Дьявольская удача

      Тем временем в Тадфилде, местечке, которое обошел стороной технический прогресс, все наслаждались последним жарким месяцем лета. Однако, даже в таком идеальном месте, как это, оставалось место для злых сил. По крайней мере, для одной уж точно.       Хастур притаился в лесу, прекрасно сливаясь с покрытым мхом (а может плесенью) камнем, и в который раз перечитывал список дел, врученных ему самой Вельзевул. Надпись на бумажке гласила: «АРМАГЕДДОН. ПОПЫТКА НОМЕР ДВА»       Потом шрифтом поменьше: «В этот раз уж наверняка получится».       Дальше шел план с пунктами, подпунктами, подподпунктами и, на всякий случай, разъяснениями и противопоказаниями, а также угрозами в случае невыполнения или оплошности и значениями определенных слов (специально для Хастура). Сам документ был в трех экземплярах, каждый из которых был заверен Дагоном (на тот момент демон исполнял роль местного нотариуса), и еще десять хранилось в самой Преисподней, которые не выдадут без оригиналов двенадцати документов, справок, флюорографии и двух фотографий, которые печатаются только по шесть штук, размером три на четыре (что ни говори, а такими изобретениями Кроули, как бюрократия и паспортные столы, внизу чрезвычайно гордились). Княгиня Ада явно не была настроена на второй проигрыш и, соответственно, составление еще одного плана (мухам в ее голове тоже необходим отдых).       Пунктов было много, но все они сводились к одной цели — испортить жизнь Антихристу. «Если его собственный маленький мир будет разрушен, то разрушение остального будет лишь вопросом времени», — аргументировала Вельзевул. Раз уж мальчишка решил больше не использовать свои силы, то вряд ли помешает Хастуру приводить адский план в исполнение.       А пока Герцог Ада тщетно пытался отыскать дорогу к нужному дому, к Жасминовому Коттеджу направлялась молодая девушка. На ней были бежевые капри и хлопковая белая рубашка с закатанными рукавами. За собой она везла небольшой чемодан на колесах. Сверив адрес, девушка позвонила в дверь. — Саманта Джейн Скотт? — поинтересовалась Анафема, открывая дверь. Дождавшись утвердительного кивка, потомственная ведьма-оккультистка впустила гостью в дом. — Вы очень быстро приехали.       Первым, что пришло в голову брюнетке, было: «Ей бы по подиуму шагать, а не организовывать свадьбы». Саманта выглядела совсем юной, несмотря на свой высокий рост. Впрочем, она и была юной — девушке в октябре исполняется двадцать шесть. А ещё мисс Скотт была самой красивой леди, которую Анафема когда-либо встречала. Хрупкое телосложение, длинные блондинистые волосы, открытое лицо с мягкими чертами, красивая улыбка и большие янтарные глаза. Саманта действительно была похожа на ангела, по крайней мере, это было первым сравнением, пришедшим в голову. Даже ее аура была такой чистой и светлой, что впору было святить воду и яйца на Пасху. — Ну, у нас не так уж и много времени осталось, — все с той же улыбкой ответила блондинка, оставляя свой небольшой чемоданчик в прихожей. Гаджет улыбнулась в ответ. К таким людям просто невозможно испытывать негативные эмоции. — Не так ли, будущая миссис Ньютон? — решив больше не смущать свою клиентку, Саманта перешла сразу к делу: — Ну что, займемся подготовкой к свадьбе?

