Идеи

— «Все как обычно. Все спокойно. Все хорошо. Слишком давно все хорошо. Плохо!» — именно такие мысли обуревали, красу и гордость флота Её Величества и Ми-6, агента 007 Джеймса Бонда, пока он продвигался, сквозь охрану к кабинету М. О, Джеймс отнюдь не был параноиком, да к тому же прекрасно знал, что неумение, а порой и невозможность расслабится, сгубили больше оперативников, чем любые вражеские агенты. Вот только, уже на 3 день, долгожданного, отпуска (из которого его все не отзывали и не отзывали) он ощутил, что все идет слишком хорошо. Разумеется, он знал как опасно такое состояние, но достигнуть «тишины разума», или как там буддисты говорят, все не удавалось. Разумеется, у него, как и у всех «старых» агентов было свое проверенное средство — женщины. Флирт, прелюдиия, и кульминация, «выдувающая» все мысли из головы. Пусть ненадолго, но действительно ВСЕ. Он не был таким уж заправским ловеласом, как о нем говорили. Это был все лишь его способ обрести покой, способ оставаться в живых. Впрочем, осознание того, что, практически любой день, может стать последним, изрядно горячило кровь. Осознание острой неправильности окружающей реальности настигло Джеймса, прямо на пороге приёмной М. На первый, второй, и даже третий взгляд все было в порядке, все было как обычно, но что-то было все же было, почти болезненно, не так. Спустя, пожалуй, минуту (непозволительно долго!) он понял — секретарь. Мисс Манипенни, впервые за все время их знакомства, никак не реагировала на его появление, и это была не притворная «обида», как уже иногда бывало. Он был готов поклясться чем угодно, что мир мисс Манипенни сжался до клочка бумаги, который она старательно изучала. Как опытный агент, он даже определил, что она проводит дешифровку — снова и снова. Последние годы этим ведь компьютеры занимаются? Джеймс, разумеется, не думал, что её мир вращается вокруг него, не думал он и о том, что она всего лишь секретарь. В силу занимаемой должности, уровень допуска у неё был много выше чем у него. Она ведь была секретарем уже второго М, а агентам 00 вообще не рекомендуется много знать. Слишком много он знал способов «разговорить» даже его, а ведь специалистом по допросом он не являлся. Множество агентов 00 погибли не в «поле», а сгинули в застенках преступных синдикатов, вражеских спецслужб, да и пожалуй, спецслужб «союзных». Ничего личного, как говорится! При такой информированности и работы должно быть с избытком, но все же такая реакция была впервые. Резкий звонок селектора и Манипенни, не поднимая головы от шифровальной таблицы, указала ему на кабинет. В кабинете Джеймса ожидал новый удар. Все было как обычно. М была спокойна, благожелательна, можно сказать расслаблена, насколько это возможно, при такой работе. После кратких приветствий она приступила к, совершенно обыденному, инструктажу. С экрана монитора на Джеймса смотрело, характерно смуглое лицо уроженца Южной Америки, очень знакомое лицо. — Эстебан Хорхе Мария Савро — крупный наркоторговец. Вы ведь его помните, 007? — Да, мэм. К сожалению, вмешательство ЦРУ не позволило мне проводить сеньора Савро туда, где ему и место, впрочем, на память о нашей встрече он унёс мою пулю у себя в бедре. — он прекрасно помнил ту операцию. Не так уж и часто его отзывали уже в процессе работы. — Чудесно. Около месяца назад, сеньор Савро лишился благосклонности ЦРУ, в связи с определенными кадровыми перестановками в агентстве. Несмотря на это, накопленные ресурсы и деятельная натура позволяют ему оставаться на плаву и продолжать свою деятельность, пусть и в гораздо меньшем масштабе. Впрочем, это нас не интересует. — Беспокоит же нас тот факт, что, по подтвержденным сведениям, в следующем месяце сеньор Савро, доставит в Великобританию огромную партию чистейшего кокаина. Не рекордную, но все еще впечатляющую. Этот кокаин он планирует, не разбавляя, продать по ценам, несколько ниже рыночных. Особое внимание будет, уделено Лондону и окрестностям. Здесь, контроль за чистотой продукта он возьмет на себя лично. — несколько огорошив его такими новостями, М взяла паузу, молчаливо предлагая ему высказаться. — Это очень странно, мэм. Подобное сулит ему не только, не совместимые с жизнью проблемы, от «коллег», но и огромные убытки. Продажей большой партии по рыночной цене он мог бы поправить свои дела и укрепить своё положение. Продажа же чистого кокаина уничтожит рынок. По сути это смена «поколения» наркоманов. Нынешнее «поколение» просто вымрет от передозировок. При высокой чистоте продукта привычная доза станет смертельной. Это даже демпингом не назовешь. — выразил своё мнение, с учетом доступной информации, он. — Все так, 007. Именно в этом, предположительно, заключается цель Савро. Его и тех, с кем он заключил сделку. — Сделку, мэм? — Да. Подробности неизвестны. Это кстати, часть вашего задания… Через полгода выборы, 007, а позиции нынешнего кабинета весьма прочны. Кабинета, одним из достижений которого считают снижение уровня преступности и процента наркозависимых. Сеньору Савро же, срочно необходимы новые покровители, видимо он не желает довольствоваться малым. Ваша задача, Джеймс, выявить всех участников сделки. Как «субподрядчиков» Савро — сейчас для него одного такая партия кокаина не посильна, так и найти ниточку к его контрагентам здесь (это имеет первоочередную важность). Вы отправляетесь… Договорить М не удалось. Произошло событие, которое он не видел за все годы своей службы, даже в самые тяжелые времена. Дверь в её кабинет распахнулась, посреди инструктажа агента 00 (!), без стука (!) или звонка от Мисс Манипенни. Собственно Манипенни и ворвалась (иначе и не скажешь) в кабинет М. Выглядела она также весьма необычно. Глубокое прерывистое дыхание, словно ей пришлось пробежать несколько пролетов по лестнице, не сочеталось с сильной бледностью, но картину сильного нервного напряжения подчеркивало. — Мэм, агент