На пути к счастью. Попытка вторая

Несколько лет спустя ___________________________________ Что такое жизнь? - Жизнь - это мечта. За рутиной повседневности мы часто забываем об этом. Каждый наш день наполнен однообразием, наши ближайшие планы известны близким, друзья подстраиваются под наш ритм. Так люди живут миллионами, считая такой расклад правильным, надежным и даже необходимым. Это переходит за рамки приличия, когда человек начинает болеть повседневностью. Любая смена направления, неожиданность, незапланированное событие могут вывести из равновесия. Погруженные в работу, мы забываем, что лучшие наши годы - на то и лучшие, чтобы запомниться на всю жизнь. Жизнь - это Мечта, да мечта с большой буквы. И только мы знаем, что эту мечту сделает по-настоящему счастливой. Так. Жизнь - это судьба, которая исключительно в наших с вами руках. Поэтому не позволяйте кому-то рушить вас, ваш внутренний мир, где эта самая душа кроется, в надежде на высвобождение. Не стоит списывать на экзамене у человека, который своими силами зарабатывает оценку. Вам ясен мой посыл, мистер Салливан? Хотите ли вы, чтобы я поставила Эприл неудовлетворительно только потому, что она великодушно решила вас выручить? Эприл, а ты поняла меня? Хочешь ли ты, чтобы этот юноша искалечил твое будущее, причем с твоего же позволения? Мои дорогие ученики большими и совершенно невинными глазами взирают на меня. Ну, разумеется, они удивлены, что я вообще заметила. - Салли, я прошу тебя, сдай свою работу. Эприл, встань. Меня прилежно слушаются. Ну, не дети, а мечта! - Хорошо. Поменяйтесь вариантами, пожалуйста и сядьте по разным партам. Надеюсь, вы не станете примером для ваших одноклассников. Итак, если вы позволите, мы продолжим. К слову, до конца экзамена осталось совсем немного, двадцать минут. Кто не успел, тот опоздал. Скажите спасибо Салливан и Эприл. Дружное, но не очень дружелюбное, "Спасибо" раздаётся на всю аудиторию. Я сажусь за свой стол и точно знаю, что двадцать минут перемены и своего личного времени я подарю ребятам. Все-таки, я против этих письменных экзаменов по каждому предмету. Они ведь не выпускники! Но, так сказать, я ничего поделать не могу, изменить тем более. Разве что помочь детям пережить это без серьёзных нагрузок на нервную систему. Хоть они у меня уже не маленькие, я все равно тщательно отслеживаю каждый их шаг. Если вспомнить себя, то я в их возрасте пряталась от преподавателя журналистики в саду университета. В прекрасном саду, правда говоря. Ну, и активно пыталась не спиться, тренируя выдержку и выносливость своего молодого организма каждую пятницу. Мда. О чем это я? Ах, да. Я слежу за каждым их шагом. Поэтому мой долг, как преподавателя, поймать и отчитать. А вот эти все методы с ненавистью и испытыванием отвращения ко всем описывающим личностям чушь полная, не для меня. С каких это, спросите вы, пор чушь полная - это не моё? Ну-с, людям свойственно меняться свои приоритеты. Ну, и себя, разумеется. ? Хотите ли вы, чтобы я поставила Эприл неудовлетворительно только потому, что она великодушно решила вас выручить? Эприл, а ты поняла меня? Хочешь ли ты, чтобы этот юноша искалечил твое будущее, причем с твоего же позволения? Мои дорогие ученики большими и совершенно невинными глазами взирают на меня. Ну, разумеется, они удивлены, что я вообще заметила. - Салли, я прошу тебя, сдай свою работу. Эприл, встань. Меня прилежно слушаются. Ну, не дети, а мечта! - Хорошо. Поменяйтесь вариантами, пожалуйста и сядьте по разным партам. Надеюсь, вы не станете примером для ваших друзей. Итак, если вы позволите, мы продолжим. К слову, до конца экзамена осталось совсем немного, двадцать минут. Кто не успел, тот опоздал. Скажите спасибо Салливан и Эприл. Дружное, но не очень дружелюбное, "Спасибо" раздаётся на всю аудиторию. Я сажусь за свой стол и точно знаю, что двадцать минут перемены и своего личного времени я подарю ребятам. Все-таки, я против этих письменных экзаменов по каждому предмету. Они ведь не выпускники! Но, так сказать, я ничего поделать не могу, изменить тем более. Разве что помочь детям пережить это без серьёзных нагрузок на нервную систему. Хоть они у меня уже не маленькие, я все равно тщательно отслеживаю каждый их шаг. Если вспомнить себя, то я в их возрасте пряталась от преподавателя журналистики в саду университета. В прекрасном саду, правда говоря. Ну, и активно пыталась не спиться, тренируя выдержку и выносливость своего