Верный Путь (2/5)
9 июля 2022 г., 01:49
В следующий миг случилось слишком многое. Слишком многое, чтобы разум Сильви успевал обработать. Рефлексы же оказались быстрее мыслей.
Слепящая вспышка Дубля едва ли не выжигала сетчатку глаз. Зазвучала вынимаемая из ножен сталь. Голос Рафталии, выкрикивающей приказы и пытающейся найти укрытие, заглох на фоне грохота переворачивающегося стола и гомона её телохранителей. Со скоростью ветра кто-то пронесся мимо неё. Звон мечей и скрежет металла. Короткие болезненные вскрики и до тошноты мерзкое утробное бульканье. Звериный вой.
Курогане отлично помнила, что должна сделать.
Разорвать платье. Не бояться множества хлопков тетивы. Сорвать респиратор с бедра и рвануть в сторону — туда, где барабанящие по укрытию болты не достанут. Один из них всё же пробил дерево и кончик вонзился в руку чуть выше локтя. Не обращать внимания на боль, терпеть!
Нащупать чеку, что тянулась к гирлянде бомб на её ноге. Не смотреть на пролетающее над головой фонтанирующее тело. Судорожно сорвать старую маску.
На лицо тут же брызнуло чем-то мокрым. Ноздри втянули мерзкий аромат железа.
Плевать! Дёрнуть чеку! Услышать заветный мелодичный «дзынь».
Дёрнуть-то дёрнула, а вот респиратор нацепить забыла.
Неосторожный вдох — и вот уже мышцы сводит судорогой, а лёгкие от заполонившего его тумана готовы были одновременно разорваться и свернуться в трубочку.
Кто-то с силой впечатывает ей в лицо спасительную маску. Второй вдох дался с трудом, но уже не приносил столь противных ощущений, как первый. Слепое марево перед очами рассеивалось, являя творящуюся вакханалию.
Средь клубов тумана на полу она увидела несколько людей, некоторые были парализованы, двоим не хватало конечностей, а одному — трети головы. Следом она нашла глазами спину своего спасителя — Энеля, который неясно когда успел защитить дыхательные пути мокрой повязкой. Он мельтешил туда-сюда, отражал нападки сразу трёх мечников то и дело исчезал в облаках паралитического газа.
Бесконечный ор, долбящие по слуху отзвуки ударов и грохот от падающих тел, хлопки заклинаний и неугасающие вспышки не давали ни секунды покоя. Хаотичная смесь шумов заставила Курогане зажать уши — иначе вот-вот из раковин хлынет кровь.
Рядом рухнул пятящийся боец — он не заметил трупа соратника у себя под ногами и с кряхтением завалился на спину. Заметив Сильви, тот потянулся к оброненному мечу, и в этот же миг его грудную клетку пробило копье.
Курогане в оцепенении взирала на двухметровый силуэт зверочеловека. То был косматый клыкастый шакал, с пятнистым мехом, уймой шрамов по всему телу и неугасаемой жаждой убийства в глазах.
Зверолюд задыхался, хватался за горло свободной рукой, но не смел выронить копья. Движения были рванными и скованными, но ему хватило сил направить оружие на почти беспомощную девушку. Перед её глазами блеснул окровавленный наконечник. Сильви застыла как добыча перед хищником.
Не успела она попрощаться с жизнью, как шакала сшибло в сторону прилетевшим креслом, на котором ещё полминуты назад восседала Рафталия. Где-то в дыму Сильви различила кружащийся тусклый лиловый огонек, что вселял одновременно и трепет и надежду.
Сидеть на месте было равноценно гибели, потому поползла к выходу. Перелезть через свежий труп, не касаясь его, Курогане не могла физически, потому неизбежно надавила покойнику на грудь. Зря — труп застонал и того стошнило багровой кашей прямо ей на руку.
На миг девушка повернула голову к недобитому солдату и увидела не врага, но человека, без слов молящего о помощи и отказывающегося принимать свою кончину. Раненый попробовал из последних сил для чего-то дёрнуть рукой, но не успел и испустил дух, так и застыв с гримасой отчаянья.
Сильви из-за запотевших линз теряла последние остатки видимости, но уверенно перебирала конечностями, вообще не глядя вверх. Время от времени она меняла курс, дабы не угодить кому-нибудь под ноги. В полуметре от неё рухнуло ещё одно тело, из глазницы которого торчала вилка. Работа Энеля.