Жозефин отправила сообщение с пометкой СВЕРХСРОЧНО. — если вид Мисс Манипенни его просто сильно удивил, то выражение лица М (испуг?) его шокировало. *** Если бы разверзлись сейчас время и пространство и не далече, по набережной Темзы, проезжал бы сорочинский заседатель на тройке обывательских лошадей, в шапке с барашковым околышком, сделанной по манеру уланскому, в синем тулупе, подбитом черными смушками, с дьявольски сплетенною плетью, которою имеет он обыкновение подгонять своего ямщика, то он бы, верно, приметил ее, потому что от сорочинского заседателя ни одна ведьма на свете не ускользнет, как не ускользнет от него не одно злодеяние ведьмой задуманное. Но, к сожалению, для Ми-6, аврората, одной юной волшебницы, да пожалуй, всего мира, сорочинский заседатель не проезжал, да и какое ему дело до чужих, у него своя волость. …но если бы сорочинский заседатель все же проезжал и отыскал немного снисхождения, в сердце своём, к людям не столь одаренным, то его взор, наверняка, пронзил бы время и пространство, и он узрел бы: одну уютную квартирку в Сохо, где, весь прошлый вечер, замышляющая дела черные да глумление над добрыми людьми ведьма, полтора часа назад как нанесла последние штрихи на картину своих козней… — Что ненавидит начальство? — Этот вопрос не давал покоя Тонкс с того момента, как она приняла судьбоносное решение вылететь с оперативной работы. — Клянусь целомудрием Морганы, я вспомнила все что могла, вложила в доклад все силы. Пусть только попытаются проявить снисхождение!!! — с такими словами, уже облаченная в «грим», перед самой отправкой в министерство, она взяла трубку красивого пусть и древнего телефона в своей квартире, и набрала номер. — Прачечная «Грязного Луи». «Вы гадите — мы стираем!» — произнес отвратительный голос на том конце провода. Он хотел добавить, что то еще, но она не дала ему такой возможности. — Это Жозефин… Что она знала точно, так это то, что начальство ненавидит беспричинную спешку (если не оно эту спешку устроило) и подъем боевых групп по тревоге, без веских оснований (а уж если без оснований вовсе — то это просто джек-пот!). Вот так, берем одно слово их длиннющей шифровальной таблицы, и начальство уже в ярости, еще до прочтения доклада. Ах, это просто волшебно… всего одно слово. *** — Когда? Какой вариант? — М быстро оправилась от потрясения и теперь была полностью собрана. — Семнадцать минут назад, мэм. Сообщение пришло по каналу «Таракан», как по наиболее оперативному. Вариант связи номер 3. Агент сообщила координаты тайника и указала срочность. С учетом классификации сообщений агента Жозефин как имеющих приоритет Альфа-Оранжевый, после пометки СВЕХСРОЧНО, был установлен приоритет Альфа-Красный. Для максимально оперативного реагирования, сразу после расшифровки, в рамках моих полномочий, по координатам нахождения тайника были отправлены 2 дежурных оперативных группы. Протокол подразумевает, что скорость имеет приоритет над незаметностью выемки. — пока Манипенни докладывала, Джеймс испытывал острое желание оказаться где-нибудь подальше. Он конечно проверенный и заслуженный агент, имеет хорошие неформальные отношения с начальством, но даже о существовании агента, чьи сообщения, по умолчанию, несут приоритет Альфа-Оранжевый, ему знать не положено. — Место закладки тайника? — напряженно спросила М. — Координаты указывают на дно Темзы, мэм. — Повысить приоритет до Альфа-Черный. Подготовите документы, мисс Манипенни. — Немедленно, мэм. Приоритет Альфа-Черный могла устанавливать только М лично, свои приказом. В целом же, знание того, что неизвестный груз может проделать свой путь по Лондону в компании тяжелой техники (в данном случаи катеров) под прикрытием эскадрильи вертолетов — это знание, без которого он, вполне, мог обойтись. Мисс Манипенни быстро умчалась готовить необходимые документы и предупредить оперативную группу. М же тяжело выдохнув, осела в кресле и, разумеется, это ему только показалось, только сейчас, кажется, вспомнила, что он здесь. Несколько секунд глубокой задумчивости: — Ваше задание отменяется. Подождите в приёмной, 007. *** И снова взор сорочинского заседателя пронзает время. Ему не до любования отражением огней Лондона в водах реки, не наслаждается он и свежим речным воздухом, но отнюдь не потому, что едва ли кто назовет воды Темзы благоухающими. Ибо он зрит ведьму, что задумывая злодеяния, выбралась на берег реки. Зрит он и сундучок, что оставила она на юте затонувшего парового катера, не иначе, чтобы сбить с толку чесной народ и творить всяческие мерзопакости. Ведьма, что тут еще скажешь! *** — Вот так вот! Пока найдут пока достанут! Даже для волшебников это четверть часа, что уж о маглах говорить. А начальство такого не любит. Не любит когда возникают проволочки, когда нужно привлекать дополнительные ресурсы. Особенно не любит когда дело срочное, а уж когда поймет, что дело «срочное». Будет много ярости! *** Определено, у него намечался знаменательный день. Не смотря на крайне насыщенную жизнь, определенные вещи, в его жизни, все так же, производили в первые. Так, одним из немногих преимуществ своей работы он считал отсутствие очередей. Однажды, ему пришлось подождать полчаса, под кабинетом главы Адмиралтейства — это было самое долгое ожидание. В приёмной М он находился уже 2 часа 30 минут. Спустя полчаса, после прерывания инструктажа, дежурная группа внесла герметичный контейнер в кабинет М. В него не впервые целились из автомата, но впервые это произошло в приёмной М. Спустя еще час в кабинет М прибыли Глава Западноевропейского отдела, руководитель Специальной аналитической группы, и две «звезды» аналитического отдела. Впрочем, скорее они вбежали в кабинет, имея крайне растрепанный вид. Он был готов поставить сотню фунтов, что если бы выяснилось, что Советы не рухнули, а все это был план, этих хитрых коми, по усыплению бдительности и теперь они