Волчонок. Новое поколение.

***

— Лиам. Лиам. Ты меня слышишь? Лиам? — глаза Лиама расширились, голова пульсировала особенно болезненно. Он обнаружил, что смотрит в каменный потолок и какое-то время не мог понять, где находится. — Лиам! — вдруг осколки вернулись на свои места и он сел. Он был в центре камеры, а в той, что стояла перед ним, бледный и обхватив руками прутья решетки, сидел Шон. Охотник вздохнул: — Ты в порядке? — настойчиво спросил он. Лиам медленно кивнул и заглянул в соседнюю камеру, где раньше сидел Тео. И теперь она была пуста. Он вскочил: — Где Тео? — спросил он Шона шепотом. Шон покачал головой: — Я не знаю, они забрали вас обоих, но только вернули только тебя. Ты был без сознания больше шести часов, ты в порядке? — Нет, если я не знаю, где Тео, — ответил он, двигаясь взад и вперед по камере. — Что случилось? — Я не помню, я просто помню, что мы были связаны в другой комнате, тогда они, должно быть, усыпить меня или что-то в этом роде, — Лиам на мгновение посмотрел на свои руки, и Шон проследил за его взглядом. Лиам задержал дыхание, прежде чем попытаться вытянуть когти. Они вышли как обычно. Лиам выпустил задержанное дыхание. К счастью, он все еще обладал своими силами. Он бросился к решетке, крепко сжимая ее и глядя на другого парня. — Они говорили что-то об ускорении процесса, порождении зла, возможно ли это? — рявкнул он. — Не знаю, может быть. Открыв ящик, именно Юнг может контролировать ее развитие, это не так, когда он открывается сам по себе, поэтому, возможно, да, им можно манипулировать. — Творить зло? Шон кивнул: — Да, возможно. — Я думаю, что знаю, потому что здесь нет зараженных людей, — прошептал он. — Когда я был рядом с Монро, Я слышал запахи на ней, крови, так много крови и разных людей, и это было очень недавно, я думаю, что они убивают тех, кто заражается, или, может быть, они даже убивают всех без разбора. Глаза Шона расширились, затем он судорожно вздохнул: — Это имеет смысл, это худший вид зла, чтобы причинить вред невинным людям, чтобы вызвать неоправданное зло. Лиам посмотрел на парня, заметив это только сейчас, когда тот побледнел. — Ты в порядке? — спросил он его. Шон кивнул, Его руки дрожали вокруг холодных прутьев. Он сжал сильнее, чтобы они не дрожали. — Монро сказала что-то еще, — сказал Лиам. — Она сказала, что хочет, чтобы я и Тео заразились, чтобы мы встали друг против друга, что нет ничего хуже, чем два человека, которые любят друг друга и убивают друг друга, — прошептал он. Шон посмотрел на него, широко раскрыв глаза. — Черт возьми, вот почему она разлучила вас, она хочет заставить тебя колебаться, сомневаться в спасении другого, чтобы тебя захлестнули страх и отчаяние. — Этого никогда не случится, — твердо сказал Лиам. — Она никогда не сможет настроить меня против Тео, и я уверен, что она никогда не сможет настроить Тео против меня. — Как ты можешь быть так уверен? — удивленно спросил Шон. — Может быть, уже поздно! — Шон побледнел: — Уже слишком поздно. — Мы не можем позволить им взять верх над нами. В этот момент потеря надежды означала бы наш конец, и впервые это не фигура речи! — воскликнул Лиам. — Шон! — он смотрел, как парень опустился на колени, все еще держась руками за прутья решетки, словно пытаясь за что-то ухватиться. — Шон, не позволяй им взять верх! — закричал он. Шон глубоко вдохновился, пот стекал по его лбу, или это были слезы? Он почувствовал, как что-то соленое щиплет его губы и кончик языка. Это был конец. Больше делать было нечего. Мир был близок к концу. И виноват в этом был его собственный орден, его собственная семья. Ему больше не за что было бороться. Больше не во что верить. Больше ничего не имело смысла. — Шон! — воскликнул Лиам, в отчаянии сверкая глазами. Шон поднял голову с яростным выражением на лице, его тело заметно дрожало. — Я убью их, я убью их всех!

