Держа её руку

      Невысокое, ничем не примечательное старое здание, некогда служившее тюрьмой для особо опасных преступников, а ныне считавшееся заброшенным, расположилось на окраине портового города Йокогамы. Кирпичное, трёхэтажное сооружение, огороженное от случайно-забредших в это место зевак высокой колючей проволокой, казалось, не может быть убежищем для какой-либо живой души. Слишком ужасное прошлое таило в себе это место, слишком кровавая расправа настигла когда-то тех, кто работал или был заточен здесь, о чём не переставали напоминать грязно-бордовые пятна, навек отпечатавшиеся по всей территории тюрьмы.       В ту ночь мало кому удалось выжить…       – Босс у себя? – спокойным ровным голосом поинтересовался неизвестный в чёрном длинном плаще с капюшоном, чьё лицо было скрыто от чужих глаз под серой маской. Лишь только зелёные глаза ярко блеснули под накинутым на голову капюшоном.       Мужчина, что сидел на скамье возле входа в тюрьму и заинтересовано читал какую-то толстую книгу в кожаном переплёте, медленно кивнул, из-за чего прядь отросших чёрных волос сползла на пронзительные, увлечённые чтением, чёрные глаза, закрывая взор. Хмыкнув, брюнет ловко заправил прядь обратно за ухо, молчаливо провожая взглядом товарища, который успел пройти внутрь. Видимо, появились какие-то новости, раз этот человек осмелился появиться здесь, не боясь быть обнаруженным теми, среди кого он прячется. Рискованно.       Но новость действительно того стоила...       – Господин Говард, – учтиво поклонился неизвестный, пройдя в кабинет босса. Когда-то, в прошлом, это помещение служило кабинетом для управляющего тюрьмой. Сейчас же принадлежало Роберту Говарду, бывшему некогда заключенному в этом месте, а на сегодняшний день, являющемуся главным в проклятом здании.       Высокий, светловолосый мужчина, среднего возраста, обернулся к вошедшему, отложив в сторону пробирки с химическими реагентами. Неизвестный слегка поёжился, но взгляд не отвёл. Перед ним стоял человек, чьё тело было обезображено до невозможности. Человек, жизнь которого сохранилась только чудом. Половина лица, казалось, была сожжена. Кожа, чёрная, как угли, выглядела до омерзения отвратительно, как и пустая глазница с правой стороны лица. Второй глаз, серый, устало смотрел на подчинённого. Губы сами собой исказились в хладнокровном оскале – не всем дано было выдержать взгляда, что ловил на себе Говард.       Правая нога и рука, как собственно, и вся правая половина тела, были в подобном состоянии. Нижняя конечность, оторванная когда-то по колено, сейчас заменялась металлическим протезом-крюком. Рука – зафиксированная с помощью бандажа, безвольно прижималась к груди. Роберту пришлось в прошлом потратить немало времени, чтобы научиться владеть левой рукой, ведь с рождения являлся правшой.       Большая часть тела скрыта под тёмной одеждой, но подчинённый не раз слышал рассказы от своих старших товарищей о том, какой отпечаток наложил на их босса инцидент, произошедший в этом месте более пяти лет назад.       Бунт заключённых, что поднялись против надзирателей тюрьмы. Бунт, зачинщиком которого и был сам Говард. Бунт, в котором ему почти удалось одержать победу. Почти. Если бы только те двое не вмешались, уничтожая все планы, разрушая в пепел гениальную задумку почти обретшего свободу хищника.       – Уже вернулся? – голос Говарда хриплый. Он никогда не говорит громко, но вместе с тем, подчинённые всегда отчётливо слышат его.       – Я ненадолго, – неизвестный прошёл вглубь кабинета, но на молчаливое предложение присесть в кресло, что стояло напротив стола босса, отрицательно покачал головой «я скоро уйду». – Я пришёл сказать, что, кажется, нашёл беспроигрышный план, который поможет вам в полной мере отомстить своим обидчикам. Жестоко отомстить, раз и навсегда уничтожая тех, кто в прошлом почти убил вас.       – Ты уверен? – подозрительно прищурился Говард, недоверчиво смотря на подчинённого своим единственным серым глазом.       – Скажем так, – усмехнулся парень, – если мои догадки подтвердятся, то, я смогу с уверенностью вам заявить, что нашёл слабое место того, кого вы считали непобедимым… ***       – Да! Это было супер круто! – в приподнятом настроении выбегая, почти выпрыгивая из комнаты страха на улицу, радостно вопил Тэтсуя. – И совсем не страшно, – горделиво вздернул носиком мальчишка, уперев руки в боки, – не понимаю, чего те люди так громко кричали.       – Не будь рядом мамы и сестрицы Гин, ты бы вопил не меньше, – хитро прищурилась Эйми, улыбаясь.       – Вот ещё, – показав сестре язык, бросил Тэтсу. – Я достаточно сильный, чтобы обращать внимание на этих ненастоящих монстров.       – Ну да, ну да, – девочка неспешно подошла к брату, растрепав ему и без того непослушные волосы под родительской шляпой. – Мы все тебе поверили, правда, мам?       Время в парке аттракционов пролетало быстро и незаметно. Сегодня двойняшкам многое было позволено по случаю того, что последнее время Чуя мало обращала на них внимание, занятая на работе. Своего рода «извинение», которым детишки не постеснялись воспользоваться. В рамках разумного, разумеется.       Покататься на американских горках? Не вопрос. Опробовать качели-маятник? Да легко! Рассмотреть красоту портового города с самой высокой точки колеса обозрения? Пф, запросто. И даже не раз. Пострелять в тире, чтобы выиграть самую большую игрушку? Да как нефиг делать! Эйми и Гин на пару умудрились довести хозяина лавки до «инфаркта» своим навыком снайперства. Нет, малышка, разумеется, в отличии от Акутагавы, промахивалась. Однако всё равно стреляла намного лучше большинства взрослых, которые ежедневно посещают тир. Мужчина был в культурном шоке от навыков четырёхлетней малышки, что с поразительной сосредоточенностью самостоятельно перезаряжала пневматическое ружье. Единственной трудностью, с которой столкнулась маленькая принцесса, это удержать оружие в слабых детских руках. Но тут на помощь пришла Чуя, незаметно удерживая ружье в воздухе с помощью гравитации. Мужчина даже не обратил внимание на красное свечение, коим оказался окутан его реквизит. Слишком сильно было удивление.       Выиграв большого плюшевого краба, за которым и охотилась Эйми, и рыжие кошачьи ушки-ободок, «снайперы» покинули бледного, как сама смерть, хозяина тира, облегчённо вздохнувшего вслед «удачливым» посетителям.       – Может, стоило ещё поиграть? – довольно скалясь, поинтересовался Тэтсу. Но в ответ получил отрицательное мотание головой.       – С вас и этого на первый раз достаточно, – Чуя, недовольно фыркнув, машинально поправила на голове ободок-ушки. Эйми слишком настойчиво просила маму надеть свой подарок «Я ведь ради тебя старалась» – широко улыбаясь, невинно пролепетала девочка, аргументируя свой порыв тем, что раз шляпу сегодня забрал себе Тэтсу, то маме нужно придумать что-нибудь другое. К тому же «тебе очень идут эти ушки».       Чуе ничего не оставалось, кроме как, тяжело вздохнув, уступить дочери. Навряд ли в этом парке появится кто-то из их знакомых. Мафиози не посещают подобных увеселительных мест, разве что Элис притащит Мори, но эти двое сейчас в другой части Йокогамы по делам организации. А если кому-то всё же не посчастливится пересечься сегодня с Накахарой, что ж, пусть земля будет пухом этому «счастливчику», потому что Чуя его просто убьёт. Быстро и безболезненно, чтобы никому не проболтался об этих чёртовых кошачьих ушах. Как говорится, нет свидетелей, нет проблем. Всё гениальное просто. Утвердительно кивнула своим мыслям Чуя, направляясь вслед за детьми в открытое кафе-мороженное.       – Кажется, мы потерялись, – Тэтсу нервно усмехнулся, оглядываясь по сторонам. Но ни Чуи, ни Гин поблизости видно не было. Двойняшки запоздало начинают понимать, что убегать следом за большим, как им показалось, трёхцветным котом, чтобы поймать его и погладить, было плохой идеей. Они стояли среди людной улицы, в самой оживлённой части городского парка и не знали, в какую сторону следует идти, чтобы вернуться к старшим.       – Нам определённо снова влетит, – скрестив руки на груди, недовольно пробурчала Эйми, сдувая падающую в глаза надоедливую тёмную прядь волос. Угораздило же так влипнуть. И ладно бы, если б им удалось поймать кота. Нет же, и сами потерялись, и желанной цели не достигли. Хуже не придумаешь.       – А мы всё на кота свалим, – зловеще ухмыльнулся мальчишка. И протянул сестре руку. – Пойдём. Стоя на месте точно никого не найдем, а так, может, повезёт наткнуться на маму и сестрицу.       Малышка неуверенно кивнула, хватаясь за протянутую руку брата и следуя за ним. Рядом с Тэтсу никогда не было страшно. Даже в тот раз, когда они вынуждены были прятаться от врагов под столом, выискивая способ связаться с матерью, чтобы сообщить о предательстве странных людей, Эйми быстро нашла в себе силы не бояться только благодаря присутствию Тэтсу рядом с собой.       Дети потеряно блуждали среди радостных и увлечённых весельем горожан, совсем не замечая, как за ними внимательно наблюдает пара тёмно-жёлтых кошачьих глаз. А когда к двойняшкам настойчиво пристал подозрительный мужчина, кот, лениво потянувшись, вытягиваясь всем телом, спрыгнул с крыши торгового ларька, убегая в известном только ему одному направлении.       – И что же это такие маленькие детишки разгуливают здесь без присмотра взрослых? – склоняясь чуть вперёд, упираясь ладонями в колени, с нахальной усмешкой поинтересовался здоровый, полноватого телосложения, мужчина. Обросшее, наверняка колючей, щетиной лицо вызывало у ребят только отвращение. Наглые глаза заставляли поёжиться. Тэтсу машинально сделал пару шагов назад, утягивая за собой и сестру, заводя её за свою спину и вставая перед ней, закрывая от предполагаемой опасности. От этого мужика просто разило тошнотворным перегаром.       – Не твоего ума дело, – крепко сжимая за спиной руку Эйми, злобно прорычал Тэтсу.       – Какой невоспитанный мальчишка, – негодующе покачал головой незнакомец, пригрозив детишкам кривым пальцем. – Разве вас не учили, что со взрослыми людьми нужно быть вежливыми и относиться к ним с почтением.       – С людьми, может, и нужно, – прожигая мужчину презрительным взглядом, чеканит паренёк, – Вот только про грязных свиней речи никогда и не было.       – Ах ты, – круглое лицо мужчины багровеет от злости. Он тяжело дышит. Дети видят, как его ноздри раздуваются от участившегося дыхание. – Мелкий паршивец! – Накахару-младшего резко хватают за грудки, приподнимая над землей и больно вздёргивая. Настолько сильно, что закружилась голова. Мальчишка панически замахал ногами, в страхе понимая, что не чувствует опоры под собой. Маленькие руки, сжатые в кулаки, принялись усиленно колотить обидчика, не причиняя нужного урона. Мужчина только мерзко засмеялся над тщетными попытками ребёнка выбраться из его хватки. – Я тебя научу, как нужно относиться к старшим. Ты у меня поплатишься за свой поганый длинный язык, щенок!       – А ну отпусти Тэтсу, свинтус! – яростно взвизгнув, Эйми подбежала к здоровяку, пиная со всей силы его по ноге. – Пусти, пусти, пусти!       Мимо проходившие люди, опасливо косясь в сторону нетрезвого мужчины с парой детей, старались как можно дальше отойти от развернувшегося неравного «поединка». Кто-то, хмурясь и закрывая глаза собственным детям, поспешно уводил их подальше, чтобы обезопасить от отвратительной сцены; кто-то просто предпочитал пройти мимо, усиливая шаг, чтобы не дай боже его не втянули в эту перебранку с психом. Иные зеваки, остановившись на достаточно удалённом расстоянии, трусливо перешептывались, надеясь, что на подмогу бедным детишкам придёт кто-нибудь другой. Рисковать собственной жизнью никто не торопился. Мало ли, может у этого неадеквата и нож припрятан.       – Пусти, иначе тебе наша мама бошку оторвёт! – прищурившись от давящей от захвата боли в теле, обессиленно пропыхтел Тэтсуя, перехватывая короткими ладошками одну из удерживающих его рук.       – Да что ты говоришь, – мужчина ещё раз встряхнул скалящегося паренька, приближая его лицо ближе к своему. Глаза незнакомца похотливо вперились в ребёнка. Так и хотелось воткнуть в них что поострее, чтобы раз и навсегда стереть эту поганую ухмылку с толстой рожи. – Если твоя мамаша окажется горячей штучкой, я буду не против проучить и её за неправильное воспитание мелких сосунков вроде в-       Мужчина резко заткнулся, широко распахивая глаза, когда в его спину упёрлось что-то острое. Что-то, подозрительно напоминающее собой остриё клинка. По коже мгновенно покатились противные капли пота, стоило почувствовать, как к шее прикасаются четыре острых лезвия. Спокойный, веющий убийственным холодом голос как скальпель резанул по ушам, медленно проговаривая:       – Если бы их мать увидела, что ты творишь с этими малышами, уверяю, твои внутренности оказались бы вывернутыми наружу раньше, чем ты смог бы это осознать.       Скосив взгляд в сторону, пьяница увидел маленькую девушку, даже скорее девочку-подростка, в ярко-красном кимоно и длинными чёрными волосами, собранными в два низких хвоста, что спадали на хрупкие плечи. Девичий взгляд не предвещал ничего хорошего, он гипнотизировал, мысленно убивая своего противника.       – Отпусти ребёнка, – проговорил с другой стороны ещё один, мужской голос. И именно в этот момент опасные лезвия возле шеи непроизвольно дёрнулись, оцарапывая грубую кожу до крови. Незнакомец шумно сглотнул. То, что изначально было принято им за лезвия, оказалось тигриными когтями, мёртвой хваткой вцепившихся в его глотку, лишь чудом не разрывая её. Золотистые глаза, с фиолетовым отливом, внушали по истине звериный страх. Даже еще больший, чем та девушка, что с поразительным хладнокровием направляла свой нож в напряжённую мужскую спину. Руки незнакомца ослабили хватку, безвольно опуская свою жертву вниз.       Паренек, качнувшись, обессилено упал на задницу, усиленно растирая руками те места, за которые его удерживали. Шляпа чуть съехала набок, закрывая левый глаз и делая вид ребёнка ещё более растрёпанным.       – Тэтсу?!       Эйми сразу же подбежала к брату, обеспокоенно оглядывая его и обнимая за шею, утыкаясь мокрым от слёз лицом в ключицу мальчишки. Трясущиеся от пережитого страха руки заботливо обняли сестру в ответ. Скорее интуитивно, нежели осознано. Не скрытый под широким полем съехавшей шляпы голубой глаз отстранённо следил за тем, как недавний обидчик стремительно удирает в неизвестность, пару раз запнувшись и упав на землю, буквально проползая на коленях несколько метров, поднимаясь на ноги и снова падая через какое-то время.       – Представление окончилось, – окинув взглядом собравшихся вокруг людей, холодно произнесла девочка, пряча нож в полах своего длинного одеяния. И прохожие, поняв столь тонкий намёк от вооружённых людей, впопыхах начали расходиться по своим делам.       – Как низко было с их стороны просто смотреть, как детей обижают, – возвращая своим рукам обычный, человеческий вид, печально вздохнул Ацуши. – Люди, порой, так жестоки своим равнодушным бездействием на чужие проблемы.       Ацуши и Кёка, выполнив поручение Куникиды и доставив необходимые документы в центральный суд, возвращались обратно в офис, когда вдруг решили, по просьбе Изуми, заглянуть в парк развлечений, чтобы приобрести тут то самое вкусное мороженное, которое так сильно полюбилось бывшей мафиози. Накаджима не стал возражать. Они справились с заданием гораздо быстрее, чем планировалось, поэтому в запасе ещё оставалось свободное время.       Ацуши стоял напротив ларька с мороженным, ожидая подругу, когда ему на голову что-то свалилось. Пригнувшись и проведя рукой по коротким светлым волосам, парень удивленно уставился перед собой на кота, что внимательно смотрел в ответ на тигра.       – Ми-тян? – неуверенно произнес Накаджима, узнав в животном любимого питомца Сакуры, личной помощницы Фукудзавы. – Ты же Ми-тян, да? – зачем-то повторил он, подойдя к коту поближе. Присел перед ним на корточки и протянул руку, желая коснуться, но в последний момент Ми-тян отстранился, сделав пару шагов вперёд. Присел, и вновь внимательно посмотрел на Ацуши. Повернул голову в противоположную сторону, затем обратно. И повторил так несколько раз.       – Ты чего? – парень непонимающе склонил голову набок. Этот кот слишком странный. Ацуши снова протянул к нему руку, чем вызвал повторение прошлых действий со стороны питомца. Юный детектив так и замер с протянутой рукой, моргнув пару раз. И, ему видимо показалось, но мордочка кота недовольно нахмурилась. Ми-тян, фыркнув, подошёл к протянутой руке эспера, понюхал её, коснувшись мокрым носиком бледной ладони и… больно укусил, впиваясь острыми зубками в ребро ладони. Накаджима шикнул от острой боли, и замер, осознав, что кот тянет его на себя. «Зовёт» его куда-то.       – Ты, – жмурясь, тихо проговаривает парень, – хочешь мне что-то показать?       Кот остановился. Отстранился от человека и, сделав несколько шагов назад, кивнул. Кот. Кивнул. «Это очень странный кот», быстро поднявшись на ноги, подумал детектив. Ми-тян пробежал немного вперёд и остановился, оглянувшись на Ацуши, взглядом зазывая того следовать за ним. Схватив за локоть отстоявшую половину большой очереди Кёку, детективы последовали за котом. И если Изуми восприняла происходящее вполне себе спокойно, то Ацуши до сих пор поражался абсурдности ситуации. Они следуют куда-то за каким-то котом…       Именно так эти двое и подоспели вовремя на помощь попавшим в беду двойняшкам. Накаджима окинул сидевших на земле детей обеспокоенным взглядом, но не заметил каких-либо ранений. Они были целы и невредимы. И всё благодаря коту, который и привел их сюда. «Кстати об этом…» Ацуши оглянулся по сторонам в поисках питомца, но того уже и след простыл.       – Вы в порядке? – присев перед детьми на колени, заботливо поинтересовалась Кёка.       – Сестрица Кёка? – отстранившись от брата, плаксиво протянула Эйми. Шмыгнула носом, утерев мокрые щеки тыльной стороной ладони. – Спасибо, – всхлипнув, девочка устало уткнулась лбом в грудь девушки, вцепляясь пальцами в красное кимоно. – Он чуть не убил, – новый всхлип, – чуть не убил Тэтсу.       – Сестрица? – изумлённо переспросил Ацуши. – Ты их знаешь?       Тигр подошёл к сидевшему на земле мальчику и помог ему подняться. Отряхнул одежду от пыли и грязи. Паренек еле слышно поблагодарил за помощь. Снял шляпу, разгладив взъерошенные каштановые волосы, и нахлобучил её обратно, поправив как следует на голове.       «Знакомая шляпа» мимолётно пронеслось в голове эспера перед тем, как услышал ответ от подруги.       – Да, – поднимаясь на ноги, продолжая держать малышку за руку, кивнула Кёка. – Это дети Чуи.       – Ааа… Чуи… – заторможено проговорил парень. А затем, в его голове словно что-то щёлкнуло. Он шокировано уставился на Кёку, затем поочередно на мальчика и девочку, и снова на Кёку, громко воскликнув. – Стоп! Чуи?! Дети Чуи?! Той самой Чуи?!       – А ты знаешь ещё кого-то с таким же именем? – недовольно изогнув бровь, поинтересовалась девушка. – И не обязательно так кричать. Не привлекай к нам лишнее внимание.       – Ой, – резво прикрыл рот ладонями, извиняюще озираясь по сторонам, – простите, – приглушенно пробормотал он.       – А ты забавный, – усмехнувшись, проговорил Тэтсу. От пережитого страха не осталось и следа. Раз рядом Кёка, бояться больше нечего. Мальчишка с интересом посмотрел на Ацуши. – Ты ведь тигр, да? Тот самый тигр, о котором постоянно говорит братишка Рю.       – Братишка Рю?       – Он про Акутагаву, – пояснила Изуми.       – Погоди, – встрепенулся детектив, – так тот рисунок, что выпал в прошлый раз из его кармана, твоих рук дело?       – Не совсем, – довольно улыбнулся мальчик.       – Это я нарисовала, – подала голос девочка, отходя от Кёки и приближаясь к брату с тигром. – Тебе понравилось?       – Это было весьма оригинально, – нервно хихикнул Накаджима, проведя рукой по своей шее. Тайна рисунка разгадана. Он может собой почти гордиться.       – Тогда в следующий раз я и для тебя что-нибудь нарисую, – прикрыв глаза, улыбнулась девочка, услышав в ответ короткое «с-спасибо». – Кстати, – протянула ладошку, – меня Эйми зовут. Накахара Эйми, – тигр осторожно пожал маленькую руку, подмечая что-то знакомое во внешности этих двоих.       – А я Тэтсу, – закинув руки за голову, беззаботно проговорил мальчик. «Ацуши», в свою очередь представился Накаджима. – Ты совершенно не такой, каким тебя описывал братишка Рю в своих рассказах.       – Боюсь представить, что он наговорил, – смущённо смеется парень. Знакомое ощущение не отпускает. Ацуши мысленно сравнивает детей с Чуей. Той самой девушкой, что неделю назад посетила их укрытие. И понимает, что напоминают детки ему вовсе не Чую. Но тогда кого. Ответ явно где-то рядом. Вертится на языке, но не в состоянии пока сорваться. Кого же… Голубые глаза отвлекают, переманивая внимание на себя. И этим они определенно пошли в мать. Ацуши не знаком с Чуей лично, но он наслышан о ней от остальных коллег. Хладнокровная и рассудительная мафиози, временами бывает слишком вспыльчива, одна из членов исполнительного комитета. Этот образ никак не укладывается в голове с образом матери. Или просто это Ацуши слишком узко мыслит из-за сломанного детства, прожитого в жестоких условиях детского пансионата.       – А твои лапы такие же мягкие, как у настоящего тигра? – вдруг интересуется Эйми, с воодушевлением смотря на детектива. – Можешь показать? – хватается руками за чужую ладонь. – Пожалуйста.       – Эм… Ладно, – улыбается парень. Прикрывает глаза, сосредоточившись, и вот в руках Эйми уже не человеческая ладонь, а самая настоящая массивная звериная лапа. Рука юного детектива стала намного толще, превратившись в тигриную лапу, покрытую пушистой белой шерстью, местами украшенную чёрными полосами.       – Класс! – детские глаза горят восхищением, принимаясь с особой осторожностью поглаживать чужую, мягкую на ощупь лапу. Мальчишка тоже не заставил себя долго ждать, в один прыжок оказываясь рядом и хватая в свои руки вторую лапу. Маленькие пальчики проворно ощупывают тигриные лапки со всех сторон, плавно, стараясь не причинить вреда, проводя по чувствительным подушечкам, расчесывают ворсинки светлой шерсти, зарываясь в них всей рукой. Ацуши непроизвольно прикрывает глаза. Приятно. Парню кажется, что если бы он мог, то уже давно бы замурчал. Неужели кошачья сторона тигра так сильно на него влияет? Никогда раньше не замечал за собой подобного. Хотя, если подумать, никто раньше и не гладил его. Да и, в принципе, никто не прикасался к нему в тигриной ипостаси.       Накаджима чувствует, как кто-то легонько, почти невесомо, проводит пальчиками по его когтям, от самого кончика до основания, и обратно. Задерживается на остром уголке, соскальзывая под коготь и… слышится болезненное шипение. Тигр поспешно открывает глаза, с удивлением смотря на свои обычные, человеческие руки.       «Не понял? Я не отменял способность»       В нос резко бьёт запах свежей крови, и на своей правой руке парень видит алые пятна. Кровь? Откуда?       – Перестаралась, – сдавленно шипит Эйми, зажимая свою правую руку левой, с которой капает кровь. Порезалась о когти. Тэтсу бережно берёт поврежденную ладонь сестры в свою руку, раскрывая её, всматриваясь в кровоточащий порез. Достаточно большая ранка. Мальчишка недовольно хмурится.       – Осторожнее надо быть, дурёха, – назидательно произносит он, щёлкнув сестру по лбу свободной рукой. Затем, не отпуская ладонь Эйми, достаёт из кармана жилетки белый платочек, разворачивает его и прикладывает к ране, заботливо обматывая. Девочка, насупившись, наблюдает за братом и потирает второй рукой ушибленное место. Больно, однако. Хотя нет, совсем не больно. Но подуться стоит.       – Давай помогу, – присев рядом с детьми, мягко проговорила Кёка. Мальчик подвинулся, позволяя девушке перетянуть руку сестры, потому что у самого выходило слишком небрежно.       А тигр так и стоял, не шевелясь, все это время, отстранённо смотря на свою собственную ладонь. «Неужели, мою силу обнулила эта девочка?» Золотистый взгляд озадаченно скосился в сторону Эйми. «Мне ведь только показалась, да? Это не может быть правдой. Просто… совпадение?.. Или мож-»       – Эйми? Тэтсу? Вот вы где! – к детективам и детям на всех порах мчится Накахара, крепко зажимая в руках телефон. Завидев издали детей, Чуя первым делом отправила сообщение Гин о том, что нашла пропажу.       