***

      Больше всего в своей работе Дебра ненавидела не своих клиентов, не нескончаемые бумаги и даже не своего начальника. Подъем в шесть утра. На рабочем месте ей нужно быть в восемь. На то, чтобы добраться на своем авто до адвокатской конторы, необходимо, в лучшем случае, полчаса, и то при условии, что добрая половина Лондона решит одновременно взять отгул и продрыхнуть до обеда. Учитывая, что в пробке все машины равны, на дорогу нужно выделить час. На то, чтобы привести себя в порядок и позавтракать, необходимо около двадцати-тридцати минут. Плюс время на то, чтобы вдоволь выругаться с утра пораньше сначала на будильник, а потом на кота, который, сволочь такая, обязательно что-то натворит, и морально подготовиться к работе. В общем, чтобы все успеть, Кэндл была вынуждена превращаться из совы в жаворонка и вставать в шесть утра (из-за этого цифра шесть в ее глазах приобретала все больше дьявольских характеристик).       Единственным минусом пребывания Холли в ее квартире была зависть. Женщина тихо завидовала тому, что ребенок может проваляться в кровати хоть весь день, о чем сама Дебра может только мечтать.       Еще Дебра мечтала, чтобы ее кудри не спутывались за ночь так, словно в них поселилось птичье семейство. Своей густой шевелюрой женщина дорожила, но каждое утро, стоя перед зеркалом и наводя на голове порядок, чем она и занималась в данный момент, у нее то и дело проскакивала мыслишка, чтобы побриться на лысо и просто надевать с утра парик. Закончив с волосами, Кэндл направилась к гардеробной. Женщина не страдала ни никотиновой, ни алкогольной, ни наркотической зависимостью, но без красивой и, следовательно, дорогой одежды не могла прожить и дня. Она скорее месяц будет держаться на воде и сухарях (пару раз так и было), чем откажет себе в покупке нового платья, пары туфель или комплекта нижнего белья. Ее сестра никогда не понимала этого помешательства, всегда предпочитая практичные и удобные наряды. Каким образом Саманта может круглый год ходить кедах и ботинках, Дебра понятия не имела.       «Нужно будет подарить ей на День Рождения туфли, — размышляла Кэндл, натягивая на ноги чулки (колготы она терпеть не могла) и красную зауженную юбку. — И попросить Холли следить, чтобы она их носила».       Надев короткий белый топ с вырезом под горло и захватив коричневые очки от Шанель, Дебра пулей выскочила из своей спальни. Часы показывали без трех минут семь. Отлично. Осторожно открыв дверь соседней спальни, чтобы не разбудить спящего ребенка, женщина на цыпочках подошла к кровати, поцеловала племянницу в щечку и так же тихо выскочила в коридор, закрывая дверь и спускаясь по лестнице на первый этаж. — Мяу-у-у, — протянул Виски, сидя в опасной близости от сумки с документами. — Я тебя уже покормила, так что не надо на меня смотреть, как хозяин на раба, — ответила ему шатенка, быстро надевая на ноги красные лаковые туфли. — И только попробуй нашкодничать!       Пригрозив коту пальцем и схватив сумку, Дебра вышла из квартиры, а наглое животное ленивой походкой направилось в гостиную, где вчера его хозяйка по собственной неосторожности оставила пушистые розовые тапочки, так полюбившиеся его второй половинке.

***

      Кроули все чаще ловил себя на мысли о том, что думает о языкастой-стерве-Кэндл. Еще бы! Обычно, подлянку демону может сделать только ангел или другой демон, ибо это заложено в природе и тех, и тех. От человека рыжеволосый такого не ожидал. Хотя он давно уже говорил, что пора сворачивать их контору внизу, ведь в плане вредительства люди давно опередили всех и вся. Что ж, теперь, если Кроули вдруг захочет высказать свое мнение Аду еще раз (хрен он туда, правда, сунется по добр… своей воле), у него теперь будет доказательство.       Мужчина вдруг задумался. Если человек поступает плохо, он попадает в ад. А если человек поступает плохо по отношению к демону, который сам по себе является злом, это засчитывается как плохой поступок или хороший? Минус на минус, ведь, дает плюс, не так ли? То есть, чтобы попасть в Рай, этой женщине просто достаточно на протяжении своей жизни портить жизнь демону (когда узнают, что этим самым демоном был Кроули, ее, наверное, и вовсе к лику Святых причислят).       Кроули раздраженно зашипел. С каких пор его вообще волнует судьба одного единственного человека? Ну, попадет ее душа на Небеса (в чем он все равно очень сомневается), ему-то что? Тамошняя вечная скука как раз будет справедливым наказанием за фак, подрезание и надпись на двери его драгоценной машины. Интересно, а если бы не тот случай на дороге, как бы прошло их знакомство? И еще одно…       «Какого дьявола я думаю об этом в половине восьмого утра?!»       Хоть демоны не нуждались в отдыхе и прочих людских слабостях, Кроули любил поспать. И подольше. Впервые это желание появилось у него в четырнадцатом веке, который он возненавидел всем своим естеством. Понаблюдав за тем, как люди укладываются спать, а делали они это множеством способов: от колыбельных до упавшего на голову кирпича, Кроули решил, что ничего сложного в этом нет, и, найдя укромное местечко (какое именно он помнит плохо, ибо перед этим решил выпить, чтобы крепче спалось), заснул. Проснулся демон, к своему безмерному счастью, уже в начале следующего века.       С того самого дня сон вошел в число его любимых занятий, а ранний подъем, который, кстати, люди придумали сами, стал ненавистным занятием. И поэтому сейчас Кроули не знал, что его бесило больше: мысли о стервозной шатенке или то, что из-за них он не спал вторую ночь, хотя и очень этого хотел? Решив, что стервозная женщина и так получила больше его внимания, чем заслуживает, рыжеволосый начал думать, чем бы ему заняться. С растениями он вдоволь пообщался вчера. Погонять на Бенли в половине восьмого утра можно разве что в поле, и то до этого самого поля еще нужно доехать. С Азирафаэлем пока что обговаривать нечего.       «Поработать, что ли? — спросил себя Кроули. А что? То, что он принимал участие в спасении мира, не значит, что у него перестали чесаться руки сделать какую-нибудь пакость. — Можно попробовать отыскать эту стерву и взять реванш… — демон тряхнул головой, прогоняя мысли о кудрявой заразе. — Просто добавлю в жизнь людей чуть больше греха, а заодно и прогуляюсь.»