оккупируют Париж, спешка была бы меньше. Спустя еще час прибыл премьер-министр, похоже, он экстренно внес изменения в свой график. Впрочем, на долго он не задержался и вот только покинул кабинет М, в весьма расстроенных чувствах. И вот после всего этого ожидания, словно Глас Божий, возвещающий Судный День (для него уж точно), прозвучал звонок селектора, и по прежнему серьезная Мисс Манипенни (за все время она не сказала ему не слова), жестом пригласила его в кабинет. Обстановка в кабинете напоминал форменный бардак. За столом для совещаний, на котором были разложены некие пожелтевшие от времени бумаги, сидели остальные приглашенные. Глен Рэдъярд (Глава Западноевропейского отдела) снял пиджак, ослабил галстук и вытирал платком пот с лица. Не смотря на работающий кондиционер, он выглядел красным, словно помидор и тяжело дышал. Сара Реджельт, возглавляющая Специальную аналитическую группу, разумеется, такой вольности себе не позволила, но лихорадочный блеск в глазах и застывшее выражение лица, являли жутковатую картину. Её самая результативная подчиненная, Анжелика Кирст, опыта начальницы не имела и выглядела откровенно испугано. Да что там, в сочетании с манерой одеваться типичного «синего чулка» всколоченные, вставшие торчком волосы, делали её похожей на типичную ведьму из развлекательного кино. Пожалуй, только Кельвин Брэдфорд сохранил свой обычный облик денди. Впрочем, это стоило списать на неопытность и уверенность (именно сейчас, совершенно напрасную) в покровительстве его отца — Лорда Брэдфорда. Юноша, хоть и с блеском закончил Оксфорд и демонстрировал талант, пожалуй, гениального аналитика, относился к происходящему очень легко. Если он продолжит вести себя в привычной манере, то вполне возможно, прямо по результатам совещания пойдет на «повышение», займет «очень важный пост» с хорошим жалованием и без реального влияния. А далее, в зависимости от того, к чему он сейчас получит доступ и как после себя поведет, либо пробудет на новом посту да отставки (весьма скорой) либо скончается от передозировки наркотиков, отказа тормозов и тп. Кельвин, похоже, не понял, что ситуация катастрофическая и сегодня его главный экзамен. Либо его карьера получит резкий взлет, либо тут и закончится. Отдельно он отметил, что помимо бумаг на столе для совещаний, обстановку кабинета дополнил виденный им ранее контейнер, установленный прямо на столе у М. В открытом контейнере находился самый, что не наесть обычный матросский сундучок, в удивительно хорошем состоянии. Присутствующие очень старательно НЕ ЗАМЕЧАЛИ этот сундучок и безликую кожаную папку, которую М придерживала рукой и периодически на неё поглядывала. Для себя 007 уверенно решил, что этих предметов не существует, а уровень доступа: «только для М», — просто миф. — Садитесь, 007. Раз уж вы оказались самым квалифицированным из ближайших агентов, то у вас появилась возможность поучаствовать в определении целей вашего будущего задания. — разбила привычный порядок М. — Подведем итоги — начала М. — После окончания Второй Мировой войны, в Европе, бывшими военными и учеными Третьего Рейха, была создана организация, имеющая своей целью дальнейшее изучение и развитие имеющихся у них исследовательских проектов. Тогда подобного хватало, и кое-кто, интегрировавшись в новые реалии, просуществовал до наших дней, но мы, предположительно, ведем речь о организации полностью автономной и четко преследующей изначальные цели. — Вы хотите что-то сказать, мистер Брэдфорд? — Да, мэм. Просто хочу отметить, что если в последствии мы не отыщем, в наших архивах, упоминаний о указанных проектах, то это будет означать их высочайшую приоритетность для Рейха. — Благодарю за констатацию очевидного, а теперь продолжим. — лучше бы Брэдфорду помалкивать, мимоходом отметил Джеймс. Обведя подчиненных тяжелым взглядом, и убедившись, что желающих высказаться больше нет, М продолжила. — Мы говорим о фанатиках истово верящих в идеи Рейха. Не о «цивилизаторах» «восточных варваров» готовых к диалогу с остальными, и тем более не о набивающих себе цену карьеристах. Эта группа именно ФАНАТИКИ! Фанатики, после поражения, ушедшие на нелегальное положение и уничтожившие всю информацию о себе и своих проектах. Уровень их возможностей демонстрирует тот факт, что они сумели стереть все следы существования целой, пусть и глубоко законспирированной, научно-исследовательской базы, известной как — Крысиное Логово. Базы, всего 3 часа как известной Ми-6! — Выделила последние предложение голосом М… Глен, кажется, начал синеть. — За все годы деятельности объект не на день не прекращал работы. Где не могли взять качеством — брали количеством исследовательского материала, как за время войны и привыкли. Агенту удалось доподлинно установить факты похищения 50 детей возрастом от 8 до 15 лет, за все годы работы базы. К сожалению, в архивах к которым агент Жозефин сумела получить доступ, личная информация жертв отсутствует. Агент полагает, что она туда и не вносилась, как не существенная, но сообщает, что похищения, часто сопровождались гибелью членов семьи. Думаю, мне не нужно объяснять, что ваши ведомства мистер Редъяд, мисс Реджельт, потянут за эту ниточку, куда эффективнее одного агента. — Продолжение инструктажа М погрузило всех в глубокую задумчивость. Он не питал иллюзий о нравственности людей «по обе стороны от барной стойки» и вполне допускал, что ради существенного результата родная контора способна и на такое. Однако подобная мерзость все еще вызывала у него ярость, что его радовало. Впрочем, Джеймс, глядя в глаза присутствующих, был уверен, что их не праведный гнев обуревает (хотя, неожиданно, в глазах у Кирст — мелькнуло что-то человеческое), а усиленно обдумывается информация о проникновении/получении доступа агентом, в пусть даже и «мусорную» часть архивов. Вербовка, внедрение — варианты так и мелькали. Брэдфорт, к тому же, едва не