Накахара всего лишь на пару минут отвлеклась вместе с Гин на витрину с антикварными клинками, как дети бесследно исчезли. Просмотрев в ускоренном темпе все ближайшие закоулки, было принято решение разделиться и искать беглецов по одному, заранее договорившись связаться по телефону, когда пропажа будет найдена.       Исполнительница была готова выдохнуть с облегчением, когда заметила среди толпы знакомую шляпу, но стоило в поле её зрения попасть тигру, как в голове засела тревога. Детективное Агентство, конечно, в данный момент не враги. Между ними и Портовой Мафией, после инцидента с Гильдией заключено что-то вроде «негласного перемирия», но… Это не исключает предчувствие опасности. Девушка ускоряет шаг, стремительно приближаясь к небольшой группе людей.       – Ой, мамочки, – шумно сглотнул Тэтсу, рефлекторно прячась за Кёкой. Чуя была не просто в гневе. Нет. Она была сейчас во много раз страшнее, чем тот мужик, что пристал к детям ранее. Голубые глаза матери разве что молнии не метали, стоило ей остановиться возле детей. Кажется, испугаться успел даже Ацуши, стремительно бледнея и желая как можно скорее провалиться сквозь землю, только бы не попасть под горячую руку укротительницы гравитации. Помнит ещё, на что способна сила этой мафиози.       – Вы, – грозно возвышаясь над испуганными людьми, за исключением Кёки, которую, казалось, ничем не испугать, медленно отчеканила Чуя. – Вы понимаете, как сильно заставили меня переживать?! Стоило на минуту отвернуться, как вы куда-то удрали?! Вы ведь осознаете, – мафиози прерывается, глубоко вздохнув, успокаивая бушующие внутри себя эмоции. Нельзя срываться на них. – Осознаёте, – уже более спокойно продолжает она. И, Ацуши готов поклясться, этот тон ещё хуже, чем первоначальный злобный крик. По телу пробегает холодок, который, кажется, настиг даже непробиваемую на эмоции Кёку, чьи плечи чуть вздрогнули от ледяного голоса исполнительницы, – что вам теперь не избежать так просто наказания?       – Мамуль, погодь, – выставив перед собой руки в защитном жесте, с нервным смешком проговорила Эйми. И Чуя замерла. Скрестила руки на груди, вопросительно приподняв правую бровь, и приготовилась внимательно слушать очередное оправдание маленьких монстриков. – Всё несколько не так, как ты можешь себе предположить… Мы, эм… Просто… Кота пытались поймать, и… Не заметили, как отстали от вас.       – Кота? – скептически переспросила Накахара. Это что-то новенькое.       – Верно-верно, – опасливо выглядывая из-за спины Изуми, закивал Тэтсу. – Ловили кота, а в итоге поймали тигра.       – Ага-ага, – в такт брату, согласно кивнула Эйми. – Правда круто. Мы почти, как братик Рю, тоже на тигра попадаем. Но он милый, и совсем не страшный. Правда-правда. А ещё…       – Что у тебя с рукой? – прерывая монолог дочери, хмуро поинтересовалась Чуя. Только сейчас она заметила, что правая ладонь Эйми перетянута белым платком, на котором красуется достаточно большое кровавое пятно. Взгляд сразу же метнулся в сторону стоящего рядом тигра и его руку, на котором зоркие голубые глаза сразу же заприметили маленькие капли крови. Чуя недобро оскалилась. – Что тут произошло?       Накахаре с трудом верится, что тигр, о котором она не мало наслышана от Акутагавы и Дазая, способен навредить кому-либо без причины, особенно детям. Но все улики налицо. Мафиози думает, что, если только её опасения подтвердятся, девушка не поскупится на том, чтобы самолично содрать шкуру с этого эспера. И плевать ей на то, что тигр является добычей Акутагавы. Укротительница гравитации выжидающе смотрит на юного детектива, прожигая его кровожадным взглядом.       