Возможности другой жизни

      Я слышу голос, хотя скорее неразборчивое бормотание. Мне кто-то нашептывал на ухо, но что именно я всё никак не мог разобрать. Я попытался посмотреть кто и через муть в глазах увидел размытый, но такой знакомый силуэт. Моя память била меня по рукам каждый раз, когда я пытался вспомнить, кому принадлежит этот силуэт.       — Вспомни наше обещание, — вдруг я отчетливо расслышал голос, но ответить не получалось — мой рот был немым.       Я почувствовал тепло и начал чувствовать своё тело. Силуэт стал растворяться, а картинка темнеть. Недавние события бурным потоком пронеслись в сознании. Макар. Новенькие. Побег Андрея.       Как только я открыл глаза утренний свет безжалостно ударил в них. Зевнув, я попытался встать и понял, что на мне что-то лежит. Повернув голову я замер: около меня тихо сопела Миса. От недоумения я уже хотел скинуть её с себя, но смог сдержаться. Длинные черные волосы веером рассыпались по подушке, ярко-розовые губы напоминали спелое яблоко, один лишь тусклый синяк на шее, будто от чьих-то рук, выбивался из этого праздника красоты. Опомнившись я смущенно перевёл взгляд и с облегчением вздохнул — жизнь с Макаром заставила меня спать в одежде. В свою очередь на Мисе была точно такая же — как и моя — белая майка и легкие шорты. Наконец я решил тихонько потрясти её за плечо.       — Миса, что ты забыла в моей комнате? — вдруг в дверь кто-то постучал.       — Командир, вставай давай, уже утро. У тебя же дверь была открыта, что случилось?! — это был Макар… И что теперь делать? Если он увидит Мису…       — Да, всё в порядке. Иди, сейчас оденусь и тоже выйду.       — Точно всё в порядке?       — Да, да, не волнуйся.       — Ну ладно, я тогда у себя в комнате буду, — ну вроде пронесло, теперь надо что-то делать с ней.       — Миса, вставай, — от попытки потрясти её сильнее она лишь обняла меня за пояс.       — ▋▋▋▋, дай поспать… — от её слов у меня нервно дернулся край губы, а в череп будто засунули пару ржавых лезвий и потрясли.       — Миса, кто это? Вставай! — на меня посмотрели её мутные глаза и после недолгой паузы она вмиг покраснела и отвела взгляд.       — Ты… Ты это… Прости… Пришла к тебе, так ещё… — она смущенно закуталась в одеяло и быстро переводила взгляд то на меня, то на пол.       — Почему ты пришла спать ко мне? — я попытался засунуть руку под подушку, что бы схватить револьвер, но рука в миг онемела. Незаметно от Мисы я проверил её взглядом и ущипнул — боль чувствовал, но рука, будто обретя собственное сознание, ни в какую не хотела хвататься за револьвер. В итоге я оставил идею с револьвером и не выдавал свою удивлённость.       — Ты кричал во сне… И я подумала, что тебе станет легче если я лягу с тобой. И когда я обняла тебя, ты перестал кричать, — её слова будто шли прямиком из сердца, а глаза были откровенны.       — О как… — я глубоко вздохнул и протёр лоб.       — Прости, наверное не стоило… — она ещё сильнее смутилась и ещё сильнее закрыла своё лицо одеялом.       — Всё в порядке, главное что бы об этом никто не прознал, — она не ответила, а только кивнула головой, — давай вставай и иди к себе в комнату. Я позову как на завтрак идти будем, а потом расскажешь про него.       — Кого? — она удивлённо на меня повернулась, хлопая глазами.       — А действительно… — я будто забыл что-то очень важное. — Ладно, иди к себе, — я вышел из комнаты и осмотрел коридор: тихо, никого нет, — Миса, давай выходи. Только быстро.       Она быстренько перебежала в свою комнату и скрылась за дверью, я же, выдохнув, закрыл дверь.       — Ну давай, командир, — я медленно обернулся на Макара, что сидел у меня на кровати и выжидал паузу, — объясняйся.       — Твою мать… КАК ты успел проскочить? — он довольно шмыгнул носом и посмотрел на меня ехидным взглядом.       — Ворон считать меньше надо. Так что у вас произошло? — на его лице засияла довольная улыбка.       — Я на тебя жаловаться буду за проникновение в частную собственность, — от бессилия и понимания того ЧТО весь день буду выслушивать от Макара, я сел на табуретку около стола и потупил голову.       — Жалуйся сколько хочешь, но тему то не меняй, рассказывай! — он, словно щенок виляющий хвостом, начал барабанить по кровати.       — Она просто пришла ко мне вчера и улеглась рядом, вот и всё.       — Хех. И всё?       — И всё. Доволен?       — Хмммм… — он подозрительно посмотрел на меня.       — Смотри сколько хочешь, я сам даже не понял, что она ко мне зашла. Увидел её только когда проснулся, — буркнул я в ответ и поднял руки, обозначая тем самым мою непричастность к случившемуся.       — Ладно, ладно, верю, — он встал, подошел ко мне и положил руку на плечо, — надеюсь у вас всё будет хорошо!       — Да иди ты, — я спихнул его руку с плеча и толкнул в сторону двери.       — Хехе, давай, скоро завтрак.       Заливаясь смехом он вышел из моей комнаты. Надо всё-таки закрывать дверь на замок, хотя… Что это вообще было? Сказать что я удивился — ничего не сказать. Может… Она в меня влюбилась? Та самая легендарная любовь с первого взгляда? Черт его знает, всё может быть, надо будет посмотреть на её действия. Но почему я не проснулся, когда она ко мне пришла? Я почти всегда встаю, если ко мне заходит Макар, а она даже легла ко мне. Вдруг из моей рации начал доноситься голос Николая.       — Доброе утро Алес, ты меня слышишь? — его голос был очень уставшим и подавленным.       — Да хорошо слышу, вы вернулись?       — Да, похоже на то. Созывай всех на улицу, у меня для вас объявление.       — Так точно, — я вышел в коридор, набрал воздуха побольше и крикнул, что было воздуха в легких.       — ПОДЪЁМ!       — Да чего орать так? — вылез из своей комнаты Макар.       — Что случилось? — показался Джозеф.       После него вышла и Миса, которая сразу отвела взгляд, увидев меня. Андрей и Теллур не вышли. Ну не мог же Андрей опять сбежать?       — А дверь кто-нибудь откроет? Я в туалет хочу! — послышались недовольные крики Андрея из запертой комнаты.       — А точно…       После операции по вызволению Андрея из комнаты и дальнейшему конвоированию его в туалет я направился к Теллуру. Дверь была закрыта. Благо Николай дал мне вторую связку ключей на подобный случай. После небольшой манипуляции мы оказались у Теллура. Он спал.       — Разбуди его, как ты любишь, — отдал я приказ, который приравнивался к экзекуции в случае выполнения его Макаром.       — Будет сделано, — он взял из своей комнаты подушку и хорошенько вмазал по лицу Теллуру. Сработало отлично, но вот Макар не собирался останавливаться на этом и начал кричать на него, — ВСТАВАЙ! БЫСТРО! НАС АТАКУЮТ!       Теллур был в растерянности, даже вскочил и начал быстро одеваться. Шалость Макара начала переходить в издевательство и я схватил подушку.       — Всё, хватит. Теллур, успокойся, никто не атакует, — Макар замер на месте и посмотрел на меня.       — Что? — я прищурил глаза и посмотрел на него, отведя голову немного в сторону.       — Впервые вижу, что бы ты улыбался. Ну конечно, после такой ночки… — я закрыл ему рот, а щёки заполыхали.       — Никому, понял? — Макар кивнул.       — Что? Что происходит? — Теллур замер, так и не надев футболку.       — Подъём, вот что. Будешь долго спать, будет будить Макар, — он злобно посмотрел на Макара, а тот сделал туповатое лицо и глупо улыбнулся, из-за чего я почувствовал, как по моему лицу ползёт улыбка. После того как он оделся мы вышли в коридор. — Значит так, приезжает Николай. Он приказал нам ждать его на улице, так что выдвигаемся, — никто из ребят не горел желанием куда-то выходить, а Андрей вообще стал что-то бубнить под нос, — на улицу, живо!       Командирский тон сам вырвался у меня из груди. Макар, услышав метал в моём голове заулыбался, а Миса как-то особенно сильно вздрогнула. Мы вышли на улицу и через несколько минут показались грузовики с незнакомыми людьми, одетые не в привычные нам камуфляжи, а в лабораторные халаты и гражданскую одежду. Вскоре показался сам Николай и пошел к нам.       — Я сам с ним поговорю, — обратился я к ребятам и пошёл к нему на встречу.       — Даров Алес, — он докурил сигарету и бросил себе под ноги. Синяки и красные глаза выдавали ночь без сна.       — Здравия желаю командир, — я по привычке отдал честь, после чего засунул руки в карманы.       — Ну что, ничего не произошло пока меня не было? — он хитро посмотрел на меня, будто уже знал о побеге Андрея и выходке Мисы.       — Ну-у-у, потом расскажу… А что это за гражданские? — я кивнул в сторону важных очкариков, что гоняли бывалых военных как полковники сержантов.       — Это? Это спецы из Министерств здравоохранения и обороны, пришли обучать и изучать вас, — он внимательно всмотрелся в разгружаемые ящики и растянул губы в недовольстве.       — Что?       — Приехали изучать и обучать вас, — дословно повторил Николай.       — В каком плане изучать?       — Уже забыл, что я вчера говорил?       — Никак нет. А обучать-то чему? — Николай перевёл взгляд с грузовиков и пристально посмотрел на меня.       — Что-то ты с утра какой-то активный. Школьную программу проходить будите.       — Серьёзно?       — Нет конечно! Вас ждёт боевая подготовка, — он дал мне не сильный щелбан в лоб.       — Понятно… — Николай усмехнулся, но тут же улыбка сошла с его губ, будто он вспомнил о своей привычной невозмутимости.       — Так, а что у вас случилось?       — Это уже с глазу на глаз, — я показал пальцем в командный центр.       — Ладно… Макар, проведи тогда новеньких в столовую завтракать и ждите там. Алес, идём, — Макар повиновался и, махая руками и что-то вскрикивая, начал загонять стадо новеньких в столовую. Мы же зашли в центр, — так что такого серьёзного стряслось?       — Вчера вечером новенький пытался сбежать, — командир всё время слушал меня с серьёзнейшим видом и нервно держался за рот, но когда я договорил Николай лишь разочарованно вздохнул.       — Ожидаемо.       — Вы предполагали, что кто-то сбежит, но не дали знать? — удивление быстро сменилось злобой.       — Ну, я решил посмотреть как ты с этим справишься, ведь в будущем именно ты будешь командовать ими. Дай угадаю, пытался сбежать Андрей? — Николай говорил так, будто не случилось ничего серьёзного.       — Так точно. Как вы узнали?       — У него на лице было написано: «я не хочу быть здесь.» Но стоит отдать тебе должное, сейчас его взгляд переменился. Так где ты его поймал? — мне ничего не оставалось, как вздохнуть и смириться с действиями Николая.       — На ангаре, но в результате мы проломили крышу и грохнулись, все целы, только вот дыру заделать надо. Никто кроме меня, Макара и Андрея не знает об этом.       — Молодец. Я думал ты с ними долго будешь возиться, а уже нашёл общий язык.       — Спасибо, — хотя похвала никак не помогала мне справиться с возмущением.       — Это всё? Больше ничего не произошло?       — Нет, кроме этого всё прошло спокойно, — о Мисе я не стал рассказывать.       — Ладно, раз на этом всё, слушай меня внимательно: меньше полугода вас будут готовить. Так распорядилось командование.       — Готовить к чему? — он посмотрел на меня и в его взгляде я прочёл горький ответ.       — Командование заинтересованно в вас и вашей силе. Грядёт война, это лишь вопрос времени. Уже сейчас террористический группировки вылазят как сорняки. США готовят почву, — он сел на кресло и достал голографический планшет из кармана.       — Неужели они спонсируют терроризм? — я попытался подойти поближе и увидеть, что читал Николай, но не смог разобрать ни слова.       — Да.       — Значит это они ставили над нами опыты?       — Скорее всего. Такие исследования вряд ли стали бы проводить тут, в старой Европе, но у обычных террористов нет ресурсов на подобные эксперименты, — я сжал кулак. Где-то в глубине души я был рад тому, что стал солдатом.       — Раз так, то я хочу сражаться. Хочу им отомстить.       — Я понимаю твои чувства, но пока рано. Вы не готовы. Тем более, пока ваша помощь не нужна, — Николай отложил планшет и посмотрел мне в глаза — у него и самого в них бушевал огонь ярости, даже больший, чем у меня самого.       — Хорошо.       — Тебе ещё выпадет шанс отомстить. На этом всё, ещё вопросы будут?       — Никак нет.       — Тогда идём в столовую, думаю нас уже заждались.       В столовой Макару удалось разговориться с Теллуром, будто последний забыл сегодняшнее утро, Андрей с Джозефом молча если, посматривая по сторонам, а Миса сидела вдалеке от всех и вяло перемешивала кашу, смотря в окно.       — Всем привет ещё разок, — мы подошли к ним с подносами.       — Здравствуйте дядь Николай! — обрадовался Макар.       — Здравствуйте, — уверенно сказал Джозеф.       — Здравствуйте… — недовольно протянула Миса и разочарованно посмотрела на него, но, заметив меня, улыбнулась. Теллур и Андрей ничего не сказали, а только нахмурились.       — Точно… Так народ, у Алеса есть для вас информация, которую он обязательно вам расскажет, — Николай поставил поднос и собирался уходить.       — Чего? А поесть?       — Вспомнил о срочном деле, разрешаю съесть, тебе надо набираться сил, — не успел я моргнуть, как он ушёл из столовой. И так каждый раз… Я вкратце рассказал ребятам суть дела и их лица нахмурились.       — Выбора у нас всё равно нет? — один только Джозеф оставался непоколебимым и расчетливым.       — Походу. Сейчас свяжусь с Николаем, спрошу что нам дальше делать. Приём, Николай, слышно? — я достал рацию и попытался связаться с командиром.       — Да, что такое? — на заднем плане слышался гул вечеринки.       — Что нам сейчас делать?       — Получше предлога меня отвлекать не нашел? Идите на полигон знакомить новеньких с оружием, — в тот же момент он выключил рацию. Не ожидал я от него такого…       — Вы сами всё слышали, — ребята переглянулись.       — О! Нам дадут пострелять? — Теллур как-то подозрительно оживился.       — Да, дадут. Только если будешь следовать правилам и никому ничего не отстрелишь, — через пару минут мы были на полигоне. Слава богу дядька Яр был на месте, — дядь Яр, у меня к вам новенькие, расскажите и покажите им, что тут да как…       — Нас с командиром Николай вызывает. Снова какое-то срочное дело, — Макар перебил меня и незаметно ткнул локтем в бок.       — Ц, решил мне этих птенцов сбагрить? Ну я ему сейчас всё выскажу! — Яр уже собирался достать рацию, но я успел вмешаться.       — Он вчера говорил, что поедет с нами на операцию, так что о новеньких не кому больше позаботиться, — Макар удивлённо посмотрел на меня, а я лишь напряженно сглотнул, проверяя у себя в голове правдоподобность сказанного. Яр лишь раздраженно вздохнул, но не стал ничего спрашивать, развернулся на новеньких и быстро прошёлся по ним взглядом.       — Значит так, молокососы, я — Ярослав Михайлович Харитонов, но можно просто дядька Яр, буду отвечать за вашу огневую подготовку… — пока Яр отвлёкся на новеньких мы быстро покинули полигон.       — Да, голова ты командир, голова, — смеялся Макар.       — Да хватит меня уже командиром постоянно звать.       — Та-а-ак. А чего это вы не на полигоне с остальными? — из-за угла к нам вышел недовольный Николай.       — А-а-а… Ну тут такое дело… Я просто пистолет в комнате забыл, вот идём за ним, — всё-таки Макар врать не умел.       — Опять за старое? Ну ничего, всё равно вы оба мне как раз сейчас нужны, — он посмотрел на нас так, будто мы сейчас будем выкапывать свои же могилы, — помните я говорил вам, что сегодня едите на операцию? Так вот, собирайтесь, через 30 минут встретимся у ворот, — Николай быстро ушёл обратно.       — Сглазил ты командир, сглазил… — буркнул Макар не довольно пошёл в комнату. Я глубоко вздохнул и пошёл следом.       Уже в комнате я думал, что мне следует взять собой в больницу: Николай ничего не говорил о сроках, поэтому я решил ограничится парой вещей и сменными трусами с носками. На дне комода внезапно обнаружились старые потертые жетоны с выгравированной головой волка и именами: Афина, Ефим, Мира, Кира. Имя на пятом жетоне разобрать не удавалось.       Когда я только взял их в руки меня будто поразило током, голова заболела, а к горлу подступал ком из беспричинной тоски. Сердце подсказывало мне сохранить их — будто это очень важная вещь из прошлого. Так я и поступил — положив в скрытый карман моей черной ветровки.       Наконец закончив я вскинул на спину сумку и вышел в коридор, где уже стоял Макар с забитым рюкзаком.       — А что у тебя там?       — Еда.       — Ты серьёзно? Зачем столько.       — А вдруг нас кормить не будут? А даже если и будут, по рассказам лучше умереть во время операции, чем есть это, — я недоверчиво посмотрел на него.       — Ну ладно, дело твоё, — через пять минут мы стояли у ворот.       — О, вы уже тут? Ладно, запрыгивайте, — Николай стоял около новенькой лады.       Мы зашли и на удивление салон был отделан богато: всё затянуто кожей, стёкла тонированные. Мотор загудел, как полумёртвый мангуст и мы поехали.       Все молчали, а впрочем о чем было говорить? Николай что-то искал в своём ноутбуке, а что именно, я видеть не мог, поэтому просто смотрел в окно. Пейзажи цветочных полей сменяли насыщенные зеленью леса. Я решил посмотреть на Макара: он уже уснул. Я решил последовать его примеру и уселся поудобнее. Через пару минут меня и самого укачало.

