Возможности другой жизни

      … огонь…       … падающая крыша…       … запах дыма, смешанный с чем-то очевидным…        Я же знал, что рискую всем. Я же знал, что всё не может закончится хорошо.        Я же знал, что кто-то погибнет, но совершенно не был готов к этому.        Стена завалилась и в небо подлетело бесчисленное количество искр.        Лишь один воспрос был у меня в голове:

       Это моя вина?

       Я проснулся не в поту, не с криком, как было бы раньше. Просто открыл глаза и даже не поморщился от солнца, что светило через окно «Тигра». Вчера, после разговора с Амоном я вместе с Моникой вернулся обратно, но увидел грустную картину: Андрей, как раскачанный маятник, то братовался с бойцами Тамерлана, чуть ли не целуясь с ними в пьяные уста, то снова начинал драку из-за какого-то пустяка; Джозеф, долгое время угрюмо выслушивая какого-то ветерана и просто кивая головой, оживился от предложения пострелять по бутылками и вскоре все похватались за оружие, услышав звон выстрелов и трекс разлетающегося стекла, а Теллур… Ну Теллур уже давно лежал в отключке, где-то на диване внутри базы. Не было видно только Яра и Тамерлана. Как мне объяснил Митяй, что присматривал за нами, сейчас у них Тет-А-Тет и скоро они должны вернутся. Так и вышло.        — Ну что вы тут? — пришёл к нам Яр. Краснота с щек, носа и ушей уже прошла, а глаза были ясными, будто он не залил в себя недавно два литра водки. Что за суперсила у них?        — Когда мы возвращаемся? — он удивлённо посмотрел на меня.        — Чего ты так обратно рвёшся?        — Хреновое предчувствие, — первое, что придумал я. Яр почесал репу, выдохнул и посмотрел на ребят.        — Эй, чемпионы литрбола, собирайтесь. Пора бы нам возвращатся, — Андрей сразу развернулся к нему, как пёс, услышавший знакомую команду.        — Чего? Уже?        — Ага, Николай нас уже заждался. Митяй, покажешь им где Тигра парканули? — последний кивнул, встал и махнул рукой. — Погоди, а где четвёртый?        — Теллур проблювался и его отвели внутрь, — заключил подоспевший Джозеф.        — Алес, — Яр даже не намекал.        — Ц, ладно, щя.        Я метнулся внутрь и чуть ли не на пороге увидел Теллура, развалившегося на диване гостинной. Попытки разбудить никак на него не работали, а щипание и легкие щелбаны вызывали лишь недовольное бормото-мычание. Оставалось только взвалить его на себя и потащить на улицу, благо на удивление он оказался легким.        — Макар… — сквозь его бесвязный бред пробилось имя и я сразу одумался: не я один хочу спасти Макара, так имею ли я право забирать у них возможность спасать его? — Забирай Лейлу и… Уходи.        — Кто такая Лейла? — я остановился и посмотрел на Теллура, тот уже проснулся, а по его щекам текли слёзы.        — Я не знаю, — и его лицо подтвержало это, — будто это не мои воспоминания. Их будто вживили мне…        — Всё, тише, я спрошу потом у Моники, может она знает чего, а сейчас пошли, время возвращатся на базу.        — Хорошо… — промямлил он и пошёл сам.        Я же пытался дать хоть какое-то объяснение его словам. К сожалению подходило лишь одно, и оно меня невероятно пугало.        «Стоит запомнить это имя,» — сказал я про себя и вышел из здания вслед за Теллуром, где нас уже все ждали. Даже Тамерлан уже прощался с Яром.        — Вот и главный пьянчуга, — засмеялся Андрей.        — Да иди нахер, я хотя бы стол своей тушей не проломал, — Теллур показал на стоявший у стены проломленный стол. Андрей сразу нервно засмеялся.        — Ну что, — подытожил Тамерлан, — давайте, с богом. Алес, ты присматривай за Яром, — он кивнул в сторону нашего водителя и тот раздраженно улыбнулся.        — Хах, хорошо.        — Ещё увидимся.        — Ага.        