Нерешаемая проблема

— Да-да! Было бы круто, если бы я стрелял готовой заваренной лапшой! — Каминари начал пуляться из рук невидимой лапшой, громко хохоча вместе с Сэро и Миной. — Блин, а представьте тех, кто реально может за пару секунд сделать шавуху! Вот везуха! — Сэро грустно и мечтательно улыбнулся. — А Яойрозу может шавуху нам сделать? — лицо кислотной вдруг обрело все оттенки радости. — Го попросим ее попробовать! Рецепт скажем! Парни расхохотались, уже вбивая в гугл рецепт приготовления вкусного, но не очень полезного фастфуда. Найдя его, все уже буквально собирались помчаться к Момо, надеясь, что та не откажет им в просьбе. Каминари уже приготовился бежать, как его кто-то крепко схватил за рюкзак. Сэро и Мина остановились, обернувшись, чтобы узнать, почему их друг резко затормозил. Увидев за спиной Денки Киришиму, они недоуменно нахмурились. Эйджиро не улыбался. В его глазах не было никакого намека на дружелюбный разговор. Ашидо и Ханта переглянулись, мысленно друг друга спрашивая, а точно ли это Эйджиро перед ними. Киришима был злой, а еще под его глазами были устрашающие синяки. Он вообще спал этой ночью? Каминари обернулся назад и испуганно натянул улыбку на свое лицо. Видеть такого Эйджиро ему еще ни разу не удавалось, и лучше бы он и не видел. Киришима сверлил своим взглядом жёлтые глаза одноклассника. — Нужно поговорить, — процедил сквозь зубы Эйджиро, отпуская рюкзак парня из рук. Каминари обернулся к Киришиме, не переставая боязно смотреть на него. Денки страшился предположить, о чем пойдет речь. Тут либо Эйджиро неправильно списал домашку, либо торт реально оказался лоховским. Каминари надеялся на первое… с этим жить можно будет вне инвалидного кресла. А вообще торт не мог оказаться плохим — Сато действительно вкусно готовил. Денки больше решил не предполагать и кивнул Эйджиро, мол, давай поговорим. — Ребят, го на следующей перемене? Как раз все на обед пойдут! — Электрозум улыбнулся двум друзьям, которые уже не на шутку забеспокоились о здоровье одноклассника, но улыбка Денки вселило в них некоторое спокойствие, и те, согласившись, удалились, иногда оглядываясь на Каминари и Киришиму. А вот Эйджиро не вселял никакого спокойствия. Вокруг него была темная аура, такая холодная и совсем неприветливая. Вообще Киришима и сам не знал, он больше злился за несработанный план друга или обижался, полностью доверившись ему. А может, не стоит и вовсе винить Денки? Лицо как у наркомана-то было не у Каминари, а у Эйджиро, и в этом явно не виноват одноклассник. Киришима хмуро оглянул парня, неожиданно громко выдыхая. Да, голова ватная. Стоило хотя бы немного подумать перед тем, как обвинять всех вокруг. Просто с тортом вышла нелепица… И с лицом тоже… и Эйджиро до сих пор не понимал, где Бакуго увидел в нем торчка. Это было обидно, ведь Киришима хотел сделать подарок от всей своей большой и доброй души. — Что случилось? — Денки смёл весь свой страх и заглянул в красные глаза, которые перестали извергать злость и стали какими-то грустными. — Пойдем, побалакаем на крыше, перемена большая. На крышу зайти не составило никакого труда. За ней никто не следил, даже замка не было. Ветер приятно охлаждал тела, нагло забираясь под форму двух сидящих парней. Палящего солнца не было, что только радовало, ведь оно не светило прямо в глаза. А серые облака лишь нагоняли какую-то атмосферу. Задумчивую и слегка печальную. — Ну и что у тебя там? Ему понравился тортик? — осторожно поинтересовался Каминари, ковыряя пальцем крышу. — Знаешь, я думаю, что нет никакого смысла, — выдохнул Эйджиро так отчаянно, так обреченно, что Каминари аж съежился. — Ты о чем говоришь? — Денки