Моя прекрасная мурцесса

Уроки подошли к концу. Маринетт особо не вникала в суть занятий. Она рассуждала о том, выйдет ли пара между ней и Лукой. Она рассматривала свое соглашение с разных ракурсов. Как можно и как нельзя. Да, она очень нервничала. От незнания, сможет ли она забыть Адриана и забить на него? Сможет ли она полюбить Луку и жить счастливой, взаимной любовью? Увы, она не знала. В такие моменты ей хотелось обладать способностью предвидеть будущее. На протяжении всего дня, Адриан мило улыбался Маринетт, когда их взгляды пересекались. Маринетт натянуто улыбалась в ответ, но получалась лишь кислая мина, будто она только что она съела лимонные дольки. На днях Кагами перешла в их коллеж. Маринетт опешила от этой новости. Она настолько невнимательна была в последнее время, что даже не заметила Кагами в их коллеже. От этой новости на душе стало ещё паршивей. Мало того, что Адриан сказал, что им лучше не быть друзьями, так ещё и Кагами перешла учиться к ним. И Адриан будет разговаривать с ней чаще обычного… Маринетт сильно встряхивала головой, чтобы прогнать чёртовы мысли. Ей больше не было дела до Адриана. Она была больше не заинтересована им. Это была словно мантра, которую она себе твердила каждый раз, как видела его. Но, как назло, сердце не хотело принимать все эти факты и эту надоедливую, ежедневную мантру. Оно говорило Маринетт обратное и это дико раздражало. Маринетт направилась вниз по лестнице к выходу из коллежа, попутно разговаривая с Алей. Сезер всегда была в курсе всех событий лучшей подруги, поэтому всегда давала ей советы. Иногда Маринетт казалось, что не появилась бы в её жизни Аля, она бы натворила таких опрометчивых глупостей, отчего каждый раз бы краснела и пыталась что-то исправить. Слава богу, что у Дюпэн-Чен имелась такая понимающая подруга. — Маринетт, ну если не понравится тебе Лука, то в любой момент разойдётесь. В чём проблема? Аля всегда была такой простой. Она постоянно пыталась сгладить даже самую сложную задачу и привести её к логическому ответу. Вот только Маринетт не стало легче после фразы подруги. Наоборот, живот заболел ещё сильнее, а руки судорожно задрожали. Да, Лука ей симпатизировал. Да, Лука был очень хорошим и милым с ней, но у неё просто не было бабочек в животе, как с Адрианом. Когда она смотрела в его добрые голубые глаза, у неё не подкашивались ноги, как с Адрианом. Меньше всего ей хотелось обижать такого хорошего парня. Но, как говорится, не попробуешь — ничего не узнаешь. Если Маринетт не попробует дать ему хотя бы малейшего шанса, то всю жизнь будет сохнуть по Адриану, ассоциируя себя со старухой, сидящей у разбитого корыта. — Ты права, Аля, но я все равно волнуюсь. — Пробурчала Маринетт, открывая дверь на улицу. — О боже, вот он, Аля, стоит возле байка… Боже, я так волнуюсь, я так… — Боже, да иди ты уже, — усмехнулась Аля и подтолкнула Маринетт вперёд. — Уда-а-ачи, подруга. Я пойду к Нино, у нас свидание. «Ну, хоть у Али всё отлично.» — мысленно порадовалась за неё Маринетт. — Да, удачи вам, — пожелала ей Маринетт, так и не сдвинувшись с порога коллежа. Ноги будто сами приклеились к одной точке на супер клей. Она наблюдала за Лукой. Он выглядел заметно взволнованным. Волнующийся и нервный взгляд. Он то засовывал руки в карманы, то высовывал, нервно дёргая пальцами и рассматривая проходящих мимо него людей на улице. Он то стоял в одной позе, скрестив руки на груди, то вновь засовывал их в карманы, ходя из стороны в сторону. Маринетт глубоко вздохнула и, подняв подбородок