Солнечные паруса

      Треуголка висела на ручке штурвала, пока сильные пальцы удерживали дорогое дерево на месте, а светлые цитриновые глаза смотрели куда-то вдаль. Вдаль, к самому горизонту, где плескались небесные светила и выглядывала ближайшая яркая звезда. Несуществующий ветерок развевал выпавшие из слабо собранного пучка локоны, а те щекотали нежную кожу и отбрасывали на нее едва заметные тени. Капитан думал о чем-то своем. Вероятно, мечтал о будущем с его возлюбленным супругом. Представлял, как они будут нянчить ребенка и баловать его морем игрушек и вкусностей, как по вечерам будут вместе укладывать своего малыша спать и целовать его по очереди в лоб с пожеланиями приятных сновидений. И, конечно, у их малыша должны были быть только самые лучшие и волшебные сны. На тонких губах появилась мягкая улыбка, золотистые ресницы прикрыли сияющие омуты.       На палубе кипела работа. Команда наконец смогла заниматься своими делами в обычном режиме. И даже шатен вернулся к своим обязанностям на кухне. В конце концов, только там он мог абстрагироваться от реальности и утонуть в своих размышлениях по самое горло.       Вдруг со стороны крутой лестницы, ведущей к мостику, послышались легкие шаги. Протертые местами доски тихо поскрипывали от каждого движения и прогибались под небольшим весом. Ветерок забрался под белую рубашку, что была на пару размеров больше, чем ее новый хозяин, а золотое колечко скрылось за каштановыми прядками. Билл перевел взгляд на идущего к нему Диппера, чтобы секундами позднее наградить его новой нежной улыбкой и прикосновением губ к макушке. Миниатюрные ладони легли на место меж сильными лопатками и сжали ткань кителя Сайфера в попытке прижаться к нему ближе. — Ну чего ты? — ласково мурлыкнул демон, зарывшись носом в темный ураган на голове юноши. — Соскучился, — коротко прошептал Пайнс, спрятав лицо в перекате сильного плеча.       Он не высыпался уже третьи сутки. Арнольда во сне находить так и не удавалось, а выкрадывать его тело на несколько минут, чтобы пообщаться, всё никак не предоставлялось возможности. Тот был либо в машинном отделении и работал, подчиняясь невидимым нитям капитана, за которые он дергал, либо был уже непосредственно в каюте Сайфера и дремал. Связь слабела, и эхо родного голоса появлялось в голове крайне редко, как и лиловые угасающие глаза. — Ты совсем плохо выглядишь. Может, тебе отдохнуть денек? — заботливо спросил блондин. Он чуть отстранился, чтобы перехватить пальцами Диппера за подбородок и заглянуть в его песочные глаза. — Тебе точно нужно поспать Сосенка. В твоих мешках под глазами можно хранить всю провизию с нашего корабля. — Сайфер тихо засмеялся, провёл большим пальцем под глазом Пайнса, словно стараясь стереть след усталости. — Нет. Всё в порядке, честно, — отмахнулся юноша. — Нужно просто отвлечься. Слишком много всего навалилось в последнее время, ты и сам это знаешь. — И на розовых губах наконец появилась улыбка. Казалось, что еще хоть одно неосторожное движение, и тонкая кожица разорвется, явив на свет капельки светлой крови.       Демон склонился к его губам и коротко провел по ним кончиком языка, увлажняя сухую натянутую кожу. Ладошки прижались к горячим щекам, заключив их в объятия, а светлые уста разомкнулись, впуская скользкий язык в приоткрытый ротик. Хватка на стройной талии усилилась — еще немного, и позвонки бы точно сдвинулись со своего места. Билл целовал его медленно, но настолько крепко, что колени готовы были подогнуться от той силы, что исходила от капитана. Язычок Пайнса наткнулся на острые клыки, и юноша чуть сбавил обороты, вынуждая и блондина опомниться. — Давай я помогу тебе отвлечься? — хрипло прошептал демон, коснувшись на последнем слове кончиком носа переносицы Диппера. Тот лишь прикрыл темные ресницы, давая свое согласие на предложение. — Ты когда-нибудь был у моря магии? — раздалось тихое змеиное шипение прямо над покрасневшим ушком. — Нет, — уверенно ответил шатен, немного приоткрыв налитые свинцом веки. — Что это такое?       