Духи озера

— Ради всего святого, как она могла оказаться в лесу? Эта городская фифа? Я ни за что не поверю. — Ида хотела вскочить с постели, но Джон удержал ее за руку. — Не в обиду твоей родине и твоим представлениям о «фифах», но, кажется, ты понятия не имеешь, что такое большой город… и как выглядят культурные люди. Боюсь, твоя клиентка была совсем не такой. Его глаза неуместно смеялись, и вся жалость к нему мгновенно улетучилась. Да кто он такой, чтобы намекать Иде на провинциальность и узкий кругозор? — А ты у нас столичная штучка, да? — бросила она с презрением и отпихнула его. — Только посмотри на себя. Нелепость. — Извини, — быстро сказал Джон, дернув подбородком. — Не извиню. Ей самой было тошно от подступившего к горлу раздражения, и она вовсе не хотела его выплескивать, но не выдержала и затараторила: — Ты-то знаешь, что мне постоянно тычут в лицо моей необразованностью. Обязательно надо свое слово вставить? Ну так я и без тебя в курсе, что я неинтересная, некрасивая, глупая деревенская баба. — Извини, — беспомощно повторил Джон и покраснел. — То есть спорить ты не будешь… ну хорошо. — Ида заставила себя сделать глубокий вдох. В конце концов, никто не обязан с ней нежничать и выбирать выражения. — Вообще-то мне тоже десять раз на дню напоминают, что у меня дурацкий вид, — обронил Джон. — Тогда мы квиты? — улыбнулась Ида. — Взаимно проехались по больному. Но если забыть на минутку про твой тонкий столичный вкус, я все же настаиваю, что моя заказчица не пошла бы шататься по лесу просто так. Может, ты и прав, и у нас в городе нет других развлечений, но я точно помню, что в последний раз она собиралась в театр. — Интереснее всего, что она умерла от сердечного приступа, — подхватил Джон. — То есть она не просто шаталась по лесу, она… испугалась чего-то? Или такие прогулки оказались не для ее здоровья. Угадай, кто убийца по версии газеты? — Духи озера, — кивнула Ида. — Чертовщина какая-то. Тут сосед Джона по палате, очевидно, совсем не подслушивавший, сунул ей под нос газету. Пробежав заметку глазами, Ида наткнулась на фамилию клиентки и еще раз кивнула. Забавно — Ада вбежала в ателье со свежим номером, но сама прочесть явно не успела. Может, она до сих пор сидела с вязаньем на коленях и надеялась очаровать вредную клиентку? Ида невольно взглянула на услужливого соседа и ахнула: — Дядя Зак! Как вы тут оказались? Всегда угрюмый, небритый и сутулый, сейчас он выглядел злее и неопрятнее обычного. Драный халат открывал дивный вид на впалую старческую грудь, а рука на перевязи выглядела такой грязной, будто для лучшего лечебного эффекта дядя Зак посыпал ее землей. Если Джон был чучелом, а Грег вызывал омерзение, то дядя Зак смело претендовал на титул страшилища. Ничего не скажешь, хорошая сегодня подобралась компания для Иды: с дядей Заком лишний раз не захотел бы встречаться ни один человек в мире. — А ты угадай, — проворчал тот. — Пошел отвязывать лодку и вдруг упал. Кто-то натянул перед ней леску. Кто бы это мог быть? Он вперил в Иду немигающий взгляд. О небеса, конечно, это были Кори и Рори — но Ида ни за что бы не произнесла их имена вслух. — Э… ха-ха, как неудобно, — ответила она, натянуто улыбаясь. — Должно быть, духи озера, ха-ха? Джон