было окружено полчищами зомби. Все как один при виде того, с чем сейчас предстоит столкнуться, машинально сглотнули слюну. Зомби сперва не подавали вида какой-либо агрессии. - Итак, - сказал Рейх голосом человека, восходящего на эшафот, - приступим... Япония дала полный газ и автомобиль на полном ходу въехал в толпу зомби, которые тотчас же кинулись на него. Рейх встал за пулемёт и на зомби понеслась волна пуль, заставляя их улетать во все стороны. Зомби, между тем, всё лезли и лезли на крышу броника, намереваясь открыть люк. - Рейх, ты один не справишься!, - закричала Украина, - Позволь кому-нибудь помочь тебе! - Ну ладно, не будем медлить!, - воскликнул Великобритания, - Одевайте противогазы, хватайте оружие - и на крышу! Долго уговаривать не пришлось. Первыми приоделись и привооружились Украина, Греция и Испания - у Украины было ружьё, у остальных - дубинки. Открыв люк, все трое вылезли на крышу, откуда их тут же попытались сбросить зомби. Однако Испания и Греция начали работать руками - и вот уже первые шесть заражённых были сброшены вниз.Украина же, вскинув ружьё на плечо, стреляла по ползущим зомби. - ДА!, - кричала она в азарте, - получайте, получайте! - Эй, Иран! Это тебе за тех трёхсот пацанов!, - крикнул Греция, нанося Ирану удар в лицо. Япония неслась к зданию ООН, но проблему составляло то, сто её приходилось так рулить, чтобы не задавить никого. Поэтому автомобиль всё время вихлял, не в состоянии пробиться к самому зданию. Зомби, казалось, понимали, что мешает бронику достичь цели, поэтому старались обступить кого как можно плотнее, упёршись в бока множеством рук. - Придётся прибегнуть к крайностям, - вздохнула Япония, - Кипр, ты побриже - нажми-ка на тот рычаг, что прямо над твоим ревым пречом. Кипр так и сделал. Из потолка опустилась новая панель управления. - Это для чего?, - поинтересовался Рейх. - Дря бомбомёта, - объяснила Япония. - ЧТО??, - закричал Рейх, - У нас есть бомбомёт и ты не сказала об этом? - Чтобы избавить тебя от искушения натаскать в броник настоящих бомб. Эти бомбы тоже резиновые - их оскорки не ранят - торько покаречат. Кипр - садись за штурвар и вмажь им Кипр повиновался приказу - и через секунду в толпе нападавших разорвалась бомба и человек до десяти зомби валялись, вопя от ушибов. Кипр повторил операцию, сократив число нападавших ещё больше, в ходе чего, вкупе со стараниями Рейха и стран на крыше дорога заметно расчистилась. Стреляя, Рейх не мог не отменить приятное чувство, возникшее внутри - как когда вновь после долгого перерыва получаешь возможность заниматься любимым делом - во всяком случае, тем, в котором ты по-настоящему хорош - Рейх занимался как раз именно этим. При том и тени неловкости в его душе не было - в этот раз он, во-первых, никого не убивал, а во-вторых, теперь он и вправду наносил странам увечья для их блага. Эта ирония заставила нациста улыбнуться ещё шире. Он и не заменил, как машина на полном ходу врезалась в стену, пробив немалую дыру, заметив уже, когда от удара все, находящиеся внутри, посыпались друг на друга - благо, те, кто был снаружи успел залезть внутрь до столкновения. И, тем не менее, после удара головой об стену Рейх долгое время не мог прийти в себя и вообще вспомнить. где он находится. Первой мыслью было то, что он опять в танке движется в Дюнкерк, рассекая по пути британские войска - Рейх уже нащупывал ручку пушки, готовясь дать решающий залп по главнокомандующему, но удары многочисленных рук в стену броника напомнили нацистку всё, что следует. - Так, ребята, все в порядке?, - послышался голос Японии. Страны постепенно