***

— Это все те, что там было? — спросил Стайлз, когда Малия загрузила последние патроны в машину Лидии. — Да, Арджент привез с собой почти весь свой арсенал, вот что осталось. — А какова наша цель? — спросил Алек, беря в руки маленькую винтовку. — Никто из нас, кроме Нолана, не умеет стрелять. Стайлз взял ее из его рук: — Как ты думаешь, чем я занимался в течение года в ФБР? — Ты наконец-то научился держать пистолет? — удивленно спросила Малия. — Можешь на это рассчитывать, — усмехнулся Стайлз. Он достал из кучи еще один пистолет и протянул его Йену. — И не только я. Йен поймал его в изумлении: — Ты уверен, что хочешь вложить мне в руку оружие? — удивленно спросил он. — Да, мы не пойдем туда безоружными. В этот момент Лидия, Скотт и Нолан вышли из мансарды. — Мы готовы? — спросил Альфа, глядя на всех. Группа кивнула. — Ну. Нолан положил арбалет в багажник и поспешил к своей машине. Лиза уже ждала его там, прислонившись к дверце машины. — Ты уходишь? — Нолан кивнул. Лиза грустно улыбнулась и обняла его за шею. — Будь осторожен. Нолан сжал ее: — И ты тоже. — Как бы я хотела пойти с тобой, — прошептала она, прижимаясь лбом к его лбу. — Я знаю, но это слишком опасно для вас, Кори и Алека, и для Мейсона. Вы должны остаться здесь, — затем она наклонилась и легонько поцеловала его в губы. — Вернись живым. — Рассчитывай на меня, — улыбнулся он ей, прежде чем расстаться. Скотт повернулся к Кори, Алеку и Мейсону. — Ребята, будьте осторожны, — пробормотал Мейсон, поворачиваясь ко всем. Скотт кивнул. — Верни их всех домой, — сказал Алек. — Мы сделаем это любой ценой. Алек и Мейсон кивнули, отступая назад и наблюдая, как Скотт, Малия, Стайлз и Йен садятся в машину с Лидией. Кира, Исаак и Майя с Ноланом. — Как мы объясним все это оружие на блокпосту? — Исаак просил о хорошей мере. Кира посмотрела на него: — Мы молимся, чтобы не встретить блокпост. Исаак посмотрел на нее кивая: — Хороший план. — Мейсон, — прошептал Алек, когда обе машины отъехали. — Мы действительно останемся здесь? Мейсон повернулся к нему с выражением, которое говорило все: — Боже, нет. — Отлично! — Но сначала, давайте дождемся подкрепления. Алек нахмурился и смущенно переглянулся с Лизой, которая медленно подошла к ним. — Какое подкрепление? — Те, кому мы звонили, — с улыбкой ответил Кори. — Мы вызвали подкрепление? — спросил Алек еще более смущенно. — На самом деле Стайлз звонил им. — Стайлз? И Скотт знает об этом? — Нет. Алек все больше и больше запутывался: — Почему Альфа не знает этого, а гиперактивный человек знает? — По словам Стайлза, чтобы подкрасться к врагам, ты должен сначала подкрасться к друзьям. — Все это сойдет на нет, — прокомментировала Лиза. — Возможно, — прокомментировал Кори.  — Продуманно. А кто приведет подкрепление?

