Не классическая сказка

      С того момента, как в наших с Иваном отношениях была поставлена окончательная жирная точка, прошла уже пара месяцев. Я успела привыкнуть к бесконечным упрекам матери, хотя со временем она все же стала возмущаться чуть меньше.       До Нового Года оставалось полторы недели, и Морозова, слишком воодушевившись этим праздником, требовала от меня содействий к подготовке. Я же предпочитала слегка пассивную помощь, можно сказать даже моральную поддержку. Но Анька была совершенно не согласна с моей позицией и даже на парах заваливала меня длиннющими сообщениями: "На антресолях есть искусственная елка, в прошлом году я пыталась ее собрать и чуть не сломала себе нервную систему, поэтому теперь это твоя задача." Я опасливо взглянула на Христиана Сергеевича, преподавателя философии. Несмотря на то, что он был абсолютно близоруким престарелым очкариком, слух у него был просто превосходным. Он улавливал даже тихие вибрации с трех начальных рядов, а так как я сидела на втором, мне приходилось быть очень осторожной. Несмотря на то, что я совсем отключила звук и вибрацию на телефоне, все равно рефлекторно осторожничала. " Я попробую, но ничего не обещаю. У меня всегда было плохо с конструктором" - ответила я, все еще слабо представляя себе, какие антресоли имеет в виду Аня. "А еще я купила обои для кухни. Старые совсем стремные стали." - тут же последовало следующее сообщение. Я едва сдержалась, чтобы не хлопнуть себя ладонью по лицу. "Ты их когда собралась клеить?" "Ты хотела сказать: " когда МЫ собираемся их клеить?" )))?" - осведомилась Морозова.       Зная подругу я даже не лелеяла надежду спастись от поклейк обоев. Оставалось только надеяться на то, что больше никаких сюрпризов он нее в канун Нового Года не будет.       Мысленно я уже пыталась найти свободное время в ближайшие дни, чтобы не оттягивать неизбежное.       Учиться осталось неделю, потом будет куча времени, но я никогда не любила откладывать дела на "потом", поэтому усиленно прокручивала график работы в конторе, ищя день, когда у меня будет чуть больше свободного времени. " В пятницу после работы наклеим. И даже не думай выходить за рамки кухни, Морозова!" " Ты безбожная лентяйка, Гроттер." - моментально прилетел мне упрек.       Отвечать на это я не стала. Пусть будет, как хочет Морозова. Пусть через четыре дня, когда я сдам последний зачет, и возьму нечто вроде отпуска за свой счет, мы украсим квартиру дурацкими самодельными снежинками, старой искусственной елкой и гирляндой на окнах.       Но я ненавижу делать ремонт, в том числе и клеить обои. Я не люблю беспорядок дома. Он может быть где угодно: у меня в голове, в шкафу, но никак не в доме. А ремонт или даже поклейка обоев подразумевает под собой, что повсюду клей, все приходиться отодвигать, чтобы нормально наклеить обои и перетаскивать миллион раз вещи из одного угла в другой.       Ну не мое это, не мое!       Из-за этой своей патологической ненависти к подобным мероприятиям я пыталась сделать так, чтобы все прошло как можно быстрее и желательно одним днем, чтобы просто отстреляться и забыть все, как страшный сон. Однако, Морозова думала по другому: " Ага, а как насчет моей работы? У меня сейчас самый сезон, люди закупаются к нг." И следом: "Будем делать понемногу, за два-три дня управимся. И не ной, нытик!)"       У моего настроения не было даже малейшего шанса на улучшение.       Близился сезон суеты в магазинах, очередей и жуткой толкучке, и если к вышеперечисленному я была готова, то к обоям душа не лежала.       Плюсом к моему пессимистическому настрою шла ужасная жара, царившая в 148-ой аудитории. А я еще и в теплом свитере с горлом была, так что даже убранные в высокий пучок длинные волосы не могли меня спасти. Никто не осмеливался попросить Христиана Сергеевича проветрить помещение, потому что знали, что старый преподаватель очень трепетно относится к своему здоровью, из-за чего не допускает и малейшего сквозняка.       Пришлось потеть до конца пары. ***       Когда прозвенел спасительный звонок все ринулись к выходу из аудитории. Я, конечно, со стороны на себя не смотрела, но была уверена, что выглядела, как какой-то вареный овощ.       Это была последняя пара на сегодня, поэтому закинув все тетрадки в сумку, я , чтобы не попасть в то течение, которое образовали мои однокурсники, двинулась к выходу. Мне нужно было еще на пару часов заскочить в конторку, а затем в магазин за елочными украшениями.       