вставали, потирая многочисленные ушибы. - Д-да, в-вроде, - сказал Кипр, с хрустом распрямляя спину. Ему вторили возгласы Бразилии о том, что она, похоже потянула ногу. - Тогда пора готовиться к выходу наружу, - сказал Рейх. Все, кто окружал его сейчас синхронно сглотнули - это было отчётливо слышно, как и карабкающихся по стенкам броневика зомби. О том, что пора выходить знал каждый, но никому не хотелось узнать, кто же из них на самом деле падёт смертью храбрых. Первой пришла в себя Украина. Она быстро вооружилась - взяв дубинку, ружьё и пистолет с транквилизатором, затем нажала противогаз и сказала: - Ну, як то в нас кажуть - була не була! - Это уж точно, - вздохнул Испания, беря руки оружие. Вслед за ним привели себя в боевое состояние и другие страны. Все молчали, хоть и осознавали, что стоило бы что-то сказать - как-никак, впереди решающий бой - не ровен час выйдут из него утратив способность разговаривать вовсе, так что лучше воспользоваться пока ещё не оторванным языком. Но ни у кого не было на уме подходящих слов. Да и, надо признать, Израиль сказал уже всё, что можно. - Ну, ребята, - сказал Рейх перед тем, как открыть люк, который изо всех сил пытались выкрутить с той стороны зомбаки, - Во имя нас всех. Последняя фраза показалась ему слегка глуповатой, но ничего другого в голову не приходило. Все кивнули - смысл этих слов дошёл до каждого. Япония пустила ещё одну ракету, а Кипр пустил несколько очередей из пулемёта, чтоб немного разогнать толпу снаружи - судя по многочисленным визгам это удалось. И вот, устав тянуть резину, Рейх, набрав в грудь побольше воздуха, как бы наслаждаясь мгновениям, пока ещё может дышать, резко повернул ручку и распахнул люк. У него была всего доля секунды, чтобы нанести достаточной силы удар, прежде чем множество рук схватили его и потянули вниз. Рейх и дёрнуться не успел, прежде, чем в его кожу впилась куча зубов, но противогаз приглушил его крик. Впрочем кое-что всё же заставило его уши свернуться - визг зомби после обрушившегося на них града пуль из нескольких ружей. Рейх почувствовал, как руки, державшие его резко ослабили хватку, после чего повалился на пол. оглядевшись по сторонам, он увидел, как зомби нападают на вылезавших из броника стран, а затем отлетают от ударов, которые просто не могли попадать мимо из-за большой кучности врагов. Рейх подхватился на ноги - и весьма вовремя, так как его вновь сбила с ног Индонезия. Нащупав на полу дубинку, Рейх схватил её и что есть сил двинул нападавшей в лицо, от чего та с визгом отпрятнула. Рейх попытался было вытащить транквилизатор, но не сумел, будучи в трети раз за последние три минуты сбитым с ног - теперь уже потому, что его схватили за ноги и тянули. Оглянувшись, нацист замер, насколько это было возможно - одним из нападавших в этот раз был Фашистская Италия. Не долго думая, Рейх, как мог сильно дёрнул ногой, высвободив её из хватки макаронника, затем ударил ею по ноге Зимбабве (второй нападавший), сбив и того на землю. Секунда - и пистолет был у Рейха в руках, ещё секунда - и Фашистская Италия обмякший медленно опускался на землю, а Рейх освобождал свою шею от его зубов. - Прости, дружище, - вздохнул нацист, - Правда, не хотел быть грубым... - Рейх!, - послышался голос Украины, - Где ты там копаешься, нам помощь нужна! Она вместе с Кипром, Испанией и Бразилией работала дубинкой, расчищая дорогу, остальные прямо за ними расстреливали зомби из ружей и, если выходило, а выходило редко - из пистолетов. Все страны, стараясь держаться вместе, двигались к лестнице, ведущей наверх, а ведь именно там зомби