Дьявольская удача

      Дебра сидела у койки своей сестры. На ней была все та же помятая одежда, а отсутствие рядом косметички не позволяло хоть как-то скрыть усталость на ее лице — результат проведенной в больнице ночи. Под глазами уже начали залегать тени, а склера в их уголках покраснела. Недостаток сна и волнение выпили из женщины почти все соки.       Врачи сказали, что всему виной пожар. Ночью в Тадфилде снова была гроза, и молния попала в дом. У Саманты были ожоги, некоторые из которых требовали пересадки кожи, и травма позвоночника, из-за упавшей балки. К тому же, в ее легких успело накопиться много дыма и кислородное голодание клеток привело к состоянию комы. Сейчас девушка была на ИВЛ.       Дебра посмотрела на свой телефон. Шесть пропущенных звонков от Холли. Ей следовало бы перезвонить, но она понятия не имела, как сказать восьмилетней девочке о том, что ее мать на больничной койке и, возможно, никогда с нее не встанет. Но и оставлять ребенка в неведении и, более того, совершенно одного было нельзя.       Кэндл набрала номер. — Деби? — раздался удивленный женский голос. — Как я рада слышать твой голос! — Привет, мам. Я тоже рада тебя слышать. — Мы так давно с тобой не разговаривали, милая. Как ты? — Не так уж и давно. Ты звонила мне на день рождения, забыла, что-ли? — Это не считается, — отмахнулась Эмбер. — Так, чем обязана столь приятной неожиданности?       Дебра подумала, как бы получше преподнести новость. — Ты не могла бы приехать в Рай на некоторое время? Посидеть с Холли. Желательно выехать сегодня же. — Эм. Да. Разумеется, — в голосе женщины слышалось замешательство. — Деби, что случилось? — Сэм в больнице. Я сейчас с ней, — Эмбер продолжила выжидательно молчать, и Кэндл, вздохнув, продолжила. — Несчастный случай. Она задержалась в Тадфилде еще на ночь, а ночью началась гроза. Молния попала в дом, дом загорелся, а Сэм… В общем, она не успела выбраться. — Насколько все плохо?       Дебра снова перевела взгляд на сестру. Ее и без того светлая кожа стала совсем бледной, почти все тело перебинтовано, на ногах приживалась новая кожа, в руке капельница, куча других проводков по всему телу, следящие за показателями жизненно важных органов, и аппарат искусственной вентиляции легких. На счет работы позвоночника пока ничего неизвестно. — Плохо, мам, — дрожащим голосом ответила шатенка. — Все очень плохо. — Холли уже… — Нет, — перебила ее Кэндл. — Она звонила мне уже шесть раз, но я… Черт, что я должна ей сказать? Что ее мать в коме? Что она может не выкарабкаться? Как, черт возьми, я должна сообщить об этом ребенку?!       Дебра была на грани срыва. Переживание за ночь переросло в панику, а чувство собственного бессилия лишь ухудшало ситуацию. — Успокойся, — сказала ей Эмбер. — Я уже заказываю билет. Сегодня к вечеру буду уже в Раю. Заодно придумаю, что сказать Холли. Времени в дороге будет достаточно. — Спасибо, — Кэндл снова взяла себя в руки. Попыталась, по крайней мере. — Мам? — Да, детка? — А вдруг… — шатенка проглотила ком в горле. — Вдруг она не очнется? Что мне тогда делать? — Она очнется, — заверила ее мать. — Обязательно очнется. Вы у меня сильные девочки. Обе. Так что, все будет хорошо, Деби, я обещаю. — Все это будет, Деби, я обещаю. — Просто нужно немного подождать. — Пожалуйста, любимая, давай подождем. Совсем немного. — Хорошо? — Хорошо? — Деби? — обеспокоенно спросила Эмбер.       Кэндл очнулась. Она только осознала, что уже две минуты смотрела перед собой невидящим взглядом. Женщина чувствовала, как снова возвращается в те воспоминания, которые хотела бы навсегда стереть из своей памяти. И ей это не нравилось. Не хватало еще вернуться в то же состояние, из которого едва выбралась девять лет назад. — Хорошо, мам, — хриплым, но собранным голосом ответила Дебра. — Давай подождем.

