Один момент на всю жизнь

Санса и Джон шли через сады Красной замка, Джон следил за тем, чтобы он всегда отставал от Сансы хотя бы на полшага. Хотя все изменилось, никто больше не мог этого знать. Он был здесь как защитник, как бастард, смирившийся со своей судьбой. Она посмотрела на лимонное дерево, цветущее в саду. - Как растут плоды из таких маленьких бутонов, - тихо заметила она, поднимая руки к цветку и вдыхая его сладкий аромат. - Ты знаешь, что в Красном замке есть богороща, Джон?- Спросила она, наклонив к нему голову. - Да, но там нет чардрева, его срубили давным-давно, - его глаза встретились с ее глазами. - Может быть, и так, но сердце-древо все еще существует, у старых богов все еще есть глаза даже здесь, так далеко на юге, - сказала она с улыбкой на лице. - Может и так, а может, и нет. Но тебе никогда не нравились старые боги, не так ли?- - Я думаю,что они растут на мне, - тихо сказала она. Она продолжала смотреть на лимонное дерево, на первые маленькие почки, которые набухнут от жизни всего за несколько месяцев. Она казалась погруженной в свои мысли, Когда Джон оглядел сад. -Где богороща,Санса. Можешь отвезти меня туда?- спросил он. Он не видел своих богов почти два месяца, он хотел умеротворения, благоговения, которое он приобрел, сидя у дерева сердца. Для спокойной ясности, которую он всегда чувствовал, сидя рядом с ней. Санса протянула руку и поманила его за собой. Несмотря на здравый смысл, он схватил ее маленькую руку в свою, сразу почувствовав, как его потянуло к ней. Вспышки той ночи у развилки вернулись к нему. Ее опухшие красные губы. Ее грудь. Ее большие темные глаза, голубее океана. Он не мог думать об этих мыслях, не здесь, не там, здесь повсюду были пташки Вариса, держащие ухо востро. Он загнал эти предательские мысли как можно глубже, как можно глубже. Боже, ее рука такая мягкая. Интересно, вся ли ее кожа такая же мягкая, как ее руки? Интересно, какая у нее мягкая кожа вокруг бедер? Он покачал головой и взял ее за руку. - Не здесь, любовь моя, - последнее слово сорвалось с его губ, и он съежился. Он хотел бы запихнуть его обратно, но это было сказано, и она услышала. К его удивлению, она просто улыбнулась. - Следуй за мной, любовь моя, - сказала она, ухмыляясь. Когда они вошли в Богорощу, теплое солнце начало гаснуть. Деревья были слишком густыми, чтобы их могли пробить лучи света. Когда они подошли к сердцу-древа в центре богорощи, Джон почувствовал, как его сердце смягчилось, пульс замедлился. Напряжение в его плечах ослабло, и он почувствовал себя легче. В глазах Сансы мелькнула тревога. Они сидели у подножия дерева. - Что ты скажешь старым богам?- спросила она. - Все, что нужно.- Он замолчал, чувствуя, как дерево зовет его. Он слегка склонил голову. Он чувствовал на себе ее взгляд и молча умолял богов простить его, чтобы они поняли, что он старается не любить ее, не прикасаться к ней. Я знаю, что она не моя, я знаю, что даже если бы она была это было бы неправильно. Тогда почему это так? Почему вы пытаете меня? Это наказание за убийство Леди? Это наказание за то, что то я бастард? Все это у меня в крови? Мне суждено страдать? Он опустил голову еще ниже, чувствуя, как наворачиваются слезы. К горлу подкатил ком, полный вины, печали и стыда. - Прости меня, - прошептал он. - Мне жаль, что я втянула тебя в это, Джон - ее голос вывел его из жалости к себе. Он посмотрел в ее печальные голубые глаза. Ее волосы снова были распущены, он предпочитал именно так. Когда-нибудь ей это будет запрещено. Скоро она выскользнет из его рук и упадет Джоффри на колени. - Я не должен был приглашать тебя сюда, я должен был просто молчать.