молодого организма каждую пятницу. Мда. О чем это я? Ах, да. Я слежу за каждым их шагом. Поэтому мой долг, как преподавателя, поймать и отчитать. А вот эти все методы с ненавистью и испытывание отвращения ко всем списывающим личностям чушь полная, не для меня. С каких это, спросите вы, пор чушь полная - это не моё? Ну-с, людям свойственно меняться свои приоритеты. Ну, и себя, разумеется. Как бы ни хотелось, а собирать работы всё же приходится. Щенячьими глазами студенты смотрят на меня. Некоторых я глажу по голове, кому-то ободряюще улыбаюсь. Выходя за дверь, они тоскливо посматривают на листочки в моих руках. Я обращаются свой взгляд на часы и понимаю, что мои хорошенько коллеги уже ждут меня в кафетерии. Не время для сантиментов. В отличие от моего университета, кофе здесь подают прямо в кафетерии. Причём, неплохой кофе. Наверное, инвесторы вкладывают немалые деньги. А вот, кстати, и жена инвестора. Как всегда, с претензиями. - Миссис Дуглас, где вас носит? Я закатываю глаза. Эта фамилия... - - Миссис Эванс, я принимала экзамен и вам это прекрасно известно. - Лучше б вы так взятки принимали.. Я поворачиваю голову в направлении прозвучавших слов. Ну, разумеется, кто же ещё мог такое ляпнуть. - Мисс Эванс, вы как всегда, в своём репертуаре. Что бы сказал ваш брат? Она закатывает глаза. Но это моя фишка! Вечно она чужое берет. - Поверьте, мой брат сейчас заинтересован исключительно в девочках. Во всяком случае, в трёх точно. Две из них, кстати, проедают ему плешь прямо сейчас, во дворе универа. Поэтому, собственно, я и ушла. Эбби хватается за щеки. - Боже, я совсем забыла, что они должны были прийти! Я тоскливо провожаю подругу взглядом. Семейная жизнь ей к лицу, конечно, плюс она, наконец, обрела свою тихую гавань, но плешь проедают не только у Арчи. Далеко не только у него. Рейчел деловито подмечает. - А ведь пять лет назад они стеснялись даже смотреть друг на друга. Я вспоминаю их первые дни знакомства, как Эбби отрицала все свои чувства. Как Арчи сдержанно добивался её. Как они впервые поцеловались, после чего она шарахалась от него неделю. Ухмыляюсь. - Ага, а теперь их стеснению по три годика. Я всегда говорила, что если уж у тебя есть намерения на человека, будь добр, построй планы сразу на ВСЁ. А то потом вот такие вот неожиданные сюрпризы. Иногда в двойном экземпляре. Не дай бог, конечно. Рейчел берет у меня из рук кофе нашей коллеги и отпивает, поглядывая в стороны лестницы. - Это их так судьба за нерешительность наказала. Кстати, про неожиданные сюрпризы, ты ведь и на себя намекала? Я разглядываю свою блузку, пока ещё не выпирающую на животе. - Ага. - Когда скажешь? Ужасаюсь такой мысли. А можно не говорит, пока само видно не станет? - Не знаю. И не хочу пока об этом думать. Сколько там у нас ещё пар? - Две. - У моих малышей ещё два экзамена, боже мой, бедные.. Как нас так угораздило родиться раньше на пару лет и не попасть под эти нововведения? - Ты о своём малыше подумай. Этим-то уже по 19 лет. Я отмахиваюсь, чувствуя вдруг тошноту. - Да ладно, придёт ещё время. Так, где там наша парочка? А парочка наша любезно воркует за столиками в уличном кафетерии. Розовые лепестки расцветающих яблонь усыпали деревянный пол и некоторые столики. Тень от танцующих на ветру крон деревьев падает на отдыхающих студентов. Шелест листьев, приглушенные голоса, смех детей навевают на меня мысли о счастье. И оно почти идеально. Если бы не одно но, мысль о котором буквально переворачивает мои внутренности изнутри. Я становлюсь недалеко от молодых мамочки и папочки, которые по-малу стали прощупывать все прелести супружеской жизни. Я-то уже была там, и знаю. Эмили и Лили замечают меня первыми и, картавя, кричат: - Софи! Смотри, что нам папа подарил! Я киваю Арчи и ловлю двойняшек в объятия. Глажу их золотистые косички, растрепавшиеся от жары и ветра. Девочки тянут ко мне свои новые блестящие куколки и перебивают друг друга. Я хлопаю в ладоши, призывая к дисциплине, но, как правило, никто никогда не понимает намеков. Особенно трехлетние избалованные детишки. - Так, Эмилия, Лили! Я не успевают ни за одной из вас. Давайте по очереди. Первой начинает Лили, главная заводила. - Папа подарил нам куколки. Мне Жасмин. У неё красивые глаза и одежда. Ещё у неё вот так вот ручки сгибаются. Эмили, самая милая девочка, которую я только знаю, весело машет игрушкой. - А мне Рапунцель. У нее длинные волосы и красивое розовое платье . Я