***

      Кроули не знал, что делать. То, что Дебре было плохо, понял бы кто-угодно. Ему хотелось понять, что сделать, чтобы ей было не так плохо. Утешение никогда не являлось его сильной стороной. Поэтому последнюю неделю он просто старался не сделать хуже и следил за тем, чтобы его подруга не померла с голоду. Он даже согласился кормить ее живность и поливать кухонный фикус, пока Дебра сидела в больнице с сестрой. Впрочем, «сидела» не совсем подходило под определение ее деятельности: женщина буквально жила там.       Вот и сейчас она все также сидела у больничной койки и что-то говорила. Последнее время она очень много говорила. Наверное, это помогало ей держать себя в руках. Чаще всего это были пересказы их детских воспоминаний. Больше всего демона удивляло то, что с момента того телефонного звонка эта женщина не проронила ни слезинки. Он ни разу не видел, чтобы она плакала, если подумать. Странно. Разве люди не чувствуют себя лучше, если проплачутся как следует?       Постучав, Кроули открыл стеклянную дверь и зашел в палату. В руках у него был стакан кофе. — Держи, — он встал рядом и протянул ей напиток. — Не Колумбия, конечно, но пить можно. — Спасибо, — поблагодарила его Дебра и сделала большой глоток. Кофе был довольно сносным. Она сделала еще глоток. — Ты не обязан нянчиться со мной, ты знаешь? — Я не нянчусь, просто слежу, что б тебя не уложили в соседней палате, — рыжеволосый пожал плечами. — К тому же, мне все равно нечем заняться. А тут есть кабельное. Даже Дискавери показывают.       Кэндл едва заметно улыбнулась уголками губ. Кроули был, пожалуй, единственным, кто мог хоть немного развеселить ее в такой момент. Он действительно стал ей хорошим другом. — Знаешь, я всегда думала, что будет наоборот, — вдруг начала она. — Что это я умудрюсь во что-то вляпаться: забуду выключить плойку, например, не закрою на ночь дверь, попаду в аварию или просто навернусь на своих каблуках. Никогда бы не подумала, что что-то подобное может случиться с Сэм. — Никто не застрахован. Дерьмо случается. — Только не с ней. Сэм всегда предусмотрительна. Всегда готова ко всему. В жизни не поверю, что она арендовала дом без громоотвода или пожарной сигнализации. Дом ведь не мог загореться так быстро, тем более во время дождя. У нее должно было быть время, чтобы выбраться на улицу, — Кэндл покачала головой. — Подумать только… Молния. Во всем виновата какая-то молния! Я могу лишиться сестры, а Холли — матери из-за чертовой грозы!       Что на это сказать, Кроули не знал. Он просто положил руку ей на плечо. Вроде бы, подобный жест относится к ободряющему типу. Хотя, каким образом это должно помочь, он тоже не знал. — Что говорят врачи? — спросил он. — Что состояние стабильное. Она уже начала дышать самостоятельно и в ИВЛ отпала надобность. Ожоги тоже нормально заживают. Позвоночник поврежден, но они уверены, что это можно будет исправить, когда она выйдет из комы, — ответила шатенка. — Чего врачи не могут понять, так это почему она до сих пор в коме. Сначала они объясняли это кислородным голоданием клеток, но теперь проблема не актуальна. Они изучают снимки и анализы, но никак не могут понять, в чем причина.       Кроули уже не раз задумывался над небольшим демоническим вмешательством, но не решался. Он, разумеется, использовал свою силу, чтобы убрать царапины с машины или восстановить экран телефона, но люди — совсем другое дело. Демон знал, как им вредить, а не помогать. Можно было, конечно, попробовать (в конце-концов, сила у ангелов и демонов отличалась в основном лишь способом ее применения), но если что-то пойдет не так, то ситуация может в конец ухудшиться. Это очень расстроит Дебру, мягко говоря. А расстраивать ее еще больше было последним, чего бы хотел Кроули.       И тут его вдруг осенило. Идея была до того простой, что была гениальной. Раз уж демоны вредят людям, то помогают им…       «Азирафаэль может помочь. Он уже проворачивал подобный трюк с той девушкой на велике, которая в меня врезалась. Уж ангелам-то природой положено творить добрые дела, — настроение Кроули заметно улучшилось. — И почему я раньше об этом не подумал? — его взгляд упал на Дебру. — Осталось только подумать, как на время выпроводить ее из палаты.»