засмеялся в кулак. Дядя Зак повысил голос: — Что за хихиканье! Однажды я твою сестрицу за волосы оттаскаю, так и запомни. — Ну попробуйте, — бросила Ида. — Потом не удивляйтесь, когда в вашем корыте прибавится дырок. — Ах ты… — Хватит, — вмешался Джон. — Если ее вина не доказана, то и не приставайте к ней. — Ты ее плохо знаешь! — рявкнул на него дядя Зак. — Это поганая тварь. — Думаете, я из уважения к вашему возрасту не выбью вам пару зубов? — Тю! Пальчики сломаешь. На какую-то секунду Джон взглянул на свои руки, будто в самом деле собирался пустить в ход кулаки. Дядя Зак фыркнул, быстро сунул ноги в тапки и пошлепал из палаты. — Э… сочувствую, ну и сосед у тебя, — протянула Ида. — Да нормальный дед, мы ладим. — Оно и видно. Но он правда нормальный. Мы знакомы тысячу лет. — Не сомневаюсь. — Сколько он ни ругался на Кори, но на деле не обижает ее и даже помогает. Например, дядя Зак ее и нашел в лесу — помнишь, мы вместе искали? В глубине души он неплохой человек. — Я знаю. — Джон посмотрел на нее — просто и в то же время с неуловимой нотой высокомерия. Прямо как Эрик, когда она выдавала очередную невыносимую глупость, а он изо всех сил пытался ее не обидеть. Иду невольно передернуло. — Что ты знаешь? — переспросила она, уже не пытаясь бороться с новой вспышкой раздражения. — Хочешь сказать, что разбираешься в людях? — Да, и довольно хорошо, кажется. — Если так, — Ида встала, подхватив сверток с конфетами, — то ты мог быть со мной потактичнее. — В каком смысле? — Ну не знаю, например, не показывать, как тебе в тягость все, что я говорю. — Вовсе нет… — По-твоему, я либо чушь несу, либо объясняю очевидные вещи. Зря я, наверное, пришла, раз тебе так неприятно со мной, — добавила она в сердцах. — Мне приятно! — А мне что-то нет, — вздохнула Ида. — Ладно, спасибо за новости про клиентку, я ошеломлена. Пойду, пожалуй, пока не наговорила еще глупостей. — Странно, — протянул Джон. Вид у него был несчастный. — Ночью я ругался с одним парнем, но в итоге он спас меня. А сейчас я хочу поладить с тобой, но ты будто отдаляешься. Как так выходит? — Не пойми неправильно, — сказала Ида, внутренне страдая, что приходится продолжать этот разговор, — но мне как-то неуютно. Боюсь, ты совсем не такой, каким показался вначале. Ты будто оборотень, а я, дура, решила, что ты милый неловкий болван. Джон почесал затылок и зашипел от боли. — То есть я не могу одновременно быть оборотнем и неловким болваном? — Да пожалуйста. Просто не хочу разбираться. — Ида повернулась к дверям. — Я… — Джон сглотнул, посмотрел на нее, будто собираясь что-то сказать, но сразу опустил глаза. — Я такой же провинциал, как и ты. И я вовсе не хотел тебя обидеть. — Знаю, что не хотел, — отмахнулась Ида и взялась за дверную ручку. — Мне правда пора, работа ждет. Она помедлила несколько секунд. Если бы Джон поумерил гордость и попросил ее остаться, признал, что ему одиноко, рассказал о себе не через силу, без расплывчатых фраз — словом, открыл сердце, а не рассыпался в ненужных извинениях, — тогда она с радостью поддалась бы. Но он молчал. Ида прижала сверток с конфетами покрепче к груди и вышла. Уже дома ее пронзил вопрос: как Джон понял, что в газете говорилось о клиентке, если не знал ее имени?

