Держа её руку

      – Порой я думаю, что ты куда более безрассуднее меня раз так слепо доверяешь в подобные моменты, – Дазай медленно плетётся по разбитой дороге, придерживая руками сидящую на его спине напарницу, обессиленную после использования Порчи. – В этот раз я мог опоздать, ты же видела, что меня загнали в тупик. Зачем?..       – Потому что знаю, – хрипло отзывается девушка, - знаю, что успеешь… Сделаешь всё, что угодно, но успеешь меня остановить…       Дазай в сотый раз за последние пятнадцать минут недоверчиво сжимает тонкое запястье, чувствуя слабый пульс под подушечками пальцев, снова и снова убеждая себя, что Чуя по-прежнему рядом с ним. Живая.       В больничной палате детективного агентства только он, Чуя и Акико. Остальные разбежались выполнять поручения, которые раздал Куникида, как только детективы вернулись в офис с бессознательной исполнительницей на руках. Никто даже и не подумал задавать лишних вопросов, увидев подавленное состояние Дазая, который поспешил скрыться в медицинском крыле вслед за Йосано.       Все мафиози, кроме Накахары, отправились в свою организацию на машине Хироцу. Отдавать им Чую Дазай отказался, заявив, что сейчас она полностью под его опекой и защитой агентства. Рьюро, как и Гин, спорить не стали, доверяя Неполноценному свою коллегу. Так и впрямь надёжнее.       – Не переживай, её жизнь уже вне опасности.       Дазай кивает, но всё равно не может унять предательскую дрожь в теле. Сила Акико лечит любые смертельные раны, полностью исцеляя человека и возвращая его к жизни. И каждый пациент одарённого врача всегда сразу приходил в себя, стоило ранам затянуться, а Чуя… Все повреждения, нанесённые ей внутренним демоном при активации Порчи, бесследно исчезли: раны затянулись, переломанные кости восстановились. Единственным напоминанием о перенесённой битве была разорванная и перепачканная в крови и грязи одежда. Лицо и руки Дазай успел протереть влажным полотенцем сразу, как только опустил девушку на кровать.       Однако… Чуя всё ещё была без сознания – это напрягает и беспокоит.       – Её сознание было повреждено не меньше, чем тело, учитывая то время, которое она находилась под влиянием Порчи, – голос врача тих. Она в который раз за день убеждается, как сильно Дазай зависим от Накахары. Нетипичное, на её памяти, поведение Неполноценного по отношению к другому человеку слишком бросается в глаза, чтобы так просто игнорировать его. «Выходит, что и у тебя есть свои слабости».       – Что ты имеешь в виду? – настороженно интересуется детектив, поднимая холодный взгляд на Акико.       – Моя способность исцеляет только тело, – прикрыв на мгновение глаза, выдохнула девушка, – сознание восстанавливается само. Она очнётся, как минимум, часа через три-четыре, не раньше. Может больше. Но очнётся. Или сомневаешься?       Детектив качает головой. Его взгляд на мгновение теплеет, когда он оборачивается к бессознательной мафиози. Наклоняется, целуя её в лоб, задержавшись губами на бледной коже несколько секунд. Отстраняется, прошептав еле слышное: «Я обязательно верну их, Чу. Сегодня же, обещаю» – и резко поднимается, выпрямляясь.       – Позаботься о ней, пожалуйста, ещё немного, – доверительно смотря на Йосано, просит Дазай. – Сейчас мне необходимо закончить старое дело.       – Мог бы и не просить, – скрестив руки на груди и склонив голову к плечу, слабо улыбается Акико, – раз Чуя является частью твоей жизни, то и нам всем она не чужой человек. А мы своих не бросаем. Так ведь?       Дазай усмехнулся. Сейчас внутри него закипала прежняя жажда крови. Желание неконтролируемой безумной жестокости, направленной на тех, кто посмел тронуть и обидеть его семью. «Убью». В этот раз, как и во времена его тёмного прошлого, врагу не видать пощады. Неполноценный самолично позаботиться об этом.       