Дьявольская удача

      Кроули впервые за долгие годы своего существования соблюдал правила дорожного движения. Может, не все и не совсем точно, но не все ведь сразу, так? Свою часть плана демон выполнил на совесть, пусть та и отсутствовала у него с самой первой секунды его появления на свет божий, и занял Дебру на добрых полдня, накормив ее обедом, а потом еще и ужином. В общем, возвращались в госпиталь они уже ближе к девяти вечера. Кэндл каким-то известным только ей образом умудрилась заснуть уже через десять минут после того, как села в машину, и надрывный голос Фредди Меркьюри ей ничуть не мешал.       Демон подумал о том, чтобы отвезти ее домой и дать как следует отоспаться в нормальной кровати. Ей явно это пойдет на пользу. Однако, раз уж договаривались вернуться в больницу, значит, едем туда. А потом уже домой. В конце концов, про то, что госпиталь будет конечным пунктом назначения, в их договоре не упоминалось.       «Как там она любит говорить: «Формулируй точнее», так вроде? — Кроули припарковал Бентли поближе к входу. — За что боролись, на то и напоролись». — Деби, — он потряс ее за плечо. Почему сегодня он вдруг начал ее так называть, рыжеволосый ответить не мог. — Просыпайся. Приехали.       Женщина никак не отреагировала. Она всегда спала, как медведь: крепко и часто не реагируя на раздражители (разве что на кошачье вытье). Впрочем, просыпалась тоже, как медведь: злая и иногда даже рычащая. Особенно, если разбудить ее рано утром. — Ладно, спи дальше.       Демон щелкнул пальцами и Кэндл переместилась на заднее сиденье. Убедившись, что это никак не повлияло на ее состояние, Кроули вышел из машины и направился в больницу за ангелом.       Азирафаэль, очевидно, все пять часов простоял в палате с Самантой. Однако не это напрягло демона, а то, что состояние девушки не изменилось. Она все так же лежала на больничной койке с кучей проводков по всему телу и капельницей в руке.       Заметив краем глаза своего друга, ангел будто вернулся с небес на землю (в переносном смысле, разумеется) и покинул палату. — Что пошло не так? — тут же спросил рыжеволосый. — Не при людях же, Кроули, — ответил ему Азирафаэль, направляясь к выходу из госпиталя. — Поговорим снаружи.       Демон закатил глаза, но послушно поперся следом. Покинув больницу, оба сели в Бентли. Взгляд ангела тут же устремился на заднее сиденье. — Может, лучше поговорим позже? — предложил он, глядя на Дебру. — Вдруг она проснется и… — Ты видишь где-нибудь поблизости орущего кота или перестрелку? — Эм, нет. — Значит, не проснется, — заверил его демон. — По пути сюда мимо нас проехали три пожарные машины, а за ними — две полицейские машины, все с включенными сиренами, а ей хоть бы хны. Так что можно спокойно говорить. Почему младшая все еще в коматозном состоянии? Какое-то осложнение? — Можно и так сказать, — ответил ангел. — Физически с ней все в порядке. Ну, насколько это вообще возможно в ее состоянии. То есть, да, она достаточно сильно пострадала, но процес восстановления проходит нормально, даже отлично, я бы сказал. Вот уж современная медицина! А ведь раньше люди не могли вылечить даже… — Да-да, я тебя понял, ничего ненормального физическом плане с ней не случилось, — перебил его Кроули. — Почему тогда ты не смог ее исцелить, если ничего особенного там нет? — Я мог бы. Имею в виду, все ее ранения и ожоги, хоть это и вызвало бы подозрения у врачей и всех остальных. Но это не помогло бы, Кроули. Даже полностью вылечившись, Саманта не выйдет из комы. — Почему? — Потому что ее душу забрали.