***

      Просидев четыре часа на работе и успев за это время перемыть кости начальству, созвониться с Изабель и договориться о встрече, после чего дав две консультации потенциальным клиентам, Дебра, к своему удивлению, поймала себя на мысли, что ей необходим любовник. Причем, возникла эта мысль неожиданно, когда женщина наткнулась взглядом на кактус на своем рабочем столе. Растение одиноко стояло в желтом горшке и, казалось, чахнет от одного лишь пребывания в кабинете, как и его хозяйка.       Странно, что подобная мыслишка посетила ее на работе, ибо любительницей служебных романов Дебра не была, считая неудачной затеей смешивать работу и секс. Были, правда, те, кто имели на этот счет определенные сомнения, но пара хороших пинков по репродуктивным органам и несколько ударов в нос быстро подредактировали их мнение касательно мисс Кэндл (у некоторых от одного лишь ее взгляда яйца уходили куда-то в район желудка). Еще более странным было то, что она задумалась об этом, когда у нее гостит Холли. Вряд ли девочка обрадуется, наткнувшись вдруг на какого-то мужика. Про то, как «обрадуется» постороннему мужчине Виски, женщина пыталась не думать. Питомец довольно ревностно относился к своей хозяйке и никогда не скрывал своего недовольства касательно посетителей, причем, доставалось как и гостям, так и хозяйке. Что и говорить, этот кот был хуже пояса верности.       «Нет, сейчас явно не лучшее время для постройки каких-либо отношений. Вернее, времени просто нет, — подумала шатенка, а взгляд ее снова метнулся в сторону папки с делом, которое, если все пойдет по плану, ей не придется вести. Однако, учитывая тот факт, что у Кэндл редко когда все идет по плану А, то нужно иметь в запасе хотя бы план В. Идеально, конечно, было бы иметь еще и план С, но до него, обычно, дело не доходит. — Хотя, если счастье вдруг само упадет в руки, будет чрезвычайно глупо от него отказываться».       Дебра посмотрела на часы. Полдень. У нее есть два часа на обед. Обычно, на обед она тратила от силы минут пятнадцать, которые протекали в этом же кабинете (потом, правда, приходилось клавиатуру чистить…). Кэндл не знала, чем этот понедельник должен отличаться от других, но она нацепила на нос солнцезащитные очки, повесила на плечо сумку и, заблокировав рабочий компьютер, выпорхнула из кабинета, не забыв закрыть дверь на ключ. Хоть формально здесь все «свои», нет никаких гарантий, что свой своему не решит подпортить и без того не самый радостный день. Тим-билдинг, проходивший на территории некой Мэри Ходжес (с болтливой женщиной Дебра быстро сдружилась), лишний раз подтвердил, что для большинства работников их конторы существует только один закон: закон джунглей, или «Кинь их прежде, чем они кинут тебя».       Адвокатская контора «Джаджмент дэй», в которой работала Кэндл, располагалась в центре Лондона на квин-стрит. Здесь можно было найти все: от еды до шмотья, причем все находилось довольно близко друг к другу. Это был, пожалуй, самый большой плюс их конторы, по крайней мере, других Дебра пока не заметила. Улица встретила ее ярким солнцем, шумом, толкучкой, запахом выхлопных газов — в общем, обед от утра отличался слабо, разве что в семь все спешат на работу, а в полдень — свалить с работы. Вот она, жизнь в большом городе! Когда они с сестрой и матерью переезжали в Англию, Дебра боялась, что там будет неимоверно скучно. Ее опасения подтвердились. Они переехали в Полперро — небольшой курортный городок. Там было красиво, свежо, тихо и ужасно скучно. Впрочем, после Далласа, Финикса и Лас-Вегаса любой английский город, даже большой, вызвал бы тоску. Но, к счастью, терпеть шатенке оставалось недолго: школа закончилась и пора было получать высшее образование, так что Дебра с улыбкой до ушей и тоннами багажа переехала в столицу. И как бы плохо ей тут порой не бывало, желания вернуться в укромный живописный городок пока не возникало.       «Однако до Лас-Вегаса все равно не дотягивает, — с улыбкой подумала женщина. Может, она и скучает по Америке, но она прожила в Лондоне достаточно долго, чтобы привязаться к этому обычно пасмурному городу. — Нужно будет слетать в штаты, как возьму отпуск. А сейчас нужно перекусить».       Удобнее перехватив сумку, Дебра привычной походкой от бедра направилась к ближайшему заведению с сендвичами. Внутри, как и ожидалось, было полно народу, и в очереди женщина простояла добрых пятнадцать минут, наслаждаясь запахом свежей выпечки и кофе. Удивительно, как в таком маленьком помещении помещалось столько народу. — Сендвич с курицей и острым соусом и американо без сахара! — девушка за кассой изо всех сил пыталась перекричать общий гул, но получалось у нее, мягко говоря, не очень.       Дебра молча взяла свой заказ (благодарить в таком шуме было бессмысленно) и села на только что освободившийся высокий стул у стойки под окном. Развернувшись в пол оборота, шатенка принялась за горячий сендвич, уставившись на экран небольшого телевизора. Показывали новостной канал. Звук был выключен, чему Кэндл была рада (не хватало только еще одного источника шума), зато были субтитры. В данный момент ведущая вещала про сегодняшние забастовки в метро, из-за чего были временно перекрыты несколько станций, что, в свою очередь, вызвало огромное недовольство всех тех, кому не суждено было попасть на работу вовремя. Судя по выражению ее лица, сама женщина всеми силами удерживала себя, чтобы ненароком не ляпнуть что-нибудь нецензурное, из чего Дебра сделала вывод, что данная мадам тоже причислена к списку возмущающихся.       «Как же все-таки хорошо иметь машину, — подумала шатенка, делая глоток кофе. Несмотря на довольно жаркий для Лондона август, она всегда заказывала обжигающе горячий кофе. — Зато, — женщина вдруг вспомнила одного из своих коллег, который неустанно матерился на протяжении двадцати минут и пинал ногой все, что попадется, — теперь понятно, почему Тревор был таким взбешенным сегодня. Его бэха, видимо, до сих пор в ремонте…»       О том, что в ремонте БМВ частично виновата и она, Дебра решила не думать. Просто Тревор, к своему несчастью, выезжал с парковки почти одновременно со своей кудрявой коллегой. И стоило мужчине случайно увидеть, что Кэндл дала задний ход, как он поспешил убрать свою машину от греха подальше и, повернув в сторону, врезался в Вольво бухгалтера Стива. Последний, кстати, на работу сегодня и вовсе не явился.       Мысли Кэндл почему-то вернулись к антикварному Бентли и его наглому хозяину. Интересно, тому типу тоже «повезло» в метро этим утром? Вряд ли СТОшники закончили исправлять дверцу к понедельнику, учитывая, что машину, скорее всего, подогнали в субботу. Или тот рыжий продолжает гонять с выцарапанным предупреждением? Женщина прыснула от смеха, представив себе последнюю картину.       «Жаль, я не видела его реакцию, — подумала она, допивая кофе. — Впрочем, это не должно меня волновать. Вряд ли мы снова увидим… Да ладно?!»       Дебра замерла на полпути к выходу. Через стеклянные двери она увидела припаркованный у обочины уже знакомый Бентли с сияющей черной дверцей.