У выхода из больничной палаты Осаму сталкивается с запыхавшейся Наоми, что спешит с чистой сменной одеждой для Накахары. Ради этого девушка специально бегала до собственного общежития, здраво рассудив, что нельзя оставлять Чую в разорванных грязных тряпках, ведь в офисе ничего подходящего не было. Дазай коротко кивнул ей в знак признательности, когда Наоми посторонилась, пропуская старшего коллегу, и скрылся за закрывшейся за ним дверью.       – Надеюсь, они быстро отыщут ребят, – Наоми укладывает принесённые вещи на прикроватную тумбочку, приговаривая «должно подойти». После подходит к кровати и аккуратно дотрагивается до испорченного жилета мафиози, вопросительно оглянувшись на Йосано: «Можно?» Причинять лишний вред чудом выжившей после битвы девушке хочется меньше всего, поэтому помощница детективов начинает медленно расстёгивать чужой жилет только после того, как получила разрешение со стороны врача.       Акико запирает дверь на ключ, чтобы никто не смог отвлечь их, достает из шкафа небольшой таз и набирает в него тёплую воду. Прежде, чем переодеть пациентку в чистое, необходимо привести в порядок и её тело.       Наоми не спеша снимает испорченные брюки, откидывая их на пол к остальной куче шмотья, и берёт в руки протянутое ей влажное полотенце, осторожно протирая окровавленные ноги. Страшно подумать, как долго Чуе пришлось терпеть раздирающую всё тело боль, пока Дазай и Куникида спешили к ней на помощь. Наоми прикусывают нижнюю губу, отвлекая себя от ненужных мыслей, и полощет полотенце. Вода в тазике мгновенно окрашивается грязно-красным.       – Только бы дети были целы, – неожиданно произносит Танизаки, принимаясь за вторую ногу. Мысль о том, что малышей может постигнуть судьба Накахары пугает.       – Не думаю, что они станут причинять им вред. По крайней мере, первое время, – Йосано выпрямилась и закинула полотенце в тазик: её часть работы была выполнена. Осталось теперь только одеть Чую.       Первым, к чему тянется Акико – длинные, до локтя, чёрные перчатки, которые она нашла в собственном шкафу из личных запасов. Руки Чуи самое уязвимое место. И, хоть сейчас Арахабаки всё равно не пробудиться, пока мафиози в покое, стоит перестраховаться.       – Почему?       – Они нужны им живые, пока не сыграют свою роль в их плане. Но… Думаю, дети недолго задержатся у них, – таз с грязной водой отставлен в сторону, ненужная одежда поднимается с пола и отправляется в мусорку в углу кабинета. – Дазай способен на многое, когда дело принимает критическую ситуацию. Сейчас, когда на кон поставлена жизнь и здоровье его собственных детей, нашим противникам не останется и шанса на победу. И Дазай, и Ранпо уже в полной мере погружены в составлении плана дельнейших действий. Нужно только довериться их сообразительности. ***       В кабинете для совещаний детективного агентства собрались все, кто находился в офисе. Не было Ацуши, который вместе с Акутагавой, по просьбе Дазая, прочесывали место недавней битвы в поисках зацепок; и Наоми с Акико, заботящихся в данный момент о Чуе.       За длинным столом, рассчитанным на девять человек, с одной стороны сидели Джуничиро, Кёка и Кенджи, с другой – Ранпо, Фукудзава и укутанный с головой в одеяло Катай, которого насильно сюда притащил Доппо. Возле большой доски с проекцией находился Куникида, желая представить коллегам собранную за последний час информацию. Ждали только Дазая, который вскоре прошёл в кабинет, останавливаясь возле стола, позади Кёки, опёрся спиной на стену и посмотрел на Доппо, кивая, давая понять, чтоб начинал.       – На данный момент наше положение подобралось к отметке критично: двойняшки похищены особо опасными преступниками, во главе которых стоит безумный ученый, любящий экспериментировать над людьми. Накахара чуть не пала в бою, попутно разрушив весь парк, и теперь временно выведена из строя. Плюс ко всему, стало известно, что на стороне Говарда находятся, как минимум, два эспера с довольно сильной способностью, учитывая тот факт, что они смогли не только выжить, но и скрыться, встретившись с силой Арахабаки.       – Ты упомянул, – Танизаки задумчиво почесал голову, опуская согнутые до этого ноги со стула на пол, – что Говард, безумный ученый. Почему?       – Сейчас расскажу вам всё по порядку, – Куникида поправил очки и включил проектор. На экране появился светловолосый мужчина. – Так выглядел Роберт Говард около шести лет назад. Способность, как уже упоминалось ранее, управление огнем: «Огненное око». Прославился на тёмной стороне не только Йокогамы, но и за её пределами благодаря своим изобретениям и экспериментам, которые проводил на других эсперах, изучая природу происхождения силы и причины возникновения тех или иных способностей человека. В качестве помощника, когда-то участвовал в исследовании биологического оружия в подпольной организации, незаконно созданной людьми из министерства. И, что самое интересное, – идеалист на минуту замолчал, пересекаясь с Осаму взглядом. – В тех данных, что достал сегодня Катай, взломав информационную базу министерства по отслеживанию всех известных эсперов, говорится, что Говард числился в списке тех ученых, кто занимался изучением Арахабаки и проводил эксперименты, по его внедрению в человеческое тело.       Все в оцепенении уставились на Куникиду. Никто, даже Дазай, не ожидал такого поворота. Выходит, теперь причин убить этого человека у Осаму стало на одну больше.       – Подопытными в качестве сосуда всегда становились дети-эсперы с наиболее подходящей способностью, которая, по их мнению, могла удержать силу Арахабаки. Этих детей похищали, или выкупали. Накахара Чуя, как могу предположить, была далеко не первой, но единственной, чьё тело выдержало. Опыты резко прекратились спустя пол месяца, как сосуд был выбран, по причине того, что сила носителя вышла из-под контроля. Лаборатория, как и всё здание, было разрушено вместе с половиной города, где всё и происходило. Носитель утерян, а выжившие учёные, коих осталось немного, либо скрылись, либо попали под трибунал. Говард был в числе сбежавших. Его имя вновь всплывает в преступном мире спустя пару лет после инцидента. Зарекомендовав себя, как безжалостного учёного, он продолжил собственные опыты, изредка выполняя заказы на изготовление биологического оружия. Этим он и заинтересовал сотрудников министерства, и, полагаю, Портовую мафию. Я прав?       – Да, – Дазай нахмурился, скрестив руки на груди, – Мы с Чуей получили задание от Мори найти и устранить Роберта, потому что своими действиями он ставил под удар внешнюю экономику Портовой мафии, переманивая наших клиентов.       – Ты знал о?.. – Танизаки замешкался, поздно сообразив, о чём хочет спросить, но Дазай, поняв, решил дать честный ответ. От них уже нет смысла скрывать.       – Об экспериментах над Чуей – да. О том, что в них участвовал Говард – нет.       – А откуда взялся Арахабаки, раз он не являлся изначальной способностью Накахары? – Джуничиро понимает, что его любопытство в данном вопросе не очень нравится Осаму, но не может вовремя заставить себя закрыть рот. Свою заинтересованность в этом вопросе озвучивают и Кёка с Кенджи.       – Арахабаки, – берётся пояснить Куникида, – искусственно выведенная способность в экспериментальных условиях. Её истинная природа происхождения по-прежнему неизвестна, поскольку человек, открывший или создавший эту способность погиб в тот день, когда Арахабаки впервые вышел из-под контроля.       – Значит, правды уже не узнать, – печально вздохнул парень.       – В базе данных было упомянуто, что большая часть документации по проводимым опытам была уничтожены вместе с лабораторией, – неуверенно пробормотал Катай, выглядывая из-под одеяла.       – Это уже не так важно, – холодно произнес Дазай, намекая коллегам, что данную тему пора закрывать. – Что вы нарыли про остальных? – тактично перевёл тему.       – Сергей Тармашев, – клик на пульт управления, и слайд переменился. На экране высветился молодой парень, не старше тридцати лет, с белоснежными коротко-стриженными волосами и тёмно-синими глазами. – Его способность создание льда: «Ледяная бесконечность». Наёмный убийца, заработавший своё имя жестокими разбоями. Помимо основного рода деятельности, развлекался тем, что участвовал в подпольных боях без правил, являясь неоспоримым победителем на каждом ринге, который успел посетить до того, как был отправлен в тюрьму. Там он и познакомился с Говардом, одним из первых поддержав его при организации бунта. До сегодняшнего дня числился в списке погибших.       – Ещё один счастливчик, значит, – усмехнулся Джуничиро.       – Гин сказала, что именно он сражался с Чуей, а потом помог Уоттсу забрать детей.       – Уоттсу? – переспросил Кенджи, склонив голову набок. Этого имени парень ещё не слышал сегодня.       – Питер Уоттс, – слайд снова переменился. Молодой парень, который не раз был замечен в рядах Чёрных ящеров. Так значит вот он, шпион. – Тот самый неизвестный эспер, замеченный Гин несколько недель назад. Его способность, «Ложная слепота», создание иллюзий.       – О нём меньше всего информации, – подал голос Катай, выглядывая из импровизированного кокона, – я мало что смог отыскать о его происхождении, и мы понятия не имеем, каким образом он связался с Говардом и его бандой. Единственное, что известно – он торговец информацией.       – Не удивительно, – недовольно фыркнул Танизаки, – с его то способностью.       – Ваши способности похожи, – проговорила Кёка.       – Это-то и бесит, – глухой удар кулаком по столу, – плохие парни не достойны подобной способности.       – Вот и проучи его при встрече, – самодовольно подмигнул товарищу Ранпо.       – Уоттс всё это время сливал информацию Говарду о детях и о планах Портовой мафии. И как только Мори допустил подобный просчёт, – ехидно подметил Дазай. – Стареет.       – Всё, что вы узнали, конечно, хорошо, но, – Эдогава надел очки. Забрав у Куникиды документы с информацией, ещё раз внимательно прошелся по написанному, прежде, чем вынести свой вердикт. – Был ещё один эспер.       – В смысле?       – Пусть и по неосторожности, но активировать Порчу вынудили Накахару вовсе не Уоттс и Тармашев. Был кто-то, кто смог ограничить передвижение Накахары, задержать её, поймать в ловушку. Как ты там говорил, – обращается к Куникиде, – по словам Гин, Хигучи решила, что Тармашев победил Накахару?       – Да.       – Дазай? – повернулся. – По твоему мнению, Тармашев мог одолеть Накахару?       – В прошлом он проиграл ей почти в сухую. Не думаю, что за прошедшее время он смог обойти её по силе.       – Из этого следует, что был ещё один.       – Но кто? – слова об ещё одном противнике не радовали Танизаки. Да и остальных тоже.       – Если я правильно помню, то у Тармашева был напарник. Как же его звали, – Осаму задумался, стараясь вспомнить чужое имя, – Кажется, Дюма. Катай, сможешь найти информацию о нём?       Мужчина кивнул. Пододвинул ноутбук ближе к краю стола, поёрзал на стуле, усаживаясь поудобнее, и накинул на голову одеяло, в которое был укутан по плечи всё это время. Экран напротив эспера сначала потух, затем замерцал проплывающими вверх цифрами и символами, отражаясь зелёным свечением в его глазах, что пристально следили за изображением. Потребовалось менее пяти минут, и на экране появилась фотография темноволосого мужчины. Загудел принтер, включаясь по велению чужой способности, выводя на чистом прежде листе информацию о новом человеке.       – Итак, посмотрим, – Куникида взял в руки выданные принтером бумаги, быстро прошёлся по написанному, затем озвучил, – Александр Дюма. Эспер, чья способность заключается в создании абсолютно-непробиваемой клетки: «Узник замка Иф». Если коротко, был сокамерником Тармашева. До того, как попал в тюрьму, занимался контрабандой оружия из других стран, за что его и повязали. Одним из первых принял сторону Говарда во время бунта. Числится в списке погибших.       – Это он, – без сомнений заверил Ранпо.       – Что ж, – плотоядно оскалился Дазая, – с ним разобраться будет проще всего.       – Уже есть идеи? – впервые за текущее совещание поинтересовался молчавший до этого Фукудзава.       – Само собой, – одновременно произнесли Дазай и Ранпо.       – Тогда предоставляю вам полную свободу действий. Все последствия от вашей операции беру под свою ответственность перед законом. Самая главная ваша цель: вернуть детей целыми и невредимыми.       – Не волнуйтесь, я прослежу, чтобы остальные не переступили черту, – учтиво кивнул директору Куникида.       – Не сомневаюсь.       – В таком случае, Куникида, следить тебе придётся не только за нами, – загадочно улыбнулся Дазай, читая пришедшее на телефон сообщение от Хироцу.       – Ты о чём?.. ***       Тем временем, в кабинете босса Портовой мафии происходило своё совещание. Мори Огай восседал в кресле, обшитом бархатом, за большим круглым столом. Подле него, недовольно скрестив руки на груди, на втором таком кресле сидела Элис.       За этим же столом сейчас находились Коё, Хироцу, Тачихара и Гин. Акутагава был на задании вместе с тигром из Детективного Агентства, а Хигучи была отстранена от задания по состоянию здоровья и отправлена в больничное отделение из-за парализующего её тело наркотика.       – Значит, Говарду всё же удалось похитить Эйми и Тэтсу, – красные глаза недовольно сузились. Текущее положение дел не нравилось мужчине. А если учесть, к кому именно попала столь мощная сила, как обнуляющая способность Эйми, всё может привести к куда более плачевным для них последствиям. Остается надеется, что Говард не узнает о главном преимуществе крови Абсолютного ноля.       – Да, – подтвердил Хироцу. – Так же во время атаки противника, Накахаре пришлось использовать Порчу. В данный момент она находится под наблюдением детективного агентства.       – Что? – возмущённо воскликнула Коё, бросив на седовласого мужчину гневный взгляд. – Как вы додумались оставить Чую в их руках?       – Она чуть не погибла, – спокойно пояснил Рьюро, – поэтому врач детективного агентства предложила оставить Накахару ей, – мужчина не стал вдаваться в подробности, что, на самом деле, сам Дазай категорически отказался отдавать мафии Чую.       – Так Чуя сейчас под опекой Йосано? – Хироцу и Гин кивнули. Озаки облегчённо выдохнула. – Раз так, то ладно.       Старый друг непременно позаботится о любимой воспитаннице Коё. В этом женщина не сомневается. Да и благодаря целительным способностям Акико, жизнь Чуи точно будет вне опасности. Во всяком случае, куда надежнее, чем на операционном столе Мори. Даже Коё это понимает.       Огая же данная перспектива совсем не радует. Не хватало, чтобы под шумиху Фукудзава ещё и Накахару на свою сторону переманил. Этого допустить Мори не может. Нужно будет как следует поговорить с Чуей, как только всё закончится, и напомнить, на чьей она стороне. «Ну да ладно, – пересекаясь взглядами с Озаки, думает босс, – сейчас есть куда более важная задача»       – В ходе битвы, – начинает свой отчёт Гин, – был вычислен шпион, сливавший информацию нашим врагам. Питер Уоттс, один из починенных отряда Тачихары, – девушка уничтожающе посмотрела в сторону второго лейтенанта Чёрных ящеров. В её взгляде так и читалось «ничтожество, не заметившее крысу под своим носом». И Мичизу от досады крепко сжал руки в кулаки.       – Вот как, – Мори перевёл внимательный взгляд на подавленного подчиненного, – Тачихара, что ты можешь рассказать нам об Уоттсе?       – Питер Уоттс находится в рядах Портовой мафии примерно два года. В моё распоряжение он вступил пол года назад, и в первую неделю службы зарекомендовал себя как отличного бойца и умелого информатора.       – Если верить данным, которыми с нами поделилось Детективное агентство, – вмешался Хироцу, – то Уоттс как раз-таки является профессиональным информатором.       – Ты знал, что он эспер? – продолжает допрос Мори.       – Нет. Он никогда не прибегал к использованию способностей во время миссий.       – Если и прибегал, ты всё равно не заметил, – придирчивым шепотом прокомментировала Гин.       – Это не я упустил его два раза на поле битвы, – закипая от злости, прорычал Мичизу, незаметно нащупывая за поясом рукоять пистолета.       – Это не в моём отряде затесался предатель, – опасно прошипела Акутагава, накрывая ладонью спрятанный под поясом клинок. Резких движения понапрасну она старалась не делать, простреленное плечо всё ещё давало о себе знать.       – Сейчас уже не время для ругани и обвинений, – пара лейтенантов нервно замирает, чувствуя позади себя опасно-острый клинок красного демона. Неудивительно, что в прошлом Коё могла с легкостью прекратить ссоры Двойного чёрного одним только взглядом. Акутагава и Тачихара покорно успокаиваются, отворачиваясь друг от друга в разные стороны. Действительно, неудачное время выбрали.       Хироцу устало выдыхает, обещая себе обязательно отругать нерадивых подопечных за неподобающий порыв перед боссом.       – Дазай предлагает Портовой мафии вместе с Детективным агентством заняться освобождением двойняшек. И, если вы, босс, не против, я хотел бы принять участие в этой миссии.       – Перед собранием, я получил подобное предложение от Фукудзавы, – Мори самодовольно усмехнулся. – Этот человек не перестает меня удивлять. Ведь я в прошлый раз доступно объяснил своё отношение к подобного рода партнерским делам. Однако… стоит признать, что в войне против Гильдии, наши люди в команде с ВДА показали достойное сотрудничество. Только поэтому, – глаза босса опасно сверкнули, – принимая во внимание устоявшееся перемирие между нашими организациями и преследование общей цели, я даю разрешение на совместную миссию с детективным агентством.       – Я вас понял, премного благодарен, – учтивый поклон.       – Я тоже в деле, – подскочил на ноги Тачихара, – Уоттс заплатит в полной мере за своё предательство!       – Ты, Гин, я так понимаю, тоже в стороне не останешься? – девушка молчаливо кивнула на вопрос босса, - вот и отлично.       – Я тоже отправлюсь с ними, – Коё изящно поднялась со своего места и направилась в сторону выхода, желая как можно скорее подготовится к миссии. Она не останется в стороне, когда на кон поставлены жизни Эйми и Тэтсу.       – Решила лично поучаствовать в операции? – удивлённо склонил голову Огай, не прекращая ухмыляться.       – Само собой, босс, – обворожительно улыбнулась Озаки, – странно, что вы решили принять роль стороннего наблюдателя. Признайте, сила этих детей бесценна для вас.       – Не спорю. Но я уверен, что вы все и без меня отлично справитесь. В конце концов, Дазай в любом случае вытащит своих детей.       «Главное, – мысленно добавил мужчина, – самому не попасть под гневную руку озлобленного бродячего пса» ***       В каменной клетке с железной решеткой, расположенной в подвалах старой тюрьмы, темно и холодно. Страшно. Воздух вокруг пропитался тошнотворным запахом сырости и плесени. Не самое лучшее место для пребывания детей, но Говарда подобные мелочи ничуть не заботят.       