А Ацуши думается, что его жизнь была слишком коротка. Тело прошибает холодный, мерзкий озноб. Взгляд исполнительницы внушает поистине дикий страх. Накаджима запоздало понимает, что идти на поводу у детей и давать поиграть им со своими лапами было плохой идеей. Но как теперь объяснить разгневанному «хищнику», что ты причинил вред её чаду не от желания «навредить», а по нелепой случайности. Детектив, потерянно озираясь по сторонам, куда угодно, только бы не смотреть в опасные глаза напротив, судорожно соображает оправдание, от которого, возможно, зависит его жизнь, но… Помощь приходит неожиданно в лице маленького спасителя:       – Сестрица Кёка и братишка тигр спасли нас, – радостно сообщает Тэтсу, подпрыгнув на месте от переполняющих эмоций, стоило ему вспомнить, как смешно убегал от них тот страшный и вонючий дядька.       – Братишка тигр? – изумлённо моргнула Чуя. – Я что-то успела пропустить.       Ацуши, признаться, тоже не понял, с каких пор он стал братишкой. Но предпочел смолчать. Накахара пугала.       – Погодите, от кого спасли? – переварив информацию, запоздало встрепенулась Чуя.       – Обычный пьяница, – пожала плечами Кёка. – Ничего серьёзного.       – Это он тебя ранил? – присев на корточки и взяв в руки раненую ладошку дочери, Накахара хмуро провела по кровавому пятну пальцем.       – Неа, я сама, – печально улыбнулась девочка, протянув здоровую руку к матери и погладив её по голове между «ушек». – Нечаянно порезалась о когти тигра, когда он по нашей с Тэтсу просьбе показал свои лапки и дал их пощупать. Я буду аккуратнее впредь, обещаю. Только не печалься, мам.       – А вы не убегайте больше, – поддавшись вперед, мягко целует девочку в лоб. Вся первоначальная злость сошла на нет.       Чуя медленно поднялась на ноги, выпрямляясь. И теперь, осознав, что никакой драки не будет, Ацуши смог спокойно рассмотреть эту девушку. Накахара не выглядела столь пугающей, как в их первую встречу. Скорее, внушающей какое-то скрытое восхищение. И сейчас, беззаботно разговаривая о чем-то с детьми и Кёкой, Чуя мало походила на хладнокровную мафиози, о подвигах которой он был наслышан ранее. Скорее на обычную девушку, ничем не отличающуюся от них самих. И у которой, к великому шоку эспера, оказывается есть свой маленький, но очень трогательный секрет в виде семьи. Определенно любящей семьи, как может подметить тигр, наблюдая за тем, с какой нежностью и любовью, с каким неприкрытым восхищением двойняшки смотрят на свою мать, отзываются о ней, увлечённо рассказывая о себе Изуми, слушая в ответ и её историю. Видимо Кёка не шутила, когда говорила те слова пьяному бандиту – Чуя действительно похожа на того, кто убьёт любого, посмевшего причинить вред её детям.       – Ты ведь Ацуши, верно? – Накахара слишком неожиданно обратилась к нему. Накаджима даже не сразу сообразил, о чём именно его спрашивают. Всё внимание переключилось на рыжие кошачью ушки, украшающие необычного цвета ярко-рыжие волосы, непривычно собранные в высокий хвост. Слишком мило для того, кто, не моргнув, убьёт другого. – Мне рассказали сейчас о том, что произошло, и, – Чуя заправила за ухо непослушную прядь волос, что неприятно лезла в глаза, – я хотела бы поблагодарить тебя за их спасение.       Ацуши молчит. Заторможено смотрит на протянутую руку и молчит. Не долго. Быстро соображает, и пожимает руку, торопливо бросая:       – Не стоит благодарности, – взлохмачивает свободной рукой свои волосы и глупо смеётся, чувствуя себя полным идиотом в данный момент. – Просто удачно проходили мимо. Любой из нас поступил бы так же.       – Наверное, – задумчиво тянет мафиози, опустив взгляд на чужую кисть. И когда тигр пытается отстранить от девушки свою руку, Чуя, напротив, резко тянет её на себя, крепко удерживая на уровне глаз. – Это кровь Эйми, да? – с некоторым сомнением произносит она. А услышав положительный ответ, устало выдыхает и тянется свободной рукой в свою сумочку, извлекая из неё чистый платок. – Нужно стереть её, иначе у тебя могут возникнуть проблемы, – неоднозначно объясняет она, вытирая чужую ладонь.       И только потом, провожая взглядом удаляющуюся семью Накахара и махая в ответ не прекращающим улыбаться детям, до Ацуши доходит, что…

«…моя сила обнулилась из-за крови этой девочки?..»