***

      Кроули гордился собой. Перекрытые станции метро (в основном те, где пересекаются ветки) в понедельник утром в час пик. Вот уж воистину доказательство существования дьявола! Тысячи людей опоздали кто куда, и теперь до вечера будут проклинать всех и вся (в основном бастующих) и срывать свой гнев друг на друге, насыщая Лондон злыми миазмами. Демон вошел в раж и думал, что бы еще такого натворить. Отключить мобильную связь? После выходки с метро это будет уже слишком. Сломать все кофеварки в городе? Это он запланировал на завтра.       Потратив на размышление пару часиков, Кроули решил отправиться в центр города и решить уже там. Новая идея появилась еще по дороге, так что теперь в ближайшее время все радио будут ловить одну и ту же волну: 66.6, где транслируется «Радио Хэлл», созданное демоном специально для любителей послушать музыку в дороге. Девизом этой станции было: «Вечность рекламы без перерыва на музыку». Миазмы стали сгущаться настолько, что, казалось, их можно было увидеть. Если и так, то лучше всего их можно было рассмотреть на М-25 (если раньше там просто стояли в пробке, то теперь стояли в пробке и слушали одну и ту же рекламу).       Центр был сердцем города. Он никогда не спит и никогда не замирает, даже при отключении электричества (Кроули проверял). Демон часто сюда наведывается. Сейчас на улицах было особенно людно. Рыжеволосый посмотрел на время. Так он и думал, начало обеденного перерыва. Одним из самых частых грехов человечества было чревоугодие. Обычно, его проявление лучше всего заметно в школьных столовых, но, так как сейчас август, первое место занимают рабочие, вышедшие на обед. Склонить людей к потреблению большего количества пищи, чем им нужно, было очень просто: нужно было всего лишь сделать так, чтобы вкусный запах распространился как можно дальше. Впрочем, для этого демоническое вмешательство не требовалось. Хозяева сами знали, как нужно завлекать клиентов.       Мелькнувшее в окне одного из кафе знакомое лицо заставило мужчину резко свернуть к обочине и затормозить. Демон с минуту пялился в одну точку, не веря собственным глазам. Он даже снял очки, чтобы убедиться, что его острое зрение его не подводит.       «Благослови меня Бог, вот так встреча! — подумал Кроули, не отрывая глаз от той, кто, пусть и косвенно, не давала ему спать. Каким образом демон смог рассмотреть в толпе других людей женщину, с которой встречался лишь однажды, он не знал, но решил, что это награда свы… сниже за проделанную работу. На лице рыжеволосого появилась предвкушающая улыбка. — Похоже, у кого-то сегодня будет не самый удачный день…»       Кроули осмотрелся. Серебристого Мерседеса Майбах поблизости не было. Значит, либо она приехала на общественном транспорте (в чем мужчина очень сомневался), либо он припаркован где-то в другом месте, но недалеко отсюда. Скорее всего, на рабочей парковке. Демон надеялся, что стерва-Кэндл его не заметит, и он сможет проследить за ней. Но, похоже, удача решила ограничиться встречей, ибо женщина встала, как вкопанная, и уставилась на Бентли, вернее на дверцу, где два дня назад была выцарапана надпись. Кроули тут же достал телефон, имитируя неимоверную заинтересованность к черному экрану, и краем глаз продолжал наблюдать за своей жертвой.       «Жертва», в свою очередь, взяла себя в руки и, спрятав глаза за коричневыми стеклами очков, вышла из заведения, тут же влившись в поток людей. Кроули вышел из машины и направился следом, но по другой стороне дороги. В отличии от шатенки, одетой в ярко-красную юбку, у него сливаться с толпой людей в темных костюмах получалось лучше. Впрочем, Кэндл обернулась лишь дважды и, поняв, что антикварный Бентли все еще остается на прежнем месте, перестала напрягаться по поводу слежки. Не то, что бы она так уж боялась встречи с владельцем машины (хотя стоило бы), просто ее женская интуиция упрямо твердила, что ничего хорошего от этой встречи не будет. По крайней мере, сегодня.       Интуиция Кроули, в свою очередь, предвещала ему много веселья и моральное удовлетворение.