Сомнения
26 июля 2025 г., 22:35
У некромантов и колдунов бытует мнение, что жизнь — заранее просчитанный и состоявшийся факт, а то, что живые существа проживают на протяжении всего своего существования — запоздалая реакция восприятия реальности. Для наглядности сторонники этой теории приводят пример с грозой. Молния — это результат жизни, а гром — живое существо. Исходя из этой логики, а так же того факта, что скорость звука меньше скорости света, гром всегда на пару секунд отстаёт от молнии. В простонародии этот феномен называют судьбой. Вот только все они забывают, что жизнь — это многогранная и сложная система, которой присуща цикличность. Жизнь чередуется смертью. Сезоны, раз в год, меняют друг друга. После приливов всегда наступает отлив, а каждому затишью предшествует буря.
Хината, как никогда, отчётливо ощущала эту — ироничную - цикличность. Чувство дежа-вю, в последнее время, стало неотъемлемой частью её жизни, мешая здравой работе мозга и вызывая лёгкие приступы тошноты. Безумство. Уродливое, неестественное, искажённое… Оно медленно сводило девушку с ума; приходило во снах, мерещилось в тенях, виделось в отражениях. Правду говорили в семье Хьюго: «Святая Магдалина» смертельная ловушка для слабых духом существ. Проклятое место с самого своего открытия, ставшее для древних аристократических родов возможностью доказать всему нечестивому сообществу право на ношение своего дворянского титула. И сейчас, личным испытанием для Хинаты стала история с Розали.
Цикличность. Она преследует всех живых существ. Особенно тех, кто по каким-то причинам не унаследовал родовых способностей. Это злило. Раздражало. Выводило из себя. Хината хотела бы навсегда забыть тот день, когда они столкнулись с Розали де Эспина, но не могла. Об этой встрече ей напоминали ежедневные кошмары, где скрипучий, как старые петли дверей, голос шепчет ей о том, что было бы, если бы она не противилась своей судьбе и приняла волю книги.
Девушка раздражённо рыкнула и с остервенением бросила нож в раковину. Хината надеялась, что готовка отвлечёт её от невесёлых мыслей. Ошиблась. Она только сильнее погружала в это болото давно забытого всеми происшествия. Девушка не сомневалась, из всей их компании только она застряла с этим чёртовым проклятьем древней книги. Вот нужно было ей умудриться прочесть эти зловещие слова: «Открой душу…». Кому открыть? Зачем? Хината даже думать об этом не хотела. Прав был Гаара, когда говорил, что от неё одни проблемы, а Канкуро не хотел брать её с собой на разведку. Просто… Просто она хотела доказать, что полезна их команде, а сейчас… Наша песня хороша, начинай с начала. В этот момент Хината иронично искривила губы и опёрлась руками о кухонный стол. Ей нужно как-то пережить это и окончательно не попасть под влияние книги. Девушка издала нервный смешок. «Не попасть под влияние книги». Она сама-то себя слышит? Под влияние проклятого гримуара попадали все. Даже самые могущественные демоны. Чем она отличается от них?
— О, Хина, ты здесь. — Неожиданно раздавшийся, довольный голос Канкуро сзади, заставил Хьюго подпрыгнуть на месте и обернуться.
Собаку-но старший, медленной, пружинистой походкой подошёл к плите и с любопытством в глазах начал заглядывать в кастрюли. Видимо он только недавно вернулся с пар — на нём всё ещё был серый джемпер и джинсы, в которых демон с утра ушёл на занятия — и был чертовски голоден.
— А где остальные? — Спросил он, открывая очередную крышку пустой, пока ещё, кастрюли и недовольно кривясь.
— Лотта на репетиции группы. Гаара с Суйгецу на тренировке, а Карин, наверное, с ними или пошла по магазинам со своими знакомыми из факультета политологии. — Сухо проговорила Хината. В глубине её души тут же пробудился этот зловещий голос проклятой книги. Он заскрипел и заскрежетал, наполняя, сердце девушки отвратительным чувством ненужности. В их глазах она — справочное бюро, способная только на то, чтобы отчитываться перед другими. Служанка, выполняющая прихоти сильных мира сего.
«- Будь ты мудрее, сейчас перед тобой отчитывался бы он.» — Проскрежетал голос книги в голове Хинаты, тут же поднимая за собой целый шквал злости и негодования. В этот раз сдержать волну чувств было крайне сложно. Все попытки Хьюго воззвать к здравомыслию и рационализму потерпели крах. Даже это короткое «Хина» — Канкуро стал так обращаться к девушке после истории с Розали -, сказанное с неким хриплым придыханием, сейчас не вызвало в душе Хинаты привычного трепета и успокоения.
— Понятно. Оставили тебя здесь одну, неблагодарные. — Тем временем дружелюбно подмигнул девушке демон и заглянул в единственную булькающую кастрюлю на плите.
— А из съестного что-то есть? — С плохо скрываемой надеждой в голосе, спросил он, наблюдая, как в медленно булькающем бульоне «подпрыгивает» куриная ножка. Его вопрос стал для Хинаты той последней каплей, которая окончательно переполнила и так, заполненную до краёв, чашу терпения.
— Я тебе не служанка! — Раздражённо стукнула она рукой по столу. — Хочешь есть, приготовь сам. Или ты безрукий и безногий калека?
— Нет. — Только и смог выдохнуть, ошарашенный поведением подруги, Канкуро. Чтобы Хината на кого-то подняла голос? Да никогда в жизни такого не было. Это что-то такое же сверхъестественное, как вампиры, питающиеся, соками растений или оборотни живущие за счёт фотосинтеза.
— Неужели так сложно самому приготовить? — Тем временем продолжала девушка, которую, казалось, сейчас ничто не могло остановить от выплеска негодования. — Или все мужчины только и способны, что ждать, когда девушки их накормят, напоят и спать уложат? Самостоятельности ноль без палочки. Может тебе ещё чего сделать? Чечётку станцевать, например? Стриптиз? Массаж головы? Проститутку вызвать? Спасибо, что хоть одежду сам себе стираешь, а не разбрасываешь тонким слоем по всей ванной комнате. Ты закончил с ревизией продуктов? Значит выметайся с кухни и не мешай мне готовить ужин.
