7. Напряжение возрастает
2 сентября 2019 г., 00:46
Айше лежала на кровати размера супер кингсайз в окружении доброй половины постояльцев отеля. Девушка была бледна и немногословна. Керем сидел возле нее и держал за руку, не сводя обеспокоенных зеленых глаз с лица жены.
Йельда была растеряна и подавлена произошедшим, но никто не обращал на нее никакого внимания. Вот и случилось то, чего она опасалась больше всего, — более молодая и красивая девушка заняла умы и сердца всех членов семьи. О ней заботятся, ее желания выполняют, ее любят, а о Йельде как будто все позабыли, даже сын и муж.
Госпожа прикрыла глаза, словно тоже собиралась лишиться чувств, но никто и ухом не повел. Отельный врач, измеривший Айше давление, давал какие-то рекомендации Мухсину и Керему, а те внимали ему, раскрыв рот. Тогда Йельда слегка покачнулась, но этого, опять же, никто не заметил…
— Госпожа Йельда, вам нехорошо? — тихо спросила лежащая без сил невестка.
…никто, кроме Айше!
— Жизнь моя, ты, оказывается, тоже вся побледнела! Переволновалась? — наконец-то, муж обернулся к ней. — Керем, позаботься о своей жене, а я отведу маму в номер.
Мухсин встал и осторожно взял Йельду под локоть.
— На тебе лица нет, жизнь моя, нужно срочно поесть сладкого и отдохнуть. Я сейчас же закажу твой любимый десерт — вафли с мороженым.
Женщина мысленно фыркнула. Если Мухсин пытается вернуть ее расположение при помощи каких-то жалких вафель, то он сильно переоценивает их значение в ее жизни! Впрочем, от одной мысли о любимой сладости у Йельды потекли слюнки. Ладно, десерт она, так уж и быть, съест, но дуться не перестанет.
Доктор сказал, что до конца дня Айше нужны тишина и покой. Ну и конечно забота любящего мужа. Перед тем, как покинуть номер, Йельда бросила беглый, но внимательный взгляд на парочку. И Айше, и Керем старались не смотреть друг другу в глаза, а также избегали прикосновений. Казалось, вот-вот, и они разбегутся по углам комнаты, чтобы даже одним воздухом не дышать. Йельда не успела додумать мысль — Мухсин силой утащил ее в их номер.
В дверях они столкнулись с Волканом и Джейдой.
— Ах, как жаль, что с Айше произошло такое несчастье! — воскликнула Джейда. — Может быть, пока она спит, Керем сможет сходить со мной на море?
Мухсин выпучил на нее глаза:
— Что ты, дочка, и думать забудь! Сегодня Керем не отойдет от жены ни на шаг! Хочешь на море? Вот, блондин есть. Волкан, ты же составишь девушке компанию?
Это фиаско, Йельда! Женщина закрыла глаза, смиряясь с жестокой реальностью. Сегодня все ее планы оборачиваются против нее же самой.
— Да, без проблем, — ответил Волкан, однако в его тоне сквозила скука.
Спровадив несчастных блондина и Джейду, Мухсин отвел жену в номер.
— Где ты хочешь прилечь, жизнь моя? Здесь или на воздухе?
— Я бы предпочла лежак на балконе, — слабым голосом произнесла Йельда. — Сейчас там тень, и мне будет удобно.
— Я спущусь вниз и скажу, чтобы быстрее принесли вафли. Ты ложись и жди меня.
— Конечно, — госпожа расположилась на лежаке, прикрыв глаза солнцезащитными очками, но, едва двери за мужем захлопнулись, бодро подскочила и перевесилась через перила, напрягая слух.
— Так ты не ответишь? — послышался голос Айше.
Ага! Значит, мнимая больная набралась достаточно сил, чтобы пытать ее сыночка! Йельда сжала кулаки.
— Здесь нечего отвечать, Айше! — нервно произнес Керем. — Я растерялся, запаниковал. Как ты думаешь, в таком состоянии мог бы я целовать тебя? Это была всего лишь попытка сделать искусственное дыхание, ничего больше.
— Ах, искусственное дыхание, — протянула невестка.
— Вот именно! Не воспринимай на свой счет.
— Как же я могу воспринимать на свой счет, когда, едва очнувшись, обнаружила твой язык у себя во рту! Совсем не буду воспринимать!
— Аллах-Аллах, женщина! Кажется, ты ударилась головой при падении, и теперь тебя мучают галлюцинации. Говорю же, я пытался сделать тебе искусственное дыхание! Какой может быть язык?
— Обыкновенный, липкий и противный! До сих пор не могу отделаться от этих ужасных ощущений. Как вспомню, так вздрогну!
— Было очень заметно, какие ужасные ощущения ты испытала, особенно, когда закрыла глаза и поцеловала меня в ответ! Чувство омерзения так и бросалось в глаза!