***

      Азирафаэль, как обычно, проводил большую часть дня в своем букинистическом магазине. На душе, если так можно выразиться, у него было легко: проблема аномальной погоды в Тадфилде разрешилась, Адам не собирается снова ступать на темную дорожку, и никакие демоны вокруг него не кружили. В общем, никакого конца света номер два не предвещается, а это значило, что можно было расслабиться, чем, собственно, ангел и занялся.       Скрипящий звук, вышедший из-под четырех колес антикварного Бентли, Азирафаэль распознал даже сквозь закрытые двери и мысленно распрощался со своим спокойствием и непринужденностью. Кроули никогда не заходит просто поздороваться. Либо что-то происходит и нужно что-то с этим делать, либо что-то уже произошло и нужно об этом поговорить. Чаще всего второй вариант сопровождался распитием спиртных напитков до состояния максимально близкого к человеческому «я ща здохну». — Кроули! — поприветствовал ангел друга с самой доброжелательной улыбкой. — Давно не виделись. — Я звонил тебе неделю назад, — недовольным тоном начал демон. — Ты автоответчик хоть иногда проверяешь? И кстати, ты где вообще пропадал? — Что касается твоего первого вопроса, то да, проверяю. Иногда. Как раз собирался. После перерыва на обед. А насчет второго, я ездил в Тадфилд. Проверял, как там Адам. — Кто? — не понял рыжеволосый, а потом вспомнил. — А, наш маленький Антихрист! И как он? Дождь из рыб не вызвал? — Нет, но успел вызвать достаточно дождей, чтобы в Тадфилде рыба завелась естественным путем. Сейчас, хвала небесам, все снова в норме, — ответил Азирафаэль. — А ты по какому поводу решил в гости нагрянуть? — Помощь нужна, — Кроули завалился на старенький диван. — Помнишь стерву, которую ты попросил отвезти меня домой? — Ты имеешь в виду мисс Кэндл? — уточнил ангел. — Сразу говорю, если ты все еще намереваешься отомстить этой милой женщине за те царапины, то я не собираюсь… — Сбавь обороты, дружище, если бы дело было в кознях, то ты — последний к кому я бы обратился за помощью, — остановил его демон. — Нужна помощь другого рода. Благие дела, так сказать.       У Азирафаэля впервые возникли сомнения касательно качества его слуха. Это Кроули только что сказал, что ему нужна помощь в совершении благого поступка по отношению к мисс Кэндл, или у ангела медленно начала ехать крыша? Хотя, судя по всему, крыша едет, скорее, у его друга. — Кроули, — неуверенно начал он, — с тобой все в порядке? — А по мне разве не видно?       Ангел присмотрелся. Выглядел рыжеволосый, по правде говоря, не лучшим образом. Он явно был чем-то расстроен и… растерян? — По тебе видно, что ответ отрицательный. — Короче, сейчас речь не обо мне, — отмахнулся демон. — У этой мисс Кэндл, как ты ее называешь, есть сестра, и… — Саманта? — перебил его светловолосый. — Да, — Кроули удивленно уставился на друга. — А ты откуда знаешь? — Я познакомился с ней, когда приехал в Тадфилд. Такая приятная девушка. И готовит изумительные пирожные. Она помогла уладить проблему с Адамом, — ангел отзывался о ней с улыбкой. — Надеюсь, она успела на автобус до начала дорожных работ. Ехать на ночь глядя, а потом по темноте добираться до дома… не стоит подвергать себя глупому риску. — На счет этого, — рука демона автоматически переместилась к затылку. Еще один дурацкий человеческий жест. — Эта девушка, Саманта… как раз из-за нее я и пришел. — Что? — не понял Ахирафаэль. — Я думал, речь шла о мисс Кэндл, причем тут ее сестра? — Так и есть. В общем, с Самантой случился несчастный случай и она уже неделю лежит в коме, а Дебра неделю сидит у ее постели, и такими темпами из посетительницы скоро превратится в пациентку, а мне это нужно в последнюю очередь. — Несчастный случай? Что… но как же… Она ведь должна была ехать домой? Что произошло? — Если коротко, то произошел пожар. — Боже мой, бедная девушка, — ангела эта новость явно подкосила. — Как это вообще случилось? Она ведь такая предусмотрительная и осторожная. Пожар точно не мог произойти по ее вине. — Ты сейчас чуть ли не процитировал ее сестру, — ответил рыжеволосый. — В общем, план пока такой: едем в больницу, я выпроваживаю старшую Кэндл на обед, а ты быстренько выводишь из комы младшую. Потом все счастливы: семья восстановилась, ты получаешь еще одно белое перышко за спасение человеческой души, а я получаю обратно свою стерву с ядовитым языком и без теней под глазами. Согласен? — Согласен, — кивнул Азирафаэль. — Только перестань называть мисс Кэндл стервой. То, что она поцарапала твою машину и сказала пару колких фраз, вовсе не значит, что она всегда такая. Ты ведь совсем ее не знаешь. — Поверь мне, — усмехнулся Кроули, — за прошедшее время я успел узнать ее очень хорошо.