— Что с тобой? — Широко открытыми от удивления глазами, посмотрел демон на взбешённую Хинату. Такой он её ещё никогда не видел. Злая. Раздражённая. Канкуро откровенно не мог понять, причину такого поведения девушки. Может быть он ненароком обидел её? Да, вроде бы, нет. Ничего такого не было.
— Ничего. Не видишь? Я занята. — Тем временем сверкнула недобрым взглядом Хьюго, резко разворачиваясь лицом к разделочному столу и приступая к очистке и нарезке лука для зажарки.
— Что произошло? Кто тебя обидел? — Попытался понять причину такого поведения подруги Собаку-но старший. — Наруто? Это он что-то тебе сделал?
— Почему, если что-то происходит, всегда виноват Наруто? — Рыкнула на демона Хината. При этом она даже не смутилась, когда назвала Узумаки по имени. Это было так нехарактерно для неё. Хотя, после той выходки с крысами, Канкуро стал замечать некую холодность девушки по отношению к этому падшему ангелу.
Впрочем, дело было явно не только в нём. Такое состояние Хинаты уже длилось несколько дней. Особенно оно проявилось во время отборочного матча по баскетболу. Все тогда списали раздражённость их подруги на усталость, но сейчас Канкуро откровенно сомневался в этом. Чем больше он думал о происходящем, тем меньше оно ему нравилось. Не нужно быть гением, чтобы понять, что изменения в поведении девушки начали происходить после истории с Розали. К счастью, те события ещё не были припорошены песком времени и потому, каждая деталь тех дней отчётливо всплывала в памяти демона. Невольно, страшная догадка, обжигающей волной прошлась по всему телу мужчины. Неужели его чутьё всё же оказалось верным?
— Ты, знаешь ли, тоже не святоша. — Всё продолжала Хината выплёскивать свою злость, не переставая шинковать лук на мелкие кубики. — Или думаешь, что если демон, значит благороднее ангела?
— Не сравнивай меня с ним. — Угрожающе прорычал Канкуро, бросив острый взгляд на Хинату. Всего на доли секунды, но он смог заметить, как его раздражение вызвало чуть заметную злорадную ухмылку на лице девушки. — Если тебе испортили настроение, это не значит, что его нужно портить всем остальным.
— Если у тебя от правды портиться настроение, тогда это твои проблемы. Не будь неженкой. — Рыкнула девушка в ответ. В этот раз Канкуро был уверен, что не ошибся. Его злость подпитывала состояние Хинаты. Вот только механизм уже был запущен. Эмоции кипели в мужчине, мешая мыслить здраво.
— Неженкой? — Прорычал демон, позволяя негодованию бушевать. Ему определённо не нравилась такая Хината. Он хотел её встряхнуть. Отрезвить. Сделать так, чтобы она вновь стала собой.
Доли секунды и он выхватил нож из рук девушки. Грубо схватив её за талию, Собаку-но буквально впечатал Хинату в стену кухни. Канкуро был зол. Никто, даже она, не смеет сравнивать его с ангелами и, тем более, Наруто Узумаки: убийцей, садистом и настоящим деспотом. В этот момент глаза Собаку-но сверкали фиолетовым блеском, заставляя Хинату побледнеть от страха. Сейчас он ничем не уступал Гааре в силе своей ауры и непредсказуемости.
— Если ты считаешь, что моё отношение к тебе — это признак изнеженности, то неужели ты хочешь оказаться на месте обычной суккубы? — Прошипел Канкуро, стальной хваткой удерживая Хинату и заставляя её смотреть ему в глаза.
Собаку-но говорил тихо, но влияние его голоса было такой силы, что буквально оглушало девушку. Жёсткий. Металлический. Грозный. Если бы голосом можно было убить, то определённо Собаку-но Канкуро сделал это не задумываясь. Хината чувствовала как, с каждым, сказанным демоном, словом, по её спине бегут мурашки первобытного ужаса. Девушка ещё никогда не видела Канкуро таким. Хищник. Убийца. Демон. От него веяло такой смертоносной и тяжёлой аурой, что казалось только она одна могла раздавить любого, кто окажется на пути её влияния. Безжалостный. Устрашающий. Жестокий.
— Чего молчишь? Уже не такая бойкая? — Тем временем прошипел Канкуро, наклонившись к самому лицу девушки. Его поступок заставил Хинату сильнее вжаться в стену и затаить дыхание. Этот Канкуро пугал её до дрожи. Даже сильнее, чем Наруто или Саске. Намного сильнее чем Наруто и Саске.
— Ты мог уйти. — Прошептала Хината, и, не выдержав напора демона, зажмурилась.
— Я не слышу, что ты там мямлишь? — Рыкнул Канкуро, нависая над Хьюго скалой.
— Ты мог уйти и не продолжать разговор. — Вскинула она голову и, резко открыв глаза, посмотрела на Собаку-но.
Сейчас в его взгляде появилось необузданное пламя — явный признак всех демонов. У Канкуро оно имело приятный фиолетовый цвет. Холодный, напоминающий яростный шторм, но, вместе с тем, в нём было что-то притягательное. Что-то, что буквально приковывало взгляд Хинаты. Всего в доли секунды её страхи, остатки злости и раздражения, которые с таким упорством науськивал ей голос книги, полностью испарились, оставляя после себя пустоту. Глаза Канкуро, их огонь, вопреки здравой логике, не столько пугали Хинату, сколько успокаивали.
— Как любому нормальному существу, мне не безразлично резко неадекватное поведение моей подруги. — Тем временем прошипел Канкуро, замечая все изменения в мимике девушки. — Но если ты считаешь меня таким же, как и Узумаки, что же… Не буду тебя разочаровывать. Уверен суккубы обрадуются, что в наших играх появилось новое лицо. Как впрочем и влияние книги усилится. Или она не подпитывается негативными эмоциями?