— Кажется, это у тебя галлюцинации, Керем Йигитер! От стресса начались. Бедняжка! Какие глаза я закрыла? Кого поцеловала в ответ?! Ты бредишь, ей-Богу, бредишь наяву.
— Ты думаешь, у меня прогрессирует склероз? Я еще в состоянии помнить то, что случилось час назад! Ты ответила на поцелуй, госпожа Айше, нравится тебе это или нет. Ответила!
— Если я ответила на поцелуй, значит, поцелуй был?
Керем, осознав, что получил только что шах и мат, замолчал. Айше тоже больше не проронила ни слова. Йельда закусила кулак, чтобы не застонать. И тут за спиной послышался звук открываемой двери. Женщина прытко юркнула на лежак, а уж изображать несчастную и вовсе не составило ей большого труда. В итоге, Мухсин кормил жену вафлями с ложки.
***
Йельде нужно было во что бы то ни стало нарушить уединение сладкой парочки. Поэтому она убедила Мухсина, что для состояния Айше будет полезно немного развеяться и спуститься к ужину. Хюлья потащила Самета в самый модный ресторан Бодрума, имеющий пять звезд на сайте TripAdvisor. Рыза и Назмие ужинали не в большом ресторане отеля, а в маленьком рыбном ресторанчике у самого моря, по причине того, что косматый громила устал от многолюдности и шума. Наконец-то можно было немного расслабиться и позволить себе за бокалом вина обсудить последние стамбульские сплетни с Джейдой. Йельда была в предвкушении приятной беседы и испорченного настроения Айше. Сын с невесткой вошли на террасу, держась за руки. Керем предупреждал жену о самом маленьком препятствии на ее пути, нежно придерживал пальцами за локоток, по-джентльменски отодвинул стул, помогая сесть за стол, а затем раз двести спросил, как она себя чувствует. Ладно, первые десять минут ужина остались за госпожой Айше, но свекровь не собиралась так просто сдаваться. Она принялась искусно плести кружево изысканной светской беседы, на самом деле, представляющей из себя обмывание косточек всем общим знакомым, знакомым знакомых и знакомым знакомых знакомых. Йельда пыталась и сына втянуть в разговор, но тот сидел со скучающим видом, и постоянно что-то подкладывал в тарелку Айше. Мнимая больная вовсе не страдала расстройством пищевого поведения и на аппетит не жаловалась — уплетала все предложенное мужем за обе щеки. Джейда попыталась и себе отхватить кусочек внимания. — Положить тебе этих тушеных брокколи? — спросила она Керема У того на лице отразилась паника. — Мой муж не ест овощи, приготовленные таким способом, Джейда, — заявила Айше, первыми двумя словами разрезая сердце девушки пополам. Ах, как не стыдно, госпожа Айше! Самоутверждаться за счет статуса замужней женщины! Йельда усилием воли погасила вспыхнувшее воспоминание, в котором она, поочередно подсовывая руку под нос подругам, хвасталась массивным кольцом с бриллиантом — подарком самого Мухсина Йигитера. — Вы же столько лет дружите, — продолжала добивать поверженную жертву невестка, — странно, что ты не в курсе вкусовых пристрастий Керема. Еще и слова такие выбирает, бесстыжая! "Вкусовых пристрастий", вы подумайте! Йельда сжала вилку в руке. Вчерашняя швея-мотористка полностью освоилась в качестве дочери семьи Йигитер, как видно. — Я в курсе, милая, — сказала Джейда, достойно выдержав удар, — но пристрастия Керема не назвала бы правильными. — То есть, говоришь, кормила бы мужчину травой, если бы была возможность? Правильно понимаю? — Аллах-Аллах, куда нас заведут эти разговоры? — воскликнула Йельда. — Какой травой? Джейда готовит потрясающие блюда! — Припоминаю тот смузи из сельдерея, что выпил на одной из твоих вечеринок, — обратился к подруге Керем с содроганием в голосе. — До сих пор стоит у меня перед глазами. — Любимый, забудь его, как страшный сон, — проворковала Айше, наблюдая, как Джейда, сдаваясь, запихивает в рот лист салата и молча его жует. Куда подевалась скромная и стеснительная девушка с района. Львица, настоящая львица! Йельда с ужасом осознала, что ее ребенок попал в когтистые лапы хищницы. Ужин подходил к концу, и на летнюю эстраду ресторана вышли музыканты: трубач, контрабасист и скрипач. — Как прекрасно, — произнес Мухсин. — Дети, вы можете немного потанцевать. Правда, жизнь моя? Йельде эта идея не показалась такой уж замечательной. — Мухсин, вряд ли Айше сейчас пойдут на пользу активные движения. Девушка только оправилась от обморока. Эти танцы сейчас совершенно ни к чему. — Я же не имею в виду дергаться, словно за высоковольтный кабель взялся. Кажется, молодежь сейчас подобное называет танцами… Но что