Collab is cool but I'm not at that level

      Сейчас довольно трудное, в плане работы, время. На втором месяце её еще больше навалилось, и Чимин пару дней даже срывался из-за того, что он стал каким-то неуклюжим и ему приходилось разрываться. Он даже тычка Кюмину дал, который «слишком оборзел». Потому что коллаб — это совместная работа, и это значит, что над определенным проектом работают все наравне, а не то, что если ты хочешь сделать с нами музыку, то пахай за всех нас. Но, все серьезно шло хорошо. И сейчас тоже идет.       Остается три месяца до их камбэка. И парни задерживают главный трек, и поэтому Чимин пока что ругается с другими работниками-постановщиками и с декораторами. Но они задерживают его с тем, что решили изменить мелодию, или же добавить что-то. Но Чимин имеет первоначальную форму, знает текст, и он помнит ритм и какие ноты ему нужно брать, они занимались пару раз с учителем и он помнит то указание, что ему, как и Кю с Хаёном нужно будет петь практически весь текст, кроме рэпа (Кюмину и рэп). Ведь им нужно будет решать, как делить партии, и если что-то пойдет не так гладко, чтобы у них были все записи и не нужно было разъезжать по звукозаписывающим студиям.       И на следующий день парня будят телефонным звонком в семь утра, хотя у него выходной. Он практически роняет телефон с прикроватной тумбочки, но принимает звонок и не успевает поздороваться и вообще прочитать контакт, как ему довольно громким голосом указывают подниматься с кровати и ехать по адресу, который ему скинут в мессенджер.       Чимин охает и потирает глаза, переворачиваясь на спину, а потом встает и выходит в холл, чтобы осмотреть себя в трюмо. Его волосы хорошо промыты были вчера вечером, поэтому ему просто нужно одеться, и он уже слышит, как ему на телефон приходит эсэмэска со звуком «по умолчанию».       Он уже по базе одевает свободную футболку с принтом, состоящим из массы надписей, и джоггеры, которые ему довольно велики. Собирает сумку и перекидывает ее через плечо и завязывает шнурки на лодыжках. И сейчас вспоминает, ходит ли маршрутка в это время, или он уже пропустил. В итоге лучше заказать такси. Он спускается в лифте.       Дорога не казалась такой длинной, так как Пак просто спал. Его разбудили хлопком по коленкам. Чимин улыбнулся и расплатился, а потом выскочил из салона и осмотрел округу, находя нужный корпус. Он видит фигуру, которая подняла руку в воздух, значит, это ему, ведь на улице пустовато и Чимин рад, что ему помогут.       Его встречает тот длинноволосый хореограф, с которым они делали намётки для танца, и он сказал Чимину, что они идут на запись. Запись с утра, но Чимин думает, что он сможет распеться. На третьем этаже они останавливаются, и Пака запускают вперед. В комнате уже сидят парни, и они сразу поднимают свой взгляд на вошедшего, и Юнги улыбается ему. — Так, с кого мы сейчас начнём? Кюмина мы уже записали, если ты ещё не готов, то мы можем запустить Хаёна, — говорит Джун и поднимается со стула, чтобы размяться немного. — Да, мне нужно немного времени, — кивает Чимин и скидывает на банкетку свою сумку.       Пока Хаён поет за стеклом, Чимин пытается брать высокие ноты и вытягивать их, а потом берет отрывок из новой песни и работает над ним. У него не сразу получается взять ноту, и он даже разочаровывается в себе, когда она не дается ему в четвертый раз. — Ну не волнуйся! — смеется Намджун, наблюдая за этим процессом.       Чимин смущенно кидает, и в самом конце он не смог прочитать правильно строку. Перепутал слова, или утром он настолько плохо себя ощущает, что забывает, какой иероглиф и что он означает, как читается и где пишется. — Кстати, может быть, мы подумали, ты сразу в конце не будешь петь пару строк, а просто будешь вытягивать некоторые слова, потому что твой голос довольно хорошо подходит на бэк, что думаешь? — жестикулирует Юнги одной рукой, пока Кюмин сверлит взглядом Чимина. — Почему нет? — Пак жмёт плечами.       У Чимина, на удивление, после стольких попыток что-то сделать безупречно в комнате «ожидания», получается петь с первого раза. Он делает это сильно и уверенно. Просто так, как ему кажется нужным, но также так, как его учили. Он закрывает глаза и не приближается к микрофону близко, так как его голос достаточно громкий. Парни не так хорошо слышат, как Чимин исполняет партии, но Хаён сводит брови к переносице и смотрит на рэперов. — А можно сделать так, чтобы Чимин пел всю песню? — он говорит это жалко, а Юнги смеётся и кивает ему часто, что, да, парень, у него получается изумительно. — Но твой голос тоже хорош, не переживай. Вообще, у нас у всех свои таланты, и ты все ещё можешь тренироваться, — уточняет Ким и поправляет волосы.       Когда Чимин вышел, его похлопали по плечу и назвали большим молодцом, ведь они всё-таки, спросонок все это сотворял.       Сам Чимин уверенно кивнул и опустился на банкетку, доставая телефон. Для него запись — дело совсем привычное, но то, что его хвалят айдолы, довольно смущает. Ему на самом деле очень приятно для души слышать это в свой адрес. В нем рождается мотивация. И, он думает, через два дня в студию поступит готовый трек и они смогут доделать танец.

