Мой граф Дракула

За несколько часов до этого... Первым забил тревогу Тэхён. Они с Чимином как раз закончили смену и сидели в круглосуточной забегаловке в паре кварталов от борделя — ждали, пока Джин освободится. Тэхён по привычке залип в телефон и, не глядя, отправил в их общий чат очередной дурацкий стикер. Тот самый, с котиком и подписью «я за тобой слежу». Ответа не было. Это было странно. Не то чтобы странно — Чонгук мог задремать, или быть в душе, или просто не смотреть в телефон. Но Тэхён отчего-то напрягся. Он перевернул телефон экраном вниз, потом снова поднял. Перечитал последние сообщения. Последним от Чонгука было короткое «Хорошо» — ещё вчера, когда они просили его идти домой с охраной. — Чима, — позвал он, и Чимин, уловив что-то в его тоне, сразу перестал размешивать сахар в кофе. — Что? — Гук не отвечает. Чимин взял свой телефон. Проверил чат. Потом набрал Чонгука сам — долгие гудки, один за другим. Сбросил. Набрал снова. Тишина. — Может, спит, — сказал Чимин, но прозвучало это неубедительно даже для него самого. — Он не спит после смены, — Тэхён уже вставал из-за стола, накидывая куртку. — Он всегда сначала ест. Или гуляет с Шерри. Или хотя бы смотрит ютуб. Но он всегда отвечает. Всегда. К тому моменту, когда подошёл Джин, они оба уже стояли на улице. Тэхён, не переставая, названивал Гуку. Чимин пытался дозвониться до Вонхо — вдруг тот знает, куда Чонгук делся после закрытия. Джин выслушал их, и его лицо, только что усталое и расслабленное, мгновенно осунулось. — Едем к нему. Сейчас же. Дверь в квартиру Чонгука была приоткрыта. Это первое, что они увидели — узкую полоску света из коридора, падающую на бетонный пол лестничной площадки. Джин остановился первый, выставил руку, не давая младшим пройти вперёд. Сердце у него ушло куда-то в пятки. — Стойте, — тихо сказал он. — Не входите. Но они уже увидели. Разводы на полу у самого порога. Тёмные, уже подсохшие, но всё ещё узнаваемые. Кровь. И тихий, жалобный скулёж из глубины квартиры — Шерри. Чимин зажал рот ладонью. Тэхён побледнел. Джин заставил себя перешагнуть через пятно на полу. Телефон Чонгука валялся тут же, в коридоре — экран разбит, но сам аппарат ещё работал, на нём висело непринятое уведомление из чата. Крови было немного. Но её было достаточно, чтобы понять: это не случайность. Не поскользнулся. Не порезался. Нападение. — Вонхо, — выдохнул Джин, набирая номер трясущимися пальцами. — Звоните Вонхо. Хосок приехал через пятнадцать минут. Выслушал сбивчивый рассказ троих друзей, мрачнея с каждым словом. Осмотрел квартиру. Подобрал с пола телефон Чонгука. Потом отошёл в сторону и сделал звонок — короткий, на несколько секунд. — Он не отвечает, — сказал он, возвращаясь. — Юнги не отвечает. Значит, либо уже в пути, либо что-то случилось. Он не стал уточнять, что именно. Им всем и так было понятно: случилось. Что-то очень плохое. — Нам нужно найти его быстро, — продолжил Хосок, и в его голосе прорезалась сталь. — У кого есть контакты того оборотня? Намджуна? Он может взять след. Джин моргнул. Потом ещё раз. Потом похлопал себя по карманам в поисках визитки, которую ему буквально всучили пару дней назад — он тогда ещё хотел её выбросить, но что-то остановило. Какая-то смутная мысль, что этот неуклюжий вервульф с глазами побитого щенка может ещё пригодиться. — У меня, — сказал он. — У меня есть его номер. Намджун появился через полчаса. Он не стал задавать лишних вопросов — просто вошёл в квартиру, втянул носом воздух, прикрыл глаза. Все четверо замерли, наблюдая. Даже Шерри притихла на руках у Чимина, только подрагивала и изредка поскуливала. — Трое, — произнёс Намджун наконец, открывая глаза. — Двое вампиров и человек. Или вампир, который пахнет как человек — так тоже бывает. Чонгука забрали не сразу. Он сопротивлялся. Он повёл носом ещё раз, шагнул к порогу, потом вышел на лестничную площадку. — След ведёт вниз. К чёрному ходу. Потом на улицу. Машина. Дальше — надо ехать. — Тогда чего мы ждём? — Тэхён уже был на полпути к лифту. — Стоять, — голос Хосока прозвучал резко. — Вы — в бордель. Все трое. Закроетесь в помещении для персонала, заблокируете двери и будете ждать. Если через четыре часа от меня не будет вестей — звоните в Ассоциацию. Есть у меня там пара знакомых. — Хосок, — начал Джин, но вампир покачал головой. — Там, куда мы едем, вам делать нечего, — он посмотрел на Джина, потом на Тэхёна с Чимином. — Вы люди. А там будут те, для кого люди — либо расходный материал, либо закуска. Чонгук мне не просто работник. Он — семья. Я его вытащу. Но вас я подставлять под удар не собираюсь. Поняли? Тишина. — Поняли, — выдавил Джин. И они поехали. Намджун — за рулём, Хосок — на пассажирском. След вёл из города, в промзону, туда, где старые складские помещения стояли заброшенными ещё с девяностых. В машине Хосок набрал Юнги снова. И снова не получил ответа. Тогда он отправил короткое сообщение — не на телефон, а через кровь, старым способом, который работал только между вампирами одной семьи или связанными клятвой: «Чонгук похищен. Промзона. Нужна помощь». И через десять минут Юнги уже ждал их у въезда на территорию складов. Бледный. С тёмными кругами под глазами. Но взгляд — такой, от которого даже Намджун на секунду отвёл глаза. — Я знаю, кто это, — сказал Юнги вместо приветствия. — Джонхван. Хосок выругался сквозь зубы. Намджун молча сжал руль. Имя было им знакомо. Очень хорошо знакомо. — Он не убил его сразу, — продолжил Юнги, и голос его был ровным, слишком ровным. — Значит, приманка. Значит, ждёт меня. Внутри наверняка ловушка. — Ты всё равно пойдёшь, — сказал Хосок. Это не было вопросом. Юнги ничего не ответил. Он уже шёл к ближайшему зданию — старому кирпичному складу с выбитыми окнами и покосившейся дверью. Намджун и Хосок переглянулись и двинулись следом. Они нашли вход в подвал не сразу. Он был замаскирован — тяжёлая металлическая дверь за грудой пустых ящиков. Пахло кровью. Людской и вампирской. Где-то внутри работала одинокая лампочка — полоска света пробивалась в щель под дверью. Юнги выбил дверь одним ударом. То, что было дальше, заняло секунды. Хосок остался наверху — прикрывать спину и сдерживать подоспевших приспешников Джонхвана. Намджун частично перекинулся, прикрывая проход. А Юнги спустился вниз. Увидел Чонгука. Привязанного. Окровавленного. Но живого. Живого. — Живой, — выдохнул он, касаясь его лица. — Юнги, — голос Чонгука сорвался. — Это ловушка. Он ждал тебя. И сверху раздался голос Джонхвана — мягкий, с хрипотцой: — Рад, что ты догадался, Чон Чонгук. Но, боюсь, предупредить своего спасителя ты не успел. Дверь подвала с лязгом захлопнулась. Где-то наверху взревел Намджун. И свет погас.