светился от предвкушения. Плохо. Парень ни как не мог успеть «огрубеть» на работе, значит либо не понял о чем речь, либо на подходе очередная кабинетная мразь. Пусть в их работе нет ни романтики, ни чести, ни доблести, но это не повод «превращаться в дракона». — Есть все основания полагать, что чуть менее 10 месяцев назад, один из проектов вошел в итоговую фазу и потребовал массовых испытаний. Что и планировалось осуществить, выпустив штамм вируса. К счастью для Германии, Великобритании, и, как минимум карьеры, здесь присутствующих, в процессе подготовки «закладок» со штаммом вируса у «крыс» произошел конфликт интересов с неким лицом. В рамках сегодняшнего обсуждения, назовем его — Контрабандист. Напоминаю, что за пределами этого кабинета и этой операции объекты Жозефин и Контрабандист — НЕ СУЩЕСТВУЮТ. — От таких новостей у него рубашка к спине прилипла, а Глен не стал выглядеть хуже, потому, что хуже уже некуда. — В результате ряда следственно-розыскных мероприятий, а также ряда вооруженных столкновений объекту Контрабандист стал известен план «крыс», а также, что особенно важно, обнаружено Крысиное Логово. Далее, в результате массированного штурма, Логово было захвачено, руководство «крыс» уничтожено, вместе с ведущим ученым (живыми они Контрабандисту были не нужны), лаборатория сожжена, а архивы — частью уничтожены, частью захвачены. — Глену, теперь, только застрелится от позора, да и Специальной аналитической группе теперь нужно доказывать обоснованность своего существования. Ну, надо же, проморгать сначала «тихую войну», а затем почти армейскую операцию с тяжёлым оружием, у себя «на заднем дворе». И ладно только это, но не заметить вообще никаких признаков. Впрочем, М относительно, спокойна, значит по поводу штаммов вируса возможен конструктивный диалог с Контрабандистом. Только, кто же он? — Во время обозначенных событий агент Жозефин еще не занимала того положения в Организации, которое она занимает сейчас. В упомянутом она участия не принимала, а восстановила события по информации от участников. Тем не менее, информацию об уничтожении штамма и документации можно считать подтвержденной. Контрабандист не работает с настолько «горячим» товаром на чужом поле, что впрочем, не умаляет ни мастерства, ни решительности агента. *** Едва ли взор сочинского заседателя станет пронзать пространство из-за такой мелочи, но его чуткое ухо все слышит, ибо не провернуть ведьме не одной пакости, так, что бы, то укрылось от его ведома. Слышит он её бормотания над исписанными листами пергамента. *** — Ха, будет вам отчет по Горгониону, как же. Я вам сказочку о похождениях Гарри в Германии напишу! Опытных начальников (эта М выглядит матерой) многословный треп не по теме, вместо нужного доклада не просто бесит, он их заставляет чуять НЕКОМПЕТЕНТНОСТЬ и провалы. Ругайте, меня! Ругайте по всякому! Мву-ха-ха-ха! *** — Теперь же, дамы и господа, прежде чем мы приступим к формированию задач для 007, подытожим, что вы смогли выяснить из предоставленных документов — Джеймс снова обратил внимание на разложенные по столу, пожелтевшие от времени, листы. В ответ на эти слова участники совещания принялись увлеченно переглядываться. Так, понятно — на Глена надежды нет, если бы что-то знал, то уже воспользовался бы этим, но почему остальные молчат? Брэдфорд ведь обожает быть самым умным в комнате, а теперь сидит задумчивый. Неожиданно, первой начала именно Анжелика Кирст. — В свете открывшихся данных, можно сделать вывод о высокой квалификации агента Жозефин. Совершенно ясным становится приложенные к докладу документов, к которым мы получили доступ. Это отправная точка для дальнейшей работы. После первичного осмотра, я бы обратила особое внимание на накладную, подтверждающую получение со складов 50 пар солдатских сапог. Там указаны номер части и есть подпись интенданта их получившего. В комплекте с докладной запиской, некоего гауптмана Отто Фукса об отсыревших патронах к пулеметам и запросом на горюче-смазочные материалы, мы сможем начать работу по выявлению Крысиного Логова. У нас есть для этого все необходимое. Мы сможем установить их линии снабжения, ответственных лиц, а впоследствии, очертив их круг знакомств, выйти, на возможно еще живых или новозавербованых членов «крыс». Разумеется, все это после напряженной работы с архивами, но благодаря агенту Жозефин у нас есть четкая отправная точка. — Действительно, предоставленные документы могут показаться валом случайных данных, но фактически все они позволяют либо протянуть ниточку к Крысиному Логову, либо ниточку к следующей зацепке. Можно предположить, что агент изъяла эти документы из трофейных архивов как не важные, или даже те, пропажу которых никто и вовсе не заметит. Казалось бы кипа бесполезных и не компрометирующих её, в случаи обнаружения, бумаг — «дорога из хлебных крошек» для нас. Браво! — Действительно, он был совершенно согласен, блестящее во всех смыслах решении. — Среди доступных бумаг особое беспокойство вызывает фрагмент докладной записки по проекту «Волчий Кашель». — Присоединилась к обсуждению Сара Реджельт. Жестом она привлекла внимание к трем, обгоревшим по краям, листам бумаги, лежавшим в центре стола. — Согласно имеющейся информации речь идет биологическом оружии. На момент составления записки «Волчий кашель» имел 40% летальность. В остальных случаях он вызывал повышенную агрессивность, обострение психических заболеваний, приступы паники, а также сильную боль в мышцах. Но критическая важность информации кроется отнюдь не в его посредственных показателях. Согласно записке — вирус, со 100% вероятность, погибает под действием ультрафиолета, даже в инфицированных организмах. После контакта солнечных лучей с открытыми участками кожи вирус в организме зараженных, практически мгновенно погибал. После себя он оставлял только сильную слабость, ломоту в мышцах и, в отдельных