***

      Чимин не любил показывать некоторые чувства, а ещё рассказывать об этих «счастливчиках». Он все ещё помнит, что случилось тогда на перекрестке и помнит, как его крутило изнутри от возбуждения и того самого сумасшедшего чувства. Ему было спокойно и хорошо. Ощущение губ рэпера на своих казалось чем-то недосягаемым и невероятным.       Чимин просто полюбил этого мужчину. Не как артиста, как человека. Это не похоже на комедию, где оба любят друг друга, но не знают об чувствах. Чимин думает, они понимают о эмоциях и трепету друг к другу, но осознанно ничего не принимают и просто закидывают это на самую высокую полочку в их подсознании. Но в то же время ему хочется постоянного ухода и нахождения рядом. Но он понимает, что, хоть в контракте и нет запрета на любовь, но от этого артист все равно сможет пострадать. Как и Чимин. Может появиться клевета, что он, именно блоггер, завел эту химию между ними ради хайпа и привлечения аудитории. Может быть, так и с камбэком получится — все ради привлечения внимания.       Чимин старается не думать об этом. Но он часто задумывается о взаимоотношениях с Мином. Они часто смотрят друг на друга. Касаются, когда есть возможность. Даже шутят глупые шутки. Но этого мало, казалось бы.       Чимин еле нашел время, чтобы он смог посидеть с Юнги где-нибудь за чашкой кофе и просто побеседовать. А ещё ему хочется выговориться обо всем этом дерьме. Они должны спокойно отреагировать. И ещё, Чимину на мгновение кажется, что они походят на женатых давно людей, которые просто доверяют друг другу и спокойно относятся к разлуке и популярности. То есть, у них нет времени на общение, но зато они все ещё испытывают нежное чувство. Они удовлетворяют себя обычными взглядами и улыбками. Может быть, это и не так.       Сейчас он сминает ручки пакета, в котором находится еда из Мака, которую Пак заказал. Юнги должен перекусить, отвлечься и покушать. А ещё желательно поспать. До двери к Юнги осталось преодолеть коридор, но Чимин достаточно быстро ходит и уже сейчас может набрать пин-код и открыть дверь в студию кумира. — Привет, я принес тебе курицы и огромный бургер. И стакан кофе, — Чимин проходит к кожаному небольшому дивану и опускает пакет на журнальный столик, и свою задницу на мебель. — Окей, только скажи, как ты сюда попал? — Юнги поворачивается к блогеру и выгибает брови, а Пак деловито улыбается, закидывая ногу на ногу, — надеюсь, ты не сталкеришь меня, — Чимин смеётся тихо, и наблюдает, как рэпер сохраняет свою работу и наконец слезает с кресла, чтобы пройти к Чимину и подкрепиться. — Это был единственный раз, когда мне пришлось следить за тобой и высматривать пароль от студии, — признается Чимин и чешет бровь, откидываясь на спинку диванчика.       Юнги лишь хмыкнул и решил разобрать пакет. Но почему-то, после того, как он достал коробку с бургером, он забыл про существование контейнера с курицей и стакана с кофе. Неужто его любимый? Чимин делает это за него и решает свернуть пакет компактно.       Юнги вдыхает запах соуса и охает, будто он переживал расставание с этой едой на протяжении долгого времени, или просто был очень голоден, — Черт, спасибо? Все ещё удивлен, что ты взял именно этот, — Юнги хотел уже было откусить, но опускает фастфуд в коробку и поднимается, проходя к столу снова. Чимин лишь смотрит на старшего изучающе и недопонимающе. Тот достает из ящика ножик и проходит обратно. Он делит бургер на две равные части, и, взяв свою, подвигает остальное Чимину, кивая тому. — О! Не стоило, но, черт, спасибо, — Чимин выпрямился и решил составить компанию айдолу. — Мне сказали, что на днях вы покажете нам танец, вы реально уже сделали его? — Юнги протягивает руку к стаканчику и откупоривает закрывашку, чтобы можно было пить. — Да, думаю, вам это понравится, он не такой сложный, — Пак откусывает немного и играет бровями — ему нравится, неплохой вкус.       Они сидят в этой комнатушке, может быть, час, меньше часа. Просто кушают, Чимин просто всухомятку, но Юнги просто отдал ему свой кофе, этим заставив сморгнуть слезы и смутиться. Мин рассказывает, что половина у них точно уже есть и они с парнями записали интро и оутро. Потом рассказал, что в альбоме будет шесть треков, но это не точно, потому что есть такой, с которым он не может справиться. И похвалил голос Чимина. Он контрастный и универсальный, как говорит рэпер.       