***

      Демон отвез Азирафаэля обратно в его букинистическую лавку. Видя, что ситуация с Самантой повлияла на ангела не лучшим образом, он предложил утопить неприятные эмоции вином или чем покрепче, но тот отказался, сославшись на то, что демону еще предстоит везти домой спящую пассажирку.       Сказав другу, чтоб звонил, если что, Кроули направился к дому Дебры. По дороге он думал, на кой черт демонам понадобилась душа ее сестры. В том, что в необычной пропаже виновата нижняя контора, он не сомневался: ангелы подобными делами не занимаются (не укради ведь касается не только людей), а кроме как на Небесах, души могут храниться лишь в Аду. Был, конечно, еще вариант с ведьмами и прочими магическими существами, но чтобы вытащить душу из тела и не убить это самое тело, нужен нехилый опыт.       Демон снова посмотрел на Дебру. Она все также лежала на заднем сидении спиной к нему. Да уж, спит она крепко. Интересно, если сказать ей всю правду, как она отреагирует? Посмеется, скорее всего. Он рассказывал ей много историй, реальных историй из своей долгой жизни, не приуменьшая и не выдумывая, а она смеялась. Не насмехалась, нет, именно смеялась. Ей нравились эти рассказы, а Кроули нравился ее смех. Ему нравилось видеть ее веселой.       «Однако, новость о том, что душу твоей сестры насильно вырвал из тела и утащил в Ад какой-то демон, вряд ли покажется ей веселой, — подумал рыжеволосый, снова смотря на дорогу. — Впрочем, вечная кома при нормальных показателях тоже невесело. Либо правдивое, но совершенно нелогическое (для человека) объяснение, либо никакого. Так себе ситуация…»       Когда машина остановилась у нужной многоэтажки, Дебра наконец проявила признаки активности. — Хорошо спалось? — Ага, — пробормотала она, прикрывая рот рукой. — Оказывается, у Фредди очень убаюкивающий голос. — Не уверен, что кто-либо с нормальным слухом с тобой согласится, — ответил ей Кроули, выбираясь из машины и открывая ей дверь. — Мне остаться? — Не стоит. Думаю, вам с Виски стоит отдохнуть друг от друга, — Кэндл представила себе недоумение кота, когда тот понял, кто пришел его кормить, и усмехнулась. — Даже не знаю, кто из вас был недоволен сильнее.       Демон вспомнил, как забыл убрать туфли на полку для обуви, когда пришел, и как эта черная мохнатая тварь их погрызла, а потом смотрела с нескрываемым злорадством. Кроули в долгу не остался. Одного щелчка пальцев оказалось достаточно, чтобы устроить коту «крещение» в ледяной воде. После этого инциденты с обувью прекратились. Более того, Виски прятался под одним из кресел и не показывался до ухода Кроули. — Вообще-то, мы смогли найти с ним общий язык, — произнес рыжеволосый. — Так что, не думаю, что с этим будут проблемы. — Все-равно не нужно. Я бы хотела побыть одна. — Уверена? — Да. Мне нужно как следует все обдумать, — ответила женщина и улыбнулась. — Спасибо, Кроули. За все. Спокойной ночи.       Встав на цыпочки, Дебра чмокнула его в губы и зашла в подъезд. Демон смотрел ей вслед, пока она не исчезла из виду. — Спокойной ночи, Деби.

***

      Кэндл спала крепко, особенно в дороге. Это у нее еще с детства. Поэтому с ней так легко было ездить куда-либо, в отличии от других детей, которые нервничают в транспорте и начинают рыдать и орать. Стоило машине тронуться с места, и она почти сразу засыпала, и так крепко, что ее не беспокоили ни дорожные звуки, ни радио, ни чья-то болтовня.       Однако, стоило машине остановиться, и Дебра просыпалась. Всегда. И сегодняшний день не был исключением из правил.

***

      Вельзевул медленно, но верно приближалась к нервному срыву. Не то, чтобы она точно знала, что это такое, но что-то подсказывало ей, что это точно оно. У нее даже глаз начал дергаться.       «Со мной работают одни идиоты, — осознала она эту истину. — Как можно было перепутать человека с ангелом?! Чертов Хастур. Мало того, что не смог отличить человеческую ауру от ангельской, так еще и припер душу этой женщины сюда. От нее настолько веет праведностью, что у демонов начал развиваться невроз. Еще немного, и вода в наших трубах станет святой. О чем только думал этот курящий идиот?!» — Дагон. — Да, мой владыка? — правая рука Вельзевул тут же появилась. Этот демон был, пожалуй, единственным, на кого можно было хоть как-то рассчитывать. Хоть и рыбье обличие, но мозги вроде нормальные. — Что там с нашей святошей? — Демоны нервничают. В ней почти столько же света, сколько и в ангелах. Понятно, почему Герцог Хастур перепутал. Но она не имеет никакого значения. Она даже не знает, что происходит. — Разве ей никто не сказал? — Сказали, и не раз. И демонстрацию провели. Без толку. Все твердит, что это невозможно, что всему этому должно быть логическое объяснение, и так далее. Мы ей даже гончих показывали, так она сказала, что собак нельзя держать в общественных местах без поводка и намордника, особенно таких злых. — Что будет, если мы вернем ее обратно? — Нам всем будет спокойней. Но с другой стороны… — Что? — не выдержала Княгиня Ада. — Попав наверх, эта душа, скорее всего, станет ангелом, так может… — Устранить потенциальную угрозу? — закончила за нее Вельзевул. — Каким образом? Это человеческая душа. Ее нельзя убить. — Ее можно выжечь. Адское пламя… — Не может уничтожить душу, пока ее не превратили в ангела. — Тогда разрезать на кусочки? — Они соберутся вновь. — Исчерпать? У душ ведь есть предел, как и у всего. — Эту душу насильно вытащили из тела, и тело это еще живое и хранит в себе ее часть. Даже если мы найдем способ иссушать души, это будет все равно, что попробовать осушить озеро, в которое впадает сотня рек. — Так что же, нам ее отпустить? — по голосу Дагон было не ясно, нравится ей это или нет.       Вельзевул задумалась. С одной стороны, без этого «освятителя воды» всем в Аду будет спокойней. С другой стороны, Ад ведь на то и Ад, чтобы всем было плохо, включая его обитателей. — Пусть остается, — решила Княгиня Ада. — Человеческих душ много не бывает.

