La Vie Est Cruelle

— Эдвард, куда ты опять уходил этой ночью? — Откуда ты знаешь? Хайд с удивлением взглянул на Джекилла. Тот был необычно для себя мрачен и задумчив. — Я зашёл к тебе вчера, но в комнате тебя не было. Как и во всём доме, — Джекилл смерил его тяжёлым взглядом. — Где ты был, Эдвард? — А тебе какая разница? — в своей привычной манере, спросил Хайд. — Сегодня ночью пропала девушка, которая имела к тебе кое-какое отношение, — на стол перед мужчиной упала утренняя газета. Рука Хайда потянулась к бумаге. На главной странице было написано о пропаже некой Салли Такер. Он её не знал. А вот Аттерсон рассказал Джекиллу о том, кто помог ему с расследованием об убийстве Кэрью и доктор боялся очередной смерти человека от рук Хайда. — Я был с мисс Остинс, Джекилл, — с некой обидой в голосе ответил Эдвард. — С кем? — удивился Генри. — Со своей воспитательницей, Джекилл, с воспитательницей. Мы с ней уже второй раз ночью встречаемся.. — как-то задумчиво протянул Хайд. Данный факт напряг Джекила ещё больше. Он не доверял французам, но то, как эта девушка вчера усмирила Хайда ослепило его. Сейчас же проснулось подозрение. Он хотел поговорить об этом с Аттерсоном, но тот, как назло, сегодня был занят - старый адвокат обещал прогуляться с Энфилдом, потому что из-за всей этой суматохи с Хайдом он совсем перестал видеться с родственником. А ведь он говорил что-то про случай с мисс Остинс. Доктор поднял глаза, натыкаясь взглядом на машущую перед его лицом руку Хайда. — Эй, Джекилл, с тобой всё в порядке? — даже как-то взволнованно спросил он. — Прости..? — Я до тебя уже пять минут докричаться не могу. О чём ты там мечтаешь? — Ни о чём, Эдвард. Я должен сходить к Аттерсону, — решительно произнёс мужчина и направился к выходу из комнаты. — Что, ты думаешь, я убил эту девушку? — донеслось ему сзади. — Я не знаю. Хайд возмущённо застыл посреди комнаты. Это сильно задело его самолюбие. Джекилл тем временем покинул комнату и с силой закрыл за собой дверь, от чего по комнате пролетел сквозняк, сопровождаемый громким ударом. Встревоженный Пул, проходящий по коридору, удивлённо взглянул на прошедшего мимо хозяина. Старик немного потоптался на месте, а после поспешил за мужчиной, догнав его у входной двери. — Куда вы направляетесь, господин? — Пул? — доктор повернулся на голос дворецкого. — Отлично. Не своди глаз с Эдварда, — Джекилл вышел на улицу, на ходу набрасывая на плечи пальто кремового цвета. — Я должен поговорить с Аттерсоном. Скоро вернусь. Пул удивлённо смотрел на напряжённую спину уходящего доктора. Он был очень серьёзен. Таким он был несколько месяцев назад, мучимый Хайдом. Дворецкий выдохнул и направился наверх. Завтрак уже был готов, он должен был позвать Эдварда за стол, что и собирался сделать до внезапной встречи с доктором. Потому старик поднялся наверх, прошёл по коридору и постучался в дверь комнаты мужчины. Ответом ему служила тишина. Сердце старика пропустило удар. Он проглотил ком в горле и снова постучался. Никто не ответил. Дрожащей рукой он открыл дверь. Комната была пуста. Не веря своим глазам, Пул раз за разом пробегался по пустующему помещению взглядом, в надежде на неожиданное появление человека. Хайд сбежал. — Мэри! Мэри, где ты?! Валери металась по всему дому. С утра она, как и каждое утро до этого, встала пораньше сестры и принялась за приготовление еды для младшей. Однако её взволновало то, что девочка не спускается на шум из кухни, как делала всё время. Зайдя в комнату Мэри и не обнаружив там своей, пусть и не родной, но сестры, Валери ударилась в панику. Она осмотрела весь дом, даже заглянула на пыльный чердак в надежде на то, что девочка спряталась