Будет больно

Небольшая кафешка, через дорогу от клиники, куда Стивен притащил Палмер буквально силой была переполнена и им потребовалось немало усилий, чтобы найти в помещении, разбитом на два зала один единственный свободный столик у окна. Столик и два прилегающих к нему диванчика, были огорожены пластиковыми перегородками, образуя кабинку, как и другие столики по этой стороне зала. Сделав заказ, отдав выбор в пользу пиццы, пары салатов и свежевыжатого сока, Кристина углубилась в чтение статьи по трансплантологии, которую начала изучать ещё в клинике, ожидая, пока Джон осмотрит Стивена. Сам же Стрэндж, уставился в окно, наблюдая за проходящими мимо домов людьми. После последней операции он вообще часто смотрел в окно. — Ты же знала Уотсона, ведь так? — с подозрением спросил мужчина, не отрывая взгляда от окна, на котором, висела пара гирлянд, которые включали в вечернее время. И хотя до зимы, а уж тем более, до Нового Года было ещё далеко, скорее всего хозяин заведения просто оставил этот праздничный атрибут, как украшение, создающее в кафе особую атмосферу. — Допустим, — Палмер отложила смартфон в сторону и посмотрела на Стивена, — но это сути дела не меняет, Джон отличный врач с прекрасной репутацией и огромным опытом работы… — Ты спала с ним? — с сарказмом поинтересовался Стивен, чем заставил подошедшую к столику официантку, густо покраснеть. Девушка с подобранными под форменную кепку светлыми волосами, быстро расставила перед посетителями тарелки, чашки и приборы, после чего, поспешила удалиться к бару. — Что?! — она уставила на него, — Стивен, ты с ума сошёл? — возмутилась Кристина, чьи карие глаза были широко распахнуты от удивления и возмущения, — я не спала с ним, можешь быть уверен. Тот с подозрением посмотрел на неё и предпринял неудачную попытку взять приборы из принесённой металлической банки, но ничего не вышло и вилка с грохотом упала на деревянную столешницу стола, чем привлекала к себе внимание мужчины за соседним столиком. — Давай, я помогу тебе? — сочувствующе вздохнув, предложила Палмер, поднимая вилку Стивена со стола. — Чтобы все пялились на то, какой я жалкий? — фыркнул он, пытаясь хоть не много унять дрожь в руках, — вот, объясни, на кой ты со мной возишься? — Ну, — она усмехнулась, так как особо серьёзных и видимых причин, по которым она тратила почти всё свободное время, на то, что каталась с ним по больницам и врачам, но, что-то в глубине души говорило мисс Палмер, что без неё, этот измученный операциями и болью мужчина просто не справится. Она вздыхает, смотрит на него и говорит, — поверь, у меня есть причины. — Ну, ну, — причитает он, и снова пытается взять в руки вилку. Кисть дрожит, пальцы не слушаются и прибор снова на грани падения на деревянную поверхность, но Палмер вовремя его ловит и помогает Стивену зафиксировать вилку в правой руке, — спасибо, — бурчит он, едва слышно, так как не привык быть благодарным, она просто делает вид, что всё в порядке вещей. — Вам не следует ему помогать, если вы хотите, чтобы он полностью восстановился, — голос внезапно появившегося в кафе Джона, заставляет обоих вздрогнуть и посмотреть на мужчину. Вместо медицинского костюма на нём белая футболка, которая плотно облегала тело и джинсы. Обычные, синего цвета. В правой руке сумка для ноутбука из чёрного материала, напоминающего кожу. — Может присоединитесь к нам? — любезно предлагает Кристина, чем вызывает у Стивена бурю недовольства, он даже открыл рот, чтобы возразить, но женщина сильно пнула его по ноге и тот оставил свою затею, натянуто улыбнувшись Джону. Будем считать, что это ваша практика по сарказму, доктор Стивен Стрэндж, — мысленно сказал он сам себе, наблюдая, как Палмер двигается к окну, чтоб уступить Уотсону место у прохода. К нему подходит официантка, и стараясь не смотреть на вогнавшего её в