***

Тео буквально чувствовал, как горит его тело. Он был ошеломлен, он потерял счет времени и не мог уловить ничего, кроме звука электричества, проходящего через его тело, и того факта, что Лиама больше не было в этой комнате с ним. Он не знал, как долго, как он выбрался отсюда, и почему. Он даже не успел почувствовать страха, который при очередном жесте Монро снова включился. Он даже не заметил присутствия Юнга рядом с женщиной. Монро вытащила шприц из кармана куртки, и Юнг проследил за ним взглядом. — Что это? — рявкнул он, внимательно глядя на шприц. — Концентрат яда Канимы, с небольшим изменением, работа наших ученых, — объяснила она, поднимая шприц так, чтобы Юнг мог лучше его видеть. — Что отличается от обычного яда Канимы? — Это своего рода парализатор, он не просто парализует тело, но и подавляет мозговую активность, он вызывает своего рода гипноз, мы намеревались использовать его на допросе, чтобы извлечь из них секретную информацию, но в этом случае мы можем использовать его по-другому, — сказала она тогда, снова выключая питание. Тео рухнул на сетку, все еще со связанными руками. Он слегка поднял глаза на двух охотников и слабо зарычал: — Что… где Лиам? — спросил он самым угрожающим тоном, который ему удалось выдавить. Никто из них не ответил. — Я клянусь, что если с его головы упадет хотя бы один его волос, я откушу тебе позвоночник, — прорычал он, его глаза были золотыми, и он наклонился вперед, насколько это было возможно. Монро рассмеялась: — Может быть, ты злишься? Тео снова зарычал: — Если ты надеешься поставить меня против Лиама, ты обманываешь себя, я лучше сам вырву свое сердце из груди. Монро подошла к нему: — Посмотрим. — и снова нажала на кнопку. Юнг подошел к ней поближе. — Ты думаешь, это сработает? — скептически спросил он. — Неужели ты думаешь, что так легко поставить бету против Альфы? — Этот парень совсем другой, — начала Монро. — У него была особая жизнь, если можно так выразиться. В прошлом он убивал, он манипулировал, он делал все, что мог для власти, он ранил стаю, которая приветствовала его, ту самую, которую он сейчас пытается защитить. В возрасте девяти лет он убил собственную сестру, можно сказать, что он закрылся внутри брони, чтобы не испытывать таких эмоций, как раскаяние, боль или любовь, это была просто безжалостная военная машина. Затем что-то ужалило эту броню, и тяжесть всего, что он сделал, сразу же легла на него. И вы не можете легко исцелиться от такой травмы. Эти трещины все еще там, хотя они пытались собрать кусочки вместе. — Монро снова выключила рубильник, на этот раз приблизившись к Тео прежде, чем тот смог восстановить контроль над своим дрожащим телом. Решительным жестом она воткнула иглу ему в шею и нажала на кнопку. Затем она попятилась. — Немного давления, — сказала она, снова включив его. — И он будет полностью разрушен, — крики Тео эхом отдавались в их ушах.

***

Сильным ударом ноги Хейден выбила дверь склада в задней части магазина. Она осторожно заглянула внутрь, прежде чем сделать знак Грейс следовать за ней. — Куда все подевались? — слабым голосом спросила девочка. Накануне вечером жители маленькой деревушки ушли в окрестные леса, и никто не вернулся. — Не знаю, — пробормотала Хейден. — Может быть, они просто спрятались, — продолжила она, стараясь скрыть свое беспокойство. Но Грейс не была глупой. Конечно, она была ребенком, но ночью слышала выстрелы. Много выстрелов. Непрерывно в течение нескольких минут они эхом отдавались повсюду. И она почувствовала, как острый запах проник в ее ноздри. Запах, который она хорошо знала, запах крови. Уже целый день Тео и Лиам вошли в это здание и не выходили из него. И прошло уже более 10 часов с тех пор, как Хейден удалось связаться с этим знаменитым Скоттом. — Они придут нам на помощь? — спросила она, сидя на земле. Она посмотрела на нее и кивнула, затем снова принялась рыться на полках, чтобы найти что-нибудь съедобное и приготовленное. — Значит, мы спасем Тео и Лиама? — спросила Грейс. Хейден, ее руки были переполнены, вздохнула и положила вещи перед Грейс, прежде чем сесть рядом с девочкой. Она взяла ее за руку: — Мы собираемся спасти их, поэтому мы должны оставаться скрытыми, поэтому мы должны быть здесь, когда прибудут другие, чтобы мы могли направить их против охотников, — заверила она ее. — И сколько времени потребуется вашим друзьям, чтобы добраться сюда? Хейден помолчала, обдумывая услышанное. У них ушло несколько дней, потому что они останавливались каждые несколько часов и в основном пешком. Прежде всего на последнем участке дороги. Поскольку им пришлось идти по следам Тео и Лиама в лесу, они в конце концов продолжили путь. Но Шон сказал ей, что в машине будет быстрее. Учитывая, что Тео и Лиам потратили три недели, останавливаясь на каждом приеме пищи и каждую ночь, отклоняясь от курса в Юту и отвлекаясь из-за осложнений, вызванных волнами, продолжая движение, никогда не останавливаясь в машине и уже зная место назначения, остальные были бы там не более чем через три дня. — Если они уже ушли, то будут здесь послезавтра. Грейс застонала: — А если послезавтра будет поздно для них? — Эй, эй, — Хейден крепче сжала ее руку. — Тео и Лиам сильные, от них не так легко избавиться, они прошли через худшее, поверь мне, они в порядке, не волнуйся, — заверила она ее. — Теперь съешь что-нибудь, потом поспи, и через мгновение это будет завтра. Через полчаса Грейс уже спала на коленях у Хейден. Девушка посмотрела на часы у себя на запястье. Было почти 10 вечера. Она вздохнула, прислонившись головой к стене. Именно в этот момент, как и в предыдущую ночь, они эхом отдавались повсюду. Выстрелы в ночи.