улыбаюсь. Любовь к розовому меня очень огорчает. Будем надеяться, эти зеленоглазые одуванчики взяли яду у Эбби, просто он пока ещё не проявился. Пусть лучше сейчас, как положено, они будут белые и пушистые, как их папа. Был когда-то. Сейчас он превратился в солидного бизнесмена. Стал инвестором для самого главного университета столицы. Смог позволить себе настоящий особняк, две машины и собственный офис, связанный непосредственно со СМИ. Эбби преподает фотографию, помимо этого руководит модельной студией, где ежемесячно происходят фотосессии со звёздами и моделями. При этом ей удаётся посещать спортзал, танцы, кружок умелые ручки и кулинарные мастер классы, уделять время семье и друзьям. Рейчел устроилась здесь секретаршей ректора. Пожалуй, в её жизни поменялось многое, только одно осталось неизменным: Колдер. Он по-прежнему всегда рядом и пытается её достать, загружая работой и периодически попивая кровь. Стоит ли уточнять, кто же является ректором? Отец Колдера оставил этот мир два года назад. Рейчел уже тогда здесь работала, и огромным сюрпризом стало для неё то, что её любимого начальника заменил его сын. Не сказать, что для университета это стало трагедией, начались убытки, или что все пошло под откос. Колдер стал отличной заменой своему отцу. Кристов решил обойти десятой дорогой профессию преподавателя. Он поступил по-хитрому: ушёл из редакции, нашёл отца, помирился с ним и по связям пробился в мир бизнеса. Теперь он владеет тремя ресторанами экзотической кухни и одним салоном красоты, и тащит на себе брата с сестрой. Правда, последнее он припас для меня в надежде на то, что я брошу универ и стану верховодить салоном. Нет уж, мне и здесь хорошо. Но на этом мой дорогой муж останавливаться не собирается. Он начал стройку торгового комплекса. Понятно теперь, почему я так страшусь говорить ему о том, что скоро нас будет трое? Он слишком занят работой, чтобы думать ещё и о детях. По сути, он для них и старается. Но его инфаркт хватит, ей-богу. Мы совершенно ещё не готовы. Мы все добились хоть чего-то, начав просто с крошечный редакции к затерянном городке Америки. Ну разве можно после такого утверждать, что в жизнь есть что-то невозможное? Я, например, смогла полюбить Кристова. Искренне, не из жалости или безысходности. Это тоже сродни чуду. Эбби могла забыть Льюиса. Дерек простил меня. Та девушка, Лоя, из-за которой случился каламбур несколько лет назад, вроде как, стала его суженой. Знаете, он никогда не был разборчив в девушках. Сюзи нашла свою семью и узнала много о своей матери. Леопольд обрёл внучку и теперь нянчит правнука. Мир жесток, да. Но он справедлив. За счастье приходится платить. Все, решено, сегодня же скажу все Кристову. В конце концов, он тоже виноват! Отпускаю девчонок и возвращаюсь к Рейчел. Она настороженно посматривает на Колдера, который целенаправленно идёт прямо к ней. Я бы хотела ей помочь, но что я могу? - Где мой кофе, Рейчел? Она мило улыбается ему (хоть костяшки пальцев на пластмассовой ложечке побелели) и протягивает ему уже использованный кофе. - Извините, мистер Нейрон. Заболталась. Он, не чувствуя подвоха, пробует кофе на вкус. - Остыл? - Да. Но ладно, сойдёт. Жду тебя через пять минут у себя, надо поговорить. Если бы я не знала наверняка, то решила бы, что они спят друг с другом. Но, нет, Рейчел покраснела не потому. Просто Колдер заставляет её чувствовать себя прислугой. Хотя, одно другому не мешает. Верно? Я провожаю взглядом начальство. Может, он хочет сделать ей предложение? Пора уже. А то сколько ж можно? Знаете, сколько мы денег потеряли, делая ставки на их отношения? Нехорошо, конечно, но куда деваться? Мы тоже переживаем. Разворачивая и тут же комкая обертку от мятной конфеты (целоваться, что ли, собирается?), Рейчел прощается и уходит. А я поспешно удаляюсь на очередную пару, по дороге проверяя своих малышей. Когда я сюда пришла, в университете только начинались нововведения. В самом деле, что это такое? Почему контроль над людьми стал больше? Раньше те, кто хотел учиться - учился, остальные отсеивались. Сами по себе гуляли, сами по себе прогуливали. Собственно, что нам, преподавателям до этого должно быть? Мы должны только честно и беспристрастно принимать зачёты и защиту диплома. Остальным пусть занимаются родители. Но, нет же, успех заложен в наблюдении и подстрекательстве! Каждый шаг должен оцениваться, рассматриваться как правонарушение или, напротив, благое намерение. Каждому