Держа её руку

      – Значит, хочешь сделки? – глаза девушки горят нескрываемой ненавистью и презрением по отношению к человеку, чье спокойное выражение лица неимоверно бесит. Так и хочется заехать этому наглецу по роже, чтобы знал своё место. Но увы, тело нещадно болит и совершенно не слушается хозяина. Дазай прекрасно видит, какие мучения сейчас испытывает пятнадцатилетняя рыжеволосая девчонка, но не спешит помогать. «Собственно, зачем?» – проносится в голове, ведь он ещё не получил от неё согласие на свое предложение. Пока. Мафиози наперед знает, что уже выиграл.       Чуя сидит на камнях обвалившейся скалы – последствия её способности, – крепко зажимает кровоточащий бок, хмурится и старается как можно меньше двигаться, облокотившись спиной на камни. Юный исполнитель смотрит на неё сверху вниз, расположившись на валуне, поджав под себя одну ногу, а вторую свесив вниз. Позади него стоит целый отряд вооруженных людей в чёрных костюмах – ждут приказа от начальника.       – Любой, кто проиграл мне в играх, обязан служить в организации до конца своей жизни, – равнодушное до этого лицо искажает самодовольная усмешка. Ему определенно нравится сложившаяся ситуация.       – Когда-нибудь, я тебя разорву, – голубые глаза горят злобой. И это чувство направленно только на Дазая. На него одного. И парень упивается этим чувством, этой ненавистью, что прожигает его насквозь, заставляя сердце бешено стучать.       – Мне это нравится, – довольно растягивая слова, произносит шатен, не сводя с девушки взгляда, – похожа на дикого зверя, которого хочется приручить.       Чуя молчит, тщательно обдумывая предложение о вступлении в Портовую Мафию. Дазай терпеливо ждёт.       – Не убивайте детей, – спустя пару минут, тихо просит Накахара, опустив взгляд. И Дазай хотел бы пошутить на это «Они ведь твои ровесники, малышка Чу», но сдерживает себя. В конце концов, ему тоже всего лишь пятнадцать.       – Конечно, – поднимаясь на ноги на валуне, на котором сидел, согласно кивнул Дазая. – Вы всё поняли? – не оборачиваясь, обратился он к стоящим позади подчинённым. – Как и договаривались ранее, детей мы трогать не будем.       – Понятно, – проводив взглядом разбегающихся в сторону вооруженных людей, устало проговорила Чуя, – он это всё просчитал. С того самого звонка у игровых автоматов, – повелительница гравитации пытается подняться, но боль во всем теле и парализующий яд отравленного клинка не позволяют этого сделать. Глухо ойкнув, рыжая падает обратно, несильно ударяясь затылком о камни. Где-то в стороне, не смолкая, раздаются автоматные очереди в перемешку с людскими криками. – Сделал так, чтобы мои люди начали во мне сомневаться. Вот же ублюдок! – глаза предательски закрываются. – Тогда, будь по-твоему.       – Как грубо, – раздается над самым ухом, и в следующий момент девушку резко поднимают вверх, крепко удерживая руками, прижимая к груди. – Я ей, значит, тут помочь стараюсь, а в благодарность только обзывательства, – обиженно тянет парень.       – Ч-что ты творишь? – вцепившись руками в плечи шатена, угрожающе прошипела Чуя. – А ну отпусти меня, сволочь!       – Уверена? – хитрая усмешка. Дазай на секунду разводит руки в сторону, но сразу же ловит вскрикнувшую от неожиданного падения девушку, вновь прижимая её к своей груди. – Ну как, всё еще желаешь, чтобы я тебя отпустил?       – Убью, – злобно шипит Накахара. В боку заболело ещё сильнее, голова неприятно гудит. Сознание начинает покидать тело, погружая в кромешную темноту.       – Может быть, когда-нибудь, – доносится до неё чуть слышный голос раздражающего суицидника, – я буду не прочь покончить собой именно таким прекрасным способом, – заканчивает он, будучи уверенным, что девушка уже не слышит его.       Дазай резко открыл глаза и сел на кровати. Ему снова снилась Чуя. Руки цепляются за волосы, кончиками пальцев проводя по коже головы, слегка массируя. Не помогает. Руки опускаются на футон. Пустой взгляд направлен куда-то в сторону.       Хочется просто умереть и не чувствовать, не думать. В конце концов, не вспоминать о ней. Но это невозможно.       За окном начинает светать, постепенно окрашивая небо в светлые тона. Продолжать спать не имеет смысла, всё равно через час вставать. Дазай медленно поднимается с футона и идёт в душ. Холодные струи воды отрезвляют, прогоняя последние остатки сна. Становится намного легче, и смерть уже не кажется единственным верным решением всех насущных проблем.       