Любовь в пикселях

*Тесса*

— Послушай, что между тобой и Хардином? , — Стефф бросает на меня осторожный взгляд, пока я пытаюсь навести чёртову стрелку уже третий раз. — В смысле? , — я пытаюсь подавить довольную улыбку, потому что не хочу трепаться направо и налево о нас с ним. О нас. Интересно, существуем вообще «мы»? Он даже не намекал на отношения. Только встречает по утрам, а после занятий везёт в какое-то уютненькое местечко, чтобы накормить. Пару раз я оставалась у него, и мы перепробовали всю мебель в его комнате. Лично мне больше всего понравилось окно. Хоть Хардин и ведёт себя странно, меня все устраивает, я нашла человека, которому могу доверять, и это чертовски круто. Раньше у меня были другие представления о правильных отношениях: прогулки за ручку, сопливые сообщения на ночь и цветы. Но, черт подери, правильные отношения — это когда тебе просто хорошо, и ради этого я готова поступиться я многим. — Думаешь, никто ничего не замечает? , — Стефф не успокаивается. — К тому же, почему ты отказалась от спора? — Послушай, — я спокойно отвечаю ей, дорисовав, наконец, стрелку, — Просто у нас все хорошо. Я не знаю, как долго это продлиться и чем в итоге закончится… Я даже не знаю, как это называется. Но сейчас я счастлива и не хочу что-то загадывать, а уж тем более — спорить на Него. — Тесса, только не думай, что я завидую, прошу, но будь с ним осторожно. Какой бы сильной ты не была, он может ранить достаточно глубоко, чтобы задеть все живое в тебе, — Стефф смотрит ра меня с сожалением и нет, я не думаю, что она завидует. И даже наоборот, я благодарна ей за предупреждение, но мне хочется верить, что у нас с Хардином все по-особенному. Потому что какой бы сильной я не была, мне нужен Хардин. Тот Хардин, который смотрит на меня с нежной улыбкой, который переживает, не замёрзла ли я, который хочет меня, хочет доставлять мне удовольствие. Потому что за последние две недели сильная Тесса научилась быть нежной и слабой, податливой и доверчивой. Сильная Тесса научилась быть такой, какая она сама себе нравится, и без Хардина все это не будет иметь смысла.