***

Следующий день Ида посвятила работе. Можно было ожидать, что в ателье заявится полиция и начнутся расспросы про заказчицу, но, как ни странно, их с Адой никто не потревожил. — Бестолочи, — заключила Ида, глядя в окно, где солнце уже падало за лес. — У меня ведь даже мотив есть. Я бы себя подозревала! Ада расправила на коленях кружева столь воздушные, что на них было страшно дышать. — А у тебя нет знакомых в полиции? — спросила она. — Допустим, за тебя кто-то замолвил словечко. — Если бы были, тогда грош цена им как знатокам своего дела, — отрезала Ида. — Ха-ха. Ты всегда знаешь, как другим лучше выполнять свою работу, — беззлобно поддела ее Ада. — А ты всегда мудро меня остужаешь. — Ида улыбнулась своему отражению в пыльном стекле и вернулась к шитью. У нее было мягкое настроение: Кори вовремя сделала уроки и не пыталась поругаться с ней, работа спорилась, в голову даже пришла идея для нового домашнего костюма. Ида решила, что займется выкройкой в первую свободную минутку, и в нетерпении заканчивала вышивку на чужой вельветовой юбке — легкомысленные цветы, брызнувшие во все стороны. — Как дела с Грегом? — прервала недолгое молчание Ада. — Ай, да плевать на него, — отмахнулась Ида. — Мы поругались сильней прежнего. Сомневаюсь, что можно все исправить. — Кажется, ты не опечалена? — Скажешь тоже! Я полна горя. — Может, расскажешь подробнее, что случилось, и мы что-нибудь придумаем вместе? Озорная змейка вышивки незаметно кончилась. Ида низко склонилась над юбкой, делая вид, что еще занята. — Как бы ты поступила? — сдавленно спросила она, глядя на иглу в руке. — Есть один человек. Он мне нравится, но я ничего о нем не знаю. Мне тревожно и неуютно. Ада молчала, но Ида чувствовала на себе ее выжидающий взгляд. — Иногда с ним легко, — продолжила она, не поднимая головы, — но иногда он ведет себя так высокомерно, что я злюсь. Отрезав нитку, Ида отложила юбку и закончила увереннее: — Вдруг он какой-нибудь бандит и поэтому о себе не рассказывает? Вчера я поняла, что он знает всякое… чего знать не должен бы, будь он порядочным человеком. Лазит по лесам, прикидывается бродягой. Я не понимаю, зачем все это, и не могу найти ни одного приличного объяснения. Ада пожевала губу. — Речь ведь не о Греге? — Разумеется, нет. В окно царапались сумерки. Пора было закрывать ателье. — В каком смысле он тебе нравится? — осторожно спросила Ада. — Не знаю, — выдохнула Ида. — Я просто чувствую за него ответственность. Он так очевидно одинок и несчастен, и он попал в беду, и, кажется, некому помочь, кроме меня… — То есть он давит на жалость? — Нет-нет, наоборот! Он очень гордый, даже слишком. Это скорее мои наблюдения. — Вот как. А вы давно знакомы? — Пару-тройку дней. — Хм! — Ада явно была удивлена. — Это совсем немного. Твоя тревога мне понятна, но и ему, наверное, непросто открыться чужому человеку. Дай ему время, если он в самом деле тебе нравится. — Она кашлянула в кулак и добавила: — Но я бы лучше прекратила подобное знакомство. Почему ты все время находишь себе странных друзей? Ида засмеялась: — Но ты же не странная. Ты самая нормальная из всех нормальных! — Почему-то от тебя это не звучит как комплимент. — Но я правда хвалю. Без тебя я бы встряла в кучу некрасивых историй. — Ты и так в них встреваешь, — улыбнулась Ада. — Странно, что ты увлеклась парнем, с которым знакома всего пару дней. И я ничего не знала… признаться, милая, ты меня шокировала. — Думаешь, я наконец созрела для новой любви? Нет, с этими глупостями покончено. — А что плохого в любви? — Да ничего. Просто с меня хватит. — В любом случае с этим странным парнем лучше не сближаться. Ни в каком смысле. — Спасибо за совет! — Ида приобняла ее за плечи. — А сейчас пора закрываться! Больше к этой теме они не возвращались и обсуждали только