***

Они были в машине почти 20 часов, они остановились всего на несколько секунд, чтобы переодеться за рулем. Теперь Нолан спал на переднем сиденье, пока Кира вела машину. Исаак посмотрел на Майю, прислонившуюся к его плечу. — Если ты голодна, у нас есть провизия, — сообщил он ей тихим голосом. Майя покачала головой, но открыла глаза. — Кира, когда захочешь, мы поменяемся, — громко сказал Исаак. Кира кивнула, и он снова посмотрел на Майю, которая теперь обхватила запястье левой рукой. — Что случилось? — Я боюсь смотреть, — прошептала она. Исаак сглотнул, прежде чем взять ее руку в свою, и медленно отодвинул ее от своего татуированного запястья. Майя повернула его и тоже сглотнула. — Что случилось? — встревоженно спросила Кира. В этот момент глаза Нолана расширились. — И сколько времени? — снова спросила Кира. Исаак поднял голову, чтобы встретиться взглядом с ее с отражением Киры в зеркале заднего вида. — 18. — На десять меньше за один день, — выдохнул Нолан. — То есть… — начала Кира, побледнев. — …осталось всего два дня, — заключила Майя, а Кира еще сильнее нажала на газ.

***

Вокруг него было темно. Было холодно. Тео тяжело вздохнул, пытаясь понять, где он находится. Последнее, что он помнил, было давление веревок на запястья и боль от тысячи электрических разрядов, которые пробежали по его телу. Он поднял руку, наткнувшись на холодную поверхность. Он лежал на ледяной поверхности. Когда волна паники накрыла его, Тео споткнулся на локтях и выполз из того, что, как он знал, было камерой морга. Но он ударился не о больничный пол. Его лицо встретилось с землей и листьями, и запах леса, и рев воды пришел к нему, как к оборотню, заставляя его поднять голову в замешательстве. — Тео… — его окликнул голос, от которого кровь застыла в жилах. Это был голос Тары. Но не этот холодный и металлический кошмар, а дрожащая и испуганная девочка десяти лет, которую брат оставил умирать в потоке воды, стоя там и глядя на нее. Тео вскочил на ноги, оказавшись лицом к сцене, как будто он вернулся в прошлое. Но на этот раз он побежал. Он побежал к ней, входя в ледяную воду, отвечая на ее молитву. Тара посмотрела на него, ее лицо было полно боли, разочарования и отчаяния. Когда он встал перед ней, схватив за плечи, она встретилась с ним взглядом. — Слишком поздно, — глаза Тео расширились, — ты позволил мне умереть, Тео, я умерла из-за тебя. Мама и папа умерли из-за тебя… Сколько жизней ты бы не спас ты никогда не компенсируешь все зло, которое ты сделал. Тео отступил назад, когда она подняла дрожащую руку, крепко держась за край его рубашки на уровне груди. Внезапно он почувствовал давление в этом месте и почувствовал, что падает назад. Но его тело не ударилось о поверхность воды, а врезалось во что-то холодное. Ему не нужно было оглядываться, чтобы понять, где он находится. Достаточно было увидеть, что та Тара, которая окутывала его, была уже не печальной и умирающей памятью, а страшным и мстительным кошмаром, который сухим жестом вырвал его сердце из груди. — Это принадлежит мне, — выдохнул Тео, в то время как его тело потеряло чувствительность, — через несколько секунд, или, по крайней мере, они показались ему вечность. Он открыл глаза и узнал туннели вокруг себя. Он тут же вскочил на ноги, совершенно перекошенный, пока кашель не привлек его внимания. В нескольких футах от него сидел Мейсон, прислонившись спиной к стене и прижимая руку к ране. Тео инстинктивно подбежал к нему, опустился перед ним на колени и взял его за руку, чтобы поглотить его боль, как он научился делать. Но это не сработало. Мейсон закашлялся, его глаза расширились, когда он скосил взгляд. — Ты не сможешь этого сделать, если у тебя нет сердца, — пробормотал он, медленно опуская глаза к груди. Тео поморщился, его глаза дрогнули, проследив за взглядом Мейсона на его груди, обнаружив ее открытой, кровоточащей, пустой. Тео вскочил, попятился и ударился плечом о стену. — Он прищурился. Это не реально. — «Это не