Яр уже хотел стартовать, но я начал хлопать по капоту, не найдя кое-кого в салоне. Этот кое-кто всё ещё стоял неподалёку и смотрел на меня как хатико.        — Моника, чего ты там стоишь? Прыгай в машину! — в этот момент все замерли.        — Ты собирашься её брать с нами? Зачем? — спросил Андрей. Джозеф сразу его тыкнул локтём в бок и поднял брови, намекая на что-то непристойное, и она оба расплылись в дукавой улыбке.        — Алес, не самая лучшая твоя идея, — отрезал Яр.        — Согласен с этим пенсионером, — от себя ещё и Амон добавил, что всунул свою призрачную рожу в открытое окно машины, — если мы собираемся идти на Д-6 вдвоём — да даже если и со всеми — лучше Монику в это не впутывать.        — Да плевать мне, Моника, ты идёшь или как? — я открыл дверь и расплылил Амона. Перед тем, как окончательно исчезнуть, он лишь засмеялся, будто знал, что так и будет. Наконец Моника радостно влетела в машину и прижалась ко мне, как циплёнок к курице.        — Алес, позаботься о ней! — прокричал нам вслед Тамерлан.        — Я уже и сама могу о себе позаботиться! — недовольно в ответ прокричала Моника.        — Ох, ну что, поехали? — спросил Яр за рулём.        — Да, отчаливаем, — ответил я.        Машина завелась и зарычала, Андрей, перелез через Теллура, натыкал в магнитоле свои любимые треки и мы поехали. Ехать было долго и уже через час ребята заснули, на удивление я тоже. Проснулся лишь тогда, когда солнце уже начало прорыватся через закрытые веки.        — Ты как? — спросил Яр, заметив моё бодорствование в зеркале заднего вида.        — Да нормально, — тихо протянул я и размял шею. Ребята спали и я не хотел их будить. — Лучше скажи ты как: водку с горла хлебать, а потом за машину садится.       — Эх, ничего ты не понимаешь в веселье. Терять-то нам всё равно нечего, так почему бы немного не дать себе уйти в отрыв? — он улыбнулся зубами и кинул на меня свой взгляд.        — Нечего… — замолк я, вспоминая семью Тамерлана. — Может не будем его втягивать?        — Кого? Тама? Я тебя умоляю — видел бы ты его в молодости. Это была та ещё адская гончая, никому бы не пожелал встретится с ним в бою в расцвете сил. Мы с ним пересеклись во время «восточной», когда была совместная операция по уничтожения одной шахидской шайки. Мы тогда с Николаем молодыми были и чуть в засаде не полегли, а он помог нам, даже не смотря на то, что был пендосовским солдатом. Ну и как-то сдружились, частенько пересекались, если в одном секторе работали. Короче не волнуйся — он нас всех переживёт, — Яр достал сигарету, открыл окно и закурил. Не то, что бы я не верил его словам, но я всё ещё собирался придерживаться плана Амона.        — А что за план вы придумали? — вдруг задумался я.       — Тамер дал контакт одного человечика, что мог бы слить инфу о Д-6, если у нас будет хотя бы общая планировка базы — это будет чудо. Но он попросил за эти сведения не деньги, а что бы мы, как дезертиры, слили ему актуальную инфу о российских планах. Хитрый гад. Приедем на базу, обмозгуем с Николаем и постараемся договорится, а Там пока собирает бойцов и перебрасывает технику через окольные пути ближе к Д-6, что бы ВС РФ ничего не заметила.       — Технику? Танки что ли? Как это разведка не заметит, как в одном месте скапливается бронетехника?       — А это, мой друг, уже сверхспособность Тамерлана. Видимо армянкой крови в нём больше, раз он договорится практически с кем угодно может.        — А откуда у него бронетехника? — Яр удивлённо посмотрел на меня через зеркало.        — А тебе-то какое дело? Списанная бронь после восточной, украденная и проданная на чёрном рынке, почти всё проходит через Роанапур. Это же долбанное осиное гнездо, — он резко затих, — кстати, о чём это ты беседовал с Жанной?       