выделили по потоку. Домашку поверь, значит, отругай, за ручку в библиотеку своди, проследи, чтоб ничего не натворили. Кто они, первоклассники? И так напуганы, как зайцы в стае волков. Волки, естественно, это мы. Кстати, отпали вопросы, почему я их малышами называю? А их ведь куча! Вот и бегаю с ними, как с родными. Хотя, конечно, больше издеваюсь (в плане насмешек). Что они, совсем несмышленые? А так, и мне отпущение, и ректору удовольствие. За пределами универа, в барах и ресторанах, я некоторых студентов вижу и то чаще, чем у себя на парах. Я понимаю, литература современных писателей мало кому интересна, да и нет пока никого больно уж выдающегося из сверстников. Но культура на то и культура - приобщаться к ней должны все! Независимо от возраста и литературных предпочтений. Если опустить подробности того, как прошли следующие две пары, то мои основные обязанности на сегодня закончились. Из второстепенных осталось только проследить, чтобы мои не шатались по универу, в поисках приключений. И ведь найдут, а мне потом отдуваться. Когда это успешно выполнено (пускай я лучше буду в этом универа, чем стану сомневаться и перепроверять), я прыгаю в такси и мчусь в салон красоты. Одна радость у того, что зарплата начисляется приличная. Ещё бы, любой труд должен хорошо оплачиваться, иначе нет стимула честно и справедливо работать. Это удел фанатиков. А я никогда не была из них. Слышала б меня мама... Или папа. Они как раз фанатики, если учесть, что для них день без хорошего заработка - неудавшийся день. Их понять можно, они стабильно метят в миллионеры, но отдыхать так и не научились. Также можно перестать видеть деньгам цену! Вот не надо только утверждать, что экономия свойственна только жлобам и евреям. Кто умеет беречь копеечку, тот может рассчитывать на шикарные похороны. Или у кого что там в приоритете. Семья, машины, загородный дом. Спросите у моего мужа, и он вам ответит, что это так. Наверное, по этому убеждению мы живём не в особняке с прислугой, а в многоквартирном доме, на седьмом этаже и даже не в центре горда. Нет, я не жалуюсь. Но, пожалуй, это единственный случай, когда я завидую Эбби. Просто я привыкла жить в отдельном доме, где все моё, для меня и под меня. А не бояться, что однажды пьяный сосед из России зайдёт ночью за солью или одолжить пару сотен долларов, с заранее обреченным обещанием возврата через два дня. А потом ни денег, ни соседа, знаете ли. И это в лучшем случае. Ну, хоть салон красоты я могу себе позволить. Нужно сделать красивую прическу, потом подобрать наряд и лак для ногтей. Сегодняшний вечер совершенно особенный, я должна выглядеть ухоженно. Ну, чтобы Кристов не жалел о том, кого в жёны взял. В самых лучших традициях мою внешность приводят в изящный вид. Я так соскучилась по коротким волосам... Конечно, длинные выглядят шикарнее, особенно когда их завьешь кокетливыми спиральками, но с каре и хлопот меньше. Я против макияжа, хотите верьте, хотите - нет. Крашу только губы блеском, и то изредка. Но сегодня особый случай, так что я доверяю ещё и брови, тон лица, веки. Смотрю на свое отражение, поворачивая профиль. Сразу заметно, не я своими кривыми ручонками работала, мда. Ослепительно улыбаюсь. - Спасибо огромное! А платье какого цвета подойдёт мне сейчас? Освобожу вас от дальнейших подробностей. Кстати, я сдала на права и теперь имею возможность управлять автомобилем сама. Правда, в марках я не разбираюсь до сих пор... В отличие от моих предыдущих мест обитания, здесь пробок - сколько хочешь. Вернее, сколько в страшном сне может присниться сотрудникам дорожной полиции. В общем, я одновременно слежу за миллиметровым передвижением (это уже что-то) и перечитываю свой роман. Его я издала лишь год назад. Хорошо это помню, второй день рождения близняшек. Было весело, и страшно, и мокро. Если углубиться в воспоминания, то можно вкратце пересказать вам то, как я и мои ближние дошли до сегодняшней жизни. Как мы все поняли, что судьба - это не весь наш жизненный путь от рождения до смерти, это перечень препятствий к нашим целям и мечтам. От нас зависит лишь то, как мы эти препятствия минуем. Сбежим или пойдём напролом. Или же по-хитрому обскочим/пройдём по чужим головам. Но да ладно. Думаю, хватит и пары часов, чтобы рассказать обо всем. Я вела дневники с того дня, как попала в больницу. Помните? Я вот побоялась забыть. Столько всего тогда произошло, что одно воспоминание запросто могло вытолкнуть другое. Поэтому в самых мельчайших подробностях я описывала все, что происходило. Раз уж я засела здесь надолго, то можно эти дневники и почитать. Для большего удобства я закачала их на рабочий планшет. Ноутбук всюду пускать с собой я не могу, а вот планшет - пожалуйста. Первая запись стоит под названием: "Запах хлорки или история о том, как я опять впала в кому". В кому я, конечно, не впадала, но очень хотелось. Почему? А это мы сейчас расскажем. " Записи от Май 2018. Тема: больница Цитата дня: И почему люди врут, что уколы - это страшно? Куда страшнее попасть в больницу и получить диагноз: "Нервное истощение" Диагноз есть, а лекарства - нет. с.