Hogwarts Omens

Когда Адам заснул, Кроули и Азирафель еще некоторое время лежали по обе стороны от него, словно сторожа его сон. Им было о чем подумать. Обычные человеческие тела требовали отдыха, да и в принципе, задачка для размышления была та еще. В какой-то степени, не менее сложная, чем уничтожение гримуара. Оба вспоминали Атлантиду и ее безумных ученых, и такой же блеск в глазах невыразимцев. Стоит им чуть-чуть промедлить или в чем-то ошибиться, и Пеппер отправят сначала в больницу, а потом… потом могли быть разные, но они оба предпочитали напугать себя самым худшим вариантом, чтобы мобилизировать все силы. И это еще не упоминая того, что при этом станет с Древом. Им ли не знать, насколько разные есть методы изучения, и как разнообразны и убедительны аргументы, почему нужно чудо присвоить и запереть, чтобы потом… что? В лучшем случае – оно тихо угасало. В худшем… о, одержимые, способные путешествовать по граням миров… Адам спал беспокойно, то и дело вздрагивая, Пес, свернувшийся калачиком у него в ногах, отзывался вздохом и тихонько сочувственно повизгивал. Дальше медлить не стоило. Крестные Разрушителя Царств переглянулись и одновременно нырнули в Ловец Памяти. Ситуация была странной. Не было ни нападения, ни агрессии, на Адама поток силы, хлынувший от Древа, не повлиял вообще никак, словно пройдя сквозь него, а Пеппер зацепило всего лишь краем, и при этом выжгло на редкость качественно. - Скорее всего, дело в родстве силы, - сказал ангел, в очередной раз просматривая момент прорыва, - Возможности Мара и Адама, хоть и не равны, но сопоставимы. А Пеппер… - Хочешь сказать, что Магия могла просто не заметить ее рядом с тем, кого приняла за хозяина? – нахмурился Кроули. - Возможно, - пожал плечами светлый, - Но так или иначе, с Пеппер произошел несчастный случай. - Не то, чтобы меня лично это сильно утешало, - фыркнул Змей, - Нам бы понять, как разгрести последствия. - Можно заблокировать ее дар, я читал, у магов есть способы, она останется жива, но волшебницей больше не будет. - Вряд ли Адама это устроит. - И тем не менее, это лучше многолетней комы, - ангел помолчал, но все-таки сказал то, что ни один из них произносить не хотел, - Адам может повернуть ситуацию вспять. Если ты проконтролируешь, вмешательство может быть минимальным. - Ну да, - усмехнулся Кроули, - Но это точно и окончательно поставит крест на Мировом Древе, а возможно наш мир и вовсе выбьет из сетки миров нашей Вселенной. Мы, конечно, вряд ли заметим, угасание будет постепенным, зато гарантированным. И вот знаешь, меня не особенно устраивает этот вариант. - Меня тоже, - спокойно отвечает Азирафель, отстраненно просматривая закольцованное воспоминание, - Но Адаму мы об этом варианте тоже скажем. - Да ради чего хочешь! – взрывается Змей, - Остановить Апокалипсис только для того, чтобы обречь мир на медленную агонию, мое любимое занятие. - Ты злишься только потому, что согласен со мной, - тихо говорит ангел ему в спину. Кроули нервно ходит по несуществующему пространству собственноручно созданной вселенной памяти, и звезды сияют у него под ногами. - Я злюсь потому, что у нас пока нет ни одного приемлемого варианта, - фыркает темный, резко разворачиваясь, и ангел невольно улыбается, глядя, как целая вереница звездочек рикошетит от его плеча, - Чего еще? – непонимающе смотрит на его улыбку Змей. - Я раньше тебя здесь не видел, - поясняет Азирафель, - Космос тебе идет, - Кроули усмехается и оглядывается вокруг. Пожалуй, светлый прав, тут ему спокойно и правильно. Но даже тут гениальные идеи что-то не спешат посетить его глупую голову. Он вздыхает и усаживается прямо посреди Млечного пути, как когда-то давно, на заре времен, когда любил днями напролет вглядываться в свежесотворенные туманности. - Как нам быть? – тихо спрашивает он, чувствуя, как Азирафель устраивается рядом. - Я думаю, что мы что-то упускаем, - отвечает тот, - Какой-то ключевой момент. Маленькая черная змейка вдруг из ниоткуда появляется на его плече и, вытянув головку, вглядывается в глаза. Кроли отшатывается. - Это что еще за… хрень? - Дорогой мой, - укоризненно смотрит на него ангел, ласково гладя обиженное пресмыкающееся, - Это твой тотем, который ты подарил когда-то Мару. Я привез его из Вавилона, ему понравился Ловец Памяти и он решил стать его духом-хранителем. Так что, прояви хоть какую-то вежливость к своему