Дьявольская удача

      Несмотря на то, что душа Саманты исчезла, спокойствия в Аду не прибавилось. Наоборот, стало хуже. Уже на протяжении недели Вельзевул только и делает, что получает различного рода жалобы касательно двух заключенных, чьи рты не желают закрываться ни при каких условиях и угрозах. Демонам в том районе уже осточертели бесконечные рассказы о студенческих похождениях леди в красном платье и истории о приключениях ангела и демона. — Неужели нет никакого способа заставить их замолчать? — поинтересовалась Вельзевул у своей правой руки. — Мне надоело выслушивать это нытье. — Убить. — Каким образом? Святая вода на него не действует, а убивать человеческие души мы не умеем. Что еще? — Может, рассадить их по разным камерам? — предложила Дагон. — Сами с собой они вряд ли будут говорить. — Выполняйте. — С удовольствием, владыка.

***

      После того, как Саманта вышла из комы, ее не покидало странное чувство. Словно она забыла что-то, что-то очень важное, но никак не могла вспомнить, что именно. Ей снились странные сны. Картинка была темной и смазанной, но отчетливо слышался голос Дебры, зовущий ее, спрашивающий, где она. Врачи сказали, что она пролежала в коме чуть больше недели по непонятной причине. А еще ей сказали, что она не может ходить. Пока.       Первым делом, Саманта позвонила Холли, а потом успокоила свою мать. До сестры она дозвониться не смогла. И это по непонятным причинам очень сильно ее пугало. Врачи сказали, что Дебра чуть ли не жила в ее палате целую неделю. В шкафу даже лежали некоторые ее вещи. Однако, она ушла за день до того, как Скотт очнулась, и больше не появлялась.       На пятый день ее пребывания в сознании, к великому удивлению девушки, появился Азирафаэль. — Вижу, вы уже пришли в себя! — с радостным лицом произнес мужчина, присаживаясь возле ее койки и вручая ей бумажный пакет. — Я заскочил по пути в кондитерскую и взял вам пару пирожных. Для поднятия настроения. — Не ожидала вас здесь увидеть, — ответила блондинка. — Не стоило брать так много. Мне еще предстоит операция на позвоночнике, так что, думаю, мне лучше некоторое время посидеть на диете. — Эм, — по его лицу пробежала неуверенность, — тогда, наверное, принесу чуть позже. — Спасибо за заботу, — Сэм улыбнулась. — Как вы вообще узнали, что я здесь? — Я… эм… ну… — ангел тщетно пытался придумать наиболее правдоподобную ложь. — Я пересекся как-то с вашей сестрой. Она мне рассказала, вот, — он облегченно выдохнул. Может, основам лжи он и научился, но все-равно этот процес был малоприятным. Словно плывешь против течения. — Вы случайно не знаете, где Деби сейчас? Я уже несколько дней не могу ей дозвониться. — Вот как? — Азирафаэль и вправду удивился. Если подумать, он уже несколько дней ничего не слышал от Кроули тоже. — Может, она потеряла телефон? — Тогда она бы сообщила врачам новый. Они говорят, она приходила сюда каждый день, а недавно перестала. Они пытались до нее дозвониться, еще когда я только-только пришла в себя, но не получилось. Деби словно сквозь землю провалилась. — Если хотите, я мог бы проверить, нет ли ее дома, — предложил ангел. Что-то подсказывало ему, что если он найдет Дебру, найдет и Кроули. Мысленно он сделал заметку проверить заодно и квартиру своего друга. — Только назовите адрес. — Правда? — девушка улыбнулась. — Я была бы очень признательна. Дайте мне какую-нибудь бумажку и ручку.