реально», — подумал он. — «Ты должен убраться отсюда!» — и он обнаружил, что бежит по туннелям, на самом деле не решив этого, даже не зная, куда идти. — Бежать бесполезно, — раздался за его спиной певучий голос. Тео снова напрягся и остановился. А потом повернуться и посмотреть в лицо сумасшедшей и безжалостной Таре, которая владела Лизой. — Ты не можешь убежать от себя, — хихикнула она. — Ты можешь попытаться, ты можешь попытаться стать лучше, ты можешь обманывать себя, чтобы заслужить это, но та часть тебя, которую ты пытаешься подавить, всегда будет с тобой. Ты всегда будешь этим монстром, — Тео попятился, как будто она ударила его, прищурив глаза и скривив лицо. — Тео, — произнес другой голос. Достаточно было шепота, чтобы Тео повернулся в противоположную сторону, отчаянный и в то же время нуждающийся, чтобы услышать этот голос. Чтобы увидеть его лицо. Он хватал ртом воздух, когда увидел перед собой Лиама. Но это был не восемнадцатилетний Лиам, а шестнадцатилетний, которого он встретил, когда впервые приехал в Бейкон-Хиллс. — Ты ведь знаешь, не так ли? — он заговорил, нахмурившись. — Я никогда не буду любить тебя так, как ты любишь меня, — добавил он, слегка покачав головой. — Почему я должен любить тебя? Как я могу любить кого-то вроде тебя? — Лиам сделал шаг вперед, и Тео автоматически сделал шаг назад, качая головой, когда слеза скатилась по его лицу. — Ты использовал меня, ты манипулировал мной, ты убил Скотта, ты убил свою сестру, ты был готов убить меня, убить Мейсона, позволить Малии умереть, позволить Лидии умереть. Все исключительно для власти, — Лиам сделал паузу развеселившись. — Кто бы тебя полюбил? Кто бы тебя простил? Ты просто бессердечное чудовище. При этих словах Тео закрыл уши руками, чтобы не слышать этих слов от Лиама, чтобы больше ничего не слышать, слезы, которые теперь обильно текли из его глаз, дыра в груди, которая болезненно пульсировала. — Нет… — Ты не умеешь любить, Тео, — Тео снова повернулся туда, где снова появилась Тара, которая говорила сладким голосом, словно объясняя очевидное ребенку. — Но прежде всего, — она сделала шаг вперед. — Ты же не хочешь любить, в конце концов, всех людей, которых ты любил, разве ты не убил их своими собственными руками? — Тара рассмеялась вновь, пересекая взгляд Тео в котором читалось отчаяние, он был слишком сломлен, чтобы заметить, что в этом последнем предложении Тара голос звучал странно похожими на Монро голос, он слишком потрясен, чтобы воспринимать жгучую боль от электрического разряда, который пробежал по его телу, пока охотница говорила ему на ухо. — Ты знаешь, что так оно и есть, А вот, что ты будешь делать в этот раз. Ты убьешь человека, которого любишь больше всего на свете, своими собственными руками. Ты убьешь Лиама своими собственными руками.

***

Когда Хейден вышла в начале дня на разведку, она приказала Грейс любой ценой оставаться скрытой на складе и отправилась по улицам. Теперь стало ясно, что в домах никого нет. Единственное, о чем девушка задумалась в тот момент, так это о том, были ли люди призваны сформировать армию, готовую выступить против них, или же их послали умирать под огнем непрерывных выстрелов, которые раздавались последние две ночи. Она посмотрела на часы. Прошло почти два дня с тех пор, как она позвонила Скотту. Она могла только молиться, чтобы они приехали завтра вечером. Еще один день. Она вздохнула, прежде чем повернуться и направиться к их укрытию. Волна паники и учащенное сердцебиение Грейс, вероятно, отвлекли ее, не позволив узнать об опасности: она ясно видела их оттуда, примерно в десяти метрах от входа на склад. С треском она подбежала к двери, встретив испуганный взгляд Грейс, сидящей на Земле со связанными руками и ногами и ртом с кляпом во рту. Взгляд, который был направлен не на нее. Она поняла это со второй задержкой, когда почувствовала резкую боль в спине, а электрический разряд дразнилки заставил ее упасть на землю без сознания у ног охотника.