созданию. - Если бы это создание не сваливалось тебе на голову, я, может быть, был куда благосклоннее, - ворчит демон, с любопытством разглядывая копию своей татуировки. Та косится на него с подозрением, а потом и вовсе отворачивается, снова заглядывая ангелу в глаза. - Какие яблоки? – переспрашивает тот, хмурясь, но змейка уже благополучно ускользнула в никуда, заставив демона потрясенно проследить взглядом постепенно тающий золотой след. - Вот ведь… - бормочет он себе под нос, подозревая, что примерно так чувствуют себя алкоголики, к которым являлась белочка… но релаксировать особо некогда, им еще выспаться предстоит, поэтому он поясняет удивленному ангелу, - Этот…хм.. плод моих трудов имеет в виду, что у нас теперь, так или иначе, есть Мировое Древо с неопознанными свойствами. И, возможно, если оно навредило, оно сможет и вылечить. Надо только понять: как. - Дорогой! – ангел смотрит на него сияющими глазами, словно он опять сотворил какое-нибудь бредовое чудо, вроде спасения пары книг, - Это ведь вполне может быть правдой! - Да-да, - уныло кивает Кроули, которого сейчас куда больше занимает слишком самостоятельное творение и его потенциальные возможности. Потому что в пакостности характера этого червяка он не сомневается ни секунды. Они возвращаются в реальность и оба тут же выпадают в глубокий сон, потому что человеческие организмы иногда бывают куда сильнее возвышенных планов. Адам тихо сопит, свернувшись калачиком рядом с ними, чуть хмурясь от беспокойства за подругу. А с Пеппер… с ней в это время все было совсем не так однозначно, как можно было подумать. Тело ее тихо лежало в Больничном крыле, надежно укрытое защитным полем, рядом бдил домовик, чтобы позвать мадам Помфри, если что-то случится. На прикроватной тумбочке неярко горел ночник, и никаких неожиданностей не предвиделось. А вот ее сознание проводило время куда интереснее. Она, в своей любимой короткой алой мантии, джинсах и резиновых сапогах стояла на той самой поляне рядом с тем самым пнем, и хмурилась при виде красивой зеленоволосой девушки, беспечно сидевшей на его краю. Хмурилась не от самого ее присутствия и вида, разумеется, это было бы дискриминацией, а от того, что та – доброжелательно и с улыбкой – с ней спорила. Вернее, напрочь отказывалась соглашаться с правильностью того, во что Пеппер верила с детства. Знакомство их состоялось, когда девушка вытолкнула ее с пути какого-то ослепительного луча, как из под колес несущейся машины. Пеппер все-таки слегка задело, и теперь ее тело должно было выздоравливать, а ее сознание, как выразилась новая знакомая, пригласили в гости. Чтобы не было слишком скучно. Девушка представилась Дорогим Мирозданием, и разрешила звать себя Мирой. На что тут же получила скептический ответ на ту тему, что гипертрофированное эго – одна из весомых проблем современного общества. После чего развела руками и посетовала, что муравьем ей быть как-то не предлагали, хотя, она бы, может быть, и была рада, и предложила для упрощения жизни им обеим просто принимать вещи такими, какие они есть. Пеппс вздернула подбородок, заявив, что ни один здравомыслящий и вообще хоть сколько-нибудь мыслящий индивид не должен полагаться на чужие беспочвенные утверждения, и пошло-поехало… - Нельзя молчать при встрече с несправедливостью или притеснением! – упрямо сжимая губы, говорила гриффиндорка, - Даже если ничего не можешь сделать физически, любой мыслящий человек обязан вмешаться и высказать свое мнение! - Теория интересная, но не слишком жизнеспособная, - подумав, высказало мнение Дорогое Мироздание. - Ну конечно, - фыркнула Пеппер, - Типичная консервативная позиция! - Можно было бы сказать короче: опыт, - улыбнулась Мира, глядя на девочку с сожалением, - И совсем чуть-чуть основополагающий закон природы. А именно: ни одно, даже самое хорошее мнение не может быть одинаково истинным для всей бесконечности ситуаций. Для тебя твои теории хороши и правильны. Для девочки, выросшей в какой-нибудь кастовой традиции – это полный бред. Так же, как ее мировоззрение выглядит для тебя полным сумасшествием. Здравый подход обычно состоит в том, чтобы принимать во внимание контекст и уважать любое существо, с которым свела тебя Судьба. - Я и уважаю! – воинственно нахмурилась гриффиндорка. - Только то, что совпадает с твоей системой ценностей, - покачала головой Мира, - К примеру, я могло бы принять любой облик, но стало женщиной просто потому, что тебе так комфортнее. Не думаю, что ты так же спокойно чувствовала себя рядом с медузой, гигантским пауком или одним интересным видом разумных грибов, обитающих в одной из соседних галактик. Они общаются путем выделения телепатической слизи в….