***

      Азирафаэль выполнил свою работу добросовестно. Он проверил не только квартиру Дебры и квартиру своего друга, он также проверил каждый бар, ресторан, кафетерий и, на всякий случай, автостоянку. Кроули, как и мисс Кэндл, и правда словно сквозь землю провалились. Демон тоже не отвечал на телефонные звонки, ни на стационарный телефон, ни на мобильный. Однако, самым худшим было то, что в Лондоне все было… хорошо. Никаких проблем с метро, внеплановых инспекций, пробок (по крайней мере больших, чем обычно), проблем с интернетом или мобильной связью. В общем, никаких признаков демонического вмешательства. А это плохо (хотя жители Лондона, разумеется, с ним бы не согласились).       «Куда же эти двое подевались? — думал ангел, сидя в своей лавке. — И правда, как сквозь землю пров… Стоп.»       Азирафаэля посетила сумасшедшая мысль. Он всем своим естеством надеялся, что она абсурдна. Но пока что, только такой вариант давал ответ на интересующий его вопрос. — Нужно проверить, — сказал он самому себе, вставая с кресла и направляясь к стелажу с книгами. Он пытался вспомнить, какая именно ему нужна. — Если это действительно так, то заклинание их не найдет… О, вот и она!       Выхватив нужную книгу, Азирафаэль быстро нашел нужную страницу и, отыскав мел, начал чертить на столе небольшое подобие на пентаграмму. Это было лучшее заклинание поиска. Оно способно отыскать одну единственную душу в огромной галактике (хотя Млечный Путь к огромным галактикам не относился). Единственный раз, когда заклинание подвело, это попытка отыскать Антихриста. Но Антихриста ведь к обычным людям не отнести, так что этот случай не считается.       «Готово, — ангел закончил черчение и сосредоточился. — Приступим. И хоть бы я ошибся…»       Для того, чтобы просканировать всю галактику ушло от силы пятнадцать-двадцать минут. Души Дебры, основной ее части, в ней не обнаружилось. Кроули, к сожалению, тоже. — Блять, — только и смог произнести ангел.       Это был второй раз за шесть тысячелетий, когда Азирафаэль использовал нецензурную лексику. И то, что оба раза перепали на одно лето, говорило о многом (главным образом, о его насыщенности всякого рода происшествиями).