***

      От своих коллег по работе Кроули отличало не только воображение, но и интуиция. У него была хорошо развитая чуйка на неприятности, и эта самая чуйка надоедливо пищала в его голове еще со вчерашней ночи. Что-то не давало ему покоя, но что конкретно пока не ясно.       Сейчас демон сидел за рулем своего Бентли и ехал в госпиталь Св. Варфоломея (к счастью для него, ничего святого в этом месте не было). Он был уверен, что Дебра направилась туда сразу же, как проснулась.       «Хотя, — рыжеволосый глянул на время. Была всего лишь половина двенадцатого, — не уверен, что это уже случилось.»       В правдивости своей догадки Кроули убедился, когда прибыл в больницу и увидел, что в палате Саманты, кроме нее самой, никого не было. Очевидно, утро для Кэндл еще не наступило. Не задерживаясь в госпитале, демон вернулся в машину и направился к выученному адресу. Если Дебра до сих пор спит, а сомнений в этом становилось все меньше, то сейчас самое время ее будить.       В дороге Кроули пытался избавиться от надоедливого зуда в голове. Наверное, всему виной эта ситуация с украденной душой. После всей заварухи с Армагеддоном демон не желал даже вспоминать об Аде лишний раз, не говоря уже о том, чтобы сталкиваться с их проделками. Удивительно, как этим застрявшим в четырнадцатом веке идиотам удается портить ему жизнь на расстоянии. И на кой черт им вообще сдалась эта несчастная девица?       Припарковав автомобиль у обочины, Кроули зашел в подъезд. Поднявшись на нужный этаж, он позвонил в дверной звонок. Никакой реакции. Ни «Сейчас!», ни «Свалите!», ни «Что б вас всех…», ни даже звука шагов. Демон позвонил снова. И снова. И снова. И снова ничего. Чуйка с писка перешла на вой сирен. — Стерва! — крикнул он. — Ты там? Просыпайся давай.       Никто не ответил. Убедившись, что никого поблизости нет, Кроули щелкнул пальцами и вскрыл замок. Дверь открылась и демон оказался в квартире. В квартире, в которой никого не было. — Стерва, давай вылазь из кровати! — громко звал ее рыжеволосый, поднимаясь на второй этаж и заглядывая в каждую комнату. Все были пусты. — Черт возьми, Деби, это уже не смешно!       Кроули спустился вниз и заново обыскал кухню, гостиную в ванную комнату. Искомой женщины нигде не было.       «Может, уже проснулась и поехала в больницу, и мы просто разминулись? — подумал демон, заваливаясь на диван. И тут он заметил еще кое-что. Вернее, не заметил. — А куда подевались два комка несчастья?»       Отсутствие в квартире хозяйки еще можно было объяснить тем, что они просто разминулись в дороге, а вот отсутствие котов — нет. Если черный и заимел привычку прятаться от демона под креслом (хотя там его тоже не было, Кроули проверил), то его серая подружка особой подвижностью не отличалась, и всегда лежала где помягче и потеплее.       «Не нравится мне это, — подумал Кроули, доставая телефон и ища нужный номер. — И что-то мне подсказывает, что дальше будет только хуже.» — Абонент сейчас недоступен или находится вне зоны действия сети. Пожалуйста, перезв… — Черт, — выругался рыжеволосый, сбрасывая трубку. — Неужели тараканы в твоей голове опять добрались до спиртного? Куда же ты подевалась, Деби?