и было больше всех. - Ай!, - закричала Австрия, когда один зомби (Непал) вырвал из её рук ружьё, а два других (Казахстан и Шри-Ланка) схватив, бросили в толпу других заражённых. - Оставьте меня!, - крикнула Австрия, прежде, чем завопить от множества укусов. Рейх не растерялся и, схватив ружьё стал выпускать заряд за зарядом, ни один не пролетал мимо. Постепенно нацист вошёл в раж и, когда карабин закончился, не стал вставлять новый, а, схватив дубинку, бросился в самую кучу врагов, отчаянно нанося удары направо и налево. Он не думал в этот момент ни о ком и ни о чём - лишь молотил во все стороны, каждый удар звенел и пульсировал в голове, подкрепляемый несоизмеримым желанием наносить как модно больше увечий врагам. Это чувство было у него уже однажды, оно не приходило уже очень давно и вот теперь обуяло его с головой. Это была ярость битвы - всепоглощающая и неудержимая. И, когда Рейх наконец перестал драться, то увидел вокруг себя множество поверженных зомби, которые словно все разом потеряли всю свою силу и злобу, стоило Рейху приблизиться к ним с дубинкой. Рейх не смог сдержать самодовольной ухмылки при мысли о том, что это он так хорошо их всех раскидал, не утратив былой сноровки в любимом деле, несмотря на годы, проведённые взаперти. Вспомнив, зачем, собственно нападал, он нагнулся и подал руку ошалевшей Австрии, после чего они оба побежали к остальным странам, которые уже бежали вверх по лестнице, сбрасывая с неё зомби. Рейху с Австрией пришлось вновь немало поработать руками, но вскоре они уже воссоединились со всей группой, которая, поднявшись наверх, двигалась в указываемую Великобританией сторону - он как раз был в кабинете ООН не раз. Что характерно, на этот раз на их пути вообще не встретилось ни одного зомби. Страны почувствовали было облегчение, но топот множества ног сзади дал понять, что не стоит расслабляться. Поэтому группа ускорилась, а когда вдали, в той стороне, откуда они шли показалась толпа бегущих зомби, Украина, Испания, Греция и Израиль, обернувшись, открыли огонь, всё ещё двигаясь задом наперёд. - Сюда!, - крикнул Великобритания, поворачивая направо. Все устремились за ним и остановились перед высокими дверьми в конце коридора. Великобритания дёрнул за ручку - они были заперты. Выругавшись, англичанин стал что есть сил тянуть на себя, Испания уже замахнулся, чтоб выбить дверь дубинкой, а сзади вновь показались зомби. - Скорее же!, - кричала Япония, - А то эти ёбаные пидары нас настигнут! - Да не могу я!, - ответил Великобритания, как вдруг дверь резко открылась, отчего все, кто опирался на неё, посыпались внутрь. Не имея времени на то, чтобы рассмотреться по сторонам, страны просто вскочили и закрыли дверь, в последнюю секунду заперев её на ключ, при этом услышав, как волна зомби с воем ударилась об неё снаружи. Все как один борцы облегчённо выдохнули. И только теперь заметили своего спасителя, стоящего посреди комнаты. Но кто это понятно не было из-за противогаза, закрывавшего лицо. Великобритания первым подошёл к неизвестному. - Вы спасли нас, - сказал он, - И, честно говоря, может и не только нас. ведь мы стремились именно в этот кабинет не просто так. Но могу я узнать... - Кто я? Да, на здоровье. Вот только зачем вы так бежали в мой кабинет? - ООН!, - закричали все страны одновременно. Да, это было ещё большей удачей, чем они могли предполагать. - Ну да, он самый, - кивнул ООН, по его голосу было понятно, что он улыбается, - Повезло, что я сегодня рано пришёл на работу - у меня под столом противогаз на именно такой случай. И двери, к счастью, из самого прочного