Чимин увлеченно повествует, как они составляли танец. И то, что он практически вывихнул себе кисть руки (естественно, после чего Юнги хотел отказаться от съемок). Они искали ещё трёх человек, чтобы можно было показать наглядно, как это будет выглядеть, когда они сами это станцуют. Позы и всякое такое.       И просто минуты две молчали, передышка, как бы сказать. И Чимину очень хочется рассказать ему все, что он чувствует по поводу камбэка. И по поводу их отношений. Серьезно, он прямолинейный мальчик и терпеть долго тоже не может. — Юнги-я, — зовёт того Чимин и смотрит на свои ноготочки. — Да? — тот устало поворачивается корпусом к блогеру и приподнимает бровь. — Как ты относишься к нашим отношениям? — он не хочет продумывать вопросы точно. — Мне кажется, мы как друзья с привилегиями, — Юнги выдыхает, — только у нас нет секса и поцелуев. — Значит мы не друзья с привилегиями, — Чимин начинает теребить карман на брюках, — знаешь, я не вот знаю, правильно ли вообще говорить это в этой обстановке, но мне не понятны наши взаимодействия. А ещё меня тревожит мысль о том поцелуе, который, мы, вообще-то, хотели лишь сымитировать! Я постоянно об этом думаю, и думаю, что ты специально наплел про «дружеские вещички». — Да, это немного неудобно, на самом деле, — Юнги забирает челку, — ты хочешь поговорить со мной об отношениях? — Именно. Потому что я серьезно хочу прямо сказать тебе, что ты мне нравишься и я даже не собираюсь скрывать это… — парень начинает немного волноваться. — Чимин, — Юнги закатывает глаза, когда Чимин не дает ему договорить. — Но я все понимаю, у нас не может быть отношений, потому что ты айдол, а я блогер, и не потому, что мы разных уровней, нак это может отреагировать плохо общество и… — он начинает очень быстро тараторить. — Чи… — И, может быть, я даже не нравлюсь тебе, хотя, мне кажется, мы можем испытывать взаимность, но просто это слишком трудно и я не знаю, как вести себя в таком случае, — Чимин смотрит пусто на стакан кофе и вообще его будоражит изнутри от этого разговора. — Чи! — Юнги все еще не может заткнуть Пака. — И просто я не могу оставаться коллегами по цеху и мне неприятно понимать это, что мы просто все еще общаемся вот так, то есть — никак. И, знаешь, мы просто может испытываем влюбленность как к кумиру и мы нихрена друг о друге не знаем и это самая глупая ситуация, когда я, — Чимин вскрикивает, когда чувствует на своих губах чужие, но ничего поделать не может, и сопротивляться тоже не может, не хочет. Его руки витают в воздухе, он просто не знает, как прикоснуться к артисту и поджимает ноги от приятной дрожи. Юнги решает углубить этот поцелуй, а Чимин из-за ступора не позволяет этого сделать, и Юнги, принимая это, немного отстраняется, наблюдая за эмоциями каверщика. — Очередной «дружеский» поцелуй? — Чимин хмыкает и опускает взгляд на миновы губы, которые стали ярче от трения. — Ага, — и льнет к младшему с новым напором, а тот отвечает собранно, все же опустив ладонь на плечо Юнги, а потом ведет выше — к дельтовидной мышце, и заводит за спину, притягивая ближе к себе. Мин не старается проникать в чужой рот своим языком, но где-то внутри себя он очень этого хотел. Он со чмоком отстраняется.       Они смотрят друг на друга, Чимин смущен, несмотря на свою раскрепощенную натуру. А Юнги просто слегка улыбается, и касается плечом спинки дивана, не сводя взгляда с Пака. — И ты все еще не даешь мне… — Юнги пальцами сжимает колено Чимина, когда парень хочет прервать его тем, что, он, дабы, не закончил свое толкование, и тот скулит, дергаясь, — Что я люблю тебя. — Как блогера? — интересуется Чимин, и в его голосе проскакивают нотки скептики. — Возможно, что нет, — Юнги оставляет свою руку на бедре Чимина, ощущая, что парень расслабляется немного. — Что мы будем делать сейчас? — Чимин с осторожностью приближается к мужчине и дергает бровью. Мин выдыхает и немного улыбается, передвигая ладонь на скулу блогера. Парень смотрит на того несколько изучающе, с восхищением, ну и некоторой тревожностью. — Возможно, я поцелую тебя, ну и я бы хотел поспать, а насчет тебя даже не знаю, — розововолосый говорит тихо и не торопясь. Кажется, что ему даже лень это делать, или он просто хочет действовать, чем напрягать свой язык.