*Хардин*

— Чувак, какого хрена? , — Зед делает глоток пива и бросает на меня яростный взгляд. — Ты же сам кричал, что все это только спор. Так что между вами происходит? Поэтому ты просил никому не говорить о споре? — Я не знаю. Просто, понимаешь, эта девушка не такая, как все. За её силой, самоуверенностью, классными нарядом и макияжем скрывается чёртова дыра, которую я хочу заполнить… — Тоесть всунуть в неё свой хуй, — смеётся Джейс, и я подрываюсь, чтобы удвоить его за такие слова. — Заткнись. Я знаю, через что она прошла, и мне хочется быть с ней рядом, заботиться о ней, делать её счастливой и, кажется, она мне просто нравится. — Черт, чувак, ты же знал, что мне понравилась эта цыпочка. Я бы не спорил с тобой на неё, если бы не вся эта хрень в твоей голове. А теперь ты, после того, как тупо использовал её, хочешь мне сказать, что испытываешь к ней что-то? , — Зед кричит не своим голосом. Да, я знал, что ему она и вправду понравилась ещё тогда, когда я просто хотел её трахнуть. Но теперь я ничего не могу с собой поделать. Я не отступлюсь от Тессы ни за что. — А знаешь, думаю, ей стоит открыть на тебя глаза, — он хитро улыбается. — Ты не посмеешь этого сделать, — я хватаю его за горло и сжимаю так крепко, что ему не хватает воздуха. — Ты не посмеешь влезть в наши отношения. — Посмею, — еле хрипит он и вырывается, — потому что ты её не заслужил, а твой приз — у тебя на банковской карте, — откашлявшись, добавляет он. Я безумно боюсь, что Тесса обо всем узнает. Очередная неделя проходит, как на иголках. Я шарахаюсь от каждого её звонка, от каждой её встречи с Зедом, от чертового Джейса, который может принять не мою сторону. Я боюсь её ранить, я боюсь пробить ещё одну дыру в её сердце. Боюсь, что счастье в её глазах сменить я ненавистью ко всему миру. Я, черт возьми, боюсь потерять Тессу. Теперь проклинаю себя за то, что струсил перед ней тогда, в машине, и не рассказал всю правду. Проклинаю себя за то, что гордость стала для меня важнее чести и Тессы. Ведь я мог попросить деньги у отца, но не стал. Решил сам разрулить ситуацию, а в итоге загнал себя в полное дерьмо. — Хардин, — Тесса садиться мне на колени так, что её коротенькая джинсовая юбка полностью оголяет бедра, и я немного откидываю водительское сидение, чтобы ей было удобно. — Хардин, скажи, что с тобой происходит, — она сладко шепчет на ухо, будто гипнотизирует. — Ты снова нервный, злой. Я делаю что-то не так? — Нет, Тесса, дело не в тебе, правда. Просто я, черт возьми, — я хочу рассказать ей правду, но снова становлюсь слабым, — я не привык к такому. Это все новое для меня, поэтому переживаю, — я не вру, но и не говорю правды. Просто свернул все в другую сторону, надеясь, что за неделю Зед забыл о своём обещании. — Не переживай, — Тесса стягивает свою блузку, двигая бёдрами, и прижимается своими горячими губами к моим. Она запускает руки мне под футболку, изучает ими моё тело, и я крепко сжимаю её талию, притягивая к себе. — Хочешь меня, детка? , — я так люблю когда она говорит все вслух, меня заводят её слова. — Хочу тебя, прямо здесь, — в её глазах загорается хитрый огонёк, руки опускаются к моим джинсам. Она двигается медленно, томно, мучает меня. Но уже через пару минут сжимая одной рукой её попу, а второй — отодвигая трусики, я, приподняв бедра резко в неё вхожу. Она запрокидывает голову и с губ её слетает лёгкий стон. Она так гармонично растворяется в шуме дождя, и Тесса в сером свете сумерек выклят слишком привлекательно. — Давай, — аккуратно помогая ей руками, шепчу я, — двигай попой. И послушная Тесса упирается руками на мои плечи и насаживается на мой член как можно глубже. Я чувствую как сжимается у неё все внутри, как она течёт. Чувствую каждый вздрог её тела. Мне нравится её реакция на меня. Она не такая, как у всех. Потому что для всех я был очередным, одним из. Для Тессы — я хоть и не первый, но один, особенный. Она доверяет мне всю себя. Тело и душу, не боясь, что я сломаю её, потому что «я не такой». От этого становится больно, ведь я точно такой же, как и сотни других парней, которые никогда не влюблялись, для которых девушки существуют лишь на одну ночь. — Хардин, — Тесса запускает руки мне в волосы и немного сжимает их, когда я провожу пальцами вдоль её позвоночника, а губами ласкал её соски, — я на грани. Тогда я беру её за бедра, немного приподнимая их, удерживая на весу, и резкими толчками глубоко вхожу в неё, пока она от оргазма не вигибает спину и не откидывается на руль. В такой позе она застывает всего на несколько секунду, но мне хватает этого времени, чтобы насладиться ею. На улице давно зажгли фонари, и сквозь пелену дождя их свет едва касается её мраморно-белой кожи. Её грудь тяжело поднимается от возбуждения, а губы жадно ловят воздух. — Мне так хорошо с тобой, — шепчу я, но понимаю, что слова не те. Не то я хотел сказать. Совсем не то. Но на большее у меня пока не хватает смелости. Когда Тесса садится обратно на соседнее сидение, она наклоняется ко мне, нежно обхватывая член рукой, и касаясь языком головки. Это прекрасное чувство. То, с каким трепетом она это делает, боясь причинить мне боль. Она так глубоко берет его, что я почти сразу кончаю ей в ротик, и она выпивает все до последней капли. — Завтра пятница, — спустя несколько минут, она нарушает тишину, — ближе к обеду мне могут позвонить, чтобы пригласить в агентство на кастинг. Если меня возьмут, мне придётся много пропускать и часто ездить в Сиэтл. Нужно будет как-то поговорить об этом с твоим отцом. Я не представляю, как все пойдёт, если её возьмут, но сейчас не хочу об этом думать, сейчас для меня главное то, что она все ещё рядом и не спешит уходить. — Какие планы на завтрашний вечер? , — я меняю тему. — После занятий еду смотреть машину, а потом — свободна. — И ты мне до сих пор ничего не сказала? — Да я как-то не думала об этом. — Можно поехать с тобой? — Конечно. Пятница проходит как обычно. Я отвожу Тессу на занятия, а сам появляюсь только на последней лекции — по литературе. Мы занимаем наши любимые места. Я время от времени отвлекаюсь и мешаю ей сосредоточиться на рассказах профессора, то положив руку ей на бедра, то шепнув какую-то пошлость. На время я забываю о Зеде, любуясь прекрасной улыбкой Тессы, которая время от времени сменяется сосредоточенностью. Пара пролетает быстро, а я впервые не хотел, чтобы она заканчивалась. Потому что-то, что произошло в следующие мгновения, перевернуло все с ног на голову. По университету были расклеены наши фото. Те самые фото, которые я кидал Зеду. И каждая была подписана одним и тем же словом. «Шлюшка». От ярости и ужаса меня бросило в жар, но когда я увидел Тессу, весь мир вокруг рухнул. Её глаза наполнились ужасом и болью, а по щекам катились слезы. — Что? Что происходит? , — Тесса жадно хватает ртом воздух и хочет что-то добавить, но ее перебивает звук сообщения на мобильном. Со скрытого номера кто-то отправил ей видео, снятое мной. Тогда её руки задрожали, и немые слезы превратились в истерику. — Тесса, — я делаю шаг к ней, пытаясь взять её за руку, но она отстраняется. Так же, как отстранялась пару недель назад, только в глазах её ещё больше страха и ненависти. — Не трогай меня, — кричит девушка и все вокруг оборачивается на нас, узнавая людей с фотографий. — Так вот она — цена за мгновения счастья с Хардином Скоттом?! Да?! Как ты мог? Зная все, что мне пришлось пережить!

