Hogwarts Omens

Пока Пеппер размышляла, подсознательно ожидая, что Мира обратит-таки на нее свое внимание и начнет уговаривать, та, словно не имея никакого понятия о том, как взрослые должны вести себя с детьми, занялась какими-то своими странными делами. Она отошла к пню, который теперь служил постаментом для новопосаженной яблони и начала… видимо, как-то облагораживать территорию. Кстати говоря, пень теперь выглядел куда больше, чем в тот момент, когда они с Адамом занимались посадочными работами, и больше напоминал стилизованный под странное дерево бассейн, в центре которого беспечно высилось рождественское деревце Кроули, точно так же, как раньше, бесконечно роняющее бело-розовые лепестки. Сперва Мира сделала несколько кругов, обойдя пень сначала по часовой стрелке, потом против, потом как-то более сложно, то и дело меняя направление и что-то чертя в воздухе. Это было немного похоже на предрассветные танцы с огнем Бэл, но в руках у Миры ничего не было. Потом она легко перемахнула через стенку пня и стала мерить шагами уже внутреннее пространство этой своеобразной клумбы. Пеппер не видела, по чему она ступает, но теперь ее движения напоминали танец гораздо отчетливее, и в какой-то момент девочка не устояла и подошла посмотреть, что же все-таки происходит. И на долгие минуты забыла, как дышать. Внутри пня не было земли или травы, как не было ничего, что могло бы сойти за какой-то аналог почвы. Это была скорее жидкость, хотя и слишком плотная, чтобы назвать ее водой. Непрозрачная, перламутровая субстанция больше всего напомнившая Пеппер сгущенный лунный свет. Мира стояла на ней не проваливаясь, но покачиваясь, ежесекундно рискуя потерять равновесие, как на очень скользком батуте, и, тем не менее, двигалась с удивительной ловкостью, словно подобные прогулки были давно ей привычны. Она мерила пространство каким-то особым образом, словно самой собой чертя сложные пентаграммы или еще более запутанные магические знаки. Пеппер смотрела во все глаза, потому что зрелище было действительно захватывающим. Словно откликаясь на ее интерес, за Мирой на странной переливающейся поверхности начали оставаться цепочки следов, мало-помалу складывающиеся в достаточно четкий рисунок. Пеппер пока еще совершенно не была знакома с ритуалистикой и опознать связующую эннеаграмму* не смогла бы, так же, как многие вписанные в нее и окружающие ее символы. Для нее разгорающиеся под ногами Миры линии больше всего походили на многокомпонентную огранку драгоценного камня. Они с родителями в прошлом году посещали музей драгоценных камней и там, на поясняющих табличках, были расчерчены примерно похожие сложные выверенные схемы. И даже там, просто начерченные черными тонкими линиями, они потрясали своей гармонией, а уж здесь, сияя, переливаясь, занимая достаточно большое пространство… на некоторое время Пеппер потеряла возможность мыслить словами, и все ее существо захватило созерцание. Мира только улыбнулась, мельком бросив на нее взгляд. Если повезет, девочка сможет услышать себя, и поймет, насколько это ближе ей, чем идеи, которыми она так увлечена. А если не повезет, то поймет как-нибудь потом. Ну а ей сейчас нужно закончить с защитным контуром, и убедиться, что сила больше не вырвется из-под контроля, даже при самом сильном всплеске. В обычном мире в это время наступило утро, и Кроули с Азирафелем принимали раннего гостя. Вчера Поттеру улетело несколько сумбурное послание о произошедшем с уверением в относительной стабильности обстановки и настоятельной просьбой не являться раньше следующего дня. Ибо «у нас и без вас куча проблем и нестабильный ребенок, способный напрочь взорвать весь мир, который требует всего нашего внимания и размениваться на всякие идиотские пояснения мы не будем». Последнее, разумеется, дописывал демон, пока ангел отвлекся на составление зелья. В общем и целом, им очень повезло, что национальный герой был достаточно адекватен, чтобы его ЧСВ не перемкнуло от такого вот послания. Главный аврор только криво усмехнулся и пообещал себе разбудить нахалов ни свет ни заря. То есть, и хамское пожелание вроде как выполнить, и достойно ответить в том же, так сказать, ключе. Кроули спросонья на него не отреагировал вообще никак, а вот ангел уточнил причину странного выбора времени визита и только вздохнул, разливая по чашкам свежесваренный кофе. И извинился, конечно, но, поясняя ситуацию с Адамом, признал, что вчера они действительно отвлекаться никак не могли. - Была реальная угроза магического выброса? – поинтересовался многодетный отец, переживший множество подобных катаклизмов, - Самое лучшее решение: воспользоваться артефактом-ограничителем, чтобы