***

      Чимин проводил Юнги до корпуса, в котором находится их общежитие, ну, или, полу-рабочее место с комнатами, в двух (трех) из которых стоят кровати. Они гуляли некоторое время до этого здания. Чимин купил морс в больших стаканах с трубочкой. Юнги сначала не понял вкуса, на самом деле. Но это довольно вкусная штука.       Чимин практически облился, когда его напугали какие-то юноши, выскочившие из-за угла. Мин потрепал того по волосам и похлопал по плечу, типа, мальчик, держись. На улице горят фонари и также свет с витрин и всяких рекламных вывесок, которые своей яркостью режут глаза. Они практически и не говорили так «в запой», и у Чимина сел голос после стольких сказанных слов. Он даже выругался, почему Чимин должен напрягать свои связки, а старший молчит. На прощание Чимин обнял айдола и пожелал проснуться следующим утром, на что получил хмурый взгляд. Потом исправился на «доброй ночи» и достал телефон, чтобы вызвать такси. Чимин думает, что ему удастся хотя бы завтра отдохнуть и его не будут вызывать утром по старому сценарию на практику или прочие конфликты с декораторами и звукооператором.       А еще Чимин не может выкладывать свои ролики из-за занятости и следит за тем, как от него отписываются люди, но тысячи три — не так и много. Но сейчас он уже залезает в пойманную машину и открывает диалог с Уджи, который слил ему уже готовое видео. То есть, кавер на недавний релиз песни южнокорейского музыканта. Они снимали это ночью позапрошлого дня — поэтому его лицо выглядело немного опухшим. Он не хочет тратить трафик и заходит на свою страницу в Ютюбе и нажимает на кнопку «добавить видео». Он ждет минут десять, пока оно загрузится.       Он подписывает ролик как LORDE — Yellow Flicker Beat by jimin & woozi. И нажимает кнопку «опубликовать». — Привет, на самом деле, мне очень жаль, что я не могу выкладывать материал так часто, но, обещаю, через два или три месяца я освобожусь и все придет к обычному графику. Сейчас я довольно-таки сильно занят и этот кавер мы записывали ночью в мой единственный выходной, где я бы обязан выспаться. Думаю, вам понравится, — Чимин речь свою не растягивает на минуту даже. Его лицо не в очень хорошем виде, но его это не колышит, на самом деле.       Кадр сменяется новым, и это отснятый, с очень ощутимой аурой клип. Чимин сидит на кровати, его волосы хорошо залачены, и он прикрывает лицо рукой; неоновая лампа, висящая на стене, проливает свой яркий свет на парня. В комнате довольно тепло, но в то же время светильники придают в какой-то степени комфорта.

