Весточка из прошлого

Все это время она была марионеткой. Тяжело осознавать, что за единственно осмысленными решениями в жизни стоишь не ты. Рвение в столицу. Желание помочь Рите. Всё оказалось фикцией. Зов сердца — пустышка, то был тихий шепот души. Чужой. Оскверненной. Как с ней справиться? *** Скрип лампы, висящей низко под потолком. До неё можно было без труда дотянуться рукой, если бы не паутина, покрывшая железный ободок. Голые стены тонули во тьме, и лишь один грязный замызганный уголок купался в лучах жгучего света. Лампа все раскачивалась у лица Милы, со сводящим с ума звуком выхватывая страшные картины. — Я Рита, — представлялась девушка, протягивая к ней руку. Свет перемещался в сторону. — Ты лучший человек, которого я когда-либо встречала! — пылко произнесла другая. Снова скрип. — Хочешь занять мое место? — упрекала третья. Они появлялись одна за другой и исчезали тут же, как только лампа качалась в сторону, оставляя после себя обрывки фраз. Но Мила не смотрела. Их лица слились в одно беспросветное пятно. Оно постепенно вытягивалось, отбрасывая тень своей настоящей сущности, превращаясь в нечисть с горящими и глазами и разинутым ртом, ползла по стене скрываясь от взора девушки. — Скажи мне… — Мила почему? — Мы ведь подруги? — Как ты можешь… — Ты хоть раз была со мной искренна? — Я так счастлива, что знакома с тобой! — Прекратите, пожалуйста! — закричала Мила. *** Мила вскочила, широко открыв глаза. Сумасшедший нечеловеческий смех нечисти все ещё звенел в ушах. — Проблемы со сном? — парень лениво потянулся в кресле, но его голос звучал сродни этой нечисти. — Почему? — крупная слеза скатилась по щеке. — Я должна была остаться с Ритой, тогда, в хижинке! — Горло саднило. Мила удивленно потянулась к шее. Парень лишь закатил глаза. В памяти стали всплывать события вчерашней ночи. Но вопрос, непременно возникший в голове, о том, как после всего, что она узнала, ей удалось уснуть, поставил все на свои места. Шея после точного удара не болела, но истерика, предшествующая этому, оставила после себя боль в горле. Парень удобно устроился, закинув ногу на ногу, и делал вид, что ничего не произошло. — Зачем? Мила пристально смотрела в его странные глаза. Такие же, как у Жака, напоминающие линзы. Только вот в них отражалось то, чего она никогда не замечала у Жака — равнодушие. Зачем освободил от мук? Верить в то, что из чистых побуждений, теперь не было смысла. Сон приносил не меньше страданий, но об этом он вряд ли думал, когда насильно погрузил в него девушку. — Слишком много от тебя шума, — отмахиваясь, словно от мухи, ответил парень. — Выбора у тебя нет. Но мы все же даём тебе время подумать, — в глазах его блестнул хищный блеск, разнившийся с доброжелательным тоном. Мила потянулась за подушкой и, уронив на колени, уткнулась в неё лицом. Что я сделала не так в этой жизни? *** Мила не знала, сколько времени прошло, но ни желания подняться с постели, ни продолжать жизнь по-прежнему не было. Девушка чувствовала внутри себя пустоту, боль от неё была почти физической и осушила до последней слезинки опухшие глаза. Она была разбита по настоящему. Гнетущую атмосферу, дополняла разболевшаяся голова. Но ещё большее давление создавал сидящий в углу парень одним присутствием. Мила упорно не смотрела в его сторону. Она думала о том, почему не чувствует посягательств на сознание, ведь уже была готова уступить Норе. Это её решение, но почему оскверненный осколок души не откликается на зов? И незнакомец, посещавший хижинку Жака, попыток заговорить не предпринимал, только вот и комнату не покидал. Мила помнила, как порывалась сбежать, как