Arcane Academy

Альбус посмотрел на гобелен рода и задумчиво постучал себе по подбородку. В гобелене описаны только последние семь поколений, но этого должно быть более чем достаточно, чтобы сузить список магических существ, наследие которых мог недавно получить Поттер. Имена на гобелене были написаны красным у волшебника, синим у чистокровного магического существа и фиолетовым для полукровок, у которых один из родителей был магическим существом. Немагические предки были полностью исключены. К сожалению, поскольку ему пришлось использовать человеческую кровь Гарри, чтобы создать гобелен, он не показал наследие Поттера. Начиная с самого верха, Альбус увидел три серебряных имени. Однако его глаза расширились от удивления, когда он заметил, что дети двух имён были красными, а не фиолетовыми. Он положил палец на имя Эмити Дюбуа и проследил его через два поколения, где имя её внучки было написано серебром. По-видимому, наследие сирен могло передаваться через поколения. Дамблдор посмотрел на другое имя и проследил путь имени Раджи Каделя через три поколения, где два имени его правнука были написаны серебром. Таким образом, наследие гелиопатов также могло передаваться через поколения. Окинув взглядом остальную часть гобелена, Альбус увидел двух вейл, одного лесного эльфа и одного змеедемона, но все имена прямо под этими именами были написаны фиолетовым. Волшебник самодовольно усмехнулся. Теперь, когда он сузил возможное наследие Поттера до двух, найти отродье будет намного легче. Альбус отодвинул гобелен в сторону и посмотрел в окно, его лицо исказилось, когда он увидел пустой насест Фоукса. Внезапно волшебник тихо зарычал и поджёг его. Если бы он не сказал всем, что у фениксов сейчас брачный сезон, репутация Альбуса серьёзно пострадала бы из-за исчезновения этой проклятой птицы. К счастью, большинство волшебников не были так хорошо осведомлены о фениксах, поэтому никто не сомневался в его утверждении. Без сомнения, предатель сбежал к Поттеру при первой же возможности. Крестражи Волан-де-Морта были ещё одной проблемой, которую Альбус должен был решить. Он нашёл диадему в выручай комнате этим летом и немедленно уничтожил её. Ещё один крестраж, кольцо Мраксов, нашёлся во время рождественских каникул и пока не был уничтожен. Дамблдор также имел хорошее представление о том, где найти медальон, но вот кубок и Нагайна всё ещё были вне его досягаемости на данный момент. Конечно, после того, как уничтожит все крестражи, Альбусу всё ещё нужен будет Поттер, чтобы избавиться от последнего созданного куска души внутри отродья, прежде чем он сможет победить самого Волан-де-Морта. Альбус полез в ящик стола и взял кольцо. Он благоговейно держал его, глядя на гравированный камень. Дамблдор не мог заставить себя уничтожить этот крестраж просто потому, что это было нечто гораздо большее. Это кольцо также являлось знаменитым Камнем Воскрешения, одним из трёх Даров Смерти и Даром, на поиски которого он потратил большую часть своей жизни. С помощью Камня Воскрешения и разумного использования нескольких заклинаний, которые нашёл за эти годы, старик мог контролировать духов, вызванных камнем. Осторожно держа его в пальцах, Альбус зачарованно смотрел на символ на кольце. Опробовать Дар до того, как крестраж внутри будет уничтожен, никому не повредит, не так ли? Он не будет долго носить кольцо, конечно, недостаточно долго, чтобы часть души попыталась получить контроль над разумом. С этой мыслью Альбус уверенно надел реликвию на безымянный палец правой руки. К несчастью для мага, он должен был беспокоиться не о крестраже. Как только кольцо оказалось надето на его палец, смертельное проклятие, бывшее в нём, активировалось. Правая кисть Альбуса начала чернеть и сморщиваться, прежде чем медленно распространиться вверх по руке. Он быстро сорвал кольцо с пальца и схватил меч Гриффиндора со стены, расколов камень лезвием, надеясь, что этого будет достаточно, чтобы разрушить проклятие. Однако его надежды были тщетны, поскольку смертельное проклятие всё ещё продолжало распространяться, поднимаясь по его руке к локтю. Кидая летучий порох в камин, Альбус отчаянно звал Северуса.