там, но помещение, покрытое паутиной с пола до крыши, было пустым. Девушка спустилась с него на второй этаж небольшого домика и остановилась у комнаты родителей Мэри. Не удержавшись порыву, она зашла в пустующую уже как месяц комнату. Она редко заходила сюда, а Мэри и подавно было запрещено, потому на всей мебели в комнате лежал тонкий слой пыли. Но вдруг.. Её здесь не было, это точно. Даже несмотря на свою болезнь, что-то останавливало девочку от входа в родительскую спальню. Это несколько радовало Валери. Мириться с тем, что девочка считает Лукаса и Берту Остинс ещё живыми, было сложнее с каждым днём. Поначалу, девушка списала всё на шок и нежелание принять реальность, но Мэри продолжала считать своих родителей живыми. Более того, она думала, что они всё ещё дома. Это не могло не напрягать. Все объяснения ребёнок пропускал мимо ушей и Валери просто смирилась с тем, что младшая сестра слетела с катушек. Она подыгрывала ей больше месяца и её собственные, уже давно потревоженные нервы трещали по швам. Долги, что отец девочки оставил после своей смерти, упали на плечи Валери непосильной ношей. Особенно, когда те, у кого занимал Лукас, пришли к девушке требовать деньги. Банальные угрозы перешли в действия, когда Эдвард застал её и Ублюдка Старшего ночью. И если неуважение к себе она ещё могла терпеть, то пропажа сестры стала последней каплей. Записка на кровати Мэри с требованием явиться к Джейкобу была скомкана и сожжена в камине. Даже не переодеваясь из домашнего платья, Валери покинула дом и направилась переулками в Акр Дьявола, желая оказаться там как можно быстрее. Салли было очень страшно. Темнота помещения, в котором она сидела уже несколько часов, звуки капающей воды и непрекращающиеся ни на секунду шаги над головой уже сводили её с ума. Потому, когда дверь подвала открылась, освещая маленькую, тесную комнату хоть как-то, она с надеждой на освобождение взглянула в дверной проём, но её мечтам не было суждено сбыться. В комнату зашёл крепкий мужчина, волочивший за собой плачущего ребёнка. Девочка, как выяснилось по одежде, была брошена на пол в угол комнаты. Она моментально забилась в него, обхватывая себя руками и тихонько всхлипывая. Мужчина же двинулся в сторону девушки и Салли сжалась в ужасе, увидев в чужих руках топор. Она попыталась отползти в сторону, царапая ладони о неровный пол и какие-то предметы на нём, но тутже получила сильный удар ногой, пришедшийся чуть ниже грудной клетки. Девушка закричала от боли, за что на неё обрушился ещё один удар, только на этот раз в лицо. Из разбитого носа потекла струйка тёплой крови и она попыталась остановить кровотечение, прижав к пострадавшей части лица ребро кисти. Из серых глаз потекли горячие слёзы. Сильная рука притянула к себе правую ногу девушки, поднимая подол порванного, грязного платья. Салли обернулась назад в тот момент, когда топор ударил чуть ниже колена девушки. Жуткий, полный боли крик женщины подхватила испуганная Мэри. Джекилл нашёл Аттерсона и Энфилда на Кавендиш-сквер. Они стояли, беседуя с полицейским, собственно, не трудно догадаться о чём. Вернее, о ком. Новость о пропаже Салли Такер быстро разлетелась по всему району, пусть он и был немаленький. Мистер Ньюкомен был серьёзен, как и всегда в своей жизни инспектора полиции Скотланд-Ярда. Он вежливо попрощался с мужчинами и отправился дальше по улице. Джекилл подошёл к родственникам. Мистер Аттерсон, увидев в каком состоянии пребывает доктор, сразу решил, что это дело рук Хайда, или, по крайней мере, он был к этому причастен. Они переметнулись быстрыми взглядами, что не ускользнуло от кузена адвоката. Тот, решив не мешать старым друзьям, сослался на дела и покинул их, пусть и был несколько расстроен короткой прогулкой. Джекилл и Аттерсон отошли в парк, чтобы им никто не помешал говорить. Устроившись на скамейке под деревом, первым начал Аттерсон. — Это дело рук Хайда? — в лоб спросил он, выжидающе смотря на мужчину рядом. — Он говорит, что этой ночью был с мисс Остинс, — поняв, что сказано это было не слишком корректно, доктор скривился. — Ему можно верить? —..