Забытый Герой

Зельтбуль 5 минут до Волны в Новом Эдеме              Энель и его три спутницы тихо ожидали час X в своём номере в гостинице. Несмотря на юный возраст и тот факт, что Звездное Орудие избрало его совсем недавно, для самого Героя Метательного Оружия это будет не первая Волна. Он уже своими усилиями успел отразить прошлую Зельтбульскую катастрофу, а до этого оказал помощь во время бедствия в Фобрее.       Формально, в распоряжении Фобрея уже имеется свой Звездный Герой, но за несколько дней до Волны он по какой-то причине отчалил в Шилдфриден, который кстати тоже был под его юрисдикцией. Как позже выяснилось, он уехал, чтобы посветить своим новеньким изобретением на какой-то крупной конференции. Прознав про это, Энель не выдержал, и сразу после Волны отправился прямиком к Герою Кнута, сорвав тому выступление, из-за чего тот неслабо взбесился.       Иначе он поступить не мог, ведь в том инциденте погибло множество людей. Скандал был нешуточный, и в тот момент Энель впервые почувствовал желание убить человека, ведь Звездному Герою Кнута, было совершенно наплевать на простой люд и свои обязанности перед миром. Его интересовали лишь слава, внимание девушек, собственное могущество и свои изобретения.       Однако сейчас Энель думал даже не о ненавистном ему коллеге по геройскому делу, и даже не о самой Волне, а о незнакомце, что на пару с каким-то неизвестным могущественным чудовищем перевернул всю столицу с ног на голову несколько часов назад.       Герой злился. На преступника, что покалечил множество доблестных мужей, что верой и правдой хранили реликвию Эпохи Драконов, а некоторых и вовсе лишил жизни. Он не щадил даже юных храмовых жриц, некоторые из которых только-только закончили обучение в монастырях. Но больше всего Энель злился на себя, за то, что дал им уйти.       Это не осталось незамеченным, и вскоре он почувствовал чье-то нежное прикосновение.       — Поведай мне, что тебя гложет, — над ухом Героя прозвучал манерный шепот, почти лишенный эмоций. Однако Энель знал, что на самом деле кроется за этой напускной прохладой.       — Ничего такого, Лу. Просто немного волнуюсь. Неизвестность всегда пугает, — немного награнно усмехнулся Энель.       Лу, или же Лулилия фон Бёрнц, была последней, кто присоединился к группе Энеля, не считая Джерико и Каина. Эта миниатюрная синеволосая милашка не просто дворянка из богатого дома. Она — внебрачная дочь самого короля Фобрея. Хотя, учитывая его похоть, бастардов у него хоть отбавляй. Естественно, король не был дураком, и крепко вцепился в свое место. А если кто-то пытался претендовать на трон, с ним быстро разбирались. Мама Лу тоже не была глупой, и как только забеременела, сразу отказалась от всех возможных претензий на трон. Сам виконт — глава дома Бёрнц, не знал об интрижке своей супруги с королём, и свято верит, что Лу — его дитя.       С самого детства Лу постигала извилистый путь волшебства. Судьба даровала ей предрасположенность к магии льда, которая напрямую отразилась на её характере. Помимо обучения, в детстве, она буквально зачитывалась историями о Легендарных Героях древности. Она с отличием закончила академию знати Фобрея, а как достигла совершеннолетия, стала проявлять интерес к другим сферам. Помимо магии льда, её также завлекла археология, благодаря чему она смогла поучаствовать в крупных раскопках древнейшего города на территории Мелромарка. Однако, как только ударила Волна, ей пришлось вернуться на родину, оставив своё увлечение. И тогда она увидела Энеля, живое воплощение древних легенд, что самоотверженно бросался прямо в гущу сражения, стараясь спасти как можно больше жизней. Тогда её холодное сердечко оттаяло, и она сама не заметила, как кинулась ему на помощь. А после Волны она изъявила желание присоединиться к нему в путешествии. А Энель, будучи по-детски наивным и стеснительным, не мог отказать Лулилии в этом.       — Лу, а ну перестань липнуть к Господину! — звонкий сопрано наполнил небольшое помещение, отчего остальные две девушки немного скривились.       — Шанти, я, в отличии от некоторых, забочусь о состоянии Энеля-доно. Коль ты не удосужилась даже заметить его волнение, то попрошу не возникать, и оставить эту проблему на меня.       Лицо упомянутой девицы стало похоже на лимон, и уже хотела было продолжить перепалку, но видя настроения её любимого человека, сдержалась.       Шанти О’Ромар была второй спутницей Энеля, что бесконечно ему преданна. В отличии от Лу, она не была представителем знати. Напротив, она была рабыней одного коррумпированного чиновника из Шилдфридена. Конечно же, до тех пор, пока её не спас Звездный Герой. Ранние годы жизни она не помнила, а родителей своих в глаза не видела. Как ей говорил её хозяин, они продали её ему за баснословные деньги, после чего свинтили на архипелаг Каль-Мира.        Из-за смуглой кожи их с Энелем можно посчитать братом и сестрой, но волосы, отливающие жарким пламенем и наличие львиных ушей и хвоста перечеркивали это предположение. Её раса была довольно редка, но не настолько, как хакукообразные, хотя и те, и те были гибридами человека и диких кошек. Благодаря крови царя зверей, Шанти была обладательницей пылкого нрава, и сама по себе была своевольна и горда.       Глядя на неё сейчас, нельзя помыслить, что эта длинноногая женственная красавица ещё два месяца назад была обычным ребенком с капризным характером. Именно такой её и вытаскивал Энель из кандалов. После этого инцидента, Энель стал для неё всем. Спасителем, другом и самцом, которого она желала. Её талант в огненной магии также стал неожиданностью для всех. Шанти плохо с ней управлялась, но вот сила была впечатляющей. Сама девушка не считала, что отсутствие контроля — нечто плохое, поэтому она давила противников голой мощью. Однако больше всего она желала направить эту самую мощь на Лу, которая то и дело пытается привлечь к себе внимание хозяина.       — Когда всё закончится, нужно разыскать Каина и Джерико. Надеюсь, с ними всё в порядке…       Услышав эти имена, Лулилия и Шанти поморщились, а вот молчавшая третья девица, что до сего момента со скучающим видом таращилась в свою книгу, навострила уши.       — Уверена, нет причин для беспокойства, Господин, — сквозь фальшивую улыбку уверила его Шанти.       — Не хочется этого признавать, но я согласна с ней, — поддакнула Лу.       Им обеим не нравилась эта таинственная парочка. Безмолвный боец Каин вызывал у девушек непонятный страх на задворках сознания, особенно в те моменты, когда он голыми руками без единого звука и безразличным выражением лица рвал на куски самых свирепых тварей. Тогда и Лу, и Шанти отказывались воспринимать это существо как человека. Но также они были рады, что эта тварь на их стороне.       Но больше всего их раздражал их лекарь, Джерико. Он не особо многословен, но по сравнению со своим товарищем платинового ранга, его болтливость не знает границ. И самое главное, что почти всё время, что Джерико проводит с ними, он уводит на себя всё внимание их дорогого Героя, отчего тот забывает про них. Обе девушки понимали, что ревновать к парню глупо, но они ничего не могли с собой поделать.       Также их выбивало из колеи то, что лекарь будто специально не замечает никого, кроме Энеля, словно их не существует. Конечно, при попытке с ним заговорить он отвечал, но явно через силу. Во время совместных трапез и посиделок у костра, Лу неоднократно замечала, что этот парень смотрит на неё, как на пустое место. Аристократичное воспитание говорило ей не обращать на это внимание, однако девушка не понимала, чем вызвано такое поведение. При этом она даже не могла сделать ему замечание, так как Джерико общался очень вежливо, хоть дворянином явно не являлся. Шанти пару раз пыталась выудить хоть немного информации о прошлом целителя, но безуспешно, он постоянно умудрялся переводить тему. Подобное отношение к своей персоне бесило львицу, и она даже срывалась на Джерико, но Энель быстро остужал её пыл. В общем на этих девушек Джерико оставлял впечатление очень подозрительного типа, к которому почти нереально подступиться. А Энель этого будто и не замечал, ибо он привык видеть в людях только хорошее.       — И всё же, о них уже больше декады ни слуху, ни духу. Даже в гильдии. Они будто исчезли, — озадаченно промолвил парень.       У самого Героя не было времени выйти на связь. Сначала он был целиком и полностью занят расследованием по делу некоего «Звездного Доктора», так его прозвали в народе. Неизвестно, один это человек, или целая группа. Почти месяц назад в столице стали замечать всё больше и больше наркозависимых граждан. По большей части это были представители низших сословий: бедняки, бандиты и жители трущоб, что попали в страну нелегально. Однако среди среднего класса тоже участились случаи покупки и употребления запрещенного напитка.       Что странно, у многих из них находили наркотики высшего качества. У бедняков не могло быть денег на покупку такого товара, поэтому вывод был один. Кто-то сбывал наркотики по обычной цене, при этом в невообразимом количестве. Ни одна крупная подпольная лаборатория не могла поддерживать такой приток товара в столь сжатые сроки, при этом лидируя ещё и по чистоте готового напитка.       Ситуация была донельзя странной, и Совет Купцов посчитал, что это проблема уровня Звездного Героя. Энелю прислали письмо, в котором его просили помочь разобраться в ситуации, за солидное вознаграждение конечно же. А деньги Герою были необходимы. Энель не пользовался никакими украшениями, не носил дорогой брони, даже его спутницы были одеты намного богаче. Многие авантюристы считают его новичком, который не может себе позволить нормальные вещи, и отчасти они правы. Энель не жалеет денег на своих спутниц, но сам живет впроголодь, и вообще по натуре своей он является аскетом.       Но причина сложившейся ситуации не в этом. Всё упирается в его Метательное Оружие, а вернее в его индивидуальный метод усиления. Для того чтобы совершенствовать своё Звездное Орудие, он вливает в него деньги, благодаря этому преодолевает ограничения любых других усилений, при этом приумножая их эффект, а также раскрывает скрытые способности своего оружия.       — Уверяю, с ними всё хорошо. Уверена, в случае чего, Каин способен защитить мистера Лайта.       — Твоя правда. А ты чего притихла, Сильви? Если боишься Волны, будь уверена, я защищу тебя, — гордо заявил Энель, высоко задрав подбородок, и глядя на последнюю свою спутницу.       Сильви — подруга детства Энеля, в которую он по уши влюблен. И она единственная из всей троицы, кто не испытывает к нему романтических чувств. Шанти и Лу страшно ей завидовали, и искренне недоумевали, что их возлюбленный нашел в столь невзрачной девчонке. По красоте она явно им уступала, женским обаянием она также была обделена, а из заклинаний она знает лишь один луч. Сильви на фоне других девушек из их команды предстает серой мышкой. Пусть сам Энель рос с ней в одной деревушке подле северной границы Зельтбуля, он мало что о ней знает, большую часть свободного времени она проводит за книгами и по сей день. Лулилия как-то раз тайком стащила одну из её книг, однако с удивлением обнаружила, что не понимает ни слова.       Сильви сама по себе мрачна, молчалива, и всегда себе на уме. Также завистниц раздражала и её наглость по отношению к Энелю. В разных ситуациях она довольно резко оспаривала решения Героя. Стоит сказать, это не раз вытаскивало их из потенциальных передряг. Именно она подавляла постоянные приступы альтруизма их неугомонного лидера. Если бы не Сильви, Энель бы начал без устали помогать всем и каждому, так что она была своего рода голосом разума в их отряде.             Однако её поведение менялось, когда в их группе появились Джерико и Каин. С первой же встречи она заворожено наблюдала, как воин, которого представили как Каина, без колебаний проделал отверстие в голове гигантского фестрала. Она точно увидела в немом авантюристе нечто особенное. А после, когда чудом смогла выведать необычную предрасположенность к магии целителя, сразу начала лезть к нему с расспросами, что явно раздражало самого Джерико. Сильви даже не обращала внимания, что их лекарь смотрит на неё как на приставучую собачку. Такое внимание к их новоиспеченным товарищам явно печалило Энеля и вызывало в нем признаки ревности. Когда эта пара покидала их, на лицо девушки вновь опускалась скука.             — Ага-ага, ты бы лучше не языком чесал, а готовился, — лениво бросила Сильви, развалившаяся на подоконнике, не отрывая глаз от книжки. — На себя посмотри. Ремень сполз, целебное снадобье забыл в сумку положить, а жилет и вовсе расстегнут. И в таком виде ты решил с монстрами сражаться? — вдогонку отчитала она Героя, всё же удостоив того взглядом.       — Хе-хе… спасибо, что напомнила. Ты мне прям как старшая сестренка, — невесело усмехнулся парень, почесывая затылок.             Энель еле-еле успел привести себя в порядок, как его и трех девушек окутало золотистое сияние, предвещающее телепортацию. Если Шанти и Лу были чрезмерно напряжены, то Энель и Сильви не показывали признаков волнения, а если точнее, мастерски их скрывали.