Рочестер ________________________________________/ Когда после смерти Артура мне сказали, что мои нервы нужно беречь, я сначала обрадовалась. Ведь это означало целых три месяца спокойствия. Но... давайте честно. Я и спокойствие по разные стороны баррикад. Сейчас врачи сказали мне то же самое. И вот что интересно: сказали это с укором. Но начнём с того, что я не виновата! Началось все с родителей, продолжилось Хансом, дальше эстафета перешла к Кристову. Ну а недавние события так вообще с ума чуть не свели. Вот как ведь в жизни бывает: ты что-то делаешь с одной целью, а выходит вдруг для другой. Я даже предположить не могла, какие тайны раскроет моя статья И уж тем более не догадывалась, что Сюзи, сестра Дерека, с которой я знакома уже давно, является родственницей моей начальницы. А её дедушка - Леопольд, одинокий старичок, потерявший семью уже очень давно. И, вдруг, все это сложилось в общий пазл. Звёздочки у меня перед глазами запротестовали, мол, быть такого не может, и я с ним согласилась всем нутром. Закрыла глаза на секунду, а когда открыла... Мама моя дорогая! Приехала! Да не одна. - Софи, боже, как ты нас всех напугала! - приветствие, которое я заслужила. Я бы хотела промолчать, но мне самой жутко было интересно кое-что узнать. - Что случилось? *** Вкусным шоколадом тебя в общей палате больницы не накормят. Пришлось перебираться в отдельную. Ещё бы сюда по личным пропускам пускали... А то как можно не нервничать, когда все интересуются, как я себя чувствую? Мне приятно, конечно, что обо мне переживают. Но можно хотя бы по-разному это делать? Язык уже смозолила объяснять, что я просто перенервничала и деньги на лечение мне собирать не надо. А ведь Эбби с Кристовом ещё издеваются... В общем, на скорое выздоровление можно и не надеяться. Единственный визитер, которому я правда была рада, это Колин. Почему? Они привезла мои любимые конфеты и хорошую новость: моя статья одобрена. А перед уходом она сказала: - Спасибо, что вернула малышку в семью. Когда дочь Леопольда, Джули, осталась одна на руках с ребёнком, её одолел страх. Она не знала, что ей делать. Воспитание не позволяло просит помощи у родителей. Но однажды сердце не выдержало тревог. Малышка Сюзи после смерти своей родительницы перешла в детский дом, где её почти сразу же взяли в семью. Как ни странно, о судьбе дочери Леопольд узнал спустя десять лет. Все это годы они не знали, что с ней, только призрачные условия её "счастливой" жизни, которыми их пичкали. Они жутко были обижены: она совершенно забыла по них, не звонила, не приезжала. О том, что Джули нужна помощь, они узнали слишком поздно. Хуже того, в детском доме господствовала тайна усыновления. При рождении Сюзи звали Малией, но приемные родители сменили ей имя и фамилию, дату рождения. Узнать личность человека, ткнув пальцем в небо, а именно в несуществующие в каком-либо роддоме данные просто невозможно. Родители даже не сразу узнали, где похоронен их ребёнок. Жена Леопольда также с горем не справилась, спустя пару лет он остался один. Колин - сестра биологического отца Сюзи. О положении невесты своего брата после его ухода из так и не состоявшейся семьи она знала немного, но ничего предпринимать не хотела. Её характер располагал. Помогать ни она, ни другие родственники не спешили. А зачем? Джули чужой человек, чужим никто не протягивает руку помощи. О существовании племянницы она узнала также, как и Леопольд с женой: через десять лет. Но было уже поздно. Брат отказался помогать своему кровному ребёнку и отвечать за то, что тот остался сиротой. Как бы между прочим говоря, он женился и теперь воспитывает двоих сыновей и одну дочь. О первом ребенке и вспоминать не хочет. Такие факты жестокости брата подначили Колин найти племянницу и взять её к себе. Но