материала из всех, какие только подходят для изготовления дверей. Эти существа, выглядящие, как страны, ломились сюда несколько часов подряд, но не особо успешно А потом я услышал ваши голоса и понял, что вы не заражены - ведь зомби лишь рычат, поэтому впустил вас. - Слава Богу!, - воскликнул Великобритания, - Слава Богу! ООН, эти существа и есть страны, только отравленные кое чем, что находится в тайном подземелье под твоим зданием - там, где ты хранишь все научные наработки. И нам необходимо пройти туда во что бы то ни стало, чтобы исправить всё. У нас есть иная возможность выбраться из твоего кабинета? Ты ведь можешь провести нас в хранилище. - Могу, - кивнул ООН, - При чём, прямо отсюда. С этими словами он подошёл к столу, на котором стоял бюст Вудро Вильсона (основателя предшественника ООН - Лиги Наций), поднял бюст, под которым находилась красная кнопка, нажал на эту кнопку - и вдруг один из шкафов в кабинете отъехал в сторону, отчего несколько книг с него упали на пол. За шкафом оказался проход, заглянув в который, страны не смогли сдержать удивления - за ним находились ступени, ведущие куда-то вниз. - Это... и есть проход в подземелье?, - спросил Рейх. - Ну да, - ответил ООН, - Правда, не парадный, а потайной - на случай, если придётся спасаться. Проход ведёт в само подземелье, откуда дальше- наружу или в хранилище. Если поспешим, то очень скоро окажемся там, где нам нужно. Дважды упрашивать не пришлось. Одна за другой страны быстренько побежали вниз по лестнице. Лестница была, к слову сказать, довольно крутой и Бразилия, у которой были довольно коротенькие ножки, дважды чуть не свалилась вниз. Вскоре спуск кончился и страны остановились напротив прохода в пустоту. ООН повернул рычаг - и в подземелье в ту же секунду зажёгся свет. При чём, увиденное странами в тот миг заставило их удивиться пожалуй побольше, чем всё, виданное до сих пор - а повидали они сегодня всякое. Подземелье не было просто одним большим коридором, как все надеялись - нет. Вместо этого страны увидели, что оказались на пороге огромного лабиринта, да ещё и не простого, а зеркального. Да, да, именно зеркального. Это открытие заставило всех присутствующих, кроме ООН ещё около двух минут постоять с выражением полнейшего шока на лицах, после чего Великобритания повернулся к ООН и спросил: - ООН, скажи честно, чьей идеей было сделать лабиринт из зеркала? - Вы знали про лабиринт?, - спросила Украина. - Конечно - я был одним из тех, кто его проэктировал - ради защиты хранящихся здесь секретов. Но я не предлагал делать лабиринт зеркальным. Зачем это? - Для достижения то же цели - лучшей защиты, - просто ответил ООН, - Ведь пройти по зеркальному лабиринту намного сложнее, чем по обычному. - Зато теперь мы потеряем хуеву кучу, брядь, времени, прежде, чем доберёмся до ёбаной цери!, - закричала Япония - она всегда материлась, когда понимала, что ждать чего-то придётся долго - поэтому Шайн и не брала её туда, где длинные очереди - оттуда их выгоняли через две минуты. - Уж извини, - сказал ООН, понемногу тоже теряя терпение, - Я не рассчитывал, что сюда придёт кто-либо, кроме меня. Зато знаю дорогу и смогу вас провести куда надо. С этими словами он смело шагнул в лабиринт - остальные, немного погодя двинулись следом. Сперва было несложно - все придерживались главного правила прохождения зеркальных лабиринтов - вытянуть руки прямо перед собою, чтобы не столкнуться с твёрдой поверхностью. Кое-кто держался за плечи товарищей, чтобы не заблудиться, спутав их с отражениями. Проходя, Рейх к своему удивлению нащупал несколько дверей, которых