Запыхавшаяся чародейка уже подползла к двери, как тут же снаружи начал доноситься стук десятка сапог и лязганье доспехов — вражеское подкрепление спешило на всех парах. Матерясь через каждый вздох, Сильви развернулась на сто восемьдесят, и тут же поймала лбом чей-то крепкий пинок. Респиратор и закрывающие затылок ладони хорошо защитили её многострадальную голову. Прогнав все звезды перед глазами, полукровка бегло осмотрелась в поисках обидчика и вскинула зажженную алым руку. Мутный образ врага приготовился к рывку и в ту же секунду исчез в ярчайшем взрыве дикого пламени вызванного глубоким рёвом одного из зверолюдов. Разрушительное заклятие на этом не остановилось: пробило стену навылет там, где Сильви находилась считанные мгновения назад, заодно сметая и всех новоприбывших бойцов.
Не успела она опомниться, как из сгустившегося тумана возникла чёрная рука. Девушку грубо сгребли в охапку как какую-то вещь и против её воли понесли наружу. Во второй руке была заложница — Рафталия.
Выглядела шатенка плачевно: платье изодрано в клочья, видимые участки кожи в ссадинах и кровоподтёках, от рассеченного подбородка тянулся красный ручеек, а сама женщина была в одном шаге от того, чтобы пасть в беспамятство.
Спустя два поворота конструкт сбросил с себя обоих пассажиров. И если приземление Сильви можно было назвать в какой-то степени мягким, то вот у Рафталии случился нежеланный и очень болезненный поцелуй с полом.
— Откуда здесь эти вшивые нелюди?!
— Нелюди, говоришь, — Дубль намотал на кулак волосы распластавшейся женщины и потянул на себя. — А мне показалось, что это ваши припозднившиеся камрады.
В ответ на это Рафталия стиснула зубы и отвела взгляд. Показала, что ничего говорить не собирается.
— Это шильтвельтцы, — подрагивающим голосом вставила своё слово Сильви, срывая респиратор с лица.
— Только на сей раз настоящие, — кукла отпустила чужие волосы и Рафталия вновь оказалась на полу. — Стоять, ходить можешь?
— Могу. И вот нельзя было это спросить перед тем как бросать на пол? Больно вообще-то… — негромко запричитала девушка.
— Где Энель?
— Там хоть глаз выколи, не видно ничего было… — Дубль прерывает ненужные оправдания ладонью.
— Ты сказал… Энель? — кожа Рафталии стала на несколько тонов бледнее.
— Да-да, он самый. А теперь помолчи, — во рту женщины тотчас оказался кляп из лоскута её же платья и сразу после этого её оголенное плечо уколол коготь, смоченный подозрительной тягучей субстанцией.
Дубль завертел головой в поисках раба. Заглянул за угол и тут же отпрянул. Энель выскочил со скоростью пикирующего сапсана. А за ним, меча во все стороны бритвы осколков пронеслась здоровенная сосулька. Острые льдинки встретила крепкая броня марионетки.
— Что по оружию?
— Там осталось. Нового нахватать не успел, — с досадой отчитался Энель.
— Понял. Валим в зал, а оттуда в восточное крыло, — скомандовал Артём.
— Убегаем?! А как же драка?!
— Планы меняются. Здесь нас возьмут в клещи. Их лидер ещё не показался. Сильви, носом не щёлкать! Бегом!
— Почему туда? — уже на полном ходу, глотая воздух через слово, спрашивает Сильви.
— Та область хорошо просматривается. А ещё там нам не будут мешать посторонние.
Преследователи на месте не стояли. Дубль петлял по бесконечно-извилистым коридорам как у себя дома, не тратя ни секунды на раздумья, лишь иногда на бегу проворачиваясь юлой, дабы выпустить пару смертоносных капсул куда-то в сторону врага. Энель же по пути опрокидывал всю попадающуюся под руку мебель.
— … и всецело поддержи сие. Цвайт Аура!
С пальцев Фундаментала соскочила искра заклинания. Бывший Герой под усилением рванул быстрее прежнего, не забыв грубо дёрнуть за собой отстающую Сильви, едва не сломав той руку. На его счастье, рабская печать промолчала, ведь это было во спасение.
Поравнявшись с куклой, Энель задал немой вопрос.
— Вперед. Я прикрою.
Помимо обузы в виде его хозяйки, Энелю передали и заложницу. Под действием Ауры он был способен справиться и с такой ношей. Мулат сухо кивнул и двинулся дальше. Дубль же принялся молотить по узким стенам, круша всё вокруг и ломая опоры, а в качестве завершающего штриха он выстрелил цепью в потолок и как следует потянул. Сильви обернулась на грохот и помимо нагоняющей куклы увидела клубы пыли над обвалом. Путь для врагов оказался отрезан — тем придется идти в обход.