Сам Роберт пугает не меньше. Чёрная, как угли, половина кожа и пустая глазница с правой стороны лица делали этого человека, похожим на самую настоящую смерть. Металлический протез-крюк выглядит устрашающе. И двойняшки в какой-то момент начинают сомневаться, что перед ними действительно стоит человек.       Он игнорирует сжавшихся от страха в углу камеры детей, внимательно рассматривая пробирку с алой кровью, которую несколько минут назад взял из вены девочки. Кровь, если верить словам Питера, обладающая уникальной особенностью, способной лишить других эсперов их сил. «Не зря Мори держит при себе такое сокровище» – самодовольно усмехается мужчина. Теперь преимущество на его стороне.       – Отец и мама обязательно накажут тебя! – крепко прижимая к себе плачущую сестру, злобно выкрикнул Тэтсуя. У мальчишки, как и у Эйми, по щекам безостановочно текли слезы, но он словно и не замечал их. Страх заставлял крохотное тельце дрожать, ноги подкашивались, грозясь вот-вот уронить хозяина, но Тэтсу стоически держал себя в руках ради сестры. Ей сейчас было гораздо хуже.       Девочка доверчиво жалась к брату, пряча от «плохого и страшного дядьки» взгляд. Перебинтованная рука ужасно болела и зудела от противных игл, которые этот самый дядька пихал в неё несколько минут назад ради добычи крови. Было больно и страшно. До ужаса страшно. Хотелось обратно домой, и как можно скорее. Обратно, туда, где тепло и уютно. Туда, где мама и папа, где не обидят и всегда защитят.       – Накажут, говоришь? – Говард ухмыляется, поднимая на детей кровожадный взгляд. – Я так не думаю. Видите ли, дорогие мои, ваша мама уже никогда не придёт вам на помощь.       – Придёт! – уверенно заявил Тэтсу. – Обязательно придёт! И убьёт тебя!       От последних слов мужчина громко и противно рассмеялся. Даже стоявший позади босса Дюма недовольно поёжился, прикрывая один глаз.       – Увы, ты ошибаешься, – прекратив смеяться, Роберт с наигранным сожалением покачал головой, – ваша мама, как бы мягче выразиться, – ухмылка, – мертва.       Эйми вздрогнула и подняла заплаканные глаза на Говарда, неверяще уставившись на мужчину. Затем перевела взгляд на черноволосого незнакомца, которого дети увидели первым, как только очнулись в этой камере. Кажется, он представился Александром.       – Нет! – упрямо возразил Тэтсу, крепче сжимая в руках плечики сестренки. – Ты врёшь! Ты всё врёшь! Отец не позволит! Он спасёт маму! И нас!       – Спасёт маму, – «соглашаясь», закивал Говард, издеваясь, – или же… Сойдёт с ума от её гибели и отправиться следом. Ох, это был бы самый превосходный из всех возможных исходов. Двух противников одним ударом. Красота! Но, – мужчина опечаленно пожал плечами, прикрыв глаза, – Дазай не станет помирать хотя бы потому, что ему захочется вытащить своих отпрысков из лап злодея, так ведь? – двойняшки молчат. И Роберт, испытывая триумфальное удовлетворение от их почти сломленных душ, продолжает. – Мои люди не просто так выбрали именно сегодняшний день для нападения. И ваш отец не просто так уехал в другой город именно сегодня. Всё это – моя превосходная ловушка. Не думал, конечно, что ваша мамаша на самом деле решит прибегнуть к Порче, но… Всё вышло даже лучше. Дазай, даже со всем своим желанием, не успел бы прийти ей на помощь и вовремя остановить. Я знаю, что сила Накахары имеет свои пределы, – Говард рассказывал настолько увлечённо, что совсем не обращал внимание на то, что половину из его слов детские умы просто не понимают. – Даже если Дазай успеет застать вашу мать живой, от полученных самоповреждений её тело не выдержит, и она умрёт. Уже умерла. Готов голову на отсечение отдать, что в данный момент Дазай оплакивает свою обожаемую напарницу и мечтает о моей смерти. Вот только скоро он сам падёт от моих рук, а вы… Вы станете моим личным трофеем и очаровательными подопытными зверушками. Двойная победа. И, бесспорно, отличная месть.       