— Что? Как ты узнал? — Только и смогла выдохнуть девушка, а, уже было исчезнувшее, влияние книги вновь вернулось. Мысли о том, что Канкуро мог быть популярным у противоположного пола, что он узнал о её лжи, страх, что она его подвела, всё это стало неуместной подпиткой для чуждых Хинате эмоций.
— Думаешь я не знаю, что ты мне солгала? — Хищно оскалился Канкуро, тонко улавливая своим пламенным взглядом все изменения в сердце девушки. — В тот раз важно было помочь Лотте, потому я не придавал особого значения тому, что происходило с другими. Но сейчас… Я вплотную возьмусь за тебя, малышка.
— Так что? — Канкуро даже не думал отступать или как-то сбавлять свой натиск. — Предо мной стоит Хината, которую я знаю и которой пора бежать открывать двери своему лучшему другу — ПМС, или же это чёрная душа книги? Я слушаю.
— Я… Я не знаю. — Прохрипела девушка, поджимая губы и отворачиваясь в сторону, лишь бы не видеть эти, прожигающие насквозь, глаза Канкуро. Он узнал. Теперь он наверняка её возненавидит. — Я так хотела не подвести тебя. Так старалась, но… Это сильнее меня. Оно шепчет мне каждую ночь. Показывает сладостные видения, где у меня есть магия и я ничем не уступаю тебе или Гааре. Где я могу защитить тебя, где я не бегу за тобой, а иду плечом к плечу. Да, меня бояться. Но, и тебя тоже бояться. Наруто стелиться предо мной и чуть ли не поклоняется мне… Я боюсь сама себя. Я держусь, но я уже и сама не знаю кто я такая. Я так устала. Почему в «Магдалине» всегда происходят какие-то ужасы?
— Потому что, в этом месте пытливым умам никогда не будет покоя. — Тяжело вздохнул Канкуро. Получив ответ на свой главный вопрос и, тем самым, вернув Хинату в обычное своё состояние, демон отстранился от девушки.
— Тебе стоило с самого начала сказать мне об этом. — Продолжил он после небольшой паузы, во время которой тяжёлым взглядом рассматривал Хьюго. — Удивлён, что ты вообще так долго протянула находясь под воздействием этой книги. Остальным было достаточно и пары дней, чтобы они полностью подчинились её воле. Особенно людям.
— Прости. — Только и смогла прошептать Хината, опуская голову. — Я подвела тебя.
— Я тебе уже говорил? В такие моменты ты на зайчёнка похожа. — Вопреки ожиданиям Хинаты, хитро отозвался Канкуро, чем заставил девушку поднять на него взгляд. Демон с поистине кошачьей улыбкой на губах, наклонился ближе к девушке и схватив её за подбородок слегка приподнял. — Очень любопытная зайка. И что же нам с тобой делать?
— Я всё исправлю. Смогу выстоять. — Прошептала Хината. В её душе все чувства перемешались. Паника, смущение, страх все они отражались в глазах девушки, заставляя её нервно облизывать пересохшие губы. Сейчас её мог успокоить только этот фиолетовый блеск в глазах демона.
— Ты уже выдерживаешь это. — На удивление мягко проговорил Канкуро, полностью отстраняясь и возвращаясь в своё привычное состояние. — Книга играет на наших страхах и слабостях. Пока ты умеешь чётко отделять собственные желания от желаний книги, она тобой не завладеет. Как я и сказал, удивительно, что ты так долго смогла продержаться без чьей-либо поддержки. Существа не рождаются с умением выдерживать этот натиск злобы и тьмы. Особенно люди. Даже если они выходцы из семей колдунов.
— И как этому научиться? — Немного растерянно и настороженно спросила Хината.
Она с надеждой смотрела в глаза демону, думая, что у него есть ответ на этот вопрос. Вот только Канкуро не имел ни малейшего представления как это сделать. В книгах о таком не пишут, а все те знания, которыми он обладал не распространялись на борьбу с древнейшим злом. Тем более, что природа этого зла никому не была известна. Если оно — порождение живого существа, тогда, наверняка, где-то бы сохранилось заклинание или ритуал, разрушающие его влияние. Вот только Собаку-но откровенно сомневался в этом. За столько веков, наверняка кто-то да нашёл бы способ избавить себя от оков книги. В таком случае, это зло — порождение магии; одна из её аномалий. Это означило, что шансы на исцеление с невероятным ускорениям стремятся к нулю. То, что Хината так долго смогла противостоять шёпоту книги было сродни чуду. Канкуро откровенно пугала одна лишь мысль, что случится с девушкой, если влияние книги усилится. Ещё ни одно живое существо не смогло выстоять против этой древнейшей силы.
— Мы найдём способ. — Спустя продолжительную паузу, проговорил Собаку-но. — Но больше, чтобы ничего не скрывала от меня. Поняла?
— Да. — Тихо кивнула девушка. Не нужно было быть гением, чтобы понять, что Канкуро это сказал лишь бы успокоить её. Хината это давно поняла, её судьба была предрешена уже в тот момент, когда она прочитала первые строки книги.
Хьюго, опустив голову, обошла Канкуро стороной и подошла к бурлящему на огне бульону. Пока они спорили, выясняя насколько книга овладела её разумом, вода в кастрюле практически выкипела. Тяжело вздохнув, девушка, достала куриную ножку. Вылила остатки воды. Помыла кастрюлю и, вновь набрав в неё свежей воды, поставила на огонь. Добавила куриную ножку и вторая попытка приготовить ужин начала свой финальный отсчёт.