начав поиски, она столкнулась с теми же препятствиями, что и Леопольд. Жуть. Как можно столько лет не знать о существовании ребёнка? Да, жили они все в разных городах, но все же... Уму не постижимо. Леопольд познакомился с семьёй Колин не так давно, но особой нежностью и любовью к ним не проникся. Брайан соврал. Он никогда не видел Сюзи и уж тем более не мог быть с ней дружен. Просто так он пытался оправдать своих родных, и себя в частности. Сюзи осталась приёмной дочерью своих опекунов, но теперь её ждали ещё и в двух домах. Однако она не спешила мириться с тем, что отец и знать её не хочет. Она пока пообещала навещать лишь Леопольда. Моё отношение к Колин изменилось. Начинаю подумывать о смене работы". Мои воспоминания прерывает мощный толчок. Мгновенно забываю о дневнике и выглядываю через окно наружу. Мамочки... - Эй?! Какой-то... мало любезный человек врезался в мою машину! Что я Кристову скажу? Как будет звучать моё оправдание: я читала свой дневник и вспоминала события пятилетней давности, из-за чего забыла о том, что сижу за рулём. Мило, ничего не скажешь. Оформлять аварию было бы глупо. И, честно говоря, я это не очень люблю. Сама всё-таки виновата, надо за дорогой было следить. Продолжаю листать дневник, в это раз чаще обращая внимание на передвижение. " Записи от Май 2018 Тема: все ещё больница Цитата дня: Оказывается, белый цвет быстро надоедает Особенно, когда его в избытке. с.Медсестра Бетси ________________________________________/ Мне снова отказали! Говорят, я ещё под угрозой. Ей-богу, какая там может быть угроза? Скорее наоборот, это я - угроза для окружающих! Вы-пи-ши-те меня!! Ещё немного и я начну забастовку. Какое тут спокойствие? Эбби сейчас сидит дома и обслуживает моих родственников. Родителей я прогнала быстро. Они даже обидеться не успели. Мало того, у них снова на уме одни деньги. Хорошо ли это? Не знаю даже. Вот Саманта наотрез отказалась уезжать. Соответственно, Холдер с детьми на поводке. Брат так "рад" меня видеть, что сказал: "вечно ты внимание привлекаешь. Ни дня без приключений", Ну, извините, если вы мечтали о принцессе-скромнице, то получайте иной итог! Теперь меня не перевоспитать. Как и Кристова... Этот вообще отдельная история. Если бы Ханс изводил и себя и меня вечными расспросами о моём самочувствии и заботой, то Кристов даже ни разу не почесался на этот счёт. Все время издевается, шутит о бледном цвете моего лица, укоряет за слабый организм. А Потом искренне негодует, почему я так ерошусь. И вот сегодня он решил не упускать возможности поддеть меня. Он что, по графику живёт? - Софи, куда ты? Я просто сказал то, что увидел. Ну, твои мешки под глазами правда выглядят слегка... мешковато. Я топнула ногой и развернулась, намереваясь уйти. Но он использовал запрещённый приём, на которое моё тело реагирует как-то неправильно. Он обнял меня за талию и прижал к своей груди, заразительно улыбнувшись. Все бы ничего, но эти ямочки просто не дают возможности оторвать взгляд. - Твоё чувство юмора тоже мешковато, знаешь. Вместо того, чтобы обидеться или оскорбиться, он использует чарующую магию своей усмешки. Иногда так и хочется попросить его перестать. Мы тоже не святые, не может не поддаться соблазну! Хоть и противно осознавать, что его дешёвые пикап-подкаты оказывают на меня непосредственное влияние. - Ты же знаешь, я не могу нормально шутить, когда ты находиться так близко. Я фыркнула. - Не льсти себе! Ты не можешь нормально шутить когда всегда. Так что будь добр, прекрати. А то глаза режет всякий раз, когда я вижу твой надменный самоуверенный взгляд и слышу твои детские шутейки. Картинка с действительностью не совмещается. - Это поэтому ты так жадно разглядываешь мои губы? Я на ровно секунду чувствую себя застигнутой врасплох, а затем безмятежно улыбаюсь. - Да нет. Мне просто понравился цвет блеска на них. Скажи, у кого позаимствовал, я такой же хочу. Он отшатнулся от меня и протер тыльной стороной ладони свои губы. - Я... Мне не было противно или обидно, напротив, даже смешно. Я села на широкую тумбу для личных вещей и подергала ногами в воздухе. И все же у меня есть одно оружие против его: его чувства ко мне. - Нет, мне даже нравится, что ты целуешься с медсестрами, пытаясь заставить меня ревновать. Правда, очень жаль их. Оно ведь того не стоит, верно? Высшее наслаждение - это наблюдать за тем, как он бесится. Значит, не зря я мучилась и терпела его выходки. Я прикрикнула