***

      Последовала временная дезориентация. Обычное явление после телепортации. Энель продрал глаза, и принялся разглядывать пейзаж.             Скалистая местность, устланная редкими, но густыми хвойными зарослями и вездесущим мхом вперемешку с лишайником. Земляная дорога, на которой всё ещё видны свежие следы от колес и ног филориалов, ведущая в узкое ущелье, которое напоминает горлышко бутылки. А за ним просторная долина, где виднеется довольно крупное поселение, которое вполне может быть домом для более чем полутора сотен семей.             Но главная деталь, которая сразу бросилась в глаза, это конечно же кроваво-красный небосвод с разноцветными завихрениями червоточин — неизменный атрибут любой Волны.             — Рокост, значит, — до жути холодный и не предвещающий ничего хорошего голос, донесшийся сзади, вывел парня из размышлений.             Вся четверка вмиг обернулась на обладательницу голоса, а вернее на внезапно появившуюся толпу рыцарей облаченных в вычурное серебро, которые сомкнулись в ровный строй. За ними выстроилась длинная шеренга молодых парней и девушек, облаченных в униформу какого-то учебного заведения. Энель навскидку насчитал десять дюжин голов. Он не мог видеть лиц рыцарей, но вот в глазах магов явно читалась решительность и закипающая ярость.             То были выжившие студенты Хамвелла, вернее те, что не пали духом после прошлой Волны. Месяц назад они были обычными подростками, но в один день их жизнь кардинально изменилась. Это те ребята, которые до последнего держали оборону в ожидании Героя под предводительством своего директора. Однако помощи они так и не дождались. В тот день академия лишилась больше половины своих учеников, но те, что выжили, стали намного сильнее и свирепее.             А во главе всего немногочисленного воинства, верхом на белоснежном жеребце, тело которого покрывала броня, восседала фигура в алом пластинчатом доспехе, аналогов которому Герой ещё ни разу не видел. В правой руке фигура держала причудливую глефу лезвием вниз.       — Это что, доспех из Кутенро?.. — вырвалось у изумленной Лу.       — Близко, но нет. Хотя твоя внимательность стоит похвалы, — ответила обладательница диковиной брони, поворачивая голову к синеволосой.       Поняв, кто восседает в седле, Энель поспешно припал на одно колено и почтительно склонил голову, жестом призывая спутниц повторить за ним.       — Ваше Величество.       — Не время для формальностей, Герой. Встаньте, — раздался властный приглушенный голос из-под крытого шлема.       Энель подчинился, после чего незамедлительно изрек на одном дыхании:       — Ваше Величество, вы не говорили, что собирались лично участвовать в отражении катастрофы. Я вынужден попросить вас остаться здесь. Волна несет опасность, и в месте, где она бушует, никто не застрахован от смерти. Вы можете пострадать, а это неприемлемо.       Со стороны владычицы послышался тихий зловещий смех. Энель не мог видеть её выражения лица, открытыми оставались лишь пышный хвост, лисьи уши и янтарные глаза.       — И ты туда же, прямо один в один, — отсмеявшись, она бронированной рукавицей смахнула несуществующие слёзы.       — Что вы имеете в виду? — осторожно поинтересовался Энель.        — Не важно. В любом случае, я отказываюсь, — уверенно заявила Аку, после чего обернулась на свое войско, что ожидало её приказа. — Слушайте все! Я отправлюсь вперед, вместе с группой Звездного Героя. Ущелье слишком узкое, поэтому Стражам Рассвета придется искать обходной путь. Как только доберетесь до поселения, эвакуируйте жителей. Добровольцы из академии, займите позицию повыше, и атакуйте дальнобойными заклинаниями. Выполнять!       Как только последнее слово было сказано, Аку хлестнула поводьями, и скакун сорвался с места. Вместе с этим округу огласил лязг доспехов и боевой клич. Вмиг поднялось облако пыли, и толпа пришла в движение. Энель едва успел отправиться в погоню за кицунэ, помедли ещё немного, и его бы банально затоптали. Его спутницы не могли похвастать выдающейся прытью, свойственной их лидеру, поэтому расстояние между ними начало стремительно расти.       — Девчат, не отставайте! — крикнул он, уже скрываясь в низине.       — Тебе легко говорить! — осадила его Сильви, которая успела запыхаться уже через полминуты бега.             Лишь Шанти, благодаря звериной натуре, вырвалась вперед в этой гонке, и кое-как нагоняла своего возлюбленного. А вот Лу и Сильви оставалось глотать пыль и пытаться не споткнуться ненароком.             Когда Энель вырвался из тесного коридора из скал, пред его глазами предстала ужасающая картина. То, что издалека он принял за падающие звезды, были на самом деле монстры. Аку уже ждала его на выходе. Она была не одна, рядом с ней на одном колене стояла женщина в маске и плаще, и что-то докладывала. Герой сразу понял, что это разведчица. С такого расстояния он не мог услышать, о чем они говорили.             — Госпожа, недалеко отсюда находится один из аванпостов на границе с Мелромарком. Попросить подкрепления оттуда?             — Не стоит. Пока они доберутся сюда, всё уже кончится сто раз, — отмахнулась Аку. — Лучше проведи Рассветных по самому кратчайшему пути. Только осторожнее. Земли близ Рокоста коварны, и здесь всегда есть риск оползня. Также доложи остальным, чтобы приводили в исполнение пятый сценарий. Цель — спутница Героя Метательного Оружия, дочь семьи Бёрнц. Если случая не подвернется, отзывай своих. Какой главный приоритет?             — Секретность, Госпожа.       — Верно. Свободна.             Фигура в плаще кивнула, после чего её и след простыл в мгновение ока. То было заклинание невидимости.             — Ваше Величество! Монстры уже бушуют в деревне! Нужно как можно быстрее вывести людей! — на бегу выкрикнул Герой.             — Погоди. Ты видел босса?             — Нет… Но это сейчас не важно! Спасение населения, вот главная задача Героя! Я пойду вперед! — не унимался Энель.             — Стой, кому говорю, — стальной тон Аку заставил парня застыть на месте. — Вперед пойду я. Слабость твоего оружия — ближний бой, так? Более того, босс может где-то скрываться, и напасть из засады. Что ты будешь делать, если тебя окружат? Если помрешь, никому от этого легче не станет. Лучше ищи самую сильную тварь, и постарайся устранить её издалека. Не знаю, смогу потягаться с ней, но вот ты — другое дело.       — В ваших словах… есть смысл, — нехотя признал Энель, бросая взор в сторону Рокоста. — Но что будет, если вы пострадаете?             — Мальчик, — Аку повернула голову в его сторону, и их взгляды встретились, отчего по спине Героя пробежала стая мурашек. — За меня не беспокойся. Делай своё дело.             Кицунэ вновь пришпорила скакуна, и рванула в сторону поселения, которое заполоняли монстры, крики людей и запах плоти вперемешку с дерьмом. Энель лишь успел вытянуть руку вперед. Слова застряли в горле, и он беспомощно замер. Ему хотелось броситься за повелительницей, но умом он понимал, что она права. На прошлой Волне он чуть не погиб, когда полез в самую гущу. Тогда его спасли подруги, которые создали брешь в окружении. И тогда босс действительно напал исподтишка, неожиданно свалившись прямо с неба. Энель обернулся на приближающиеся быстрые шаги, и сначала увидел Шанти, а затем и остальных.             Аку же тем временем неслась в пекло, не оборачиваясь на Героя. Все её эмоции были погребены под пластинами восточного доспеха. Одинокая воительница за пару минут оказалась в поселении, почти не обращая внимания на перепуганных людей, которые пытаются сбежать от наплыва различных монстров, большая часть из которых была не самой обычной нежитью. Вне всяких сомнений, это были ожившие мертвецы, но слишком уж большими и шустрыми. Они двигались так, будто были живы. Их оттенок кожи варьировался от мертвенно белого до трупного синего. Но больше всего внимания привлекала экипировка. Они были одеты как представители племен северных варваров. Прочные куртки из нескольких слоев кожи, меховые плащи, круглые деревянные щиты, головы некоторых венчали каркасные шлема с полумасками. Из вооружения бродячие покойники имели при себе ржавые железные мечи с короткой рукоятью, скармасаксы, короткие копья или рогатины, и конечно же, неизменный атрибут любого уважающего себя северянина, одноручные топоры и секиры. Пусть их оружие было потрепано временем, но могло с легкостью рубить латы, учитывая чересчур развитую для нежити мускулатуру.             Также в толпе жмуров изредка попадались дефективные твари, которые никак не были похожи на воинов, в отличие от своих собратьев. Эти вообще слабо походили на людей, и при жизни, скорее всего, являлись рабами, которых топили в ледяной воде. Из-за этого их тела были аномально непропорциональными и разбухшими. Такие уродцы еле-еле передвигались на своих тоненьких ногах, и утробно рыча, просто бродили туда-сюда, в поисках жертвы.       В единственном мутном глазу первого драугра, что усердно пытался слизать кровь со своего топора, на который были намотаны потроха, отразился стремительно приближающийся клинок нагинаты. Это было последнее, что увидел упырь, перед тем, как умереть во второй раз. Аку на полном скаку будничным движением срезала ему две трети головы.       Лисица видела обезображенное лицо женщины, которую порубила тварь. Её уже не спасти, пусть она всё ещё была жива даже со вспоротым животом и обглоданной рукой. Аку спрыгнула с коня, лязгая броней и поднимая тучу пыли, и подойдя к умирающей, коротко поинтересовалась:       — Убить?       Слабое движение головы, которое с натяжкой можно назвать кивком, было расценено повелительницей, как утвердительный ответ. Без лишних слов, Аку четко выверенным движением вонзила клинок в сердце селянки, прерывая её страдания. Одинокая слеза, что стекала по обглоданной щеке покойницы, на мгновение приковала к себе взор девушки в доспехах. Боевой скакун приблизился к хозяйке, и та, потрепала того по голове.       — Дальше я сама, — нежно шепнула она, шлепнув коня по крупу.       Издалека послышались первые залпы заклинаний. Юные маги вступили в бой. Метрах в ста к западу канонадой разразилась атакующая магия спутниц Героя. Их было видно даже за пределами ущелья, особенно огненные вихри и смертоносные алые лучи.       Жители, побросав дома, бежали в ужасе. Были и те, кто запирались в своих жилищах и молились на подоспевшую помощь, а многие просто застыли в ступоре, не в состоянии даже пальцем дёрнуть, когда слышали боевые кличи кровожадных мертвецов. Последние умирали быстрее всех, осознание, что надо делать, сваливалось на них, когда монстры рубили их тела на ошметки, упаиваясь воплями своих жертв. Одному из везунчиков посчастливилось умереть мгновенно. Пареньку, которому было лет пятнадцать, драугр пробил затылок копьем, кончик которого вышел из переносицы вместе с кусочками мозга.       Нечисть заинтересовалась в прискакавшем куске свежего мяса, поэтому внимание монстров было в основном сконцентрировано на Аку, что неспешно вышагивала по дороге, продавливая своими стальными сапогами обагренный кровью грунт.       Доспех был весьма тяжел, но Аку будто не чувствовала его веса. Её смущало лишь то, что он несколько стесняет движения, и не дает разыграться по полной. Будь её воля, она бы отправилась на битву в чём-нибудь полегче, но муж настоял на том, что она должна быть защищена. Женщина прекрасно понимала чувства супруга, поэтому не смогла отказать.       Правительница вскинула своё оружие к небу, и неестественно громко провозгласила:       — Сразитесь со мной, отродья! Я здесь!             Её глас даже достигал ушей магов, что колдовали с возвышенностей в полукилометре от поля брани. Монстры восприняли её клич, как призыв к действию, и принялись напирать со всех сторон. Даже те, что были увлечены разрушением зданий и преследованием паникующих селян отвлеклись от своих дел, и принялись брести в сторону шумящей добычи. Их мозгов не хватало на осознание того, что они идут к своей смерти.             Со звериным рыком на главную улицу выбежал здоровый белый урсин, наполовину человек, наполовину медведь. И он тоже был нежитью, об этом свидетельствовала челюсть, что держалась на нескольких лоскутах кожи, и пустые глазницы, в которых горели красные огни. Косолапый заревел, брызжа слюной, встал на четвереньки и помчался вперед, намереваясь протаранить неуклюжую на вид фигуру в броне. Огромная туша была уже в пятнадцати метрах от Аку, но та обернулась только сейчас. Повелительница решила не встречать угрозу в лоб, и отойдя в сторону, вонзила лезвие своего оружие в бок медведя. С приятным звуком клинок рассекал плоть от шеи до хвоста. Из-за разрезанных сухожилий и перерубленных костей, некромедведь не мог больше стоять на ногах, и беспомощно завалился набок, после чего Аку оставалось лишь добить его.             — Где же босс… Сейчас лезет всякая шелупонь, но со временем подоспеют более сильные твари. А может и авангард Волны на чай пожалует… — бормотала Аку себе под нос, скорее машинально, чем осознанно, совершая взмах за взмахом, каждый из которых находил свою цель. — Внемлите мне, жители Рокоста! Помощь пришла! Здесь Звездный Герой! Оставляйте всё, берите детей, и бегите на юг! Там вас встретят Стражи Рассвета, которые уведут вас в безопасное место! — громогласно объявила она. Слова отрезвляюще подействовали на сельчан, и у некоторых паника сменилась надеждой.             Пока простой люд бежал прочь от эпицентра катастрофы, Аку напротив, двигалась к центру поселения, попутно прикрывая отход отступавшим. Монстры всё валили с неба, и на смену каждому убитому появлялось ещё трое новых. Белая Госпожа хладнокровно косила драугров, словно собирала жатву в поле. На некоторых, особо крепких, требовалось более одного взмаха. Густая кровь оживших мертвецов и бешеных зверей сливалась с алой бронёй девушки. Она не трогала лишь разбухших уродцев, с которых капала вода. Лисица знала, что они только этого и ждут, пока их кто-нибудь пронзит, чтобы они могли взорваться. Благодаря чуткому слуху, Аку смогла различить звон мечей. Рыцари подоспели, и уже вступили в бой.             Опыт подсказывал владычице, что сейчас силы тратить не стоит, поэтому она не гналась за нечистью, и выжидала, пока та сама подойдет на дистанцию удара, после чего вмиг рубила их тела на куски, благо оружие позволяло держать противника на расстоянии. Один из окоченевших зомби всё же смог полоснуть Аку своими проржавевшими ножами со спины, но его клинки просто обломились, когда встретились с её доспехом.             Девушка повернулась на мертвяка, и удостоив презрительным взглядом, схватила того за голову. Аку брезговала пачкать оружие о такого противника, поэтому приложив некоторое усилие, продавила череп нежити пальцами, чего хватило для того, чтобы повторно отправить её на тот свет. Лисица обернулась на кучку прибывающих монстров, которая являлась стаей явно голодных демонических зайцев, хотя издалека она выглядела как однородная багрово-белая масса с тысячью мелких красных глаз. Несколько человек пытались в панике спастись от прожорливых тварей, но в конце концов были неизбежно погребены под телами сотен ненасытных ушастых русаков. Аку никак не могла их спасти.             — Ха-а-а-а… Чего они там только не пришлют, — вздохнула она, швыряя в эту кучу труп вурдалака, который она всё ещё держала свободной рукой.       Тело было съедено моментально, даже костей не осталось. Замедлить их также не получилось.             — Неприятные противники, — прокомментировала лисица уже серьезнее.             Аку была сильной, но при этом способной адекватно оценить свои возможности, поэтому решила отступить, дабы не оказаться в затруднительном положении. Королева обернулась по сторонам, и найдя здание повыше и покрепче, метнулась к нему. На бегу она метнула своё оружие в каменную стену, и то без особых проблем вонзилось по рукоять. Одним прыжком девушка забралась на самодельную платформу, коей предстало древко нагинаты, которое прогнулось под весом её брони. Оттолкнувшись во второй раз, и не забыв в начале полета выдернуть оружие из стены, она оказалась на плоской крыше каменного двухэтажного строения. Здесь кролики её не достанут.             Долго ей прохлаждаться не дали. Аку заметила на полу несколько теней, а через секунду на её голову свалилось несколько ледяных горгулий с длинными секирами. Их морды были похожи на узоры, которыми северяне украшают носы своих кораблей. Всего их было пять, и по уровню сил могли соперничать с лучшими рыцарями Нового Эдема. Тем временем из червоточин в небе появлялось всё больше и больше монстров, но не так много, как это было во время прошлой Волны.             Два изваяния одновременно атаковали беловолосую. От колющей атаки Аку увернулась, просто сделав шаг в сторону, а вторую, что шла сверху, заблокировала прочным древком из красного дерева. Будь у неё простое оружие, топор горгульи несомненно пробил бы такую ненадежную защиту. Аку мгновенно контратаковала, и точным взмахом лишила атаковавшего её монстра рук.             Другие противники не стояли болванчиками, и намеревались напасть сверху, но девушка читала их намерения как открытую книгу. Аку все эти потанцульки надоели, и она перешла в наступление. Одним рывком повелительница ополовинила число противников. Оказавшись возле той, что осталась без рук, кицунэ увернулась от неуклюжего пинка, после чего в прыжке пронзила торс горгульи, что заставило ту развалиться на кусочки. С оставшимися двумя Аку разобралась ещё быстрее. Одной отрубила крылья и столкнула вниз, в толпу кроликов, из которых несколько десятков вмиг превратились в кровавые лепешки. Последнего оппонента ушастая сначала лишила оружия, а затем перерубила пополам горизонтальным взмахом острейшего клинка.             Исполняя все эти пируэты, прыжки и рывки, Аку даже не вспотела. Подобная мелочь не способна ей навредить. Магию и навыки она даже и не думала использовать, приберегая на более сильных противников. Тем не менее, она колебалась, глядя на плотоядную массу, что бушевала внизу.             — Ни за что бы не подумала, что грызуны будут опаснее нежити и конструктов, — хмуро проронила Аку, оглядываясь вокруг. Убедившись, что её никто не видит, кроме монстров, она начала шептать: — «Сердце моё — сосуд, уста мои — воля, перст мой — сила. Словом своим взываю к матери. Слейся со мной, и помоги обратить врагов моих в пепел». Духовный Огонь: Напалм.             Аку ощутила чьё-то присутствие. Будто кто-то обнял её изнутри. Она знала, что это значит, поэтому не волновалась. Однако за все эти годы, что она провела во дворце в качестве политика, она уже успела отвыкнуть от этого чувства. Девушка слегка оскалилась, и уверенно направила палец в толпу монстров внизу. Струйка голубоватого пламени закрутилась в спирали и змеей направилась вниз, к земле.             Демонические зайцы, что словно саранча сжирали всё вокруг, даже не заметили этого кривого завихрения, и продолжали оставаться в блаженном неведении до тех пор, пока «змейка» не врезалась в почву, расползаясь по ней во все стороны. С каждой секундой пламя становилось все ярче и выразительнее, а мелкие порождения Волны в свою очередь с противным писком обращались в горстки праха. При этом голубой огонь не поджигал ближайшие деревянные здания, не жег утоптанную траву и не оставлял после себя дыма.             После использования этого приема ноги девушки на секунду стали ватными, и чтобы не рухнуть на колени, ей пришлось опереться на свою нагинату. Аку решила проверить обстановку, пусть двухэтажный дом не был самой лучшей точкой обзора. Тем не менее, увиденного ей было достаточно. Почти весь люд уже покинул деревню, а те, что не успели…             На багровом полотне неба стали появляться прямые хвосты «комет», в которые погружены монстры посерьезнее. Одна такая, что была самой яркой и большой из них, приземлилась возле дома, на крыше которого устроилась Аку. Метеор, прежде чем остановиться, проехал с полсотни метров, оставляя глубокую борозду в земле. В образовавшемся облаке пыли лисица смогла разглядеть медленно поднимающийся силуэт, ростом примерно два с половиной метра. Новый противник взмахнул длинным пятиметровым хвостом, создав тем самым воздушную волну, которая развеяла пылевую завесу.             Теперь воительница могла лицезреть облик своей будущей цели. Двуногое насекомое с четырьмя руками, которое смахивало на гибрид богомола и муравья. Под черной дымкой, которая полностью покрывает тела некоторых порождений Волны, был хитиновый бледно-голубой экзоскелет, что будто был соткан изо льда тысячелетнего айсберга, и казался нерушимым. Он отдаленно походил на доспех, в который сейчас была облачена сама Аку. На плечах, спине и хвосте виднелись многочисленные ледяные шипы. Голову украшали три пары глаз, которые запросто спутать с алмазами, а также мощные челюсти-жвалы, что одним своим видом отбивали всякое желание касаться головы этого существа.             Во всех четырех трехпалых руках он сжимал различные экземпляры холодного оружия. Катана, палаш, булава и топор. Инсектоид медленно повернулся лицом к Аку и выдохнул струю холодного воздуха. Земля под его ногами начала покрываться инеем. Наведя катану на всё ещё стоящую на крыше лисицу, он немного наклонил голову набок. Разглядев нагинату, он немного подумал, и резким движением вонзил всё своё оружие в землю, отчего уже успевшая образоваться на ней корка разлетелась на осколки. Через секунду оружие исчезло, а на замену ему, в одной из вытянутых рук, появилась ледяная алебарда.             Аку ловко спрыгнула вниз, и мягко приземлившись, прогулочным шагом двинулась навстречу противнику, опустив оружие вниз. Духовный огонь, который всё ещё не потух, вообще не наносил ей никаких повреждений, он был словно иллюзорный, даже тепла, и того не было. Но вот от её противника королева явственно ощущала ауру могильного хлада.             — А ты не такой как те твари, которых я рубила тысячами. Неужели ты и есть босс? Может, хоть развлечься смогу, — насмешливо заявила Аку, направляя острие нагинаты в сторону ледяного жука.             Монстр едва заметно кивнул, после чего встал в боевую стойку.