Всё это время Канкуро внимательно наблюдал за Хинатой. В том, как она добавляла в воду соль и приправы, как аккуратно помешивала и вновь приступила к шинковке лука, чувствовалось тотальное внутреннее напряжение. В каждом её движении присутствовала озабоченность и страх. Не удивительно. Хината всегда была весьма проницательной девушкой. Она прекрасно понимала, чем закончится эта история. От этого осознания в душе демона забурлило это выматывающее чувство смеси бессилия и злости. Стоять и наблюдать, как с каждым днём, а возможно и каждой секундой, душа Хинаты истончается, а сердце чернеет было сродни тому, как люди наблюдают за медленной смертью неизлечимо больного человека. Это опустошало. Во второй раз в жизни Канкуро почувствовал себя настолько беспомощным. Он поклялся, что больше не допустит подобной ситуации; что будет всё просчитывать наперёд. Замечать. Предотвращать. Вот только всё тщетно. Сейчас все его знания о магическом и потустороннем — бесполезны. Все его умения не защитят Хинату от силы книги. Мужчина сжал руки в кулаки, стараясь тем самым себя успокоить и мыслить рационально. Получилось только на половину. Ещё тлеющий в очерствевшей душе демона огонёк надежды, не переставал уверять его, что из этой ситуации может быть выход. Стойкость Хинаты. Она невероятная. Девушка смогла продержаться так долго, неосознанно отделяя желания книги от своих собственных. Возможно в этом их спасение? Канкуро нахмурился пуще прежнего. Он найдёт способ если не избавить Хину от влияния книги, то уменьшить её воздействие точно.
— А кто-то дочитывал эту книгу до самого конца? — Спустя продолжительную паузу, тихо спросила Хината, помешивая на сковородке лук с картошкой и морковью.
— Насколько мне известно, нет. — Задумчиво протянул демон. — А почему ты спрашиваешь?
— Может быть, ответы на наши вопросы мы найдём в записях этой книги? — Предположила Хината и, накрыв сковороду крышкой, обернулась к Собаку-но. — Я всё равно прочитала первые строки. Может быть, я смогу дочитать её до конца?
— Исключино. — Категорично заявил демон, резким шагом подойдя к стене кухни и, сложив руки на груди, облокотился о неё.
— Но почему? Вдруг там будут подсказки.
— Это опасно. — Жёстко отрезал он, а потом, выдохнув негодование от сложившейся ситуации, продолжил. — Эта книга создавалась одержимыми колдунами, демонами и другими существами, чьи души были полностью порабощены ею. Чем дольше и больше ты будешь читать то, что там написано, тем сильнее будет распространяться на тебя влияние книги. Никто не знает, что конкретно там написано, но это может если не убить тебя, то свести с ума точно. Те кто пытался прочесть уже никогда не становились прежними. Более того, сама книга хочет, чтобы её строки читали.
— Почему? Что это ей даёт? — Не унималась Хината, которой хотелось действовать.
— Когда живое существо читает, оно невольно впускает в свою душу частичку книги. Её дух. Её историю. — Медленно, подбирая каждое слово, словно кот, протянул Канкуро. — Разные книги оставляют в душе существа свой след. Одни глубокий, другие поверхностный… Но ни одна книга не оставляла своего читателя равнодушным. В отличии от обычных книг, эта пробирается в саму душу читателя, через вот эти вот «следы» от прочтения. Таким образом она лишь сильнее начинает укрепляться в душе своей жертвы, подпитываясь её страхами и эмоциями.
— Но разве мы не можем тоже воспользоваться этим? — После недолгих раздумий спросила Хината. Она подошла к Канкуро и умоляюще заглянула ему в глаза. — Давай рискнём. Вдруг это сработает? Ты сам сказал, что эту книгу писали её жертвы, возможно, они оставили подсказки? К тому же, я могу её читать в твоём присутствии и ты всегда сможешь узнать насколько сильно она влияет на меня и вовремя остановить.
— Нет. — Последовал безапелляционный ответ мужчины. Он оттолкнулся от стены и, подойдя к разделочной доске, навис над ней.
— Но почему?
— Я не смогу тебя защитить, если книга возьмёт над тобой верх! — Обернувшись, воскликнул он. Слишком эмоционально. Он явно терял хладнокровие и невозмутимость, что всё это время непроницаемой маской застыла у него на лице. — Ты забыла что сделала Розали, когда книга полностью подчинила её своей воли? Хочешь стать убийцей?
— Но я и так ею стану. — Горько усмехнулась Хьюго. Она подошла к демону и аккуратно накрыла его руку своей. — Рано или поздно сила книги поглотит меня. Так не проще ли использовать это время, пока я ещё более-менее вменяемая и не жалуюсь на провалы в памяти, чтобы узнать как лечить этот «недуг»?
— Давай рискнём. — Тихо, но не менее настойчиво продолжила Хината, когда Канкуро, никак не отреагировав на её слова, отвернулся и уставился в одну точку перед собой. Девушка сильнее сжала его руку, а потом резко отпустив, дотронулась до края джемпера и, чуть оттянув его ворот, показала мужчине его брошь. — Когда ты дал её мне, то сказал, что мы в одной команде. Ты поверил в меня, когда я сама отчаялась что-либо сделать. Ты вселил в меня эту веру в себя. Научил бороться со своими страхами. Пускай и не так бесстрашно, как все вы, но всё же… Я хочу оправдать ношение этой броши. Хочу, чтобы связь покровитель-подопечный не была пустым звуком.
— Эта брошь не защитит тебя от влияния книги. — Хмуро и после продолжительной паузы проговорил Канкуро. — Для этого она слишком слаба. Она направлена на совершенно другое…
— Я знаю. — Перебила демона на полуслове Хината. — Но это твоя брошь и ты большую часть времени находишься рядом. А твоя сила куда могущественнее броши. Сам ведь сказал, что «мы» найдём способ противостоять древнему злу.
— Знаешь, — после продолжительной паузы серьёзно протянул демон. — Это «мы» из твоих уст звучит так сексуально.
— Канкуро! — Воскликнула Хината, в момент залившись краской смущения, чем вызвала его громкий и заразительный смех. — Я серьёзно с тобой, а ты… Вот признайся, Гаара стал таким из-за твоего пагубного влияния?
