My destiny. My mermaid

      Намджун долго молчал, изучая осьминога перед ним. Рассказ звучал правдоподобно, но...Что-то не складывалось, как думал русал.       - Если ты был учеником Жреца, то почему отрёкся от его учений и примкнул к темной магии?       - Я бы не смог выжить так, - выдохнул Юнги, ожидая этого вопроса, - потеряв облик, я потерял силы. Меня прокляли. Поэтому я не мог использовать светлую магию. Я долго блуждал среди скал и пещер, пока не нашёл мой нынешний дом: он был заброшен давно, но книга Дьявола все ещё была там. Мне просто повезло. Я смог самостоятельно изучить простые заклинания, а потом призвал фамильяра - мою мурену, которая в будущем стала мне помощником, - Юнги помолчал, а потом добавил, - чернокнижником не рождаются, а становятся. Так же и Вы, Ваше Величество. Родиться с благословением Посейдона вполне реально, а стать достойным Королем Рифа...       - Я понял тебя, - кивнул Намджун, - до последнего меня терзали сомнения.       - О чем Вы?       - Я думал, что ты - засланник Жреца. Какая разница, какими методами меня убивать. Интереснее превратить смерть в спектакль.       - Напрасно, - улыбнулся осьминог, - Джин сам хочет меня уже как 200 лет убить. Я ни за что не стану сотрудничать с ним. Жрец хитрый и коварный. Ему нельзя доверять.       - А тебе можно?       Юнги долго молчал, пока не поднял голову и громко не произнес:       - У меня нет намерений обманывать законного Короля. Страшное будущее грядёт Рифу, если Жрец встанет на престол. Я не хочу так... Он разрушил мою жизнь, уничтожил того, кого я любил, а теперь покушается на мой родной дом. Как я могу простить такое?       - И, что же мне делать? - После небольшой паузы спросил Намджун, - где прятаться?       - Есть одно местечко... - Юнги прильнул ближе к Королю и на ухо прошептал кратчайший путь до его самого невостребованного лаза: у Южной границы, прямо у ламантинового пастбища. - Прячьтесь пока там. Через пару часов я сам туда переберусь, а пока надо вернуться к Чонгуку. Берегите себя!       Только Юнги хотел уплыть, как Намджун схватил того за руку и, внимательно глядя в глаза, спросил:       - Ты разве не знаешь?       - Ч-чего? - Тон Короля заставил осьминога напрячься.       - Чонгука схватили.       Сердце Юнги пропустило удар.       - Что? О-откуда...       - Мне все-таки присягнули некоторые стражники. Эта раковина, - Джун достал из одеяния маленькую ракушку и чуть приоткрыл её, - она заговорена моим предшественником. С помощью него он связывался со своим войском в страшные часы битв, чтобы придать сил войнам. Я нашёл заклинание, пока Джина не было и заговорил вторую раковину. Она у Уёна.       - Кто такой Уён? - Прохрипел Юнги. Ему было не до дворцовых игр, все мысли были заняты Чонгуком.       - Первый воин, присягнувший мне.       - Понятно. И к чему Вы ведёте?       - Как только меня схватили бунтовщики, я услышал от них, что Чонгук во Дворце. А ракушка... С помощью этой ракушки я узнаю, когда мне можно выйти из убежища.       - Л-ладно, - голос Юнги дрожал, - б-будьте начеку...       Осьминог, даже не договорив, бросился вперёд, уже совершенно забывая о безопасности. Увидят его стражники или нет... «Он...Как он смог...Я же спрятал... Так все продумать. Великолепно, Сокджин»       Из глаз брызнули слезы. Юнги не понимал, с чего вдруг: то ли от той невероятной скорости, с который нёсся он, то ли от осознания чего-то страшного.       Юнги не мог себе простить этого. Если Джин что-то сделать с Чонгуком...       Колдун отбросил все мысли и просто плыл вперед, захлёбываясь слезами.