работу и быт, пока не разошлись по домам. Ида любила Аду в том числе за тактичность: та никогда не заходила дальше обозначенных границ. Что и говорить, Ада была полна достоинств, а Ида, вероятно, играла при ней роль той самой некрасивой подруги, рядом с которой смотришься выгоднее. И мужчины обычно любят таких, как Ада, а с такими, как Ида, связываются разве что по ошибке. Ее удел — заботиться о мусоре вроде Грега и все равно не надеяться когда-нибудь удачно выйти замуж. Но хотя бы Джона она отшила достойно. Не то чтобы он приставал к ней, но щелчок по носу однозначно заслужил. Раз в жизни Ида потешила свою гордость — но почему тогда внутри зудело чувство, что отвергли именно ее? Она остановилась посреди дороги. Порыв зябкого ветра налетел, всколыхнул хмурые облака. В ее мыслях был Джон: колючий и безгранично одинокий. Должно быть, сейчас он лежал вместе с дядей Заком, которому на него в лучшем случае плевать, и понимал, что никто, ни один человек в мире не придет его навестить. Наверное, Кори уже съела конфеты. Главное, чтобы потом не разболелись зубы. Ида закусила губу и двинулась дальше по чернильно-темной улице. Одиночество — Джона и собственное — плыло следом, мягкое и тяжелое. Возле самого дома чья-то тень отделилась от стены и шагнула навстречу. Ида вскрикнула и отскочила в сторону. — Ида? — спросила тень смутно знакомым голосом. — Что вам надо? Тень сделала еще шаг к ней; Ида вгляделась получше. Длинные волнистые волосы, очки в прямоугольной оправе, а за ними — острые насмешливые глаза. Это был Эрик. — Жду тебя весь день, — сказал он. — Кори меня не пустила на порог. — Правильно сделала, — фыркнула Ида, силясь унять дрожь в коленях. — Иди отсюда. Я не хочу тебя видеть. — Почему? Разве мы не можем поговорить… как друзья? — Как кто? Извини, странная дичь послышалась. — Ида демонстративно принялась ковырять в ухе и попыталась обойти Эрика, но он перегородил дорогу. — Это касается духов озера, — зашептал он и схватил ее за руки. — А? — Ида оцепенела: с непривычки от его прикосновений бросало в жар. — Ты в самом деле пишешь докторскую про сверхъестественное? — Можно и так сказать. Слушай, давай зайдем в дом? Мне надо много рассказать… — Нет, Кори нас не пустит. Говори тут. — Ида выпуталась из его рук и со смешком указала на порог. Против ожиданий, Эрик с готовностью на него плюхнулся, не заботясь о состоянии приталенного пальто. Подумав секунду, Ида присела рядом. — У нас в научно-исследовательском институте есть целое подразделение, которое занимается условно странными местами в стране. Если помнишь, моя первая научная работа была про Зеленую Долину, где я выдвинул некоторые гипотезы… — Что у нас тут разлом между мирами? Что-то такое припоминаю, — закивала Ида. — Ты, конечно, не до конца понимаешь смысл этих слов, да и назвал я все немного не так, но не суть, — сморщившись, отмахнулся Эрик. Как обычно, не мог не уколоть. — Теперь я хочу свести все в стройную теорию, для чего и приехал сюда. Не знаю, плохо это или хорошо для моего исследования, но я понял, что тут все сильно изменилось, и не в лучшую сторону. — Ты родителей повидал хоть, ученый? — съязвила Ида. — Не твое дело, — бездарно отбил атаку Эрик. — Знакомые в газете мне сказали, что пропажи людей участились. Еще якобы тут завелись сектанты, и некоторые думают, что это они похищают людей и приносят в жертву Мертвому Богу. А кто-то вообще говорит: никакие они не сектанты, а банда контрабандистов. Жаль, у меня нет знакомых в полиции. Я хочу спросить: что из этого правда? Ида молчала, накрытая шквалом слухов. Жертвы? Контрабандисты? Выходит, Джон, Ив, Ян?.. — Не буду скрывать, что мне особенно дорога сверхъестественная версия, — вмешался в ее мысли Эрик. — И ты точно знаешь, что духи озера существуют. Разговаривать со