Собственность леди

Балконы в номерах закрывались так, что войти снаружи было непросто. Увы, Герра не облегчил им задачу: неудивительно, ведь он ожидал, что к нему могут прийти не слишком довольные гости. Адриан недовольно ощупал стекло и поморщился, но достал пистолет, установил глушитель и выстрелил так быстро, что Маринетт едва успела инстинктивно отвернуться. В этот раз выстрел прозвучал тише, чем прошлой ночью, но далеко не беззвучно. Стекло, вопреки ожиданиям Маринетт, не разлетелось на осколки: хотя отверстие от пули и появилось в окружении паутины из трещин. Второй раз стрелять Адриан не стал, сильным ударом ноги выбив достаточную, чтобы протиснуть ладонь, пробоину. Секунда — и раздвижная дверь отъехала в сторону, под испуганный возглас из номера. Адриан обернулся, коротко и безапелляционно бросив:  — Держись у меня за спиной. Маринетт кивнула — скорее для себя, чем для Адриана, который уже входил внутрь, — и пошла следом, с опаской оглядываясь. Просторная чистая комната с терракотовой стеной у изголовья кровати с парочкой причудливых светильников, свисающих над прикроватными столиками, из приоткрытой дверцы шкафа застенчиво выглядывает мужской костюм. И, ах да, Герра, застывший посреди комнаты. Итальянец прежде казался Маринетт весьма высоким мужчиной, но рядом с Адрианом, тонким и подтянутым, весьма стройный для своего возраста модельер уже не выглядел так уж хорошо. Впрочем, испуганная сутулость пропала, едва Герра разглядел гостей: итальянец посмотрел на Адриана с некоторым снисхождением, а по Маринетт вообще скользнул презрительным взглядом, как будто она ему докучала.  — Адриан Агрест, ну надо же, а слухи-то не врут, что ты на побегушках у разведки, да? — Герра на мгновение сверкнул белозубой улыбкой, но каким-то внутренним чутьём Маринетт поняла — он блефовал. Герра немало опасался того, кто сумел спутать ему карты, но надеялся задавить авторитетом, как частенько поступал со своими подчинёнными, и выиграть время. Адриан не ответил, медленно, с неуловимо кошачьей, хищной грацией приближаясь к своей жертве. Он опустил пистолет, заставив Герру заметно расслабиться, — и тот упустил момент, когда Адриан бросился вперёд, выворачивая противнику руки и прижимая к стене лицом. Не особо аккуратно — так что скорее даже припечатывая. Герра сдавленно застонал, видимо, приложившись об угол широкого наличника, а Адриан ровным тоном попросил:  — Маринетт, будь добра, отцепи наручники, они на поясе сзади справа. Маринетт кивнула, запоздало подумав, что это лишнее — Адриан стоял к ней спиной. Она, невольно задержав дыхание, подошла к мужчинам и осторожно отцепила наручники, подцепила холодные увесистые кольца кончиками пальцев. Герра вдруг усмехнулся:  — Профессионализм так и прёт: без девицы на побегушках даже со мной не можешь справиться, Агрест? — под конец фразы Герра скривился: защёлкивая наручники, Адриан вывернул ему руку чуть сильнее и, вжав в стену, безэмоционально (почти — Маринетт уловила проскользнувшие гневно-презрительные нотки):  — На твоём месте следовало бы поблагодарить Маринетт за то, что ты ещё цел. Один на один у нас был бы другой, куда более неприятный разговор, но тебе повезло, и сейчас всё будет зависеть от твоих ответов. Герра неохотно, явно сопротивляясь, сел на стул у туалетного столика, куда его толкнул Адриан, и Маринетт посмотрела на бывшего напарника по-новому: когда он был Котом Нуаром, то сила воспринималась чем-то само собой разумеющимся, но сейчас… Маринетт вдруг осенило — отрешённо так, на задворках сознания, — что высоченный рост играл с противниками