***

      - Я хочу ку-у-у-шать, - заныл Чонгук, падая на спину, - когда хён вернётся? Куда он вообще делся?       - Хозяин сказал, что у него есть одно важное дело, - пробурчала уставшая от гиперактивного русала мурена, - важные дела не для приставучих мальков.       - Я не малек! - Возмутился Чонгук.       - Слабо верится, - хрипло захихикала она, - без Хозяина ничего не можешь...       - Могу!       - Тогда преврати эти стекляшки в золото, - мурена кивнула на разбросанные по песчаному дну осколки от бутылки. Чонгук был далеко от них, но, повернув голову, заметил поблескивания. Долго разгадывая эти блестки на песке, русал что-то пробурчал про себя и перевернулся, подняв облачко пыли над собой.       - Это сложно! Я все ещё хочу есть!       - Ладно, - вздохнула мурена, - если отплываешь от кораллов к северу, увидишь стайку скумбрий. Поймай парочку и поешь.       - Так просто меня отпустишь? - Поднял бровь русал.       - Это близко,-махнула хвостом мурена, - сейчас светло и приближающихся стражников всегда заметишь. Не увлекайся только.       Чонгук пожал плечами и, быстро махнув хвостом, уплыл прочь. Вынырнув у северного лаза, русал осмотрелся внимательно и, никого не заметя, быстро юркнул в коралловые заросли. Действительно, Чонгук просто нашёл стайку скумбрий. Видимо, это их место кормежки. По-охотничьи сощурив глаза, русал махнул хвостом и, быстрым толчок оказался в гуще стайки, он схватил одну рыбу за хвост. Все остальные в страхе расплылись кто куда. Чонгук уже хотел насладиться едой, ведь его желудок пустовал два дня подряд, как вдруг услышал шум.       - Ты видишь что-нибудь? - Проревел низкий голос где-то справа. Чонгук напрягся.       - Нет! Давай отсюда посмотри, - ответил ему другой голос.       Русал выпустил рыбу из рук и изо всех сил махнул хвостом, просто сбегая. Его заметили? Это стражники?       Как только он дёрнулся, первый голос заревел: «ДЕРЖИ ЕГО!»       Сердце Чонгука билось как бешеное. В голове мелькала только одна мысль: «спастись». Петляя у колючих стволов коралла, русала трясло. Но останавливаться нельзя. Любое промедление равно смерти. Чонгук уже полз по дну, собирая все камни, раня себя до крови. Он шипел от боли, но продолжал плыть. Вот поворот, ещё один....Через гущу кораллов показался лаз. Чонгук, собрав все силы, сделал последний рывок и нырнул туда, в надежде спрятаться. Проплыв в глубину пещеры, он схватил мурену и попросив её немного помолчать, спрятался за выступом, что вёл в лагуну. Он тяжело дышал, все плыло перед глазами, сознание было готово его покинуть. Вдруг он услышал треск, шум, словно что-то рушилось в зале. А потом нетерпеливые голоса тех, кто пытался поймать Чонгука, что-то начали орать.       Это отрезвило русала. Он быстро прикрыл рот рукой, грудь заходила ходуном, ему просто не хватало воздуха, он задыхался от страха и слез. Мурена в руках его напряглась. Даже не дышала.       Вдруг все стихло. Чонгук, решив проверить зал, медленно набрал воздуха и, отпуская руку от губ, чуть подался вперёд.       И это была его ошибка.       В эту же секунду что-то резко потянуло его на себя. Мгновение и почувствовал сильную хватку на своей шее.       - Вот ты где, красавчик. Жрец по тебе соскучился...       - О-отпустите, - хрипел Чонгук, кулаками барабаня по хватке стражника. Его форма, его копьё, что покоилось в ножнах. Этот воин был в разы больше и сильнее русала. Безысходность сковала его тело.       - Прости, но твоя тушка очень нужна Жрецу. Слава Королю!       - Он н-не король, - шептал Чонгук, ощущая, как хватка у горла усиливается.       - Это не тебе решать, изменник!       Вдруг из-за угла, где прятался Чонгук, вылетела мурена и тараном врезалась в стражника, что держал русала. Второй же просто наблюдал за этим. Ему, словно, вообще не было интересно. Чонгук увидел боковым зрением ещё одну попытку мурены сбить стражника, но тот быстро схватил её. Больше русал ничего не видел. Услышал только громкий хруст. И, кажется, что-то медленно упало на дно пещеры.       Чонгук заплакал. От бессилия и от страха. Глаза медленно закрывались. Последнее, что видел русал - недвижимое тело мурены на песке.       А после...       После он потерял сознание.