все свое внимание обратил на Эйджиро, который поник головой и уставился в одну точку. — Сам подумай. Бакуго никто не нужен, уж тем более я. Он всегда один, помощи ни от кого не берет. Да и он мне отказал, разве это уже не конец? Смысл мне пытаться хоть что-то делать, если он… — Эйджиро поднял взгляд куда-то вверх, вдруг прекращая свои всплески эмоций. Вроде хотел проучить Денки, а оказалось не за что… и теперь изливает ему свою душу, вновь немного боясь, что выложит все и от него не останется ничего, кроме плоти, поэтому и замолчал. — Конец — это смерть. Пока ты живой, ты можешь сражаться против зла, исправлять ошибки и бороться за любовь, — Денки и сам офигел от того, как философски сказанул, но эта фраза прекрасно вписывалась в их разговор. Минуту Эйджиро размышлял над сказанными словами одноклассника. — Я понимаю, но разве есть смысл сражаться, если я буквально какая-то там спичка против огромной горы? — спросил Киришима уже больше заинтересованно, чем печально. — Ха-ха, знаешь, пока спичка горит, с любой точки горы можно увидеть ее огонёк, — с улыбкой ответил Каминари, дальше разъясняя: — я имею в виду, пока ты будешь пытаться, то твои старания будут замечены. — Замечены Бакуго? Ты уверен в том, что говоришь? — Эйджиро недоверчиво покосился на Каминари. Денки улыбнулся еще шире и уверенно кивнул. — Значит, с тортом не прокатило? — Каминари не переставал улыбаться, а, взглянув на Эйджиро, и вовсе хотел рассмеяться и подколоть его, но сдержался — сейчас не лучшее время для этого. Киришима лишь усердно сверлил дырку в Каминари, давая тому понять, что попал точно в яблочко. Порой им даже слова не нужны были, чтобы понять друг друга. — Тогда как насчёт… — Слушай, я сам справлюсь, правда, — неловко перебивая, Эйджиро вдруг уверенно посмотрел в глаза друга. Влюбленный в Бакуго парень действительно решил, что действовать он должен сам. Решил он быстро и твердо, не желая даже обсуждать это. Нет, Эйджиро не считал помощь Каминари плохой! Более того, он благодарен тому за нее, за поддержку. Да, если бы не Денки, Эйджиро никогда в жизни не принял такое смелое решение. Просто Киришима хотел бы сделать что-то самостоятельно, что-то, о чем позже будет с гордостью рассказывать внукам. Шутка, конечно. Эйджиро хотел попробовать свой план и убедиться, что ни на что не способен сам и тогда на коленях приползти к Каминари. Вот тогда полностью можно отдаться в руки помощи Денки. — Моя «скорая помощь» такая себе, да? — как-то с обидой хмыкнула знаменитая сваха 1 «А» — Нет, ты что? Я просто хочу попробовать… сам. Знаешь, подход другой и что-то в этом роде? Проверить силы, взглянуть с другой стороны? — Эйджиро говорил как-то неуверенно, совсем не хотя обидеть друга. Киришима почувствовал мягкие хлопки по спине, а, увидев понимающий взгляд, и вовсе расслабился. Денки не умел обижаться по-настоящему, поэтому быстро находил друзей, а порой и «не друзей» тоже. *** Взял руки в дело, значит не бросай. Эйджиро, наверно, был слишком уверен в том, что справится в одиночку. Но отступать уже нельзя, верно? Кто бежит назад, когда дорога в огне? Киришима планировал просто быть рядом с Бакуго, помогать и просто болтать. Как раньше. Хотя… стоп. «Как раньше» уж точно никогда не будет. Это «Бакуго, ты мне нравишься…» перевернуло все кругом. Или только у Эйджиро все вверх дном стало? Пока Сэро, Мина и Каминари умоляли попробовать сделать Яойрозу шаверму с помощью своей причуды, Киришима почти уверенно подошел к столику Бакуго. Последний взглянул на красноволосого исподлобья, продолжая жевать свой быстро наструганный с утра салат. — Можно я тут сяду? — спросил Эйджиро, уже кладя