Они оказались в лоджии, с которой ещё недавно вещал Бартлоу. В холле уже царил беспорядок. Все ломились к парадному входу, люди и нелюди смешались в единой куче. Проем оказался недостаточно широк, чтобы пропустить через себя сразу всех. Образовалась пробка. Некоторые, поняв всю бесперспективность этого пути, рванули кто куда, разбегаясь как тараканы.
— Артём, нужно выводить людей, — Сильви проникновенно уставилась на Дубль.
— Мы и выведем. Всему своё время.
— Нужно сейчас! — настояла девушка, — Они тут всех переубивают!
Тем, кто держался подальше от главных дверей, повезло. А вот самым упертым — не очень. Шаровая молния размером с половину лошади медленно заплыла в зал из западного крыла и остановилась под потолком, будто принюхиваясь. Металась из стороны в сторону какое-то время. А через несколько мгновений рванула в направлении скопления. После её взрыва десяток человек корчились в посмертных судорогах или оказались погребены под обломками.
Первые жертвы внесли смуту и панику. Кто-то пытался пробиться через окна, да вот беда, решетки мешали, и снести их не могли — то ли делали на совесть, то ли чары. Иные искали, где бы спрятаться. А кто-то попросту бежал что есть мочи подальше от опасности. Ситуация выходила из-под контроля.
Сильви принялась яростно трясти плечи куклы, привлекая к себе внимание.
— Надо действовать! Сейчас же!
— Лучшее, что мы можем сделать сейчас — увести врага в восточное крыло и отвлечь их. Они пришли за мной. Ну, может быть ещё за ней, — марионетка указала подбородком на повисшую на плече Энеля Рафталию.
— Откуда такая уверенность? — огрызнулась ксено.
— Мне заблокировали телепорт. Случайно так сделать нельзя. Для этого нужно подготовить ритуал или специальное оборудование.
— Либо использовать оружейный навык, — дополнил Энель.
— Да. Это худший сценарий.
— Да какая ж разница! — девушка запрыгнула на Дубль и загородила собой весь обзор, — Там, внизу, сейчас умирают люди, которые вообще не причастны! Так сделай уже что-нибудь!
После непродолжительной паузы Артём сказал своё окончательное слово.
— У нас мало времени. Здесь оставаться рискованно. Так что ноги в руки, и бегом в восточное крыло. Там примем бой.
— Упёртый баран, — Сильви соскочила на пол, — В таком случае идите и деритесь хоть до посинения. А я не буду путаться у вас под ногами и позабочусь о гражданских сама.
Без промедлений она рванула к лестнице, а остаток пути преодолела, скользя вниз по перилам. Съехав в самое пекло, девушка взглянула наверх и ощутила мимолетный, но очень болезненный укол в груди. Артём не то что не попытался её остановить, так даже не смотрел на неё, а вместо этого мчался в оговоренное место. Зато Энель с некоторым удивлением проследил за проявлением её отважного безрассудства. Юноша поколебался с секунду, да понёсся догонять Дубль.
Сильви задрала мешающийся порванный подол и вооружилась последним козырем из своего арсенала из-под юбки — коротким скипетром, что до сего момента был закреплен на её левой ноге парочкой ремешков. Она направила катализатор в сторону окна, но её отвлекло что-то вцепившееся ей в ногу. То была знатная женщина с почерневшим от потекшей косметики лицом. Несчастная подвернула ногу и теперь не могла сбежать своим ходом, потому слёзно молила Сильви о помощи. Пребывая в тихом ужасе, Курогане заёрзала и попыталась уговорить пострадавшую отпустить её, но та уже чуть ли не зубами вгрызлась в свою единственную надежду на спасение. Тогда Сильви, наплевав на всё, стрельнула лучом в направлении окна, в надежде спилить решетки, но потерпела неудачу.
Прицепившаяся хуже любого клеща истеричка увлекла её за собой. Прицел сбился, а сама Сильви едва не завалилась на лопатки. Выпущенное заклинание отразилось от широкого настенного зеркала и отправилось в неконтролируемый полёт. Пучок смертельно-опасного света пропал в идеально круглой дыре в противоположной стене. Лишь чудом магия Сильви никого не задела.
Стоило Курогане позволить себе выдохнуть, как заслышала электрическое потрескивание позади. От вида ещё десятка парящих грозовых сфер, что заплывали в помещение со скоростью сонной мыши, душа Сильви опадала к пятам.