случится, если парень и девушка, обнявшись, немного подвигаются под музыку, плавно, не спеша? Сынок, сделай мне приятное, пригласи Айше на медленный танец. Джейда, поджав губы, опустила взгляд. Видимо, она совсем не рассчитывала увидеть то, что видела сейчас. Да и Йельда вынуждена была признать, что чуть ли не с каждой минутой Керем и Айше становились ближе друг к другу, а их брак креп, словно цемент на солнце. Керем бросил на жену взгляд исподлобья, та вспыхнула и отвела глаза, но протянутую руку приняла. Парочка встала из-за стола и отошла к эстраде. Они были единственными, кто вознамерился потанцевать в этот час. — Давай немного поддержим их, Мухсин, — Йельда положила ладонь на руку мужа. — Тебе стоит только приказать, жизнь моя! Женщина хотела быть ближе к сыну и невестке, чтобы при случае уловить хотя бы словечко из их разговора, но ни скрипка, ни труба, ни, тем более, контрабас не оставили ей ни малейшего шанса. Краешком глаза Йельда заметила, как неловко скользнули руки сына по спине Айше, а затем застыли в районе поясницы, и с каким отрешенным лицом невестка положила руки на плечи Керема. Скрипач, заметив две смелые парочки, сделал жест своему немногочисленному оркестру и принялся наигрывать мелодию. Йельда сразу узнала ее — это была импровизация на тему "Истории любви" Энди Уильямса, более известная как "Where do I begin". Тем временем, как Мухсин уверенно вел жену в танце, показывая, что не растерял еще хватку пылкого ухажера, Айше с Керемом несмело топтались на месте, не глядя друг другу в глаза и уж тем более не издавая ни звука. Мухсин сделал эффектное движение и закружил партнершу в вихре танца. Перед глазами Йельды все замелькало, но она успела заметить две вещи. Во-первых, столик Йигитеров пустовал: Волкан и Джейда куда-то ушли, вероятно, зрелище, представшее перед их глазами, было чересчур уж романтичным. А, во-вторых, Айше, наконец, решила пошевелиться в танце, но как всегда не к добру. Тонкая лямка ее платья словно невзначай соскользнула с белого плеча. Керем остолбенел, вытаращив огромные глаза на несчастную лямку, как будто та была в чем-то виновата. Айше тоже решила проявить внимание к мужу — повернула, наконец, голову и посмотрела в лицо Керему. Снова Йельда поймала себя на мысли, что происходящее сильно смахивает на дневную мыльную оперу, все эти томные, долгие взгляды до этого госпожа видела только на экране. Внезапно Керем занес палец над лямкой, но сначала все же провел по гладкой коже плеча, и только потом неторопливо вернул лямку на место. — Ай, Мухсин, ты меня совсем закружил! — пожаловалась Йельда, почувствовав сильное недомогание. Все шло совсем не так, как она рассчитывала. — Давай вернемся к столику, жизнь моя. А хочешь, пройдемся к морю? — Да, хочу! Пройдемся к морю, Мухсин. Это хорошая идея. Любая идея, которая предлагала покинуть террасу, была хорошей. Йельде совсем не хотелось продолжать любоваться на голубков, она хотела бы оказаться как можно дальше от них, желательно, в параллельной вселенной, где сыновья обязаны спрашивать разрешение матери прежде, чем жениться. Прогулка выдалась славной. Мухсину вздумалось удариться в воспоминания об их медовом месяце, проведенном в Анталии. Они были относительно молоды и относительно беззаботны. Мухсин обожал жену, а та уже тогда прекрасно понимала, как этим можно воспользоваться. — Хорошее ведь было время, Йельда? — спросил муж, и глаза его озорно заблестели. — Ох, шалун! — Йельда шутливо стукнула спутника по плечу. Какого же послушания она хочет от Керема? Каков отец, таков и сын! Яблоко от яблони, как говорят… В отель они вернулись уже за полночь. — Подожди, жизнь моя, спрошу кое-что, — Мухсин направился к администратору за стойкой. Йельда оглянулась, чтобы осмотреться, и заметила сына в спортивной одежде, пересекающего лобби пружинистым шагом. — А? Керем? — госпожа поспешила к нему. — Мама? Почему вы еще не спите? — Керем, заметив родителей, смущенно взъерошил волосы. — Мы гуляли, решили пройтись к морю… А ты что делал так поздно? — Я был в тренажерном зале, решил немного побоксировать. Выпустить, знаешь ли, пар… Сбросить напряжение… Тонкие рыжие брови Йельды вскинулись сами собой. Конечно, ее мальчик в последнее время часто напрягается, и причина этого напряжения ей хорошо известна! — Керем, сынок, — послышался голос Мухсина. — Ты идешь в номер? — Да, папа. — Отлично! Предупреди жену, что завтра мы все вместе отправимся на яхте в море. Я уже обо всем договорился.