случаях, провалы в памяти. Ценность этого вируса отнюдь не в возможности, без риска эпидемии, прорвать фронт, опрокинув едва способных шевелится развалин… — Это — Ключ. Ключ к победе в гонке биологического вооружения. — Не дал закончить фразу Реджельт Брэдфорд. Очень зря, по его мнению. Понять Кельвина можно — эмоции его просто переполняют, но Анжелика, формально, все еще его начальник, опытная сотрудница… да, к тому же, женщина. Такого пренебрежения, особенно на глазах у М, она не простит. Не важно как взлетит его карьера (если взлетит) — теперь ему придется «постоянно оглядываться через плечо». — Эти нацисты сами не поняли, что создали… или поняли слишком хорошо, учитывая их действия направленные на недопущение утечки информации о проекте. Биологическое оружие, в современном глобализированном мире, это недопустимый риск. Даже в случае, когда можно не опасаться ответного удара, однажды оно может достигнуть и наших берегов. Штамм постоянно мутирует и принятые меры и вакцина может оказаться не эффективной, но если всего этого избежать!!! — продолжал Брэдфорт, кажется, войдя в раж. — Даже если они вывели этот штамм случайно, даже если за все годы не сумели, приблизится к пониманию механизма! Нам нужны документы по проекту, нам, НЕМЕДЛЕННО, нужен штамм «Волчьего кашля»! Изучив его мы, рано или поздно, застрахуем себя от собственных разработок, мы сможем победить любые «сюрпризы» противника… Мы сможем стать МИРОВЫМ ГЕГЕМОНОМ!!! — Спасибо за воодушевляющую речь, мистер Брэдфорт, особенно за четкую формулировку задач для всего МИ-6 и меня лично. — Едко заметила М своим «начальственным» голосом, а вот Кельвин, похоже, не внял — он только коротко кивнул, и набрал воздух для продолжения. Похоже, что его карьера все же закончится. Не из-за мстительности М, просто важнейшим в их работе является умение не терять голову. Да, новости ужасные (он то, как раз, видит не возможности, а конец Света), но нужно держать себя в руках! — Считаю целесообразным задействовать агента Жозефин для координации проведения операции по изъятию вышеперечисленного и устранению Контрабандиста и всех информированных лиц. — Продолжил Брэдфорт, но наконец, заметив взгляд М сбился, но все же продолжил — Если такие действия не целесообразны, то вероятно следует отозвать агента для подробного доклада. Сейчас наши знания чрезвычайно не полны. — Мистер Брэдфорт, если вы продолжите мыслить в подобном ключе, то, вероятно, вам действительно удастся встретится с агентом Жозефин. Пожалуй, прежде чем она вас ликвидирует, я не стану возражать, если она даст волю своим маленьким слабостям. Такой физически здоровый молодой человек, как вы, наверняка, сможет выдержать не мало, прежде чем сойдет с ума от боли, если, разумеется, она не решит банально содрать с вас кожу. — Под совершенно спокойным, обыденным, взглядом М Брэдфорт мертвецки побледнел. Эти её слова, так же, дали богатую пищу для размышлений всем присутствующим. Психопатов на действующей службе не держали, как правило. К «грязным» агентам отношение всегда было очень осторожным. Компромат — это, конечно, удобно, но многие такие кадры трудно управляемы и непредсказуемы. Таких, скорее использовали, чем работали с ними. Вот только, Жозефин это, очевидно не касается. По косвенным признакам она полноправный действующий агент (с допуском многократно выше, чем у него), чего не может быть, но есть. Единственное объяснение — это добытая информации. Она, действительно, компенсирует все проблемы, но такой подход возможен, если подобное регулярно повторяется! Что ж, Джеймс, теперь ты знаешь, что в организацию Контрабандиста не удавалось в прошлом и не возможно сейчас внедрить иного агента, и что где то, есть поле для Игры со ставками, слишком высокими, даже по твоим меркам. *** А вот теперь око сорочинского заседателя покидает поволока легкой неги, и он устремляет свой взор в уже знакомую нам квартиру. — Так, очень «важный», несвоевременный отчет, не по теме — готов. Нужно только «украсить». — Произнеся эти слова гнусная ведьма, со зловещим умилением, что только их злобному племени и свойственно, взглянула на стопку, пожелтевших от времени листов. — Сколько времени ушло, чтобы отобрать самые скучные и бесполезные бумажки. Покопайтесь, вместо отчета по Горгониону, в накладных на башмаки да шинели, а на сладкое — вот вам пара страниц о неудачных попытках Туле превратить проклятие оборотня в смертельную заразу для маглов. Вот зачем? Глупость же неимоверная! Впрочем, глупость глупостью, а ни намека на магию в отобранных бумагах нет. — Бормоча подобное под нос, «злобная ведьма», от усердия высунув язык, опалила, отложенные листы, по краям, а затем еще и смяла. Дабы вид имели! Вот теперь, едва не сплюнув с досады (с казенною то бумагою, разве так можно) заседатель не смеживает веки, а переносит свой взор в кабинет, где и творится означенное действо да непотребство, по ведминым козням. Взор его обретает всю отпущенную ему богом остроту (а, как известно каждому, острее взора сорочинского заседателя и нет ничего!) да становится столь остр, что проникает прямо в мысли тамошнего начальства. Ибо разве был бы сорочинский заседатель заседателем, дабы не умел мысли начальственные читать да думы предугадывать! *** Определенно, слишком много хорошего — это очень плохо. Безусловно, агент Жозефин оправдала самые смелые надежды, но… слишком оправдала. Кто же знал, что вскроется такое?! Впрочем, пока, нет повода для паники, а есть очень много работы. Плохо, что после сегодняшнего, и последующих мероприятий, агент привлечет к себе слишком много внимания. Секретность — это конечно хорошо, но внутренние игры это не остановит. Слишком ценную информацию предоставил, и вероятно, еще предоставит, агент. Едва ли, кто то, что то найдет, но рисковать не стоит. Может обернуться катастрофой. Если с полной секретность не вышло, то зайдем с другой стороны. Пусть