***

      — Лу, Шанти, помогите рыцарям и прикройте мирных жителей! Сильви, отстреливай тех, что летают! — кричал Энель, метая томагавк в голову очередного кричащего драугра с парой топоров, что гнался за убегающей девочкой лет тринадцати, которая споткнулась, наступив на подол своей длинной юбки.       Труп нежити едва не придавил её, но Герой вовремя успел схватить падающее тело, и отбросив то в сторону, прицелился в трех других тварей, одна из которых медленно плелась сзади, приковывая взгляд к своему омерзительно разбухшему телу.       — Кунай Скволл! — воскликнул парень, и пустил по веерообразной траектории шквал проекций кунаев, скорость которых было трудно рассмотреть невооруженным глазом.       Каждый из них достиг цели. Один из покойников догадался воспользоваться щитом, поэтому сумел избежать гибели, пусть из его корпуса и ног торчали эфемерные клинки. Второму, с рогатиной, повезло меньше, ему прикрываться было нечем. Его тело теперь было больше похожим на подушку для иголок. А «утопец» после первого же попадания с хлопком взорвался, разбрызгивая вокруг гнойную наполовину застывшую массу. Взрывная волна отбросила тело того, что был со щитом, прямо к ногам Энеля, и тот без промедлений метнул кунай ему в затылок, после чего продолжил движение.       — Куда ты помчался, придурок?! — выкрикнула Сильви, пронзая алым лучом очередную гигантскую сову, с ледяными иглами на концах перьев, коих в небе парило неисчислимое количество.       — Энель-сама, вы нужны здесь! — поддержала её полульвица.       — Вы справитесь и без меня, я в вас верю! Я должен помочь Её Величеству и тем, кто остался в деревне! — бросил Герой на бегу.       — Вот же идиот… — буркнула Сильви.       Шанти хотела броситься в погоню, но Сильви преградила ей путь посохом.       — Пусти меня, сучка, — угрожающе прорычала хвостатая.       — Ты его не остановишь. Если он захочет что-то сделать, он в лепешку расшибется, но сделает это. Лучше помоги на фронте. Монстров становится только больше.       — Кх… Если с Господином что-то случится, эта палка окажется у тебя в…       Шанти осеклась, когда поток алой энергии из посоха Сильви пролетел в опасной близости от её щеки, и ушел куда-то ей за спину. Через секунду острый слух полулюдки уловил звук падения чего-то тяжелого. Обернувшись, она заметила кучку ледяных глыб, что недавно были горгульей.       — Ты по сторонам смотри лучше.       — И без тебя знаю! Кстати, а где Лу?       

***

      Местные жители оказались на удивление сноровистыми, и большинство из них всё же смогло спастись, вовремя отступив в правильную сторону. Королевское войско уже ожидало их на самой окраине, где те могли укрыться под эгидой серебряных щитов. Несколько добровольцев Хамвелла, что работали медиками в тылу, залечивали раны пострадавших магией и уводили в безопасное место. Эвакуация проходила относительно успешно.       Над полем битвы, что совсем недавно было окрестностями мирной деревни Рокост уже успел повиснуть аромат крови. Вместо привычного уху селянина журчания ручейка, шелеста листвы и птичьих песнопений воздух сотрясала симфония смерти и стали. Надрывный вой десятков глоток огласил округу, заглушая рычание голодной нежити, бесконечное, сводящее с ума уханье демонических сов, рёв некро-урсинов и монотонные хлопки крыльев горгулий.             Стражи Рассвета, уже четверть часа отважно сражались с непрекращающимися ордами нечисти, попутно приближаясь к Рокосту. Восставшие из мертвых дикари были опасными противниками, и каждый из них физически превосходил обычного человека. Но в их рядах не было никакой сплоченности, они просто пёрли толпой, иногда даже случайно затаптывая друг друга. Яростные возгласы ходячих трупов не несли в себе никакого смысла, но передавали одно понятное желание. Жажду крови. Тем не менее больше всего проблем доставляли не драугры, а полярные совы, чей взгляд был холоден, как и ледяные перья, что по остроте и прочности могли соперничать с творениями лучших кузнецов Кутенро. Эти твари отличались коварством и терпением, и в отличие от бушующей внизу безмозглой нежити, были вполне себе живы. Именно из-за шибко умных птиц, что выжидали момента метнуть парочку перьев в рыцарей, Стражам приходилось поглядывать в небо и прикрывать голову щитами. Одна отрада, пока пернатые мечут перья, маги из числа добровольцев с радостью пользуются моментом, чтобы издалека сбить их какой-нибудь атакующей магией.             Несмотря на затруднительное положение, дух паладинов Эдема был непоколебим. Их тела питала всеобъемлющая ярость и желание отомстить за своих родных, что сгинули во время прошлой катастрофы, символом которой стал самозванец, что назвался Героем Дубля. В их сердцах уже не осталось места для страха. Что можно было потерять, они уже потеряли, и теперь живут лишь ради того, чтобы сохранить то, что осталось.             С каждой минутой врагов становилось всё больше, и рыцарей начинали потихоньку теснить.             — Держать строй! Мы не имеем права отступать! За нашими спинами наше будущее, так что стойте до последней капли крови! — надрывался командир, снося голову очередной твари.       В этот же момент из толпы, на огромной скорости, раскидывая немертвых дикарей в стороны, выползло что-то длинное, большое, и очень злобное. Сначала это существо можно было принять за большого змея, но было видно, что его тело состоит из множества круглых, плотно подогнанных друг к другу кусков мутного льда. Длиной эта тварь была примерно в восемь локтей, а в высоту не превышала колена взрослого мужчины. Змей без единого звука совершил бросок, и впился в шею капитана двумя длинными клыками, попутно обвивая того своим немаленьким телом. Воин коротко вскрикнул, когда чудовище сдавило ему спину. Кожа на шее, в месте укуса, начала стремительно синеть, а затем чернеть, показывая все признаки обморожения. Через пару секунд этот оттенок приобрело всё его тело. Вид мертвого командира немного подорвал боевой дух солдат, но даже так они не отступали, и лишь ещё более яростно навалились на врага, а ещё свирепее они начали рубить змея своими клинками.       — Эй, смотрите! — крикнул один из воинов, указывая на одинокого юношу в дешевой броне, что целеустремленно проносится сквозь ряды монстров, крутясь словно юла, и раскидывая ножи и сюрикены в разные стороны.             Энель в своём смертоносном вращении походил на оживший вихрь. Глядя на это завораживающее зрелище, Стражи Рассвета ещё больше воспряли духом.       — Вперед! Поддержим Героя Метательного!       Сам Герой самозабвенно бросался самыми разными снарядами и навыками, не давая порождениям Волны подступиться. Запасы духа у паренька были не резиновые, но он особо не экономил, так как прямо под боком было три флакона со снадобьем, которое восполняет этот ресурс.             — Эрст Троу! Сэканд Троу! Байндинг Тосс!             Первый бумеранг снес голову огромному, в четыре человеческих роста, троллю с большим носом, голубой кожей и телом, покрытым бородавками, что протаранил одну из уже пустующих деревянных изб, чтобы вооружиться бревном. Второй, будучи заряженный силой навыка, по дуге снес сразу нескольких мертвецов, а по возвращению ещё перерубил пополам ту самую змею, что отвлеклась от трапезы и переключилась на Героя. Последний навык представлял собой метательную ловчую сеть, которая опутала одну из горгулий, из-за чего та рухнула всем весом прямо в стан врага, придавив несколько чудищ.             В небе то и дело вспыхивали красные лучи, посланные подругой Героя, каждый из которых сбивал минимум одного летающего монстра. Шанти также не оставалась в стороне, и с западного направления, которое было самым открытым в обороне рыцарей, она создала огненную стену высотой в шесть метров. Не обремененные интеллектом монстры пытались лезть напролом, но вмиг обращались в кучки пепла, которые тут же развеивались по ветру.             Скорость и ловкость были стихией Энеля, поэтому никто за ним не мог угнаться. Тем не менее, его выносливость оставляла желать лучшего, поэтому пару раз его всё же смогли задеть, а беря в учет плохую защиту, даже эти, казалось бы, пустяковые порезы нанесли ему серьезный урон. Герой мог только уклоняться, но не принимать на себя удары, ведь его прочность была на уровне самого обычного человека.             Приближаясь к деревне, ему попутно приходилось лавировать от атакующих дальнобойных заклинаний, что пускали чародеи, занявшие позиции на скалах. Одно такое чуть не задело его, и лишь в последний момент он успел уйти с линии огня. Ветряное лезвие рассекло небольшого урсина, что находился сбоку от Энеля. Наметанным глазом он смог разглядеть, как из окна на втором этаже одного из домов, в который уже проникла нежить, высунулся мужчина преклонного возраста, и готовился к прыжку. Герой в два рывка преодолел расстояние до здания.             — Дедуля, прыгай, я тебя поймаю!             Пожилой человек оказался понятливым, и уверенно сиганул вниз. Герой не подвел, и в прыжке ловко поймал старика. После беглого осмотра он обнаружил у него пару ушибов, в общем, ничего серьезного. Оглядевшись, Энель встретился с взглядом с одним из изуродованных зомби, что были принесены Волной.             Рыцари всё же смогли прорваться на территорию Рокоста, и теперь, вместо сражения «стенка на стенку» бой превратился в множество стычек один на один. Более храбрые и умелые брали на себя от двух и более монстров. Однако сколько бы не были опытны воины, отродья пёрли со всех сторон. Такими темпами их задавят числом.             Энель услышал топот множества ног, и через пару секунд его взору предстало подкрепление в лице нескольких уродливых великанов, одного из которых Герой недавно уже обезглавил. Тролли были самой разной наружности: маленькие и больше, горбатые, покрытые мхом или мелкими моллюсками, некоторые и вовсе были мутантами с двумя головами. Но их объединяло одно. Все они также были ожившими мертвецами. Их размеры внушали ужас в тех, кто был слаб духом. Энель и большая часть Стражей не из их числа, поэтому они вновь выстроили оборону, пока Герой готовил навык. Парень сорвал с пояса сразу два флакона, и по очереди опрокинул в себя содержимое каждого. Его оружие превратилось в полутораметровый дротик, который имел странную спиралевидную форму. Наконечник оружия засветился белым, и парень закричал во всю мощь своих легких:             — ХЭИЛ ОФ ДЖАСТИС!             Энель с размаху запустил дротик в небо, который на околозвуковой скорости пронзал воздух. Чем дольше он летел, тем ярче начинал светиться. Абсолютно все в этот момент задрали головы кверху, дабы увидеть, что будет дальше, даже монстры отвлеклись на какое-то время.             — Все назад! — выкрикнул Герой, и поняв, что сейчас будет, силы Нового Эдема начали отступать.       Через десять секунд снаряд достиг пиковой точки, и как только он полетел вниз, начал распадаться на сотни своих копий из чистого белого света. Рёв чудовищ заглушил свист тысяч эфемерных дротиков, что пронзали тела каждого иномирного создания. Монстры Волны по определению лишены разума и инстинкта самосохранения, поэтому они просто пёрли вперед, невзирая на опасность.             Однако, вопреки ожиданиям многих, фантомные копья не нанесли должных повреждений, а видя, как Герой припал на одно колено в истощении, в сердцах некоторых начали зарождаться нотки паники. Несколько тварей конечно покосило, но большинство так и не пали от массовой атаки Энеля. Парень ухмыльнулся, после чего прошептал.             — Релиз.       Он показательно щелкнул пальцами, и всех присутствующих ослепили яркие вспышки, за которыми послышались многочисленные хлопки. Каждое из копий, одно за другим, начало взрываться, высвобождая энергию чистейшего белого цвета. Всполохи были совсем небольшими, размером примерно с три мяча, но в тех местах, где они возникали, ничего не оставалось. Будто вся материя просто испарялась. А учитывая, что этих самых взрывов было несколько сотен, то результат предугадать не составляет труда.             У большинства монстров отсутствовало более половины тела. Огромные тролли и вовсе больше напоминали мелромаркский сыр. С таким количеством дыр даже эти на вид крепкие существа не могли продолжать функционировать, поэтому падали замертво. К счастью, у зомби троллей не имелось былой регенерации, поэтому их раны не затягивались.       Над деревней повисла тишина, прерываемая лишь звуками ожесточенного боя с другого конца поселения. Энель медленно поднялся на ноги, и развернувшись к ошарашенным Стражам Рассвета, победно улыбнулся, подняв дротик над головой.             Герой не был показушником. Сейчас его целью было поднять боевой дух его союзников. Несмотря на то, что ноги предательски дрожали, а Звездное Орудие будто потяжелело раз в десять, он не мог позволить себе в открытую показывать слабину.             — Глазам не верю…             — Это и есть мощь настоящего Героя?       — Неужели мы и вправду можем победить?       Подобные фразы вырывались у более молодых членов Ордена. Те, что постарше с опаской глядели на Энеля, видя его нынешнее состояние. Он был полностью истощен. Этот двойной навык был самым мощным массовым умением в его арсенале, и он мог применить его только при полном резерве.       Внезапно, один из воинов начал стучать яблоком своего меча о щит. Его почти сразу же поддержали двое его соратников. Изможденные битвой рыцари, один за другим, повинуясь цепной реакции, повторяли это действие раз за разом. Буквально за минуту одинокие ритмичные отзвуки ударов по щитам превратились в подобие мелодии самой войны. Даже самые раненые и уставшие, вставали с земли, чтобы отдать дань уважения их новому союзнику.       — Слава Звездному Герою!       — Мы победим!       — Да-а-а!       Большинство из Стражей думали, что в этой битве они найдут свой конец. До этого момента. Теперь они начали верить в то, что вернутся домой. Наиболее везучих из них кто-то даже будет ждать. Энель справился со своей задачей, но его всё ещё тревожило отсутствие босса. Юноша сорвал с пояса последний бутылек, и в два глотка осушил его. На несколько навыков этого должно хватить, но теперь он по опасности чуть превосходит обычного высокоуровневого авантюриста.       Из-за спин рыцарей выскочила девушка с львиными ушами и хвостом. Найдя глазами своего хозяина, Шанти мигом кинулась к нему, бросаясь в объятия.       — Энель-сама, с вами всё в порядке?! Я видела, как вы применили свой самый сильный навык! Идемте в тыл, вы больше не можете сражаться!       — Тс-с-с-с! — шикнул на неё Герой. — Я в порядке, и продолжу выполнять свой долг. Здесь ещё могли остаться люди, которых нужно спасти, а монстры всё пребывают, — твердо добавил он, после чего вырвался из захвата своей соратницы.       — Плевать на людей, они не стоят того! Сейчас ваше состояние превыше всего! Рыцари и королева справятся сами!       В этот же миг, как только она договорила, девушка ощутила боль от хлесткой пощёчины. Шанти в шоке приложила ладонь к щеке, и оторопело взглянула на объект своего обожания. А когда напоролась на его взгляд, не поверила своим глазам. Взгляд седовласого резал не хуже ножа. Эти слова Шанти очень сильно разозлили его. Энель схватил свободной рукой запястье огненной чародейки, и подтянул ту к себе, из-за чего их лица находились в опасной близости друг от друга.       — Важнее человеческой жизни нет ничего. Если ты этого не понимаешь, то я очень сильно в тебе разочарован, — тихо и вкрадчиво проговорил Герой, пристально следя за глазами своей спутницы.       Шанти стыдливо отвела взгляд и прижала ушки к голове. Она не понимала, что вообще происходит. Девушка впервые видела его таким. И впервые он заставил её испытать страх. «… я очень сильно в тебе разочарован», — эти слова эхом отдавались в её сознании. Даже если бы он просто вылил бы на неё поток ругательств, было бы не так обидно.       — Простите…       — Где Сильви и Лу? –задал он вопрос, резко переводя тему.       — Кажется, с Лу мы разминулись, пока были в бою. Она словно исчезла. А су-у-у-уч-сильви, да, Сильви, она отправилась на её поиски.       У Энеля было плохое предчувствие, при упоминании фобрейской волшебницы его сердце пропустило удар.       — Ясно… Оставайся с рыцарями, и не лезь на рожон. На этой Волне гораздо больше сильных монстров, чем на всех предыдущих.       Не дожидаясь ответных слов, Герой развернулся к отряду паладинов, которые уже порядком вымотались. Их некогда сверкающие доспехи были запятнаны грязью и кровью, как монстров, так и их собственной.       — Храбрые защитники Нового Эдема! Это ещё не конец, Волна всё ещё бушует на ваших землях! Ещё одно усилие, и мы победим! Клянусь честью Звездного Героя!       И показывая всё на личном примере, Энель первый сорвался с места, невзирая на усталость и боль от полученных ран. Львице только и оставалось, что смотреть ему вслед.       