***

— ЗНАЕШЬ, А К ЭТОМУ МЕСТУ МОЖНО И ПРИВЫКНУТЬ! — ДА? Я ПЕРЕОДИЧЕСКИ НАВЕДЫВАЛСЯ СЮДА НА ПРОТЯЖЕНИИ ШЕСТИ ТЫСЯЧЕЛЕТИЙ И ЧТО-ТО НИКАК НЕ ПРИВЫКНУ! — ВАМ БЫ НЕ ПОМЕШАЛ КОСМЕТИЧЕСКИЙ РЕМОНТ! — продолжила Дебра. — И ЕЩЕ ТРУБЫ СМЕНИТЬ! И МЕБЕЛЬ! И ДВЕРИ ТОЖЕ! — ПОВЕРЬ, ПРОЩЕ МЕСТО СМЕНИТЬ! — И КУДА, ПО-ТВОЕМУ, ЭТО УБОЖЕСТВО МОЖНО ПЕРЕМЕСТИТЬ? — ДА В ЛЮБОЙ ЗЕМНОЙ ПАСПОРТНЫЙ СТОЛ! РАЗНИЦА НЕВЕЛИКА! — ответил ей Кроули. — И ВООБЩЕ, Я ДАВНО ГОВОРИЛ, ЧТО ПОРА СВОРАЧИВАТЬ КОНТОРУ, НАВРЕДИТЬ ЛЮДЯМ СИЛЬНЕЕ, ЧЕМ ОНИ САМИ СЕБЕ ВРЕДЯТ, НАМ ВСЕ РАВНО НЕ УДАСТСЯ! — ГОВОРИШЬ КАК МОЯ БАБУШКА! Я ТЕБЕ РАССКАЗЫВАЛА, КАК МЫ ЕЕ ЮБИЛЕЙ ОТМЕЧАЛИ? — ЭТО ПРО ТО, КАК ОНА ИСПЕКЛА ПЕЧЕНЬЕ С КОНОПЛЕЙ? — уточнил демон. — ОНО САМОЕ! — ТОГДА РАССКАЗЫВАЛА! — А ПРО НАШУ СЕМЕЙНУЮ ПОЕЗДКУ НА КУБУ? — спросила Кэндл. — НЕТ! — ОТЛИЧНО! ТОГДА СЛУШАЙ…       А тем временем, Вельзевул сидела на своем троне в окружении самого большого роя самых громких мух. Попытки заглушить два уже в конец осточертевших голоса были тщетными. Княгиня Ада, как и все остальные, кто находился в Преисподней, против собственной воли вынуждена были вникать во все подробности очередной истории, успевшей приключиться с Деброй за тридцать один год ее, как выяснилось, очень насыщенной событиями жизни. От одной лишь мысли о том, сколько историй успел накопить Кроули за свои шесть с лишним тысяч лет существования, у большинства жителей Ада возникало навязчивое желание облиться святой водой.       Эти два невероятно громких и разговорчивых кошмара сидели на разных концах Преисподней уже почти месяц. О том, в каком состоянии теперь находилось большинство демонов, и говорить не стоило. Что уж там, даже у адских гончих начали сдавать голосовые связки (голос Дебры и правда действовал на них, как полицейская или пожарная сирена на обычного пса).       В общем, если описывать ситуацию коротко, то Ад сходил с ума. — «Что будем делать, владыка?» — показала Дагон табличку с надписью. Перекричать двоих заключенных, ведущих бесконечный диалог, было невозможно. — «Вы еще не нашли способ их убить?» — показала похожую табличку Вельзевул. А потом достала еще одну. — «У вас есть идеи, повелитель?» — «Думаете, я бы сидел здесь с вами, если бы были?!» — написал красным маркером Сатана. — «Можно мне снова на Землю?» — поинтересовался Хастур. Сигареты у него уже давно закончились, как и ногти. — «Ты это начал, так что будешь терпеть вместе со всеми!» — все три надписи мистическим образом совпали. — … А ПОТОМ СЭМ ЗАХОТЕЛА ПИТЬ И ОТКРЫЛА МИНИБАР, — история про поездку на Кубу, тем временем, продолжалась. — ОНА, ВИДИМО, ПОДУМАЛА, ЧТО МАЛЕНЬКИЕ БУТЫЛОЧКИ ВОДКИ, ВИСКИ И ТЕКИЛЫ — ЭТО ДЛЯ ДЕТЕЙ, И ВЫПИЛА ИХ ВСЕ! ЕЙ ТОГДА ВСЕГО ПЯТЬ ЛЕТ БЫЛО! — А ТЫ ГДЕ В ЭТО ВРЕМЯ БЫЛА? — поинтересовался Кроули. — СМОТРЕЛА КАНАЛ ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ! — ТЕБЕ Ж ДЕСЯТЬ ЛЕТ ДОЛЖНО БЫЛО ТОГДА БЫТЬ! — воскликнул демон. — ЭТО БЫЛ ЕДИНСВТЕННЫЙ КАНАЛ НА АНГЛИЙСКОМ! ХОТЯ ИЗ СЛОВ ТАМ БЫЛИ ТОЛЬКО «ЕЩЕ» И «ХОРОШО», А В ОСНОВНОМ ТОЛЬКО ЗВУКИ! — ЧТО, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, В ЭТО ВРЕМЯ ДЕЛАЛА ВАША МАТЬ? — ПРИМЕРНО ТОЖЕ САМОЕ, НА ЧТО Я В ЭТО ВРЕМЯ СМОТРЕЛА! — ответила женщина. — ЗАТО КОГДА ОНА ВЕРНУЛАСЬ… — «Не удивлюсь, если, в конце-концов, здесь окажется все ее семейство», — написала Вельзевул. — «Боже Сатана избавь!» — написали Хастур и Дагон.       