Не знаю.. Наступила неприятная тишина. Казалось, что вокруг них вдруг появился какой-то вакуум, лишая небольшое пространство со скамейкой и близстоящим деревом всяких звуков. Даже свистевший до этого ветер куда-то неожиданно исчез. — Я хотел поговорить с тобой, но не о Хайде, — наконец произнёс Джекилл, решив поделиться своими сомнениями. — О чём же тогда? — удивился адвокат. — О самой Валери Остинс, — Генри серьёзно посмотрел темными глазами на всё ещё пребывающего в удивлении Аттерсона. — Про какую именно историю ты говорил, когда мы искали учителей для Эдварда? — Ах, это, — Джон задумался, вспоминая детали. — Насколько это достоверно я не знаю, но в газетах писали, что молодую пару, переехавшую сюда из Франции, кто-то убил и в живых осталась только их дочка. При чём на ней не было следов нападения. Однако, виновность девочки не признали и её отдали в приют, а уже оттуда Валери забрала семья Остинс. Но, почему ты сейчас спрашиваешь о ней, Джекилл? Доктор задумался. А ведь и вправду, почему? Искренняя нелюбовь к французам? Странное энергетическое поле, что оказалась сильнее Хайда? Или скорее тот факт, что детский учитель, являющийся молодой леди, разгуливает по опасным улицам ночного Лондона? Скорее всего последнее. Мужчина поспешил озвучить его, продолжая обдумывать каждую мысль, связанную с этой странной девушкой. Аттерсона эта слишком подозрительная деталь заставило засомневаться в репутации мисс Остинс, пусть всё и говорило о её безупречной чистоте. — Во всяком случае, нам не у кого узнать.. — в конце концов произнёс адвокат со вздохом. Неожиданная деталь жизни мисс Остинс заставила его начать сомневаться в невинности особы. Особенно если учесть, что у неё каким-то боком оказался нож Хайда. В голове Джекилла вместе с этими словами появилась мысль, от чего он даже резко встал, заставив Аттерсона нервно вздрогнуть от неожиданности. Адвокат со всей этой историей стал крайне нервным и беспокойным. — Я знаю, кого можно спросить об этой девушке! Аттерсон удивлённо покосился на него. У Джекилла будто бы открылось второе дыхание, давшее ему много сил. Доктор сорвался с места и мужчина поспешно поднялся со скамьи, отправляясь вслед за старым другом. Эдвард уже полчаса разгуливал по Акру Дьявола, обойдя почти все его закоулки. Это место произвело на него впечатление. Оно и вправду было ужасно. Именно таким, каким его описала учительница. На поясе висела дорогая трость, полученная не так давно во время поисков воспитателей. Она нравилась Хайду не только своим необычным дизайном, но и небольшим сюрпризом, обнаруженным молодым человеком абсолютно случайно. Этот сюрприз заключался в том, что эта, казалось бы обычная деревяшка для красоты, оказалась тростью со спрятанным клинком. Сей факт ужасно радовал Эдварда и с ней он чувствовал себя ещё сильнее, чем раньше. Заворачивая в один из переулков, он буквально налетел на ещё один сюрприз, уже более неприятный, чем первый. Да, увидеть здесь свою учительницу он никак не рассчитывал. Мисс Остинс, в простом домашнем платье цвета оливок, распущенными волосами и без каких-либо аксессуаров выглядела слишком непривычно для Эдварда. Девушка, едва не упав на землю, подняла на мужчину горящий злостью взгляд, желая накричать на незнакомца, но