***

      Пока вдалеке шло сражение, Сильви носилась по округе, огибая крупные группы демонических созданий, благо с края долины их было не так чтобы много. У неё не было вообще никакого желания искать потеряшку в лице фобрейской дворянки, но потом вытирать сопли Энеля ей не хотелось ещё больше. Логически прикинув, что она могла двинуться только в сторону подразделения эдемийских магов, Сильви бежала на юг, к ущелью, через которое они и попали в долину Рокоста. В другое место Лулилии не было идти никакого смысла.       С этого отдаленного уголка вся обстановка была как на ладони. Девушка видела, как рыцари наконец-то проникли в черту деревни, а также едва могла различить в другом конце поселения какие-то редкие всполохи. Также оттуда, откуда она пришла, виднелась группа селян, которых несколько магов выводили обходными путями. Однако то, что она увидела буквально через минуту, заставило прищуриться. В небе появилась яркая вспышка, которая резанула по глазам ослепительным светом. Сильви уже один раз видела этот навык. Энель тогда назвал его «Градом Справедливости», или как-то так, она особо не старалась запомнить.       — Ой дура-а-а-ак… — она уронила лицо в ладонь.       Чародейка знала, что после этого навыка Герой уже не способен нормально сражаться.       От созерцания её отвлек девичий визг и непонятное шуршание. И этот голос был ей знаком лучше, чем ей того бы хотелось. Игнорируя усталость и одышку, Сильви вновь сорвалась на бег. Через сотню метров она завернула за поворот, к звериным тропам, пробралась сквозь заросли шипастого кустарника, который несколько раз больно хлестнул ей по лицу, и наконец оказалась возле источника звука.       Узкую тропу занесло землей, вперемешку с галькой. Дорога была прямо возле склона холма, с которого и произошел оползень. Но внимание Сильви привлекла торчащая из земли рука, которая судорожно дёргалась. Ёмко выругавшись, девушка побежала на помощь, спотыкаясь о камни. Откинув посох в сторону, Сильви забралась на самый верх новоиспеченной насыпи, и принялась руками раскапывать соратницу. Поняв, что это не самый эффективный метод, она обеими руками обхватила торчащую ладонь, и всем весом потянула на себя. С трех толчков, она всё же смогла выдернуть потерпевшую из-под завала, после чего вместе с ней кубарем покатилась вниз.       Сильви встала, потирая ушибленный копчик, и кинулась к Лу, которая не шевелилась. Всё её тело было покрыто землей, в том числе и рот. Не стесняясь в выражениях, Сильви проверила пульс, и удостоверившись, что её товарка жива, начала оказывать ей первую помощь. Так как кроме алого луча она ничего не использовала, ей пришлось всё делать вручную. Кое-как прочистив дыхательные пути от комочков грязи, она принялась осматривать тело на предмет других повреждений. Итого как минимум были выявлены переломы обеих ног.       — Жить будет, — облегченно выдохнула Сильви, и уселась рядом с Лулилией. — И что ты вообще здесь делала?.. Не нравится мне это.       До её уха донеслись шорохи из дальних кустов, которые заставили её вскочить. Только вот беда, посох лежал в двадцати метрах от неё, и из-за этого её магия намного слабее, а самое главное, без катализатора она не может нормально использовать тихочтение.       К облегчению Сильви, это была пара эдемийских магов. К тому же, они оказались лекарями, об этом свидетельствовали красные повязки на предплечьях.       — Вы же спутница Звездного Героя? Что здесь произошло? — обеспокоенно спросил один из них.       — Да. Произошел оползень, и эту дурёху завалило. Она ещё жива.       — Ясно. Мы позаботимся о ней, а вы идите в тыл и отдохните. У вас на лице признаки магического истощения, — кивнул второй, делая шаг вперед.       — Ага… Как там дела? — девушка кивнула в сторону деревни.       — Эвакуация прошла успешно. Есть потери, как среди мирного населения, так и среди паладинов, но они не столь огромны, как в прошлый раз. Среди магов так и вовсе нет пострадавших, так что советую направляться именно к ним, здесь недалеко. Вас там защитят, не беспокойтесь.       — Ладно…       Что-то Сильви решительно во всей этой ситуации не нравилось, но она не могла понять, что именно. Тем не менее, не соглашаться с этими двоими она не видела ни одной причины, поэтому взяв посох, девушка неспешно побрела в указанном направлении, тем более что она действительно вымоталась.       