краску Стивена, принимает заказ и уходит. — Вы стажировались в Швейцарии? — предположил Стивен, посмотрев на Уотсона, который достав из кармана смартфон, положил его перед собой на столик. — Да, — тот коротко кивнул, — но как вы узнали? Об этом мало кому известно. — Часы, — фыркнул хирург, — этот бренд не выпускается ни где, кроме Швейцарии, так что купить их можно только в стране-производители, так же, если учесть ваш лёгкий французский акцент, который почти сливается с британским, смею предположить, что это была Женева. Ах да, Англия, ну то, что вы британец — это совсем очевидно. Ваша фамилия, акцент, манера речи, — тараторил он, — если Англия, а потом Женева, куда попасть очень сложно, то значит и университет должен быть не рядовым. Оксфорд или Кембридж? — Стивен, — в этот момент Палмер снова стало стыдно за друга. Ей часто бывало стыдно за него, ведь с тех пор, как он попал в аварию и потерял возможность оперировать, Стрэндж стал язвительным и порой его высказывания очень задевали окружающих. Он любил красоваться, показывая свою гениальность не тем, что выполнял невероятно сложные нейрохирургические операции, а тем, что мог буквально прочитать человека, посмотрев на него. — Кембридж, — усмехнулся Джон, — Лозанна. Не Женева, — исправил он, с лёгкой усмешкой. — Что ж, — Стивен с азартом посмотрел на Уотсона, уж больно нравились ему такие игры, — в любом случае, вы знаете французский. Пару уроков не дадите? — язвительно поинтересовался нейрохирург. — Боюсь, у наших с вами встреч будут немного иные цели, — невозмутимо отметил Джон, забирая у официантки тарелку с салатом и бокал с соком, — почему же вы не едите? — спокойно поинтересовался физиотерапевт. Теперь, когда его не связывала врачебная этика, он позволил себе некоторую язвительность по отношению к Стивену, — вы же говорили, что всё слишком просто, — он с интересом наблюдал, как хирург снова попытался взять вилку. Палмер же, приняла позицию, что лучше не вмешиваться, так как она сама привела Стивена к Джону и возможно, некоторые его колкие замечания мотивирую Стрэнджа начать работать над собой и перестать верить в чудо, что в одно прекрасное утро руки сами по себе исцеляться. — Ну же, Стивен, я уверен у вас получиться, — бодро сказал Уотсон, смотря, как вилка ходит ходуном в руках хирурга, и он с колоссальным трудом смог подцепить пару кусочков курицы, которая была в его салате, — отлично, это уже что-то, — он одобрительно кивнул. — Вы специально пришли сюда, чтобы я выглядел ещё более беспомощным? — язвительно спросил Стивен. — Я просто зашёл пообедать, — ответил мистер спокойствие, — а остальное, вы уже сами себе додумали. Вам не следует думать о том, что скажут окружающие. Ваша задача — восстановить руки, а не цепляться к словам. — О, ну конечно, — всплеснул он дрожащими руками, — как же без мотивационных цитат. Откуда они? С «Фейсбука» пятнадцатилетней пациентки? — хирург фыркнул, Джон покачал головой, — значит тринадцатилетней, — настаивал Стивен. — Стивен, вам следует направить весь ваш энтузиазм и энергию в другое русло, — отметил Уотсон, допивая свой сок, — впрочем, это решать вам. Моя задача — помочь вам реабилитироваться, — он сложил приборы на тарелку, — приятно было с вами пообедать, — больше это можно было отнести к Кристине, так как нахождение в компании Стивена сложно было назвать приятным, — мне пора, — он попросил у официантки свой счёт и рассчитавшись, покинул заведение. — Тебе не стоит ему так открыто хамить, — сказала Палмер, когда они остались вдвоём, — Джон прекрасный человек и он искренне хочет тебе помочь. — Ты его позвала? — в голосе Стрэнджа снова звучало подозрение, он прищурил глаза. — Нет, — она коротко ответила и фыркнув, показав своё недовольство, вернулась к смартфону, который убрала на время присутствия Джона, чтобы показаться вежливой.