ребенок сам себе не повредил, и дать магии выплеснуться. Это как спустить пар в скороварке, если уж скопилось давление, то… - Даааа… - мечтательно зажмурился демон, отхлебнув кофе. Его обычно совершенно не заботило договорил собеседник или нет, если его змеиной душе вдруг приспичило высказаться. В том случае, если собеседником был не Азирафель, разумеется, - Вот мне чисто с исследовательскими целями интересно, где бы потом искали ваш артефакт. И кто бы искал… После нашего мальчика. Не говоря уже о Шотландии вообще. - Кроули, - укоризненно вздохнул ангел, и перевел взгляд на Поттера, - По форме он, конечно, проявил традиционную для себя невоспитанность, но по сути всё так и есть. Если Адам потеряет над собой контроль, мало не покажется никому. - Вы впервые имеете дело с ребенком-волшебником? – сочувственно спросил Золотой Мальчик. Ангел с демоном немного помолчали. Переглянулись. И, так как время более-менее позволяло, господин Главный Аврор нарвался на удивительную и поучительную историю неслучившегося Апокалипсиса. Рассказывал на этот раз демон, вспомнивший привычку Азирафеля начинать повествование со стены Эдемского сада. И вовсе не потому, что ему не хотелось в очередной раз слушать про то, что он был «старый и вредный», просто у него структурировать информацию получалось лучше. По крайней мере – выбирать для нее подходящие временные рамки. Поттер сначала слушал скептически, потом – все более и более внимательно, и даже начал что-то там себе помечать в вытащенном из кармана блокноте. Видимо, чтобы проверить потом по архивам министерства, а может, просто, чтобы закрыть пару десятков зависших дел, необъяснимых даже с волшебной точки зрения. Вроде летающих тарелок и говорящих гусей. - А потом профессор Уизли пришла к нашему мальчику с благой вестью о Хогвартсе, - всего через час закруглился Кроули, - И прям с разгона решила промыть ему и его семье мозги на тему несопротивления. К счастью, мы успели это предотвратить. К несчастью, Адаму понравилась идея поучиться магии. И вуаля. - Любопытно… - Поттер задумчиво что-то черкал в своем блокноте, а в перерывах немилосердно грыз карандаш, - Никогда бы не подумал, что магия и религия могут быть… - он неопределенно махнул рукой, - Иметь одинаковую природу. - Их природа как раз различна, - воодушевленно начал Азирафель, но, по сложившейся традиции этого утра, был практически тут же перебит. - Но это совершенно точно тема не сегодняшнего разговора, - безапелляционно заявила Бэл, как раз вернувшаяся со своей ежедневной рассветной разминки, - Потому что на нее можно говорить бесконечно и исключительно теоретически. А у нас тут практика в двери ломится. Мне кто-нибудь расскажет, что вообще вчера произошло, и почему все стоят на ушах? Пояснения для Бэл уместились в пять минут, после чего все дружно уткнулись в тарелки с завтраком. Просто потому, что каждому нужен был перерыв на размышление. Пеппер и Мира к этому времени тоже благополучно завтракали, чем пришло в голову Дорогому Мирозданию, то есть, фруктами, булочками и медом, запивая все это богатство родниковой водой и внезапно закусывая молодыми перьями зеленого лука. Мира объясняла маленькой ведьмочке смысл своих манипуляций и заодно – схему строения и взаимодействия миров. - Уравновешенная ячейка мироздания имеет девять составляющих, - говорила она, задумчиво покусывая травинку, - Три, так сказать, слоя по три мира, и все они связаны между собой, как сообщающиеся сосуды, и для нормального протекания жизни должны обмениваться… ну, пусть будет, энергией. Чтобы обеспечить этот процесс, и нужно Мировое Древо, система связи, пронизывающая все миры. Теоретически, жизнь без нее тоже возможна. Жизнь, но не магия. Замыкание цепи, в принципе, аналогично включению электроприбора в розетку, без этого даже самая исправная лампочка не загорится. То есть, есть, конечно, встроенные аккумуляторы, но их заряд не бесконечен и тоже нуждается в подпитывании. На сегодняшний момент, Земля была отключена от источника питания почти десять веков, и оставшегося заряда едва-едва хватает на самый тусклый огонек. Теперь все должно постепенно начать выправляться, - Мира окинула все еще светящиеся линии своего чертежа взглядом, - По крайней мере, схему подключения и, - она усмехнулась, - заземления я выстроила верно. Когда можно будет пустить по ней нормальный поток силы, все должно заработать как надо. - А почему его нельзя пустить сейчас? – поинтересовалась Пеппер, с аппетитом грызя яблоко. - Потому что, - искоса взглянула на нее Мира, - В русле огромной реки, прямо за спешновозведенными воротами дамбы, перекрывающей течение, сидит маленькая девочка. И если