Билл смерил его удовлетворенным взглядом, оголил клыки в усмешке. Святая невинность так и горела новыми звездочками в песочных глазах. Каждая золотистая крапинка в них словно манила к себе и говорила, что Диппер — самое честное создание во всей вселенной. В голове юноши мелькали обрывки воспоминаний, где он тесно прижимался к Арнольду и тонул в его глазах, пока щиколоток касались набегающие небесные волны.       Мир вокруг мгновенно схлопнулся, являя первозданную тьму. И шатен ждал, что сейчас появятся прекрасные светила, мягкий песок и морской бриз, но тьма исчезла так же быстро, как и появилась. На горизонте висело яркое красное солнце, небо расчерчивалось розовыми облаками и смешивало их с оранжевыми всполохами. Туманности казались гораздо ярче, и звёзды в них были многим крупнее привычных. Капитан внимательно следил за реакцией Пайнса: за тем, как широко были распахнуты его глаза и как в зрачках бликами отражались теплые тона. — Ты перенес нас на другую планету? — осторожно спросил Диппер, уже посмотрев на довольного демона. — Этого места нет во Вселенной, — загадочно шепнул Билл. Юноша склонил голову набок, выгнул одну бровь. Вместо ответа Сайфер стянул со своего тела китель и отбросил его в сторону. Волосы, потеряв поддержку в виде тонкой ленты, ниспали до плеч и словно захлестнули их жидким золотом. Медного цвета вода накатывала на ближайший берег длинными языками, шипела и дымилась, стоило только ей коснуться камней, зарытых в песок. — Ну, что? — Не выдержал демон долгого сверлящего взгляда. — То есть, мы сейчас спим? — медленно задал новый вопрос Пайнс. — То есть, мы сейчас у моря магии, — фыркнул демон. — Сосенка, шевели же мозгами. Мы в моей душе. — Я думал, что у тебя в душе всё более… Эм-м-м… — Диппер стушевался, ощутив прищуренный взор капитана. — В спокойных тонах. — Ты ожидал увидеть в моей душе кровь, яд и лаву? — уже расслабленно поинтересовался Сайфер.       Пайнс же обнял себя за плечи и прикрыл ресницы. Ветерок касался его щек, ласково оглаживал скулы и прочесывал каждую прядочку своими невесомыми пальцами. Или же… Это были пальцы Билла? Такие осторожные, едва ощутимые. Они скользнули ниже от виска до челюсти, обвели тонкую кожу и мягко провели за ушком. Мочка легла между большим и указательным пальцами, хрящики попали в плен среднего и безымянного… Диппер потерся щекой об основание ладони, слегка нахмурился. — Тебе не нравится? — нарушил тишину голос блондина.       Пайнс посмотрел на него из-под опущенных ресниц и приоткрыл губы. С них сорвалось тихое «Нет», и Сайфер провёл по ним указательным пальцем свободной руки. — Мне нравится, как выглядит твоя душа, Уильям, — уже громче прошептал шатен. — Она прекрасна. Просто мне теперь интересно, как на самом деле выглядит моя. Уверен, в ней всё совсем мрачно. — И уста с глухим влажным звуком коснулись горячего запястья. — Ты себя накручиваешь. У тебя в любом случае самая красивая душа. — Билл без какого-либо предупреждения подхватил Диппера на руки и прижал покрепче к своей груди. Пайнс похлопал своими оленьими глазками, но расслабился в новых объятиях и позволил поцеловать себя в щеку. — Тебе не помешает прогулка, верно? — Я могу и сам ходить, — послышалось не слишком убедительное возмущение. — Не сегодня, — утробно рыкнул демон, сверкнув цитрином. И спорить с ним совершенно не хотелось.