Последнее было моей инициативой, потому что отчего-то у меня появилась уверенность, что у Морозовой для украшения елки были разве что гирлянды из макарон, которыми она хвасталась мне в прошлом году. Если она их не сварила, конечно, все таки разное бывает.       Завязывая пояс от нового теплого шерстяного пальто, которое подарила мне мама на прошлой неделе с причитаниями о том, что мой желтый пуховик является настоящим насилием над глазами окружающих, я направилась к остановке. По пути завязывала шарф и натягивала капюшон, поэтому не заметила, как ко мне бежал Ягун. — Танька! — окликнул меня парень.       Я обернулась и улыбнулась своему школьному лопоухому другу. — Привет, Янис! — я обняла его в знак приветствия. — Танюх, ну ты даешь! — недовольно воскликнул он. — Тебя днем с огнем не сыщешь! — он подхватил меня под руку и буквально поволок к своему видавшему времена и получше отечественному автомобилю. — Я, конечно, понимаю, что с Ваньком у вас теперь отношения не очень, но не надо же старых друзей забывать! Сколько мы с тобой начудили в школьные времена? — обиженно сказал он, открывая мне дверь в машину. — Ну, — протянула я. — Я не думала, что вы обо мне хорошего мнения теперь, так что... — опустив глаза, сказала я. — Конечно, не хорошего! Я о тебе вообще никогда хорошего мнения не был, честное слово! — кладя руку на сердце ответил мне Ягун.       Чаще всего мы называли Яниса именно Ягуном. Как-то в начальной школе он пытался найти имя для лесного колдуна из сказки, к конечном итоге заявил на весь класс, что это Баб-Ягун. Смеялись тогда все громко и долго, но он не обиделся, а только заявил, что Дед-Ягун звучит не так здорово. Ну и как-то прилипло к нему это прозвище, а со временем мы сократили его до простого - Ягун. — Ну бляха-муха, Танюх, серьезно! Я вообще-то скуча-а-ю! — он смешно надул губы и жалостливо посмотрел на меня своими голубыми глазами, аки кот из Шрека.       Я только улыбнулась и потрепала его по светлой голове. — Я злился на тебя сначала, потому что Ванёк стрессовал и днями напролет пропадал на работе, даже спал там. Но ведь нельзя же человека заставить делать то, что он не хочет, правильно? — как бы спрашивая моего мнения сказал Ягун. — Правильно. — тихо согласилась я. — Ну и вот, — он протянул мне яркую открытку. — Это приглашения на нашу с Катей свадьбу! — улыбнулся он во все тридцать два. — Офигеть! — я кинулась ему на шею. — Поздравляю! Блин, ребята, какие вы молодцы! — откровенно радовалась я.       Ягун с начальной школы сох по красавице Екатерине и уже в седьмом классе добился того, чтобы улыбчивая и скромная блондинка стала его девушкой. В то время, как все остальные пары временами формировавшиеся в классе и в параллели сходились и расходились со скоростью света, как это обычно и бывает среди подростков, он сдувал со своей ненаглядной пылинки и всеми силами оберегал их отношения. — Оно с +1, так что можешь взять с собой Морозову, ну или... — он запнулся, прокашлявшись. — Еще кого-то!       Я догадалась, что Ягун хотел сказать про то, что я могу взять с собой парня, потому что никто кроме Морозовой не был достаточно осведомлен о моей личной жизни на данный момент. — О, Анька будет рада лишнему поводу потанцевать и оторваться! — с улыбкой отметила я, игнорируя намёк друга. Открыв переливающуюся всеми цветами радуги открытку я посмотрела на дату проведения свадьбы. — 31 декабря? — удивилась я. — Да, я люблю Новый Год, ты же знаешь! — смущенно улыбаясь ответил друг. — Отпразднуем два праздника сразу, не надо будет потом запоминать лишних дат. — добавил он буднечно. — Очень продуманно с твоей стороны! — хохотнула я. — А чего Катя мне не сказала сама? Мы с ней видимся в универе почти каждый день! — Так она хотела, но почему-то застеснялась. Сказала, что не может сообщить девушке, у которой в личной жизни все не так прекрасно, как у неё, о грядущей свадьбе. — сказал Янис и осёкся. — Глупости! — не стала обижаться я.       Ягун, все так же счастливо улыбаясь, завел двигатель своего железного зверя и спросил: — Тебе куда? На работу? Я доброшу, чего ты на этих автобусах катаешься!       Ягун знал, что я ненавижу автобусы из-за столпотворений в них, но моя попытка сдать на права и получить от родителей собственный автомобиль на день рождения оказалась провальной. Трижды я пыталась пересдать потом, но все безуспешно. Инструктор, когда в третий раз садился в машину, увидев меня перекрестился и поставил на панель небольшую иконку. — Спасибо! — поблагодарила я его, пряча в сумку приглашение и устраиваясь поудобнее.       Нужно будет сообщить Морозовой о том, что наш тихий новогодний девичник отменяется.