В Москве всегда солнечно

***

      Прошло две недели. Жизнь идет чередой, и теперь она уже не в чёрно-белую полоску, а в бело-чёрную. Отпуск начался, но Эвелина решила не отправляться на море в этом году. Пусть мама сама расслабится, попьёт винцо, покушает чурчхелу и пожарится на жарком сочинском солнце. Эля решила остаться в Москве, чтобы посетить открытие нового кафе Ксюши. Оно откроется уже совсем скоро, осталось буквально несколько часов. Но не только это повлияло на её решение. Максим тоже на это повлиял. С той встречи они переписывались каждый день и иногда встречались. Валеева чувствовала, что нашла настоящего друга: умного, весёлого и похожего на неё саму. Эля никогда не славилась большим количеством друзей, поэтому каждый приятель для неё ценнее золота. Лазин положительно влияет на Эвелину. Она будто стала… счастливее. Настоящий счастливый хомяк. Валеева даже не представляла, что это общение могло так далеко зайти, но это ей нравилось. Любитель дешёвого пива Яковлев тоже смог взять отпуск, так как работодатель нанял аж трёх новых специалистов. Егор хотел поехать к родителям и навестить их, но те сделали ему сюрприз и приехали в Москву на поезде. Он тоже был приглашён на открытие кафе, хоть Ксюша его и недолюбливала. Егор решил пойти, проветриться, а заодно и протестировать тамошние пончики, о которых ему с упоением рассказывала Эвелина. Дома с родителями не очень весело, знаете ли. Яковлев надеялся, что кто-нибудь из его знакомых тоже будет на празднике.       Время на часах показывало девять сорок утра. Эля стоит перед зеркалом, пытаясь прокрасить ресницы. По туалетному столику бегает Парацетамол, чья кличка начала смущать Валееву. Макс всё время троллил Эвелину из-за странного прозвища бедного хомяка, а та уже начала подбирать новое. Валеева не умеет собираться на мероприятия. Она обычно надевала что-то неброское и пыталась смешаться с толпой, чтобы никто не увидел её «плачевное» состояние. Даже сейчас Эля напялила какое-то огромное серое платьишко-рубашку, пылившееся в шкафу с прошлого лета. Валеева уже представила, как её сестра будет сиять в шикарном чёрном двубортном пиджаке и классических брюках. Да, Ксюша одета не по погоде, но не может же она появиться в джинсах и футболке из какого-нибудь «Остина». Хоть и очень хотелось: Ксюша ненавидит официальный стиль. Чёрные джинсы и кроссовки — её лучшие друзья навеки. А Эля обычно носила юбки. Зато неподходящую пару джинсов она запросто отдавала сестре.       Надо бежать, но Эвелина всё ещё дома. Она внезапно поняла, что выглядит, мягко говоря, не очень. Полностью стёрла весь макияж и побежала с одной тушью на глазах. Так комфортнее для кожи. И свои веснушки лишний раз Эля не хотела замазывать. Она считала, что веснушки — это очень красиво и почти не скрывала их под тонной тональника, который был немного светлее её натурального цвета кожи. Посмотревшись ещё раз в зеркало и подмигнув отражению, Валеева дотронулась до наличника двери на удачу и побежала вниз, где её уже ждало такси. «Пусть всё пройдёт хорошо», — прошептала Эля и села в машину.       Эвелина доехала очень быстро, без пробок. Она корила себя, что чуть-чуть опоздала и молилась, чтобы Ксюша не дала ей с локтя. Ксюха — баба боевая, может и убить за проступок. Но Эвелине повезло: сестра была на удивление доброй. Новое кафе было скорее кофейней. Уютный дизайн в пастельных цветах, приятная музыка, удобные столики и лучший кофе в мире. По крайней мере, так думал Яковлев, который пил уже вторую чашку капучино. Он мило болтал с милой девушкой, которая этот капучино ему и подливала. На вид ей было около двадцати пяти: приятная внешность, светлая кожа. Рядом с ней стояла ещё полненькая девушка, подстриженная под мальчика, которая разговаривала с Ксюшей. Эвелине казалось, что она когда-то видела этих девушек. «Что за посиделки у них тут?» — подумала Эля. — А можно спросить, что тут происходит? — громко заворчала Эвелина, чтобы все услышали. — О, Эля пришла, гы-гы-гы, — Егор оторвался от чашки кофе. — Мы тебя тут уже заждались, я даже успел познакомиться с Ярославой и Полиной. Хорошие девчонки. Теперь Валеева поняла, где видела этих дам. Это лучшие подруги Ксюши, с которыми она тусовалась ещё в универе. Та, что с короткой стрижкой и осветлёнными волосами — это Полина, а миленькая брюнетка — Ярослава. Они иногда пересекались с Элей, но Валеева не очень-то и была заинтересована в них. Она не считала подруг Ксюши какими-то ужасными и фальшивыми, но не доверяла им. Эвелина вообще редко кому доверяет. — Они хотя бы не опаздывают, — закатила глаза Ксюша, — им не положено. А нашу Эвелинушку надо как маленького ребёнка учить. Ты раньше никогда не опаздывала вообще-то. — Я тоже всегда опаздываю, — ворвалась в разговор Ярослава. — Когда я была подростком, мои подруги ненавидели меня из-за этого. Они могли бесконечно ждать меня на улице в минус тридцать, а я всегда