***

Северус нахмурился, когда оценивал экзамены своего последнего класса. Если бы эти оценки были каким-то показателем, ему не пришлось бы беспокоиться о допуске кого-либо из них в свои классы уровня ЖАБА. До сих пор наивысший балл был "П", и это было щедро. Камин в его кабинете внезапно активировался, и Северусу захотелось злобно выругаться. Был только один человек, который мог побеспокоить его прямо сейчас, и это был Альбус Дамблдор. Секундой позже он оказался прав, когда голова директора появилась в пламени с отчаянным криком имени Северуса. — В чём дело, Альбус? — спросил Северус с усталым вздохом. — Северус, ты мне нужен в моём кабинете как можно скорее, и принеси с собой целебные зелья, — быстро приказал Альбус. — Какие целебные зелья? — осторожно спросил Северус. — Принеси их все, если нужно, но поторопись, — отрезал Альбус, прежде чем резко прервать разговор. Северус долго смотрел на камин, прежде чем его губы изогнулись в улыбке. Похоже, Альбус попал в небольшую неприятность и нуждался в его помощи, чтобы исправить то, что успел натворить. Возможно, конец Альбуса наступит раньше, чем он думал. Схватив флаконы всех целебных зелий, которые у него были в наличии, Северус подошёл к камину и переместился прямо в кабинет директора. Когда Северус вышел из камина, Альбус немедленно поднял свою почерневшую, сморщенную руку. — Исправь это, Северус. На этом проклятом кольце было проклятие. Северус недоверчиво уставился на директора. — Ты имеешь в виду кольцо, которое нашёл во время рождественских каникул? То, которое было превращено в крестраж? — Да, Северус, его, — нетерпеливо бросил Альбус. — Что, во имя Мерлина, заставило тебя надеть кольцо на палец? Ты знал, что это опасно, — раздражённо спросил Северус. — Не думай об этом, Северус. Просто вылечи мне руку, — сказал Альбус. Северус хмуро посмотрел на старика и шагнул вперёд, чтобы осмотреть руку Альбуса. Ему тут же пришлось сдержать самодовольную ухмылку, увидев результаты осмотра. Он узнал проклятие на руке директора, и от него не было лекарства. Альбус должен был умереть, и Северус ничего не мог сделать, чтобы остановить это. — Альбус, от этого проклятия нет лекарства. Самое большее, на что ты можешь рассчитывать, это замедлить распространение проклятия, но это лишь продлит твою жизнь ещё на несколько месяцев, — сказал Северус с фальшивым сочувствием. Альбус в ужасе уставился на Северуса. — Несколько месяцев? Это всё? — Альбус, проклятие было создано, чтобы убить свою жертву в течение нескольких часов, — терпеливо объяснил Северус. Он схватил одно из целебных зелий и протянул его старику. — Прими это. Оно должно замедлить действие проклятия достаточно надолго, чтобы дать мне время приготовить более подходящее зелье. Альбус тихо выругался и выпил зелье. Все его тщательно продуманные планы рухнули в один момент глупости. Он должен был знать, что кольцо проклято, учитывая семью, из которой оно пришло, но проигнорировал здравый смысл в своём желании использовать Камень Воскрешения, прежде чем уничтожить его. Альбус вдруг задумался. Может быть, он всё ещё сможет воплотить свои планы. Альбус мог создать свой собственный крестраж и попросить Северуса оживить его, как только проклятие будет завершено. Однако кого он должен использовать для его создания? Юный Малфой! У маленького сопляка уже была миссия попытаться убить его. Вместо того, чтобы использовать миссию юного Малфоя, чтобы инсценировать его смерть, создавая у Волан-де-Морта ложное чувство безопасности и укрепляя роль Северуса как верного Пожирателя Смерти, он убил бы наследника Малфоев, чтобы создать крестраж для себя. Северус настороженно посмотрел на директора. Ему не понравилось выражение глаз старика. Это был взгляд, который мужчина видел слишком часто в эти дни, и он никогда не предвещал ничего хорошего никому, кроме Альбуса. — Юный Малфой продвинулся в своей миссии? — быстро спросил Альбус. — Я не знаю. Драко не счёл нужным довериться мне, — медленно произнёс Северус, чувствуя, как в животе поселяется страх. — Посмотрим, сможешь ли ты это выяснить. Мне нужно знать, когда он предпримет свою попытку, чтобы я мог быть готов к этому, — спокойно сказал Альбус. Северус тихо выругался. Он