Беспамятство

      Из ран сочилась густая алая кровь, а из глаз капали солёные горячие слёзы. Руки подобрали сломанную волшебную палочку и сжали в ладонях, чтобы физическая боль переборола душевную. Из уст вышел приглушённый крик, но боль души была сильнее. Сердце разрывалось напополам, оно отказывалось биться...       — Сириус... – промолвили белые губы девушки, – я всегда любила тебя... И даже таким несносным мальчишкой я люблю тебя... И там, на небесах, я буду любить тебя... Только не плачь....       Сириус выпустил из рук палочку и дотронулся своими губами до холодного лба Марлин. Та издала свой последний вздох и умерла.       — Нет... – у Сириуса не было сил кричать. Он упал в обморок.

***

      — Сириус, ты идёшь?       — Меня не будет на похоронах, Ремус.       — Сириус, но...       — Я должен быть у её могилы один. Остальные будут мешать...       Сириус остался один в большой светлой комнате, стены которой были исписаны краской, это были розы и плющи, плющи и розы. На крохотной тумбочке из красного дерева стояла фотография. Сириус протянул руку и взял её. На ней была изображена пара молодых людей, у девушки были длинные волнистые светлые волосы, а у юноши чёрные, словно непроглядная ночь. Двое молодых слились в едином поцелуе.       Про щекам Сириуса прокатились слёзы.       — Я так люблю тебя, Марлин, – прошептали его губы.       Сев на кровать, Сириус спрятал лицо в ладони и тихо заплакал.       Вдруг, не постучавшись, в комнату зашёл Ремус.       — Я должен утешить тебя, – и он обнял своего друга.       — Нет, Ремус, я должен быть один, – и, вырвавшись из объятий друга, Сириус сбежал из комнаты Марлин, выпрыгнул из окна в сад и поспешил куда глаза глядят.       Ремус смотрел ему вслед, но не пытался его остановить. Слишком он был знаком с этим чувством...