Адриана Агреста злую шутку, создавая впечатление худосочного хилого юноши. Вот только Адриан Агрест не был хилым юношей, он был высоким подтянутым мужчиной с грацией кота, отчего взгляд у Маринетт невольно упал на его ладони — не осталось ли на мужских пальцах то самое кольцо. Адриан присел на край кровати, прежде развернув стул так, чтобы смотреть в глаза Герре. Он опёрся локтями в собственные колени, чуть ссутулившись, и спокойно начал:  — Первый вопрос, который меня интересует — будем считать его разминочным, — это то, как именно тебе в руки попала база? Герра с напускной уверенностью фыркнул:  — Ты не знаешь даже этого, мальчи… — Герра подавился последним словом, хватанул воздух ртом от резкого удара в живот. Маринетт подозревала, что в солнечное сплетение: по крайней мере, она помнила, как когда-то давно один из акуманизированных пнул её примерно туда же. Костюм, конечно, приглушил приличную часть боли, но воспоминания всё равно были не из приятных. У Герры не было ни костюма, ни спортивной подготовки, и Маринетт отвела глаза. Жалеть его не хотелось, и она жестоко напоминала себе, что именно Герра так легко выбрал её на роль разменной монеты в сделке с неведомым покупателем. Так, посмертная доставка груза, не больше. Но Маринетт было неприятно смотреть на такого Адриана: ледяного, источающего сосредоточенную, выверенную угрозу — чётко дозированную, не на грани гротескной и наигранной злости, но и не уходящую в напускное равнодушие. Адриан Агрест казался сейчас настоящим хищником, и это пугало и восхищало Маринетт одновременно.  — Я пока очень добрый и надеюсь, что мы сможем побеседовать как цивилизованные люди. Просто представь, что это деловые переговоры и тебе надо заключить со мной сделку всей своей жизни, — Адриан вдруг почти дружелюбно, шкоднически улыбнулся и пожал плечами: — Но если переговоры зайдут в тупик, то я буду вынужден попросить даму выйти. Голос у Адриана помрачнел, а на лице не осталось и следа от улыбки, и Герра вздрогнул, но всё же предположил:  — Что, не хочешь выглядеть монстром перед девчонкой? — Герра натянуто хмыкнул и осёкся — угадал, судя по едва заметно сощуренным глазам Адриана. Тот встал с кровати и задумчиво огляделся. Герра проследил взглядом за целеустремлённо зарывшимся в шкафу Адрианом и уточнил: — Не боишься, что я сейчас закричу и позову на помощь?  — И тогда это будет последнее, что ты сделаешь в своей жизни, — Адриан вынырнул из шкафа и придирчиво испытал на прочность толстый пояс от халата. Он обошёл вокруг Герры и поднял голову, поймав взгляд Маринетт: — Отвернись. Маринетт моргнула, сообразив, что именно собрался делать Адриан. Может, лучше было действительно подождать Адриана снаружи? Да, ей было бы страшно, но она бы не увидела своего бывшего напарника таким. Она с секундной задержкой кивнула и послушно повернулась на пятках, уставившись в гладкую окрашенную стену. Это избавило её от необходимости смотреть, но слуха не лишило, а без картинки проникновенный шёпот Адриана пробирал до мурашек:  — Сейчас я буду задавать вопросы, а потом буду давать тебе возможность ответить. Используй время для ответа с умом — иного случая может и не представиться. — Голос Адриана смешался с тихими судорожными попытками вдохнуть, и Маринетт невольно вздрогнула, догадавшись, что происходило за её спиной. Адриан же неумолимо продолжил: — Как же в руки ничем не примечательного модельера попала столь необычная вещица, как база данных? Вряд ли ты наткнулся в магазине тканей или на витрине с пуговицами и иголками. Нечленораздельный протест Герры продлился ещё несколько секунд, потом послышались несколько глубоких вдохов-выдохов: видимо, Адриан ослабил хватку. Маринетт снова напомнила себе, что Герра к ней никакой жалости проявлять не собирался, и пробежалась взглядом по терракотовой краске. Глаз зацепился за крошечную царапину на стене. Герра торопливо заговорил:  — Л-ладно, ладно, я… Среди наших постоянных моделей была девица из ваших. Она достала базу, я скорее был сначала только посредником между ней и покупателем.  — Имя? — судя по испуганному вздоху, Адриан снова немного сдавил шею Герры. Совсем немного — потому что Герра тут же торопливо заговорил:  — Скьерра… Роберта Скьерра. Эта наглая дура, которая…  — Очень удобная наглая дура, верно? — хмыкнул Адриан. — Была бы неудобной, ты бы её везде за собой не таскал. Впрочем, твои не укладывающиеся в границы контракта отношения с моделями меня мало интересуют.  — Что ещё ты хочешь знать?.. — Герра через силу выдохнул, и Маринетт едва удержалась от желания повернуться и посмотреть на обоих мужчин. Слухи про романы Герры с моделями и некоторыми дизайнерами действительно ходили, и первое время Маринетт всерьёз опасалась, что её первая работа закончится стремительным увольнением, но то ли ей везло, то ли была недостаточно хороша по меркам модельера. Оба варианта её вполне устраивали, поэтому она научилась пропускать неприятную болтовню с работы мимо ушей. А ещё Маринетт очень хотелось увидеть, какой сейчас Адриан: она одновременно боялась увидеть и не увидеть в нём хоть что-то знакомое, хоть что-то от того, прежнего милого мальчика Адриана Агреста. Но Адриан не говорил ей, что можно повернуться. И Маринетт не поворачивалась. На стене нашлось уже пять царапинок и два крошечных скола.  — Имя покупателя, разумеется. Что? Отчего такой удивлённый вид, Герра? — Адриан тихо фыркнул. — Бизнес есть бизнес, верно? Считай, что я тебя перекупил: нет ведь ничего ценнее собственной жизни? — Видимо итальянец кивнул, потому что Адриан вздохнул: — Ну так?..  — Если я скажу, то я труп, — Герра нервно усмехнулся.  — Я тебя разочарую, но если не скажешь — тоже. А если скажешь, у меня приказ поступать с тобой на своё усмотрение. Маринетт не видела Адриана, но была почти уверена — он пожал плечами. Тихо зашелестела ткань: похоже он снова присел на краешек кровати. Вздохнул. Пять царапин, три скола и одно пятно на гладкой на первый взгляд терракотовой стене.  — Синьор Бьянка. А-аурелио Бьянка. Думаю, ты должен понимать, кто это, — голос Герры стал более тихим и хриплым, так что Маринетт даже как-то не сразу поверила, что в комнате не появился кто-то ещё.  — Ну разумеется. Последний вопрос: где сейчас находится база? С секундной удивлённой заминкой, Герра расхохотался. Совершенно искренне, хоть и несколько нервно — обстоятельства располагали. Отсмеявшись, он без издёвки поражённо выдал:  — А ты что, её не обыскал? Или эта идиотка умудрилась потерять базу раньше? Хах, чёрт, а я ведь просил вдолбить ей в голову, что цацка эта жутко дорогая… — Герра снова сорвался на смех, уже нервный, а Адриан в какие-то доли секунды оказался около Маринетт, резко, но аккуратно развернув её к себе лицом, что она испуганно охнула. Больше от неожиданности, но Герра не преминул ввернуть: — Что, думала он всегда будет таким добреньким, а? Ты для него всего лишь ценный груз, не обольщайся. И, кажется, груз только что утратил всю свою ценность… Адриан не говорил ни слова: он едва ощутимо коснулся её руки и приподнял рукав, чтобы отцепить ожерелье с запястья. Внимательно ощупывая массивное украшение, Адриан молчал, игнорируя, казалось бы, вообще