Боялась не только она. Коллективное остолбенение продлилось жалкий миг. Один молоденький купец принялся уносить ноги, не забывая истошно рвать глотку от страха. Его примеру последовали и другие. Сильви тоже принялась в отчаянье дёргаться, дабы избавиться от балласта.
— Не бросай меня! Не бросай! — раз за разом повторяла женщина, пока кончик жезла не уперся той прямо в лоб.
У Сильви зуб на зуб не попадал, её трясло, она не ведала, что творила, но руки сами делали своё дело. Своего Курогане добилась — её ногу отпустили.
Мимолётный взгляд вправо.
Ярко искрящийся сгусток энергии уже летел в её сторону. Отскочить Сильви не успевала и могла лишь жмуриться. Волосы встали дыбом, щёку будто укололо в тысяче местах, но на этом… всё и закончилось.
Трескучий шарик пролетел мимо. Оглядевшись, девушка узрела дрыгающееся тело крикуна. Из-за его конвульсий не было понятно, погиб он или ещё нет, но вонь жжёной плоти ставила всё на свои места.
«Почему меня не задело?» — ломала голову Сильви, всё ещё стоя как вкопанная.
Перепуганные гости бросились наутек, более умелые старались защитить себя чарами в меру возможностей. Ещё две сферы голодными псами сорвались с места и так же пронеслись мимо Курогане. Короткие вопли заставляли кровь стыть в жилах. Но вместе с этим, Сильви осенило.
«Движение!»
— Не шевелитесь! Заклинание реагирует на движение!
Лишь единицы благоразумно прислушались, чем спасли свои жизни. Но большинство…
— В-вот сама и стой, а я умирать не хочу!
Говорливого представителя знати постигла та же участь, что и остальных. Магия оказалась быстрее его коротких ног. Бедолаге не повезло — у него было крепкое сердце, а потому умер он не сразу. Рухнул на пол лишь когда от высокого напряжения глаза вылетели из глазниц.
От такого зрелища и без того натянутая струна самообладания толпы лопнула. Побежали все. И тогда молнии начали охоту.
Сильви посылала один луч за другим, но её свет никак не действовал на сферы. Однако ей хватило смекалки попробовать что-то другое. Под руку подвернулся бронзовый кубок с ближайшего стола. Брошенная чаша раскалилась добела, но сгусток молний от этого рассосался. На пол кубок упал уже жидкой горячей каплей. Но то была лишь одна единственная сфера, а столько кубков у неё поблизости не было.
Удар пришёл откуда она не ждала. Та самая плаксивая женщина отошла от шока и решила отомстить. Вероломная подсечка — и вот уже ничего не понимающая Курогане теряет равновесие. Сноровки хватило, чтобы отступить на пару шагов и удержаться на ногах, но от этого сразу три сферы засекли её. Сильви могла только удерживать рвущийся наружу визг и следовать чутью. Она выждала момент и резко рухнула вниз в надежде, что молнии не успеют сменить траекторию и пролетят мимо.
Но они сменили. Нацеленные на Сильви шары, как и все остальные, взметнулись вверх к потолку. Загремели раскаты грома, всю округу озарило чередой коротких вспышек.
Раскрошив каменный пол, в пятнадцати шагах от неё приземлилось какое-то чудовище. Образина, напоминавшая самых кошмарных тварей из тихих смердящих трясин, полностью обвитая красноватыми лентами какой-то тины. Она с трудом выпрямилась и оглядела пробегающие по телу электрические всполохи, что охотно всасывались в её водоросли. Лишь по едва проблескивающему ядру, Сильви узнала Дубль.
Поднялась ещё большая суматоха, человеческая волна едва не смела хрупкую девушку. В этом хаосе интуиция Сильви забила тревогу. И было из-за чего — в руке одного из гостей, что бежал прямо на неё, блеснула сталь ножа. Никто, кроме самой Курогане в этой неразберихе ничего не заметил. Кто-то пихнул коротышку в сторону, загородил её своим телом, и тогда клинок впился в плоть. Ангелом-хранителем оказался Андейл. Колени птицелюда подогнулись и тот упал в лужу собственной крови. Так и затих навечно.
Убийца без колебаний шагнул дальше, даже не удосужившись вытереть нож. Три шага — Сильви тянется к скипетру. Два шага — она вскрикивает от боли в отдавленной кем-то руке. Один шаг — убийца подается вперед и без замаха выбрасывает руку с оружием в её сторону.