— О нет. Мы хоть и читали одни и те же похабные журналы, но он и без моей помощи прекрасно справлялся со своим либидо. — Хохотнул демон, заставляя Хинату обречённо помотать головой и, что-то тихо ворча себе под нос, вернуться к готовке.
— Не пожалей потом о своём решении, малышка. — Уже тише и серьёзнее добавил Канкуро. Он засунул руку в карман джинсов и достал небольшую конфетку в яркой обёртке. Миг и он уже протягивает угощение девушке.
— Уже поздно жалеть. — В тон ему ответила Хината, принимая «подарок» и вновь заливаясь густым румянцем. Фраза, брошенная Канкуро после боя с Розали, постоянно всплывала в голове Хьюго всякий раз, как она видела в его руках конфеты. Возможно, однажды она разгадает и её личную загадку: чьи именно поцелуи заменяет сладостями Канкуро?
Постепенно, маленькая кухня шестого этажа начала заполняться его жителями. К тому моменту как Хината закончила с готовкой, пришла Карин. Девушка бодрым шагом зашла на кухню, неся в руках огромные пакеты. В одном из них были продукты вместе с бытовой химией, в десяти других — одежда. Как выяснилось, Узумаки встретила свою школьную подругу, которая тоже училась в «Святой Магдалине» но на факультете дизайна, и они вдвоём решили устроить себе вечер СПА и шопинга… за счёт кредитки Суйгецу. Узнав об этом, Канкуро издал нервный смешок и заявил, что перспектива не заводить отношения весьма стратегически выгодная. Его слова вызвали целую волну негодования у девушек, что заметно позабавило самого демона.
Суйгецу и Гаара пришли одновременно и смертельно уставшими. Хозуки, даже не обратив внимание на количество покупок своей девушки, тут же, без сил, утонул в её объятиях. Как выяснилось, тренер мужской баскетбольной команды не жалел своих подопечных. Асума гонял парней, будто готовил их к победе в олимпийских играх, а не в межфакультетных соревнованиях одного единственного университета. В отличии от Суйгецу, у которого ещё оставались силы жаловаться на их с Гаарой незавидную участь, сам Собаку-но младший мог лишь молча кивать. Он с блаженством развалился на кухонном стуле и откровенно наслаждался возможностью просто посидеть и отдохнуть. Единственное, что услышали из его уст друзья: «Кто-нибудь, дайте воды.»
Последней на кухню завалилась Шарлотта. Она появилась уже тогда, когда Хината с Карин заканчивали сервировать стол к ужину, а Гаара не мог скрыть беспокойных взглядов на часы и окно, за которым стремительно темнело. Девушка была такой же уставшей, как и Собаку-но с Хозуки. Взмыленная и измотанная она буквально рухнула на стул рядом с Гаарой и без сил откинулась на его спинку.
— Тебе тоже воды? — Полюбопытствовала Карин, вскинув идеально выщипанную бровь, и с чуть уловимой насмешкой во взгляде посмотрела на подругу. В ответ Кицу помотала головой и, прикрыв глаза, просипела:
— Перекись водорода и чай с мёдом.
— Святые угодники, что с тобой? — Опешила Узумаки, услышав голос Кицу, тогда как все остальные выжидающе уставились на Шарлотту.
— Голос посадила. — Просвистела Кицу.
— По пожизненному? — Ляпнул Суйгецу, заставляя парней издать неопределённый звук, который явно скрывал смех.
— А перекись нужна, чтобы условно-досрочно его вернуть? — С хитрыми искрами в глазах вторил другу Гаара. Его слова заставили Кицу обречённо помотать головой, после чего она, вместо ответа, показала ему левую руку. На подушечках её пальцев были тонкие порезы.
— Как? — Только и спросил Собаку-но младший, озорство которого в доли секунды улетучилось. Он хмуро рассматривал ранки девушки и впервые в жизни ощущал это странное щемящее чувство в груди. Волнение? Беспокойство? Злость? Нежность? Гаара не мог сказать, что именно это было, но ему совершенно не нравилось то, что с ним происходило в последнее время.
— Твоя тяга самоубиться теперь обрела мазахистскую форму? — Едко спросил он, сам не понимая почему так злиться.
— Мы переборщили с репетицией. — Всё же прохрипела в ответ Шарлотта. Выяснять отношения совершенно не хотелось, особенно, когда от несколько часовых прыжков, надрывного пения и выплеска всей имеющейся в организме энергии болела каждая клеточка тела. — Выступление уже на следующей недели и все словно с цепи сорвались. Особенно Мелуна.
— Мелуна? — Полюбопытствовала Карин, помогая Хинате приготовить чай для подруги с, непонятно кем и когда купленным, мёдом.
— Бас-гитара. После… — Лотта запнулась, но, очень быстро взяв себя в руки, продолжила. — После смерти Эрвина, она стала лидером группы. Сейчас она требует от нас прыгнуть выше головы. Работать на износ и потом же винит нас в том, что организм сдаёт. У каждого из нас. Если дальше так продлиться, группа после выступления просто распадётся. Не выдержит перфекционизма Мелуны.
— Откуда этот пессимизм? — Вскинул бровь Суйгецу. — Ты же говорила, что в «Тайфуне» все дружны.
— Говорила, но теперь не уверена. — Поморщившись от неприятных ощущений в горле, отозвалась девушка. — Смерть Эрвина повлияла на всех и, в особенности, на группу. Такое ощущение, словно Мелуна пытается доказать что-то и мы — её «творение», которое не соответствует изначальному идеальному эскизу. Это убивает.
— Понятно. — Хмуро кивнул Гаара, пристально наблюдая за Шарлоттой. Миг и он буквально приказал: — Обработай раны.