***

      Сказать, что Мэри удивилась, увидев на своем пороге единственную лучшую подругу, значит ничего не сказать. Когда Дебра рассказала, что случилось с ее сестрой, бывшая монахиня подумала, что удивиться сильнее уже не сможет. Однако, когда Кэндл поделилась с ней своим планом решения этой проблемы, Мэри поняла, что ошиблась. — Ты собралась сделать ЧТО? — Вернуть душу своей сестры, — спокойно повторила шатенка. — С твоей помощью. — Ты понимаешь, что говоришь сейчас, как сумасшедшая? — Мэри изогнула бровь. — Ты же была сатанинской монахиней, уж ты-то должна верить в реальность подобных вещей. Тебе это положено по профессии. — Да, мне положено, не тебе. С каких пор ты вообще веришь в сверхъестественное? — По правде говоря, мне всегда нравился этот сериал, — тем же непринужденным тоном продолжила Дебра. — А вообще, со вчерашнего дня. — Но это… — Безумие чистой воды, я знаю. Но пока что, это единственное объяснение, в котором прослеживается хоть какая-то причинно-следственная связь.       Ходжес не верящим взглядом уставилась на подругу. Они знают друг друга уже почти восемь лет, и Мэри могла определить, когда Кэндл говорила всерьез. — Ты действительно намерена эта сделать, — женщина обреченно вздохнула и опустилась на стул. — Ты хоть понимаешь, куда собираешься отправиться? — В Ад, — просто ответила шатенка. — Так, я могу рассчитывать на твою помощь? — Затея опасная и безумная, но я тебя полностью поддерживаю. Но я не уверена, что в моих книгах есть заклинание или ритуал для путешествия в Преисподнюю. Я хоть и была отличницей среди прочих темных монашек, но… — Я пришла к тебе не как к бывшей сатанинской монахине, — перебила ее Дебра, — а как к бывшей медсестре.       Мэри сначала не уловила связь между ее бывшей-бывшей работой и путешествием вниз, но когда до нее дошло… — Деби, — со всей возможной серьезностью в голосе начала женщина, — нет. — Мэри, ты согласилась мне помочь, — напомнила ей Кэндл. — Я думала, ты имела в виду поиск подходящего ритуала и его проведение. — Это почти одно и тоже. — Ты просишь меня УБИТЬ тебя! Это не одно и то же! — возразила Ходжес. — Не убить, а, скорее, временно остановить работу моего сердца. Потом запустишь его снова. Думаю, трех минут мне хватит. В Аду ведь время должно идти медленнее. Наверное. — Я знала, что меня не спроста потянуло ко всей этой чертовщине, — говорила Мэри, скорее, самой себе, чем подруге. — Сначала погода, теперь это… Говорила мне мать настоятельница, беда не приходит одна. Лучше бы эти книги сгорели в том пожаре. — Подруга, у тебя крыша едет, — сказала ей Дебра. — Твою ей не догнать. Я не собираюсь убивать себя, еще и с чужой помощью, ради путевки в Ад, — ответила ей Мэри. — Кстати, с чего ты взяла, что попадешь в Ад? Твоя душа может отправиться и на Небеса, конторы ведь две. — Не попадет, — Кэндл невесело усмехнулась. — Только не после того, что я сделала. — Ты, конечно, та еще зараза, но все не без греха. Многие поступки прощаются, Деби.       Усмешка сошла с ее лица. Дебра невидящим взглядом уставилась перед собой. В голове снова начали просыпаться воспоминания. — Тому, что я сделала, прощенья нет, — безжизненным тоном сказала она. — Поверь, Мэри, Ад мне обеспечен. Я заслужила это. А вот Сэм — нет. И если она там, если все это действительно правда, я собираюсь вытащить ее оттуда, чего бы мне это не стоило. Я не собираюсь тебя ни к чему принуждать, но я сделаю это, Мэри, с твоей помощью или без нее. Итак, поможешь мне отправиться на тот свет, или отдашь мою жизнь в руки кого-то другого? — Знаешь, иногда я тебя ненавижу, — вздохнула женщина. — Хотя, может, путешествие в Преисподнюю сумеет убедить тебя водить аккуратнее. Вечером будь готова.

***

      Изабель закрыла книгу. Нацеленный на драмы романтик внутри нее места себе не находил от восторга. На что только люди не готовы, ради любви! Подвиги ради возлюбленных ей, конечно, нравились больше, но и любовь к близким тоже вызывала в ней восторг.       Беловолосая девушка посмотрела на жизнеизмеритель с именем «Дебра Джейн Кэндл, урожденная Скотт». В верхней половине часов оставалось всего несколько песчинок.