желающие отыщут фрагменты информации, а я посмотрю на их поиски, и сделаю выводы об их возможностях. За исключением свидетельства об окончании начальной школы, о Тонкс нет, никаких записей, что, несомненно, плюс. Трюк с отталкивающей биографией, она уже проворачивала, когда нужно было срочно ввести её в Систему, при подготовке к противодействию Горгониону. Ну что же: «Кто ищет, тот найдет, а после пожалеет о содеянном», — так, кажется, говорил мой предшественник. — Прости меня, Нимфадора, но придётся тебе обзавестись, исключительно, отталкивающей биографией. Впрочем, с такой то роднёй, уверена, ты уже привыкла. Думай об Англии! Впрочем, учитывая происхождение и поле деятельности, следует, молиться, чтобы выдуманная «легенда» не оказалась бледным подобием реальности. *** После пассажа М, в кабинете установилась мертвая тишина, но, наблюдая хорошо ему знакомые складки, в уголках прищуренных глаз М, Джеймс знал, что это не все «хорошие» новости. — Пожалуй, раз уж все присутствующие, получили повышенный допуск, следует подвести черту под предыдущей операцией агента Жозефин. Допуска к материалам по операции ВЫ, вероятно, не получите никогда, но кое что вам следует знать. — После этих слов М нажала несколько клавиш на клавиатуре и вывела на большой экран 4 фото. — Слева направо. Кратер на первом фото — это все, что осталось от кустарной плавильни и трех глупцов, что там теряли время. В рамках острого дефицита времени, полковником Морисом Хаттоном — ответственным за привлеченные человеческие ресурсы, было принято решение обеспечить себе пенсию. Основываясь на неверных предпосылках, он решил, что под видом двутавровых стальных балок осуществляется контрабанда золота (его ввел в заблуждение вес балок) и, использовав 3 привлеченных наёмников, помог нескольким «балкам» исчезнуть по пути до места. Видимо, полагал, что в неразберихе следы будут утеряны, а от наёмников он тем временем, избавится. Шелк, и новая фотография. — Помимо здания, огонь уничтожил практически целый квартал трущоб. Все причастные к плавильне, вот совпадение, погибли в огне. Еще одно фото. — А вот, и сам полковник Хаттон. Как вы видите — мертвый. Он утонул в собственном унитазе через два дня после завершения операции. Знаете, как он утонул, мистер Брэдфорт? Он поскользнулся и упал лицом в известное отверстие. От удара у него оторвался тромб в мозгу. В результате полный паралич, за исключением возможности поворачивать шею на несколько градусов. За жизнь он боролся почти 6 часов. Правда, интересное совпадение. — Джеймсу она интересным не показалось, особенно ввиду фото ванной комнаты и полного ужаса мертвого лица полковника. Два быстрых щелчка и два фота появляются разом. — Последние два фото — это Джек «Секач» Смит и Френк Покровски. Известные вербовщики и посредники, в среде наёмников. Именно они ручались за надежность воров. Оба, так же, утонули. Один в пинте пива — на глазах полного бара свидетелей подавился, второй в аквариуме с домашними пираньями. Агент, в отчете, отдельно подчеркнула ненадежность и не компетентность наших людей, кадровых офицеров в том числе. Она была вынуждена пойти на дополнительные существенные расходы, из собственных средств — дабы не подвергать сомнению своё положение в организации. Снова морщится сорочинский заседатель, слыша ведьмы слова. — Упреки и обвинения в некомпетентности от подчиненных, какой начальник это стерпит? Поэтому обязательно вписываем это в отчет. Эх, печенка Мерлина, вот если бы агуане не сказала, что у нас сперли немного хлама мы бы и не заметили. Вот прям интересно, что она имела ввиду, когда сказала, что разобралась? Ах, неважно, наверное, просто спрятала железки на дне реки. *** — Дамы и господа, отдельно обращаю ваше внимание на символ на некоторых документах. — На экране появилось увеличенное фото ромбического щита со странными закорючками у каждой грани. — Быстрый поиск по изображению привел нас к этому. — Теперь этот же символ вращался на экране в обрамлении затейливо написанных слов: «Новое начало». — Думаю, все вы слышали о чрезвычайно результативной исследовательской лаборатории «Новое начало», знаменитой своими изысканиями по продлению жизни и молодости. Список их клиентов и людей, внимательно наблюдающих за их успехами ОЧЕНЬ впечатляет. Ввиду месторасположения лаборатории — Франкфурт, и теперь, имеющихся у нас материалов их успехи, как и название, приобретают интересный смысл. — Весьма вероятно, что эти люди, в своей гордыне, допустили глупую ошибку, и мы обязаны этим воспользоваться. — До конца дня я жду примерный план мероприятий. Разрешаю задействовать ресурсы и агентуру по красному списку. Ввиду нехватки времени и важности задачи организационные выводы последуют ПОСЛЕ операции. Все, кроме 007, свободны. Пусть обнадеженные коллеги покинули кабинет М, как на крыльях, Джеймс не обольщался и чувствовал подвох. Ожидания его не обманули. — Джеймс, — после долгого, тяжелого вздоха начала М, — мы давно знакомы, поэтому я считаю своим долгом предостеречь. Если вам не повезет столкнуться с агентом Жозефин, старайтесь быть как можно полезней и незаметней. Я сама выдала ей санкцию на ликвидации излишне осведомленных сотрудников, и меру определяет она сама. У меня была мысль приструнить вас приказом на проведении медицинского курса подавления потенции, — у него от такого аж язык отнялся, — ввиду огромной опасности для страны Контрабандиста, если Жозефин лишится… своей позиции в его организации таким образом. Впрочем, последние данные говорят, что едва ли она найдет вас интересным. или, что вы переживете её интерес, но мотивировать вас, все же необходимо. — Вы знаете, что это, 007? — с этими словами М продемонстрировала ему свернутый третями лист бумаги. Видимая треть намекала на казначейский ордер. — А так, — М перевернула лист, явив ему свою подпись и подпись премьер-министра. После чего развернула лист. — Но