из-за стекла было практически не заметить - при этом у них не было ручек, только еле ощутимые отверстия для ключей. Дорога так длилась около пяти минут. Никто не знал, как далеко он ушёл. Рейх испытывал жгучее желание спросить ООН, точно ли он знает, что они идут куда надо, но всё не решался. Всё-таки он в этом здании второй раз в жизни и не ему сомневаться в правильности действий того, кто проводит здесь всё время. - Тихо!, - воскликнула Австрия и сама себе зажала рот рукой. Все тотчас остановились и зашептали: "Ну что там, что?" - Не знаю, - еле слышно ответила Австрия, не решаясь повысить голос, - Мне... мне показалось, я слышала какой-то шорох... - Наверное, эхо, - предположил Израиль, не будучи, впрочем, уверен до конца. Немного постояв и не услышав никакого шороха, страны двинулись дальше. Они прошли ещё не более полутора минут, как вдруг случилось кое-что по-настоящему непредвиденное - погас свет. - Этого ещё не хватало!, - воскликнул ООН, - Так и знал, что Таджикистан не починил проводку. Если он выживет - я с него три шкуры спущу! - Не страшно, - сказала Япония, - На ружьях есть закрепрённые фонарики. Како-никакой, а свет, вкрючайте. Все так и сделали - и в момент вокруг стало не менее светло, чем раньше - благодаря десяти фонарикам. Но видно впереди было совсем не так, как раньше. ООН взял фонарик у Великобритании и повел стран дальше. В третий раз их заставил вновь остановиться новый шорох, который теперь уже слышали отчётливо все. Он доносился как бы издали, при чём, казалось, одновременно с разных сторон. Все страны про себя молились, чтобы он не был предвестником того, о чём они думали. Шорох, меж тем, стих, то через полминуты повторился ещё более явно. Сзади раздался рык. - АААААА!!!!, - это кричала Бразилия, идущая позади всех. Страны обернулись и увидели, что их подруга исчезла. - Бежим!, - скомандовал Великобритания - и страны понеслись вперёд за ООН. Рык слышался теперь отовсюду, переходя в рёв, который эхо только усиливало, делая совсем оглушительным. Испания, несколько раз ударившись о стекло, упал, потеряв равновесие и через секунду завопил, будучи настигнут зомби. На оставшихся ещё два зомби налетели с двух сторон. Страны стали палить, но из-за темноты и постоянно колеблющегося света, не могли попасть куда надо. - Разбегаемся!, - закричал Великобритания, - Заставим их разделиться! Рейх, ты и я бежим вслед за ООН! Не теряем не секунды! Послушавшись команды, страны разбежались в разные стороны. Теперь для них была важна одна лишь цель - выбраться из этого кошмара целыми. Но это было не так-о легко - бежать по зеркальному лабиринту дело само по себе сложное, а поди попробуй сделать это в темноте, с одним фонариком в руке и толпой зомби позади. Вот Греция не смог. Когда сразу два зомби возникли перед ним, он сделал два выстрела и попал в обоих, но затем понял, что это были отражения. Осознав правду об истинном местоположении нападавших, грек не успел обернуться - и оказался настигнут. Более-менее справлялась Япония - отец обучил её древним искусствам боя в темноте. Неко безупречно определяла, откуда доноситься голос противника - и многих смогла обезвредить. НО внезапно она узнала лицо очередного нападавшего. - А... Америка..., - прошептала она. Да, это был он. Тот, кому она не могла принести вред, как бы не хотела и знала об этом только Шайн... Америка, однако, церемониться не стал, а налетел на Японию с разъярённым видом. Та достала пистолет, чтоб усмирить любимого без лишнего вреда, но сильнейший удар заставил пистолет отлететь далеко в пустоту. Ещё один удар свалил