освободить поток, ее тривиально смоет. Приходится ждать, когда придет кто-нибудь разумный и уведет эту девочку из опасного места, - она прислушалась к себе и вздохнула, - А вода, между прочим, все прибывает и прибывает. Каналы сообщения с другими мирами уже открыты, и радостно наполняются с восьми направлений одновременно. Я, конечно, пытаюсь минимизировать поток, но… времени у нас не так много, как хотелось бы… - И, - у Пеппер от продемонстрированной картины как-то разом пропал аппетит, - Что для этого надо сделать? Ну, чтобы убрать меня с пути силового потока? - Либо разорвать нашу с тобой связь, что почти невозможно сделать, пока ты без сознания, либо сделать тебя проницаемой для энергетических потоков, чтобы они проходили сквозь, не задевая. Как это происходит с твоим другом. - Адамом? – удивилась девочка, и запоздало обрадовалась, - Значит, он не пострадал? - От контакта со мной – нет, - пожала плечами Мира, - А вот от чувства вины за то, что не смог сберечь тебя… - Придурок! – воинственно нахмурилась гриффиндорка, - Он-то тут причем? Это же просто несчастный случай. - И мы все вместе будем искренне надеяться, что его крестные сумеют ему это объяснить, - зевнув, кивнула ее собеседница, - Иначе, если он разозлится или расстроится всерьез, то вполне может просто выдрать наш лепесток с корнем, и тогда уже ничего поправить не удастся, - они помолчали, а потом Мира встряхнулась, - Но нам об этом рассуждать не имеет смысла, потому что повлиять на него отсюда мы не можем. Давай я тебе лучше расскажу что-нибудь еще? - Давай! – кивнула Пеппер, - А почему Адаму не могут повредить силовые потоки? - Потому что его природа сходна с природой того, кто эти самые потоки создал, - объяснила Мира, устраиваясь поудобнее, - Давным-давно, пять тысяч лет назад, в мире не было магии, но родился мальчик, очень похожий на Адама, наделенный такой же силой… Рассказ про Вавилонскую башню и то, как всего лишь один человек «досотворил» мир, впустив в него магию, получился действительно захватывающим и похожим на сказку. Пеппер слушала, широко распахнув глаза. И про стойкость Мара, раз за разом не дающего вырваться своей силе и копящего ее для действительно важного дела, и про все величие его замысла, и про то, как первые маги изучали свои новообретенные силы, экспериментировали и учились ими управлять. Создавали артефакты и первые заклинания. О волшебных растениях и животных, поддерживающих равновесие магии. О том, как из-за глупости и честолюбия сильнейший маг был заточен в Мировое Древо, и перекрыта циркуляция силы между мирами. О том, как из-за еще одной честолюбивой глупости, он оказался освобожден, а Древо почти уничтожено. И о том, как после обрядов по его очищению и напитыванию силой, им с Адамом случайно удалось его возродить. - Из-за глупости и честолюбия? – уточнила девочка, пристыжено опуская голову. - Нет, - улыбнулась Мира, - Просто по глупости. Без честолюбия из этого еще вполне может выйти что-нибудь стоящее. Но дело даже не в этом. Просто твой друг в рассеянности не заметил, как его сила начала управлять им. Это не он сам придумал посадить яблоню именно внутрь бывшего ствола, его подтолкнули. Заставили, если хочешь. Я надеюсь, что его крестные ему это объяснят, и о том, как важно контролировать такую мощь, какой он наделен. На этот раз его качнуло в относительно безопасную сторону, и все еще может закончиться хорошо. Но сила не разбирает, правильно поступает или нет, созидательно или разрушающе. Поэтому ему придется научиться разбираться в собственных побуждениях. Чтобы однажды во сне не стереть что-нибудь с лица земли. Некоторое время они молчат. Мира подсчитывает, сколько у них осталось времени, Пеппер – размышляет над услышанным. Пока мир вокруг не начинает меняться. Точнее, не мир – яблоня. На ней все еще продолжают распускаться и опадать цветы, но некоторые из них оставляют после себя быстро наливающуюся соками завязь. Встрепенувшись, Мира легко взлетает на ноги и подбегает ближе, чтобы лучше рассмотреть. Пеппер, разумеется, не отстает. Это волшебное зрелище. Как в ускоренной съемке на тонких веточках один за одним появляются маленькие зеленые яблочки. Семь штук. Вот они растут, тяжелеют, пригибая ветки к земле, наливаются соками и цветом, и даже во всем окружающем блеске отчетливо сияют теплым, живым золотистым светом. - Как красиво… - тихо говорит Пеппер, не в силах отвести взгляд. - Да… - соглашается Мира, с нежностью глядя на наливающиеся спелостью плоды, - Вы такие молодцы, что посадили тут яблоню… Вы даже не представляете, насколько это правильно… ________________________ *Эннеаграмма — плоская фигура, имеющая девять вершин.