кверху и поджав верхнюю губу, уверенно направилась к давнему знакомому. Ноги сами несли её к Луке. Сердце кричало остановиться, но она послала его куда подальше и уверенно направлялась к своему новому молодому человеку, терпеливо поджидающего её возле байка. Лука заметил её. Он одарил её счастливой улыбкой, а Маринетт лишь нервозно помахала ему рукой в ответ. Попыталась улыбнуться, но вышла лишь грустная усмешка. Но, к счастью Маринетт, он не особо обратил на это внимание. — Привет, Маринетт! — - Привет, Лука, а… — «Так, соберись, мамля!» — Я… Ну… Маринетт уже проклинала себя за неуверенность и приставучие заикания. Да, она ужасно нервничала. На протяжении всего дня она то грызла ни в чём не виноватую ручку, то нервно чёркала что-то в тетрадке, пытаясь отвлечься от нагнетающих мыслей. Лука ожидающе смотрел на неё. В его груди с каждой секундой нарастало волнение. Согласится ли она? Он этого понятия не имел, но надеялся на лучшее. В конце концов, он ни о чём не жалел. Он не пылал особым желанием вернуть все сказанные слова назад. Нет, он давно был влюблён в эту неуклюжую, васильковоглазую девчушку. И он рад, что наконец признался ей в тот день в кино. — В общем, я согласна быть твоей девушкой! — в конце концов выпалила Маринетт и глубоко выдохнула. Пожалуй, это были самые сложные слова в её жизни. Лука медленно расплывался в улыбке. Его глаза просто засверкали, а он просто не мог поверить в то, что наконец будет приглашать эту милую девушку на свидания, дарить ей конфеты и целовать её во время заката. Она будет его и от этой мысли в душе бурлил ураган из радости, счастья и любви. — О боже, я так рад, Маринетт! — совершенно искренне воскликнул Лука, а затем наклонился, чтобы быть ростом с девушкой и крепко обнял. Маринетт все ещё глазела в одну точку, не в силах поверить во все произошедшее. Она действительно сказала ему эти заветные слова. Но, к её разочарованию, она не почувствовала ожидающих бабочек в животе и бешеного сердцебиения в грудной клетке. Пустота. Просто кромешная пустота. И она ненавидела себя за это. Она приказывала самой себе хоть что-то почувствовать в грудной клетке, но ничего не было. Лишь обычная тишина и пустота внутри. Маринетт неуверенно заключила его в объятия, отчего Лука ещё больше воспылал радостью. Сердце Дюпэн-Чен не билось в бешеном темпе. Оно как будто хлопало рукой по лбу, делая разочарованный вздох. «Ну же, Маринетт, почувствуй хоть что-то!» Но нет. Ничего не было и это было просто отвратительно. Маринетт уже сомневалась, правильное это было решение или нет. Может она сильно поторопилась и приняла спонтанное решение, ничего толком не обдумав? Не сопоставив все «за» и «против»? Маринетт лишь закрыла глаза, посылая мысли к чёрту и отключая разум, тонув в объятиях нового парня. Она решила поделиться со всем этим с Супер Котом. Нуар точно её выслушает, она была уверена в этом. Из коллежа вышел Адриан во главе с Кагами. Маринетт не могла их увидеть, ведь её глаза были закрытыми от постороннего мира. Зато Адриан прекрасно видел эту картину и легко улыбнулся. Он действительно был рад за свою одноклассницу, вот только в груди что-то нервно заёрзало. Адриан даже не обратил на это особого внимания. Вместо этого он просто попрощался со счастливой Кагами, прошёл мимо этой парочки в противоположной стороне, чтобы быть на максимальном от них расстоянии. Присел на заднее сидение, пристегнулся и машина тронулась с места. Последнее, что он лицезрел, прежде чем машина повернула за угол была эта милая парочка.