— Да ладно. Уже почти зажило и даже не болит. — Отмахнулась Шарлотта, посмотрев на свои пальци. Было неприятно, но не так, как во время игры. Девушка даже думать не хотела, как она завтра будет держать в руках гитару. В голове тут же появились жуткие картинки окровавленных струн, а пальцы отозвались острой пульсирующей болью. Кицу вздрогнула и тряхнула головой. Реалии «Святой Магдалины» могли взбудоражить фантазию покруче книг Стивена Кинга. Миг и девушка невольно посмотрела на Гаару. Он гипнотизировал её и явно хотел, чтобы их взгляды встретились. Сейчас он был похож на ещё одну жуткую достопримечательность университета. Лотта уже давно не видела у него этот убийственный взгляд, способный уничтожить любого, кто посмотрит ему в глаза.
— Обработай раны. — Угрожающе повторил он, явно давая понять, что если Шарлотта его не послушается, он применит силу.
— Слушай, я так хорошо сижу, не напрягай, а… — Попыталась возразить девушка, но её буквально приковал к стулу жёсткий ответ демона.
— Ты в «Святой Магдалине» находишься. — Гаара был на взводе. Почему эта девчонка не может сразу выполнять то, что он ей говорит? Для её же блага старается, а она… — С твоей стороны весьма безрассудно ходить с открытыми ранами с которых может капнуть кровь.
— Слушай, но не открою же я портал в Ад. Или ты боишься, что родственники решат придти зачётку проверить? — Пыталась отстоять своё банальное, человеческое желание спокойно посидеть и позволить работать только одной извилине.
— Когда они придут — поздно будет. — Злорадно, с не лишённой в голосе угрозой прошипел Собаку-но младший. Его реакция красноречиво говорила, что если сейчас Шарлотта сама не встанет, он её поднимет и сам отнесёт обрабатывать раны. И что-то подсказывало девушке, что данная процедура в исполнении демона ей не понравиться.
— Иди. — Кивком головы указал демон на выход, лишая Шарлотту выбора.
— Сама забота. Аж противно. — Буркнула Кицу недовольно и, с тихим стоном встав со своего места, поплелась в сторону их с Хинатой комнаты.
— В следующий раз помогать не буду. Сама с одержимостью справляться будешь. — Бросил ей вдогонку демон. Вот упрямая девчонка. Да и он не лучше. Где это виданно, чтобы он так нянчился с девушками? Вот, спрашивается, почему его буквально распирает волнение и злость, если с ней что-то происходит без его ведома? И ладно если бы что-то хорошее происходило, а так, вечно она, если не убиться пытается, то на тот свет её хотят отправить другие?
— Вы как семейная пара со стажем. — Не удержался от комментария Суйгецу, глядя на Собаку-но младшего поверх телефона, где изучал последние изменения в законодательстве. — Постоянно цапаетесь, но при этом готовы любому глотку перерезать, если он попытается навредить одному из вас.
— Видимо, тебе сегодня во время игры хорошенько мячом приложили. — Проворчал Гаара, бросив острый взгляд на друга. — Говоришь хрень всякую.
— Хрень? — Вскинул бровь Суйгецу и подперев телефоном подбородок наигранно задумчиво протянул глядя на демона: — А кто буквально по запаху определил, что с Лоттой что-то не так, когда ею овладела Розали? Кто постоянно смотрит на время, когда она задерживается? Кто в любое время дня и ночи готов бежать по первому её зову? Признай, друг, Лотта тебе не просто голову вскружила, она её полностью снесла.
— Чушь. Я не влюблён в неё. — Прошипел Гаара и категорично добавил. — Я что ли виноват, что она встревает во всякого рода передряги, а мне спасай? Тем более что живём в одном боксе. Видит Молох, я давно хотел переехать.
— Если переедешь, кто тебя будет вкусными завтраками кормить? — Тихо спросила Хината, ставя рядом с тарелкой супа Шарлотты её свеже заваренный чай.
— Суккубы. — Буркнул Гаара, бросив недобрый взгляд на Хьюго и заставив её неуютно передёрнуть плечами.
— Ну как знаешь. — Прошептала себе под нос девушка, садясь на своё место между Карин и Канкуро.
На какое-то время кухня погрузилась в тишину. Суйгецу вновь уткнулся в свой телефон, Канкуро с усердием намазывал кусочек хлеба маслом, Карин проверяла соцсети, а Гаара, уставившись в одну точку, задумчиво водил ложкой по бульону у себя в тарелке. Вот только несмотря на эту привычную умиротворённость и спокойствие, Хината ощущала напряжение. Эта тишина давила, заставляя девушку мучительно придумывать тему для поддержания разговора. Боясь, что подобное состояние могло быть вызвано влиянием книги, Хината тихо и неуверенно спросила:
— А почему в «Магдалине» нельзя ходить с порезами?
— Это не безопасно. — Пожал плечами Канкуро. Он, отложив намазанный кусок хлеба на край тареоки, повернулся к Хьюго и весьма серьёзно проговорил:
— «Святая Магдалина» — старое и тёмное место. Ты и так это знаешь, как и то, что первыми студентами были выходцы из очень влиятельных демонических семей. — В этот момент Хьюго кивнула. — Чего ты наверняка не знаешь, так это то, что в программу обучения демонов входило углублённое изучения магической материи и природы магии. На некоторых курсах ученики практиковались создавать незримые пентаграммы.
— Незримые пентаграммы? — В этот раз в разговор вмешалась Карин, отложив телефон на край стола.
— Высшая тёмная магия. — Мрачно проговорил Суйгецу, проделов со своим телефоном то же самое. — Только некромант, колдун или высший демон с сильным магическим контролем могут создать подобное.
— И как они это делают? — Вдруг раздался сиплый голос, вернувшейся Шарлотты. Она бодро подошла к столу и, заняв своё место, с любопытством посмотрела на остальных. Это был один из тех редких моментов, когда их компания обсуждала что-то из основ магии. Подобные темы всегда увлекали Кицу, но она не хотела навязываться с расспросами, прекрасно понимая, что многое ей не расскажут. Человеку не положено погружаться в демонический мир.
— Магической энергией. — Отозвался Канкуро, вместе с остальными приступая к своему супу. — Её не видит даже тот, кто накладывает пентаграмму, но он её чувствует. Некоторые сравнивают это с ощущением, будто следишь за дуновением ветра.