***

      Пятью минутами ранее.              Аку старательно отступала подальше от Рокоста, уводя противника за собой. Если пять минут назад бой протекал среди нагромождения деревянных зданий, то теперь действие перенеслось в поле, что простилается до небольшой горной речушки, которая снабжает местных чистой водой, а иногда даже рыбой. Этот клочок земли, благодаря влиянию Дерева, был единственным пригодным для взращивания зерновых культур, на многие десятки километров. Всю остальную местность занимают скалы и горные хребты, а на голых камнях растительная жизнь не сможет появиться даже с помощью магии.       Среди посеревших от проклятия «Красного Древа» колосьев пшеницы, Аку заприметила несколько довольно сильно выделяющихся горок, что некогда были арканитовыми големами, которые пахали на благо местных. Также здесь была небольшая группа совсем уж тощих на вид зомби в обносках, что облупили труп крестьянина, которому не посчастливилось здесь находиться, когда прогремела Волна. Скорее всего, это были родственники «утопленников», но эти просто окоченели до смерти и восстали, а не утонули.       Кицунэ, даже не смотря на них, на бегу совершила пару молниеносных взмахов своим оружием. «Отморозки» застыли на месте, не понимая, что происходит. Никто из них с виду не был ранен. Из-за отсутствия хоть какого-то интеллекта, они не могли осознать, что обречены. Один из них сделал шаг вперед, после чего верхняя половина его туловища под наклоном поехала вниз, и через секунду с хлюпающим звуком опала на землю. То же самое, в итоге, произошло и с остальными. Мало того, их разрубленные останки были окончательно заморожены из-за ауры проходящего мимо ледяного демона, что неустанно следовал за Аку.       — Довольно. Здесь нам никто не помешает.       Ответом на её слова был смертоносный выпад со стороны гетероморфного жука. Аку сумела вовремя отвести голову, и алебарда прошла над плечом, при этом срезав немного волос, что торчали из-под шлема. Королева воспользовалась шансом, и лезвием нагинаты перерубила ледяное древко оружия жука-переростка. Инсектоид оглядел обрубок, что остался в его руке, и с явным сожалением откинул его в сторону. В двух вытянутых руках материализовались палаш и булава, которые Аку уже видела во время его появления.       Теперь уже Аку могла пользоваться преимуществом длины своего оружия, и наседать на своего противника, не давая тому продохнуть. Однако, морозный воин выкинул неожиданный трюк. Он топнул ногой, из-за чего земля в конусе перед ним начала покрываться скользкой ледяной коркой. Аку не суждено было поскользнуться, её тяжелые сапоги просто напросто ломали лёд, но владычица чувствовала подвох.       Инстинкты подсказали ей прыгнуть, что есть мочи, и она прислушалась, что в итоге спасло её от неприятностей. Взмывшая в воздух лисица видела, как внизу, в один миг из-под замёрзшей земли возникли сотни ледяных шипов, по два метра каждый. Не подпрыгни она, её бы насадило на один из них. Немного скорректировав свой полет, Аку приземлилась справа от губительной «дорожки», и тут же ей пришлось отражать шквал сосулек, что на огромной скорости стремились пронзить её плоть. Несколько из них всё же лисица пропустила, но броня сделала своё дело. В следующее мгновение воительнице пришлось пригибаться из-за свистящего над головой лезвия палаша. В свою очередь жук подключил две свободные руки, пытаясь ими ухватить чересчур юркую девушку, но Аку, вместо того, чтобы уходить, совершила рывок вперед, вонзая острие нагинаты в живот насекомого. К удивлению лисицы, клинок отскочил, и Аку на секунду потеряла равновесие. Противник воспользовался ситуацией, и с размаху нанес диагональный удар булавой в плечо бронированной королевы. Наплечник не выдержал, и разлетелся на отдельные пластинки, а кости начали превращаться в труху. Аку коротко взвизгнула, но тотчас вернула самообладание, прикусив язык. Демону и этого было мало, и обернувшись вокруг своей оси, с широкого размаху вдарил хвостом. Удар был настолько силен, что отправил девушку в дальний, но не слишком продолжительный полет. Несколько раз отскочив от земли, Аку пролетела почти сотню метров, и осталась лежать возле остатков одного из уничтоженных големов.       — Тётенька, вы в порядке?.. — раздался над её ухом обеспокоенный детский голос.       Аку поднялась на одних руках, с трудом поворачивая голову на звук, и замутненными глазами принялась разглядывать получеловеческое дитя. Перепуганная до мокрых штанов девочка, что пряталась за разбитым големом, стискивала в руках простенькую куклу из сплетенных меж собой веточек и стебельков травы.       — Тётенька?.. — растерянно повторила лисица. Её удивило и одновременно позабавило то, как к ней обратились. Девочка ведь в глаза никогда не видела свою королеву, да и без регалии её принадлежность к правящей верхушке невозможно выявить.       Только после того, как она услышала свой собственный голос, до владычицы дошло, что с неё слетел шлем. Ещё через пару секунд зрительного контакта, Аку начала понимать, что происходит. Она начала переводить взгляд с девочки на ледяного великана, что спокойно шагал в её сторону. Аку резко поднялась на одних руках, и осмотрела своё плечо, на котором не было ни единой царапины. Пошевелив рукой, она удостоверилась, что всё в порядке, после чего открыла рот, чтобы спросить у девочки, что она здесь делает. Поняв всю бесполезность данного действия, она вместо этого поднесла два пальца ко рту, и максимально громко свистнула.       — Красавица моя, слушай сюда. Ни в коем случае не высовывайся, и оставайся позади. Если увидишь монстров, сразу кричи, я сразу приду. Поняла? — короткий кивок в ответ.       Теперь, когда на её плечи свалилась ответственность за сохранность обычного сельского ребенка, ситуация усложнилась. Аку нашла глазами своё оружие, что довольно удачно вонзилось в землю, и побрела к нему, попутно отстегивая части доспеха одну за другой.       Выглядывающее из-за груды металла дитя осматривала Аку со спины. Сейчас из одежды на повелительнице осталось лишь простенькое короткое кимоно бело-красной расцветки, не стесняющее движений. Глядя на неё, разум ребёнка порождал лишь одну мысль.       — Красивая… — проронила девочка.       Но больше всего её внимание привлекла не одежда, и не пушистый хвост, а слабо пульсирующие синим светом вены по всему телу. Аку оскалилась, и встала в боевую стойку, которая разительно отличалась от предыдущей. Она направила клинок вниз, под наклоном, а сама она стояла на одной ноге, уподобившись грациозному журавлю. Кицунэ наполнила лёгкие воздухом, и принялась выжидать момент. Чемпион Волны тем временем будто ожидал атаки, нарочито вальяжно и открыто вышагивая по некогда плодородной пахотной земле.       Демон всё же атаковал первым. Обдав морозным дыханием свой клинок, он заставил тот покрыться слоем льда, и попутно искусственно удлинил его. Короткий пробный выпад лишь слегка порвал одеяние владычицы на левом боку, в то время как сама она оставалась неподвижна. Ещё один, и снова Аку терпит. Прощупав почву, демон не выдержал соблазна, и бросился в атаку, попутно готовя заклинания свободными двумя нижними руками.       — Стиль Непобедимых Адаптаций: Восход!       Клинок нагинаты окутало невидимой невооруженным глазом энергией, коей была Ци. Прежде чем демонический инсектоид успел атаковать, Аку молниеносно ударила снизу-вверх, рассекая ледяной хитин от левой ноги до середины груди, выше не получилось из-за их разницы в размерах. И если клинок раньше отскакивал от «доспеха» противника, то лезвие, наполненное жизненной энергией его владелицы, могло нанести ощутимый вред защите оппонента.       Жук не стал ожидать повторного удара, и тут же контратаковал, совершив крестообразный взмах булавой и палашом, добавляя колющие атаки нижней парой конечностей, на которых появились спиралеобразные клинки изо льда. Аку, которая после освобождения от плена собственной защиты стала значительно быстрее, отпрыгнула назад, попутно перерубая удлиненное лезвие меча, и сразу приготовилась к рывку, выставляя оружие вперед.       — Зенит!       На какой-то невменяемой скорости лисица совершила рывок, поднимая огромную тучу пыли в том месте, где она стояла секунду назад. Полет сопровождался громким хлопком и в этот момент, Аку походила на летящую стрелу. Морозный демон не успел отреагировать, и через секунду он наблюдал внушительный разрез на боку, а также левую нижнюю руку, что опала на землю. Резко обернувшись, он напоролся на полный холодной жажды убийства взгляд янтарных глаз Аку, что вновь летела на него, но уже сверху, готовя диагональную атаку.       — Закат.       Резкий взмах наполненной Ци нагинаты должен был перерубить жука от плеча до талии, но её клинок был встречен сразу тремя экземплярами оружия. К двум предыдущим добавилась изящно оформленная катана. В момент удара стали о сталь, всё окружающее пространство окатило белым светом от вспышки в небе. Это был навык Звездного Героя, что погубил в итоге сотни порождений Волны. Оба противника были настолько сосредоточены на убийстве друг друга, что не обратили на это грандиозное зрелище ни малейшего внимания.       Аку была в невыгодном положении, и враг воспользовался моментом, обдав её морозным дыханием, которое заставило её извернуться, и оттолкнуться ногами от булавы демона.       — Тётенька! — послышалось издалека.       — Тц.       Аку рванула к девочке, готовясь рубить нечисть, но к её счастью, это оказался её верный скакун, которого она недавно позвала своим свистом. А затем, будто в замедленной съемке она наблюдала, как в сторону девочки летит тот самый обрубок, что оставался от алебарды демона, и теперь превратился в импровизированное метательное копье.       Повелительница влила большую часть своего Ци в ноги и что есть мочи рванула вперед, обгоняя снаряд, и встав на его пути, прямо перед шокированным ребенком, собиралась отбить ледяной шест нагинатой, но успела лишь выставить руку вперед.       «Копье» пробило ладонь Аку, и пройдя дальше, вонзилось ей в ключицу. Кончик снаряда выглядывал из спины лисицы, и он был покрыт синей жидкостью, похожей на кровь. Немного лазурной субстанции попало на лицо и без того чумазого дитя. Тут уже девушка не стерпела, и завопила от боли, чем напугала ребенка за её спиной, и, наверное, порадовала своего противника.       Ей пришлось выпустить оружие из руки, чтобы судорожно извлечь инородный объект из раны. Одним резким движением она выдернула обрубок, стискивая зубы от новой накатившей вспышки нестерпимой боли.       — Т-тётенька?!       — В-всё… в порядке… — заверила Аку, оборачиваясь, и проводя ладонью по её щеке. — Сейчас мой скакун тебя прокатит, и увезет к маме и папе, даже моргнуть не успеешь, — добавила она, вымучено улыбаясь, и аккуратно поднимая девочку одной рукой. Она усадила ребенка в седло. — Держись так крепко, как сможешь, — жеребец сорвался с места, унося мелкую куда-то вдаль. Аку взглянула на перепачканную синим руку, дыра в которой почти затянулась.       — Работает как надо…       Тем временем, к ней со всех сторон начала ковылять низшая нежить, порожденная холодом. Также издали послышались безумные и неестественные выкрики оживших берсеркеров, что бежали быстрее любого человека, а некоторые так и вовсе скакали верхом на урсинах. Издали их можно было принять за ещё живых людей, но по приближению все сомнения отпадали. Кое-где проглядывающие кости, множественные ранения и закрытые белесой пеленой глаза, если они конечно были, ясно давали понять, кем являлись эти монстры, пусть и движения их слишком уж сильно походили на обычных воинов. Их привлек шум битвы и запах крови, которым разило от Аку за версту. Чемпион Волны также не отставал, и сорвался на бег, не обращая внимания на изредка путающихся под ногами, которых он не стеснялся давить.       — Достали…       Аку прокрутила своё оружие, и приготовилась устраивать новую резню.

***

      Энель нёсся на помощь правительнице Эдема. Он примерно догадывался, что она двигалась в сторону полей. Не нужно быть опытным следопытом, чтобы заметить шлейф из расчлененных ходоков, нетающих ледяных глыб, что некогда были горгульями, и маленькие горстки праха, которые развеивали потоки холодного воздуха.       За ним бежало трое паладинов из Рассветных, которые оказались на удивление шустрыми, с их-то броней. Краем глаза Герой заметил вдалеке лошадь, закованную в знакомую броню, и маленького ребенка, что с трудом держался в седле. А за ними следовала целая линия из монстров. Ближе всего полз ледяной змей, который вот-вот цапнет скакуна за копыта, за ним следовал размахивающий во все стороны каролингом драугр верхом на огромном лосе, у которого почему-то явно торчали волчьи клыки. А картину довершала парящая на низкой высоте полярная сова, что время при каждом взмахе крыльев мечет острые как бритва перья.       — Продолжайте путь, я скоро к вам вернусь! — крикнул Энель, отклоняясь от троицы.       На полном бегу, он метким броском бумеранга сбил летящее в жеребца перо, размером с одноручный меч. Поймав вернувшееся оружие, Энель, приблизился на нужную дистанцию и использовал навык.       — Флэш Найф!       Маленький метательный нож, едва заметный, врезался в основание крыла гигантской птицы, не нанеся той урона. В этот самый момент, Энель просто исчез с того места, где он был секунду назад. Теперь он держался за рукоять оружия, к которому он телепортировался. Так как Энель не способен атаковать в ближнем бою, ему пришлось сначала забраться на спину явно недовольного филина, который пытался скинуть Энеля с себя, а потом, уже оседлав её, применить ещё один навык.       — Кунай Скволл!       Проекции кунаев пробили колени на передних ногах лося, из-за чего рогатый начал носом вспахивать землю, а его всадник полетел вперед. С трудом совладав с птицей, Энель прицелился, и метнул короткое копье в змея, пригвождая голову того к одному месту, из-за чего тварь по итогу развалилась на несколько глыб. Затем парень оттолкнулся от спины совы, и в полете запустил чакрам, который отсек пташке правое крыло, и заставил ту сделать несколько бочек и встретиться клювом с земной твердью. Бесшумно приземлившись, Энель пару секунд посмотрел вслед спасенной малышке на коне, и продолжил путь.       Самое странное, что он не видел горизонта, вдалеке будто был какой-то туман. Со временем юноша начал чувствовать, что становится слишком прохладно. Через сотню метров он ощутил холод на кончике носа. Это была снежинка. Энель понял, что это не туман, а самая настоящая метель, которой здесь точно не должно быть.       С каждым шагом видимость всё падала, а холодный ветер всё усиливался. Когда парень уже не мог видеть дальше своего носа, ему пришлось идти на звук, ёжась от холода и закрываясь ладонью от бьющих в лицо потоков воздуха.       — Сомнений нет, это точно босс… Госпожа Аку, держитесь.       Внезапно Энель споткнулся обо что-то громоздкое. Вовремя подставив руки, он избежал встречи его лица с промерзшей землей, покрытой тонким слоем жгучего снега. Кинув взгляд, он понял, что стало неожиданным препятствием. Это было тело одного из рыцарей, вернее его верхняя половина. Проследив взглядом дальше, за следом из окровавленного снега и внутренних органов, которые уже успело присыпать, Герой увидел и ноги несчастного. Бедолагу кто-то рассек пополам.       Глядя на уже посиневшее, покрывшееся инеем лицо, на котором застыла гримаса всепоглощающего ужаса, Энель почувствовал, как его сердце пропустило удар. Тем не менее, он и раньше видел множество смертей, поэтому страху не было места в его душе. Лишь гнев от того, что по его вине этот человек погиб ужасной смертью.       Это зрелище стало стимулом продолжать путь. Со временем он стал встречать трупы чудовищ, сначала их было мало, и все увечья ограничивались лишь искусно отсеченными головами или аккуратными отверстиями от клинка, но чем дальше он шел, тем более изуродованными становились тела. Со временем это походило не на работу хладнокровного воина, а на остатки пиршества дикого зверя. Раны становились всё более рваными, а конечности мертвецов будто не отрезали, а грубо выдирали. Пелена уже полностью застилала восприятие Энеля, а пробирающий до костей холод не давал трупному смраду добраться до его ноздрей. Однако он мог видеть, что снег под ногами окончательно приобрел багровый оттенок, как и небосвод. А дальше… он уже старался не смотреть вниз, и просто вышагивал по замерзшим ошметкам, которые уже даже непонятно кому принадлежали, при этом раз за разом проглатывая надоедливый ком, подступающий к горлу.       Среди рёва метели он мог слышать яростные женские выкрики, которые более походили на рычание, и редкие удары клинков друг о друга. Он точно знал, кому принадлежит этот голос, поэтому ускорился, но шальной порыв ветра чуть не сбил Энеля с ног. В сплошной мгле, Герой заприметил два янтарных огонька, что тут же исчезли. Через пару секунд в опасной близости от него возникла вспышка, сопровождающаяся звоном клинков и высекающимися искрами.       Парень всё же плюхнулся на пятую точку, и прислушивался к окружающей обстановке. Вспышки возникали тут и там, со всех сторон. Он понимал, что Аку и её противник прямо сейчас кружили в смертельном танце вокруг него, но он не понимал, как королева вообще умудрялась что-то видеть в этом кошмаре. Приближающийся свист заставил юношу откатиться, и пожалеть о том, что он вообще побежал на помощь лисице. В месте, на котором он только что сидел, на огромной скорости блеснул клинок, наполненный невидимой силой.       Справа послышалось чьё-то утробное рычание, и Энель приготовился метать кунай, но характерный звук рассекаемой плоти, а затем и протяжный хруст вместе с чавкающими и хлюпающими отзвуками. Спустя мгновение к нему с лязгом доспехов покатилось изуродованное до неузнаваемости тело одного из морозных упырей в варварской броне. Видя всё это, парень банально не знал, что ему делать, поэтому попытался медленно поползти обратно, пусть он и не знал, откуда пришел.       И тут, примерно в десяти метрах от себя он услышал полный боли вопль, и почти на одних голых рефлексах метнул своё оружие чуть правее того места, от которого доносился крик. И судя по звону, что раздался секунду спустя, его клинок достиг цели, но отскочил. Вглядываясь в неизвестность, Энель, кажется, начал различать высокий силуэт с вытянутой вперед конечностью, и фигуру поменьше, что билась в конвульсиях, нанизанная на эту самую конечность.       — Р-А-А-А-А!       Начали звучать множественные удары металла о лёд, которые с каждым разом становились всё сильнее и быстрее. В какой-то момент, Энелю пришлось увернуться от чего-то, похожего на руку, что отлетела в сторону.       И тут, будто по мановению волшебной палочки, всё закончилось. Метель стала сходить на нет, а снег начал медленно таять. Когда видимость восстановилась, парень в немом шоке уставился на открывшуюся вокруг картину. Он сидел на залитой литрами крови земле, а вокруг валялись разбросанные останки минимум сорока различных монстров. Перья, искореженная броня, куски льда, мяса, оторванные конечности, кишки и другие органы, или целые и не очень тела. От глаз Энеля не скрылось и оставшиеся два тела в серебряных доспехах, вернее то, что от них осталось. Лицо первого солдата было будто обглодано прямо до черепа, а головы второго просто не было, она лежала на другом конце поля, поблескивая узнаваемым шлемом.       Но венцом этого кровавого полотна была Аку, пытающаяся вынуть застрявший клинок своей глефы из стоящего на коленях противника, который уже вне всяких сомнений являлся боссом. У того отсутствовала половина головы, и два из трех оставшихся глаз были разбиты. Кроме ног, осталась лишь одна рука, и та со скрипом болталась на кусочке ледяного хитина, что скреплял руку в локте. Лезвие нагинаты было вонзено вглубь тела инсектоида прямо через шею, что усложняло его изъятие.       Сама Аку выглядела не лучше. Посиневшие от холода ступни, бледная кожа, руки, что в прямом смысле были по локоть в крови, и изорванное в нескольких местах короткое кимоно, запачканное синей и красной кровью. По сути, она была почти голой, из-за чего можно было во всей красе разглядеть её идеальные формы и едва заметно пульсирующие неестественным синим вены. Сейчас Энель видел не загадочную леди, коей Аку предстала перед ним в первую встречу, не уверенного в своей победе хладнокровного полководца, которым она была в начале битвы, нет. Сейчас она была похожа на сытого могущественного зверя, который только-только утолил свой голод. От аккуратной прически не осталось и следа, некогда пушистый хвост был взъерошен, а легкий оскал открывал вид на острые клыки, с которых капали алые капли. А взгляд… это был взгляд хищника.       — В-ваше Величество?.. — тихо промолвил Энель.       От его голоса Аку слегка вздрогнула, и будто проснувшись, перевела взгляд на него.       — М? О, Герой, давно ты здесь? — непринужденно спросила кицунэ, и одним резким рывком всё же выдернула своё орудие.       — Н-нет. Не очень. Вы… в порядке?! — последний вопрос он задал не с той интонацией, с которой он ожидал. Это скорее было удивленное утверждение.       — Конечно. А ты как думал? Думаешь, я бы полезла в бой одна, будучи не уверенной в своем успехе? — насмешливо ответила лисица, поправляя прическу.       — Но я видел, как вас пронзили… — с трудом выдавил парень.       — Что? Пронзили? Тебе показалось, — отмахнулась девушка хвостом.       — Нет, я точно видел, — чуть тверже повторил Герой.       Аку скорчила кислую мину и закатила глаза, и повернувшись к Энелю, одним движением руки распахнула своё кимоно, открывая вид на гладкий живот и роскошную грудь.       — Видишь? Со мной всё в порядке.       — В-ваше Величество?! — юноша несколько смутился, и через пару секунд отвел взгляд.       Однако, того, что он успел увидеть, хватило для осознания детали, которая заставила Героя призадуматься. На теле Аку не было ни единой царапины.       — Правда что ль показалось?.. — озадаченно прошептал Энель, вставая на ноги.       — Идем. Пусть Волна и закончилась, но могли остаться ещё монстры.       — А? — парень даже не заметил, что небо приняло привычный голубой окрас.       Причин отказывать у него не было, поэтому на ватных ногах Звездный Герой Метательного двинулся за эдемийской повелительницей, переводя взгляд с убитых паладинов на Аку и её окровавленное оружие. Он решил не думать о произошедших только что событиях и всех тех странностях, что связаны с кицунэ. Всё его сознание было сосредоточено на том, чтобы спасти как можно больше людей.              

