frustration.

flashback

      Юнги смотрит на фотографию, затем быстро переводит взгляд на Чона. В его глазах так и читалось тупое «а может не стоит?». Юн медленно разворачивает фотографию и пальцем начал водить по ней, рассказывая кто из них кто. — Как ты видишь, это я, — палец показал на милого юношу, стоящего с левой стороны, с радостью на лице и яркими звездочками в глазах, от которых чужие глаза слепит. — Это мой друг. Намджун. — он указал на парня, который стоял в правой части, и который дал понять по лицу, что хочет покинуть эту тусовку, пока ничего не произошло. — А посередине…- палец быстро скользнул на друга посередке, лицо которого, Юнги безжалостно сжег еще горячим пеплом сигареты. — Просто друг. — А почему его лицо не видно? — Потому что он мёртв.

flashback end

      Неловкое молчание привело в тупик. Чонгук нервно сглатывает наступивший комок в горле, после чего он переводит взгляд на быстро проносящиеся густые ели за стеклом автомобиля. Чон замечает, как машина резко сворачивает на обочину и снова сжимает в руках ремень. Юнги сжимал руль до боли в ладонях, затем медленно опустил голову на него. — С тобой все в порядке? — мирно спрашивает Чонгук, смотря в окно. — Абсолютно, с чего ты взял? , — пробормотал саркастично Мин. — Я абсолютно в порядке, не смотря на то, что серийный убийца, который у всех на ушах не только в Южной, но и в чертовой Северной Корее, сейчас держит в плену не только бедную 14-летнюю девочку, но и в добавок моего старшего брата, которого я хочу спасти любой ценой. Юнги со злости сжимал руль автомобиля, после чего резко отпустил, смотря на совершенно равнодушного напарника. Чонгук, в свою очередь, конечно испугался того, как Юнги ответил на его вопрос, но он старался не подавать виду. Мин даже не заметил, как младший умудрился обратиться к нему на ты, хотя тот все еще с недоверием относился к напарнику. — Уже начало четвертого, Офицер Мин.- твёрдо сказал младший. Юнги оторвал голову от руля, после чего, отстегнув ремень, он накинул на себя черную сумку, взял в руки пачку сигарет и открыл дверцу машины. — Мы уже приехали. Мин быстро вынырнул из машины, а вместе с ним и Чонгук. Старший быстрыми шагами шёл в неизвестном Чону направлении, с опущенной головой, пока его бледные как фарфор руки, медленно открывали пачку его излюбленных Marlboro. Достав одну сигарету, он зажал ее губами и зажег старой любимой зажигалкой. Стряхивая очередную порцию пепла с никотиновой палочки, он услышал как напарник что то сказал ему, но не расслышал что конкретно нужно молодому человеку. — Ты что то говорил? — холодно спросил старший. — Почему ты так боишься потерять своего брата? Юнги немного разозлил этот вопрос, на что тот подумал, Разве ему не ясно?. — Он мой брат в конце концов. Для меня он очень дорогой человек. — Почему он тебе так дорог? , — спросил Чон, глядя себе под ноги и слегка шмыгая носом. — Он дорог мне, потому что всегда был рядом, — ответил офицер, сбрасывая еще порцию пепла.— Родители всегда уделяли ему больше внимания, но на его поведение это никак не отразилось. Как говорилось, он всегда был гордостью семьи. Ему всегда позволяли больше, а меня пичкали стереотипами по типу «Не будешь учиться, будешь в будущем никем.» или же «Кто за такого простофилю то выйдет замуж?». Я никогда не любил учиться, и меня никогда не привлекали женщины.— после этой фразы, Чон взглянул на напарника и видел как тот, в свою очередь, откинув голову назад, выпускал никотиновый дым. — Мои родители были со мной токсичны, и в свое время гомофобны, поэтому я им и слово не сказал. А брат наоборот поддержал мой выбор. Он всегда поддерживал меня. Он поддержал то, что я ушел из школы раньше, на что были против родители. Он поддержал мой выбор в профессии, несмотря на запрет матери. Она хотела чтобы я был наследником их довольно процветающей компании, но мне не нравилась эта затея. Благодаря брату я сейчас старший офицер в участке. Благодаря его мотивации, я мог саморазвиваться и стать успешным расследователем. Когда родители всё же узнали, что я стал офицером, то они оборвали все связи со мной, склонившись на предательство с моей стороны.– Чон слушал всё, что говорил ему Юнги, и понимал его. Только у самого Чонгука была немного иная ситуация.– В общем, ты теперь знаешь почему я хочу его сберечь от этого больного ублюдка. Гук положительно кивнул головой, после чего посмотрел прямо. Он видел как они идут по лесной тропинке, среди высоких и густых ель. Этот лес завораживал, что Чонгуку показалась немного романтичным идти с его напарником ночью по этому лесу. — Ты вроде говорил, что и у тебя был брат.— вдруг прервал чонгуковы раздумья, Юнги.— Раз я рассказал о ГымДже, может расскажешь о своем? — Мой брат был очень оптимистичным к другим людям, но никак не ко мне.- начал Чон.— Он недолюбливал меня, только потому что после моего рождения, всё внимание родителей переключилось на меня. Однако ему всегда доставалось внимание окружающих. Его друзей, незнакомых девушек и парней. Мой брат был таким же как и ты, его не привлекали женщины. Помню, когда в последний раз его видел, он в спешке бежал к двери и говорил, что идёт на встречу к парню. В этот момент он покрасился в розовый и… — Покрасился в розовый?..- ошарашенно спросил Мин, выкинув сигарету куда то в темноту. — Да. Он тогда еще так странно оделся. Синие джинсы, белая футболка и черная косуха. — сказал Гук, после чего, повернувшись к напарнику, увидел его опустошенный взгляд. — Юнги, всё нормально? — забеспокоился младший. — Нет. Не в порядке…