***

Ночной патруль. Кот был несказанно рад патрулю, ведь он никогда не прочь в очередной раз увидеть свою Леди. Увидеть её уверенную походку, смелый взгляд и решительность, которую можно было хоть взять рукой. Она будто летала вокруг пространства рядом с Леди и её можно было пощупать и ощутить. Патрули были не так часто. Оба СуперГероя были в неведении. Они оба были стопроцентно уверены в том, что отсутствие акум — не случайность. Бражник явно что-то задумал и герои должны были в любой момент быть начеку. В этот раз, когда Нуар прибыл на место их встречи, Леди не была такой уверенной. Баг задумчиво стояла на крыше, смотря вдаль. — Моя принцесска грустит? Наверное, соскучилась по мне? — как обычно пошутил своим игривым голоском Нуар. — Привет, Кот, — совершенно равнодушно поприветствовала она его. Кот слегка опешил от такого поведения Леди Баг. Обычно она всегда говорила, что его шутки несмешные и улыбалась ему в знак приветствия, но в этот раз она ни слова ему не сказала на его глупую шутку. Лишь равнодушно поздоровалась, даже не посмотрев на него. Может, что-то случилось? Это первая мысль, которая ударила ему в голову. — Миледи, всё нормально? — уже взволнованно поинтересовался Кот. — Да, всё нормально. Пойдём патрулировать. А затем она достала своё йо-йо и перелетела на следующую крышу дома. Ночной Париж был просто прекрасен. Ночные звёзды, словно вишенки на торте, украшали ночное небо, а луна освещала своим белым несветлым сиянием весь город. На улице было сравнительно тепло, даже дул тёплый ветерок и обдувал взлохмаченные волосы ребят. Погода была превосходной, вот только с Леди что-то случилось, раз она сама не своя. Кот редко видел её в таком подавленном состоянии, ведь обычно она всегда была уверенной в себе и редко когда раскисала. Но сегодня был один из немногих дней, когда с ней трудно поддерживать даже самый банальный диалог. «Поскорей бы придти к Маринетт. Я так хочу ей обо всём рассказать», — промелькнула мысль в голове Нуара. Он очень удивился самому себе. Разум сам кричал ему бежать к Маринетт, нестись сломя голову к её балкончику. Кот покачал головой, не понимая, с каких пор мысли о Маринетт посещали его сознание. И ладно, если бы это случалось изредка, но, на удивление, это происходило всё чаще и чаще. Ещё раз встряхнув головой, Кот понял, что Леди уже далеко и что он прилично отстал от Баг. Глубоко вздохнув, он достал свой шест и погнался вслед за девушкой.

***

Ночной патруль прошёл в абсолютном молчании. Леди так и не проронила ни слова, а Кот терялся в догадках. Они перепрыгивали с крыши на крышу, как всегда ощущая мимолетный привычный адреналин. Лёгкий ветерок обдувал их волосы, а ночной воздух города любви врывался в лёгкие новой партией свежего кислорода. Но они оба всё равно молчали, погружённый каждый в свои раздумья. Кот перед патрулем захотел признаться Леди в очередной раз в чувствах. И пускай он понимал, что это все бесполезно и ему даже пытаться не стоило, но глупая, мимолетная надежда разливалась теплом в его груди. Но сердце всё равно сжималось от боли. Его Леди никогда ничего к нему не чувствовала. А в тот день её настроение оставляло желать лучшего. Но Нуар всё равно решил признаться. В самый последний раз. Он решил дать своим чувствах надежду в самый последний раз. Если Леди в очередной раз откажет ему в чувствах, то он больше никогда не начнёт разговор об их взаимоотношениях. И пускай разум твердил, бил его своей дубинкой, вызывая головную боль; буквально выл ему, чтобы тот перестал унижаться. Но Адриан всё равно его не слушал. Он словно был ребёнком, который верил в фэнтезийную сказку. Да, как бы ни было глупо, но Агрест Младший верил, как маленький зверёк, загнанный в клетку браконьерами, в спасение и счастье. Ему бы так хотелось получить заботу отца, взаимность Леди. Ему так