***

— Тогда, готов ли ты пожертвовать своей судьбой и обещать, что останешься человеком?

      — Алес, вставай, приехали, — глаза мгновенно распахнулись, дробя остатки сна сначала на мелкие осколки, а после в пыль, что просачивалась из сознания, как песок через пальцы.       — А, что? — меня за плечо тряс Николай.       — Вставай приехали.       — А, понял. Макар, подъём, приехали, — я толкнул Макара, из-за чего он проснулся.       Мы вышли из машины и пред нами предстала богато отделанная, пяти этажная больница с надписью «Парабиоз». Николай приказал идти за ним и мы вошли во внутрь. Больница бурлила, по ней бегали медсёстры и санитары. Николай шепнул что-то вахтёрше на ухо и она сказала нам идти куда-то в конец больницы, где нас будет ждать ассистент хирурга. На месте нас ждал молодой мужчина, что говорил с медсестрой, но, заметив нас, что-то ей сказал и она поспешила в операционную.       — Значит они? — сказал он командиру и посмотрел на нас.       — Да, — Николай посмотрел на нас каким-то сочувствующим взглядом.       — Хорошо, кто первый? — мужчина говорил холодно, словно у него каждый день была очередь из таких же пациентов, как и мы.       — Я первый! — вдруг вызвался Макар. У меня было какое-то страшное предчувствие.       — Идём, а ты подожди пока здесь. Николай, вы с нами.       Они скрылись за дверями, а я сел на кресло неподалёку. Время шло чертовски медленно — я успел рассмотреть стены, потолок и мебель. Даже стал листать журнал, лежащий на столе предомной, как вдруг из-за двери послушались крики Макара. Я хотел было ворваться во внутрь, но перед моим носом открылась дверь и из-за неё вышел Николай, остановив меня.       — Какого черта?! ЧТО ПРОИСХОДИТ?! — забыв о субординации и вежливости я схватил его за рубашку.       — К сожалению, на тебя с Макаром обезболивающие действуют не полностью, — Николай даже не замечал, что его удерживали за воротник.       — Почему?! — я отпустил его и хотел войти в операционную, но получил в челюсть от него.       — Всё дело в бактериях, но Макар сделал свой выбор — всё равно согласился на операцию, несмотря на боль. Нам остаётся лишь ждать.       Я, стиснув зубы, сел обратно. Крики Макара рвали мне уши… Размытые, но не менее ужасающие картины прошлого вдруг начали всплывать у меня в голове. Я закрыл уши руками, но всё равно продолжал слышать крики моего друга. Картины из прошлого становились всё яснее и яснее, а голова уже была готова разорваться. Застоявшийся запах плоти в хирургической, заляпанные кровью скальпели и парализующий страх. Я вспоминал ужасы прошлого.

