Спецзадание

Джейк всегда любил книжные магазины и библиотеки. Не то, чтобы ему приходилось часто бывать там, просто в этих местах он мог по-настоящему расслабиться и отдохнуть душой. Ему казалось, что он садится в космический корабль и на некоторое время улетает на другую планету. Аккуратно расставленные книги по жанрам и авторам пробуждали в Джейке желание читать и проживать сотни других жизней, лишь бы от своей быть подальше. Будучи на службе, Джейк практически ничего не читал, кроме газет, что приносили в часть старшие по званию. Иногда товарищи делились с ним изданиями, которые те получали в посылке от родных. В такие моменты Джейк был невероятно счастлив, ведь в его адрес ни посылки, ни тем более книги, никогда не отправлялись. Когда мужчина пришёл в палату к Тому он невольно обратил внимание на «не больничные» предметы, которые лежали на тумбочке возле койки: блокноты, несколько учебников, разбросанные карандаши, стружки от ластика и художественная литература, а именно, «По ком звонит колокол». Джейк успел разглядеть и прочитать название на корешке книги. Вторая была у Тома в руках, с ярким названием «Праздник, который всегда с тобой». Джейк не был яростным фанатом творчества Хемингуэя, но как-то раз товарищ поделился с ним небольшим томиком «Прощай, оружие!». Родители пребывающего на службе солдата были весьма оригинальны, передавая ему книгу с таким громким и символичным названием. Джейк с удовольствием принял книгу и за несколько вечеров прочёл её от начала до конца. История о любви медсестры и американского лейтенанта, разворачивающаяся во время Первой мировой войны, запомнилась Джейку своей искренностью и непередаваемой атмосферой. Он убеждался, что война калечит не только физически, но и морально, а потеря близких и одиночество добивает и уничтожает человека полностью. После прочтения у него щемило в груди, и на душе было пусто, как будто горе случилось не с главным героем, а с ним. Он верил каждому слову автора, будто находился под гипнозом. Джейк уже несколько минут стоял возле полки с книгами Эрнеста Хемингуэя. В его руках был томик «Прощай, оружие!», а в груди – всё тоже щемящее чувство, вызванное воспоминаниями после её прочтения. Джейк вдруг захотел, чтобы эта книга была у Тома. К тому же, приглашение на ужин – отличная возможность её подарить. Том казался Джейку неиссякаемым источником творчества. Он словно был отголоском той размеренной жизни мужчины, которая когда-то давно была у него. От которой он уже успел отвыкнуть за долгие годы. Джейк был похож на мотылька, заблудившегося в холодной кромешной тьме. И Том для него был маленькой точкой света, к которой хотелось лететь, чтобы согреться. Джейк крепко сжимал в руках книгу, чувствуя, как по телу разливается тепло. Он испытывал странное чувство, осознав, что юноша, которого он видел всего лишь два раза в жизни, смог необъяснимо завладеть его сознанием. – Мужчина, вы берёте книгу? Мы закрываемся. *** Наступило утро. После завтрака Тома отвели в палату Нэда. Том выдохнул с волнением и постучал в дверь. – Привет… Можно? – Заглянув в палату, Холланд увидел Нэда, расположившегося на больничной койке. Голова его была забинтована, а на лице виднелись небольшие ссадины возле носа. Лидс приветливо улыбнулся и приподнял руку. Том наконец-то, за долгое время, увидел кого-то родного, помимо матери. От трепета у его защекотало в груди и на коже проступили мурашки. – Привет. Заходи. Мне сказали, что ко мне должен прийти какой-то неудачник, который тоже, как и я, загремел в больницу в начале лета. Видимо это ты, – произнёс Нэд с иронией, рассматривая парня. Холланд передвигался медленно, так как сам был ещё немного слаб. Подойдя к креслу рядом с кроватью он присел. – И как же тебя так угораздило? Ты что, со скейта упал? Только не говори, что тебя взорвать пытались, а то я уже сыт по горло этими историями. Немного растерявшись от напора информации, хлынувшей из уст Нэда, Том