- Джон протянул руки и потянул Сансу к себе. Его руки упали на ее руки, когда они сидели всего в футе друг от друга. - Нет, я рад, что я здесь. Я буду защищать тебя, я буду помогать тебе. Я надеюсь, я чувствую, что я уже изменил твою судьбу, - решительно сказал он. Санса в замешательстве посмотрела на него, на ее щеках появился легкий румянец, а на лбу появилась очаровательная морщинка, когда она, казалось, обдумывала его слова. - Мне жаль, что я так плохо обращалась с тобой, когда мы были детьми. Мне жаль, что я никогда не видел твоего сердца, твоей доброй души. Мне жаль, что мама так обошлась с тобой. Ребенок не может не родиться, ребенок не может стереть свое собственное существование.- Ее голос дрогнул, она крепко сжала его руки. -Каждый ребенок должен знать безусловную любовь, никогда не должно быть ребенка без любви.- Ее голос сорвался,она проглотила слезы. - Ты был невиновен. Ты невиновен. Ты заслуживаешь всего, что может предложить этот мир. Любить и быть любимым, быть свободным, иметь семью, иметь дом.- Ее глаза наполнились слезами. – Я просто ... мне так жаль, Джон, мне так стыдно за себя.- Его душа чувствовала себя выдохнутой и опустошенной одновременно -Как я мог никогда не видеть ее такой за все наши годы?- -Ты была просто ребенком ,Санса, дети отчаянно нуждаются в любви и принятии, особенно от матери. Ты делал только то, что считал нужным.- Она смотрела на него со слезами на глазах, держала его лицо в ладони, его борода царапала ее нежную кожу. Он наклонился к ее ладони, наслаждаясь мягкостью. - Жаль, что я не могу забрать у тебя всю твою боль, Джон.- Он оглянулся на нее, сглотнув комок в горле. Его тело снова угрожало предать его, жужжащее чувство начало возникать из кончиков пальцев рук и ног, сливаясь в его сердцевине. Он снова посмотрел на ее мягкие красные губы. Нет. Нет, не могу. Не буду. Она заслуживает семью, ребенка, замок. Я не могу дать ей ничего из этого. Я просто бастард. -Я не могу тебе нечего дать, оставь меня в покое!- Его руки отстранились от ее рук. - Я должен вернуть вас в замок, Миледи.- Ее брови нахмурились из-за его незнания, его попытки вытолкнуть ее. -Позволь мне любить тебя так, как ты заслуживал быть любимым ,Джоно.- Его глаза потемнели, сначала от вожделения, потом от гнева. - Никто не может любить такого, как я, кто думает то же, что и я, никто не может по-настоящему, полностью любить бастадов, наполненного кровью ублюдка и его мыслями. Его взгляд скользнул вниз, к ее глазам, к мягким губам – неужели она снова облизала их языком, к выпуклостям ее грудей, к мягким округлостям бедер.-Позволь мне попробовать, Джон- Она снова обняла его лицо и поднесла к его губам самый маленький, самый целомудренный поцелуй, почти семейный. За исключением того, как ее руки скользнули вниз по его шее к его сильной спине, притягивая его к себе. Он нерешительно протянул руку, осторожно положил ей на бедра и притянул к себе. Другой рукой он провел по ее шее к щеке.И он потянулся к ее голове, нежно целуя ее щеки, мягкую линию подбородка и шеи. Он почувствовал, как участился ее пульс, дыхание участилось. И снова все изменилось. Джон не мог удержаться и склонился над ней, пока она не легла на землю. Он не мог удержаться, чтобы не почувствовать себя рядом с ней, не мог удержаться и не поцеловать каждый кусочек обнаженной кожи. Но это все. Это все, что может быть. Она обещана ему,она не моя. Мне нужно остановиться. Но когда он отстранился, ее руки потянулись, чтобы схватить его, притянуть обратно. - Не надо. Пока нет.- - Останься еще немного. Мы больше ничего не будем делать, мне просто нужно чувствовать тебя здесь, со мной, - говорит Санса и Джон не может ей отказать.