***

      Через некоторое время крики Макара закончились. Я опомнился и разжал уши, около меня сидел Николай. Его кулак был в крови, а плитка напротив была разбита.       — Что с Макаром? — первый самопроизвольно вопрос, что вырвался у меня.       — Видимо закончили, — отчеканил Николай и хотел закурить, но вспомнил, где находится, и, цыкнув, спрятал пачку обратно в карман. В этот момент из хирургической два санитара на тележке вывезли Макара. Я сразу кинулся к ним.       — Что с ним? Он порядке?! — каталка задрожала от моего столкновения с ней: Макар лежал без сознания, но сон не давал ему облегчения — он постоянно корчился от боли.       — Юноша хорошо перенёс операцию, — вдруг послышался ответ на мой вопрос из входа в хирургическую. Я посмотрел в ту сторону. Там стоял высокий мужчина с длинными черными волосами, завязанными в хвост, с пробивающейся сединой. Видимо это он оперировал Макара, но что-то мне подсказывало, что я хорошо знаком с этим человеком.       — Как всё прошло? — спросил его Николай.       — Всё хорошо, мальцу ничего не угрожает. Скоро пойдёт на поправку. А теперь твоя очередь, — он показал на меня. Я сглотнул, а в висках застучало.       — Х…хорошо.       Мы зашли в предоперационную, где медсестра попросила меня раздеться. Через стеклянные двери была видна и сама просторная операционная двумя столами, один из которых до сих пор вытирали от крови. В мозгу сразу всплыли образы экспериментов, которые на нас ставили, из-за чего меня чуть ли не стошнило.       — Алес, всё в порядке. Это не лаборатория, — Николай положил мне руку на плечо из-за чего мне полегчало.       Превозмогая стыд и страх я разделся и медсестра повела меня во внутрь. Перед тем, как лечь на операционный стол, я обернулся на Николая, который поднял над головой кулак и кивнул. Я усмехнулся, набрался храбрости и разлегся на столе животом вниз. Врач тем временем смотрел на меня с какой-то подавленной тоской: его суровый взгляд пытался задушить все порывы к сочувствию ещё в зародыше — словно отец, грозно смотря на напакостившего сына.       — Значит так боец, сейчас тебе в спину будем вживлять датчики и крепежа, операция не из приятных, так ещё и обезболивающее не действует. Ты будешь чувствовать всю боль, и терпеть её будет невозможно. Ты согласен? — невозмутимым голосом спросил он меня. Давать на попятную было уже поздно, жребий был брошен.       — Да, я согласен, — а тот же момент я дал обещание себе и Макару, что выдержу это.       — Отлично. Жанна, начинаем, — ко мне подошла какая-то высокая женщина в маске и шапочке и начала вводить мне какой-то препарат внутривенно. Страх начал отступать, легкая дрожь унялась, а в голове воцарилось неестественное спокойствие.       Стол наклонился, операция началась. Доктор попросил скальпель и на моей спине появилось адское жжение — мне на живую разрезали спину. Боль охватила всё тело. Я стиснул зубы, казалось, что я вот-вот их сломаю. Я чувствовал, как мне отодвигают кожу со спины и начинают копошиться в ней. Доктор был не особо нежным, но он делал всё быстро, из-за чего было ещё больнее.       Боль прекратилась, но вслед я почувствовал, что мне в спину засовывают какую-то штуку с проводами. Казалось, у меня на спине расцвёл ужасный цветок чистой, первозданной боли, что отдавал свои корни из проводов к каждой мышце на моей спине и шёл всё глубже и глубже к спине. В агонии я попытался выбраться и выгнулся, но меня прижали к столу многочисленными ремнями — нельзя было даже руками пошевелить. Заметив мою тряску, доктор стал торопиться, из-за чего очередная волна неимоверной боли окатила моё тело.       Я чувствовал, как к моему спинному мозгу что-то подсоединяют — сотни или даже тысячи мелких, как нити, проводов пронзили его. Тело судорожно началось биться и вдруг перестало реагировать на любые манипуляции врача. Стоило ему немного подвигать нити, как тело снова стало лихорадочно трястись. Наконец, закончив проделывать эту манипуляцию, он глубоко вздохнул и стал зашивать рану — пронизывая острой иглой сначала мышцы, а затем и кожу, но даже после этого я чувствовал нити, что были у меня глубоко внутри и что-то твердое, оплетающее позвонки.       — Так боец, с датчиками закончили, ты ещё с нами? — я попытался ответить, но вырвался один лишь хрип. — Отлично. Теперь дрель.       От его последнего слова у меня началась паническая атака. Звук работающей дрели разрывал мне мозг, всё моё тело молило о пощаде, остановить эти страдания. И вот он начал просверливать мне оголенные лопатки, дрель входила всё глубже и глубже в моё тело, превращая мои кости в кашу. Закончив, он начал доставать куски костей из моей плоти и засовывать туда цилиндрические металлические крепежа. После он повторил ту же операцию на моих ногах и позвоночнике. К этому моменту боль затуманила сознание и, не выдержав, я отключился.