скептиками бесполезно: они придумают что угодно, лишь бы звучало рационально. Но ты — совсем другое дело. — Не понимаю, почему должна тебе помогать, — протянула Ида. — Нужны факты — поднимай задницу и иди добывать. В лес. Зачем верить на слово глупой женщине вроде меня? — Ты поумней других и непредвзята. Эрик выжидающе смотрел на нее, прищурившись. И что она-годы-назад в нем нашла? Эрик из воспоминаний выглядел получше этого захлебывающегося слюной, бледного, выжатого умственной работой человека. Но одно в нем осталось неизменным: увлеченность своим делом. И сейчас Ида могла бы довериться ему просто потому, что у него заразительно горели глаза. Но дважды попасться в одну и ту же ловушку было бы слишком глупо даже для нее. Сама собой пришла освобождающая мысль: Эрик больше не властен над ее сердцем. — Могу сказать только одно, — Ида поднялась и отряхнула юбку, — ты влезаешь в опасное дело. Один мой знакомый сейчас в больнице валяется. Тоже в лес его зачем-то тянуло. — Так?.. — Эрик вскочил за ней. — Как звать этого знакомого? Я его обо всем расспрошу. — О чем? Видел ли он духов озера? — улыбнулась Ида. — Мне кажется, он как раз скептик. Впрочем, я его плохо знаю. Даже не знаю, как его зовут — вот тебе! Она высунула язык, быстро отпихнула Эрика, взбежала по лестнице и захлопнула дверь у него перед носом. — Ну Ида! — взмолился он. — Ну помоги мне! Вместо ответа наверху открылось окно, и на него вылили ведро тухлой воды. — Проваливай! — велела Кори. — Гусь, свинья, урод уродский! Ида стояла рядом с ней и задыхалась от смеха. На душе стало легко, как в детстве, когда ни о чем не думаешь дольше минуты. День кончился, и она знала, что во сне не столкнется ни со страхом, ни с любовью.

***

Дождавшись, когда сестра уйдет из комнаты, Кори поставила свечу на окно и стала подавать условные сигналы в темноту, то накрывая огонек, то отнимая руку. Она надеялась вызвать Рори, но прошло несколько минут, а он не откликнулся. Видимо, получил очередной нагоняй от родителей и отправился в постель, как и полагалось примерному мальчику. Кори вздохнула. Иногда она даже радовалась, что у нее нет родителей и некому как следует отлупить ее. Кори непременно дала бы сдачи, и тогда ее выгнали бы из дома. Она ушла бы жить в лес, а потом еще дальше, исходила бы пешком всю страну… Погрузившись в мечты, Кори забралась на подоконник и нечаянно смахнула босой ногой свечу прямо на улицу. Внизу кто-то выругался. — Снова ты, урод четырехглазый? — выкрикнула она. — Это не я! — прозвучал снизу голос Ива. — Ой, извини! Привет! — Кори свесилась вниз, пытаясь разглядеть, где он. — Может, зайдешь? — У меня нет времени заходить. — Ив зевнул. — Зачем тогда шатаешься под окнами? — Затем, что дай денег. — С какой стати? — Тогда я их не украду, а получу честным путем. Кори задумалась: что-то тут было не так. — У меня есть идея: ограбить ухажера твоей сестры, — продолжил Ив. — Как думаешь, он приехал отдыхать с полной кубышкой? — И что, я должна тебе заплатить за это? — Ну а как же? Ты ведь его ненавидишь? Кори скривилась: снова что-то было не так. — Лучше никого не грабить, даже Грега, — с неохотой заключила она. — Тебя арестуют, сколько раз говорила! Ив сердито засопел: — Тогда что мне сделать? Ида днем предлагала деньги, а я, дурак, отказался. А теперь передумал. Я считаю, что они и так мои, но из уважения к вашей семье… — Могу для тебя стащить, но с одним условием. Нагадь четырехглазому, который сейчас ломился в дверь. Я ненавижу его куда больше, чем Грега! — Усек. Пойду его искать. — Стой! — загорелась Кори. — Я с тобой! Она накинула в темноте что подвернулось под руку и выбежала на улицу босая: зато сестра не услышит. Фонари не горели, но этого не требовалось — Кори знала каждый камень на ощупь. — Он пошел либо в гостиницу, либо