билась в истерике прошлой ночью. Кинулась к двери и схватилась за её длинную ручку, словно за последнюю соломинку, которая беспощадно выскользнула из руки. Судьба забрала её, выбила почву из-под ног. «Беги, если хочешь. Но сможешь ли ты продержаться и не выдать себя?» Мила не смотрела на парня, но точно знала, что его взор направлен в её сторону. Она сидела согнувшись, не замечая, как зажимает простынь между пальцами. Какая из неё принцесса? Но в тоже время, они ведь требуют от неё то же самое! — Я согласна, — ей с трудом дались эти слова. Фраза, вырвавшись на свободу, словно вновь открыла краник к эмоциям: девушка тихо всхлипнула и отчаянно стала вытирать бежавшие по щекам слёзы. — Поздавляю, — сухо произнес парень, — теперь эти покои офицально твои… Сердце болезненно сжалось. — Скажите, — Мила просяще уставилась в его лицо и была готова поклясться, что на нем проскользнуло отвращение. — Как… я… Мы абсолютно разные, — стушевалась девушка. Парень проигнорировал её реплику и протянул поднос с едой. — Ешь, — приказал он. — Не в наших интересах потерять тебя раньше времени. Однако несмотря на произнесеные слова, ему было абсолютно все равно. *** Девушка распласталась на кровати в покоях Риты, словно хотела раствориться в складках постели. Исчезнуть навсегда. — Тебе стоит выйти хотя бы на полчаса, — сложив руки на груди, напутствовал парень, но это не было простой просьбой. Его голос врезался в сознание, Мила готова была отказаться от слуха, но только бы не слышать терзающий душу приказ. Она разрывалась между тем что бы подчиниться и воспротивиться, но так и не смогла ничего предпринять. Тело парализовали сомнения. Он стал её тенью, неотступно следующей по пятам. Она видела его когда только открывала глаза и когда засыпала. Все дни, что заперлась в покоях, спряталась ото всех, но не от собственных мыслей, парень не покидал её. Не отходил от Милы ни на шаг, словно не было других дел, кроме неё, даже самое банальное — человеческие потребности — не стали для него причиной, чтобы оставить девушку хоть на пару минут. Он лишь менял свое расположение в комнате, вводя Милу в заблуждение, каждый раз, когда она искала его на прежнем месте и, не находя, думала, что может сбежать. — Принцесса не может ссылаться на то, что ей не здоровиться вечно, — с колкой улыбочкой напомнил парень. Но она быстро исчезла с его лица, уступая знакомой мрачности. От этих перемен, что удавалось заметить стыла кровь в жилах. — Мне нужно ещё немного времени, — не поднимая головы выдала Мила, страшась своей наглости и ощутила сомкнувшиеся пальцы на плече. Парень грубо выдернул её из постели. — Больно. — Кажется, у тебя было достаточно времени, чтобы справиться с тараканами в голове, — горячее дыхание у уха обжигало. — Мы ведь вошли в твое положение, не правда? Ничто и никогда её так не пугало, как выражение его лица. Глаза сощурились, зрачок вытянулся в тонкую полосу. На острых скулах четко проступили желваки и разве что пар из ноздрей не пошел, но Мила была уверена, что все ещё впереди. Это возможно. — Отпустите, — жалобно попросила девушка. — Я все ещё не понимаю, как смогу обманывать целое королевство! — Мысль об этом снедала изнутри. — Хватит, — прошипел парень и потащил её к гардеробу. Распахнул дверь и толкнул Милу в ряд висевших платьев, стеллаж туфлей на всю стену и украшений. Не знала, что здесь есть такое. Пока девушка восхищенно разглядывала просторную белую комнату, потирая руку, на которой остались следы пальцев, парень сам снял одно из платьев, захватил пару туфлей, ленту для волос и вместе с Милой вернулся в покои. — Одевай, — небрежно бросив на