ммм… физиологические отверстия собеседника, - она усмехнулась при виде брезгливого ужаса на лице ребенка, - Для них это абсолютно бытовой процесс, и они бы совершенно точно не поняли твоего отношения. - Это они обязаны уважать мое неприятие подобного… способа контакта! - С чего бы? – удивилась Мира, - Если ты отказываешься от того, чтобы пойти им навстречу, почему это должны делать они? Ты же сама говорила про свободу и одинаковые права. - Это не касается неприемлемых вещей, - закусила губу девочка, - А обсуждение специфических сексуальных извращений с несовершеннолетним ребенком и нанесение вреда его психике, вообще тяжкое преступление! - Милая, да разве я виновато, что ты вдруг решила счесть совершенно обычное общение, вроде разговора для человека, имеющим отношение к сексу, - недоуменно похлопала ресницами Мира, - Слышала такое выражение: каждый понимает в меру своей испорченности. Тебе не кажется, что это как раз подходит к ситуации? - Нет, - упрямо стояла на своем Пеппер, - Упоминание физиологический отверстий и манипуляций, которые и ними проводятся, однозначно имеет сексуальную окраску, и.. - Например, сморкание, - мечтательно вставило пять копеек Дорогое Мироздание, - Эротика в чистом виде. Определенно. - Ты намеренно извращаешь мои слова. - Нет, милая, - Мира покачала головой, - Я пытаюсь донести до тебя простую истину: то, что ты имеешь в виду, то, что ты говоришь, то, что слышит твой собеседник и то, что он под этим понимает – четыре абсолютно разные вещи. - Неправда! Я всегда выражаюсь предельно четко. - Возможно, - кивнула Мира, - Но послушай себя, ты сказала «предельно четко», а не «понятно». Даже твои друзья зачастую не знают и не понимают значения тех слов, использованием которых ты так гордишься. Они не переспрашивают, потому что эти длинные непонятные слова ты поясняешь еще более непонятными, чем запутываешь их еще больше. Единственное, что тебе удается прекрасно донести до любого твоего собеседника – это чувство твоего превосходства над ним. И именно это ты называешь справедливым. Тем, к чему надо стремиться. - Я не… нахмурилась Пеппер, но все-таки нашла весомый аргумент, - Я не несу ответственности за уровень необразованности собеседника. - Отнюдь, - одним движением брови отбила его Мира, - Именно ты пытаешься что-то объяснить: свою точку зрения или новую картину мира. Именно ты занимаешь учительскую позицию, и поэтому именно твоя обязанность соответствовать уровню развития ученика. Если ты, конечно, хочешь объяснить, а не покрасоваться, - лукаво улыбнулась она насупленной девочке. - Немедленно верните меня обратно, - враждебно глядя исподлобья, потребовала та. - Я не могу, - вздохнула Мира, - Вернее, могу, но… в сознание ты прийти не сможешь, пока не восстановится твоя магия, но если я перестану удерживать тебя тут, на тебя свалится вся та боль, что сейчас испытывает твое тело, которую я блокирую. - Ты… что? – потрясенно распахнула глаза Пеппер. - Твое состояние сейчас похоже на состояние человека с сильными ожогами, - пояснила Мира, - Но твоя магия поставила вокруг тебя защитный контур, который невозможно взломать извне. И, соответственно, на тебя не действуют ли обезболивающие заклинания, ни зелья. Поэтому я сейчас работаю своего рода буфером между твоим сознанием и болью твоего тела. - Но.. зачем? - Потому что тебя все-таки зацепило волной силы, и частично ты пострадала из-за меня, – мягко улыбнулась Мира, - А исправлять свои ошибки – обязанность любого разумного существа с доброй волей. - И тебе не больно? - поинтересовалась девочка. - Больно, - легко признало Мироздание, - Не настолько, как было бы тебе, да и вообще у нас разное понимание боли… Но я могу это для тебя сделать, поэтому делаю. - Мне надо подумать, - решительно нахмурилась Пеппер, отошла и уселась на траву неподалеку. Тут было уже почти лето, и поляна, уже полностью восстановленная, радовала глаз сочной травой и яркими вкраплениями цветов. Бесшумно порхали бабочки, сновали деловые стрекозы, и даже пролетел, важно гудя, огромный пушистый шмель. Все было очень, очень странно…