замешкался, но твёрдо решил взять ситуацию под контроль и «подыгрывать» ему. – Нет, просто неудачно приземлился после прыжка с парашюта, – ответил он. – Вау! Ты летал с парашютом? Тебе было страшно? А как же инструктор? Или ты был один? А ты профессионал? Я ведь тоже когда-то хотел, а сейчас смотрю на тебя, парень, и думаю: «Я что, сумасшедший?» Меня, кстати, Нэд зовут, а тебя? – тот с восторгом смотрел на Холланда, протягивая ему руку. – Я Том, рад с тобой познакомиться, – парень пожал руку в ответ и продолжил. – Знаешь, инструктор неопытный попался, и везучий, сукин сын: ни одной ссадины. А я вот, как видишь, на самом деле неудачник. – Не расстраивайся, меня битой по голове ударили, сказав, что я бейсбольный мяч. Том покраснел, еле сдерживая смех. «Что за ад творится у него в голове?» – подумал он. – Тебе что, смешно? – Нэд нахмурил брови и взглянул на Тома исподлобья. Будто выдохнув смешинку, Холланд вмиг сделался серьёзным. – Нет, ты что! Я даже и не думал смеяться. – Да ладно, Том, я бы тоже смеялся, если бы не очнулся здесь. – Нэд дотронулся рукой до повязки, и зашипел. – Есть хорошая новость, Нэд. Врач сказал, что нас обоих выпишут через полторы недели. Так что, нам здесь относительно недолго… пребывать осталось. – Боже мой, как же хочется домой! Ещё целых полторы недели без приставки! – капризно застонал Нэд. – И чем тут заниматься, скажи? Когда Нэд вспомнил про приставку, Тома снова на несколько секунд перенесло назад в прошлое: ещё несколько недель назад Том засиживался у Нэда до полуночи, проводя время за видеоиграми, в которых тот был просто превосходен. Холланд боялся, что, когда он увидит Нэда после потери памяти, он не узнает его. Он ожидал, что изменится всё: манера поведения, характер, привычки, к которым так «прикипел» Том. Но, к счастью, его ожидания не оправдались. Перед ним был всё тот же Нэд Лидс, его друг: весёлый, добродушный, смешной. Только о Томе совсем ничего не знал. Но у Холланда было ещё полторы недели в запасе, чтобы хоть немного восполнить пробел в памяти своего нового старого друга. *** Всё шло своим чередом. Время в больнице тянулось медленно. Ребята стремительно шли на поправку. Врачи и Мэгги Лидс не ошибались: общение Нэда с Томом шло на пользу, причем каждому из них. Случившийся теракт для Холланда превратился в кошмар, о котором он даже не вспоминал, ведь на эту тему было наложено табу. Нэд, будто энерджайзер, постоянно увлекал Тома своими разговорами и новыми идеями о том, чем они могут заняться, когда их выпишут из больницы: от запуска дронов для панорамной видеосъемки Квинса до создания собственных видеоигр. Нэд условно поделил ответственность между ними: он будет отвечать за программирование, а Том – за графику и визуализацию. Такой вывод сделал Лидс, посмотрев на скетчи Холланда. Тот не мог не признать его таланта к рисованию. Как-то раз случился небольшой казус: Том показывал старые фотографии скетчей на телефоне и случайным образом открылась фотография его и ЭмДжей. Это было их совместное селфи, сделанное в школе. Сердце Тома бешено заколотилось, и он спешно убрал фотографию, погасив экран телефон. – Вау, что это за обворожительная чикса, Том? Твоя? – Нэд вскинул бровь и взглянул на парня с интересом. Конечно, он успел разглядеть на фотографии смуглую черноволосую девушку рядом с ним. – Да… просто подруга. Она уехала в другой город и с тех пор мы больше не общались с ней. – Очень жаль терять так друзей. – Да, Нэд, очень… очень жаль. *** Наступил день, когда Тома и Нэда выписывали из больницы. Мэгги Лидс и Никки Холланд приехали в госпиталь, чтобы забрать своих сыновей. Женщины выглядели очень счастливо и о чём-то беседовали, прогуливаясь до парковки. Том и Нэд шли впереди них. Все повязки и бинты были сняты, ребро Тома окончательно срослось, и он больше не чувствовал боли. Том с нетерпением ждал, когда они с Нэдом вернутся к нормальной жизни. Единственное, что его очень расстраивало, – это