***

      Аку вместе с поредевшим войском вернулась в столицу лишь через два дня. Из сорока восьми Стражей домой вернулись лишь двадцать пять. Из Хамвеллских магов никто не погиб, но есть пятеро раненых. Пилить из Рокоста, который был на краю страны, было тем ещё удовольствием. Остаток дня, в который протекала Волна, пострадавшим селянам добровольцы во главе с Энелем оказывали посильную помощь, пока на следующий день не прислали транспорт из столицы. Всю дорогу Герой провел в молчании, беспокоясь за свою подругу, Лу. Она всё ещё не пришла в себя, а спрашивать о деталях у королевы у него не хватало духу. Шанти старалась с ним заговорить, но безуспешно, в то время как Сильви просто тихо спала в повозке, в которой перевозили магов из Хамвелла.       В городе их встретили с распростертыми объятиями. Весть о том, что катастрофа успешно предотвращена, при этом с минимальными потерями, добралась до столицы ещё до возвращения королевы. В сердцах людей вновь начала зарождаться надежда на светлое будущее.       Энелю и его спутницам предоставили лучшее покои во дворце, и дали им день на отдых, после чего была назначена церемония награждения.       Аку, которая первым делом тщательно отмылась и переоделась в повседневный наряд. Прихорошившись, она отправилась к своему мужу. Терий был на привычном месте в тронном зале, и был занят прочтением содержимого длиннющего пергамента и бурным обсуждением чего-то с советником. Однако когда тяжелые двери распахнулись, и супруги встретились взглядами, Терий не сдержал слез. И впервые за долгое время это были слезы счастья.       — Д-дорогая …       Он потянулся вперед, и чуть не упал с трона при попытке встать, напрочь забыв, что у него больше нет ног. Аку же вышагивала по красной дорожке с гордо поднятой головой, в то время как вельможи восхищенно охали и тихо перешептывались.       — Да, муж мой, я вернулась. Вернулась с благими вестями. Волна была успешно отражена силами Звездного Героя Метательного, — вкрадчиво говорила она так, чтобы все в зале услышали.       Одно дело слухи, а другое дело слова самой повелительницы.       — Словами не передать, как мне сейчас отрадно видеть тебя здесь, целой и невредимой, — уже более спокойно проговорил государь. Оглядевшись, он кивнул самому себе, после чего обратился ко всем присутствующим: — Все вон! Мне нужно поговорить со своей женой наедине!       Когда тронный зал опустел, и они остались вдвоем, Аку поднялась по ступенькам, и стиснула сидящего Терия в объятиях.       — Что происходило, пока меня не было? — тихо спросила она.       — Ничего экстраординарного. Пару раз были мирные демонстрации ремесленников на главной площади. Какой-то бузотёр хотел довести до вооруженного восстания, но к счастью его не поддержали, и всё обошлось. Его пыл быстро остудили. Лучше скажи, сама ты как?       — В полном порядке. Мне почти не пришлось сражаться, Звездный Герой сделал всё сам. Он талантливый мальчик. Нужно отблагодарить его по достоинству.       — Конечно, — понятливо кивнул Терий. — Я выделю средств из казны и подготовлю всё в лучшем виде.       — Как всегда, на тебя можно положиться, — усмехнулась Аку, и поцеловала короля в щеку, что вызвало на его лице искреннее счастье. — Увидимся вечером, — добавила она, отстраняясь.       

***

      Энель сидел на кровати в своих покоях и пустым взглядом пялился в окно, переваривая произошедшие недавно события. Внезапно послышался стук в дверь.       — Войдите!       Гостьей оказалась царица Эдема, которая сменила рваное кимоно на похожее белое одеяние, но с большим количеством красивых узоров, и более длинное, до щиколоток.       — Могли бы и не стучать, Ваше Величество.       — Я в курсе, что произошло с твоей подругой. Мне жаль.       — Прошу, не стоит. Это не ваша вина. В случившемся виноват только я сам, ведь мало времени и внимания уделял своим товарищам, а вместо этого бездумно полез в бой.       — В любом случае, хорошо, что она осталась жива. Если ты не против, то мы оставим Лулилию здесь на какое-то время, и приставим к ней наших лучших лекарей.       — Правда? Раз уж предлагаете Вы, то отказ будет приравнен к оскорблению. Благодарю за вашу заботу.       — Ну-ну, не стоит. Это меньшее, чем я могу отплатить спасителю нашей страны. Завтра тебя со всеми почестями наградят самым почетным орденом и внушительной суммой золота.       — По правде говоря, я бы хотел обойтись без всех этих церемоний… Денег было бы достаточно.       — М? Не ожидала. Неужели ты сражаешься с Волнами ради наживы?       — Нет, что вы… Просто моё Метательное Оружие усиливается с помощью денег.       Аку вмиг посерьезнела, и одарила Энеля странным, нечитаемым взглядом.       — Мой совет тебе на будущее, Герой. Без веской причины не раскрывай метод усиления своего Оружия кому попало. Это может сыграть с тобой злую шутку. Такую информацию стоит разглашать только тем, кому действительно можешь доверять.       — Л-ладно…       — Кстати, ты не почувствовал ничего странного? У тебя не открылось никаких новых… способностей?       — О чём это вы? Если вы про способности, которые мне дали после поглощения…       — Проклятая Серия. Эти слова тебе о чём-нибудь говорят?       — Н-не-е-ет?.. — вопросительно протянул беловолосый. — А должны?       — Вот и славно, — выдохнула Аку. — Это опасная сила, которая открывается у Героя во время сильных эмоциональных переживаний, и возводит его главный порок в абсолют. Я испугалась, что после вести о том, что твоя подруга в тяжелом состоянии, в тебе пробудится эта сила.       — Ничего такого не было… — ошарашено протянул он. — Скажите, могу я задать несколько вопросов? — кивок в ответ. — Откуда вы вообще знаете о существовании таких вещей? Это как-то связано с тем человеком, который защищал эту страну до меня?       — От тебя ничего не утаишь, — усмехнулась Аку. — Да, Артём, так зовут Лжегероя, что сражался с прошлой Волной, которая ударила прямо здесь, в столице. У него есть подобная сила.             — Можете рассказать о нём поподробнее?             — Да. Его Оружие называется Дубль. Это кукла, которой он может управлять, как своим собственным телом. Она может принимать разные обличия, прямо как любое Легендарное Оружие. Пусть и является фальшивкой, но оно по своей природе очень схоже с Легендарным. Сам Артём заявился к нам, и назвавшись Героем, предложил свою помощь в обмен на должное вознаграждение. В том положении мы не могли отказать, поэтому приняли этот жест доброй воли, о чем пожалели в итоге. Он пользовался всеми благами, которые мы ему давали, а когда грянула Волна… Его грязная натура всплыла, как только дела приняли скверный оборот, он попытался сбежать. Воспользовавшись проклятой силой, он убил своего товарища, который пытался его остановить. Этим самым товарищем был Люций — наш с Терием сын. По правде говоря, вы с ним очень похожи, он тоже в первую очередь думал о других, а только потом о себе.             Аку подняла голову, и когда встретилась глазами с Энелем, едва могла сдержать улыбку. В глазах парня плясал гневный огонек, кулаки были сжаты до предела, а вены на руках и лбу вздулись.             — Поверить не могу, что такой мерзавец до сих пор порочит этот мир своим существованием…             — Тише-тише, это ещё не всё. Кое-как мы смогли отразить Волну, но понесли просто колоссальные потери… Хотя, что я тебе рассказываю, ты и так видел, что творится снаружи.             — А-ага…             — Когда Артёма хотели призвать к ответственности, я решила поговорить с ним, и даровать ему шанс на искупление, хоть и очень не хотелось. Но вместо того чтобы принять моё щедрое предложение, он решил напасть на меня, как загнанная в угол крыса. Уж не знаю, хотел ли он моей смерти, или желал воспользоваться мной как заложницей, но его смогли остановить. К сожалению, он всё же смог ускользнуть. Его кукла отрастила крылья, и он просто улетел верхом на ней. Доподлинно известно, что он бежал в столицу Зельтбуля… Что-то не так? — спросила Аку, смотря на шокированное лицо Энеля.             — Скажите, Ваше Величество… А вы слышали про недавний инцидент, произошедший в Изексе накануне Волны?             — Ты про нападение на храм Песочных Часов Эпохи Дракона? Да, наслышана. Подожди, неужели ты…             — Да, я был там. И, кажется, я лично встречался с Артёмом.             Аку немного заёрзала на кресле и сменила позу на более закрытую.       — И… Ты говорил с ним?             — Нет. Когда я пришел, он уже закончил что-то делать с Часами, после чего улетел с помощью своего Орудия. Если верить вашему описанию, то всё сходится. Кукла, что может принимать разные обличия. И способ побега тот же.             В голове Энеля всплыли воспоминания. Полуразрушенный храм. Две храбрые молодые жрицы, что пытались из последних сил защитить Часы. Много раненых. Несколько трупов. Запах крови. И странный дым, при вдыхании которого немели кончики пальцев.             — Скорее всего он хотел прикрепиться к зельтбульским Часам, чтобы избежать телепортации к «нашей» Волне.             — Ублюдок. После всего того, что я услышал, я ни за что не прощу его. Этот подлый трус поплатится за все свои злодеяния, — процедил Энель сквозь зубы.             — Знаешь, он мог скрываться под другим именем, а оружие маскировать. Может, ты встречал подозрительных людей?             — Нет, не было таких… Погодите. Есть парочка, но пока не буду полностью уверен, не стану выдвигать обвинений.             — М?             — Целитель, владеющий тёмной магией, что скрывает свою внешность, и очень сильный немой боец, который не использует никакого оружия. Недавно присоединились к нашей группе, и мы вместе выполняли некоторые задания гильдии. Бойца зовут Каин Сильвер, а мага Джерико Лайт.             Внезапно деревянный подлокотник кресла, который Аку обхватила пальцами, треснул и разлетелся в щепки от слишком большого давления, из-за чего сидящий на кровати Герой подпрыгнул. Королева не заметила, как потеряла контроль, и случайно сдавила слишком сильно. Энель не понял, что произошло, но заметил, что как только она услышала фамилию его целителя, на её лице на мгновение промелькнула тихая ярость.             — А-а-а-а, — он натурально не знал, что сказать, и боялся даже пискнуть.             — Прости пожалуйста мою несдержанность. Просто вспомнила кое-что неприятное, не бери в голову. Пожалуй ты прав, не стоит плохо судить о людях, даже если они немного странные. Однако рядом с этими двумя держи ухо востро.       — Да, — уверенно кивнул Энель.             — Скажи, Герой… А почему ты мне так просто веришь? — внезапно задала вопрос правительница.             — Потому что вы не можете быть плохой.       — Чего?.. Это откуда такие выводы? Ты меня знаешь всего ничего.             — Я видел, что вы спасли ту девочку получеловека, дав ей своего коня, а сами остались и продолжили биться с Волной.             — В-вот как… — слегка смутилась она, но в следующий миг стала серьезной. — Кстати об этом. Прошу, не говори никому о том, что видел, как я сражалась. Особенно на церемонии. Гвоздем программы должен стать ты, и это не обсуждается.             — Но почему? Вы же сдерживали на себе столько чудовищ! Ваши заслуги не должны оставаться в тени! Тем более, я по сути ничего не сделал…             — Это не так, — кицунэ положила ладонь на плечо юноши и изогнула губы в ободряющей улыбке. — Ты тоже покосил множество сильных монстров, вселил новую надежду в сердца моих воинов, и именно благодаря тебе эвакуация прошла настолько успешно. Что же до меня… Ну, я всё же девушка, а ещё правительница. Подумай, какие слухи пойдут о королеве, что словно какой-то варвар кромсала монстров? Да в таком случае моим образом матери будут своих детишек пугать. «Слушайся маму, а то ночью придет злая кицунэ и укусит за бочок»! Ну, или как-то так, — усмехнулась она, развеивая обстановку.             — Наверное вы правы. Простите, не подумал, — ответил Энель в той же манере.       — Ничего страшного, — отмахнулась она. — Просто, пусть это будет нашим ма-а-аленьким секретиком, хорошо?             — Да, — вновь уверенно кивнул Энель.             