— И вы умеете это делать? — Любопытно спросила Хината, буквально ловя и впитывая каждое, сказанное демонами и некромантом, слово.
— Нет. — На этот раз отозвался молчавший Гаара, с удовольствием съедая ложку супа. — Из всех присутствующих здесь никто не может создать нечто подобное.
— И она настолько опасна, что нельзя ходить по территории «Магдалины» с порезами? — Вновь спросила Хината, передавая Карин солонку.
— Настолько опасна. — Собаку-но младший коряво передразнил голос Хинаты. Его реакция заставила девушку неуютно поёрзать на стуле, а Шарлотту ощутимо наступить несносному демону на ногу.
— Пентаграммы реагируют на кровь. — Сдержанно проговорил он, при этом, взглядом убив Шарлотту. — Конечно, любая пентаграмма настолько опасна.
— Проблема незримых ещё и в том, что их не видно. — Иронично усмехнулся Канкуро, пытаясь смягчить комментарий Гаары. — Ты никогда не знаешь где именно она будет установлена. Тем более, что раньше многие демоны и некроманты практиковали нанесение таких пентаграмм в качестве «весёлого развлечения».
— «Весёлое развлечение»? — Переспросила Лотта, делая глоток чая с мёдом и чувствуя, как он успокаивает раздражённое горло.
— Тот, кто попадёт в неё может получить самые разные… последствия. — Мрачно кивнул Суйгецу: — Веселье для доморощенных ублюдков. Человек попав в эту пентаграмму, считай, обречён на гибель. Без посторонней помощи не выберется никогда. И хорошо, если из неё он выберется не по частям.
— Да и последствие активации такой пентаграммы тоже могут быть очень «весёлыми». — Добавил Гаара, скосив взгляд на, притихшую и смотрящую на свою обработанную руку, Шарлотту. — Смерть иногда может показаться спасением.
— Весёлое всё же это местечко. — Криво усмехнулась Кицу, переведя взгляд на Гаару. Всего на доли секунды их взгляды встретились и демон, не меняя тона, кивнул.
— Очень весёлое.
Остаток ужина прошёл относительно спокойно. Шарлотта с Хинатой обдумывали услышанное, а остальные обсуждали незначительные детали своей демонической и некромантской жизни. Суйгецу всё же узнал про десять пакетов обновок, которые принесла Карин и пообещал больше никогда не давать девушке свою кредитную карточку. Канкуро откровенно наслаждался перепалкой влюблённой парочки, а Гаара, подперев голову рукой и медленно потягивая свой чай, с лёгкой улыбкой на губах, наблюдал за происходящим. Это был один из тех умиротворённых моментов, когда каждый из компании эмоционально восстанавливался после тяжёлого учебного дня. Шарлотта не раз ловила себя на мысли, что, возможно, такая усталость студентов обусловлена «прожорливостью» университета; словно он пожирает часть жизненной энергии тех, кто долго находиться на его территории. Глупости, конечно, но… Кто знает на что способно древнее и тёмное заведение с кровавой историей.
Какой бы кровожадной не была «Святая Магдалина», преподаватели явно занимали лидирующие позиции в этом. Придти на пару неподготовленными, всё равно, что подписать себе смертный приговор. Поэтому, уже по устоявшейся традиции, после ужина, студенты приступали к выполнению своих университетских обязанностей. Это был «тихий час» для всего шестого этажа. На это время даже Гаара с Шарлоттой прекращали свои споры и, словно по заветам нерушимых законов Джунглей, устанавливали временное перемирие. Нередко можно было увидеть как они тихо обсуждали спорные нюансы законодательства или друг у друга переписывали ответы на контрольные вопросы.
— У тебя есть запасная ручка? — Спросила Лотта у Гаары, когда в какой-то момент её собственная перестала писать. Мужчина молча протянул ей одну из своих перьевых ручек, даже не оторвав взгляд от конспектирования очередной темы.
— С такими темпами удивлён, что закончилась только одна ручка. — Недовольно проворчал Суйгецу, раздражённый количеством необходимого материала для одного вопроса. — И почему им нужен именно письменный текст? Мы что в девятнадцатом веке? Пишем пером и только на пергаменте?
— Пергамент вышел из моды ещё в средние века. — Проворчал Канкуро, быстро набирая текст своей курсовой работы на компьютере, переодически сверяясь с текстом какой-то толстенной и заметно потрёпанной книги.
— Спасибо за просвещение. — Проворчал недовольный Хозуки. — Почему и мы не можем печатать текст нашей домашней работы на компьютере?
— Таковы правила. Что-то не нравиться напиши жалобу. — Монотонно отозвался Гаара, не отрываясь от своей работы.
— У тебя есть картридж с чернилами? — Вдруг спросила Шарлотта обращаясь к демону. — Гаара.
— М-м?
— Твоя ручка тоже не пишет.
— М-м? — Вновь издал Собаку-но младший, но на этот раз возглас прозвучал удивлённо. Такого ещё никогда не было. В его ручках всегда есть чернила. Он сам проверял недавно. Мужчина всё же оторвался от книги и перевёл вопросительный взгляд на перьевую ручку в руках Кицу. Только сейчас он понял какую именно ручку отдал Лотти; ту, что он нашёл в заброшенной части библиотеки.
— Дай сюда. — Проворчал он и, повинуясь природному любопытству, открутил часть корпуса ручки. Из него, вопреки ожиданиям мужчины выпал небольшой, скрученный в трубочку, клочок бумаги.
— Что это? — Удивлённо вскинула бровь Шарлотта, ближе пододвинувшись к другу, чтобы рассмотреть находку. Её вопрос привлёк внимание и остальных.
— Похоже на записку. — Протянуда Хината, озадаченно глядя на записку.
— Да ты прям сама наблюдательность. — Не удержался от едкости Гаара.
— А я не знала, что ты до сих пор играешь в шпионские игры. — В тон ему подшутила Лотта, заставляя демона нахмуриться.