не должен был рассказывать Альбусу о миссии Драко. К сожалению, Северус сообщил директору до инцидента с Поттером, когда узнал правду о старом волшебнике. И теперь старик задумал что-то мерзкое, что-то связанное с Драко. — Сомневаюсь, что тебе действительно есть о чём беспокоиться с Драко, — сказал Северус. — Это должно быть довольно просто, чтобы оглушить мальчика и создать воспоминание о том, как я убил тебя. На лице Альбуса появилась странная улыбка при этих словах. — Лучше быть готовым к любым неожиданностям, Северус. При виде этой улыбки у Северуса по спине пробежал холодок, и он молча поклялся вытащить Драко из Хогвартса как можно скорее. Ни за что на свете Снейп не даст Альбусу шанса сделать с Драко то, что тот задумал. — Действительно. Тогда, если это всё, мне нужно начать варить ваши зелья. — Конечно, Северус, — добродушно сказал Альбус. Северус немедленно развернулся и направился в свой кабинет. У него были свои планы.

***

"Люпин, Как бы не хотелось это говорить, но мне нужна твоя помощь. Я дал нерушимую клятву Нарциссе Малфой, поклявшись защищать жизнь её сына, и, к сожалению, Драко Малфой сейчас в серьёзной опасности. Я боюсь, что Альбус планирует убить его, чтобы либо сделать свой собственный крестраж, используя смерть Драко для его создания, либо выполнить какой-то ритуал, чтобы перенести смертельное проклятие со своей руки на тело Драко. Чтобы выполнить свою клятву Нарциссе, я прошу тебя обеспечить безопасное убежище для Драко до конца войны, Люпин. Для него нет больше места более безопасного. Северус Снейп" Римус с громким вздохом отложил письмо в сторону. Он не знал, почему его до сих пор удивляли злые дела, которые продолжал совершать Дамблдор. В конце концов, он добровольно оставил Гарри умирать. Это произошло. Какая-то часть оборотня всё ещё видела в Дамблдоре доброго старика, который посадил Гремучую Иву и предоставил ему безопасное место для ежемесячных превращений, пока он учился в Хогвартсе. Как мог этот добрый старик превратиться во что-то настолько извращённое и тёмное, что готов был пожертвовать кем угодно, чтобы получить больше власти? Билл вошёл на кухню, держа на руках спящую Гвен. Он сделал небольшую паузу, увидев задумчивый взгляд на лице своего возлюбленного. — Что случилось, Римус? — спросил он, садясь за стол. Римус передал Биллу письмо. Билл осторожно посмотрел на письмо, взял его у Римуса и начал читать. И недоверчиво покачал головой. Он не думал, что Дамблдор может опуститься ещё ниже, но, очевидно, ошибался. Билл посмотрел на Римуса и сказал: — Я не возражаю, чтобы парень оставался здесь, если он даст нерушимую клятву не причинять вреда Гвен или Гарри. В конце концов, у нас, конечно, много места. — Сейчас много, — сухо ответил Римус. — Но я думаю, что здесь будет довольно многолюдно, как только начнутся летние каникулы. Билл слегка нахмурился в замешательстве. — Почему ты так говоришь? Только мы, Гарри и Малфой. Римус недоверчиво уставился на своего возлюбленного. — Думаю, что твои родители захотят навестить тебя, чтобы увидеть ребёнка, и я совершенно уверен, что они приведут остальных членов семьи, включая Гермиону. И если ты думаешь, что три парня Гарри позволят ему исчезнуть из их поля зрения на всё лето, то сошёл с ума. В конце концов, эти трое очень ревностно относятся к мальчику. Кроме того, мы обещали Грею, что позволим ему навещать свою дочь в любое время, когда он пожелает, так что, вероятно, парень проведёт здесь несколько недель летом. Кроме того, нам уже не хватает одной комнаты, потому что мы превратили одну из гостевых спален в детскую для Гвен. Глаза Билла расширились в панике, как только он услышал первую фразу Римуса. Парень знал, что что-то забыл. — Мама убьёт меня! Я совершенно забыл рассказать ей о Гвен. Римус тихонько хихикнул и взял малышку из рук рыжего. — Может, тебе повезёт, и она будет в таком восторге от того, что стала бабушкой, что даже не подумает убивать тебя. — Я могу только надеяться, — жалобно сказал Билл, схватив кусок пергамента и перо. Римус только усмехнулся и вынес Гвен из кухни. Ему нужно было написать собственное письмо. Он должен был честно предупредить Гарри о предстоящем пребывании юного Малфоя в коттедже.