***

      Чонгук очнулся от сильного удара по щеке. Только он распахнул глаза, как почувствовал невыносимую боль по всему телу. Кажется, даже плавники ныли. Попытавшись дёрнуться, русал понял, что связан.       - Очнулся,-прохрипел второй стражник, что гонялся за ним. Первого нигде не было, - он очнулся! - Уже прокричал «надзиратель».       В маленькое помещение, открыв несдержанно дверь, вплыл Жрец.       Чонгук замер.       - Ну, наконец-то, мой милый, ты пришёл домой, - улыбнулся Джин. Русал поднял голову. Эта улыбка. Фальшивая, за которой скрывается лишь злоба и отвращение.       Чонгук молчал.       - Где осьминог? - Уже строже спросил Жрец. Фальшивая улыбка не покидала его лица.       - Я не знаю, о ком... - русал не успел договорить, как его сильно ударили прямо в живот рукоятью копья. Тот закашлялся и, сгибаясь пополам, завыл от боли.       - Ещё раз, - в той же манере повторил Джин, - где Юнги?       - Я правда не знаю, - надрываясь, произнёс Чонгук.       Стражник замахнулся для нового удара, но Жрец остановил его жестом.       - Что ты делал в его пещере?       Чонгук промолчал. На этот раз он получил целых два удара рукоятью. И один по голове. Брызнула кровь, неприятным осадком оставаясь у потолка комнаты.       Русал закашлялся. Из глаз почти летели искры-так ему было больно, он почти ничего не слышал, кроме ужасно быстрого сердцебиения.       - Знаешь, - Джин резко схватил Чонгука за волосы и поднял его голову, - я должен был тебя убить после твоего первого побега. Думаешь, я ничего не знал? Думаешь, я не чувствую ничего? Да, ты умело прятал печатки... Но тебе не повезло... Это - мой Дворец. Все, что является моим мне и подчиняется. Ничто, слышишь, ничто не происходит с моего позволения. Я разрешил тебе поиграться, но ты зашёл слишком далеко...       - Ты... - прошептал Чонгук, - это не твой Дворец...       Пока Джин держал пленного за волосы, стражник продолжал бить его, не останавливаясь и не обращая внимания на крики и мольбы.       - Отставить! - Внезапно в помещении оказался Хосок.       - О, Хосок, - Жрец улыбнулся Стражнику, но его голос прозвучал раздраженно.       - Что тут происходит? - Голос Стражника прозвучал взволнованно. Он подплыл к Джину и замер:       - Чонгук?! Хён, что ты...       - Я наказываю того, кто этого достоин, - Джин ещё раз поднял голову Чонгука. В его руках он был словно кукла. Слезы запеклись с кровью и поднять веки было проблематично.       - Но не издеваться же!       Джин грязно выругался, от чего даже Хосока передернуло, а потом опустил чужую голову и развернулся к Стражнику:       - С этой секунды правила ужесточаются! Изменники - это грязная кровь! Они должны отмучиться, а после в муках умереть! И с тобой, - Жрец ткнул в грудь Хосока, - будет так же, если ты усомнишься в...       - В чем? - Хосок поднял раздражённый взгляд на Джина и замер. А после получил пощёчину.       - Не пререкайся, - зашипел Жрец, - ты не такой уж и неприкасаемый, каким считаешь себя, - после этих слов он развернулся к Чонгуку и снова улыбнулся:       - Я вижу браслет... Тебе недолго осталось в обличии русала. Я приду вечером, надеюсь, ты не сдохнешь раньше моего прихода...       С этими словами Джин вышел. За ним последовали другие стражники, которые просто проигнорировали своего капитана. Хосок, держась болезненно за щеку, поднял взгляд на разбитого Чонгука. Они долго смотрели в глаза друг другу. Они молчали.       Хосок увидел что-то, что блеснуло в глазах русала, а потом тут же погасло. Ему было больно, Чонгуку было больнее. Но почему этот русал сейчас так на него смотрит.       Говорят, глаза - рассказчики в сотню раз лучше, чем мы сами...