***

      Через день после этого разговора состоялась церемония награждения, которая прошла на центральной площади. Это то самое место, где в последнее время любят проводить демонстрации недовольные граждане. А самое ироничное то, что Энель, выходящий, и приветливо машущий рукой собравшимся людям, в итоге встал на то самое место, где примерно месяц назад стоял костер, на котором должны были заживо сжечь самозваного Героя Дубля.             Вместе с Героем, который окончательно вошел в образ, шествовали две девушки. Полульвица, которая явно гордилась своим господином, и чуть ли не на пятки ему наступала, и худощавая брюнетка, что всем своим видом показывала, что хочет побыстрее свалить с этого мероприятия. Третья спутница Героя, согласно договоренности, лежала в лазарете под пристальной опекой лучших врачей, подобранных лично Аку.             Троица поднялась на возведенную на месте костра сцену, и выстроились в шеренгу. Шанти старалась подойти поближе к Энелю, в то время как Сильви лишь корчила кислую мину и держала дистанцию. Все были наряжены в пёстрые костюмы, увенчанные множеством украшений. Герой давно не носил столь богатой и красивой одежды, из-за чего чувствовал себя неловко, но при этом всячески старался встать в более выгодную позу, чтобы покрасоваться перед Сильви, но той, как обычно, было всё равно. Зато львица охала и охала от восхищения.       Далее глашатай представил присутствующих, а затем Аку, под наблюдением Терия, вышла на сцену, и лично наградила всех троих орденами, при этом приветливо улыбаясь каждому. Правящая пара, а затем и Герой выступили с небольшими речами, после чего церемония подошла к концу.             Если в начале жители скептически перешептывались, то к концу, когда Энель под конец своего пламенного и очень эмоционального спича вознес своё Орудие к небу и устроил небольшой салют с помощью составного с Шанти навыка, посыпались бурные аплодисменты и овации. На лицах людей наконец появились первые улыбки, на кроне Древа Жизни первый синий лист.

***

      Через день Энель и его спутницы уехали обратно в Зельтбуль, оставив Лулилию фон Бёрнц на лечение в Новом Эдеме. Аку из окна лазарета взглядом провожала повозку Героя, а затем перевела взгляд на синеволосую волшебницу, которая всё ещё не пришла в сознание.       — Всё прошло почти по плану. Волна отражена, расположение Звездного Героя Метательного получено, а люди получили новую надежду, символ которой этот самый Герой. Жаль только пятый сценарий не сработал. Если бы Лулилия погибла под завалом, то мальчик бы смог пробудить Проклятую Серию. Ну, не срослось, — Аку обернулась на одну из своих верных служанок. — Поддерживайте её в коме, но следите за тем, чтобы не умерла. Может быть нам ещё придется разыграть эту карту в будущем.       — Как прикажете, Госпожа.             Аку вернулась в свои покои, после чего устало плюхнулась на кровать. Эффект сока Древа закончился, она полностью истратила его на Волне, и теперь была почти полностью измотана, правда скорее морально, чем физически.       Она достала из секции тумбочки странный небольшой предмет. Почти плоский прямоугольник из стекла и металла, который хорошо ложился в ладонь и отдавал приятной прохладой. Сначала можно принять этот предмет за зеркальце, но такое суждение будет ошибочно. Лисица нажала на небольшой выступ в правой части предмета, и стеклянная часть вспыхнула, явив ей изображение, которая она уже видела много раз. Странная нарисованная девушка с непропорционально большими желтыми глазами, зелеными длинными распущенными волосами и мешковатым одеянием белого цвета с длинными широкими рукавами. На её лбу красовался странный красный сияющий символ, напоминающий силуэт летящей вдалеке птицы. Несмотря на странность анатомического строения этой девушки, Аку в какой-то степени могла назвать её красивой. Также в верхней части изображения были четыре белых символа, «16:05», которые со временем сменились на «16:06». Владычица давно поняла, что эти символы означают время. Чтобы удостовериться в этом, она посчитала количество ударов своего сердца в промежутке между сменой символов. Почти всегда выходило по шестьдесят.             Аку нашла этот артефакт в сундуке, который был в бывших покоях самозванца. Она сразу поняла, кому принадлежит эта вещь, и на досуге раз за разом пыталась разгадать тайну этого предмета. В ходе нескольких экспериментов, она выяснила, что эта вещь питается от молний. Сначала она пыталась просто заливать в артефакт ману, но ничего не выходило. Потом она сняла заднюю секцию артефакта, и внутри увидела на маленьком черном квадрате с непонятными письменами значок, отдаленно напоминающий молнию.             Следующий этап головоломки оказался несколько проще, а именно активация самого артефакта. На нём было всего две кнопки, и зажав одну из них, кицунэ увидела белое сияние из маленького зеркала с передней части. Далее она попробовала с помощью маны и Ци привести артефакт в действие, но оказалось, что нужно было всего-то поводить пальцем по изображению, и когда королева провела снизу-вверх, появилась таблица с знакомыми символами и пустая строка. Ей хватило ума понять, что эта штука требует от неё пароль. На этом этапе Аку и застряла, так как пробовать не решалась, ведь не знала, сколько у неё попыток, и что будет в случае провала. Мало ли, вдруг там заключена какая-то хитроумная ловушка. О предназначении артефакта лисица могла лишь догадываться, но одну функцию она уже выявила — измерение времени.             — «Лайт», значит, да? — злобно прошипела она, сверля потолок взглядом. — Да он издевается. Точно издевается, будто специально, — пробурчала Аку, кладя артефакт обратно.             Раздался стук в дверь, который заставил королеву томно вздохнуть и уткнуться лицом в подушку. Она сейчас хотела побыть одна и никого не видеть, но к ней просто так не приходят, а значит, это было что-то важное.             — Войдите, — угрюмо отозвалась Аку.             Вошла горничная, которая переминалась с ноги на ногу, и держала круглый объект, завернутый в ткань.             — Чего? — устало бросила королева, служанок она не стеснялась.       — Госпожа Аку… Вам послание.             — От кого? — в той же манере спросила лисица, принимая сидячее положение. — Нана?       — Н-нет… — потупив взгляд промямлила горничная.             — Тогда кто? — Аку уже начинала терять терпение.             Служанка развернула ткань, являя взору своей госпожи записывающую сферу.             — Это послание… от Героя Дубля.             По телу лисицы словно прошелся разряд тока, глаза широко распахнулись, а зрачки напротив, сузились. Она поспешно вырвала шар из рук своей слуги.       — Вон!       Понятливая горничная без лишних звуков скрылась в проеме, оставляя свою госпожу в гордом одиночестве. Аку полностью избавила шар от плена белой ткани, и положив на него руку, влила в него немного своей маны, после чего в воздухе появилась плоская прямоугольная проекция…

***

В это же время Новый Эдем Деревня Морра              На кухне, в одном из просторных домов с небольшим огородиком на заднем дворе, за столом сидели две молодые девушки и трапезничали. Первая была человеком, с необычными розовыми волосами и в простом платье с фартуком. Вторая имела на макушке пару серых волчьих ушей, а сама она одета в привычную укороченную до живота тельняшку, кожаную жилетку и короткие шорты из того же материала.       — Мария, прости, что мы тебя так напрягаем, — виновато сказала Феска, ковыряя деревянной ложкой содержимое тарелки. То было вкусное на вид овощное рагу.       — Пустяки, — отозвалась розововласая торговка, поправляя очки. — Я вашему Герою жизнью обязана, так что не помочь вам — его друзьям, я не могла. Тем более, Калеб очень сильно выручает в хозяйстве. Големов на всю деревню всего двое, а этого явно не хватает.       — Ну, он как-никак на ферме рос, прежде чем подался в авантюристы, — с набитым ртом пояснила волчица. — Да и силищи у него хоть отбавляй. И говорит мало… Чем тебе не голем?       — Прекрати пожалуйста так говорить, я знаю, что ты на самом деле о нём думаешь, — осадила её собеседница.       — Твоя правда. Калеб за всё это время стал нашим щитом и опорой. Я не знаю, что бы я без него делала…       — Даже как-то непривычно, что я теперь не «чурбан», — сзади раздался грубый бас, сопровождающийся тяжелыми шагами. Чуть пригнувшись, мужчина пробрался на кухню.       — Повзрослела я, наверное, — пожала плечами Феска, и сделала вид, будто не говорила тех слов минуту назад.             — Как ты и просила, я заполнил резервуар с водой и принес дров из амбара. Они в прихожей, в углу, — отчитался великан, садясь за стол.             Сейчас бывший Страж Рассвета был облачен не в килограммы стали, а в самую обычную рабочую рубаху. Единственная необычная деталь, к которой уже все присутствующие привыкли — повязка, закрывающая отсутствующий левый глаз.       — Спасибо большое, — кивнула Мария. — В этом доме определенно не хватает мужских рук.             За столом было ещё три порции, но места пустовали. Мария, видя это, покачала головой, и выглянув в окно, закричала:       — Ми-и-и-нти! Ро-о-о-оланд! Идите кушать, обед стынет! — она вернулась за стол. — Вот как всегда, играются там, а я для кого готовлю? Вот ведь неугомонные… — в своей привычной манере сетовала травница.             Глядя на третью порцию, Калеб с Феской переглянулись.       — Сегодня я отнесу, а ты топай за травами, — вызвался Калеб.             — Ладно… Спасибо, — ответила хвостатая, вмиг погрустнев.             — Знаю, я много раз уже спрашивала, но-о-о… Что вы будете делать дальше? Вы не сможете прятаться здесь вечно. Поймите, я-то не против, да и дети благодаря вам отвлеклись от того ужаса, но вас ведь когда-нибудь найдут.             Повисла тяжелая, давящая тишина. Никто не знал, что ей ответить. Этот разговор повторяется уже минимум третий раз. Вздохнув, Мария вышла из-за стола, и пошла к входной двери, за своими детьми. Или же она решила оставить этих двоих поговорить наедине, кто знает.             — Надо что-то делать. Мы тут уже вторую декаду торчим. Перед Волной им не было до нас дела, но теперь мы сильно рискуем, засиживаясь здесь, — решительно заявила Феска. — Ладно ещё если бы Мария жила в столице вместе с детьми, но её лавка уничтожена, да и в городе сейчас неспокойно… Так что мы ещё и её под удар подставляем своим присутствием, — уже тише добавила она.             — Да, ты права, — кивнул здоровяк. — Но куда ты хочешь пойти?             — В Зельтбуль.             — Это из-за слухов о нападении на Часы? Думаешь, Артём ещё жив и это его рук дело?             — Определенно. Кроме него, мало кому понадобится делать что-то подобное. И да, я не думаю, а знаю. Живой он, понимаешь? Иначе быть не может.             — И ты думаешь, что искать его сейчас хорошая идея?             — Не думаю, — слегка поёжилась волчица. — Но других вариантов я не вижу.             — Феска, подумай хорошенько. Вспомни, каким он был после Волны. Это уже другой человек, а уж после… того случая, сложно представить, что в его голове может твориться. Слухи говорят о нём самые разные вещи, и большинство из них не самые приятные. Причем некоторым из них я склонен верить. И я прекрасно знаю, что ты его боишься, — последние слова одноглазого заставили рейнджера вздрогнуть.             — Да. Боюсь. Но я виновата перед ним, и хочу извиниться, — призналась Феска.             — За что? За то, что бросила его, когда Дубль поглощал его? — серовласая кивнула. — В тот момент он сам хотел, чтобы мы ушли.             — Ошибаешься. Он хотел позвать на помощь, но не мог. А я видела это, и всё равно отвернулась и ушла…             — Вот ему это всё и расскажешь, — улыбнулся Калеб, слегка хлопая девчонку по спине.             — Что? То есть, ты поддерживаешь моё желание?             — Не сказал бы, — брюнет запустил медвежью пятерню в свои уже отросшие волосы. — Сам бы я подался в Мелромарк, но на самом деле мне тоже есть, за что извиняться. Да и ты такая упертая, что мне не будет под силу тебя остановить. А ещё тебе вряд ли понравится идея каждый день носить рабский ошейник, — слегка усмехнулся он. Волчица ответила тем же. — Только вот, есть одна проблема, — он многозначительно посмотрел на лестницу, ведущую на второй этаж, и помещение заполнила всеобъемлющая тишина.             — Неужели Волна так сильно подкосила её?.. — прошептала девушка.             — Ты многого не понимаешь. Она за несколько дней лишилась почти всех дорогих ей людей.       — На самом деле, я рада, что не понимаю.             — Когда-то и я был таким же. У леди Эмили очень доброе, но в то же время ранимое сердце. Ей нужно время, так что не стоит дёргать её.             — Но время на исходе. Нам нужно убедить её двигаться дальше, иначе нас повяжут, а затем, скорее всего, казнят, если не сделают чего похуже.             — Я отнесу обед и попробую поговорить с ней, но ничего обещать не буду, — тихо проговорил Калеб, вставая из-за стола и поднимая поднос с уже остывшей едой.             — Ага…             Мужчина поднялся по скрипучей лестнице, и через какое-то время оказался возле непримечательной деревянной двери. Калеб постучал, скорее для галочки, ведь знал, что ответа всё равно не последует, и вошел вовнутрь.             Его встретила почти привычная картина. Полумрак, незаправленная кровать, разбросанные по полу книги и чашка с чаем на тумбе, к которой даже не притронулись. И рыжеволосая девушка с мешками под замутненными пеленой глазами, бледной кожей, немного впалыми щеками, растрепанной прической и абсолютно безразличным взглядом. Но кое-что отличалось. Эмили не сидела на кровати в ночнушке, пялясь в стену, как это обычно наблюдал Калеб, а была одета в уличную одежду, и уже натягивала на ногу сапог.       — Леди Эмили? — он удивленно уставился единственным глазом на девушку.       — О, доброе утро, Калеб-кун, — монотонно протянула Эмили, на секунду отвлекаясь от возни с обувью, чтобы кивнуть своему товарищу.             — Вообще-то сейчас уже за полдень, — поправил её крепыш.             — Правда что ли? Я не знала, — в той же неизменной манере сказала она.             — Не важно. Что вы сейчас делаете? — махнул рукой Калеб.             — А? Да вот, решила прогуляться… Что-то не так? Ты против? — рыженькая склонила голову набок.             Здоровяк поставил поднос на тумбочку и помотал головой.             — Вовсе нет! Это очень неожиданно… Что-то случилось? — осторожно поинтересовался брюнет.             — Отнюдь. Просто захотелось подышать свежим воздухом, — уголки губ волшебницы едва заметно приподнялись, но взгляд оставался всё таким же стеклянным. — Спасибо за заботу, Калеб-кун. Я поем, когда вернусь. Не волнуйся за меня, я ненадолго.             — Может, я пойду с вами? Или мне позвать Феску? — тихо предложил мужчина.             — Не нужно, правда. Я хочу погулять одна.             Её голос был мягким и дружелюбным, но в то же время в её интонации проскальзывали очень странные нотки, тревожащие Калеба, а глаза напоминали своей синевой уже не ясное безоблачное небо, а глубокое бездонное озеро, в котором можно запросто захлебнуться. Они будто потеряли способность отражать свет, хотя может так казалось из-за отсутствия в комнате этого самого света.             — Как скажете, — с трудом проронил он, наблюдая, как она, взяв в руки свой посох, проходит мимо него, нацепив фальшивую улыбку.             Когда Эмили удалилась, Калеб прибрался в её комнате, поставил книги на полку, повесил её лежащую на кровати ночнушку в шкаф, и побрел вниз, на кухню. Там его строгим взглядом волчьих глаз встретила Феска, сидящая на стуле задом наперед и положив голову на спинку.       — Ты всё слышала, — догадался одноглазый.             — Думаешь, они у меня для красоты? — погладила волчица свои ушки. — Ну и? Что это было? Почему ты её так просто отпустил?             — По той же причине, почему ты не погналась за ней сама, — пожал плечами Калеб. — Она впервые за долгое время сама решилась выйти из комнаты, так что стоит поддержать её инициативу. Однако я попрошу тебя приглядеть за ней, у тебя это выйдет лучше, чем у меня. Только аккуратнее, чтобы она тебя не заметила. Сейчас нужно показать, что мы ей доверяем.             — Знаю. Даже если бы ты не попросил, я бы сама это сделала. И кстати… никогда бы не подумала, что ты способен настолько тонко понимать девичьи чувства.              