***

Гарри проснулся от вспышки огня. Он быстро сел, забыв, что заснул на диване, делая уроки, и чуть не свалился на пол. Парень ахнул от удивления, увидев Фоукса, стоящего на кофейном столике. Как только Гарри посмотрел на него, феникс подтолкнул что-то через стол к брюнету. Он с любопытством посмотрел вниз и увидел большое красное крапчатое яйцо. — Ты хочешь, чтобы оно было у меня? — медленно спросил парень. Фоукс склонил голову в знак согласия. Гарри осторожно поднял яйцо, удивляясь теплоте, исходящей через скорлупу. Однако, как только оно оказалось в его руках, феникс вспыхнул пламенем, но ни один новый птенец не появился из пепла. Вместо этого внезапный ветерок пронёсся по комнате, разбрасывая пепел повсюду. Гарри сморгнул слёзы, когда понял, что это значит. Фоукс был мёртв, и единственное, что напоминало о присутствии дорогого феникса, было яйцо в его руках. Непрошеная слеза скатилась по щеке и упала на скорлупу. Капля коротко зашипела, и яйцо затряслось. Гарри подпрыгнул от неожиданности и посмотрел на него как раз в тот момент, когда в скорлупе появилась длинная трещина. За ней быстро последовало ещё несколько, прежде чем маленький кусочек яичной оболочки отломился и упал на колени китиаре. Мгновение спустя крошечный клюв ухватился за край разбитой скорлупы и потянул, разбивая её дальше. Потом в дыру просунулась крошечная красно-золотистая головка и тихонько чирикнула. — Привет, малыш, — прошептал Гарри, помогая новорожденному фениксу выбраться из яйца. Птенец радостно защебетал и взъерошил свои крохотные крылышки с редким оперением. Гарри мягко улыбнулся и провёл пальцем по крылу феникса. — Теперь нам просто нужно имя для тебя. — Он долго смотрел на птенца, прежде чем на его лице появилась улыбка. — Как насчёт Пиралиса? Это означает "огненный". Подходит для феникса, не так ли? Сосредоточившись на своём новом питомце, Гарри не слышал, как кто-то вошёл в комнату, пока Тристан не сказал: — Гарри, что это за уродливая штука? — Маленький феникс, — сказал Гарри. Тристан в шоке уставился на Гарри. — Где, чёрт возьми, ты достал детёныша феникса? — Фоукс подарил его мне перед смертью, — печально сказал Гарри. — Ты имеешь в виду феникса твоего старого директора? — недоверчиво спросил Тристан. — Фениксы бессмертны, Гарри. Может быть, у него просто был жаркий день, и ты не видел, как он ожил. — Тристан, Фоукс вспыхнул пламенем, превратился в пепел, а затем развеялся по ветру, — спокойно сказал Гарри. — Нет ничего по-настоящему бессмертного, Тристан. Всё в конце концов умирает. Тристан вздохнул и сел на диван рядом с Гарри, с любопытством глядя на феникса. — Итак, ты уже назвал его? — Пиралис, — тихо сказал Гарри. Прежде чем он успел сказать что-то ещё, в комнату, возбуждённо подпрыгивая, ворвался Добби. — Гарри Поттер, сэр, у Добби есть для вас письмо. — Домовой эльф начал было передавать письмо мальчику, но тут он увидел феникса. Его глаза расширились от благоговения. — Я знал, что сэр Гарри Поттер — великий волшебник, а теперь у Гарри Поттера, сэра, есть фамильяр феникс. — Спасибо, Добби, — сказал Гарри. Он вдруг улыбнулся, когда ему в голову пришла мысль. — Ты сможешь достать какие-нибудь лакомства и еду для моего нового феникса, не так ли, Добби? — Добби будет счастлив, Гарри Поттер, сэр, — с готовностью ответил домовой эльф. — Добби сейчас вернётся. — Едва не швырнув Гарри письмо, которое он держал в руке, Добби с громким хлопком исчез из комнаты. Гарри удивлённо покачал головой и открыл письмо. Однако, по мере того, как он читал его, в нём нарастал гнев. Дамблдор был абсолютно безумен, чтобы даже рассматривать идею создания крестража. Парень знал, что такая тёмная магия делает