он чистый, мэм. — После долой паузы, наконец, произнес он. — Именно, Джеймс. Он пуст. Ожидает всего, что она сочтет нужным туда вписать. Это ответ агенту на её претензии и на запрос на дополнительное финансирование. Вы осознали всю серьёзность ситуации, 007? Он осознал. До мокрой рубашки и дрожащих пальцев. Враги короны — это пустяк, в них стрелять можно, а вот родной финансовый департамент… Впрочем, не зря он был одним из лучших оперативников. Быстро вынырнув из полубессознательного состояния, он сосредоточился на инструктаже. Далее, к счастью, самом обычном. *** И снова, взор сорочинского заседателя проникает в жилище ведьмы, но в этот раз в нем заметна тень интереса, ибо замыслы ведьмы ныне не только зловредный, но и не лишены разумности. — Как учил Грозный Глаз: «Запоминается, именно, последняя фраза», — а значит, что козыри следует выкладывать в конце. Что начальство истово ненавидит? Запросы на дополнительное финансирование!!! А если запрос необоснованный (Да!)? А если нет возможности получить отчет по расходам (Да! Да!) А если все это вместе (О, ДА!)? Она, с дрожью, вспоминала эти обсуждения в министерстве: «Бюджет не резиновый!!! Все уже расписано!!!». Но больше всего её пугал интендант ДМП. Он, и его бесконечное царство кладовок, ящиков и коробок. Никто не знал, что там у него есть. Поговаривали, что он был здесь еще до министерства, и что гоблины произошли от него. Ну, а что еще думать: « Не дам эликсиров «Ядовитой Крови». Нет в наличии. Могу предложить «Кошачий Глаз». Хороший. Всего год как срок ему вышел. Берите, другого все равно нет!» Говорили, что его кладовки и склады, соединяясь между собой, образуют настоящий лабиринт, где по сей день бродят души заплутавших стажеров и необязательных поставщиков. Она не уверенна, что он вообще заметил захват министерства Безумным Лордом. Небось, бродил себе в своих «владениях», а Пожиратили побоялись его искать. Однажды она видела их, с Грозным Глазом встречу. Их взгляды пересеклись, они замерли. В коридоре наступила мертвая тишина, а они, словно, два льва, что встретились на пути к водопою, безмолвно решали, кому уступить. Изводящие от них напряжение, казалось, можно было коснутся рукой, но обошлось! Сейчас, конечно, у неё представление о страшном весьма изменилось. После того, как она устроилась на работу… *** И здесь, взор сорочинского заседателя нас покидает, ибо он не был бы сорочинским заседателем, если бы не знал, когда разумно и безопасно, именно, что отвести свой взор. Да и дел у него имеется немало, окромя пригляда за этими немцами англицкими… *** После разрешения ситуации с Горганионом и возвращения в Лондон, её ожидал очередной сюрприз. Гарри не забыл о её «отпуске для восстановления здоровья» и предложил, пока, поработать у него. Консультантом по безопасности. Это, вполне, вписывалось в её задание, … да и было очень любопытно, чем таким он занят. Именно новая работа привела её на самую окраину Доклендс. Все магловские новострои, мимо которых она сюда шла, здесь были совершенно не заметны. Казалось, что это место и его окрестности остались неизменными со времен королевы Виктории. В худшем, магловском, смысле этого слова. Чистыми и добротными выглядели только контора и склады «Фирс, сыновья и Ко», если верить чугунной надписи, в виде арки, над воротами. За какой надобностью прижимистый негоциант (а других не бывает) приобрел землю на самой окраине района, поднял стены и забор из камня, для нее оставалось загадкой. Как, впрочем, и то зачем Гарри купил это старьё. Стены, что не каждая ученическая Бомбарда возьмет, да собственный выход (порядком заболоченный) к Темзе. Вот все, сомнительные, достоинства. Вот с таким мыслями она подошла к входной двери «Гламур Импорт-Экспорт», если верить солидной мраморной вывеске, и взялась за дверной молоток… Внутри все оказалось очень солидно. Дубовые панели на стенах, отличные ковры, стилизованные под факелы, яркие, но мягкие электрические светильники… и, почти не ощутимые снаружи, защитные Ограничивающие Поля, от силы которых волосы дыбом становятся. Интересно, любой имеющий недобрые мысли, сгнивает заживо еще до того, как возьмется за дверную ручку, или все-таки успевает. Впрочем, смерть тела, похоже, станет для такого, только началом злоключений. Теперь понятна её работа. Понадежней спрятать защиту и «построить» внешнюю. Такую, от которой аврор не рванет поднимать по тревоге все министерство. Миссис Чедвик, очень строга на вид, но приятная в общении магла, радушно её встретила и заверила, что все необходимые бумаги уже готовы. Осталось только зайти к мистеру Голду и получить положенное. Пока они поднимались на второй этаж, она все восторгалась этим загадочным мистером Голдом. — Вот сюда. Его кабинет в конце коридора. Правда, вероятно, пройдется, немного подождать — с этими словами миссис Чедвик поспешила на рабочее место. Первый шок она испытала, увидев, под кабинетом, гоблина. Выглядел, вполне солидный, коротышка так, словно за дверью его ждала её тетушка и многомесячные пытки. Хотя, пожалуй, из пыточных они гоблинов и «поживее» вытаскивали, пусть те и держались на одной лишь злобе. Тут же был один лишь страх, переходящий в безнадёжность. Казалось, что гоблин сейчас уткнется лицом в солидный кожаный портфель, который он истерично прижимал к груди, и заплачет. Однако, прежде чем она успела начать задавать вопросы (мама всегда говорила, что она очень тактичная), дверь кабинета распахнулась и оттуда, строевым шагом (!) вышел Герберт Малкович. Сделав три четких шага он, словно на параде, повернулся и, кажется, попытался отдать двери честь, но вовремя одумался и остановил руку на середине движения. После, её новый коллега (этот послуживший в SAS сквиб, тоже был консультантом по безопасности, только уже в магловских делах) её даже не заметил, и галопом пронесся мимо. Она лишь расслышала бормотание: «Теперь этот, Борис