***

      Эмили уже второй час бесцельно бродила по Морре. Деревушка была довольно большой и очень даже развитой, но звание города ей присваивать ещё рановато. Девушка несколько раз порывалась пойти в ближайший лесок, но одергивала себя. Она не хотела, чтобы Калеб и Феска за неё волновались. Сейчас она остановилась возле небольшого каменного заборчика, и наблюдала за медленно качающимися от прохладного ветерка колосьями, что медленно увядали. Эмили перелезла через забор, и принялась вышагивать по полю, глядя в облачное небо.       — Люций-кун, ты ведь там, да? Ты же смотришь за мной? Прости, что я сейчас в таком жалком виде… Я чувствую, что ты хочешь, чтобы я улыбалась. Н-но я не могу. Я не знаю, что мне делать. Чего уж таить, я даже со своими чувствами разобраться не могу! — она вонзила свой посох в землю. — Вот бы я снова смогла встретиться с тобой… П-послушать т-твой голос-с…       Эмили упала на колени, и уже не в состоянии говорить, начала всхлипывать. Она почти все время, что проводила в бегах вместе с Феской и Калебом держала всё в себе. Здесь, среди высоких насаждений, её слабость никто не увидит. Никто, кроме одной пронырливой волчицы, что сейчас сидела за высокой одинокой ивой, и с легким налетом грусти на лице слушала спонтанную исповедь её подруги.       Ухо Фески дёрнулось, когда до него донесся какой-то странный шум. А от осознания того, чем он являлся, шерсть на хвосте встала дыбом. Это был приближающийся стук множества копыт, который уходил в сторону дома Марии. Поколебавшись с секунду, волчица решила рвануть к дому, оставив Эмили одну в поле.       Через какое-то время рыженькая волшебница успокоилась, и с некоторой долей облегчения, пошла обратно, в сторону дома. Когда Эмили проходила меж двух домиков, дабы срезать путь, её остановил мужчина за полтинник, что сидел на мягкой подстилке из шкуры, прислонившись к стене. Она его не знала, и он её тоже, но она с первого взгляда поняла, что они похожи.       — Девочка, прости, что отвлекаю тебя, — просипел мужик необычайно хриплым голосом.       — Ничего страшного, вы что-то хотели? — сдержанно поинтересовалась рыженькая.       — Просто я заметил, что на тебе лица нет, и почти сразу понял, что ты такая же, как и я. Вот и захотел помочь. Ты же… тоже потеряла кого-то дорогого, я прав? — эти слова заставили её распахнуть рот.       — Да…       — Соболезную, дитя. По правде говоря, я остановил тебя не просто так, а для того, чтобы помочь.       — А? Помочь? Как?..       Мужчина молча принялся копаться в кожаной сумке, что лежала рядом с ним, и оттуда что-то небольшое. Через секунду он протянул Эмили этот самый предмет. То был хрустальный флакон с сиреневой блестящей жидкостью внутри.       — Ч-что это? — аккуратно спросила Эмили, при этом не спеша принимать сосуд из рук незнакомца.       — Лекарство для души. Это чудодейственное зелье сварено одним зельтбульским алхимиком. После того, как выпьешь его, начинаешь чувствовать, будто паришь среди звезд, а потом тебе становится очень хорошо и легко. Очень помогает отвлечься от… ну ты поняла.             Девушка подумала секунд десять, и отодвинула протянутую руку. Её учили в академии не принимать странные неизвестные снадобья от незнакомцев.             — Знаете, я, пожалуй, воздержусь, — вежливо отказалась Эмили.       — Ну, дело твоё. В таком случае, не смею тебя больше задерживать. Спасибо, что уделила время старику вроде меня.       Эмили уже сделала пару шагов в сторону дома, как со спины вновь донесся хриплый голос.       — Знаешь, среди народа ходят слухи, что испив его, можно увидеть то, чего больше всего желает твое сердце. Некоторые говорили, что встречали близких людей, которых потеряли.       Волшебница встала как вкопанная. По её спине прошелся импульс, и её словно парализовало. Сердце забилось чаще, намереваясь выпрыгнуть из груди, а дыхание стало частым и тяжелым. Эмили начала колебаться, и уже сделала ещё пару шагов ближе к выходу из треклятой улочки и… Не сдержалась перед соблазном и всё же приняла фиал из руки старика, после чего спрятала его в глубокий карман своего платья.       — Чем я могу вам отплатить? — серьезно поинтересовалась чародейка.       — Мне ничего не нужно. Просто меня очень удручает то, что на свете есть дети, которое столь несчастны.       Эмили неуверенно кивнула, но всё же покопалась в карманах и выудила несколько медяков.       — Вот. На эти деньги можно хорошо поесть два раза.       — Спасибо тебе, доброе дитя, — улыбнулся старик.       Теперь Эмили уже более легким шагом покинула переулок, и побрела в сторону своего временного жилища, озираясь по сторонам.              

***

      Калеб, глядя из окна, насчитал двенадцать всадников. Двоих из них он знал. Это были самые паршивые отбросы, которое только были в Стражах Рассвета. Надменные до ужаса из-за своего статуса, не прошедшие ни единой битвы, но при этом кичились тем, что имели честь лично полировать доспехи главы Ордена.             Эти двое служили охраной правящей пары, в момент собрания «войска» Героем Дубля во внутреннем дворе замка. Тогда они в открытую выказывали своё неуважение к происхождению Калеба, хотя сами являлись потомками рабов. Да и самого Героя они поливали словесными помоями.       Здоровяк стремительно ринулся в свою временную комнату и схватил ножны, в которых покоился полуторный меч, с которым он прошел уже не одну битву. Надевать доспехи времени не было, поэтому он стремглав выскочил на задний двор.       — Мария, бери детей, и прячьтесь в амбаре, — крикнул он с порога.       — Что такое?.. — недоумевала розововласая.             — Живо! Они пришли!       Теперь до Марии дошло, и она поспешила выполнить требование своего гостя. Звуки копыт остановились прямо возле дома, в котором секунду назад был Калеб.       — Эй, беглецы! Выходите! Мы знаем, что вы прячетесь в этом доме! Если не выйдете по-хорошему, то нам придется применить силу! Это касается и хозяйки дома, и её детей!       Одноглазый скривился и пошел на выход, к нежеланным визитерам. Выйдя через главный вход, он встретился с уже спешившимся отрядом, среди которых было несколько магов и четверо арбалетчиков.             — О-хо, Калеб, сколько лет, сколько зим! Знаешь, гостей с мечом обычно не принимают! — с фальшивым дружелюбием отсалютовал один из мерзкой парочки.             — А эта рубаха неплохо на тебе сидит. Прямо под стать простолюдину. Знаешь, что ещё лучше будет сидеть? Рабские кандалы! — пошутил второй.             — А ещё лучше петля на шее! Ха-ха-ха! — добавил первый, и они вдвоем заржали над собственной шуткой.             — А где девчонки, что были с тобой? — начал озираться вокруг второй. — Узнали, что их ждет судьба солдатских подстилок, и сбежали, сверкая пятками?             — Кхм-кхм, — кашлянул один из магов, который, судя по всему, был главным.             — Да-да, помню, ведьму не трогать, — проворчал рыцарь. — В таком случае, обойдемся зверодевкой. Она мне ещё при первой встрече показалась горячей… — добавил он, облизнув губы, после чего посерьезнел. — А мятежного простолюдина следует казнить на месте.             Один солдат с копьем понесся на Калеба, но тот схватил древко, и подтянул мужика, что был его на две головы ниже, к себе, после чего его лицо встретилось с кулаком одноглазого. Солдат отлетел обратно, к своим, и больше не шевелился. Он был мёртв. Калеб раздробил тому кости черепа одним ударом, разница в уровнях между ним и рядовыми бойцами слишком высока.        — Вот именно из-за таких, как вы двое, я и не жалею, что меня выгнали из Ордена, — буркнул Калеб.             — Арбалетчики, залп! — горлопанил рыцарь, в голосе которого пробрались нотки паники. Он не ожидал, что какой-то крестьянин будет сильнее королевского солдата.             Калеб поступил максимально гениально. Он просто зашел обратно в дом, и прикрылся дверью, в которую прилетели все болты. Выйдя наружу, он обнажил сталь, и одним ударом срубил ещё двоих солдат, что пытались подобраться к нему сбоку.             Один из парочки Стражей почувствовал удар по затылку, и понял, что в него метнули камень. Обернувшись, он увидел Феску, что с яростью на лице глядела ему прямо в глаза.             — Ах ты с-с-сука! — прошипел он, потирая затылок.             — Ты хотел меня трахнуть?! На, лучше трахни этот камень, мудила!             — Что…       Отразить летящий на огромной скорости камень, что летел ему в пах, рыцарь не успел. А затем, в момент столкновения, его жизнь превратилась в сгусток неописуемой агонии. Защита паха и конная езда несовместимы. Рыцарь с писком упал на колени и по-девичьи завопил от боли. Теперь этого рыцаря впору будет причислить к евнухам.       Феска с завидной меткостью, скоростью и силой бросала камни в магов и арбалетчиков, не давая тем читать заклинания и целиться.             — Эй, смотрите, это же она! — крикнул один из магов, указывая куда-то в сторону.       Эмили появилась столь внезапно, что никто и не понял как долго она тут находилась. Она стояла возле резервуара с водой. Её поза была расслаблена, а взгляд всё такой же безразличный.       — Тёрнер! Это я, Маркус! Мы с тобой учились на одном курсе! — воскликнул «главный» маг, скидывая капюшон.             — Маркус-сан?.. — монотонно переспросила Эмили             — Да, я! Я теперь придворный маг, и пришел, чтобы забрать тебя домой.             — До-мой? — в той же манере повторила она. В этот момент чародейка походила на куклу.             — Да. Ты будешь полезна при отражении Волн. Если сдашься сейчас, обещаю, с тобой ничего не сделают.             — А ребята? — видя, как её знакомый отвел глаза, она всё поняла. — Ясно. Вы хотите их убить, да?             — Понимаешь…             — Ты хочешь отвезти меня «домой», Маркус-сан, но ты кое-чего не понимаешь. Мой дом — это люди. С Новым Эдемом меня связывали Люций-кун и дядюшка Разжак. Теперь, когда их нет, меня там ничего не держит… — девушка навела посох на нежеланных гостей.             — Что за… Быстрее, не дайте ей зачитать заклинание! — крикнул Маркус, вскидывая скипетр, который он прятал за спиной. — Как источник силы…             — Всё, что у меня осталось, это Калеб-кун и Феска-сан, и они со мной. А сейчас вы приходите, и хотите убить их, то есть, уничтожить мой дом, мою новую семью…             Несколько солдат побежали к Эмили с копьями наперевес. Губы волшебницы вытянулись в тонкую полоску. Девушка одним резким движением вонзила свой двузубчатый посох в резервуар с водой, после чего из появившихся отверстий под сильным напором вылетело две мощные водные струи. Калеб успел заблаговременно нырнуть обратно в сени, поэтому его не окатило, а вот все вторженцы были мокрыми с головы до пят. Один из солдат почти добежал до Эмили, но она оказалась быстрее. Девушка с пустым взглядом стукнула древком посоха по земле.             Никто даже не понял, что случилось, настолько быстро всё произошло. От кончика жезла прошел электрический разряд, который прошелся по огромной новообразованной луже… и в итоге перескочил на мокрых ищеек, подосланных короной, что стояли в этой самой луже. Девять оставшихся в живых людей сначала замерли, затем почти одновременно попадали наземь. В живых из них остался лишь самый высокоуровневый из них, Маркус, остальные не обладали устойчивостью к молнии, поэтому их просто поджарило в мгновение ока, а их сердца не выдержали высокого напряжения.             — К-к-ка-а-а-к?.. Т-т-ы-ы-ы же н-н-е в-влад-е-е-ла ти-и-их-о-о-очтение-е-ем… — еле-еле выговорил он, с ужасом глядя на приближающуюся Эмили.             — Ошибаешься. Я просто не афишировала это, только и всего.       Эмили остановилась возле лежащего бывшего однокурсника, и посмотрела сначала на Калеба, а затем и на Феску, в поисках одобрения. Здоровяк всем видом говорил, «поступай, как знаешь», а волчица чувствовала себя немного неуютно, но даже и не думала останавливать подругу, лишь едва заметно наклонила голову.             — Я больше никому не позволю навредить моей семье.       Два острейших зубца вонзились в горло волшебника, лишая того остатков жизни.