***

—Хэйй! Юнги! — с лучезарной улыбкой тащился юноша. Юнги в свою очередь улыбался не шире первого и побежал к своему возлюбленному в объятия. Неизвестный крепко обнял младшего, после чего поцеловав его в лобик, он принялся щекотать второго. — Хён! Ну ты же знаешь, что я боюсь щекотки, ты, паршивец! — Твой паршивец, просто соскучился по своему котёночку, потому что не видел его три месяца.- нежно отозвался неизвестный. Юн снова обнял возлюбленного, после чего нежно и тихо сказал. — Милый, тебе очень идёт розовый.

***

Они медленно направлялись к какому то камню, который находился на берегу озера с кристально чистой водой. Это место для Юнги имело очень большое значение, но однако он не любил сюда приходить. — Расскажи мне, как он умер.- спросил Юнги, смотря вдаль всё тем же опустошенным взглядом. — Он ехал по трассе и не заметив, стоящий непонятно для чего, поперёк дороги грузовик, врезался в него. Юнги осознал. Осознал то, чего не должен был. — Его машина смялась в груду металла, а его никто так и не на… — Твоего брата звали Чон Хосок? — твёрдо произнес Юнги, остановившись на середине пути с опущенной вниз головой. Чонгук удивленно посмотрел на напарника, после чего подошёл к нему и положил руку на плечо. — Ты…- Чонгук поднял лицо Юнги левой ладонью. В свою же очередь он увидел заплаканное лицо.— Ты был возлюбленным моего брата?.. Юнги, ничего не ответил, ведь и так в его глазах читалось ясное «да! да! да! это был я! я, который не смог и его спасти!». Чонгук положил руку на щеку Мина, и поглаживая его фарфоровую щеку большим пальцем, параллельно убирая слёзы. Юнги даже не был против того, что немного подбешивающий его человек сейчас делает то, чего не позволил бы ему при обыденном состоянии. — Все мы. Все мы проходим через смерти близких. В твоем случае это был возлюбленный три года назад, а у меня брат… Всё хорошо, Юнги-хён. Я понимаю, что его смерть для тебя было больным ударом в сердце. Я не исключение.- Чон говорил это всё так искренно. Говорил так, будто на этого человека можно положиться. Хотя так и есть. Несмотря на суровость и серьёзность старшего, тот крепко обнял напарника, дабы просто почувствовать себя нужным. Чонгук нежно улыбнулся и обнял Юна в ответ. Это не была любовь, это была зарождающаяся дружба. — Чонгук… прости что издевался над тобой из-за любой мелочи. После его смерти я стал раздражителен и не способен на что либо радостное.- сказал старший куда то в грудь Чона. Чонгук лишь в свою очередь просто погладил его по пепельным волосам, после чего чуть пригнулся и посмотрел в его глаза. Он видел своё отражение в блестящих глазах второго. — Всё будет хорошо, Юнги-хён. Мы найдём твоего брата.