хотелось, чтобы мама была жива. Он хотел перестать каждый раз прятаться за маской счастливой, прилизанно-идеальной модели, которую все жители Парижа могли лицезреть на обложках журналов и восхищаться им, уверенные в том, что его жизнь просто сахар. Баг и Кот остановились. Отдышавшись, Леди уже хотела уйти, но её остановил взявший её за руку Нуар. — Кот? — непонимающе обратилась она к нему. Кот сделал глубокий вдох и выдох, заполнив лёгкие новой порцией свежего кислорода и уверенно начал говорить: — Леди, ты же знаешь, что я к тебе чувствую. Но почему ты каждый раз отвергаешь меня, даже не давая мне ни малейшего шанса? Почему ты даже не смотришь в мою сторону? Чем я плох? Я красивый, храбрый, харизматичный и добрый супергерой, что тебя не устраивает? В чём проблема? Неужели я настолько не в твоём вкусе? Скажи мне, в чем проблема! Кажется, что те слова Кот желал выплеснуть уже очень давно. Но из-за навалившихся проблем в своей жизни, всё его отчаяние вылилось наружу. Весь переживаемый им стресс вылился наружу, разрушая всё на своём пути. И если раньше он просто признавался своей миледи в чувствах, то в этот момент он выплеснул всё, что думал. Он уже и не добивался взаимного ответа со стороны миледи, он просто горел желанием узнать, почему за всё время Леди даже не обратила на него внимания. — Кот, опять ты начинаешь… — глубоко вздохнула Леди. — Я не хочу делать тебе больно в очередной раз, как ты этого не понимаешь? Но ты каждый раз вынуждает меня это делать. — Если бы ты не хотела делать мне больно, то дала бы мне шанс ещё очень давно. Но ты уже давно придумала у себя в голове то, что я просто друг для тебя, так? — Котик, я просто влюблена в другого. Вот и вся причина. Леди вновь представила в своём сознании Адриана и его изумрудные глаза. Она пыталась переключиться, представить Луку, ведь он теперь был её новым молодым человеком. Но у неё не выходило, как бы она этого не хотела. И тогда, стоя рядом с Котом, у неё разрывалось сердце на тысячи частей, каждая из которых приносила всему организму неимоверную боль. Она сама удивилась. Обычно она отказывала ему вежливо и мягко, при этом ничего не чувствовав. Но в тот момент она сильнее обычного почувствовала сожаление к Коту. Ей будто передавалась вся боль Нуара. Её напарник потускнел и просто устремил взор вниз. Его зелёные кошачьи глазки заметно потускнели. Радостный блеск просто потух. Леди Баг смотрела на него со всем сожалением. Её органы будто сделали сальто, вызывая тошноту, а сердце сжалось при виде расстроенного Кота. Это было первый раз. Первый раз, когда она настолько сильно винила себя в его боли. Она знала, что ему не просто в последнее время. Знала, что у него нескончаемые проблемы и ему нужна была поддержка. Но Леди настолько привыкла ему отказывать, что это превратилось в некую рутину. Каждый раз одно и то же. Без вариантов. Она отказывала, он расстраивался, они прощались, а потом все забывалось, будто ничего толком и не было. И может ей действительно стоило обратить на напарника внимания и дать ему шанс, ведь с Адрианом ничего не получилось? Но у неё уже был Лука… Она согласилась встречаться с Лукой, будучи даже не влюблённой в него. Она совсем запуталась. — Ладно, я понял, — обречённо прошептал Нуар. — Извини, миледи. Я уже давно должен был сдаться, но я не могу. Прости, что лезу к тебе. Желаю тебе счастья с тем парнем. А затем он развернулся и перебежал с крыши на крышу с помощью шеста. Леди протянула к нему руку, будто пытаясь поймать его и вернуть обратно. Но его чёрный силуэт быстро слился с тёмным небом, и она потеряла его из виду. Зачем она это сделала? Почему захотела вернуть его и крепко обнять? Леди встряхнула головой и в следующее мгновение отправилась к своему балкончику с помощью своего йо-йо, еле как перебарывая дичайшее желание отправиться в след за Нуаром.