Все звуки для неё померкли. Слышен был лишь хрип. Она видела только малиновое марево перед глазами. Но она ещё дышала, да и руки-ноги оставались на месте. Утёрлась рукавом и взглянула на того, кто пытался её убить.
Хрипел враг. Костяной кол торчал из его кровоточащего рта. Кинжал со звяканьем упал на пол, прямо к его выбитым зубам.
Дубль резким движением выдернул клинок и смахнул кровь. На полу стало одной красной кляксой больше. Захлебывающийся убийца упал на колени и сквозь раздирающий изнутри кашель издал полное невообразимого ужаса мычанье. Глубоко сидящие глаза с паутинками лопнувших сосудов скосились влево-вверх — туда, где у любого жителя этого мира пряталась полоса здоровья.
Обмякший труп медленно накренился вбок, но Дубль не дал тому упасть. Залез ладонью под рубашку, пошарил с секунду, что-то нащупал и дёрнул вновь, после чего потерял всякий интерес к покойнику.
— Понятно, — лаконично изрекла кукла, изучая поднятый над головой амулет.
Обагрённое украшение маняще блестело на свету и маятником качалось из стороны в сторону. Оно изображало перекрещенное оружие.
Меч. Лук. Копье.
— Церковь Трёх Героев… — мозаика в голове Сильви начала складываться.
— Ч-чудовище! — дал петуха один из слуг, обвинительно тыча пальцем в сторону куклы. — Оно человека убило! Убило! Спасайтесь кто может!
Тот самый юнец, который следил за ними в самом начале. Курогане вскочила на ноги.
— Послушайте! Всё, что здесь происходит — проделки Церкви Трёх Героев! Вас обманывают!
Она не была услышана. Все уже подхватили идею, озвученную официантом. Никому не было дела до подоплеки. Перед ними был монстр, у его ног — два мертвеца. И размахивающая религиозным символом девчонка ни коем образом не могла повлиять на испуганные умы.
— Планы меняются. Подними свою палку, — приказал Артём.
— Н-но…
— Живо.
Полукровка подчинилась. Было откуда-то понимание, что сейчас возражать лучше не стоит. Её снова водрузили на плечо и куда-то потащили. Окружающая действительность менялась с тошнотворной скоростью. Когда Дубль без предупреждения взмыл ввысь, Сильви и вовсе чуть не потеряла сознание от перегрузки. Через полминуты она была на свежем воздухе и слушала хлопки крыльев. Макушка сразу же намокла.
Прогноз Артёма оказался правдивым — дождь.
И минуты не прошло, а её уже затащили в какой-то сарай близ особняка и швырнули на соломенную подстилку. Рядом, давясь слюной и слезами, сквозь кляп мычала Рафталия.
— Что всё это значит? — прокряхтела девушка, силясь не дать просящемуся наружу завтраку подступить к глотке.
— Присмотришь за ней, пока я не вернусь, — кукла собралась на выход.
— Стой! Вы же вдвоем там не справитесь! — Дубль остановился. Решительность Сильви утекала так же, как по её подбородку стекали дождевые капли. — Может я… смогу как-то помочь… и…
— Ты уже достаточно сделала. Для тебя потом будет подходящая работёнка, с которой ты точно справишься. Пока я не вернусь — не высовывайся.
Последние слова вовсе не отдавали похвалой. Дверь в сарай с захлопнулась с грохотом и протяжным ноющим скрипом. Стукнул деревянный засов. Стало темно и тихо, только Рафталия приглушенно стонала и подозрительно вяло извивалась. Сильви же ощущала себя так, словно ей отвесили с дюжину пощёчин.