***

Следователи дошли до места назначения. То самое озеро посередине леса с кристально чистой водой, которая отражала лунный свет. Юнги достал телефон и стал искать тот злосчастный номер, как вдруг телефон сам завибрировал и на экране высветилось «Неизвестный номер». Юнги поднял трубку и первую же очередь включил громкую связь. — Слушаю.- твёрдо проговорил Мин, после чего посмотрел на напарника. Он не думал, что так быстро они смогли сблизиться. — Какой ты оказался медленный.- прохрипел голос на том конце трубки.– Я так полагаю ты сейчас находишься возле озера. Не так ли? — Именно там.- произнес Юнги максимально спокойно. — Камень с крестом.- тихо проговорил неизвестный. — Что ты имеешь в ви… Вот ублюдок.- прошипел Мин.– Сбросил, мразь. — Он сказал про камень с крестом. Может он имел в виду найти камень с изображением креста? — предложил Чон, после чего увидел, как Юн шустро обошёл его и пошел к небольшому склону, ведущий вверх, в горы. На нём было много камней и он подумал что именно там стоит поискать. Камней было очень много. И больших, и маленьких, и средних, и странной формы, и почти идеально круглой. Как раз на этот почти идеально круглый камень обратил внимание Чонгук, который тоже подошёл к этому склону. Взяв в руки тяжелый, средних размеров камень, он положил его обратной стороной вверх, на землю. Там сразу виднелся красный крест, нарисованный баллончиком с краской. Краска даже не до конца высохла. — Видимо он был здесь недавно, — произнёс Юн, указав на легкую вязкость краски. Чон потрогал её, и красноватые следы остались на его пальцах. — Действительно, — ответил Чонгук, после чего, обернувшись к месту где был заложен камень, он увидел камеру для съёмки и кассету. Кассета была маленькой и на вид старой. Юнги подошёл к напарнику, после чего, вставив кассету в кассетоприёмник, он открыли видео под названием «день первый.». Открыв его, оба парня ужаснулись. Они недооценивали его в такой ситуации. На кадре была та самая девочка которую он похитил. Она была обнажена, и стоя на холодном кафельном полу, она скулила в тряпку которая закрывала ей рот. Завязанные сзади руки и раздвинутые ноги, которые открывали её промежность. Это смотрелось ужасно. Неизвестный запихивал в девочку неизвестные предметы в ту самую промежность, после которой бедная девочка вскрикивала от боли. После того, как маньяк безжалостно заснял это на камеру, он взял её в руки, после чего сказал: — Знаешь, Юнги, ты приехал не на то место. Если не успеешь, то мне придётся его убить. Чонгук посмотрел на напарника с закрытым ртом. Его глаза наполнились слезами, а голова неприятными мыслями. Зачем ты так с ней поступаешь? Больной выродок, думал Чонгук. — Юн. Юнги… что мы будем делать.- вдруг младшего перебил стремительное падение Мина на колени. Он схватил себя за волосы и начал что то бубнить себе под нос. — Почему… Зачем…- Юнги поднял голову, после чего жалобно крикнул.– Сраный ублюдок! У Юнги выгорание. Он не мог понять, как это… Как это он приехал не на то место. Он знал, что это место было очень значимо для него, но в то же время он не хотел, чтобы он нём знали. В этом месте, Юн и его возлюбленный, который уже давно мёртв, впервые признались друг другу. Потом здесь был их первый поцелуй. Радости, переживания, эмоции. Расставание. Юнги вдруг понял, в какое место ему нужно ехать. Он сорвался с места и побежал к машине, а Чон, который не понял в чем дело, машинально побежал за ним. Бежа сквозь густые ели, Юнги неоднократно спотыкался о небольшие ямы, но это не мешало ему бежать. В мыслях лишь прокручивалось лишь одно. Его дом… Добежав до машины, парни быстро сели в неё и Юнги уже вставил ключ и начал заводить транспорт. Он проклинал себя за то, что взял машину которая по его мнению слишком долго заводилась. Ошарашенный Чонгук нервно спросил его. — Юнги, зачем мы так торопимся?. Юнги лишь злобно нажал на педаль газа, когда машина завелась и развернувшись в обратную сторону, он снова нажал на педаль газа. Мчась по кривой дороге, Юнги злобно смотрел на неё. — Мы едем в другой конец города.- грубо сказал Мин. — Сколько времени? Чон взглянул на циферблат часов на телефоне, и сглотнув ком в горле, произнес. — Полшестого. — Чёрт. У нас не хватит времени. Он говорил что мы должны успеть до полудня, а до того места осталось часов 7. — злобно пробормотал Юнги, давя на газ сильнее. — До того места ехать около 600 километров, а если мы будем ехать со скорость 120, то успеем за пять часов. Два часа останется в запасе, так и сделаем. Чон судорожно схватился за ремень безопасности и крепко держа его, сглотнул застрявший в горле ком волнения. Он боялся, что на такой скорости, Юнги занесёт на какую нибудь обочину и они врежутся. Но старший опытно обращался с транспортом, лавируя между каждым поворотом, словно управлял самим собой.