Японию на землю. - Америка-сан, - просила она, чувствуя, как слёзы заливают внутреннюю часть противогаза, - Проснись, прошу. Мы же... не враги с тобою! Америка не слышал, нанося бесконечные удары и силясь впиться в Японию зубами. Та всеми силами сдерживала его, но хватка её слабела... Вдруг в голове пронеслась одна мысль. С одной стороны, это казалось глупым, но кто знает - если это поможет. Набрав воздуха побольше в лёгкие, Япония приподняла противогаз, освобождая рот и резко поцеловала Америку прямо в губы, после чего одела противогаз и сказала: - Я... я рюбрю тебя... И тут к её невероятному удивлению Америка заговорил. Но говорил он отнюдь не то, что Япония ожидала услышать. Он хохотал: - Как будто я не знал этого! не знал того, что такая невзрачная уродина, как ты только и мечтает, как бы присосаться к моему члену! Ох, я столько раз смеялся над этим - столько раз рассказывал моим друзьям и мы угорали все вместе! Япония отползла в сторону. Краем глаза она заметила в зеркале отражение пистолета в свете лежавшего рядом фонарика, но не обратила на это внимания. Она не могла поверить в то, что происходило прямо сейчас. Этого не может быть. То, чего она боялась, наверно, боьше смерти, происходит сейчас... на пороге смерти? Это было... немыслимо. Америка же всё не унимался: - И как ты могла подумать, что я смогу полюбить тебя? Что кто-либо вообще сможет полюбить такую уродливую глупую девчонку, помешанную на аниме, как ты? Ха-ха-ха! Да уж, мы с Канадой много раз смеялись над твоими никчёмными чувствами, поедая пиццу по-гавайски... И тут смеяться начала Япония. Теперь Америка застыл с удивлением на лице. - Америка ненавидит пиццу по-гавайски, Шайн, - сказала Япония, после чего молниеносно кинулась к пистолету. Америка с рёвом налетел на неё. Неко успела схватить пистолет, но Америка схватил её так крепко, что она не могла повернуть, чтобы сделать выстрел. Оставалось одно. Япония, стиснув зубы от укуса в плечо, вытащила дротик и что есть сил ударила им Америку в шею. Тот замер, после чего медленно опустился на землю, не подавая чувств. Япония присела рядом, поглаживая его по голове: - Мамочка не хотела, - прошептала она, погладив Америку по щеке. Рейх, Великобритания и ООН как могли быстро бежали по лабиринту. Все остальные были уже далеко, но не зомби. Эти, судя по рычанию, пребывали совсем рядом. И страны вскоре в этом убедились сами, когда перед ними в коридоре вдруг возникло четверо. Великобритания выступил вперёд и вскинул на плечо ружьё. - Не делай этого, папочка!, - жалобно взмолился один из зомби. Великобритания поднял фонарик и охнул - перед ним стояли Канада, Монако, Монте-Карло и Гибралтар - его же собственные дети, а за ними - Франция - его жена. - Дорогие мои, - сказал он, опуская оружие, - и вы тоже... - Англичанин, не верь им!, - закричал Рейх, - Они зомби!, - в этот момент нацист заметил, что ООН вытаскивает из заднего кармана Великобритании пистолет с транквилизаторами. Заподозри неладное, Рейх вскричал: - Эй, что ты делаешь?, - и оттащил ООН в сторону. Тот в ту же секунду повёл себя крайне странно - сразу согнулся в три погибели, начал рычать и поскуливать, а затем сорвал с себя противогаз - и открыл обезображенное гримасой гнева лицо. прежде, чем нацист понял хоть что-нибудь, ООН набросился на него, кусая и царапаясь. Бросив ещё один взгляд на англичанина, Рейх увидел, как того утаскивает в темноту собственная семья, а затем со всей силы удалил ООН в лицо, сбросив с себя буквально на долю секунды. Тот не заставил себя ждать и впился зубами Рейху в ногу. Рейх взвыл и, дотянувшись