***

Лиам не знал, сколько времени прошло с тех пор, как он очнулся в камере, но он знал, что это было давно. Он концентрировал каждую клеточку своего существа, чтобы не потерять контроль. Это было тяжело, когда он не знал, где Тео, он не знал, где Хейден, он не знал, где Грейс, когда он знал, что Скотт и другие идут прямо в ловушку, и мир закончится раз и навсегда. Но не невозможно. Прежде всего, не сейчас, когда Шон перед ним явно терял контроль. Обхватив руками прутья решетки, Лиам заговорил с охотником, как будто разговаривал сам с собой, и это помогло ему сохранить ясность мысли. Но, видимо, это не помогло Шону. Казалось, ничто из сказанного им не могло его успокоить. С Грейс и Тео это сработало, полагаясь на их надежды, но Лиам понятия не имел, что сказать Шону. Он также осознавал тот ужасный факт, что, возможно, Шон ничего не мог на самом деле удержать, теперь, когда он обнаружил, что его собственный орден предал все, во что они верили на протяжении поколений. — Шон, — снова позвал его Лиам, глядя на парня, стоящего на коленях на земле, обхватив голову руками, как будто подавляя какой-то голос в своей голове. — Не позволяй Юнгу взять над тобой верх, ты можешь победить его, мы можем выбраться отсюда и бороться с ним! — Шон застонал, еще сильнее сжимая голову. — Шон! — Довольно, — сказал сладкозвучный голос, приближаясь по коридору. — Оставь его в покое, разве ты не видишь, что он уже все? — мужчина хихикнул, по огромной татуировке на его руке Лиам узнал миротворца. Лиам слабо зарычал в его сторону, вырвав еще один смешок у человека, когда он просунул в небольшое пространство между дверью камеры и полом поднос, содержащий что-то, что смутно напоминало еду. Он бросил еще один взгляд на Шона, остановившись, чтобы посмотреть на парня на земле. — О, Шон, что ты из себя сделал? — прокомментировал он, наклоняясь и хватаясь левой рукой за барную стойку. Шон протянул к нему дрожащие руки. — Юнг ожидал, что ты будешь единственным из нас, кто будет слабым звеном, — снова усмехнулся он, поворачиваясь, чтобы уйти. Именно в этот момент в припадке ярости Шон вскочил, просунул руки сквозь прутья и схватил мужчину за шею, крепко обхватив его, до такой степени, что тот был отброшен назад, ударившись с оглушительным лязгом о прутья, в то время как Шон буквально душил его голыми руками. Мужчина попытался вывернуться, используя свои руки, чтобы убрать Шона, чтобы избежать его слепой ярости, под обезумевшим взглядом Лиама. Мужчина застонал, и Лиам поймал себя на мысли, что сейчас убьет его, когда с оглушительным грохотом, эхом отдавшимся в подземной пещере, кто-то выстрелил обезболивающим в Шона, который медленно терял силы в руках, позволяя охотнику освободиться. Массируя шею и снова дыша, он повернулся к Шону, который со стоном отчаяния скользнул вдоль стены и погрузился в глубокий сон. В то же мгновение Лиам и охотник повернулись, чтобы посмотреть на вновь прибывшего, в котором Лиам узнал охранника, остановившего их, когда они прибыли. — Уилл, к счастью, ты пришел, — пожаловался тот, все еще потирая шею. — Ты придурок, — прокомментировал Уилл, быстро подходя и опуская винтовку. — Он мог убить тебя, Нейт, — продолжил он, когда был в одном шаге от него. Нейт произнес насмешливый стон, обращенный к смерти, глядя на Шона, лежащего на земле. — И, возможно, мне следовало позволить ему это сделать, выражение лица Нейта не успело перейти от ненависти к смущению, что удар по голове заставил его упасть на землю без сознания. Лиам стоял неподвижно, широко раскрыв глаза перед Шоном, потом Нейтом и Уиллом. Уилл фыркнул, переводя взгляд с бесчувственного тела на Лиама: — Он мне никогда не нравился, — сказал он, нагибаясь, чтобы поднять связку ключей, привязанную к поясу. — Что ты делаешь? — спросил Лиам, все еще потрясенный. — А ты как думаешь? Я освобожу тебя, — пробормотал он, забавляясь, перелезая через Нейта, наконец держа ключи в руках и открывая дверь камеры. Лиам стоял, подозрительно глядя на открытую дверь, словно не веря в то, что это возможно. Уилл снова фыркнул: — Ты хочешь выйти или остаться там? Я также могу закрыть дверь, если ты хочешь, но это не поможет тебе спасти твоего друга. — Зачем ты это делаешь? — подозрительно спросил Лиам, делая шаг к выходу. — Шон не единственный, кто не ценит новую политику Юнга. Может быть, он воспринял это немного более лично, — он иронически посмотрел на Шона. — Но я не хочу конца света, миротворцы защищают ящик и держать равновесие. Это то, что они делают, и это, конечно, не то, что делает Юнг, — Лиам вышел из камеры, не теряя его из виду. — Что нам делать с Шоном? — Мы оставим его здесь, — тихо сказал Уилл, бросая ключи на землю. — Ради него самого, — добавил он более серьезным тоном. Затем он выстрелил из ружья на землю и взял дробовик Нейта. — Я думаю, что это будет более полезно, пойдем. И Лиам не мог не последовать за ним по коридору.