моментально узнав человека перед собой, он стал удивлённым. — Мистер Хайд? — спросила она, во все глаза смотря на него. — Что вы здесь делаете? — Это я должен сейчас спрашивать, что девушка, вроде вас, делает здесь, в столь неблагополучном районе? Да ещё и в таком виде? — вопросом на вопрос ответил Эдвард. Он стоял, смеряя взглядом девушку перед собой. Видеть её в столь открытом наряде оказалось в новинку, ведь учительница всегда ходила в наглухо закрытых платьях. А то, что сейчас было на ней, оканчивалось чуть ниже колен, что было очень неприлично для человека, вроде Валери. Впрочем, как и для любой уважающей себя девушки. Поняв, что Хайд нагло пялится на неё уже с минуту, мисс Остинс моментально покраснела, после чего с размаха дала мужчине пощёчину. Эдвард приложил холодную ладонь к заалевшей скуле, с удивлением смотря на злую девушку. Он уж было хотел едко пошутить по поводу её вида, но его перебил знакомый голос. — Как приятно снова видеть вас, ещё и вдвоём. Оба моментально повернулись в сторону говорившего человека и тут же, не без отвращения, узнали его. Высокий, темноволосый, с неприятной улыбкой на лице и перевязанной рукой. Джейкоб ни капли не изменился с той встречи в ночном переулке. Разве что оделся поприличней, чем до этого. Валери, едва увидев знакомого человека, перевела весь свой гнев с Хайда на него. В несколько шагов она оказалась около темноволосого мужчины, с вызовом смотря в нахально улыбающееся лицо. — Где Мэри? — почти прорычав, спросила она у человека. Брови Эдварда поднялись вверх даже не о вопроса, а от речи своей воспитательницы, что всё время говорила как можно спокойнее и вежливее. Покрасневшая скула неприятно покалывала, но он не обращал на это внимание. Краем сознания он отметил, что в эту скулу приходится уже второй удар и что она явно несчастливая. — Ох, Валери, а-я-яй! Как это грубо, особенно с твоей стороны, — слащавым голосом произнёс Джейкоб. — Зачем же ты так? — Куда ты утащил мою сестру?! — едва не теряя оставшиеся жалкие крупицы самообладания, вновь спросила девушка. — Она у меня дома, — тутже беззаботно рассмеявшись, произнёс мужчина. — Можешь не волноваться об этом, вы ещё увидитесь, — он перевёл взгляд с девушки на Хайда. — Эдвард! Надеюсь, ты простишь мне то, что я не узнал тебя той ночью? — Неуверен, — ответил ему Хайд, подходя ближе. До него только сейчас дошло то, что мужчина перед ним похитил ребёнка. Конечно, сам Эдвард вытворял вещи и похуже, однако умом он понимал, что дела принимают скверный оборот не только для мисс Остинс, но и для него самого. Он не собирался помогать девушке, вот только похоже, что сейчас его хотят сделать мишенью, на которую можно перевести все стрелки. А это ему решительно не нравилось. Он не станет каким-то псом отпущения из-за него. — Давайте мы с вами пойдём ко мне, — скорее утвердил, чем предложил Джейкоб. — У моего братца сегодня юбилей, отметите его с нами. А заодно и обговорим все детали, — на последней фразе он перевёл взгляд на Валери. Она злилась. Очень сильно злилась на всё вокруг, чем радовала стоящего перед ней мужчину. Её выдавали ярко выраженные не только в глазах, но и на лице эмоции. Но способность мыслить она ещё не потеряла, потому уже знала, что Мэри может не поздороваться в случае отказа. К тому же она прекрасно понимала, что неосознанно втянула в эти разборки и самого Хайда. Ответственность, преследующая её тенью с самого детства, а теперь ещё и за жизни двоих невинных людей (впрочем, по поводу Хайда она ошибается и сама это хорошо понимает) заставила её немного поумерить свой пыл. Совсем немного. Ядовитые глаза сузились, а сама девушка сжала кулаки. — Ладно. Давай поговорим.