***

      После прогулки никак не получалось уснуть или восстановить связь с Арнольдом. Тот будто ушёл в тень и растворился в ней окончательно. Всё тело Диппера пропиталось запахом соли, а под одежду местами попал песок, который задувало под нее ветром. Хотелось смыть с себя как можно скорее все следы прикосновений Сайфера и забиться куда-нибудь в угол, чтобы спокойно выплакаться и пожаловаться уже внутренним монстрам на собственную жизнь. — Арнольд, ты меня слышишь? — тихо позвал юноша своего возлюбленного, но в ответ ему прозвучала лишь тишина. — Мне так тяжело без тебя… Возвращайся скорее…       Вода быстро натекала в мраморную ванну. Из-за бортиков поднимался белый пар, от которого пахло ванилью и карамелью. Пена образовалась сама собой от обилия мыла. Она собиралась в высокие горы по краям водной глади, переливалась радужными пузырями, напоминая волшебные волосы Криптоса. Одежда неровной грудой оказалась на полу где-то у самой двери. Не было сил стягивать ее с себя аккуратно и складывать в стопочку. Только белая рубашка осталась на бледных холодных плечах, всё сильнее и сильнее путая мысли в голове Диппера. Он уткнулся носом в ворот, сделал глубокий вдох. Запах Арнольда забился в легкие и разнесся кровью по телу, напитывая собой каждую клеточку.       Горячая вода сомкнулась вокруг стройных ног, объяв нежную кожу густой пеной. Белая ткань намокла и пропиталась насквозь новым запахом. Рубашка плотно прилегала к телу, и через нее просвечивалась уже розовеющая кожа. Белые складочки образовывались у запястий и локтей. Шатен погрузился в воду до самого горла и запрокинул голову назад, оставив у поверхности только кончик носа. Под веками сверкали яркие вспышки воспоминаний. Моментов, где Арнольд прижимал его к раковине в этой комнате и так нежно целовал, что всё тело покрывалось мурашками и дрожало в предвкушении. Диппер помнил, как Криптос прижимался грудью к его спине в этой самой ванне и кончиками пальцев дразнил тазовые косточки и спускался к внутренним сторонам бедер, пока острые, но аккуратные зубы покусывали пышущие жаром ушки.       Пайнс чуть спустил воду, чтобы зажмуриться и глубоко вздохнуть. Покрасневшие сосочки проглядывали сквозь прозрачную ткань и напрягались от коснувшейся их прохлады. По коже стекали капельки, и в них отражалось пламя зажженных свечей. Пальчики сомкнулись на напряженной плоти и на пробу провели вверх и вниз, но этого было катастрофически мало. Юноша перевернулся на живот и неуверенно встал на колени, заведя одну руку за спину. Пена вперемешку с водой стекала по его бедрам и задерживалась в ложбинке, огибая розовое колечко мышц. Позвоночник слегка изогнулся в пояснице и один пальчик проник внутрь на первую фалангу. Диппер громко всхлипнул, уткнулся носом в бортик ванны… Без масла дело шло совсем туго, и даже один палец до конца принять не получалось, но Пайнс не останавливался. Он медленно двигал им вперед и назад, вспоминая каждое движение Арнольда в такие моменты. Розовая кожа и неохотно тянущиеся мышцы неохотно обнимали костяшки, обхватывали их еще туже… — Каждый раз, когда я появляюсь тут, ты пихаешь свои пальчики в весьма интересные места, — раздался утробный рык со стороны зашторенного окна.       Диппер вздрогнул всем телом, так и оставшись в принятой позе. Цитриновые глаза рассматривали его с голодом и интересом, остановившись даже не на раздвинутых бедрах, а на испуганных глазах. Он сидел на подоконнике и покачивал в воздухе закинутой на другую ногу ногой. Светлые глаза потемнели от расширившихся узких зрачков, волосы золотыми волнами перетекли к одному плечу. — И чего же ты остановился? — засмеялся капитан. Его язык пробежался по пересохшим тонким губам. — Или же ты попросишь у меня помощи? — Нет! — резко выпалил шатен, сев на пятки и прикрывшись руками. — Что ты тут делаешь?! — Смотрю на произведение искусства, — всё в той же манере ответил Сайфер. — Я помогу тебе, хоть ты и не просишь. И я даже не буду расстегивать свои собственные штаны. — Мне не нужна твоя помощь, — фыркнул Диппер, только сильнее прикрывшись всем, чем только можно было — руками.       