Любовь в пикселях

*Тесса* Выходя из воды, Хардин натягивает на меня свою черную футболку, и я не могу не вдыхать её запах. Он замечает это и смотрит с ухмылкой. — И все-таки, ты прекрасна, — он разворачивает меня спиной к себе, крепко обнимает, и мы вместе наблюдаем за волнующейся в свете луны рекой. — Ты замёрзла, — утвердительно произносит он, когда моё тело начинает подрагивать. — Поехали. — Хардин, — я останавливаю его, хватая за руку, — я не хочу возвращаться в комнату. — Можем поехать ко мне? , — хитро улыбается он, но я не  зацикливаюсь на двусмысленности фразы. — В дом отца. Там тихо и уютно. А главное, там тепло. Через час мы подъезжаем к двухэтажному дому. Лэндон не проводил мне экскурсию, так как спешил за подарком для девушки, поэтому эта честь выпала Хардину. — Надеюсь, мы никого не разбудим, — тихо шепчу я, когда он открывает дверь и выпускает меня внутрь. — Не переживай, отец и Карен — очень гостеприимные люди, поэтому, если мы будем шуметь, они надену беруши, — Хардин тихо смеётся, и я не могу сдерживать улыбку в ответ. Его комната небольшая и очень уютная. Под окном стоит большая кровать с кучей декоративных подушек и шелковым покрывалом. Напротив неё, на большом комоде плазменный телевизор, а стены украшены разными фотографиями. — Здесь очень красиво, — с восторгом говорю я, осматривая комнату, пока Хардин с интересом наблюдает за мной. — Так ты останешься здесь, со мной? , — он подходит ближе, и я по привычке хочу сделать шаг в сторону, но он успевает взять меня за руку и увлечь в свои объятия. — Не беги от меня, — молящим взглядом он смотрит на меня. — Я не причиню тебе боль. И если что-то будет не так, скажи, я остановлюсь. От его слов я немного расслабляюсь. Страх отступает, и я впервые за долгое время чувствую себя сильной и уверенной. — Я хочу в душ и переодеться, — начинаю капризничать, но он лишь улыбается в ответ, достаёт полотенце, какие-то шорты и чистую футболку. — Нет, футболку я, пожалуй, оставлю эту, — я показываю на ту, что на мне, и он мило улыбается в ответ. Когда я выхожу из душа, Хардин сидит на кровати, оперевшись спиной в изголовье, и переключает каналы. Кажется, что мы много лет живём вместе, и это — наш обычный вечер. Сильной Тессе вдруг снова захотелось стать маленькой и наивной девочкой, поверить человеку напротив неё, доверить ему всю себя, отдаться без остатка, телом и душой. Сильная и умная Тесса устала, ей нужен кто-то, кто станет опорой и защитой, кто не даст её в обиду и никогда не обидит сам. Хардин бросает на меня взгляд, полон нежности, и от сильной Тессы не остаётся ровным счётом ничего. — Иди ко мне, — он указывает на вторую половину кровати, но, потерявшая здравый смысл, я по пути сбрасываю с себя шорты и сажусь ему на колени. Наши глаза оказываются друг напротив друга, и в его — читается удивление. — Ты уверена? , — тихо спрашивает он, кладя руки мне на бедра. — Нет, — я мотаю головой, закрыв глаза, — я не уверена в том, что наутро ты будешь таким же и не станешь меня избегать, я не уверена, что нравлюсь тебе чуть больше, чем просто как девушка на одну ночь, я не уверена, что не пожалею об этом, — выпаливаю я на одном дыхании. — Но сейчас мне хорошо. И я хочу, чтобы это продлилось чуть дольше. Тогда Хардин впивается в мои губы, а руки его скользят под футболку вдоль моего позвоночника. По телу бегут мурашки, и я невольно начинаю двигать бёдрами. Я давно не девственница, но все эти ощущения новые для меня. Раньше я и подумать не могла, что близость приносит такое наслаждение. — Можно? , — тихо дрожит его голос, и его руки поднимают футболку, указывая на то, что он хочет избавиться от неё. Я лишь киваю в ответ, и футболка летит на пол, а вслед за ней и та, что была на Хардине. Я остаюсь в одних трусиках. Хардин целует меня, прижимая к себе все крепче, и когда мои затвердевшие от возбуждения соски касаются его горячей груди, по телу будто волна электричества проходит. Я содрогаюсь. Он переворачивается и я оказываюсь на спине, а