This is the start of how it ever ends Это начало конца, They used to shout my name, now they whisper it Раньше они выкрикивали моё имя, а сейчас произносят шепотом, I'm speeding up and this is the Я ускоряюсь, и Red, orange, yellow flicker beat sparking up my heart Моё сердцебиение искрит красными, оранжевыми и жёлтыми вспышками у меня в груди. We're at the start, the colors disappear Мы ещё в самом начале, все цвета блёкнут, I never watch the stars, there's so much down here Мне некогда любоваться звёздами, — столько всего происходит на земле, So I just try to keep up with the Поэтому я стараюсь не отставать от ритма Red, orange, yellow flicker beat sparking up my heart Красных, оранжевых и жёлтых вспышек, искрящихся в моём сердце.

      Его голос немного хриплый моментом, и быть может, слушателю подумается, что он сорвал его, когда пытался взять очень высокую ноту без какой-либо подготовки. Чимин просто уставший. Сейчас, в следующем кадре, он стоит в красном костюме, и эти брюки хоть и по талии, но такие широкие и длинные, что на лодыжках образуются складки, и брючины касаются пола. Певец перебирает длинные белые жалюзи, иногда оставаясь между ними; с другой стороны яркие прожектора освещают помещение, и одна сторона Чимина очень засвечена. Его волосы, кстати, завиты, и они чёрные.       В клипе есть немного сумашествия, но это выглядит совершенно не отвратно. Пак сам наслаждается процессом, это можно различить даже через специально взятые эмоции. Чимин в позапрошлом году говорил, что без ума от новозеландской исполнительницы, и он сдержал свое слово, что когда у него окажется больше опыта, он сделает клип.

