everytime

После удачно завершенной подачи Хината улыбается так ярко и ослепительно, что в какой-то момент Кагеяма даже не прочь закрыть глаза руками и прижаться плотнее к рыжеволосой макушке. Вместо этого он усиленно хмурит брови и прожигает тяжелым взглядом, выслушивая как сдержанно хвалят Шое семпаи. Тобио тоже хотел бы так, дружески, тепло, по-домашнему. Хотел бы подойти, улыбнуться, похлопать по плечу (а может быть даже и приобнять), вот так по-доброму, как они, вызывая улыбку и блеск в янтарных глазах. Да вот только наврядли получится, – не умеет, не создан, да и еще тысячи «не» в графу пустых оправданий перед самим собой. Обжигает холодным взглядом, краем глаза ловя усмешку проходящего мимо Цукишимы и брошенное будто бы невзначай «пялишься». И закипает. В прямом смысле закипает, потому что Кей – чертов умник и знает все наперед, потому что он и сам все осознает, потому что мяч из рук выпадает совершенно не вовремя и не к месту, гулом удара о пол обращая внимание всех присутствующих на себя. Рыжеволосый придурок оборачивается также медленно, как это происходит обычно в каких-нибудь заезженных фильмах ужасов и со взглядом встречается, но ничего не говорит. Кагеяма раздражается еще больше от явно затянувшегося молчания, слыша смешок сбоку и протяжное «король сегодня явно не в духе» в свой адрес от лица человека, которому Тобио уже давным-давно задолжал пару хуков в наглую рожу. – Ну, а ты, Кагеяма? Что думаешь? – выводит пронзительный голос из транса, и темноволосый вроде бы даже слишком резко одергивается, ловя удивленный, но такой нежеланный взгляд проблемы сия ситуации, но сдерживается, выискивая глазами нарушителя его мысленного спокойствия. Даичи смотрит внимательно и как будто бы чего-то выжидает, да вот Кагеяма либо туп как пробка, либо действительно чего-то не понимает, но продолжает молчать, потупив взгляд в пол. Мысли хаотично крутятся в голове, и Тобио вроде бы даже уже подобрал нужные слова, да вот только в горле ком, и щеки предательски краснеют, отчего ехидные смешки двух закадычных друзей и уже почти откровенная ухмылка чертового ублюдка (читайте: Цукишимы) явственней проступают в давящей на виски тишине. Должно быть, Хината слишком сильно сверкал призрачной надеждой на дне янтарных глаз. – Кагеяма? – Да что Вы, черт возьми, от меня хотите? Из-за одной-единственной в тысячу лет нормальной подачи какой-то малявки мне теперь в ноги перед ним склониться что-ли? Если уж на то пошло, мог бы и лучше. Как был неучем, так им и остался. И, гордо вскинув подбородок, темноволосый удалился, стараясь не слышать разочарованное «это в его стиле», «ничего удивительного» и «не грусти, Хината» позади и не воображать расстроенное лицо сокомандника, чтобы ночью не винить себя и не искать тысячу оправданий на тему «Почему Кагеяма Тобио такой сказочный идиот?».