красивое татуированное тело парня нависает надо мной, прижимая меня к кровати. — Только не отталкивай, — тихо просит он, и я, делая глубокий вдох, киваю в ответ. — Расслабься, — его губы касаются моей шеи. Руки Хардина скользят вверх по моей талии, задерживаюсь всего на миг у груди, и, подняв мои руки к изголовью, слегка сжимают запястья. — Не бойся, — нежно произносит он, а в следующий миг меня накрывает волной возбуждения от того, как горячие губы и язык его прикасаются к моей груди. Ещё никто никогда не заставлял меня чувствовать нечто подобное. Время от времени Хардин бросает на меня любопытные взгляды, когда я начинаю постанывать. Ему нравится моя реакция, и он не скрывает это. — Хардин, — шёпотом произношу я, когда губы его оказываются у линии моих трусиков. Напряжение внизу живота растёт с неимоверной скоростью. — Если ты не хочешь, я не стану, — он поднимается вверх и смотрит мне прямо в глаза, — но если рискнешь, — он прикусывает мочку уха, — тебе понравится. Несколько секунд тянутся вечность, пока я борюсь со своим страхом. Я понимаю, что если соглашусь, пути обратно уже не будет. Но мне хочется этого. Потеряться с ним в лабиринте чувств и эмоций и больше не найти выхода. Я не знаю, насколько ужасно мне будет после, но сейчас я готова рискнуть. Ничего не произнося, я одобрительно киваю ему, и он, прежде, чем опуститься вниз, снова впивается в мои губы. Через тонкую кружевную ткань трусиков я чувствую его тёплое дыхание, и возбуждение отзывается лёгкой болью внизу живота, я на пределе сил. Заметив, как я напрягаюсь, Хардин избавляется от последней преграды и резко, но аккуратно проталкивает в меня палец. Я выгибаю спину от неожиданных и приятных ощущений. Он аккуратно двигает пальцем внутри меня, что доставляет огромное удовольствие, но в следующий миг оно удваивается, когда его губы охватывают мой клитор, и язык медленно скользит по нему. Через несколько минут, когда он ускоряется, я кончаю. Впервые в своей жизни я кончаю от нежных мужских ласк. Весь мой страх окончательно растворяется в воздухе, переполненном сексом. — Хочешь, я… — я не договариваю, лишь облизывая губы и хитро смотрю Хардину прямо в глаза. — Ты точно та Тесса, с которой я знаком? , — он расплывается в удивленной улыбке и, переворачиваясь на спину, ложится рядом. Он пытается приспустить трусы, но касанием руки я его останавливаю. Мне хочется сделать все самой. Сначала я поглаживаю его возбужденный член через мягкую ткань, аккуратно сдавливая. Когда его дыхание учащается, я стягиваю трусы и обхватываю его внушительных размеров член губами, пытаясь взять его как можно глубже. — Тшш, — легко касаясь подбородка, Хардин отстраняет меня и манит к себе. — Если ты хочешь продолжения, остановись, детка, иначе я сейчас кончу. Я снова на пределе, поэтому, не ответив ни слова, приподнимаюсь и, придерживаясь за него, аккуратно опускают на смазанный слюной член. Он входит туго, и лёгкая боль пронзает моё тело, но я стараюсь не подавать виду. — Погоди, — он останавливает меня, удерживая за бедра, и кладёт на спину. Лёгким движением раздвигает мои ноги и устраивает из у себя на талии. — Так будет легче, — он впивается губами мне в шею и несколькими опорными точками входит в меня. — Здесь очень туго, — стонет Хардин, медленно двигаясь внутри. — Тебе не больно? — Нет, — на выдохе шепчу я, и он ускоряется, с каждым разом входя глубже и глубже. — Тебе хорошо? , — почему-то мне важно знать, что он чувствует, но его действия говорят за него. Когда от оргазма я выгибаю спину навстречу ему, он резко выходит из меня и кончает мне на живот. — Это была прекрасная ночь, — едва открыв глаза, произношу я, утыкаясь носом в плече любующегося мной Хардина. Сейчас он кажется таким отдалённым. Думает о чем-то своём и время от времени поправляет мне волосы. — Это прекрасное утро, — он обнимает меня, и нежно целует в щеку. — Знаешь, я впервые проснулся с кем-то. Это необычное чувство. До самого обеда мы валяемся в постели, о чем-то