***

      В студии открыто окно, потому что стало довольно душно. Чимин рассматривает свои колени через спортивки, а хореограф мучается с колонками. Парни должны быть тут минут через десять. Или раньше.       Они прогнали танец два раза, Чимин немного вспотел. Он отправляет сообщение на номер Уджи, что, дружок, у меня есть неделя отдыха, давай снимем видео наподобие «вопрос-ответ». Все равно надо что-то делать. — Чимин, пошли до соседней студии, там некоторые вещи забрать надо, — просит о помощи его друг и по совместительству танцор в команде. Пак жмёт плечами и выходит за долговязым юношей из студии.       Он видел Джуна, который активно помахал тому рукой, и Чимин пустил добрый смешок, потому что он удивлялся сменчивости его состояния, к примеру: серьезность и ветреность, предусмотрительность и раздолбайство. Чимин пальцем направляет парня в танцевальную студию, и, уже скрываясь за дверью, думает, он не забудет сказать это остальным.       Юнги располагается на стуле очень щедро — разъяичился, так сказать. Хаён опирается задницей о свободный подлокотник кресла, на котором сидит рэпер, а Кюмин с Джуном сидят на обычных табуретках. Хореограф поднимает часто взгляд на дверь, а Ли смеётся. — Вот и весь танец? Мне нравится! Хоть тут мы можем… — его прерывают тычком в бок, — Э! — Ну, во-первых, это ваш стиль и камбэк, — поправить спешит того хореограф. — Ну мы не можем топтаться на одном месте! — возражает ему лидер. — У вас будет танец, только Чимин с Чихо придут… — тот измотанно вздыхает. — Ты так устал, может быть… — темноволосый все ещё жалобно умоляет того. — Нет! — длинноволосый отрезает, и больше не говорит ничего.       Парни просто ждут. О-жи-да-ни-е. Чимин не сразу заходит, он просто открывает дверь и поворачивается к кому-то в коридоре, жестикулируя и прося о чем-то. А потом уходит, пропуская ещё одного танцора, который выходил к кулеру с водой. — У меня и так все болит, хва… — Чимин снова останавливается в дверях, не пропуская своего друга, даже крепко схватывается за косяк, чтобы было хоть какое-то сопротивление, — Не зуди! — Это тут причем? — Ты напрягаешь меня! — Чимин старательно пытается выпихнуть Уджи, но его как-то сносит Чихо, и Пак закрывает дверь в страхе и ступоре. — Сколько можно ждать, может, мы уже начнём? — напрягает связки хореограф, и находит запись. — Там ещё двое, — Чимин показывает на дверь через плечо, но практически сразу влетает Уджи с камерой, чуть не давший по башке Чимину, и тот долговязый танцор, который кивает на то, что они начнут сейчас.       Юнги наблюдает, как Уджи устраивается между ним и Кюмином, устанавливая камеру на стуле с твердой сидушкой, настраивая. Парни уже включили музыку и встали в свои позиции.       Чимин чихает, вызывая смех у какого-то странно выкрашенного юноши, другой его тыкает, и смеются, практически все, но становятся серьезными за секунду до своего начала.       Они реально это продумали очень хорошо. Кюмин успевает просмотреть за всеми. А Юнги в своем репертуаре — зациклиться на «булке с маком» и возбудиться, не хотя этого. Ким ржёт и указывает пальцем на весомую проблемку артиста, и тот ставит ногу на стул, чтобы скрыть это. Хотя, по мнению Юнги, любой бы мог словить оргазм от движений этого блогера и того, что на нём какая-то футболка-тряпка, которая вообще не имеет никакого смысла, и спортивные штаны, имеющие широкие капроновые полосы, и мужчина видит его колени и бедра, а лодыжки и так не прикрыты, а икры по движениям выступают и видны через ткань, здесь уже зависит от того, как Пак будет исполнять движение.       Юнги замечает, на каком движении ему стоит быть аккуратнее, ведь он помнит, как с ним светловолосый делался тем, что его руки очень болели.       Они скоро закончили, и Юнги очень щедро и быстро все прокомментировал и как угорелый вылетел из студии, не желая, чтобы его кто-то заметил. Его коллеги лишь пустили по смешку, и хореограф сказал, что теперь он будет заниматься с ними.       Чимин подсел к другу и начал обсуждать с ним проблему съёмок видео на их канал. Чимин затеивает делать кавер на daughter. И они договорились насчёт вопросов. Эпсилон тоже к ним присоединился, говоря, что ему тоже интересна политика чиминова канала. Но тот пожимает плечами, говоря, что это будет очень страшной штукой, если на экране перед зрителем появится не просто какой-то раздолбай, а знаменитость, за которую фанат точно начнет что-то вытворять и даже сможет им обвинить «слабого». — Где Юнги? — задаётся вопросом хореограф, заплетая косу. — В туалете, — вздыхает Ха. — Опять в уборной ублажает себя, сколько можно? — артистично удивляется Чимин и смешит этим своих друзей и просто знакомых. — Надеюсь, мы уложимся в сроки.

