Беспамятство

      Сириус сидел на большой белой кушетке в просторном светлом помещении. Кроме него, в комнате находились Лили, Джеймс и врач. Ремус ждал их в коридоре.       — Так, перескажите-ка ещё раз, что произошло?       — Наш друг, Сириус, проснулся сам не свой и утверждал, что его девушка умерла, — начала Лили. — Хотя это далеко не так, она сейчас находится у своих родителей, с ней всё отлично.       — Но я видел её! Она была мертва! А потом её похороны, на которые я не пришёл из-за боли! Из-за душевной боли! Лили, её нет и это не изменишь!       — Ага… — медленно проговорил врач. — Что Сириус делал накануне?       — Мы устроили себе выходной, танцы, сливочное пиво, огненный виски… -промолвил Джеймс.       — И много он выпил?       — Меньше, чем я, но со мной, как видите, всё нормально!       — Вижу… — врач сузил глаза. — А вы пробовали связаться с его девушкой?       — Нет, — ответила Лили.       — С мёртвыми не связываются, — заметил Блэк, а Джеймс лишь закатил глаза.       — Попробуйте, — врач будто бы и не заметил слова Сириуса. — А потом, если он будет утверждать, что её нет — приходите снова.       — Хорошо. Спасибо, — все трое удалились.       Сириус сидел в гостиной Поттеров и смотрел на картину, где были изображены трое волшебников, один держал в руках палочку, второй — камень, а у третьего имелась лишь голова.       — Это Биддль?       — Да, — промолвила Лили, сидевшая рядом       — Ясно, — коротко ответил Сириус и продолжил смотреть на полотно.       Вдруг в дверь постучали.       — Это она, — воскликнул Ремус.       В дверях показалась прекрасная блондинка, высокая и стройная, та, которую так любил Сириус. Блэк поднял голову и, увидев Марлин, онемел.       — Но я видел, как ты умерла! Почему? Почему я это видел?! — Он подбежал к Марлин и обнял её так сильно, что она чуть не задохнулась. — Я не хочу тебя терять, Марлин, не хочу!       — Ох, Сириус… Я… Ты меня задушишь, — блондинка улыбнулась. Сириус выпустил её из объятий и поцеловал.       — Я скучала, Сириус… И да, я не знаю, что с тобой было, главное, что все живы!       — Не все, — в комнату зашёл побледневший Джеймс, по его щекам стекали горячие слёзы, они обжигали кожу и сердце, но не литься они не могли, потерять друга — дело страшное…