***

Когда Хейден проснулась, солнце уже встало. Она глубоко вздохнула и почувствовала тело, прижатое к ее спине. — Грейс, ты в порядке? — взволнованно прошептала она. Грейс кивнула, соглашаясь, задыхаясь от повязки на губах. — Ну-ну, наконец-то ты проснулась, — произнес голос в темноте. Хейден проследила за направлением движения и увидела, как из-за угла появился человек с улыбкой на лице и винтовкой, лежащей на правом боку. Охотник пнул ногой ящик рядом с ними, отодвинул его на ярд от Хейден и сел на него. — А теперь давай посмотрим, правильно ли я поступил, что не убил тебя сразу. — глаза Хейден расширились, следя за его движениями. — Из нашей информации выходит, что ты союзник стаи Макколов, верно? — Хейден не ответила. — Где ваш лидер? — А твой? — пробормотала Хейден в ответ. — Если бы я не хотел встретиться с ней, она не была бы так милосердна, — сказал он, поднимая винтовку и заряжая ее, а затем направляя ее на Грейс. — А теперь скажи мне, где Скотт МакКол, или я разнесу ей голову, — Хейден сглотнула и почувствовала, как Грейс задрожала у нее за спиной. — У тебя есть три секунды, — предупредил он. — Три… — Хейден могла чувствовать ритм ее сердца и ритм Грейс. — Две… — она почувствовала, как тело Грейс придвинулась ближе к ней, страх волнами исходил от нее. — О… Отчетливый звук разбитого стекла остановил охотника, который повернулся, чтобы посмотреть на окно, разлетевшееся на куски от стрелы, воткнутой в стену. Он пристально посмотрел на нее, потом поднял винтовку и бросился к двери. — Кто ты такой?! — он закричал на кого-то, прежде чем яростно оттолкнулся от двери. Хейден и Грейс молчали, широко открыв глаза, и звуки борьбы грохотали в их ушах. Потом раздался выстрел. И тишина. Они ждали, пока не услышали шаги и кто-то не появился на пороге, заставив их подпрыгнуть от испуга. — О, наконец-то я нашла тебя, — пробормотала Малия, закатывая глаза и останавливаясь в дверях. Рядом с ней появился темноволосый мальчик с голубыми глазами, который смотрел на Малию с удивлением на лице, мальчик, которого Хейден не знала. Малия склонилась над ними, освобождая их. — Ты даже не представляешь, как я рада тебя видеть, — прошептала Хейден, потирая запястья. — Приветствую вас позже, мы должны вернуть остальных и пойти искать этих миротворцев, у нас не так много времени, — сказала Малия, торопясь выйти. — Что это значит, что у нас больше нет времени? — Ящик, время на исходе. — Я думала еще на месяц, — с сомнением сказала Хейден, когда они быстро пересекли деревню. — Очевидно, нет, — пробормотала Малия. — И сколько же тогда осталось? Малия повернула направо, потом налево, явно на запах. — Если нам повезет, то всего один день. Глаза Хейден расширились: — А если нам не повезет? — воскликнула она. — Может быть, уже поздно.