постель наряд, сказал он. — Прямо здесь? — растеренно спросила девушка, имея ввиду то, что разве он не собирается хотя бы отвернуться. — А что ты хотела? — он вздернул бровь. — Нужна ты мне, не забывай, что твое тело выглядит иначе, — нагло бросил парень и задернул штору у окна для её спокойствия. — У тебя одна минута, — донеслось до Милы, — не успеешь — не мои проблемы. Она прикусила губы и спешно сбросила сорочку. Когда терпение парня лопнуло, он широким шагом приблизился к девушке и туго завязал шнуровку на её платье. — Не благодари, — он окинул девушку критичным взглядом. Почти успела — выдохнула Мила и позволила себе посмотреть в зеркало. В нём отражалась подруга в легком бледно-сиреневом платье. Рита… — А теперь иди, — толкнул её за дверь парень, — и попробуй вернуться. Если что-то получится, значит, не так ты и безнадёжна. Чем поможет простая прогулка по коридорам? — не понимала она. — Ладно, спину прямо. Осанка. Осанка. — повторяла Мила про себя. Девушка сделала сосредоточенный вид, будто спешит куда-то и её не стоит отвлекать. Встречающиеся на пути слуги увидев, как она серьезна, лишь кланялись, в ответ получая кивок принцессы, и провожали обожающим взглядом. — Какая же красавица у нас принцесса! Длинные коридоры, украшенные картинами и гобеленами, сменяли друг друга, как кадры в пленке. Когда Мила решила, что хватит на сегодня и ей пора возвращаться, она поняла, что не может сделать этого. Каждая попытка выбраться из сети запутанных коридоров кончалась тупиком. — О, боже, — тихо пискнула Мила. «Просто прогуляться по коридорам и вернуться» оказалось не таким простым заданием, как она думала. Логические доводы и запоминание на всякий случай поворотов особых результатов не дало. Всё, на что она положилась, было абсолютно бесполезным. От волнения лоб девушки покрылся испариной, но она почувствовала едва уловимый импульс. Послание. Такое же, как в хижине, где они остановились с Ритой, когда она решила оставить её. Тогда Мила восприняла это чувство, как желание, стремление изменить судьбу. Собственное желание… Не об этом ли говорил, тот парень? — Девушка приложила руку к груди. — Ты мне поможешь со всем справиться! Неужели этого она так боялась? Думала, что не найдет к ней путь, что уж говорить о контакте. Оскверненная душа станет инструментом для её спасения. Мила не решаясь поддалась вперед, последовала странному зову, которое воспринималось на уровне инстинктов. Она чувствовала его, но не могла услышать. Внутренний голос вел её к выходу. Мила стала узнавать отдельные уголки, убеждалась в том, что делает все правильно. За очередным поворотом она наткнулась на парня, которого сложно было не узнать. Высокий стан, белые волосы и чистые голубые глаза. — Норити! — он заметил её сразу же, как и она его. Мила почувствовала, как горят щеки, как напружинилась спина. В этот момент не нашлось бы равной миледи, которая держала спину так прямо. Она с усилием присела на негнущихся коленях в поклоне. — Извини… — в каких они отношениях? какое обращение будет уместным? На «Вы»? -…те, — добавила Мила. — «Извините?» — переспросил принц. Она на мгновение сомкнула глаза. — О-оскар, — дрожа произнесла девушка. Его ли это имя? Она ждала, что откроет их и все окажется кошмаром. Останется в прошлом. Забудется за чашкой ароматного чая в компании Риты. Но нет. Она лелеяла надежду о том, что всё случившееся, все встречи и прогулки с парнем из леса стали плодом её фантазий. И это имя она придумала сама. Но он не стал оборачиваться в поисках этого самого Оскара, что мог стоять позади него, к которому непосредственно принцесса обращалась. Принц