Выйдя из кабинки, детектив останавливается напротив зеркала, повязав на бедра полотенце. Рука тянется в шкафчик за новой порцией бинтов – после душа необходимо снова скрыть многочисленные шрамы на теле, – но ненадолго задерживается над аккуратно сложенными в картонной коробочке бритвенными лезвиями.       «– Ещё раз я узнаю, что ты сделал это, изобью до такой степени, что и думать о суициде забудешь, идиота кусок! – зажимая истекающее кровью запястье шатена, яростно кричит Чуя. Дазай чувствует, как девушку трясёт, и молчит. Послушно идёт следом, когда его тянут за собой, продолжая покрывать несостоявшегося смертника бранными ругательствами. И слабо улыбается, когда девичьи руки аккуратно обрабатывают раны на руке. Ему доставляет удовольствие видеть этот страх в голубых глазах напротив. Страх, приправленный злобой и частичкой ненависти. Дазай знает, что Чуя боится за него. За его жизнь. Но ничего не может с собой поделать. – Ненавижу тебя, придурок, – посильнее стягивая бинтами запястье и предплечье, недовольно бурчит девушка, – лучше бы сдох с самого начала.       Ответом служит тихий смешок и извиняющийся поцелуй в макушку»       Лезвия отставлены в сторону. «Не сегодня» – думает парень, ссылаясь на то, что представать перед новичком, которого они подобрали вчера вечером, истекающим кровью не очень хорошая идея.       На маленькой кухне щелкает электрический чайник. Уже переодевшийся в свою повседневную одежду детектив не спеша заваривает себе крепкий кофе.       «Смертельная доза кофеина составляет около 10 грамм, – размышляет детектив, размешивая ароматный напиток. Ложка вымыта и возвращена на место. – Это значит, что для получения желаемого эффекта я должен выпить примерно от 10 до 30 литров кофе. Нужно будет как-нибудь проверить этот способ, авось повезёт»       Держа кружку в руках, Осаму выходит на улицу, плотно прикрывая за собой дверь. Подходит к перилам, облокачивается на них руками и ставит кружку на поручень. Свежий утренний ветерок приятно обдувает лицо, разгоняя мрачные мысли и болезненные воспоминания.       «Уже четыре года прошло, - думает он, смотря на проплывающие по небу облака, - неужели, она всё ещё не вернулась в Йокогаму»       Из кармана брюк достаётся телефон. Свободной рукой Осаму ловко щелкает по кнопкам, заходя в список контактов и пролистывая вниз, задерживаясь на иконке под ником «Истеричный слизень». Долго думает, прежде чем нажать на вызов, но в ответ слышит уже приевшееся «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны…» Дазай отклоняет звонок, убирая телефон обратно в карман. В конце концов, Чуя скорее всего сменила номер. Ведь он сам сделал тоже самое, когда покинул мафию.       От Хироцу информации тоже больше не было.       За стенкой, где расположена ещё одна квартира, доносится громкое сопение. Там спит тигр, которого Дазай подобрал вчера, и теперь намерен затащить столь интересного эспера в агентство. «Грех терять такого союзника» - сказал он Фукудзаве, предлагая сегодня устроить проверку для зашуганного мальчишки. Нужно бы идти и будить паренька, но взгляд суицидника цепляется за пустую железную бочку на земле.       В голове что-то щелкает, губы искривляются в усмешке. Поставив недопитую кружку с кофе на пол, Дазай вприпрыжку спускается с лестницы. Останавливается возле бочки, внимательно разглядывая её со всех сторон. Страница тридцать семь в недавно прочитанном новом справочнике по самоубийствам гласила, что в давние времена существовал способ казни, при котором жертву помещали в пустую железную бочку, сгибая её – эту самую жертву – пополам.       – Самое то, – с энтузиазмом щелкает пальцами. Поворачивается к железяке спиной, хватаясь руками за её края, подтягивается, подпрыгнув для удобства, и садится внутрь, стремительно погружаясь в недра прохладной бочки с тихим писком. «Ай» Спина плотно прижата к внутренней стороне стенки, плечи упираются туда же, сковывая движения и доставляя нестерпимый дискомфорт. Ноги вытянуты под остром углом и, облокачиваясь на противоположную стенку, выглядывают из бочки. Поясница нещадно ноет.       – Что-то я погорячился, – детектив нервно дергается, в попытках выбраться, но терпит неудачу. Напротив, еще сильнее погружаясь в злосчастную бочку, доставляя телу лишь новую порцию боли. – Чёрт, – парень чувствует, как по шее скатываются первые капли пота, – кажется, застрял.       