Демон грациозно спрыгнул с окна, медленно подошёл к ванне и уперся руками в бортики, нависая над будто сжавшимся юношей. Золотой туман незаметно смешивался с паром и проникал в легкие вместе с запахом ванили. Сайфер выгнул одну бровь, а затем приподнял уголок губ в усмешке. Находящийся перед ним шатен постепенно расслаблялся, и дыхание его становилось только глубже. — Ты даже не сопротивляешься, малыш, — восхищенно произнёс Билл, заметив черные озера внутри выцветших песков. — Иди же ко мне. Я утолю твою боль и твой голод.       Сайфер склонился чуть ниже, и в следующее мгновение его шею обвили мокрые от воды и намоченной ткани руки. Туман забивался всё глубже и глубже, и Диппер намеренно принимал его весь, лишь бы показать, что он влюблен. Все чувства стали в разы острее, ресницы прикрылись. Арнольд пропадал, и Пайнс не знал, что будет дальше. Он нуждался в защите. Нуждался в том, чтобы Билл оставил его в живых в самом конце. От него живого пользы было больше, чем от мертвого.       Билл подхватил его под бедрами, прижал к себе. Мокрого, горячего, распаленного. Путь до кровати оказался не таким уж длинным, и простыни впитали в себя влагу рубашки. Вся кожа покрылась мурашками от холода, а глаза прикрылись ресницами с крапинками золотой пыли. Демон навис над своей жертвой, всмотрелся в расширенные зрачки. Его ладонь провела по сомкнутым бедрам, вынудив их хоть немного раздвинуться в стороны. — Ты всегда такой покорный или решил стать таким только для меня? — сладко прошипел Билл, склонившись к самому уху. Его зубы ущипнули хрящик и наткнулись на металлическое колечко, из-за чего в груди словно зажёгся новый источник пожара. — Будь хорошим мальчиком и подчинись мне до конца. Ответь мне: готов ли ты сейчас к тому, что я проникну в тебя своими пальцами и доведу тебя до экстаза? Мне нужно твоё согласие.       В голове судорожно носились мысли. Он ведь обещал, что не сделает этого. Обещал дождаться и остаться верным до конца. Золотой туман оплетал собой разум, рушил все цепи и потоки размышлений, вытягивая наружу только сомнения. Арнольд ведь просил не злить Сайфера и подчиняться ему? Арнольд ведь сможет простить… Он ведь его любит. — Да, — выдохнул Пайнс, спустившись пальцами к ключицам Сайфера и оставив ладони на его груди. — Лицом в подушку, попкой вверх. Разведи бедра пошире и расслабься.       Диппер медленно, будто неохотно, принял нужную позу и зажмурился. После щелчка пальцев внутри что-то похолодело, а затем подушечки пальцев Сайфера коснулись расслабленной дырочки. Он проник внутрь сразу на все три фаланги и надавил на нужную точку. Ток пробежался по позвоночнику шатена, отразившись привставшими волосками у загривка. Второй палец толкнулся внутрь резко и неожиданно, не дав до конца привыкнуть. Билл с усмешкой наблюдал за тем, как фаланги тонули в податливой дырочке, как она словно затягивала их в себя и с каждым движением натягивалась до предела. Диппер был до того тесным и горячим внутри, что в штанах стало гораздо теснее. Капитан уже прикидывал, как бы хорошо эта самая дырочка смотрелась вокруг его плоти, входящей до самого упора. Он двигал запястьем отработанно и медленно, надавливая большим пальцем под потяжелевшими яичками. Тело шатена не слушалось его, дрожало под уверенными движениями и само подавалось назад, стараясь насадиться на пальцы сильнее. — Какой похотливый мальчик, — мягко мурлыкнул демон, разведя пальцы в стороны. — Если будешь себя хорошо вести, я позволю тебе пережить это еще раз. Скажи: тебе нравится, как я оглаживаю тебя изнутри? Такого беспомощного и покорного, с совершенно бесстыдной дырочкой… Просто подумай — я трогаю тебя там, куда ты сам никогда не достанешь. Даже больше — ты никогда не увидишь той картины, которую вижу я… — Билл закусил собственную нижнюю губу, растянул колечко мышц еще сильнее, надавив на него по краям. — Если только я тебе это не покажу.       