***
Хакуко стоял посреди дубравы, обратив лик к чёрным тучам. Сквозь его зубы просачивались струйки горячего пара. Дождь смывал пот и грязь, а также приятно холодил изодранные и подрагивающие костяшки пальцев. У его стоп лежало трое избитых мужчин, и одна женщина. Последней досталось меньше всех — отделалась разбитым носом и рассеченным виском. Пусть молодой гладиатор не раз и не два укладывал женщин на песок, ему претило излишне калечить противоположный пол. В такие моменты ему не к месту вспоминалась сестра. Мальчишка с задумчивой досадой взглянул на исполосованный бок. — Задели-таки… Слух хакуко уловил приближающиеся хлопки крыльев. Рефлексы бойца заставили занять боевую стойку, даже не взирая на тот факт, что он знал лишь одно существо во всей округе, которое летало с похожим звуком. И не прогадал — Дубль мягко приземлился в нескольких метрах от него. — Ваше животное чутье не перестает удивлять. Обычный человек в дождь и ветер вряд ли бы меня заметил. А если бы и услышал, то принял за птицу. — Дождь тебя и выдал. По тебе капли стучат, как по железному ведру. А железных птиц в Зельтбуле я к счастью не встречал. Фоур посмотрел на коляску, где располагался его подзащитный. Казавшийся мертвым Герой поднял голову и разлепил веки. Вернувшись в тело, он спешно осмотрелся и мазнул глазами по тигру, особое внимание уделяя кровоточащим порезам. — Вижу, ты ранен. — Ерунда, — махнул рукой малец. — Может и ерунда, но если ты тут скопытишься, то кто будет меня защищать? Вот, — Дубль пошарил в сумке и по дуге отправил Фоуру флягу с неизвестным содержимым, — плесни на рану, затем перевяжи. Вылечил бы тебя магией, да только ману беречь надо. А Покров Маны лучше не кастовать, иначе мы тут будем сродни новогодней ёлке. — Пахнет как какое-то пойло… Что это за снадобье? — Ром. — Как знал… Пока боец с болезненным шипением обеззараживал раны, Серебряков изучал обстановку через подзорную трубу. «Спилили забор, по-тихому устранили охранников, а затем по веревкам залезли на крышу. Просто, но действенно. Всего один наблюдатель. В здании… три, четыре, шесть… разделяются. Большего отсюда через окна не увидеть…» — Твою ж… — вырвалось у Артёма. Фоур забеспокоился переменой в настроении своего начальника и поинтересовался о причинах. — Блокирующей установки не видно. Артём для чего-то принялся второпях отстёгивать свою серьгу. — Что ты делаешь? — Хочу сделать тебе предложение руки и сердца, но кольца у меня не завалялось. Перебьешься этим. — А если серьезно? — А если серьезно, то лучше не чеши языком, а пошарь в нашем барахле, найди мне зелье духа. Нет, давай два. Задний карман, справа. И быстро. Когда хакуко оперативно исполнил поручение, Артём, откупоривая пробки, мотнул головой в сторону поверженных убийц. — Они живы? — Да. Услышав честный ответ, иномирец невесело хмыкнул и в два глотка осушил каждый сосуд. — Хорошо. Тогда пора это исправить. Парня словно молнией поразило, и тот попытался обернуться волчком, дабы броситься к Дублю, но его насильно развернули обратно. Тигр рефлекторно вырвался, но его схватили во второй раз, и тогда хакуко наткнулся на решительный немигающий взгляд Артёма. — Это наши враги, Фоур. Когда они очнутся, обязательно попробуют нас убрать. Обоих. И жалеть эти ребята тебя не будут. Особенно тебя. — Но почему… — Это люди мелромаркской церкви. Они полулюдей на дух не переносят, а особенно ненавидят сильную кровь главных шильтвельтских кланов. Ты для них как красная тряпка для быка. Герой смотрел в глаза посерьезневшему юному бойцу. Тот сжал кулаки, но не перечил. Его ухо рефлекторно водило вбок, когда затрещали их переломанные хребты. Каждый раз хруст заставлял Фоурово сердце вздрагивать в такт. И пока всё не стихло, они не разрывали зрительного контакта. Лишь когда на периферии мелькнули статусные уведомления, хакуко зрачками потянулся к тексту. — Не смотри, — предостерег Артём, но опоздал. [Вы получили 10 432 EXP за содействие в убийстве Человека: 33 ур.] [Вы получили 10 664 EXP за содействие в убийстве Человека: 33 ур.] [Вы получили 11 021 EXP за содействие в убийстве Дайер: 30 ур.] [Вы получили 9 590 EXP за содействие в убийстве Нира: 29 ур.] Во время драки двое из них обращались друг к другу по именам. Так Фоур и узнал, как звали двоих убитых. Сухую сводку статуса он встретил стоически. Того требовала ситуация, да за свою жизнь уже повидал всякого. Но он не мог не