говорим все время, смеёмся, дурачимся. Время пролетает неумолимо быстро, и я понимаю, что возвращаться в общежитие все равно придётся. — Я отвезу тебя, — утвердительно произносит парень, но я отказываюсь. Очень хочется побыть одной, переосмыслить случившееся и понять, что же я все-таки испытываю к Хардину. *Хардин* Это все было так странно и необычно, что мне не хватает слов. Я и представлял себе, что Тесса могла пережить нечто подобное. Перед глазами всплывают разные ужасные картинки. Как юная, невинная и беззащитная Тесса лежит связанная в каком-то доме. Как четверо ублюдков издеваются над ней. Как ей больно. Как ей противно от самой себя. Сердце почему-то сжимается от боли. Мне её искренне жаль. Теперь я знаю, что та Тесса, которая приехала поступать в CWU — совсем другой человек, который вынужден прятаться за сотнями масок. Мне хочется защитить её от целого мира, быть с ним заботливый, нежным. Но сообщение от Зеда вытаскивает меня в леденящую душу реальность и напоминает, что защищать Тессу нужно от меня. «Чувак, я не могу поверить, что ты был с ней», — да, Зед, я был с ней. И слава богу, что все сложилось именно так, иначе, кто знает, что произошло бы, если бы ты оказался рядом, когда она была в подавлен ном состоянии. «Твой срок истекает во вторник утром, у тебя слишком мало времени, и тогда я трахну это цыпу», — ещё одно сообщение от него, и я готов разбить нахрен этот телефон. Мне кажется, Тесса — нечто большее, чем просто девушка на ночь. Я хочу видеть её снова и снова, вдыхать ванильный запах её волос, касаться её кожи, быть для неё целым миром. Я, кажется, влюбляюсь в эту девушку. Той самой чистой, искренней любовь, о которой пишут в книгах. И мне страшно. Я боюсь причинить ей боль. Но в компании нашей заведено так, что спор есть спор, и условия его обязательны к выполнению. Я поднимал ставки, не зная Тессу, и как выкрутиться теперь, я не представляю. Я бы спросил совета у отца или Лэндона, но боюсь осуждений. Я бы рассказал обо всем Тессе, но боюсь её ненависти. Я бы отдал чёртовы деньги Зеду, но у меня нет такой суммы. Когда только эта чёртова ситуация успела выйти из-под контроля. «Поговорим при встрече», — пишу я Зеду, пытаясь выиграть хоть немного времени. — Чувак, ты реально странный, — Зед подлетает ко мне за ланчем в местной кофейне и хлопает по плечу. — Есть разговор, — я серьёзен, как никогда. — Ну, говори, — настороженно произносит он, заказывая американо. — Послушай, чувак, о нашем споре никто никогда не должен узнать. — Да что случилось? — Просто сделай так, чтобы никто не знал о споре, и о тех доказательствах, которые я тебе покажу. — Ну это легко, я вообще сомневаюсь в их существовании. Ты слишком долго морозишься, — Зед ухмыляется, и меня это бесит. — Будут доказательства, у меня ещё есть время, — я все же надеюсь придумать другой выход, чем просто попросить Зеда держать язык за зубами. По крайней мере, у меня есть ещё два дня. Всё воскресенье Тесса почти не отвечала на звонки и сообщения. Она говорила что-то о маникюре и  каких-то других процедурах красоты, но я не думал, что это так много времени занимает. В понедельник утром я заезжаю за ней. Мне нравится её искреннее удивление и радость, когда она меня видит. — Я соскучился, — сажусь за руль и аккуратно целую её в щеку. — Я тоже, — Тесса улыбается в ответ, но её слова режут ножом по сердцу, — я впервые в жизни чувствую себя защищённой, — и моя совесть вновь напоминает мне, что её нужно защищать от меня. Я хотел рассказать ей всю правду, попросить понять меня, но после этих слов вся моя решительность рушится, как карточный домик. Нет, я слишком трусливый для этого. Понедельник пролетает быстро, а в моей голове все ещё нет идеального плана. В любом случае я проиграл. Тессу и себя самого. От этого становится невыносимо тошно и больно. Время на исходе. — Прости, — шепчу я и отправляю Зеду фото. Те фото со студии, где она так прекрасна. И видео, снятое той ночью, когда она впервые в жизни доверилась парню.