Я посмотрел в окно и задумался: стоит ли говорить это сейчас и как отреагирует Яр. После чего пробежался взглядом по ребятам, тихо сопевшим и не догадывающимся о том, сколько им осталось. Вопрос о необходимости всей предстоящей операции снова возник у меня в голове.        — Полторы недели, да? Хах, чуть больше, чем не давали пару лет назад, — подметил Амон, что резко появился вместо Андрея, сидевшего напротив.        — А тебе что диагностировали? — в этот момент он уже начал мне надоедать.        — Гниение мозга. В любом случае чем раньше ты скажешь — тем лучше. Пусть ребята сами решат, на что потратить оставшееся им время, — он похлопал Теллура по плечу, но, естественно, тот ничего не почувствовал.        — Как будем на базе, мне нужно будет всем рассказать кое-что, — наконец ответил я Яру и он выстрельнул сигарету.        — Что-то серьёзное? — с таким не характерным серьёзным видом спросил он.        — Да.        — Тогда возможно лучше не говорить, — вдруг ответил он, — они сейчас заряжены на штурм Д-6. Если там что-то, касаемо их, это может лишь сбить их настрой. Не сказать правду — не значит соврать.        — Думаешь?        — Совет старика. Опять же, если это никак не касается предстоящего дела.        Я задумался над его советом. Что Амон, что Яр были правы — вопрос лишь в том, кого из них прислушаться.        Глубокий выдох. Шины потрескивали на трассе, мотор тихо гудел, за окном проносились пустующие поля и покрытые лесом горы.       Наконец я снова провалился в сон.        Тихий шелест плакучей ивы, неохотное квакание жаб, легкий ветерок, наполненный запахом ила от небольшого озера. Я сидел на берегу с банкой пива и наблюдал за поплавком, легонько подпрыгивающим на водной глади. Внезапно раздался шелест в камышах и из него вылетело целое семейство уток, громко хлопающих по воде крыльями и крякающими на всю округу. Сразу после этого из камышей показалась змея, плывущая около берега, но заметив меня сразу ушла на дно.       Лягушки поквакали ещё какое-то время в ответ утиному шуму и успокоились, тишина вновь воцарила.       Солнце жарило, но пиво хорошо утоляло жажду и дарило так желанную прохладу. Сзади раздался шорох и я обернулся: это бы юноша с пачкой чипсов в одной руке и удочкой в другой. Он протянул мне пачку и ловко забросил удочку подальше в озеро.        — Кто дальше кидает — тот больше ловит, — гордо сказал он и присел рядом, доставая банку пива из кармана поношенных серых джинсов.       Я молча открыл пачку чипсов и положил на землю между нами, вскоре тишина нарушалась ещё и треском подобия жареной картошки. Я хотел хотя бы спросить его имя, но мой рот был немым, как и в любом другом сне. Поплавок на моей удочке утонул и леска натянулась. Я сразу схватил её и начал вытягивать улов, это оказалась маленький карасик и я с радостью показал его парню, но в мгновение ока сцена изменилась. Мы находились в богато отделанном кабинете, а парень был с ног до головы окровавлен.        — Это не твоя вина, — сказал он, пока из его рта, носа и глаз стала вытекать кровь.       Крови лилось так много, что она начала затапливать помещение, поднимаясь всё выше и выше. В какой-то момент её стало так много, что я начала захлёбываться. Воздуха становилось всё меньше и меньше, пока я не распахнул глаза и не скинул с себя Теллура, что во сне облокотился на меня и своей рукой надавливал мне на шею. Он проснулся и недовольно посмотрел на меня.        — Уже приехали? — в полудрёме спросил он.        — Ты меня придушить пытался, — я посмотрел в окно — уже было темно, а пейзаж я не узнавал.       — А, сорян, — и улёгся дальше спать, облокотившись теперь на заднюю дверь.        — Яр, — сказал я тихо, стараясь никого не разбудить, — сколько нам ещё ехать?        — Ещё часов 6-7, к рассвету должны быть на месте.       Я тяжело вздохнул и уставился в окно, спать желания больше не было.