***

— Тикки, я не знаю, что со мной происходит! — отчаянно проговорила Маринетт, сидя на диване и пропуская волосы через пальцы. — Что именно ты имеешь в виду, Маринетт? — голос квами как всегда ласковый и поистине спокойный, но всё же отчётливо было слышно волнение за свою подругу. — Почему вдруг мне поплохело после очередного отказа Коту? Я будто почувствовала его боль на себе всеми клеточками кожи. В меня будто впились сотни ледяных ножей, разрывая душу наизнанку. Мне стыдно, что я обидела его… — Но ведь тебе всегда было неудобно перед ним, разве нет? — Этот раз особенный. Я готова была обнять его и никуда не отпускать. Тело само хотело сделать это, но я сдержала себя. Мне хотелось шептать ему на ухо, что я рядом. А вместо этого я просто отпустила его. Я же знаю, что у него проблемы, но усугубляю ситуацию ещё больше. Лука, Адриан, Нуар. В моей голове такая каша. Взрыв. И всё это случилось именно после чёртового признания Адриану! Маринетт рвано выдохнула и обречённо простонала. Она ругала себя. За что? Она сама не могла понять. Она ничего не понимала, могла лишь ощущать. Она готова была поклясться, что всеми фибрами души готова была побежать к нему с максимальной скоростью, лишь бы догнать его. Хотя этого раньше никогда с ней не было. Единственное, чего ей тогда хотелось — лечь спать и проспать весь завтрашний день. Но завтра её ждёт очередной, новый день и прогулка с Лукой. Странно, но она абсолютно не нервничала. Ей всегда было легко гулять с Куффеном как друзья. Но в этот раз ситуация сложилась несколько иначе. Теперь он был её парнем, и она была ответственной за свои слова. Она должна была вести себя, как влюблённая в него девушка и она питала надежды на то, что она сможет. — Маринетт, вы же с Нуаром друзья, так? Дождись его, сейчас он придёт и вы всё обсудите, — предложила ей Тикки. — Остаётся надеяться, что я смогу спокойно посмотреть ему в глаза, не показывая виду, что это я ему отказала десять минут назад, — пробурчала Маринетт. Тикки пожелала удачи подопечной и в следующий момент спряталась, чтобы Нуар не увидел её квами. Девушка терпеливо ждала своего напарника. Ей не терпелось поделиться с ним всеми своими проблемами и переживаниями. Ей не терпелось просто попросить совета. Да, пусть они были знакомы уже три года. Но за это время Кот и Маринетт редко когда общались. Только в последнее время, за такой короткий срок, они сильно сдружились и Маринетт точно знала — она готова была доверить ему хоть всю свою жизнь. Она не сомневалась в искренности напарника. Она доверяла ему. И от этого становилось значительно легче. Последние дни Кот играл для неё роль советчика, собеседника и психолога. Всё вместе взятое. Он и давал советы, и поддерживал, и просто мог глаголить ей обо всем подряд, а Маринетт неотрывно могла его слушать хоть всю ночь. Она настолько сильно погрузилась в себя, что не заметила, как быстрый и ловкий супергерой проник в комнату и уселся рядом с Маринетт на диванчике, положив ногу на ногу одним ловким движением. Маринетт вздрогнула от неожиданности, но в следующий момент успокоилась, увидя перед собой уже полюбившиеся ей зелёные кошачьи глазки. — Привет, Маринетт, — поздоровался с ней Нуар. Он попытался улыбнуться, но вышла лишь кислая усмешка, отчего у Маринетт сжалось сердце. Она понимала, что он в таком подавленном состоянии из-за неё. Хотелось послать чувство совести и вины куда подальше, помахав ручкой и дав пинок под зад. — Привет, Котик, — поздоровалась Маринетт. — Что-то случилось? — Да, случилось, — устало выдохнул Нуар. — Леди Баг в очередной раз не дала мне шанса. Что ещё я должен сделать, чтобы она обратила на меня внимание? Маринетт, вот скажи, почему я ей не нравлюсь. Он устремил свои зелёные глаза прямо на неё, отчего сердце пропустило удар. Она будто тонула в его потускневших, но таких же прекрасных изумрудных глазах, пытаясь разгадать завесу тайны. Она хотела изучить его, как открытую книгу. Ей хотелось понять все его проблемы, хотелось узнать, на какой улице Парижа он жил, в каком классе учился и даже какие у него были развлечения. Хотелось узнать его всё больше и больше и это одновременно пугало Маринетт, и завораживало. Впервые она проявляла настолько сильный интерес к напарнику и она не в силах была понять даже саму себя. — Эй, Маринетт, — он помахал перед застывшим лицом Мари рукой. Дюпэн-Чен слегка опешила, но потом вернулась из состояния забывчивости в реальность. — А? Да-да, я… — «Не заикайся, возьми