*Тесса*

Всё вокруг теряет смысл, когда тебя предаёт человек, которому ты доверяешь душу. Тебя ломает. Всю разом. Хардин Скотт. Кем он был для меня и кем стал? Я три года не могла оправиться от случившегося. Я не могла отпустить то, что произошло. Я была подчинена обиде и злобе. Но когда появился он, все начало меняться. Я впервые решилась побороть свой страх. Довериться человеку во всех смыслах, отдаться ему, подчиниться, отодвинуть ради него на второй план все, о чем мечтала. Дура. В ответ получила не один, а тысячи ножей в спину и сердце. Для него все не имело значения. Всё было игрой и только. Как может человек воспользоваться чувствами и наивностью другого ради развлечения? Я все ещё не могу понять, чем успела обидеть его, чтобы в ответ на искренность получить такой плевок в душу. Я прихожу домой опустошенная. Не чувствую боли, не плачу. Только каждое движение даётся с большим трудом, будто все кости сломали. А там, где совсем недавно начало оживать едва оправившееся сердце, оказалась сквозная дыра, и холод ветра, гуляющего в ней, морозит изнутри. — Тесс, — в комнату влетела покрасневшая Стефф и тут же бросилась ко мне, а следом за ней вошла Молли. — Тесса, — повторила она громче, тряся меня за плечи, когда я не откликнулись. — Бесполезно, — дрожащим голосом прошептала Молли и в следующий миг окатила меня холодной водой. — Да чего вам? , — огрызнулась я, хоть и понимала, что во всем случившемся нет их вины. — Что, черт возьми, произошло? И какого по всему универу висят эти гребанные фотки? — Ничего, ничего, ничего! , — я орала, будто пыталась перекричать целую толпу. — Всё нормально, — выдохнув, я произнесла чуть тише. — Все хорошо. — Это Хардин сделал? , — Молли едва коснулась моей руки. — Кто-то ему помог. Девушки пытались завалить меня кучей вопросов, но их перебил звонок телефона. — Дай сюда, — прошипела Стефф, — и если звонит этот ублюдок, я выскажу ему все сразу. — Ну, если Хардин подписан у неё в телефоне как «Агентство», то вперёд. — Что? , — холодок пробежал по спине. Я почти забыла о кастинг из-за выходом Скотта, но отказываться от мечты совсем не собиралась. — Я отвечу, это по поводу контракта в Сиэтле. Пока девушки смотрели на меня огромными от удивления глазами, я говорила с менеджером. Разговор был коротким, но ото того не мнение приятным, и я даже не заметила, как на лице моем едва сверкнула улыбка. — Через две недели кастинг. В Сиэтле. Фотосъёмка и дефиле, — бормотала я на одном дыхании, — это мой шанс! — Что будешь делать с Хардином? , — при упоминании его на лице Молли снова читалась грусть. — Ничего. Нет больше Хардина Скотта для меня. Не существует, — я глубоко вздохнула. — Если вы свободны, то я собираюсь ехать смотреть машины, и мне очень нужна чья-то помощь. Остаток дня пролетел молниеносно. Я почти не поняла, как успела купить машину, обновить гардероб и оказаться в чёртовом доме братства. — Тесса? , — я допивала черт знает какую рюмку вишневой водки, когда ко мне подошел Зед. — Как ты? — Я в порядке, — огрызаюсь я и, отводя взгляд в сторону, вижу, как в дверь входит Хардин. Его глаза красные и пустые. Но он замечает нас, и они наливают я кровью от злости. Хардин что-то кричит, но я не слышу из-за музыки. — Сука, я убью тебя, — он подлетает впритык к нам и ударяет Зеда прямо в лицо. — Я ненавижу тебя! Давай, открой ей глаза. Только расскажи всю правду. Расскажи, кто прославили её на весь универ, — Хардин не переставал избивать Зеда, пока Джейс и Дэн его не оттащили. Тогда он подошёл ко мне и, схватив за локоть, чтобы я не убежала, тыкнул ногой в парня, лежащего в крови. — Вот, смотри. Это он. Это все сделал он. — Хватит, Хардин, хватит! Прошу, хватит, — он сжимает руку все крепче, притягивая меня к себе и крича на меня. От него несёт водкой и сигаретами, а мне становится снова страшно, как три года назад. Я снова чувствую себя маленькой, беззащитной, связанной Тессой, у которой нет спасения.