свой вчерашний ужин, который так и не съел, который так усердно готовил между перерывами в готовке торта. Бакуго поджал губы на пару секунд, будто что-то раздумывая, а после уткнулся в тарелку с салатом. — Мест дохуища же, — фыркнул Катсуки. — Сел бы за другой стол. Не сказал «нет», а это означало, что можно сесть! Эйджиро уселся напротив Бакуго, открывая свой бокс для еды. Большой бокс с большим количеством вкусной еды. Бакуго косо взглянул на аппетитные пару рубленых котлет, вареную картошку и разрезанную на несколько ломтиков помидорку. Вот же ж пидарас. Хули так вкусно все готовит. Катсуки закусил щеку изнутри, продолжая злобно натыкать салат на вилку. — Они реально думают, что смогут уговорить Яойрозу приготовить шаву. Это так отчаянно, — с довольной улыбкой сказал Эйджиро, заглядывая за плечо Бакуго. Картина действительно была отчаянна до смеха. Трое учеников буквально вымаливают Момо сделать шаверму. Даже читают ей разнообразные рецепты, а Сэро додумался прочитать историю появления этого блюда. Девушка слегка краснеет, отговариваясь тем, что еще ни разу не пробовала делать такое. Пока Киришима оглядывал шумную компанию, Бакуго стырил пикантную котлетку из бокса Эйджиро и уже вовсю жевал. Заметив пропажу, Киришима удивленно взглянул на одноклассника. — Что? — будто ничего не случилось, спросил Бакуго, продолжая жевать присвоенную себе котлету. — У меня с лицом что-то не то? — Более чем-то! — сразу же воскликнул Эйджиро, вдруг краснея и машинально закрывая рот ладонью на пару секунд. Катсуки нахмурился и пристально смотрел на краснеющее лицо одноклассника, думая о том, какой же тот неловкий идиот, даже чувства держать при себе не может. — Точнее, я хотел сказать, если ты хочешь, то можешь забрать все… у меня все равно аппетита нет! — попытался выкрутиться Эйджиро, пододвигая свой бокс Катсуки. А Бакуго не был дураком, поэтому притянул к себе ближе и с удовольствием стал уплетать еду. Отказываться от халявы, к тому же и вкусной? Нет, это надо быть полным придурком или чертовским параноиком. Киришима позволил себе пялиться. Долго, разглядывая маленькие шрамы на лице, выразительные, узкие глаза, правильный, небольшой нос и до ненормальности пленительные губы… слишком красив. И если бы сажали в тюрьму за красоту, то Бакуго сидел бы пожизненно. *** Почти кончилась неделя, как наконец что-то поменялось. Эйджиро почти бездействовал, лишь отдавал свой обед Бакуго, который больше не хамил и кратко кивал на вопрос Киришимы «можно я тут присяду?» Всех всё устраивало, пока Катсуки не почувствовал себя наглой принимающей стороной. Тем, кто берет и взамен ничего не дает, будто так и надо, будто все тебе должны. Бакуго не хотел выглядеть законченным эгоистом и уже тем более чувствовать себя таковым. Эти чувства вызывали ебанутые мысли, которые понижали… ладно, Бакуго не мог найти нормального объяснения. Ему не нравилось только брать, это было как-то нечестно что ли. Поэтому один раз в столовой, пока Эйджиро что-то болтал о попытках троицы уговорить Момо, Бакуго вдруг перестал есть и посмотрел прямиком в красные глаза напротив себя. Их взгляды встретились, и Эйджиро почувствовал себя как-то неуютно, неловко и вообще, что это за взгляд такой?! — Ты как-то жаловался, что с химией у тебя херово, — невзначай сказал Бакуго, не отводя взгляда. — Ну, да, это сложно. Кажется, я забил на нее ещё в самом начале! Ха-ха, — нервно хихикнул Эйджиро, потирая рукой затылок. — Сегодня припрешься ко мне, и я тебе помогу. И только пускай в твою тупую башку прилетит хоть одна голубая мысль насчет этого, и больше мыслям будет некуда лететь! — наказал Бакуго, вновь принимаясь за обед.