Перед тем, как покинуть подвалы тюрьмы, Говард наказал Дюма следить за детьми как следует, и не сводить с них глаз. Пусть и мелкие, но с их задатками даже сейчас уже можно ожидать всё, что угодно. Своей же целью Роберт выбрал изучение состава добытой крови и парочку опытов с её участием. Личная лаборатория, вот, куда так торопился босс.       Ни Тэтсу, ни Эйми не верят словам этого человека. Стараются не верить, но где-то глубоко в душе мерзкий червячок сомнений начинает закрадываться в сердце, поселяя внутри панический страх. «Что, если он прав?» Девочка оседает коленками на пол и кулачками протирает глаза, судорожно шмыгая носом.       – Всё будет хорошо, вот увидишь, – пытается улыбнуться мальчик, но выходит криво. Эйми кивает, глотая слезы, из последних сил сдерживая новые всхлипы. – Нас обязательно спасут.       Александр пристально следит за детьми, подмечая в их действиях нечто знакомое. От внимательного взгляда не ускользает, как дрожат крохотные тельца, и не только от страха; а от дыхания в воздухе растворяются едва заметные клубы пара. Здесь и впрямь прохладнее, чем хотелось бы.       Дюма не знает, зачем, но поднимается со своего места и направляется к детям. Увидев, что мужчина открывает клетку и приближается к ним, Тэтсу хмурится. Гладит Эйми по голову и, сделав шаг вперёд, встаёт перед ней, закрывая сестру спиной от врага.       – Тетсу? – невнятно бормочет та, схватившись дрожащей рукой за штанину брата. А приблизившийся Дюма, сняв с себя тёплое пальто, протягивает его двойняшкам.       – Здесь холодно, лучше одеться, чтоб не простудиться.       – Не лучше, – протестующе рявкнул мальчишка. Заведя одну руку за спину, он накрыл своей ладонью удерживающую его за одежду руку сестры. Чувствуя тепло и физическое присутствие друг друга, было не страшно. Пока они вместе, они справятся, и обязательно дождутся спасения.       – Думаешь, лучше умереть потом от пневмонии? – иронично поинтересовался Александр, изогнув бровь.       – Это ведь ты убил нашу маму? – вместо ответа. Пусть по-прежнему продолжал дрожать, в глазах пылала неприкрытая ненависть.       – Это ведь ты убил их, – раздалось где-то на границе давно забытого прошлого, которое, как он думал, давно стёрлось из его памяти течением времени, – ты убил наших родителей.       Мужчина словно заново оказался в том богом забытом месте, в трущобах старого, никому ненужного, кроме отбросов, города. И этот голос, до боли знакомый, родной. Он будто снова почувствовал себя тем самым, дрожащим от страха мальчиком, которого крепко и бережно, прижимали к себе тёплые руки, защищая.

«Мерседес…»

      – …тот дядька, со шрамом, сказал, что это ты… Убил её… Из внезапно нахлынувших воспоминаний, Дюма вывел голос мальчишки.       – Что?       – Зачем? – девочка больше не сдерживала слёз, просто тихо плакала, прикрыв ладонью второй руки глаза и причитая. – Зачем вы забрали нас. Зачем убили маму. Зачем?..       Мужчина ничего более не сказал. Молча подошёл к детям, накидывая на их плечи пальто и, не обращая внимание на сопротивление мальчика и попытки скинуть одежду с себя, завязал рукавами, словно поясом, укутывая двойняшек, прижимая их друг к другу.       – Как бы то ни было, вашей смерти я не хочу, – пояснил он, отстраняясь. Дети поражённо захлопали глазами, провожая удаляющегося мужчину. Эйми, обхватив брата за талию, уткнулась носом в его плечо, прикрывая глаза. Так и правда теплее.       Дюма вернулся на своё место, присаживаясь обратно на скамью возле стены. Облокотился на каменное покрытие спиной и прикрыл глаза.

«Почему эти двое так сильно напомнили мне нас?..»