Три головы повернулись к дьяволу. — «Лучше мое имя зачеркните. Пусть Он/Она с этим разбираются!» — написал им в ответ Сатана. — МЫ С АЗИРАФАЭЕМ ТОЖЕ КАК-ТО БЫЛИ НА КУБЕ! — вспомнил вдруг Кроули. — ТОЛЬКО ПО РАБОТЕ! — В КАКОМ ГОДУ? — спросила Дебра. — ГДЕ-ТО ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ ДВАДЦАТОГО ВЕКА! — И КАК? — О, ЭТО БЫЛО ВЕСЕЛО! СНАЧАЛА Я… — «С этим нужно что-то делать!» — поднял Хастур табличку. — «Да ну?!» — взгляд Сатаны и Вельзевул полностью совпадал с их словами. — «Может, отпустим их? Хороший поступок, плохой… Какая уже разница?» — написала Дагон. — «Если отпускать, то так, чтобы они никогда сюда не вернулись!» — тут же написал Хастур. — «Особенно Кроули.»       Сатана задумался. Единственный способ убить демона — это святая вода, но у Кроули каким-то невероятным образом выработалась к ней неуязвимость. Можно, конечно, просто отправить его на Землю, но где гарантия, что он не вернется, хотя бы за своей собеседницей? Можно отпустить и его, и эту леди в красном платье, но есть одна загвоздка: Дебра абсолютно точно вернется сюда. Рано или поздно, в зависимости от того, когда она умрет, на сей раз окончательно. И тогда убрать ее из Ада будет невозможно… А терпеть ее целую вечность ни у кого ни сил, ни терпения не хватит.       «Нет, нужно найти способ навсегда избавиться от одного, и от другой, — подумал дьявол и начал рыться в огромных просторах своей памяти, ища хоть что-нибудь. — Может быть…» — «Нужно отрезать Кроули от Ада», — написал Сатана.       Трое его собеседников непонимающе на него посмотрели. — «Это как отрезать веревку, привязывающую газовый шарик к камню», — попытался объяснить дьявол, но понял, что для этого придется сначала объяснить, что такое газовый шарик. — «Результат такой, что сюда он больше вернуться не сможет».       Все дружно кивнули. — «А женщина?» — поинтересовалась Вельзевул. — «Каинова печать», — написал в ответ Сатана. — «Если она не сможет умереть, то не сможет попасть обратно в Ад». — «Но ведь печать всего одна», — написала Дагон. — «И она сейчас у Каина». — «Значит, нужно найти его и отобрать печать», — написал Сатана. — «Можно я?» — снова попытал счастье Хастур, готовый хоть жить в двадцать первом веке, только бы не слышать этот ор. — «Нет!» — «Но разве Каинова печать не должна оставаться у Каина?» — спросила Дагон. — «Отобрать ее будет неправильно даже для демонов». — А ЕСТЬ ЕЩЕ ПОДОБНЫЕ ИСТОРИИ? — поинтересовалась Кэндл веселым голосом. — ЗА ШЕСТЬ ТЫСЯЧ ЛЕТ? И ТЫ ЕЩЕ СПРАШИВАЕШЬ?! НАЗОВИ ЛЮБОЙ ГОРОД! — ПИЗА! — ОТЛИЧНО! — воскликнул Кроули. — СЕЙЧАС Я РАССКАЖУ ТЕБЕ ПРАВДИВУЮ ИСТОРИЮ О ПИЗАНСКОЙ БАШНЕ… — «Уверена, от Каина в Аду будет меньше проблем, чем от этих двоих», — ответила Вельзевул.