то, что Лидсу придется повторно проучиться в старшей школе, и поэтому они будут в разных классах. Холланд мысленно представлял, как ему будет скучно сидеть на уроках и делать лабораторные работы без него. Также на протяжении полутора недель его не покидала мысль о том, что он хочет разыскать своего отца. Никакой информации в интернете о нём не было, как бы Том не искал. Он был в полной растерянности, и не представлял с чего начать поиск. Однако Том знал, как выглядел его отец: мать принесла несколько старых школьных фотографий – единственное, что она решила сохранить из прошлой жизни, в которой был Доминик. На них ещё остались водянистые разводы. Видимо, просматривая их, мать не раз принималась плакать. Тому было больно смотреть на отца, он видел в нём родного человека и одновременно чужака, которого отвергал. Признаться, тот действительно был похож на него: те же волосы, нос, губы. «У вас даже голос одинаковый», – как-то сказала мать. «Надеюсь, я не такой же трус, как он». – Мэгги, Нэд, – обратилась Никки, когда те уже садились в свою машину. – Забыла сказать, сегодня вечером мы устраиваем ужин, будем рады, если вы придёте. Мэгги улыбнулась. – Отличная идея, Никки! Мы с Нэдом постараемся приехать. Я как раз сегодня собиралась приготовить свой фирменный пирог. Нэд с Томом переглянулись и закатили глаза. Том знал, что раньше его мать не особо контактировала с родителями Нэда, Флеша, ЭмДжей. Сейчас он видел, как между Мэгги Лидс и его матерью завязывается дружба. Общие проблемы объединяют, как говорится. Том не мог и вообразить, что сейчас чувствовали родители Флеша и ЭмДжей. Не хотел бы он оказаться на их месте. Терять близких – чудовищно тяжело. Ещё в больнице, Том спросил мать о них. Та сказала, что видела их только на похоронах. После выписки, Том также пообещал найти в себе силы и прийти на могилы ЭмДжей и Флеша. Здесь ему придётся обойтись без поддержки Нэда. – Теперь всё вернётся на свои места… Ты снова выйдешь на работу, я пойду в школу, – задумчиво произнёс Том, опершись лбом о боковое стекло машины и разглядывая знакомые высотки, одна за другой мелькающие перед ним, маленькие улочки, стены которых расписаны граффити. Он словно проникался городом, сливался с ним, был частью него. Том скучал по городу, будто его разлучили с ним не на месяц, а на целый год. – Конечно, Том, знаешь ли, счета сами себя не оплатят. А тебе до школы ещё два месяца… поэтому наслаждайся летом. «Да уж… не очень-то и уместное словечко», – подумал Том, но так и не решился произнести вслух. Весь оставшийся день Никки и Том провели в домашних хлопотах. Как только Том переступил порог дома, он ощутил невероятный прилив сил и считал своим долгом помочь матери с приготовлением ужина. Никки не сказала Тому, что позвала Джейка, потому что не хотела обнадёживать Тома, если тот не придёт. В ином случае это будет для него сюрпризом. Для Нэда Джейк будет представлен другом семьи, поэтому об их встрече Никки даже не переживала. Под вечер раздался телефонный звонок. Ники попросила Тома проследить, чтобы ничего не подгорело, и направилась к телефону. – Том, только звонила Мэгги, – Никки вернулась на кухню, по её лицу было видно, что она была немного разочарована. - Они с Нэдом не смогут сегодня приехать, так как у них тоже собрались гости, они пригласили нас присоединиться, если хочешь… – Нет ничего лучше семейного ужина вдвоем, – перебил её Том. – Не хочется никуда ехать… – Отлично! Значит, вместо чая с пирогом, откроем вино. Как раз берегла для лучшего случая. – Но мне нельзя вино! – наигранно возразил Том. – Успокойся, тебе МОЖНО вино, – засмеялась мать, взъерошив волосы на голове сына. – Какие мы правильные, посмотри на него! Том увернулся из-под её руки и тоже засмеялся. Как же ему не хватало таких моментов в жизни… Внезапно смех обоих прервал звонок в дверь. Том вопросительно взглянул на мать. – Ты кого-то ждёшь? Или это Лидс передумали? – Думаю, всё же первое.