всё. В какой-то момент — Маринетт упустила когда — Герра заткнулся, замерев в ожидании, замешанном на злорадном любопытстве. Послышался тихий щелчок. Сначала Маринетт решила, что украшение под мужскими пальцами просто треснуло, но спустя секунду стало ясно, что это не поломка — какая-то скрытая пружина, открывшая в сплетении цветов из камней и металла небольшую полость. Отнюдь не пустую — в ладонь Адриана упала крошечная флешка без единого опознавательного знака, только с двумя тоненькими посеребрёнными полосками с одной стороны, но Адриан довольно заулыбался, явно узнав пропажу, словно в довесок ко всему умел ещё и считывать информацию со съёмных носителей одним взглядом. Он поднял руку Маринетт, подчинившейся так, словно она была шарнирной куклой без собственной воли, и вложил в её ладонь ожерелье и флешку, сам тем временем полез в карман и вытащил телефон и небольшой переходник. Два щелчка, и Адриан с так и сквозившем во взгляде восторгом просматривал содержимое флешки, не особо скрывая даже экран от Маринетт. Впрочем, она смотрела только на его лицо: проблески прежнего Адриана-Нуара интересовали её куда больше бесценной секретной информации. Идиллию торжества справедливости прервал Герра, нетерпеливо заёрзавший на стуле. Высказаться он не успел, Адриан, пихнув в руки Маринетт ещё и собственный телефон с так и подключенной флешкой, развернулся к итальянцу и скрестил руки на груди:  — Поторопился я с последним вопросом, тот был предпоследним. А последний такой: ты знал, что ждёт курьера, который будет, сам того не зная, передавать базу? Герра повёл плечами — насколько это позволяли скованные за спиной руки.  — Ну да. Что поделать, такие деньги требуют расходного материала. Адриан кивнул. Что при этом было у него на лице, Маринетт не видела, но чутьё подсказывало, что сейчас что-то произойдёт: кажется, воздух застыл, став вдруг почти осязаемым, похожим на тонну воды. Произошло. Адриан ровным тоном произнёс:  — Маринетт, выйди, пожалуйста, на балкон. Маринетт сообразила не сразу: сначала вопросительно уставилась на спину Адриана, потом — на предметы в собственной ладони. Она прекрасно понимала, как много секретов наверняка спрятано не только на флешке, но и в телефоне, и то, что Адриан оставил их у неё сейчас (хотя какие-то сутки назад не горел желанием оставлять её наедине со своими вещами!), казалось ей невероятным доверием. Пока Маринетт торопливо соображала, Герра уже всё понял, мигом растеряв свою вновь обретенную в последние пару минут уверенность:  — П-погоди, я же всё рассказал, Агрест! Ты сказал, — итальянец дёрнулся встать, но опустился обратно на стул, повинуясь лёгшей на его плечо ладони, — как поступить со мной, на твоё усмотрение, з-зачем тебе с-сейчас… Я д-думал, вы мне за показания з-защиту и… — Герра проводил испуганным взглядом медленно идущую в сторону балкона Маринетт, на мгновение столкнувшись с ней взглядом. На долю секунды она почувствовала жалость: человек, который так привык распоряжаться другими, вдруг сам оказался в чужой власти. А потом Маринетт напомнила себе, что этот же человек, Герра, спокойно смотрел ей в глаза в вечер предпоказа, прекрасно понимая, что до утра она не доживёт. Маринетт уже закрывала за собой балконную дверь, когда услышала, что сказал Адриан:  — На моё усмотрение, верно. И я совру, если скажу, что ничего личного и это только работа. Ты собирался убить очень дорогого мне человека, и это слишком личное. Маринетт обессиленно сползла по холодной шероховатой стене. Звук выстрела через разбитую балконную дверь она прекрасно расслышала.