с людьми. В конце концов, он видел Волан-де-Морта во всей его рептильной славе. — Этот человек скоро придёт к неприятному концу, — холодно сказал Тристан. — Да, так и будет, — тихо согласился Гарри. — Будь осторожен, Снейп. Дамблдор далеко не беспомощный старик. В этот момент в комнату ворвался Добби с огромным джутовым мешком. — Вот лакомства и еда для феникса Гарри Поттера, сэра. — Спасибо, Добби. Я ценю всю твою тяжёлую работу, — искренне сказал Гарри. Добби тут же разрыдался. — Гарри Поттер, сэр, становится добрее каждый раз, когда Добби видит его. Гарри нежно улыбнулся домовому эльфу. Добби, безусловно, был незаменимым союзником и отличным другом. Добби вдруг нахмурился и раздражённо вздохнул. — Добби должен идти. Дамбдор зовёт Добби к себе. — Будь осторожен насчёт Дамблдора, Добби. Он... — Добби знает. Дамбдор плохой волшебник. Добби всегда осторожен с ним, — твёрдо сказал Добби. С этими словами он выскочил из комнаты. — С ним всё будет в порядке, Гарри, — успокаивающе сказал Тристан. — Теперь давай посмотрим, что он нам принёс, — Тристан встал с дивана и схватил джутовый мешок. Юноша открыл его и заглянул внутрь, потрясённо разинув рот при виде огромного количества еды, упакованной в сумку. — Не думаю, что твой феникс будет голодать в ближайшее время, Гарри. Поттер ухмыльнулся рыжеволосому. — Это Добби для тебя. Он всегда делает всё возможное ради своих друзей. — Китиара посмотрел на крошечного феникса в своих руках и снова перевёл взгляд на Тристана. — Есть ли что-то, что может съесть маленький феникс? Знаешь, что-нибудь мягкое? — Вообще-то есть, — сказал Тристан, вытаскивая из сумки маленькую жестянку. Он открыл её и тут же скривился, передавая банку Гарри. — Повеселись с этим. Содержимое жестянки ничуть не обеспокоило Гарри. В конце концов, у него раньше была сова, и Хедвиг очень любила оставлять ему в подарок полусъеденных мышей и змей. Гарри зачерпнул несколько нарезанных червей в трансфигурированную миску и поставил Пиралис на стол, чтобы он поел. Феникс радостно защебетал и быстро принялся за дело. — Ты думал о том, когда захочешь соединиться с нами? — внезапно спросил Тристан. — Мне это тоже интересно, — сказал Октавиус, выходя из тени с Зените. — Сталкер, — пробормотал Тристан. — Как ты заполучил в свои руки новорожденного феникса, Гарри? — спросил Зените, с любопытством глядя на птенца. — Фоукс принёс его мне, — сказал Гарри с грустной улыбкой. — Пиралис вылупился меньше часа назад. — Похож на ощипанную курицу. Ты уверен, что это феникс? — прямо спросил Октавиус. Гарри усмехнулся. — Когда я впервые увидел возрождение Фоукса, мне подумалось, что он похож на индейку, наполовину ощипанную. Октавиус пожал плечами и плюхнулся рядом с Гарри. — Итак, что ты решил насчёт нашей связи? — Я подумал, что мы могли бы соединиться за несколько дней до летних каникул, — нерешительно сказал Гарри. Зените одобрительно кивнул. — На самом деле, это прекрасно. В последнюю неделю в академии нет занятий, чтобы дать профессорам время вернуть и оценить все тесты на конец года. — Да, и мне нужно поговорить с целителем Кэррингтоном о контрацептивах, потому что я и близко не готов к детям, — сказал Гарри решительно. — У меня впереди ещё целый год учёбы в академии и мастерство, которое нужно развивать. Не говоря уже о том, что приходится иметь дело с Волан-де-Мортом и Дамблдором. — Время праздновать! — радостно воскликнул Октавиус. Он стащил Гарри с дивана и повёл его в спальню, на ходу снимая с брюнета рубашку. Тристан и Зените быстро последовали за ними. Они все были на маленьком празднике. Пиралис оторвался от еды и весело защебетал. Жизнь с этими четырьмя определённо не будет скучной.