Глаза бывшего мафиози широко раскрываются, стоит ему вспомнить точное название того самого сборника, откуда была взята информация. «Описание самых изощрённых пыток всех времен и народов»       – Упс, – в пустоту смеется он, шаркая подушечками пальцем об ржавую поверхность, – небольшая осечка вышла.       Вытащить руки, чтобы помочь ими себе, тоже не получается. Единственное, на что хватает возможности, это достать телефон, найти нужный номер и поднести его к уху, удерживая в таком положении только кончиками пальцев. Лишь бы не выронить, а то не факт, что получится достать снова.       – Алло? Куникида? – радостно вопит Дазай, когда на том конце провода берут трубку. – Куникидушка, друг, выручай. Если ты сейчас же не поспешишь мне на помощь, то я, скорее всего, умру.       – Поздравляю! – раздраженно доносится из динамика. Напарник чем-то очень занят, слышно шелест листов бумаги и скрип пишущей ручки. – Наконец-то у тебя получилось! А теперь будь добр, сдохни до конца и не мешай работать!       Детектив с дергающимся глазом посмотрел на телефон, из которого доносились короткие гудки – его проигнорировали, бросив трубку. Новый звонок – Акико – и Дазай слышит в ответ очередное поздравление со скорейшим перемещением на тот свет. «Но, если ты вдруг передумаешь, я всегда готова прийти тебе на помощь и подлатать тебя своим особым способом» От тона этой странной женщины, помешенной на своеобразной медицине, по коже Неполноценного человека прошёлся неприятный холодок. Дазай поспешил сам отключиться от разговора, чтобы не нарваться на неприятности. Уже проходили.       Ранпо не берёт трубку, Кенджи на задании, о чём и поспешил сообщить, когда ответил на звонок. Танизаки занят подготовкой к предстоящему экзамену для тигра, поэтому…       «Точно!»       Дазай победно усмехается, набирая новый контакт. Подносит телефон к уху и ждёт, слушая гудки исходящего вызова. Ждёт довольно долго, слушая как из дома напротив доносится пищащий телефонный звонок.       – Утречка, – с воодушевлением тянет Осаму, наигранно улыбаясь. Теперь то ему точно в помощи не откажут. ***       – Я хочу, чтобы ты доставила эти документы в Саппоро, – Мори передаёт в руки Чуи плотно запечатанный конверт. – Здесь очень важный контракт на сотрудничество с владельцем широко известных там горячих источников. Если всё пройдет гладко, мы получим новый способ добычи денежных средств, усилив внешнюю экономику нашей организации.       – Будет сделано, – Накахара склоняет голову в знак почтения, и собирается развернутся в сторону двери, как её снова зовут. Девушка вопросительно смотрит на Огая, ожидая.       – Это задание не несёт в себе опасности, поэтому предлагаю взять двойняшек с собой, – мужчина сидит в кресле и опирается подбородком на сцепленные кисти рук, улыбается. – Саппоро весьма большой город с множеством прекрасных мест. После выполнения задания, разрешаю взять пару дней отпуска, чтобы отдохнуть там с детьми.       – Большое спасибо, господин Мори, – Чуя снова кланяется, выражая благодарность. Губы трогает едва заметная улыбка, – я с удовольствием воспользуюсь Вашим советом.       Когда за исполнительницей закрывается дверь, Хироцу, что всё это время стоял позади Огая и молча наблюдал за происходящим, обходит вокруг стола босса и присаживается в одно из свободных кресел.       – Вы ведь специально отправляете её подальше от Йокогамы именно сейчас? – командир карательного отряда с подозрением смотрит на начальника Портовой мафии. – Акутагава ведь проиграл тигру из-за вмешательства Дазая. Могу предположить, что вы не хотите, чтобы Накахара и Дазай столкнулись друг с другом.       – Кто знает, – загадочно прищуривается Огай. – Возможно ещё пока не время для встречи этих двоих. Но мне очень интересно, что предпримет Дазай, когда узнает, что именно он оставил в ту ночь, так необдуманно покинув нас.       Выходя из кабинета босса, Чуя сталкивается с куда-то спешащей невысокой блондинкой. Девушка сильно взволнована и чем-то обеспокоена. К груди крепко прижимает большую кипу бумаг. Поспешно извинившись, светловолосая мафиози скрывается за углом, откуда вскоре доносится шум хлопающей двери – вероятно, зашла в кабинет Мори.       «Это же Хигучи, – продолжая свой путь дальше, подумала Чуя, – помощница Акутагавы. Слишком нервная сегодня. Обычно куда спокойнее. Что-то не так с их заданием?»       Оказавшись в своём кабинете, Чуя плюхнулась в кресло, положив ногу на ногу и облокотившись спиной на мягкую обивку. Взгляд устремлён на запечатанный конверт, что по-прежнему держит в руках.        – Очередная командировка, значит, – невесело выдыхает девушка, кидая документы на стол. Мори слишком часто стал посылать её в другие города по разным поручениям, будь то серьёзные переговоры, или незначительная доставка тех или иных документов. Накахара не жалуется, её вполне устраивала такая работа, хоть временами и вызывала непреодолимую скуку. В прошлом, казалось, было куда веселее.       Чуя отодвигает конверт к правому краю стола, и, взяв ручку, возвращается к отчетам, от которых ранее её оторвал вызов Огая. Утром поработать тоже выходило из ряда вон плохо – двойняшки всё время отвлекали, обращая внимание на себя, и жаловались на скуку. Если Эйми ещё можно было занять чтением увлекательной книги, то с Тэтсу было намного сложнее в этом плане. Нет, мальчишка, конечно, любил книги не меньше, чем сестра, но усидеть долго на одном месте было выше его сил. Он мог спокойно залезть Чуи на колени, пока та вчитывалась в содержание документов, мог перебраться на её спину, крепко обнимая руками за шею. Мог ненадолго спокойно устроиться позади, опираясь на спинку широкого кресла, и заплетать рыжие волосы матери или собирать их в хвосты. Пару раз после такого Накахара с трудом распутала многочасовой шедевр сына, и то лишь благодаря вмешательству Гин, а сам Тэтсуя в тот раз оказался на несколько дней лишенным любимых сладостей. И даже крабов.       Когда Гин, заглянув после обеда к неугомонному семейству в кабинет, предложила на пару часов забрать детишек с собой в зал тренировок, все трое слишком громко и дружно воскликнули «Только за!», чем смутили девушку. Если двойняшки радовались предстоящему веселью и возможности, скорее всего, встретиться с Рюноскэ и подоставать его, прося поиграть с Расёмоном; то Накахара была рада хоть немного поработать в тишине.       Но всё когда-нибудь заканчивается…       Когда маленькая стрелка настенных часов доползла до цифры пять, дверь резко отворилась, с грохотом врезаясь в стенку. Оба ребёнка с криком «Мама!» влетели в кабинет, бросаясь к сидящей в кресле Чуе, забираясь к ней на колени и крепко обнимая. «Мы так соскучились»       – Так я вам и поверила, – обнимая их в ответ, засмеялась Накахара, – мы же не виделись всего пару часов с вами.       Зашедшая следом за детьми Гин аккуратно прикрыла дверь. После села на диване, снимая маску с лица и тяжело выдыхая – устала. Рыжая, глядя на подругу, усмехается – двойняшки кого угодно могут довести до состояния «не стояния» своими выходками и гиперреактивностью, часто разбавляемой любознательностью.       – Братишка Рю сегодня такой злобный, – с неприкрытой радостью в голосе проговорил Тэтсуя, удобно устроившись на левой ноге матери, свесив вниз свои ноги и облокотившись на подлокотник с левой стороны спиной. – Такой смешной был. Сначала долго ворчал, а потом куда-то ушёл. Ты бы только видела его физиономию, умора.       – Ага, – с довольной улыбкой кивнула Эйми на слова брата, – правда, играть он с нами отказался. Зануда, – надув щечки, буркнула девочка и недовольно скрестила руки на груди.       – Я сегодня видела Хигучи, которая чуть не сбила меня с ног, – вспомнив, произнесла Чуя, настороженно посмотрев на брюнетку. – Они провалили задание?       – Можно и так сказать, – Гин прикрыла глаза, облокотившись затылком на спинку дивана. Кончики пальцев правой руки коснулись закрытых век, мягко массируя. – Рю сказал, что почти победил, но…       Лейтенант Чёрных ящеров убрала руку от лица и, открыв глаза, посмотрела на детей, показывая, что информация не для их ушей. Хмыкнув, Чуя подняла двойняшек с помощью гравитации над стулом, под восторженных смех этой самой ребятни, и, встав на ноги, опустила их обратно на освободившееся сиденье. Пошарив немного по столу рукой, девушка отыскала ненужный чистый лист бумаги, взяла ручку и подошла к дивану, присаживаясь рядом с подругой.       Заимев необходимые принадлежности, Гин ловко начиркала пару строк на листе, протягивая написанное обратно. От прочитанного глаза Чуи на мгновение вспыхнули красным светом, в принципе, как и всё тело девушки. Дрожащие пальцы злобно скомкали несчастный клочок бумаги, сжимая его в кулаке.       «Когда Рю почти победил тигра, появился Дазай, мешая закончить дело. Теперь у них что-то вроде войны»       – Чёртова скумбрия, – Накахара прикусила нижнюю губу, чтобы не сболтнуть лишнего. Значит, Акутагаве он показался, а прийти и поговорить с ней кишка тонка? Или ему просто действительно всё равно, что стало с бывшей напарницей.       «Вот именно, – горько усмехнулась девушка, зарываясь руками в волосы и опуская голову к коленям. На душе горько и тошно, – я всего лишь бывшая напарница. Бывшая, во всех смыслах»       Гин опустила взгляд, не зная, что сказать, и чувствуя себя немного неуютно. Эйми и Тэтсуя удивлённо посмотрели на мать, отвлекаясь от карт, которые достали из выдвижного ящика рабочего стола Чуи.       – Мама? – обеспокоено позвала дочь, но в ответ тишина. Двойняшки переглянулись, кивнув друг другу.       «Мама загрустила после того, как прочитала что-то на той бумажке, – прошептала девочка на ухо брату, – нужно отобрать листок и прочитать, что там»       «Ты права» – согласился мальчик. Он перевёл взгляд на прижатый к рыжей макушке и зажатый между пальцами смятый лист бумаги. Будет трудно его вытащить, но попробовать стоит. В голубых глазах вспыхивает азартный огонёк. Потерев ладошки друг о друга в предвкушении, мальчишка вытянул одну руку вперед, сосредоточившись на цели, пока никто из взрослых не видит. Позади, держа брата за плечи, сидела Эйми, приободряя шёпотом «Давай, у тебя получится» Около материнской руки появился маленький иссиня-чёрный водоворот, затягивая внутрь края зажатого листа. Но когда двойняшки подумали было, что у них все получилось, Чуя ещё крепче сжала листок.       – Даже не думай, – от холодного тона матери всё тело пробил озноб. Детишки пискнули от неожиданности, вцепившись в подлокотники кресла, когда Чуя, не поднимая головы, активировала свою способность, крутанув кресло вокруг своей оси.       – Как ты? – покачивая головой от лёгкого головокружения, удивленно проговорил Тэтсуя. Мальчик продолжал крепко обнимать подлокотник со своей стороны кресла, а то вдруг мама повторит «урок» – Ты ведь даже не смотрела в мою сторону!       – Мне не нужно смотреть, чтобы почувствовать, как ты используешь рядом со мной свою силу, – девушка тяжело вздохнула, убирая руки от лица и поднимая голову. Смотрит на детей, которые медленно слезают с кресла и идут к матери, залезая к ней на руки и вновь обнимая.       – Прости, – виновато тянет Тэтсуя, оплетая руками материнскую шею, прижимаясь еще крепче. И в такие моменты он похож на Осаму больше всего, вызывая колющую боль в груди.       – Мы лишь хотели узнать, что так сильно расстроило тебя, – малышка прижалась щекой к груди Накахары, обнимая короткими ручками, на сколько может, за талию.       – Вот оно как, – Чуя слабо улыбается, по очереди целуя детские макушки.       – Что там написано, мама? – маленькие глаза излучают искреннее беспокойство. Укротительница гравитации слабо качает головой, гладя сына по волосам. Второй, свободной рукой, обнимает дочь. Гин сидит рядом, притаившись, чтобы не мешать.       – Ничего важного, – соврав, тихо произносит рыжая. Накахара на время прекращает гладить мальчика, приподнимает руку с листком бумаги над головой и, окрасив его красным светом Смутной печали, расщепляет на мелкие кусочки. После вновь касается тёмных волос сына, наклоняясь к нему ближе и прикасаясь лбом к его лбу, прикрыв глаза. – Ничего, что стоило бы вашего беспокойства. ***       Тихо скрипнула дверь, пропуская в пустующий конференц-зал двух маленьких посетителей. Переговоры, на которые пригласили Накахару, должны были начаться только через пол часа, поэтому двойняшки решили не терять времени даром, и заранее найти удобное место, чтобы спрятаться и подслушать за серьёзными взрослыми дяденьками и тётеньками.       – Пока я буду отсутствовать, даже и не думайте покидать комнаты, – строго пригрозила Чуя, прежде чем покинуть номер отеля, – ты меня услышал, Тэтсуя?       – Почему сразу я? – возмутился мальчик, надув губки и скрестив руки на груди.       – Потому, что из вас двоих в девяносто процентов случаев зачинщиком всех проказ являешься именно ты, – спокойно пояснила исполнительница, закрывая за собой дверь на ключ. Но разве детей это остановит? Правильно, нет. Не зря же Эйми училась вскрывать замки, подолгу наблюдая за тем, как это делает мама и другие мафиози в организации.       