***

Прошло около трёх часов поездки. Время уже перевалило за пол девятого, а парни продолжают поездку, куда то в сторону Северного Сеула. Проголодавшись, они успели заскочить в минимаркет «Seven-eleven» и взяв немного еды, кофе, воду и энергетики, они продолжили свой путь. Напарники по пути поочередно садились за руль, так как сон, вещь необходимая. А они ведь почти и не спали всю ночь. Когда в очередной раз, Чон сел за руль, он увидел, что старший не собирался спать. Пока он вёл машину, Юн то и дело подсказывал куда ехать и иногда смотрел на напарника. Растрепанные, густые, темно-русые волосы, красивый носик, кроличьи зубки. Юнги запомнил эти очертания еще с их первой встречи на улице. Тогда, когда тот обронил кружку кофе Юна на его белоснежную рубашку. Мин даже и представить в мыслях не мог, по типу «как нам удалось так сблизиться?». Мину почему-то вновь захотелось вернуться в момент, когда младший нежно обнял его в ответ, мысленно успокаивая уже своего новоиспеченного друга. Допивая третью, уже по счёту, бутылочку воды, Юнги спросил. — Чонгук, ты больше кого предпочитаешь? Я знаю что этот вопрос странный, но раз ты знаешь про мой выбор, о котором знает от силы человека три-четыре, то почему бы тебе со мной не поделиться? — Юнги глубже укутался в клетчатый плед, который всегда таскал его в своей машине. Подарок от брата, как никак. — Если честно, у меня никогда не было отношений, Юнги-хён.- Юнги посмотрел на парня с недоумением. — В школе, да и в академии, ко мне часто липли девушки которые младше меня года на два-три. Я им всегда отказывал в предложении начать отношения, оправдываясь на то, что у меня они уже есть. Я хочу найти того, истинного человека, который бы смог завоевать моё доверие.- в воздухе повисла неловкая пауза, после чего, Чон продолжил. — Как то раз, мне до жути понравился один парень с кружка актёрского мастерства. Он был высокий, черноволосый, а его глаза сияли изумрудом. Он по-моему мнению был превосходен по всем параметрам. Тогда мне было всего лишь шестнадцать и я не мог к нему подойти из-за смущения, — произнёс Чонгук, после чего повернул руль налево, как и приказал жестами старший.– Но однажды, после моих дополнительных по английскому, я шёл домой, и заметил что он целовался с другим. Моё сердце тогда разбилось на мелкие кусочки.- ухмыльнулся Чонгук. — А что после? — А после, я больше никогда его не видел.