приходила позже остальных. Поэтому опаздывающих людей, к сожалению, никто не любит, но я считаю, что это мы рано пришли. — Ты издеваешься? — прохрипела Полина, вырисовывая на кофейной пенке рисунок. — Как можно опаздывать и заставлять кого-то ждать? Это недопустимо! Типа, я могу прийти на минут пять позже, но это бывает настолько редко, что я сама не помню последний раз, когда заставляла человека ждать. — Вот-вот, — фыркнула Эля, — я стараюсь приходить вовремя. Могла бы мне об этом не говорить, сестра, блин. — Ну, а что я сделаю? — развела руками Ксюша. — Этот твой Мурат на тебя очень плохо влияет! Постоянно в телефоне, постоянно с ним… — Вообще-то он Максим, — огрызнулась Эвелина. — А ты слишком много турецких сериалов смотришь. Миран, Мурат, кто следующий? — Девчонки, не ссорьтесь, — Яковлев пригрозил Ксюше пальцем. — Сегодня такой хороший день! Праздник, солнышко светит, а вы тут собачитесь. Эль, а ты чего такая грустная? Вот, скушай пончик и не грусти. — Не грусти, а то попа не будет расти, — щёлкнув пальцами, воскликнула Ксюша. — Я не грустила, смотри, какую нарастила. Эвелине было не до шуточек этой «команды балбесов». Она ставила ставки: придёт ли Макс на открытие? Вчера он обещал забежать, но время идёт, а его всё ещё нет. Возможно, Лазин просто занят. Обычно он занят всегда, а если не всегда, то очень часто. Было бы прикольно посмотреть на встречу Макса с Ксюшей и Егором. Интересно, он так же раздражающе начнёт хихикать? — Кстати, как тебе кафе? — с улыбкой спросила Ксюша. — Название не то. Эвелина услышала безумно знакомый голос, который стал даже родным. Макс всё-таки пришёл. Он стоял позади Валеевой и пытался рассмотреть, что происходит за её спиной. Эля поздоровалась и наконец допила свою чашку кофе. Она была просто на седьмом небе от счастья. «Даже про название не забыл, — усмехнулась Валеева, — вот дурачина». — Эвелишка, Ксения, Егор, две неизвестные девушки, здравствуйте, — Макс поклонился. — Мне эспрессо, пожалуйста. — Эвелишка? Ты серьёзно? — пропищала Эля. — А что-то не такое наркоманское ты мог придумать? — Серьёзно, аж блевану щас, — недоверчиво брякнула Ксюша. — Это ж ты тот долбан, который предложил мне кафешку в «Счастливого тушканчика»? — Я не долбан, я Максим, — поправил Лазин. — А вообще, ну согласитесь, Эвелина больше на тушканчика похожа. Такая же милашка. — Яковлев не знает, как выглядит тушканчик, сто процентов, — усмехнулась Ярослава и куда-то ушла. — Ну почему девушки, которые мне нравятся, всё время сбегают от меня? — шмыгнул носом Егор. — Я разве так плох? — Я бы не стал с тобой встречаться, будь я девушкой, — съехидничал Макс. — Надо быть полным мудаком с деньгами, чтобы по тебе текли. А ты просто ебанутый. В хорошем смысле. Да и внешность не ахти. — Ой-ой, кто бы говорил, — цокнула Ксюша, что-то чиркнув в своём кожаном блокноте, — ты типа хипстер? Какая-то бандана на башке, ты что, Джек Воробей? С тобой только Эля встречаться и будет. — Ксюша, — от злости прошипела Эвелина, давая знать сестре, что она перебарщивает. — Всё-всё, — отвернулась Ксюша, — я ухожу. А ты, Егор, иди и найди Яру. Соблазни её. Эвелине было жутко стыдно перед Максом за Ксюшу. Она стала такой категоричной по отношению к парням после развода со своей первой любовью. Ксюша просто разочаровалась в мужчинах, поэтому она «forever alone». Но не стоило показывать свою злость перед тем, о ком ты не знаешь ничего. Эля покраснела и попыталась скрыть это, прикрыв ладонями лицо. Кажется, праздник испорчен у всех. — Она всегда такая злая? — спросил Макс, немного толкнув Элю в плечо. — У неё что-то случилось? — Развелась, — грустно вздохнула Эвелина, — поэтому такая. Надо перетерпеть, вот и всё. — Бесячие люди повсюду, — прошептал Лазин, разводя руками. — Кстати, ты никуда не поедешь в этом году? — Возможно, поеду в Ижевск, навещу знакомых и друзей, — закрыв глаза, ответила Валеева. — Я должна была поехать с мамой на море, но я отказалась. Не очень люблю жару и море. Уж лучше искупаться в каком-нибудь озере, да и денег на это меньше уйдёт. А ты? — Как обычно свалю отсюда домой, — откашлялся Макс, — неожиданно, правда? — Так неожиданно и приятно-о-о-о, — захлопала в ладоши Валеева. — Я бы съездила с тобой просто посмотреть, что у вас там происходит. Вдруг найду что-то интересное. — О нет, ты ничего не найдёшь, — с долей горечи усмехнулся Лазин. — Ну вот что можно найти в таком городе, как Печора? — А что можно найти в Ижевске? — возмутилась Эля. — Тебя, например, — улыбнулся Макс. — Ижевск — центр республики, там большое население, полюбасу в Ижевске интересно. Я посмотрел фотки в гугле, довольно приятный город, красивый, ухоженный. Поэтому если мы поедем куда-то, то точно в Ижевск. — Нифига ты прошаренный, — сглотнула Валеева, — даже я столько не знаю. А я знаю много всего. — Несомненно. — Хочешь пончик? — Хочу бутер с лососем, — подмигнул Макс. — А пончики подождут.