***

       Как только мы вернулись на базу я вылетел из машины — наконец-то можно было размяться. Ребята тоже вышли, встряхивая ноги и выгибаясь в пояснице.        — Ну как поездка? — к нам вышел Николай.        — Город как был выгребной ямой, так и остался, — недовольно буркнул Яр.       — А мне вот понравилось, — добавил от себя Теллур.        — Что насчёт нашего дела? — продолжил Николай.       — Как раз это с тобой и хотел обсудить, но давай мы разгрузимся и зайдём в дом, — Яр повернулся к нам, — народ, давайте по шурику разгрузите машину, на улице уже прохладно.        — А это кто? — спросил Николай, заметив Монику.        — Это?.. — задумчиво протянул Яр и посмотрел на меня.        — Сейчас всё расскажу, — ответил я и принялся помогать ребятам переносить ящики.        Когда все ящики мы наконец перенесли и зашли в дом нас уже ждал Яр с Николаем и Костей, попивающие пиво и что-то обсуждающие. Виолла же пила кофе и стояла неподалёку.        — Всё перенесли? Молодцы, садитесь, — мы уместились на диване, — что ж, с начала: Николай, Костя, Виола — знакомьтесь, Моника. Она была раньше знакома с Амоном и… Девушкой Алеса, вот такой он у нас бабник. Она, на удивление, много знает о «Омеге».        — Здравствуйте, — дружелюбно сказала она им.        — Это конечно хорошо, но почему вы её сюда привезли? — спросил Костя.       — Это была моя просьба, — ответил я, — в конце концов она может помочь нам.       — В конце концов Алес не может быть без девушки хотя бы неделю, — засмеялся Андрей, за что сразу и получил в лицо.        — Ладно, что там с Тамерланом? — перевёл тему разговора Николай.        — Оказывается наш Алес — в прошлом герой для Тамерлана, так что тот поможет всеми возможными способами. Он уже собирает людей и даже броню обещал раздобыть, — начал Яр, — так же дал контакты одного информатора, что мог бы слить нам планировку Д-6, но вот взамен он просил не деньги.        — А что? — Николай насупился.       — Он хочет, что бы мы ему инфу о ВС РФ слили.        — Долго рассказывать, что конкретно он попросил? — Яр затих.       — Он спрашивал про «Волк-1», — теперь уже Костя и Виола нахмурились.       — Зачем она ему? — спросила Виола.        — Не знаю, но факт в том, что информация о «Волках» уже просочилась. Причём вы, «вторые», его не интересовали. Виола, ты знаешь о них хоть что-то? — она покачала головой и все замолчали.        — Единственное, что я смог узнать, так это то, что они не подчиняются ВС РФ, — вдруг сказал Костя, — я слышал о них от других солдат: их просто скидывают на вертолёте-невидимке, а по рации идёт один приказ: отступать. Я думал это легенды, пока Алес не рассказал.       — Так значит это они похитили Макара? — заключил я.       — Похоже на то и похоже они будут в Д-6, — подтвердил Николай, — Яр, скажи ему, что «первые» в Д-6 и что бы мы узнал о них больше пусть скинет нам планы здания, но ты уверен, что это не псы наш след ищут?        — Тамерлан поручился за него, сказал давно с ним знаком, — пожал плечами Яр.       — Тогда ехала. Как будут планы — тогда будем что-то решать. Пока отдыхайте, хорошо постарались.       — Юпи бля, — вякнул Андрей, хлопнул по коленям и встал, но я схватил его за руку.        — Погоди, Моника хотел рассказать о «Омеге», — не дал я ему уйти. Николай и Яр внимательно посмотрели на нас.        — Да, Алес рассказал о ваших делах и я вспомнила кое-что. Когда ты сказал, что над вами ставили эксперименты «Парабиоз», то я… Ужаснулась. Если ничего не изменилось, то генеральным директором там всё ещё является… Уильямс Кригер — отец Алеса, — все были мягко говоря удивлены, особенно я. Я просто не мог поверить в услышанное. — Ты раньше рассказывал о своём отце и его фирме. Они и вправду экспериментируют над бактериями, но до этого не ставили эксперименты на людях. А «Омега»… В какой-то момент их глава приехал к Амону и забрал Мису, когда его и Алеса не было, а когда они вернулись — исчезли, не сказав и слова. Я почти не общалась с Амоном, а Алес мне не рассказывал о нём, поэтому я почти ничего не знаю, но судя по слухам, что дошли до меня, они пошли спасать Мису и когда почти победили главу их схватил «Парабиоз».       Все задумались: это тяжело ложилось на то, что было в действительности, но имело право на жизнь, хотя на самом деле меня это не волновало. Факт того, что глава организации, что ставила на мне эксперименты мой отец — поражал. Я надел куртку и без объяснений вышел на улицу.       Голые деревья, заброшенные дома. Из-за горизонта медленно ползли серые, как дым, тучи. Видимо снег в этом году выпадет рано. Я пошуршал по карманам и нашёл свою пачку сигарет.        Последняя.        Я затянулся и подул холодный ветер.       — Чертов холод, — пробубнил я.