***

      Кроули нашел заключение в Аду довольно неплохим времяпровождением, если есть, с кем поговорить и кому подействовать на нервы. К тому же, здесь у него с Деброй была целая вечность, чтобы узнать друг друга получше (хотя демон все же предпочел бы провести эту вечность в более тесном контакте).       Они находились в Преисподней уже почти два месяца, однако на Земле, скорее всего, прошла всего пара недель, точное соотношение времени Кроули не помнил. Сейчас, пока Дебра в красках описывала ему подготовку к ее школьному выпускному, он думал о том, сколько времени понадобится Азирафаэлю, чтобы, раз, заметить его отсутствие, два, понять, куда его занесло, и три, найти способ его вытащить. Учитывая, сколько раз Кроули пропадал без предупреждения, им с Деброй придется перекрикиваться еще долго.       «И почему только эта стерва не могла сначала поделиться своей «гениальной» идеей со мной? — думал рыжеволосый. — Ах да. Она же у нас любитель решать проблемы в одиночку. А ведь если бы она только обратилась ко мне за помощью, стольких проблем удалось бы избежать… В первую очередь, для всех обитателей Ада». — … И РЕШИЛИ ПРОВЕСТИ ЕГО НА ОТКРЫТОМ ВОЗДУХЕ! — продолжала Дебра очередной рассказ. — ГОРОДОК МАЛЕНЬКИЙ, ОСОБО ПОГУЛЯТЬ БЫЛО НЕГДЕ, ТАК ЧТО ПОБЕРЕЖЬЕ ОКАЗАЛОСЬ САМЫМ ОПТИМАЛЬНЫМ ВАРИАНТОМ! МЕСТА МНОГО, ЛОМАТЬ ОСОБО НЕЧЕГО… ПО ПЕСКУ, ПРАВДА, НА ШПИЛЬКАХ НЕ ОЧЕНЬ УДОБНО БЫЛО… — ТЫ ЧТО, УЖЕ ТОГДА СВИХНУЛАСЬ НА СВОИХ КАБЛУКАХ?! — Я БЫЛА НИЖЕ ВСЕХ В КЛАССЕ! И РЕЧЬ НЕ ТОЛЬКО О СТАРШИХ КЛАССАХ! — воскликнула она. — ТАК ВОТ, ВСЕ ПРОГОЛОСОВАЛИ ЗА ПЛЯЖ И…       Что-то начало происходить. Кроули чувствовал это всем своим естеством, и это что-то ему не нравилось. Совсем. Это было сродни наркозу. Демон чувствовал, как начинал слабеть, против воли погружаясь в какое-то подобие сна. Он все еще был здесь, однако «здесь» явно куда-то перемещалось. А еще это странное ощущение…       Когда до него дошло, что, возможно, происходит, то не сдержал ругательств. — ТВОЮ Ж… мать…       И Ад вокруг него исчез. Впрочем, правильнее будет сказать, что это Кроули исчез из Ада. Навсегда.

***

      Мухаммед работал в этом отеле уже семь лет. Он отвечал за полотенца. Выдать полотенца, забрать полотенца, постирать полотенца, сложить полотенца, выдать полотенца. Не самая интересная работа, зато спокойная, не то, что у барменов или официантов, которых гоняют туда-сюда туристы. Большинство приезжих вообще вели себя так, что складывалось впечатление, что их главная цель — умереть на отдыхе. Мухаммед не любил сверхактивных людей. Если на то пошло, он вообще людей не очень любил. Слишком шумные, вечно мельтешат перед глазами. Поэтому он был рад работать с полотенцами. С людьми ему приходилось иметь дело только утром, когда они брали у него полотенца, и вечером, когда отдавали.       Сейчас было семь утра. Мухаммед шел из прачечной, неся постиранные и сложенные полотенца к своей стойке. Он любил раннее утро: воздух не такой горячий, как днем, все туристы спят, никакого шума и суматохи…       От раскладывания полотенец Мухаммеда отвлек громкий всплеск. Он нахмурился и повернулся на шум. В бассейне кто-то плавал. Лицом вниз, не шевеля ни руками, ни ногами. Еще и полностью одетый… — Сэр? — мужчина кое-как дотянулся до еще одной ранней пташки, которая, как ему подсказывал опыт работы в отеле, и вовсе не ложилась спать, и постучал пальцем по руке.       Никакой реакции от «пловца» не последовало. Мухаммед ухватился за рукав его пиджака и подтащил его к себе. — Сэр? — попробовал он еще раз, на этот раз хорошенько тряся того за плечо.       Сработало. Рыжеволосый субъект зашевелился. По его реакции можно было сделать вывод, что вода, вернее тот факт, что он в ней находится, удивил его не меньше, чем Мухаммеда. Когда мужчина принял вертикальное положение (вода едва доходила ему до груди), то уставился на работника отеля так, словно у того выросла вторая голова, хотя сам Мухаммед, смотря на свое отражение в солнцезащитных очках незнакомца (для него каждый первый в этом отеле был незнакомцем) ничего необычного в своем внешнем виде не заметил. — Сэр, — сказал он снова, — в одежде купаться нельзя. Правила отеля. — Отеля? — переспросил он и осмотрелся по сторонам. — Какого отеля? — Сан Резорт. — А где это? — На первой береговой линии, — терпеливо ответил Мухаммед. К сожалению, несмотря на свой вид занятости, иметь дело с пьяными туристами ему иногда приходилось. — Береговой линии чего? — Красного моря. — Я что, в Египте?! — полным удивления голоса воскликнул мужчина в черном. — Как, черт возьми, я сюда попал? — Самолетом, полагаю. — Черт-черт-черт-черт-черт, — продолжая бормотать себе под нос этот мотивчик, рыжеволосый поспешил выбраться из бассейна. — Почему из всех мест на Земле я оказался именно здесь?! — Мне это тоже интересно, сэр, — сказал Мухаммед ему вслед, пока незнакомец быстрым шагом удалялся прочь. Когда тот исчез из поля зрения, мужчина вернулся к своим полотенцам. — Эти туристы с каждым годом все хуже и хуже.