смотрел в её глаза. Смотрел так, будто искал в них ответ на происходящее. — Норити, — снова произнес он. Норити — горько повторила Мила. — Ах, да. Совсем забыла. — Пожалуйста, извините меня, — силясь ровным голосом попросила Мила. — Мне немного не по себе. Дай мне возможность уйти. Я не выдержу! — Зачем ты мучаешь меня? К чему вновь эта официальность? Позволь мне хотя бы видеть тебя, позволь заводить с тобой дружеские речи. Не отдаляйся. Оскар, мне так больно. Не надо. Принц взял её за руку. — Не надо, — прошептала Мила. — Я никогда не пересеку черту. Девушка тяжело сглотнула. — Я не лгу, мне не здоровится, — бледнея от близости принца, произнесла она. Он продолжал смотреть, ожидая других слов. Не думал отпускать даже, когда пауза становилась неловкой. Глаза напоминающие чистый родник, не жалея хлестали своим ледянным потоком. Требовали от неё ответа. — Я…я…подумаю, — не выдержав, сдалась Мила. Оскар отступил. …Внутренний голос привел девушку в покои. Она рада была сбежать, даже если мчалась прямиком к приставленному надзирателю. — Долго, — прокомментировал он, встретив Милу изо всех сил пытающуюся оправиться от столкновения с принцем. Тоска тенью набежала на лицо. — Вернулась, уже хорошо, — сжалился он, видя её состояние. — Но однажды можешь и не вернуться. Вскольз брошенные намеки пронзали сердце. Она стушевалась, не знала куда деть себя, чтобы больше их не слышать и вдруг зацепила взглядом отражение в зеркале. С этой ли девушкой Оскар желает о дружеских речах? — горько заключила девушка. — Ужин уже принесли, — сухо сообщил парень, вырывая Милу из раздумий. — Ты ведь смогла использовать то, что сидит внутри тебя. В награду можешь провести эту ночь наедине с собой. Он выскользнул на балкон раньше, чем Мила восприняла его слова, и спрыгнул вниз. — С ним все впо… Не важно, — остановила себя девушка. — Какая мне разница. *** Ночью, не в силах сдержать волнение, он появился у балкона Норити. Смотрел на задернутые шторы и давно погаснувший в окнах свет. Где-то там, за ними, спит его принцесса. Что я здесь делаю? Она не могла уже принять решение. Зачем в этот час пришел сюда? Принц собрался уходить, но по неосторожности задел одну из клумб под окнами. Лик принцессы тут же мелькнул из-за шторы. Сердце Оскара забилось быстрее от одного вида возлюбленной. Как же чутко ты спишь, моя принцесса! Балконная дверь приоткрылась, выпуская встревоженную девушку. —  Прости! — воскликнул Оскар, — Я сейчас же всё уберу и уйду! — Все хорошо, не беспокойся. — Я разбудил тебя, мне так жаль! — Сон не шел. Я не спала, — попыталась успокоить принца девушка. Но по большому счету она не лгала. — Что ты делаешь? — испуганно произнес принц, смотря, как Норити вскарабкалась на перила. Миле трудно было воспринимать его таким… настоящим. Теперь любой её поступок не забудется с пробуждением. — Видишь, — он ведь попросил обращаться к нему менее офицально, не так ли? — Я даже могу стоять так, я не спала. Её длинные волосы развевались на ветру, пока он не усилился настолько, что она покачнулась. — Слезь, ради всего святого! — попросил Оскар. — Все в порядке, я не упаду, — она была равнодушна к своей безопасности. Порыв становился всё сильнее, но Мила игнорировала этот факт. Эта высота будоражила нервы. Разве это так ужасно, если она упадет? Ветер путал волосы и они тяжелой помехой легли на лицо. Мила постаралась их убрать, теряя равновесие. Пошатнулась. Ветер будто желал опрокинуть девушку вниз за её действия. И у него это получилось. — Норити! — крикнул принц. Ему пришлось постараться, чтобы поймать девушку. Она потеряла сознание. Ударилась головой о его плечо.