себя в руки!» — Я не общаюсь с Леди Баг и не могу понять ее поведение, Нуар. Может, тебе тоже стоит переключиться? То есть сменить цель? Я переключилась с Адриана на Луку, теперь твоя очередь. Давай мы с тобой на время забудем о наших безответных чувствах к тем, кто не любит нас? Маринетт была права, что уж там скрывать. Ему надо было сменить цель, но на кого? Кагами для него просто подруга и знакомая, а у Маринетт уже был парень. Лила просто жалкая лгунья, да и находилась она в другом городе. Так что он при любом желании не смог бы переключиться на кого-либо, даже на Маринетт. Почему-то сердце сжалось от осознания того, что Маринетт теперь с другим. И это всё по совету его самого. Вот только какое ему дело, черт возьми?! — Такой девушки нет, Маринетт. — Нет? Ну должна же быть… — Нет, Маринетт. — Вновь повторил парень. — Но, все же, Нуар, — уверенно начала глаголить Мари. — Ты не должен унижаться перед той, кто тебя не любит. Я считаю, мы оба должны прекратить всё это. Должны полюбить других людей. — А ты уверена, что сможешь полюбить Куффена? Маринетт замолчала, понурив голову. Конечно она сможет. Как же иначе? Ей он был приятен как собеседник и наверняка общие интересы должны были быть. Да, она однозначно полюбит его. И не как обязанность. А совершенно искренне. Она. Должна. Была. Забыть. Адриана. — Да, — Мари попыталась говорить уверенно, но голос все же дрогнул. Она очень сильно сомневалась во всём этом. Но она должна хотя бы попробовать. Быть может, она настолько сильно зациклилась на Агресте, что уже думала, что никто не сможет ей понравиться? Но это бред. В мире ещё так много таких же как он. Он не один такой в этом мире. Не один-единственный экземпляр. — Что ж, надеюсь, из вас выйдет парочка. — Да. Я тоже надеюсь.

***

Адриан лежал на своей кровати, не в силах переварить сегодняшние события. Хоть он и глупо улыбался, но в душе его бушевали самые разные ощущения. Настолько смешанно он себя чувствовал. После разговора с Маринетт, он по старинке ушёл тогда, когда та должна была ложиться спать. Отцу было настолько всё равно на сына, что он даже не заходил в его комнату, думая, что тот уже спал. Он даже и не догадывался, что он заместо сна бежал к Маринетт поделиться всеми своими переживаниями и эмоциями. После разговора с Маринетт он уже хотел было уйти, но Маринетт крепко прижалась к нему своим хрупким тельцем. Даже сквозь латексный костюм она ощущала его тёплое тело. Она не знала, зачем это сделала. Просто ему это было нужно. Просто она хотела, чтобы Нуару стало хоть чуточку легче. Она просто хотела помочь ему хотя бы в моральном плане. Во время объятий с ней, все оборванные струнки его души, как будто скрестились воедино. Настолько сильно он расслабился в её объятиях, что на сердце даже ушёл некий груз боли. Он будто тонул в её нежных тёплых ручках. Она была ему по подбородок. Такая маленькая и такая заботливая. Его Леди никогда так не обнимала его. Также нежно, заботливо, любяще. В первый раз в жизни он ощутил на себе такие нежные объятия. Отец никогда его не обнимал после смерти мамы. А сами объятия Эмили он давно позабыл за эти несколько лет. Маринетт лишь прижималась к его груди. Сердце просто кричало ей делать это. И она делала. Слушалась. Подчинялась. Нуар обнял её также крепко. Она была такой тёплой, что ему показалось, что они одни в этом огромном бесконечном мире. Ему казалось, что только её объятия способны были собрать на кусочки паззлы его души в единую картину. Почему-то в тот момент ему показалось, что он нашёл своё спасение именно в ней. В девушке, на которую обратил внимание только спустя долгий период времени. Её объятия были настолько чарующими, что он даже забыл про свою ненаглядную Леди. Он думал только об этой васильковоглазой неуклюжей девушке, которая была ниже его на целую голову. Которая за такое короткое время застряла у него в самом сердце. Он настолько сильно был очарован её объятиями, что забыл обо всем на свете, пялясь в потолок и улыбаясь, как настоящий придурок. — Ну так что насчёт Маринетт? Не передумал быть с ней? — где-то издали послышался голос Плагга, хотя он летал прямо рядом с ним. Но Адриан лишь промолчал. На его губах так и застыла глупая улыбка. Плагг лишь ударил себя рукой и по лбу и закатил глаза. Пока тот уплетал аппетитный камамбер, Адриан всё рассуждал о своей заботливой однокласснице. Он определённо будет к ней приходить. Ещё и ещё. Ведь, кажется, он нашёл свое спасение именно в ней.