***

— Все будет просто замечательно… — Ты и я, Деби, вместе до самой смерти… — Вместе навсегда… — Я хочу, чтобы мы были счастливы… — Все это будет, Деби, я обещаю… — Пожалуйста, любимая, давай подождем… — Совсем немного… — Обещаю… — Давай подождем… — Деби… — Обещаю… — Вместе… — Счастливы… — Просто замечательно… — Любимая… — Давай подождем… — Обещаю… — Деби… — До самой смерти… — Деби. — Счастливы… — Деби. — Обещаю… — Деби. — Обещаю… — Деби!       Женщина резко распахнула глаза и подняла голову со сложенных рук. Она и не заметила, как задремала, сидя у больничной койки своей сестры. — Кроули? — сонно произнесла шатенка, потирая глаза. — Ты разве не по делам уехал? — Это было больше часу назад, — ответил рыжеволосый. — Что тебе такого приснилось? — С чего ты взял, что мне вообще что-то снилось? — Ты бормотала во сне. Что-то вроде «лжец… лжец…лжец», одно и то же снова и снова. — Это… это название фильма. «Лжец. Лжец», так и называется. Вышел в девяносто седьмом, если не ошибаюсь, — объяснила Кэндл. — Мой любимый фильм, кстати. Ну, один из. — Хм. А я думал тебе нравится только Дисквари или фильмы про животных. — Это все Эйс Вентура… тфу ты, Джим Керри, — тут же исправила себя женщина. — Люблю фильмы с его участием. Да и вообще люблю комедии. Как съездил? — Отлично, — ответил демон. — Кстати, уже начало третьего. Как на счет обеда? — Ничего не имею против, — на завтрак Дебра съела только пару шоколадных батончиков и сейчас была голодной, как волк. — Закажем пиццу или лапшу? — Может, поедим в другой обстановке? Мне никогда особо не нравился белый цвет, как, впрочем, и другие светлые оттенки. — Да уж, по твоей квартире это видно, — усмехнулась шатенка. — Да и по одежде тоже. И по машине. И по постельному белью… — Да-да-да, я понял, можешь не продолжать, — перебил ее демон. — Ну, так что?       Кэндл перевела взгляд на сестру. Саманта все также лежала на белых простынях под капельницей и с кучей проводков по всему телу. Ей не хотелось оставлять ее, но больничная обстановка явно влияла на Дебру не лучшим образом. Взять хотя бы ее недавний сон. Что-то всколыхнуло ее память, заставив всплыть на поверхность то, что она с таким трудом однажды запихнула в глубины ее сознания. И Кэндл это не нравилось. Совсем. Нужно срочно отвлечься. — Поехали.

***

      Саманта не могла понять, как оказалась… там, где оказалась. То, что ей сказали, не могло быть правдой. Ни при каких условиях. Оно не поддавалось логическому объяснению. Всему есть разумное объяснение. Даже человеческие чувства и поведение можно логически объяснить. Даже нелогические поступки можно логически аргументировать. Объяснить можно все. Правда ведь?       Саманта начала заново воссоздавать последние события. Опять. Она проснулась от непонятных звуков. Потом почувствовала запах дыма. А когда открыла глаза, то поняла, что в доме пожар. Она тут же вылезла из кровати, быстро натянула бриджи, схватила телефон и сумку, в которой лежали документы, и направилась к выходу из дома. Потом огонь каким-то образом словно в ускоренном режиме объял весь периметр, заблокировав выход. Комната начала заполняться дымом. Окно было захлопнуто, хотя девушка помнила, что оставляла форточку открытой. Ручка не поворачивалась. Огонь продолжил распространяться с несвойственной ему скоростью. Складывалось ощущение, что каждый сантиметр дома был пропитан бензином. Скотт схватила с плиты сковородку и уже было замахнулась ею, чтобы разбить окно, как услышала треск над самой головой, и через мгновение ее придавило горящей балкой. Голова приложилась об пол, перед глазами все плыло, дышать становилось все труднее, спина горела, ноги уже не ощущались, а через некоторое время нечеткое оранжевое пятно сменилось темнотой.       Когда она открыла глаза во второй раз, то очнулась уже здесь, в темном, сыром помещении, которое довело бы до сердечного приступа любого санинспектора. Еще здесь ощущался ужасный запах табака и серы. В общем и целом, это напоминало заброшенную больничную палату из какого-то ужастика или постапокалиптического фильма. Люди здесь, судя по всему, выползли из того же фильма. По крайней мере, Саманта продолжала верить, что это все же люди, а не те, кем они себя называют. Ведь такого просто не может быть, ведь так?       Дверь в ее комнате имела небольшое окошко и за дверью кто-то находился. Там всегда кто-то находился. Она снова подошла к этому окошку и снова задала тот же вопрос. — Куда я попала?       И снова получила тот же ответ. — В Ад.