И вот сейчас, проползая на четвереньках мимо кожаных кресел, брат с сестрой бесшумно юркнули под широкий стол за секунду до того, как на пороге помещения появились ещё два человека. Лиц вошедших было не видно, но по голосу ребята быстро определили в неизвестных мужчин. Довольно подозрительных, к слову.       – Ты принёс? – коротко спросил один из них, присаживаясь в кресло возле стола. Ребята притихли, инстинктивно пригнув головы.       – Как и договаривались, – на стол с характерным глухим стуком что-то приземляется, от чего детишки вздрагивают. Под столом шум слышится иначе. – Этот яд действует в течении нескольких минут, сначала парализуя жертву, а потом медленно убивает, разрушая внутренние органы. Противоядия нет, так что все, кто отведает сегодня наше вино, останутся лишь историей в нашей маленькой победе.       – Отлично, – в голосе мужчины слышится довольная усмешка, – избавляемся от всех. Затем забираем деньги с договором и сваливаем из страны. Как тебе расклад?       Двойняшки, крепко держа за руку друг друга, шокировано следят из-под стола за перемещением мужских ног по залу. «Эти люди хотят убить маму и остальных» Оба понимают, что по чистой случайности оказались свидетелями тайного заговора против дел Портовой Мафии и их партнёров от третьей стороны, заинтересованной в провале первых двух. Что делать? Что необходимо сделать, чтобы помочь? Мысли пчелиным роем носятся в голове. Но в силу детского мышления, на ум ничего не приходит. Только небольшой страх от опасения быть обнаруженными раньше времени не теми людьми. Тэтсуя не сомневается – в таком случае их просто убьют. Быстро и, если повезёт, безболезненно, заметая следы. Дети замирают, стараясь не издавать каких-любо звуков. Сейчас обнаружение грозит отнюдь не суровым наказанием от матери, а жестокой расправой от врагов.       Минуты тянутся мучительно медленно. «Ну где же все?» – в отчаянии думают двойняшки, вслушиваясь в непринужденный разговор предателей. О готовящимся покушении больше не было сказано ни слова. «Может, нам просто послышалось» – искренне надеется девочка. Но сталкиваясь взглядом с братом понимает, что нет, не послышалось. Эйми опускает голову и закрывает глаза, задумавшись. Затем резко подскакивает, едва не ударившись о поверхность стола макушкой. Тэтсуя вовремя успел прикрыть сестре рот и за хвост утянуть её ниже к полу. Прислушались, проверяя, не рассекретили ли их. Нет, мужчины по-прежнему ведут свой разговор.       Нахмурившись, шатен смотрит на Эйми, желая узнать, чем вызвана её реакция. Девочка хитро улыбается, убирая руку брата от своего лица. Показывает пальчиком на близнеца и «рисует» в воздухе водоворот, намекая на использовании Чёрной дыры. Тэтсуя, склонив голову набок, пытается сообразить, что хочет от него Эйми. «Ну использую я силу, и что дальше? Чем нам это поможет?» – произносит он одними губами. Девочка показательно фырчит.       «Тормоз»       Касается указательным пальцем правой руки пола, «рисует» на нём прямоугольник, «внутри» которого начинает «писать». И Тэтсуя понял. Кивнул, вытянув перед собой руку, прикрыл глаза, сосредоточившись. Эйми, затаив дыхание, с восхищением смотрела, как перед её взором образуется иссиня-чёрный водоворот. Первая часть задуманного выполнена.       Тэтсуя вытягивает вторую руку, направляя её на вихрь, и производит разные манипуляции пальцами, хмуря брови. Это сложнее, чем кажется на первый взгляд. Но удача пока на их стороне, дети замечают тёмное пятно в центре водоворота, и в следующее мгновение в руки Эйми падает…       «Пульт от телевизора?!»       Девочка недовольно смотрит на брата. «Упс» Тэтсуя давит извиняющуюся усмешку, продолжая колдовать над способностью. И на пол аккуратно опускаются шоколадка, носок, колёсико игрушечной машинки, клинок, который когда-то был украден по просьбе Гин у её напарника. Даже старый мамин чокер затесался среди ненужного сейчас хлама. Эйми бесшумно хлопнула ладонью по лбу. Мальчик с трудом сдерживается, чтобы истерично не заржать в голос. И вот, «Аллилуйя!», перед детьми опускается старая упаковка карандашей и раскраска, принадлежащие малышке. Девочка берёт в руки один карандаш, самый тёмный, и раскрывает осторожно, стараясь не шуметь, раскраску на чистой странице. Чиркает несколько предложений неровным подчерком, выводя крупные буквы на белой бумаге. Закончив, протягивает послание брату. Теперь главное, не ошибиться адресатом.       