***

Время уже показывало начало одиннадцати, и Юнги нервно сглотнув сворачивал по улочкам Северной части Сеула. Чонгук, взглянув в свой телефон предупредил об этом Мина. — Долбанные пробки. — пробормотал Мин, после чего, опустил голову на руль.– Такими темпами, мы точно не успеем. Юнги испытывал дикую фрустрацию, в последствии чего, уже потерял надежду на всё. Но вдруг, парень развернул машину и припарковал её под ближайшей высокой акации. Чона удивило такое поведение напарника. Быстро отстегнув ремень и открыв дверцу транспорта, Мин выкинул не громкое «выходи и беги за мной». Чонгук сразу среагировал, вылез из машины и побежал за напарником. Они сворачивали в разные закоулки, на что впереди бежащий Мин отвечал, что это самый короткий путь к месту назначения. Чон бежал сзади парня и некоторым прохожим казалось что это погоня. Но им было плевать. Их главная задача успеть добежать до полудня. Они бежали до тех пор пока не попался на пути тупик. Невысокая кирпичная стена. Юнги не растерялся и прыгнув на ближайший мусорный контейнер, спрыгнул с него на стену. Гук сделал тоже самое, но когда он не мог подняться на стену, Юнги аккуратно помог ему. Чону уже хватало того, что он начал заботиться о напарнике. Мило, подумал Чонгук и сразу рванул за Юнги, который уже приближался к повороту. Спустя жалких 20 минут, они оказались на месте. — Время. — Одиннадцать двадцать три. — Мы успели.- облегченно произнес Мин, но не теряя уверенности он зашагал с заброшенному дому. — Это был дом брата? — спросил младший, на что в ответ получил лишь положительный кивок. Юнги, открыв чёрную сумку, достал оттуда мычку, с помощью которой пытался взломать дверь. Попытка не удалась. Чон в это время решил обойти дом. Увидев чёрных вход, он дёрнул за ручку. Дверь со старой белой краской медленно открылась с душераздирающим скрипом. На это скрип прибежал Юнги и похлопав по спине напарника нежно произнёс. — Молодец, Чонгук~и. Младшего слегка это смутило. Почему меня это смущает?, подумал он. Они медленно зашли в дом, Юнги быстро схватил свой излюбленный Heckler and Kosh USP и прицелился. Чон в свою очередь прикрыл парня сзади, достав свой Smith & Wesson M&P9. Они шли медленными шагами и решили сначала проверить кухню. На кухне была всё та же мебель, как и в памяти Юнги. Минималистичный деревянный стол на четверых покрылся трёхлетним слоем пыли. Стулья были задвинуты, а на столе красовалась пыльная ваза с перегнившими цветами. Кухонный гарнитур не был протёрт, а на плите стояла кастрюлька с прогнившей водой. Однако на столе красовалась кассета с красной пометкой. Мин осторожно взял её и в руки и осмотрел. — Надписей нет, да и кассета чистая. Он здесь был недавно. Возможно положил её около часа назад. — произнёс Мин, кладя её в сумку. — Мне кажется на первом этаже больше нет особых зацепок, Офицер Мин.- декларировал Чон. — Я думаю, что нам нужно разделиться. Я на второй этаж, а вы в подвал. —  Неплохая идея. Если что то случится, свистни.- Юн протянул напарнику свисток. Чон принял его и они разошлись. Юнги медленно направился к лестнице, которая ведёт на второй этаж. Он знает этот дом наизусть и знал, что в лестнице есть проход в подвал. Нащупав его, парень медленно открыл его. За дверью показалась лестница, ведущая прямиком в ночные кошмары. Темнота окутывала всё пространство внутри, в последствии чего, следователь достал из сумки фонарь и примотав его к оружию, он начал спускаться вниз. Освещая себе проход, он видел знакомые деревянные ступеньки, которые со временем начали душераздирающе скрипеть, что нагоняло страх и ужас перед внутренностями подвала. Мин слышал гул аккумулятора, который подавал электричество в дом. Он здесь был недавно, подумал парень, после чего стал нащупывать включатель. Нащупав заветную кнопку, свет осветил всё помещение. Лампа медленно качалась из стороны в сторону, а по середине стояла тумба со старым телевизором. В нём был кассетоприёмник. Следователь достал из сумки ту самую кассету с красной биркой и засунув в кассетоприемник, он взял пульт в руки и нажал на строку «брат». — Ну что, ГымДже, говори, насколько тебе дорог твой братик. Неизвестный стащил со рта жертвы ткань после чего ор заговорил. — Будешь так и молчать, мне придётся тебя убить. — Юнги тебя найдёт и тебе очень не поздоровится! — кряхтел парень, дёргаясь на стуле и в попытках хоть как то освободиться от оков. Мужчина в маске встал, и медленно подходя к парню, он наклонился к его лицу. — Ты крупно ошибаешься. После этих слов, мужчина достал иголку в которую была вдета черная толстая нитка. Он привязал голову парня к стулу и взяв веки жертвы, продел туда иголку. ГымДже закричал от боли, но спасти его никто не мог. Юнги прикрыл рот. Ему хотелось закричать сквозь слёзы «Эй, ублюдок! Я тебе сейчас рожу набью!». Вдруг парень услышал позади себя странный звук. Будто что то открывается. Повернувшись, он увидел как прожекторы освещали красный занавес. А перед занавесом висел на верёвке проигрыватель. Следователь медленно подошёл к проигрывателю, сглатывая большой ком в горле. Взяв его в руку, он нажал кнопку проигрывания. Там послышались какие то хорошо, а затем громко произнёс голос на том конце «Время вышло». Юнги посмотрел на часы. Одиннадцать сорок пять. Он не мог понять, как это время вышло. Затем красный занавес медленно открылся. Тело брата Юнги висело на кресте, словно тело Иисуса. Глаза его были зашиты нитками, также как и рот, а на горле был порез. Юнги упал на колени. Зажав рот, он скулил от боли. Боли от того, что его брат мёртв.