***

      Чимин напрягает свои глаза, чтобы прочитать, что написал ему парень в коммах под постом, где они просили подписчиков задать им вопросы. И это было задание, что читал Чимин — спародировать Сергия Радонежского и старца, который помог первому познать грамоту и чтение. — На нас подписаны люди из России? — Чимин выгибает брови. — Ты так говоришь, будто не слышал про русских, — хмыкает У. — Да почему, я записывал ведь песни на оригиналы и русских исполнителей, — Чимин копирует текст и вставляет в строку поиска, чтобы имень представление, о ком идёт речь. — Ты болванка, — это не нужно комментировать. Просто футаж.       В следующем кадре они были уже на кухне, но, только Уджи, облаченный в какую-то одежду странную, и подписка — «мы были в секонд-хенде». А потом приходит Чимин «помараный», и со звуком опускает руку не гарнитур. — Привет! Я тупой, — он серьезно смотрит на друга, который улыбается. — Угу, я тоже, — оба молчат, а потом пускают по смешку и кадр сменяется, Уджи уже протягивает тому чашку с водой и Чимин практически начинает пить. Но! — Ты её из бачка набрал? — он пытается нюхать воду, а Уджи ржёт, и Чимин тоже не сдерживается. Он делает несколько порывов попробовать, — О, нет! — он выливает это в раковину. — Лучше быть тупым.       Кадр становится серым, и зритель может видеть, как Чимин заваривает кофе и мешает в кружке сахар и порошок, кажется. А потом он пьет его, и кадр «расцветает», и над головой Чимина появляется что-то светлое, а потом они перемещаются на старое место. — «Почему у тебя так мало обновлений? Чем ты занимаешься?», — здесь у Чимина переглядки со своим другом и тупая улыбка. На экране появляется полосочка с не очень приемлемым словом, — Ну, я занят, я ухаживаю за куклами.       За этим кадром следует фотка, где все куклы находятся на подставках в коробке и все их дополнения тоже, кроме барабанов, любимых барабанов Пака. Те на столе в уголке аккуратно стоят.

***

— Через полтора месяца камбэк, я хочу выспаться, — Юнги кладет руки на стол и валится корпусом на них, а Чимин бережно отодвигает стакан с холодной колой от того, чтобы не разлилось. — Вы решили с датой всё? — Пак все ещё орудует палочками, посматривая на вымотанного Мина. — Да, вообще, это ещё назначается в самом начале, но коллаб оказался настолько трудным и было столько дел, сколько у нас ещё не было до этого, бумаги, мы не могли все успеть, и просто сообщение о том, что в первой половине года выйдет камбэк. И сейчас мы скажем, что четвертого апреля точно. — У нас ещё на вечер завтра запланированы съёмки, — со вздохом напоминает Чимин и запихивает в рот ещё один ролл, беря стакан Юнги, так как свой быстро опустошил, а тот совсем ничего не поел и не попил. — Мне сейчас ещё ехать в студию, дорабатывать музыку и наверное, к трем я освобожусь, — тот поднимает голову на Чимина. — Ночи? — тот кашлянул и вскинул бровями, — Да ты сдурел, Юнги-я, — Чимин повел плечом и фыркнул, упёршись взглядом в тарелку. Он краем глаза видит, как Юнги берет свой стакан и отпивает немного. — Последний трек, Кюмину только вчера получилось запись сделать. — Ну ты приходи тогда, только Уджи будет со мной, но он в зале с Миф спать будет, — Чимин жмёт плечами и кивает Юнги, когда тот говорит, что он не против поспать вместе с таким привлекательным человеком, — и ты! Приучил собаку называть не ее именем, — он наигранно обижается, на что рэпер смеётся. — Миф тоже будет? Он не залает, если я приду? А то Уджи будить не хочется, вообще не хочется его видеть у тебя, — делится Юнги и ставит стакан к Чимину ближе. — Думаю, маловероятно, — тот облокачивается о спинку диванчика, наконец он доел, — и я даже не хочу знать, что ты собираешься делать, — и улыбка на лицо наползает, когда Мин красиво краснеет и подпирает подбородок.