к родне, — зашептала она, схватив Ива за локоть. — Я могу стащить что угодно? — Тс-с! Расслышав рядом чьи-то неуверенные шаги, Кори потянула Ива за собой. Они прижались к стене, зажав рты и не дыша. От попыток разглядеть прохожего в темноте заболели глаза, но и без их помощи слух указывал на Эрика. К несчастью для себя, Кори слишком хорошо помнила его походку: он семенил, крался, ступал почти беззвучно. Когда Кори была маленькой, она думала, что Эрик боится потревожить невидимого друга; сейчас она считала, что он просто пугливый слизняк. Он шел, едва касаясь мостовой, взлетая над ней. Звук его шагов то и дело сливался с ненавязчивым ночным шумом: ветром, звоном, усталым древесным скрипом. Кори тянулась следом, не отпуская руку Ива. Порыв озорства схлынул, и теперь она не могла придумать, чем навредить Эрику, как прервать эти невыносимые вкрадчивые шаги. Было бы здорово, свались он сейчас в лужу, попадись ему злая собака — но со взрослыми такого почти не случается. — Эй, — шепот Ива коснулся уха, — что мы вообще делаем? — Не знаю, — ответила Кори одними губами. В следующий миг ее что-то схватило, опутало, ошеломило; руки прижало к поясу, рот закрыла дурно пахнущая, мокрая ладонь. Кори забилась, задрыгала ногами, но хватка ничуть не ослабла, зато воздуха резко стало меньше — ладонь переместилась на нос. — Небеса, как же я тебя ненавижу. — Усталый голос Эрика заставил Кори вздрогнуть. — Мерзкая малолетняя шваль. — Отпусти ее! — крикнул Ив. — Помолчи, иначе здешняя полиция узнает, как ты пытался обобрать меня среди ночи. Кори попробовала укусить, но не смогла открыть рот и беспомощно застыла на месте. Кто ж знал, что этот университетский доходяга — такой силач? — Интересно, Ида послушается, если я покажу ей тебя? — спросил Эрик. — Приведет меня к духам озера? Что бы с тобой сделать… Он наклонился к Кори, словно намеревался поцеловать в лоб, и тут раздался противный глухой звук, а следом пришло освобождение. Эрик обмяк, навалился на нее, бессильно повис. Вскрикнув от отвращения, Кори отпихнула его, и он кулем шмякнулся на землю. Потом кто-то схватил ее за руку и потянул, но Кори запуталась в ногах и упала на колени. — Постой! — выдохнула она. — Он же не умер? — Откуда мне знать? — Ив отбросил булыжник в сторону. — Нам в любом случае надо смываться. — Ладно. — Кори набрала в легкие побольше воздуха, надеясь, что ноги перестанут дрожать. — Тогда за мной! У нее не было представления, куда бежать, но город и лес она могла бы обойти и с повязкой на глазах. Главное — подальше от Эрика, жив он или мертв. В голове тревожно зудело: кто-нибудь видел, что случилось? Казнят ли детей за убийство? И почему Ив так спокоен? Мучительно захотелось, чтобы на его месте оказался Рори. Милый глупый Рори не осмелился бы ударить взрослого мужчину, не испугался возможного подозрения в воровстве. Он просто вовремя поднял бы шум, а большего и не нужно. Ноги сами принесли Кори к дому, и она решила, что лучше укрытия и не придумать. Когда чувствуешь себя не то трусихой, не то соучастницей убийства, вся надежда — на помощь единственного человека, который примет тебя любой; однако позвать Иду она не осмелилась. — Не переживай, — шепнул Ив, как только они прокрались в комнату Кори. — Я на днях так же огрел одного типа, но ничего, жив остался. — Ты или он? — Пф-ф! — И часто ты этим занимаешься? — Не очень. Уклончиво, но подробностей приключений Ива лучше и не знать. Кори запрыгнула на кровать, надулась, натянув подол юбки на колени. — Он вздумал шантажировать Иду мной! Заслужил тысячу смертей. — И карманы у него пустые, — посетовал Ив и забрался следом. Кори подпрыгнула на месте: — То есть у тебя хватило бесстыдства еще и обокрасть его? — Какой смысл бить кого-то и ничего не красть? — Я думала, ты меня спасал. — Я