до дубинки ещё раз ударил ею ООН по голове, после чего тот затих. Рейх ещё раз улыбнулся, думая о том, насколько сильный у него удар, а затем, подняв оружие, пошёл вперёд. Задаваться вопросами о том, каким образом ООН стал зомби, не снимая противогаза, а если и был до этого - как мог делать вид, что здоров, почему дети Великобритании говорили, как нормальные страны - не было времени. Надо было найти центр лабиринта и Рейх всё шёл и шёл, вытянув перед собою руки, как тогда, когда проходил лабиринт из зеркала первый и последний раз. Тогда он, правда, потерялся, после чего сел и плакал до тех пор, пока не пришёл Германская Империя и не спас его. Вот и сейчас воспоминания о том случае не давали Рейху покоя - он не видел много шансов на то, что его нынешний переход может закончиться как-то иначе, тем боле, что теперь он слабо представлял себе, куда идёт. Рейх шёл и шёл, прислушиваясь к малейшему шороху, постоянно держа наготове ружьё и пистолет. И в какой-то момент до него дошло: вокруг было абсолютно тихо. Совсем - ни тебе даже отдалённых шагов или какой-то возни - тишина была гробовая. Все зомби как будто пропали, словно захватив всех стран и забыв про одного лишь Рейха. Нацисту это не очень нравилось - такая тишина была скорее зловещей и вызвала весьма нехорошие предчувствия. Рейх не знал, как много он прошёл. Добрых полчаса пейзаж был одинаков - поворот, прямой коридор, снова поворот и огонёк фонаря, отражавшийся в бесчисленных зеркалах. Нацист испытывал страшное по силе своей желание вот так же, как когда-то сесть и не двигаться с места, пока его не найдут. отчаяние всё сильней окутывало его. Но Рейх напоминал себе, что на кону - нет, не мир, не те страны, с которыми он ступил на этот путь - про себя он повторял одно лишь слово: "Шайн". И вдруг после десятитысячного, как казалось, поворота, Рейх обнаружил себя посреди круглой по форме комнаты, окружённой зеркалами, в каждом из которых отражался фонарик Рейха, то есть нацист был окружён как бы кольцом света. "Невероятно!" подумал Рейх, "Это центр! Я добрался до центра!", и засмеялся от радости. Он прошёл этот путь, прошёл до конца! Не помня себя, Рейх кинулся искать некую потаённую дверь, которая вела бы к резервуару с газом, но вокруг были лишь зеркала и никаких намёков на присутствие двери. Нацист выругался и сел на пол в самом центре, чтобы посмотреть на всё под другим углом. И сев, внезапно ощутил, что приземлился не на голое место, а на что-то выпуклое. Привстав, Рейх поглядел под ноги и чуть было не вскрикнул от удивления - прямо под его ногами находился закрытый люк. Это и должна была быть та самая дверь. Надеясь на лучшее, Рейх нагнулся и повернул вентель. Опять удача - вентель со скрипом открылся. Видимо, Шайн забыла закрыть его изнутри. Недолго думая, Рейх полез внутрь. Внизу горел свет, освещая ступеньки, ведущие вниз. Рейх как мог быстро спустился и оказался прямо перед тем, что искал и что уже не надеялся увидеть - перед огромным подземельем, уставленном множеством баллонов и труб, которые все вместе образовали новый лабиринт. Вот это и было хранилище смертоносного газа. Но где же Шайн? Рейх посмотрел по сторонам, но никого не увидел. Выгодным было бы найти хранилище с противоядием. Рейх вернулся к лестнице и ещё раз внимательно осмотрелся. После полуминуты усилий, он всё-таки заметил дверь без ручки и побежал к ней. Рейх толкнул - дверь была заперта. По идее, ключи должны были быть где-то поблизости. Нацист стал напряжённо метаться в их поисках. И вдруг сзади до него донёсся сладостный и такой знакомый голос: - Не это ищешь, Рейх?