***

      Я вернулся в дом, все что-то обсуждали, но как только я закрыл дверь все обратили на меня внимание.       — Чего вы так на меня смотрите, просто вышел покурить, — я кинул куртку на диван и сел обратно к Монике.       — Ну раз на этом всё, то знакомство можно закончить. Подъём бездельники, пора выбить из вас всё то, что вы у Тамера наели, — расскомандовался Яр и выгнал всех на улицу.        — И то верно, пора бы ребят погонять, — подтвердил Николай, прикусил сигарету и встал, — Алес, пойдёшь?        — Вообще я сейчас хотела забрать Алеса на кое-какие исследования, — вдруг сказала Виола.        — Про стадии?        — Откуда? — удивилась она.       — Жанна мне всё рассказала, — вздохнул я.       — Так значит ты всё знаешь… Что она сказала?       — Судя по тому, как быстро я очухался после чего-то там: полторы недели, — Николай выронил сигарету из рта.        — Что значит полторы недели? — ошарашенно спросил он и выпучил глаза.        — То и значит, что мне осталось полторы недели… — со скорбью подвёл я итог.        — Но… Сука, — он упал на кровать и приставил руку ко лбу, — блять.       Мне нечего было сказать, лучше пусть хотя бы Николай знает. Он опустил голову и схватил её другой рукой, тяжело вздыхая. В такие моменты он был честен, как тогда, когда Макара оперировали: Николай снова был бессилен.        — Так значит для вас это билет в один конец вне зависимости от результата… — глубоко выдохнув сказал Николай.        — Я как раз хотел попросить тебя: если со мной что-то случится — отправь ребят к Жанне, пока не поздно. Она обещала помочь им.        — Эй, эй, эй, она же из «Омеги», — вклинился в разговор Костя, что всё это время молчал с ужасом.        — Да нихера она не из «Омеги», — объяснил Николай, — Яр, помнишь когда мы «Омегу» ещё призраками называли и впряглись в ту заварушку в офисе «Милитеха»? Я потом порылся в их базах и понял — сразу после инцидента была стерта вся инфа о Жанне и тогдашнем Мк. 4. Тогда они похитили её.        Все затихли, ожидая к чему подведёт Николай. Он сильно затянулся, видимо о чем-то задумавшись, и, выдыхая дым, поднял на меня глаза.        — Алес, ты уверен в ней?        — Да, — взвесив все за и против ответил я.        — Хорошо, — затушив бычок Николай встал, — сразу после штурма я позабочусь о ребятах. Но это не значит, что тебе можно клеить ласты. Тебя мы тоже вылечим.        — Спасибо, — я улыбнулся.        — Что ж, не знаю что у вас было в прошлом и как ты это будешь объяснять всё Мисе, но у вас есть время побыть на едине. Насладитесь возможностью, — Николай пошёл к двери, подмигнув Виоле и показав пачку сигарет Косте. Тот среагировал на неё как старый пёс на заученную команду «гулять»: с трудом, но огромным рвением поднялся с кровати и поковылял на улицу.        Виола же спустилась в подвал и открыла ноутбук. Среди кучи открытых текстовых документов и программ была одна странная, которая требовала логина и пороля, а после ввода которого превращалась в защищенный месседжер, где она начала вводить текст.        «Отчет о состоянии подопытного нуль на 29.11.2070.        Зафиксированно начало IV фазы внештатным сотрудником Жанной Домбровской у подобытного нуль. Признаков возвращения воспоминаний не зарегестрированно, о чём свидетельствуют данные биомона, но последний показывает аномальные реакции в вторичной зрительной и ассоциативной слуховой коре. Возможно место имеют галлюцинации.        Всвязи с этим подопытного следует поместить под содержание и госптализировать, во избежание последствий перехода на последнюю стадию заражения. Запрашиваю «Волков-1» для захвата цели. Более детальный доклад с текущими планами передвижения подопытного вышлю позже.        Так же высказываю своё недовольство насчёт работы полевых оперативников из Роанапура: как они смогли допустить контакт подопытного с Тихоновой Моникой Игоревной? Она вполне могла обладать информацией, что поставила бы под удар весь проект. Нам всем повезло, что она не учавствовала в операции «Нулевой час» и не знает о проекте «Кокон».        Конец отчета.»        Палец тяжело упал на кнопку Entr и отчёт отправился лично Кригеру. Виола тяжело выдохнула и посмотрела в потолок, бесконечно себя осуждая за содеянное. Выбора у неё не было — удавка на её и шею Николая была наброшена уже очень давно, а единственный способ от неё освободится было содействие «Омеге». Она одна знала насколько был бесмысленен их план штурма Д-6 и насколько на самом деле опасна организация, против которой они вышли.        Она закурила сигарету и выдыхнула дым, пока не заметила краем глаза фигуру, что стояла у двери в подвал, оболокотившись на дверную раму. Она сразу развернулась и никого не увидела, ведь Амона видел только Алес.