***

— ТВОЮ Ж…       Это было последнее, что Дебра услышала от Кроули. Ее насторожила не фраза, а отсутствие ее окончания. Что должно было произойти, чтобы не успеть выговорить еще одно слово? — КРОУЛИ? — крикнула Кэндл. — ЧТО-ТО СЛУЧИЛОСЬ?       Ей никто не ответил. Настороженность росла. — ЭЙ! ТЫ ВСЕ ЕЩЕ ТАМ?!       Ничего. — ОТВЕТЬ МНЕ!       Ответили ей только изрядно охрипшие гончие. — КРОУЛИ! ЧТО ПРОИСХО… АЙ!       Дебра вдруг почувствовала жгучую боль над левой грудью. Было похоже, будто к ней приложили раскаленный металл. Было адски больно. — ЧТО ЗА ХРЕНЬ СЕЙЧАС ПРОИСХОДИТ?!       Ей никто не ответил. Однако, из конца коридора доносились звуки чьих-то торопливых шагов.       Боль начала утихать. Дебра посмотрела на то место, где, как ей казалось, об нее тушили окурки. Там был ожог. По форме он напоминал… хрень какую-то, если говорить откровенно. То-ли буква какого-то всеми забытого алфавита (если это действительно так, то именно он дал начало ивриту и китайским иероглифам), то-ли начало какой-то абстракции.       Женщина так увлеклась разглядыванием своей нежелательной и довольно болезненной «татуировки», что не заметила, как дверь в ее камеру открылась и перед ней появилась Вельзевул. — Если бы я хотела тату, то сделала бы запись в тату-салоне, — сказала ей Кэндл. — И место я бы тоже выбрала дру… — Ты возвращаешься, — перебила ее Княгиня Ада и сомкнула пальцы у нее на плече. Хоть и хрупкая на вид, эта, как Дебра ее про себя называла, бляха-муха обладала хваткой, которой могли бы позавидовать клещи. — Большая черная дверь, а потом прямо по коридору. — По какому еще кори…       Договорить женщина не успела, ибо почувствовала покалывание там, где ее держала Вельзевул, а потом все поплыло, и она вдруг оказалась в круглом помещении с кучей дверей. Почти все они были черными — была парочка темно-красных и несколько серых, на каждой висела табличка. «Служебный вход 1», «Служебный вход 2», «Собачья дверь 1», «Собачья дверь 2», «Черный вход 1», «Черный вход 2», «Черный вход 3» и так далее по списку. — И? — обратилась Дебра к потолку. — Которая из?! ЭЙ!       Разделся скрежет. Дебра обернулась и наткнулась взглядом на, как она надеялась, ту самую дверь. Она и впрямь была большая и черная, и на ней висела табличка «Возврат». Кэндл некоторое время буравила ее взглядом, надеясь прожечь в ней глазок и посмотреть, что там. Обычно, когда ты оказываешься в комнате с множеством дверей, правильным вариантом будет выбрать ту, из которой ты здесь появилась. Однако, женщина вообще не помнила, чтобы появлялась здесь из какой-либо двери. — Будем надеяться, что мне сюда, — сказала сама себе шатенка и потянула за ручку. Дверь открылась с характерным для больших черных дверей скрипом. — Если что, всегда можно вернуться обратно. Наверное.       «Вперед», — сказала себе Дебра и шагнула в неизвестность.