***

Молли суетилась на кухне, готовя завтрак, когда в открытое окно влетела сова и бросила на стол письмо. Прежде чем волшебница успела предложить птице какое-либо угощение, она тихонько ухнула и вылетела обратно в окно. Женщина покачала головой и взяла письмо, улыбнувшись, когда увидела знакомый почерк Билла на конверте. Она нетерпеливо вскрыла его и начала читать текст внутри. "Мама, Надеюсь, у тебя все хорошо, и Дамблдор не доставляет слишком много хлопот. Если это так, то у меня есть новости, которые наверняка поднимут вам настроение. Мы с Римусом теперь отцы. Месяц назад мы удочерили девочку и назвали её Гвендолин Грейс Люпин, но мы зовём малышку Гвен. Она идеальна, мама, как маленький ангел. Как её бабушка, ты, конечно, можешь навещать крошку в любое время. Тем не менее, ты должна знать, что этим летом у нас будет несколько дополнительных гостей. Снейп попросил нас разрешить Драко Малфою остаться с нами, и мы согласились. Отец Гвен также проведёт часть лета здесь, чтобы навестить свою дочь. Извини, что не сказал тебе раньше, но мы всё ещё приспосабливаемся к тому, чтобы растить ребёнка. Это ответственная работа, и я с уважением отношусь к вам за то, что у вас нас семь. Мы с нетерпением ждём встречи с вами в ближайшее время. С Любовью, Билл" Молли в шоке уставилась на письмо, прежде чем с губ сорвался счастливый визг. Старший сын наконец-то исполнил её самое заветное желание и сделал бабушкой. Она быстро схватила фотографию, которая была отправлена вместе с письмом и заворковала над очаровательной девочкой. Малышка была просто великолепна со своими милыми маленькими пучками золотистых светлых волос и большими серыми глазами. Молли не могла дождаться встречи со своей внучкой. Волшебница немного беспокоилась о том, что Драко Малфой будет в коттедже с новой семьёй. Существовал также вопрос о биологическом отце ребёнка, но она доверяла суждению Билла. Если у них было всё в порядке со всем этим, то и у неё не было права жаловаться. — Что привело тебя в такое хорошее настроение, дорогая? — спросил Артур, входя на кухню ужинать. Он сел за стол и налил себе немного тыквенного сока. — Билл наконец-то исполнил свой долг старшего сына и подарил нам внучку. — сказала Молли, счастливо улыбаясь. Артур тут же поперхнулся тыквенным соком. — Ч-Что? Когда это произошло? Я даже не знал, что кто-то из них был беременен. — О, они не были, — сказала Молли пренебрежительно. — Они удочерили маленькую девочку. Разве она не прекрасна? Артур взял фотографию, которой Молли размахивала перед его лицом, и посмотрел на свою новую внучку. Он тепло улыбнулся этой сцене. Малышка лежала на руках у Римуса, а Билл целовал её маленькие ручки. Для него было очевидно, что двое мужчин уже были по уши влюблены в маленькую девочку. — Конечно, Молли. — О, жаль, что они не сказали мне раньше. Мне нужно столько всего связать для ребёнка, — сказала Молли. И сразу поспешила из кухни, забыв о приготовлении пищи. Артур только покачал головой и закончил готовить. Приятно было снова видеть жену такой счастливой. Со всем этим стрессом от манипуляций и схем Дамблдора, те времена были немногочисленны и далеки от этих дней.