Перед глазами потемнело, а после показалась новая картинка. Диппер видел, как краснела его попка и как глубоко Билл вгонял в него пальцы. Скорость постепенно нарастала и вскоре громкие стоны смешались с влажными хлюпающими звуками. С напряженной плоти к простыне стекали вязкие прозрачные капельки, размазывались при новых движениях. Шатен ерзал и подавался назад, кусал собственные губы и практически сходил с ума от того, как Билл мучил его. Демон пошевелился и накрыл юношу своим телом, не прекращая ни на секунду движений внутри расслабленного тела. Свободная рука скользнула по груди, чтобы затем сжать один покрасневший сосочек, скрытый под мокрой прозрачной рубашкой. — Пожалуйста… — тяжело простонал Пайнс, когда пальцы надавили на простату сильнее. — Глубже… — Извини, но я и без того так глубоко, как только возможно, — прорычал блондин на красное ухо. — Что ты чувствуешь, малыш? — Тебя, — едва слышно шепнул Диппер. Он прогнулся в спине сильнее, обернулся назад, и капитан заметил на его глазах сверкающие слезы удовольствия. Они стекали по его щекам, срывались к примятой подушке… — Я чувствую тебя. И хочу чувствовать еще. Мне тебя мало. Так мало…       Туман всё клубился и клубился в голове. Каждая клеточка дрожащего тела требовала к себе внимания. Чтобы тонкие губы прижались к плечам в крепких поцелуях и прикусили бешено бьющуюся жилку на шее. Чтобы вторая рука гладила бедра и живот, постоянно возвращаясь к груди. В песочных глазах черные дыры разрастались всё больше и сильнее, являясь мыслям Сайфера водоворотами космического пространства. Он всё тонул и тонул в них, чувствовал, как его тянуло всё глубже. Симфония голоса Диппера заставляла его самого сгорать изнутри и сжимать рубашку на его теле в тугой комок. Ткань с резким звуком треснула от рывка зубами, разошлась по швам. Грудой мокрого тряпья она легла на пол, пока ее место занимал прижавшийся в крепких объятиях блондин. — Сейчас я вытащу из тебя свои пальцы, оближу их и смажу тебя своей слюной, а затем сделаю тебя полностью своим. И в этот раз я тебя не спрашиваю, Сосенка. — Шепот опалял ухо, горячими вихрями обжигал щеку. — А ты будешь думать только обо мне и выкрикивать моё имя. Арнольд для тебя остался в прошлом. Ты всё понял? — Да, — всхлипнул Пайнс, когда пальцы выскользнули из него. Внутри было так пусто и так холодно, что шатен только сильнее заёрзал. Новые влажные прикосновения длились всего одну секунду.       Истекающая смазкой головка прижалась к растянутому розовому колечку, слегка надавила… В следующую секунду перед глазами снова стало темно, но в этот раз от резкого и глубокого проникновения, задевшего чувствительную точку с сильным давлением. Диппер совсем забыл, насколько демон больше него и даже не задумался о том, насколько он должен был быть одарен природой в весьма интересном месте. Только ощущая давление чуть выше пупочка до него наконец дошло, каким же маленьким он был для Сайфера и почему он не хотел брать его во все предыдущие разы. — Привык? — заботливо спросил Билл, ткнувшись носом в местечко за ушком. Он был таким терпеливым… Так обнимал дрожащее тело… Его ладонь надавила на то место, куда упиралась головка, мягко огладила выпирающий животик. — Сожми зубами подушку, чтобы сильно не кричать. Ты ведь не хочешь, чтобы весь корабль знал, как я тут вбиваю тебя в матрац?       И если Диппер сначала его не послушал, то спустя пару толчков уже кусал угол подушки и захлебывался в собственных стонах. Ноги его не держали, и вместо них опору ему обеспечивал Сайфер, перехвативший его под животом. Слезы катились из глаз крупными ручейками, стекали по шее, пока демон тяжело дышал и опалял дыханием открытую шею. Голова шла кругом от узости и того, как Пайнс сокращался вокруг его плоти. Как затягивал еще глубже, хотя куда уж больше. Билл не выдержал и прикусил подставленное плечо. Совсем ласково, не до крови, но собственные руки уже не слушали его, поэтому объятия становились только крепче. И Билл боялся задушить своего мальчика в порыве страсти. Он чуть отодвинулся назад, выйдя почти до конца, дабы перевернуть шатена на спину и наконец увидеть его залитое слезами личико. С влажных от слёз губ срывалось его имя. Только его.       