***

Когда они завернули за угол, Хейден увидела Скотта, стоящего в центре маленькой площади, рядом с ним стояли мальчик и девочка, которых она не знала. В нескольких метрах от них лежали двое мужчин в охотничьей форме, без сознания, привязанные друг к другу. — Они и на тебя напали? — спросил Нолан, заметив их. Скотт кивнул, прежде чем посмотреть на Хейден. — Ты в порядке? — она кивнула. В этот момент они увидели Стайлза и Лидию, приближающихся справа, а Киру и Йена — слева. — Ребята, вы даже не представляете, как я рада вас видеть, — с облегчением сказала Хейден. — Теперь мы можем пойти спасти Тео и Лиама? — это было первое, что сказала Грейс, все еще скрываясь за Хейден. Стайлз посмотрел на девушку с растерянным выражением лица. Это за бейби вулф? — саркастически спросил он, заработав толчок от Лидии. — Это долгая история. — прервала его Хейден. — Да ладно, у нас мало времени, я поняла. Скотт кивнул: — Веди нас. Группа осторожно двинулась между деревьями. — Тсс, вот мы и пришли, — предупредила их Хейден. После еще двух минут ходьбы, здание появилось перед ними через деревья, которые медленно редели. Исаак, стоявший ближе всех к краю, наклонился над деревьями, затем открыл глаза и повернулся к остальным. — Там кто-то есть. Скотт, стоявший всего в нескольких футах позади него, проследил за его взглядом и увидел фигуру Монро, стоявшую перед зданием рядом с вооруженным человеком в черной униформе, явно кого-то ждавшим. Скотт сглотнул. Ждет их. — Что мы делаем, Скотт? — спросила Малия шепотом. Скотт молчал всего несколько секунд, не сводя глаз с Монро. — Давайте выйдем на поле, больше не убегайте, больше не сокращайте путь, — и с этим он сделал шаг вперед. Выходит из шкафа. У стаи была только одна секунда замешательства и потери, прежде чем она вздохнула и последовала за своим лидером. Больше не было времени убегать. Это было выяснение отношений. Не было времени придумывать планы или хитрости. Не было даже времени на переговоры. Не тогда, когда время текло неумолимо. Майя сглотнула, глядя на свое запястье, где четверка медленно превращалась в тройку. Теперь это был вопрос нескольких часов. Группа выстроилась перед ними, под довольными взглядами Монро и другого мужчины. Оттуда Скотт мог очень хорошо видеть его татуировку, которая идентифицировала его как миротворца. И если он был там с Монро, он, вероятно, была боссом. — Скотт МакКолл, мы еще увидимся, — начала Монро. Скотт слабо зарычал: — Где Тео и Лиам? — сказал он. — Кто знает, — сказала она с усмешкой. — Они могут быть где угодно, даже здесь, — продолжила она, глядя вниз на землю. Майя сделала шаг вперед, сердито глядя на мужчину рядом с Монро: — Где ящик? Как ты смеешь осквернять его? — Исаак рядом с ней поднял руку, чтобы оттащить ее назад и защитить от возможных нападений, как раз когда глаза мужчины остановились на ней. — Майя! Какая честь! — он отвесил полуулыбчивый поклон. — Я думаю, если ты хочешь ящик, тебе придется пойти и поискать ее, — продолжал он, махнув правой рукой. В этот момент из здания вышли по меньшей мере двадцать человек, как справа, так и слева. — Я бросаю тебе вызов найти его, — усмехнулся он, делая шаг назад вместе с Монро, прячась за спинами своих людей. — Но сначала я бросаю тебе вызов выжить. Скотт сверкнул глазами, поворачиваясь, подражая Малии, Исааку и Хейден с Кирой рядом, которая держала катану, в то время как Майя, Лидия, Нолан, Йен, Грейс и Стайлз отступили, Стайлз и Йен подняли свои пистолеты в атакующей позиции, а Нолан арбалет. — Увидимся там, — усмехнулся мужчина, поворачиваясь и исчезая в здание с Монро. — А теперь? — воскликнула Малия. — Теперь, — прорычал Скотт. — Давайте бороться.