вслед что-то вроде извинения за то, что я обломала его, не дав себя позлить, или что-то в этом роде. Не помню уже. Но, если серьёзно, страсти между нами накаляются. Он все чаще злится, я все жестче отшиваю. Меч тоже бесит, когда он ни с того ни с сего начинает меня забирать. Раньше это было не так обидно, но сейчас... Кажется, он видит меня насквозь и всякий раз его шутки достигают все большей глубину. Но я так устроена, что, чем глубже копаешь, тем ядовитее я становлюсь. Я не собираюсь его щадить. Однажды я так огрызнусь, что он больше меня знать и видеть не захочет. И правильно сделаю. Но... если честно, я начинаю понимать, как ему трудно. Я бы хотела помочь, правда, но это даже звучит глупо: я пытаюсь смягчить его чувства ко мне. Ха-ха! Оскар в студию! Такого бреда ещё никто не предлагал. И ещё. Я ни о чем больше думать не могу. Даже в моём романе, который написан наполовину, я только о любви и размышляю. Но ведь на не не все построено! Почему тогда эта тема до сих пор так важна? Я жутко завидуют Хансу. Он просто взял и разлюбил меня, полюбил другую. Все очень просто. Но не для меня. И чем дальше, тем муторнее становится моё сознание от спутавшихся мыслей. Эй, специалисты-психологи, где вы? Помогите мне, а" Я отключают разрядившийся планшет и убираю его в сумку. Дорога по-малу начала освобождаться и движение приходится возобновить. Забавная вырисовывается картина из моих же записей. Уже тогда Кристов мне начинал нравиться, как мужчина, (подозреваю, это потому, что я, падая в обморок, ударилась головой об что-нибудь твердое. иного объяснения я не предвижу). Я признавалась в этом своему дневнику, но в жизни н сказала бы никому, даже себя. Да что там даже, ОСОБЕННО себе. Это чтоб тогда началось? Но, ладно. Что уж теперь об этом говорить, сейчас мы с ним уже муж и дела. И совсем скоро нас кроме брака будет связывать маленький ребёнок и торговый комплекс. Но для начала мне нужно подготовить себя. Мне нравится его заводить откровенными нарядами. Например, чёрными маленькими платьица с оголенными плечами и спиной, или блузами с глубоким вырезом, или короткими шортиками и топиками. Но сегодня мне нужен обратный эффект. Я останавливаясь у любимого бутика, и уже собираю красивые и кокетливые образы в своей голове, как вдруг замечают одно обстоятельство, в корне меняющее все мои финансовые планы... Бампер, в который врезался здоровенный пикап, помят так, что его придётся заменять. А, значит, нужно выбирать: или дорогой наряд, или оплата ремонта машины. С незримыми слезами на глазах я прощаюсь с обновками. Ну, у меня ведь куча платьев. А машина всего одна. И муж, собственно, тоже. Не будет рисковать ни одним, ни другим. Лучше дождёмся вечера, возвращения Кристова с работы и огорошим его двумя новостями. Интересненько, что его расстроит больше всего? В немного подавленном состоянии я возвращаюсь домой, в родные просторы седьмого этажа, третьей квартиры справа от лифта. Одно счастье: она у нас просторная, три комнаты. Лечь бы сейчас в одной из них и на недельку в спячку вспать...тьфу, впасть. Но не успевают я обдумать идею, как понимаю: он придёт, а кушать нечего. Да и я голодная, как волк. В общем, начинаю готовку. Между тем, пока готовится паста, я читаю свой дневник, чтобы как-то отвлечься от нервов. " Записи от Май 2018 Тема: я его придушу Цитата дня: АААААА!!! с.Аа! ________________________________________!!! Почему из тысячи парней мне достался он?! И почему я не могу заставить его исчезнуть?! Это было бы сейчас кстати! Что произошло? А во что: Я собиралась домой. Меня наконец-то выписали! Но долго радоваться мне не дали. Забирать меня должны были Холдер и Эбби. Но они не смогли, отправили Кристова. А он... пьяный пришёл. Вернее, приехал. Да как так-то? Первым делом мой лечащий врач дал ему прямо в руки рецепт лекарств. Потом подумал секунду, и всё-таки вручил его мне. Первым пунктом в нём стоит: не нервничать, избегать стрессовых ситуаций и депрессии. Как?? Как, я спрашиваю, это возможно?? Когда нас оставили, я недовольно посмотрела на своего горе-ухажера. - Ну, что за праздник? Где ты так успел налакаться? Он невозмутимо облокотился о стену, едва не съехав по ней на пол. Я даже смеяться не захотела. Так противно стало! - Пока за тобой... ехал. Я зло усмехаюсь. - О, как это мило с твоей стороны. Что, ты меня уже так не перевариваешь? Следующих его действий я никак не ожидала. Он, вдруг на совершенно твёрдых ногах, подошёл