делал все и сразу. — Хм-м… — Кори растерялась. И почему Ив постоянно сбивал ее с толку? — У тебя есть еда? — безмятежно поинтересовался тот. — Наверное… — Мне нравится сидеть с тобой, но Ян наверняка меня обыскался. Давай или деньги, или еду, и я пошел. — А если не дам, тогда что? Ив только вздохнул в ответ. На секунду Кори показалось, что он ищет, чем бы и ее стукнуть. — Кто такой Ян? — спросила она, пытаясь отвлечься от тревожного предчувствия. — Мой друг. — Но ты же говорил, что у тебя никогда не было друзей. — Взрослые не считаются. Кори невольно вспомнила, каким жалким казался Ив в их первую встречу. Тогда хотелось защитить его, а заодно и немного покрасоваться перед Рори. До чего наивно. Сейчас — как бы она ни стыдилась себе в этом признаться, — Ив начал внушать страх. И все же в его облике оставалось что-то неуловимо беззащитное — не то взаправду, не то напоказ. — Если Ян — твой взрослый друг, то почему не купит тебе хотя бы одежду приличную? — поинтересовалась она, окинув взглядом лохмотья Ива. — Мои тряпки нужны, чтобы сшибать денежки на храм с дурачков. — На что?.. — Я сам не уверен, что его когда-нибудь построят. — Взгляд Ива остановился в нигде. — Но это будет стоящая штука, точно тебе говорю. Белый храм посреди черного леса. Ваши духи поселятся в нем вместо всех на свете чудес, а под крышей день и ночь будут петь птицы. Кори могла бы ждать странные вдохновенные речи от кого угодно, только не от этого малолетнего преступника. Она не сразу поняла, что последнюю минуту старалась не дышать. — Впервые слышу, — наконец созналась она. — У нас в городе отродясь не было никаких храмов… Но зачем собирать на такую прекрасную мечту обманом и воровством? — Ха, это ты еще не знаешь, чем зарабатывают остальные в нашей компашке. Мне пока не доверяют, поэтому я просто побираюсь. Ив помолчал и тихо добавил: — Иногда мне ужасно хочется сбежать. Но они меня не отпустят. — Я могу как-то помочь? Он быстро взглянул на нее, но не успел ничего ответить, потому что в открытое окно влетел крик: — Ида! Проснись! Полюбуйся, что твоя мелкая тварь со мной сделала! Друзья переглянулись: к несчастью, Эрик не умер. В соседних домах уже зажигался свет. Кто-то наступил на кошку и добавил лишних нот в зарождавшийся переполох. — Поганая шлюха, как и ты! — вопил пострадавший. — Я вызову полицию! Полиция! — Закройся! — перебил его голос Иды. — Я сейчас выйду. Вскоре она появилась в комнате — лохматая, в мятом фартуке. Схватив друзей за уши и сердито сопя, она потащила их вниз, к двери. — Кто из них тебя обидел? — спросила она и толкнула оробевших детей вперед. Эрик едва стоял и весь трясся. Его лицо заливала бурая кровь. — Я не хочу обсуждать это на улице, — сказал он, вскинув голову. — Но ты же только что орал, что вызовешь полицию? — В голосе Иды слышалась спокойная усталость, и Кори почему-то стало легче. — Я передумал. Ида пожала плечами, сделала шаг в сторону и пропустила его в дом. Разочарованные соседи один за другим начали тушить свет. — Я согласен не идти в полицию и не поднимать шум, но с одним условием, — зашептал Эрик с порога, схватив Иду за плечо. — Ты поможешь мне разыскать духов озера. Кори вздрогнула и переглянулась с Ивом: похоже, булыжник повредил Эрику мозги. — Смерти ищешь? — почему-то спросил Ив и сразу получил подзатыльник от Иды. — Ай! — Не смей айкать и не влезай в разговор взрослых, — велела та. — Я все скажу Яну! — Боялась я твоего Яна. Почему вы оба до сих пор не в тюрьме? — Потому что полиция этого города куплена? — предположил Эрик. — Как бы там ни было, мы должны во всем разобраться сами, согласна? Куда пропадают люди, как появляется разлом между мирами… и кому это нужно. Отведи меня туда, где ты видела духов озера. Ида долго смотрела на него и наконец коротко, сухо кивнула.