Бритва, никуда не денется. С такими рекомендациями, этот чокнутый русский, из своих запасов все достанет». Пока она отвлекалась на коллегу, гоблин успел исчезнуть в недрах кабинета. Впрочем, стоило ей подойти ближе, и как следует рассмотреть, сделанную под золото, табличку, как дверь открылась, и оттуда выскочил невероятно радостный гоблин. Без портфеля. Казалось, что он, сейчас, начнет пол в коридоре целовать. Что ж, познакомимся, мистер Голд Таурус. В кабинете мистера Голда было жутковато. Отсутствие окон и одна лишь настольная лампа создавали впечатления непроглядной тьмы. Казалось, что в бескрайней тьмы существует лишь стол и его хозяин. Кресла для посетителей, кстати, не наблюдалось. Сделав еще шаг, она разглядела, слева на столе, мастерскую статуэтку золотого быка. В свете лампы возникало впечатление, что рога быка, периодически, вспыхивают кроваво-красным. Сам же хозяин кабинета был не примечательным мужчиной с узким змеиным лицом и серыми волосами. Отличный костюм и аккуратные нарукавники отлично вписывались в образ обыкновенного бухгалтера. — Мисс Нимфадора Тонкс, очень рад! — было в его голосе, что то такое, отчего у неё даже мысли не возникло, возмутится по поводу имени. — Согласно нашего, с мистером Эвансом Договора, я обеспечиваю успех его финансовых начинаний и надзираю за всем, что связано с деньгами и прочими ценностями. Я привык хорошо делать свою работу, потому для вас все уже готово. Все документы заполнены и зарегистрированы, все налоги уплачены. — на последних словах его безэмоциональное лицо пересекла гримаса страдания. — Ваш кабинет и обстановка для него готовы. — Вы ведь хотели мне что-то передать? — после этих слов, рука, словно сама достала из кармана куртки смятый клочок бумаги, на котором имелась информации о трех банковских счетах выданных ей Ми-6 для работы. Собственно, она их не вернула исключительно для усугубления своего положения. Гарри посоветовал отдать эти деньги Голду и не забивать себе голову. — Ахх, растраты, торговля оружием, а этот чудный запах уничтоженных надежд, конечно — наркотики, — выдавая эту сентенцию Голд, казалось, обнюхивал номера счетов. Выражение его лица походило на таковое у сомелье, что смакует изысканное вино. На миг ей показалось, что даже мелькнул кончик раздвоенного змеиного языка. Привидится же такое. — Абсолютно верный поступок — вложить эти деньги в наше дело. Ваши 15% будут, выплачивается по окончанию года, окончательный расчет, если потребуется, как водится, через 13 лет. — Голд выглядел чрезвычайно довольным. — Вы мне определенно нравитесь, Тонкс. Такие «сладкие» деньги, для начала, и я вижу за вашей спиной знаки скорого богатства, что само идет к вам в руки. Все, что получите от Ми-6 несите мне. У них всегда отборные деликатесы, пропитанные кровью и страданиями. — Если что-то попало к вам в руки — несите мне. Как снаряжение этих глупцов из «Наследия», — сейчас она была очень рада, что трупы забрали греческие авроры, а то похоже, что Голд их бы пристроил, — Если вам что-то нужно идите ко мне и я это найду. — Как консультант по безопасности «Гламур Импорт-Экспорт» вы получаете оплату по высшей ставке для этого сегмента рынка. Тоже касается и обеспечения, впрочем, для магловских ресурсов рекомендую обращаться к вашему коллеге. — Должен сказать, что количество и качество вашего снабжения как мага поставило передо мной не простую задачу. — Голд отчетливо скривился, — казалось бы, Министерства магии. Солидные организации и на тебе. Ни нормативов по снабжению зельями и эликсирами ни сроков и условий амортизации легкой, тяжелой и сверхтяжелой брони. Сплошные допущения и безответственность. Впрочем, нет, не разрешимых задач. Уровень довольствия вам определен по нормативу Верховной Священной Конгрегации Священной Канцелярии. Вот приятно было ознакомиться, знают святые отцы толк в отчетности, прекрасно знают. Да, снабжение идет согласно Большого списка, так, что литература (согласно Индекса) и эликсиры тоже включены. Опись положенного, а также реестр доступных вам ресурсов найдете на столе. Можете идти, и помните: там, в большом мире, есть уйма чудовищ, которые только и ждут, чтобы отведать вашей крови. Не позволяйте им этого, не поощряйте этих ничтожеств — никакой пощады проклятым мытарям. НИКАКИХ НАЛОГОВ — НИКОГДА!!! В себя она пришла она пришла только в своем же кабинете. Впрочем, ненадолго. Одна опись содержала все, что её полагается как сотруднику. Начиналась она с количества «скрепок канцелярских», и 7 наименований, под разные размеры. Описание положенной ей офисной техники (что это такое?) занимало 3 страницы. Отсюда же она узнала, что имеет право на ношение оружия (Беретта 92 °F прилагается), использование специальных средств, и магловские права (на все виды транспорта). Она, конечно, знает, что такое самолет, но зачем ей лицензия пилота с правом на ночные полеты? Положенное ей, как магу она только пролистала. Побоялась, что сама себя заавадит от зависти. Даже того, что она мельком заметила, хватило бы для крепкой аврорской пятерки на всю войну, и чтобы прослыть сибаритами после. Ну и на 20 лет, на нижнем уровне Азкабана, тоже хватало. А ведь еще надо придумать: зачем ей в нынешнем веке полный зачарованный доспех (та самая сверхтяжелая броня) сделанный по её мерке и под неё зачарованный! Реестр того, что она может использовать для достижения поставленных целей выглядел очень скромно, если не знать, что прикосновение палочкой к каждому пункту разворачивает огромный список. Вообще ей стало как то интересно, что имел ввиду Гарри, когда уверял, что ему принадлежит «маленькая компания по ввозу-вывозу всякой мелочи». Для достижения, каких целей ей может, понадобится, для обмена или в виде взятки, обогащенный плутоний (что еще за штука такая?), годовой ВИП-абонемент сети лучших Лондонских борделей или тринадцать яиц, снесенных черной курицей, в полнолуние…