злиться. На себя, за то, что он так просто это принимал. На Артёма, за то, что он даже не посмотрел в сторону убитых им людей. — Ты молодец, Фоур. Ты молодец… — мужчина почти незаметно передал сережку подошедшему Дублю и прошептал два слова: — Майнд Шифт. Марионетка естественным движением прицепила украшение, и то словно срослось с металлом. Она расправила крылья и шагнула к обрыву. Мальчишка не выдержал. — Эти четверо для тебя просто крупицы опыта, да? Кукла приостановилась, одними лишь пятками балансируя на уступе. — Нет. Это люди. Такие же как мы с тобой. И я убил их. Если и тебе придется отправить кого-то на тот свет своими руками, то советую не подменять понятия, а принимать реальность как есть. А сейчас делай своё дело. Дубль шагнул в пропасть. — Тоже мне, советчик нашелся…***
Дела у Энеля шли скверно. Спасало лишь то, что в этой буче он выступал третьим лишним; что мелромаркцы, что шильтвельтцы были увлечены в первую очередь друг другом. Всё нивелировалось тем, что он находился меж двух огней, в любой момент его могли зажать с двух сторон. Именно по указке Артёма он переместился сюда, в восточное крыло, своеобразную «ничейную зону». Здесь, на стороне Солнца, располагался ещё один двухъярусный зал, но поменьше и пороскошнее, а также несколько буферных помещений поменьше, среди которых кухни, кладовые и гостиные. И сюда можно было попасть как из холла, откуда пёрли силы Церкви Трёх, так и из северной части, где ранее находился кабинет Бартлоу, который ныне оккупировали шильтвельтцы. Невольник прятался в кухонном хранилище, среди подвешенной дичи, и про себя проклинал все, на чём свет стоит. Без геройских прибавок тело начинало подводить: выносливость уже не та, скорость и реакция — тоже; мана восстанавливалась не так охотно, а без неё внутренняя пустота тянула к земле. А ещё последствия использования проклятой силы заставляли усмирять рвущийся наружу стон и прижиматься лопаткой к холодной стене. Будто пламенное крыло вновь вот-вот норовило вырваться из плеча. Ему был необходим отдых. Хоть минута. Но минуты не было. Кто-то приближался. — Он туда сныкался! Трое с мечами наголо ворвались в помещение. Их встретила темнота и смазанные отпечатки подошв на полу. Следы тянулись к куче мешков вдалеке. Бойцы начали осторожничать; командир жестом приказал осмотреть всё помещение. Уже на подступах, один из головорезов, с почти плоской лысиной на башке, заулыбался в предвкушении. Верзила перехватил рукоять и уже приготовился колоть. От пинка мешки полетели в стороны, рассыпая крупы и соль. Беглеца за ними не оказалось — только его обувь. Мечник встал в стойку и резво обернулся. Позади стоял командир с опущенными руками, а из его затылка торчал мясницкий тесак. — Вот с-сука! — выругался напарник и взмахнул клинком. — Где он?! Скрипнула цепь. — На пол! — прикрикнул лысый, но было поздно. Его соратника сшибла свиная туша. Блеклая тень скользнула слева. Воин церкви отправил лезвие меча вдогонку, но то по дуге рассекло воздух и впилось в ещё одну свинью. Клинок застрял в кости, а перерубить полностью не хватило замаха. Мужик запаниковал, отпустил рукоять и попятился к товарищу. Роковая ошибка. Чужое дыхание обдало его затылок. Меж лопаток впилось что-то острое и изогнутое. Это был крюк, на котором подвешивали туши. Теперь подвесили его. Энель отпустил цепь только когда враг перестал судорожно шаркать кончиками носок по полу. Парень понаблюдал за болтающимся трупом, а затем вмазал по роже от души. На всякий случай. Третьего добивать не пришлось. Упал неудачно — сломал шею, когда ударился об разделочный стол. — Всё же, пустили меня в расход. Следовало ждать от неё. Так-с! — Энель подобрал с пола клеймор и пару раз подкинул, взвешивая. — Тяжелый, сука. Как раз для… тебя! Внезапный разворот, бросок вслепую. Двуручник подобно стреле на бешеной скорости летит в сторону прохода. Силуэт врага самую малость склоняет голову в сторону. С глухим стуком лезвие врезается в стену по самую гарду. — Мать честная… — с каким-то восхищением обронил Дубль, оглядывая место стычки. — Ты за каким воротился? — Энель не выглядел сильно удивленным. Скорее рассерженным. — Сильви подослала, а ты, как послушная собачка послушался? — Подумал: «парнишка в беде, спасать надо», а ты тут инсталляциями балуешься, — монотонно протянула кукла и легонько пихнула болтающееся на крюке тело. — Мгм, — парень поморщился, его всё