— Это не моя ручка. — Отозвался он, внимательно рассматривая клочок бумаги и заглядывая в корпус ручки в поисках ещё какого, неожиданного, содержимого.
— Ну да. Это теперь так называется? — Недоверчиво усмехнулась Кицу в ответ, чем вызвала недовольный рык демона. Он резко повернулся к девушке и раздражённо проговорил.
— Именно так. Эту ручку я нашёл в заброшенной части библиотеки, когда искал, как спасти твою деятельную задницу от влияния Розали.
— Ты ничего об этом не говорил. — Удивлённо проговорил Канкуро, внимательно глядя на брата.
— Я, по-твоему, не мог забыть? — Гаара недовольно закатил глаза, а Карин взяла записку и развернула её.
— Это… какой-то код. — Протянула она озадаченно и перевернула записку так, чтобы её содержимое видели все. На неровном клочке белой бумаги мелким почерком и явно в спешке было зацарапано: «Они что-то заподозрили. Не делай глупостей, Куаренс. День иды, 7-4-8-5.»
— Что за чёрт? — Выдохнула Кицу, а в следующий миг болезненно застонала и, схватившись за грудь, согнулась.
— Лотта, ты впорядке? — Обеспокоенно спросила Хината, приподнимаясь со своего места, чтобы оказать первую помощь подруге.
— Да. Всё хорошо.
— Всё ещё болит? — Хмуро осведомился Канкуро, внимательно наблюдая за состоянием девушки. Она держалась именно за то место, куда попала пуля из пистолета Гаары. — Скоро две недели будет. Должно было уже пройти.
— Просто, у Гаары тяжёлая не только рука, но и выстрелы. — Прохрипела Кицу, с кривой ухмылкой на губах.
— Просто ты, даже как для человека, слаба. — С надменностью в голосе отозвался демон, за которой скрывал беспокойство.
— Зато ты сильнейший мира сего. — Парировала девушка, медленно выпрямляясь. Боль прошла так же резко, как и появилась. Пара секунд и Шарлотта спрашивает, кивком головы указывая на клочок бумаги. — Что будем делать с этим?
— Пока ничего. — Отозвался Канкуро и пытливо посмотрел на брата. — Ты нашёл это в библиотеке?
— Да. — Кивнул он, нахмурившись. — Лежала на столе в заброшенной её части. Её положили туда совсем недавно. В этом я уверен.
— Почему? — Полюбопытствовала Карин, вертя в руках стержень перьевой ручки.
— Не удивлюсь, если там не убирались со времён средневековья. — Насмешливо проговорил Гаара. — Чернила, гусиные перья, пауки в качестве приятных собеседников и вековая пыль с палец толщиной — вот и весь живописный антураж.
— Значит, это предназначалось кому-то и явно не нам. — Мрачно проворчал Суйгецу. — Наверняка, тот кто оставил это послание уже знает, что оно не дошло до адресата.
— Это плохо? — Полюбопытствовала Хината, переводя обеспокоенный взгляд с одного мрачного друга на другого.
— Смотря к какой внутренней силе относятся герои данной драмы. — Проворчал Канкуро.
— День иды… — Протянула Карин. — Выглядит как обозначение какого-то конкретного дня.
— Двух. — Отозвалась Хината, посмотрев в записку и задумчиво поджав губы.
— Двух? — Переспросил Суйгецу и обведя всех присутствующих озадаченным взглядом остановил его на Хьюго и насмешливо проговорил: — Может просветишь?
— День иды. Древние римляне так отсчитывали дни месяца. — Тихо проговорила девушка, отвлекаясь от записки. — Каледы — это были первые дни месяцев, а так же первый день новолуния. Иды — тринадцатый или пятнадцатый день. Он же был днём полнолуния. Ноны — пятый или седьмой. Также это был день первой четверти луны.
— И от чего зависит такой разброс в дате? — Полюбопытствовал Гаара, глядя на подругу.
— От самого месяца. — Быстро ответила Хината. — В марте, мае, июле и октябре день иды выпадал на пятнадцатое число, а ноны на седьмое. Во все остальные дни это был тринадцатый и пятый день соответственно.
— Я думала ты отличница только в юриспруденции, а ты ещё и такое знаешь. — Опешила Карин, с неким восхищением глядя на подругу.
— Просто в детстве было интересно такое. Помню одно время я даже исчисляла дни по древнеримскому календарю. — Скромно улыбнувшись, отозвалась девушка.
— Странные у тебя игры были. — Брякнул Канкуро, как-то подозрительно глядя на Хинату.
— Не желаю слышать это от демона. — Отозвалась Шарлотта, защищая подругу.
— Думаю, в нашем случае имелось ввиду пятнадцатое число. — Проговорил Гаара, задумчиво обхватив рукой подбородок.
— Почему? Вдруг эта ручка пролежала там с прошлого месяца? — Весьма логино возразил Суйгецу. — Пока мы не узнаем к чему именно это относится, мы не можем быть уверены на сто процентов.
— Я уверен. — Прямо заявил демон, резко вздёрнув подбородок от чего прядь его волос выбилась из причёски — он собрал волосы в короткий хвост на затылке, чтобы не мешали работе — и упала ему на глаза.
— Ручка была слишком чистой. Её определённо положили совсем недавно, так что… Я уверен, речь идёт об этом месяце. — Безапелляционно заявил Собаку-но младший, тем самым давая понять остальным, что его не переубедить в обратном.
— Ладно. Тебе виднее. — Не стал спорить Хозуки. — Но это не даёт ответа на самый главный вопрос: кто этот Куаренс и для чего эти цифры?
— Такое ощущение будто сама «Магдалина» втягивает нас в какую-то заварушку. — Мрачно проворчала Шарлотта, которой не нравились подобные вещи в реалиях университета кишащего нечистью и монстрами.
— Надеюсь, это не закончиться ещё одной трагедией. — Проворчал Канкуро, недовольно глядя на разобранную перьевую ручку и записку. — Нам стоит держать это в тайне, пока мы не поймём кто за всем этим стоит.