ко мне и схватил за плечи. У меня зубы клацнули. Его взгляд показался мне ясным, злым, измученным. - Я тебя уже никак переваривать не могу. И выплюнуть тоже. Сидишь поперёк города, ножки свесила и издеваешься. Надоело! Он на секунду замахнулся, а я уже отшатнулась, как от пощечины. - Я издеваюсь? Это кто еще у кого еще в горле сидит! Знаешь, что?! Я жутко устала от тебя! Ты последнее время только и делаешь, что изводишь меня, мучаешь... - Да потому что я уже не знаю, что мне для тебя сделать! - Ничего не надо! Если я тебя так достала, уйди! Я всегда держу двери открытыми для тех, кто уходит. Но ты должен быть рад, что я вообще открыла их для тебя! Он обхватил мои щеки ладонью, больно сжав и заставив таким образом замолчать. Но потом передумал. Отпустил. И поцеловал Поцеловал! Я совершенно не ожидала такого. И потому не смогла его оттолкнуть. Бушующая кровь возбудила все тело, и, как выяснилось, я ждала этого поцелуя уже очень давно. И, может, все бы обошлось...но он сделал то, что очень себя оскорбило и напугало. Он повлиял меня на больничную койку, бесстыдно запустив руки туда, куда ему бы я точно не позволила. Только один человек мог это делать, и его зову не Кристов. Мне вдруг так противно стало, что я его толкнула в грудь. Он закашлялся и отстранился, позволив мне воспользоваться моментом и выбраться из-под него. Я тут же заплакала. Он мгновенно протрезвел и тут же понял, что натворил. Но было уже поздно. Я крикнула, что было мочи: - Н семей ко ме больше прикасаться! И убежала из больницы, забыв пр все свои вещи". В этот день я и стрессом была награждена, и депрессией. Вот вам и обратный рецепт от доктора. Я быстро года Кристова посетила, помогли одни обстоятельства. Сейчас мне даже забавно вспоминать о той жуткой обидел. При совершенно недетских обстоятельствах абсолютно детская реакция: он меня обидел и я с ним не играю. Сейчас бы мне моего благоверного не обидеть. Знаете, машину он мне давал в пользование с большим нежеланием и недоверием. Так что... У меня зуб на зуб не сходится, когда он возвращается. Меня начинает жутко штормить, будто я только что сошла с палубы. Чтобы не томить себя молчанием, после ужина, который Кристов нахваливал, я попросила его посмотреть стиральную машинку, которая последние время поход отстирывала пятна. - Софи, я вот думаю, может, нам купить новую? Я приподнимаю бровь, складывая руки на животе. - Это ещё с чего такая щедрость? Он смотрит на меня снизу вверх и улыбается. - У нас прибыль высокая. На 40% повышение зарплаты. Я не чувствую радости, мешают жуткие спазмы. - Это хорошо. Но не торопись раскидываться деньгами. Нам они понадобятся очень скоро. Он, совершенно не подозревая, к чему я веду, возвращается к машинке и спрашивает: - Это почему? Я выпаливаю все, как на духу: - Потому что я помяла бампер на машине и ещё я беременна. Он резко поднимает голову и ударяется об барабан. - Что ты сейчас сказала? Если у него ещё и оставались надежды, то моё следующее действие их развеяло окончательно: меня потянуло к унитазу. Как это называется? Кажется, токсикоз? Ну, здравствуй, счастливое бремя....эээ, время. Немного не ждали, но куда теперь деваться? Он держит мои волосы и гладит по спине. - Ты серьёзно? Я мычу, мол, куда уж серьезнее. Когда все то немногое содержимое моего желудка оказывается снаружи, я спрашиваю, действительно очень напуганная: - Что нам теперь делать? Он нервно отсмеивается. - Что... машину починим. Ну, а... ребёнка воспитаем. Придётся быстрее достраивать торговый центр. Я сажусь на кафель, обнимая колени, и начинаю плакать Знаете, как страшно? Дети - это не шутки. Это ответственность. А куда там, когда ты сам ещё ребёнок в душе? Пусть мне уже 26... Кристов обнимает меня, целуя в висок - Не плачь, ты чего? Все хорошо будет. Ну, подумаешь, поматросит тебя девять месяцев, господи. Я стону , пихая его локтем, на что он смеется. - Все, ладно. Только скажи мне одну вещь... что с машиной? - Я засела в пробке, и в меня врезались... - Так, а почему я не заметил её на парковке? - Да, я спрятала её за домом. Он смеётся. - Боже! Ну какие тут могут быть дети? Ты сама, как ребёнок. Я обхватываю свои горячие щеки и прижимаюсь к нему ещё сильнее. - Ты нас воспитаешь. Он не смеётся. Только целует меня и улыбается. - Разумеется. Куда я от вас. Я ж не Ханс. И все же кое-что не меняется: Кристов всегда будет ненавидеть моего бывшего мужа. А я его буду любить за то, что он не Ханс.