сильнее начали привлекать раскиданные по столу ножи. Обойдя тот по кругу, Энель незаметно стащил парочку самых острых, пока Дубль увлеченно обчищал убитых. — Чего притих? — не оборачиваясь, задал вопрос Артём. — Сильви рядом нет. Мы здесь совсем одни. Вокруг бойня, всякое может стрястись, верно? Закончив с последним, Дубль выпрямил спину. Энель покрепче сжал ручку тесака, который прятал за спиной. — В таком ключе ты сейчас мыслишь. Думаешь, что я вернулся избавиться от тебя лично. Но сейчас есть задачки поважнее. Так что давай ты перестанешь корчить подозрительные рожи и прятать свои ковырялки, и мы, как взрослые люди опустим эти прелюдии. Я не буду тебя убивать. Ясно? — Так зачем ты вернулся? — после короткой паузы, Энель сдался и занял более расслабленную позу. — Закончить дело. — Но их лидера ты уже захватил. — Этого недостаточно. За её ниточки кто-то дёргает. То, что здесь произойдет будет демонстрацией того, что бывает с теми, кто тревожит мой покой. И наказанием для виновных. — Кажись… я тебя… понял. Кх-х-х… — парень не устоял на ногах и сполз вниз. Его ладонь потянулась к плечу. — Тебя задели? — Дубль присел на корточки рядом с теряющим силы Энелем. — Нет… Эта херня… Больно, чтоб её. — Ожог от Проклятой Серии? — Да… Остался после Икарус Драйва. Всегда зудит… когда чую кровожадность. Свою, или чужую — не важно. А когда кого-то убивают… начинает… жечь не по-детски. Это моё проклятие… одно из. — Вот оно что. С этим я ничего не сделаю, хилки тут не помогут. Могу только восстановить тебе силы. А то я смотрю, ты выдохся. Марионетка встала на ноги и вытащила бутылёк с энергетическим отваром из своего ядра. Пока юноша глотал сладковатый напиток, Герой зачитывал «Дыхание Жизни». По его просьбе, посвежевший мулат начал делиться сведениями. — Пока шёл сюда, положил восьмерых. Плюс трое этих. Двое гавриков из нелюдей. Эти, собаки, подготовленные, все повышенные, шестидесятые минимум. Мелромаркцы в основном сброд, но их много, и некоторые хорошо фехтуют и соблюдают формации. — Ты видел их передвижения? — Они рассредоточились. Большая часть двинула по первому этажу, счесть не мог. На второй — пошел отряд из дюжины вояк. Как ты понял, за мной ещё девятеро. И уже за ними четверо гражданских увязалось. — Не было с ними гражданских. Я их встречал. Все они — замаскированные солдаты. — Э? — Энелю не понравилось то, с какой интонацией говорил его союзник. А затем Дубль продемонстрировал ему три подвески — то были символы Церкви. Затем вручил ещё столько же, которые только-только снял с тел. — Возьми. Этим будешь разряжать электры. Если кончатся — ищи что-то железное и швыряй. Я могу танчить их лицом, но вот ты такой роскоши лишен. И лучше не старайся убегать — они всегда выбирают самый быстрый объект. А теперь прошу на выход. — Где ещё одно? — требовательно бросил Энель уже удаляющемуся Орудию. — Пардон? — Ты сказал, что врагов было четыре. Но побрякушек с собой ты притащил три. Одной не хватает. Снаружи доносились приглушенные крики и приближающийся спешный топот. Шли по их душу. Но этим двоим будто не было до этого дела. Так и продолжали буравить друг друга взглядами. Внезапно, Дубль подступил к юноше и положив тому ладонь на затылок, подтянул к себе. Их лбы столкнулись, Энель даже не поморщился, но в приступе раздражения попытался отпрянуть. На эту попытку кукла лишь усилила хват и прижала голову парня уже обеими руками, да так, что Энель понял — ещё немного, и его череп треснет, словно яичная скорлупка. — Слушай сюда. Все в этом здании — враги. Мы не можем проверять всех и каждого. В противном случае получим удар в спину. Есть мы, есть они. Третьего не дано. Ты меня понял? — Дай обмозгую… Сильви об этой твоей установке знает? — Нет. — Как думаешь… она… что она будет чувствовать, если узнает? — Она будет в бешенстве. — Тогда… — Энель осторожно подался назад и не встретил сопротивления. Его лицо стало изображать глубокое замешательство, словно в мыслях он спорил с самим собой. Несколько раз покивал, а затем вынес вердикт: — Да… да. Ништяк. Губы бывшего Героя до омерзения медленно, будто через силу, расползались в стороны в неровной трещине улыбки. — И ещё кое-что, — привлек к себе внимание Дубль. — Я допросил шильтвельтца на крыше. Никакой блокирующей установки нет. Группу магов для ритуала с ними я тоже не нашел, а один такое не провернет. Походу в этом здании сейчас находится Герой.