Чёрная дыра затягивает вырванный лист раскраски, скрывая его от детских глаз.       «Надеюсь, у нас все получится»       Чуя медленно шла по просторному коридору офисного здания, расположенного в центре города Саппоро. Она увлеченно обсуждала выгодные стороны намечающегося сотрудничества с новыми рабочими партнёрами Поровой Мафии, когда перед ней неожиданно образовался иссиня-чёрный вихрь – способность сына, – а в руки исполнительнице падает обрывок из раскраски дочери. Девушка внимательно смотрит на находку, сжимая лист кончиками пальцев.       «Мама, спаси! Мы под столом в зале, где пройдёт ваша встреча. Здесь два человека. Они отравили вино. Они хотят всех убить, мама!»       – Я же предупреждала их, сидеть в комнате! – послание стискивается пальцами, тело покрывается красным свечением.       – Что-то произошло? – удивляясь резкой смене в настроении коллеги, интересуется мужчина средних лет. Девушка берёт себя в руки, способность сходит на нет. – И что это сейчас было?       – Кажется, среди нас затесались крысы, Господин Миньер, – Накахара протянула союзнику детское послание. – Что будем делать?       – То, что обычно и делают с крысами, – ни один мускул не дрогнул на морщинистом лице, только суровый взгляд серых глаз показывал, что мужчина не очень доволен текущем положением дел, – наказать подобающим образом.       – Предоставьте это мне, – кровожадный оскал, не предвещающий ничего хорошего, – я сделаю всё лучшим образом.       Дверь в конференц-зал слетает с петель и с громким треском падает на пол, а на пороге показывается, окутанная красным светом, рыжеволосая мафиози. Голубые глаза недобро сверкают, руки сжаты в кулаки, спина прямая. Накахара с азартом смотрит на подскочивших со своих мест предателей и усмехается. Позади Чуи стоит седовласый хозяин преступной организации в Саппоро, сцепив пальцы рук за спиной. Мужчина не принимает никаких попыток вмешательства в происходящее, тогда как исполнительница Портовой Мафии делает несколько шагов вперед, с хрустом разминая кулаки.       Стол, располагающийся посередине помещение, приподнимается и отставляется в сторону, открывая всем притаившихся там детей и разбросанный около них хлам. «Мой чокер?» На секунду удивляется Чуя, но внешне не показывает. Даже знать не хочет, как эти вещи здесь оказались. Она окутывает Смутной печалью двойняшек и, под офигевшие взгляды предателей, осторожно приподнимает их над полом. Эйми удаётся в последней момент схватить с пола клинок и чокер, прежде чем их стремительно уносит из кабинета в конец коридора, где странный мужчина просит сидеть тихо и не высовываться, пока мама не вернётся.       – Господин Миньер, что происходит? – заикаясь, произносит один из крыс. Это среднего роста хлипкий и худой светловолосый мужчина с небольшой растительностью на лице. – Позвольте объясниться?       Второй предатель – высокий, черноволосый мужчина, атлетического телосложения, – отойдя на пару шагов назад, к дальней стене, вытащил из-за спины пистолет и направил его на девушку, производя несколько выстрелов подряд.       – Серьёзно, – «скучающе» произнесла Чуя, останавливая пули перед своим телом и мгновенно отправляя их обратно в мужчину, раня его ноги. С громким воплем брюнет падает на пол, хватаясь за истекающие кровью ноги руками.       – Су-у-ука, – сквозь зубы тянет он, испепеляя мафиози взглядом.       Тем временем, повелительница гравитации, не прекращая дьявольски улыбаться, медленно идёт к блондину, на ходу хватая одну из бутылок вина со стола. После цепляет щуплого за грудки, рывком усаживая в рядом стоящее кресло, ставит свою ногу между ног жертвы и нависает сверху, оперевшись свободной рукой о кожаную спинку офисной мебели. От оскала рыжей по шее мужчины струится пот. Он в немом шоке открывает и закрывает рот, забыв, что хотел сказать.       – А теперь, – Накахара слегка склоняет свою голову вбок и преподносит открытую бутылку спиртного к губам пойманного человека, – ты продегустируешь это замечательное вино, которое, блять, я так желала сегодня опробовать, – глаза мужчины широко распахиваются, когда горлышко бутылки оказывается у него во рту, а горьковато-сладкая жидкость льется в глотку. Моментально срабатывает рефлекс, и, чтобы не захлебнутся, приходится жадно глотать. – Какой хороший мальчик. Уверена, у этого вина просто потрясающий вкус, – наигранное сожаление проскальзывает в женском голосе, – как жаль, что мне не выпало чести отведать его.       Убирает бутылку, отбрасывая в сторону. Мужчина жадно хватает ртом воздух, откашливаясь и сжимая руками собственное горло – оно горит. Он чувствует, как всё тело начинает гореть изнутри, и задыхается. На глазах выступают слёзы, и он медленно сползает с кресла, садясь на полу на колени, когда Чуя с презрительным взглядом отходит от него.       – Или всё же хорошо, что не попробовала, – блеск голубых глаз приковывает внимание умирающего. Скорее всего, думается ему, это будет последнее, что он запомнит перед смертью. – Остальное предоставляю вам, Господин Миньер, – холодно произносит исполнительница, покидая помещение.       За углом её уже ждут притихшие двойняшки и испуганно смотрят на мать. Чуя окидывает их строгим взглядом «Я ведь предупреждала», поднимает обе руки вверх, замахиваясь, и – дети инстинктивно зажмурились, пригнув головы, – крепко обнимает Эйми и Тэтсу, опускаясь перед ними на колени.       – Я же просила вас не высовываться из номера, пока не вернусь, – тихо произносит Накахара, чувствуя, как одежда на её плечах промокает от детских слёз. Они действительно испугались. Сильно. – Вы хоть подумали, во что ввязались? А если бы с вами что-то случилось? Я бы…       – Мы, – шмыг носом, – больше не будем.       – Угу, – всхлип. – Прости…       – С трудом верится, – не обращая внимание на шум голосов позади, с улыбкой шепчет Чуя. Она встает, помогая себе поднять детей с помощью гравитации, и идёт по направлению к номеру, держа двойняшек на руках. – Спасибо, что не растерялись и нашли выход. Вы просто молодцы, – а спустя пару шагов, увидев довольные улыбки на детских лицах, добавляет. – Даже не надейтесь избежать наказания.       – Ну мам! ***       – Братишка Рю! – от услышанного мафиози вздрогнул и ощутимо напрягся. Не зря. Стоило только младшему поколению Накахара заметить издали знакомый чёрный плащ Акутагавы, как они с диким воплем кинулись за ним следом, повисая со спины на поясе парня. Брюнет лишь смиренно посмотрел на две маленькие голубоглазые копии человека, которого он часом ранее жестоко избивал в подвале организации.       Да. Используя хитроумный план, как думалось Акутагаве, он смог схватить своего бывшего наставника, и сейчас держал его в пыточном зале, прикованным к бетонной стене. Теперь можно было спокойно разобраться с тигром. Задание, которое поручила ему Гильдия, отошло на второй план. Вернее, забылось полностью. Убить этого жалкого детектива стало целью жизни.       – Тэтсу, Эйми, – Акутагава спокойно отцепляет от себя детей, привычно оплетая их тела Расёмоном и приподнимая в воздух на уровне своих глаз. – Вы быстро.       К ним навстречу медленно идёт Чуя, поправляя на голове чуть съехавшую шляпу. Именно ей были адресованы последние слова.       – Разве? – девушка неопределенно пожимает плечами, улыбаясь. – Вроде и так целую неделю отсутствовали. Хватит с них, – взглядом указывает на смеющихся двойняшек, что кружили в воздухе под потолком. – К тому же из-за инцидента, произошедшего во время подписания договора о сотрудничестве, мне предстоит написать немалый отчет, – недовольный вздох. Руки скрещены на груди, выражая всё недовольство предстоящим. – Опять несколько дней бумажной волокиты, тоска.       – Что-то серьёзное? – нахмурившись, уточняет Рюноскэ, но Чуя безмятежно качает головой, и парень успокаивается. Дети целы, Накахара в прекрасном расположении духа, а это значит, что ничего серьёзного не произошло. Он действительно этому рад.       – Всё более, чем замечательно. Расскажу подробнее, когда появится свободная минутка. Лучше скажи, как продвигается твоё задание? Поймал тигра?       – Ещё нет, я в процессе, – губы темноволосого эспера искажаются в непривычно-едкой усмешке. Что-то новенькое, думает Чуя. – Но я поймал кое-кого другого, – парень интонацией выделяет последнее слово. Накахара недоуменно вскидывает бровь. «О ком он?» – Если есть желание, советую заглянуть в подвал, где обычно держим пленников для допросов. Там ты найдешь небольшой сюрприз в виде недостающей половины Чёрного.