Билл знал, что он жаден. Знал, что своими игрушками ни с кем не поделится. И знал, что вот так изводить шатена ему нравилось. Нравилось смотреть, как под кожей у того двигалась его плоть, нравилось ощущать, как узкие стеночки раздвигались от каждого его нового толчка и согревали своей теплотой. Нравилось, что смазки катастрофически не хватало и двигаться становилось всё труднее. Он полюбил эти руки, сжимающие его волосы. Эти губы, приоткрытые в стонах и криках. Эти глаза, смотрящие на него с вожделением и страстью. Диппер был таким миниатюрным для него, что в голове всё становилось только мутнее и запутаннее. Языки сплетались между собой, напарывались на острые клыки и царапались о них, но всё равно снова соединялись и толкались ближе друг к другу. Горячие влажные уже от пота бедра с трудом раздвигались на нужное расстояние — Сайфера не получалось даже до конца обнять ногами.       Меж телами стало так жарко… Так мокро… Судорогой свело все внутренности и громкий крик оборвался посередине, будучи заглушенным в новом поцелуе. Диппер так сильно сжал его в себе, что и лишнего движения сделать нельзя было. Демон чувствовал, как бешено билось его сердце и как часто он дышал. Чувствовал всё это изнутри. Темные брови свелись к переносице в безмолвной мольбе, и обжигающие струйки опалили нежные стенки. Последний громкий всхлип отразился от стен комнаты, когда внутри снова стало пусто.       Капитан сполз ниже, оставляя поцелуи через каждый сантиметр на расслабленном после полученного удовольствия теле. Кончиком языка Билл собрал белесые капельки, вылизав всё дочиста. Он спускался всё ниже и ниже, обводя языком косточки и уже опадающую плоть, и Диппер осторожно перебирал пальчиками его волосы. В новом движении язык толкнулся внутрь, скользнул глубже. — Лучше бы ты еще раз поцеловал меня, — сквозь вымученную улыбку произнёс Пайнс.       Демон сверкнул цитриновыми омутами, раскрыл рот чуть шире и улыбнулся глазами. Шатена прошибло насквозь, незнакомое тепло наполнило его, продвинулось выше… Потребовалась одна минута, чтобы во рту ощутился язык демона. Диппер сделал глубокий вдох, сжал в пальцах волосы еще крепче… Билл ужасно пугал его. Вокруг оттопыренных острых ушек закручивались рога, из-за спины медленно вырастали костлявые крылья, а кожа меняла цвет. Темные реснички прикрылись, и юноша огладил язык демона своим языком, отдаваясь на его волю. На тонких губах появилась усмешка, сильные пальцы сжали бедра до белых полос… Всё прекратилось слишком уж быстро. — Я имел в виду не такой поцелуй, — смущенно произнёс Пайнс, смотря за тем, как демон коротко вылизывал его яички. — А я захотел такой, — сыто ответил капитан. — Как насчет еще одного раза? Твоя ненасытная дырочка сможет снова принять меня? — Юноша в ответ только закусил собственные губы и шевельнул бедрами навстречу. — Какой хороший мальчик… Если хочешь, я добавлю пальцы или язык… — Сайфер провёл указательным пальцем по груди Пайнса, заставив того вздрогнуть. — Или всё же можем позвать Арнольда. В этот раз я поделю тебя с ним поровну. Просто вообрази: мы оба двигаемся в тебе и заполняем тебя своим семенем, а ты становишься только шире и шире внизу… — Нет, — твёрдо выдохнул юноша, нахмурившись. Демон выгнул одну бровь в вопросе. — Я хочу только тебя. И в постели должны быть только мы вдвоем. Чтобы ты насаживал меня на себя и мучил до изнеможения, чтобы было невыносимо, нечем дышать… Чтобы ты держал меня в своих руках и делал всё, что только пожелаешь. — И от каждого движения губ, от каждого нового произнесенного слова сердце Сайфера ударялось о ребра с глухим звуком. — Я хочу быть твоим и только. Ты правда хочешь делить меня на двоих? — и в песочных глазах плясали чертики и бушевали черные дыры.       Сайфер резким движением подтащил юношу за бедра ближе к себе и снова толкнулся внутрь с глухим рыком, получив в знак одобрения счастливую усмешку и томный вздох.