My long summer 1984

— Мэллори, не поможешь мне пока на кухне? — настойчиво спросила мать, замечая девушку в коридоре. Не сказав ни слова, лишь нервно бросив взгляд в сторону полицейского, Мэллори скрылась из виду, по всей видимости, спеша на просьбу миссис Уотсон. — Пять минут и все будет готово, — улыбнулась женщина, сопровождая Лэнгдона в гостиную, — пока можете поболтать с Адамом… В последний раз грозно посмотрев на мужа, что с апатичным видом прошел мимо, миссис Уотсон удалилась на кухню, откуда уже шли аппетитные запахи печеной утки с яблоками. Тяжко вздохнув, Майкл опустился на один из стульев, что стоял ближе к краю стола. Несмотря на дружелюбный настрой и гостеприимство хозяев, мужчина чувствовал себя не слишком уютно, очевидно, предвкушая последствия разговора, что последует за ужином. — Зачастили вы к нам, офицер, — с добродушной ухмылкой сказал мистер Уотсон, присаживаясь напротив, — мы уж со Стефи вторую неделю терзаемся в догадках. — На то есть причины, — неопределенно ответил Лэнгдон, чуть постукивая пальцами по столу, застеленному белой скатертью, — и если вас не затруднит, лучше просто — Майкл. Я же сейчас уже не на посту… За спиной послышались осторожные шаги и когда мужчина оглянулся, то заметил Мэллори, что опустила на стол тарелку со свежеиспеченными булочками в кунжуте. Даже невооруженным глазом было заметно, насколько сильно у девушки сейчас дрожали руки. — Ты что-то совсем побледнела, — с искренним беспокойством заметил отец, глядя на дочку, — может, лучше присядешь? — Все хорошо, — слабым голосом пискнула Мэллори, но уже собираясь отойти от стола и вернуться на кухню, вдруг неожиданно пошатнулась. — Осторожно! — встревоженно воскликнул Майкл, резко подрываясь со стула и перехватывая девушку за талию. Еще бы немного, и Уотсон рухнула бы прямо на хрустальные бокалы, вероятно, сильно бы порезавшись. — Так, — с хмурым видом протянул мистер Уотсон, покачав головой, — ну-ка быстро села и без отговорок. Не хватало еще скорую помощь сегодня на ужин звать. — Я пойду принесу воды, — пробормотал Лэнгдон уже потянувшись к своей трости, но отец Мэллори тут же откликнулся: — Не стоит, Майкл, я сам. Быстро поднявшись на ноги, мистер Уотсон вышел из гостиной, оставляя гостя и свою дочь в предобморочном состоянии наедине. — И часто с тобой такое? — тихо спросил мужчина, все еще обеспокоенно глядя на позеленевшее лицо Мэллори, что растеклась на соседнем стуле. — Не очень, — пролепетала девушка, потупив взгляд. В гостиной снова послышались шаги и мистер Уотсон протянул дочери стакан с холодной водой, в которой, судя по слабой мутности, было замешано еще и какое-то лекарство. По запаху, что донесся до обоняния Майкла, он сразу узнал настойку пустырника. Когда он был маленьким, Констанс закидывалась ей практически регулярно. — В последний раз пришлось ее так отпаивать во время выпускных экзаменов, — со слабой улыбкой произнес отец Мэллори, снова возвращаясь на свое место, — все удивляюсь, какие ж нынче хрупкие нервы у молодого поколения… — Был бы еще повод, чего ради так переживать, — еле слышно сказал Лэнгдон, с легким укором глядя на девушку. — Я же не специально, — тем же чуть различимым шепотом ответила Мэллори офицеру, поднимая смущенный взгляд. Мистер Уотсон, что украдкой наблюдал за общением своей дочери и Майкла, невольно улыбнулся. Может, его изначальная догадка была и неверна, но, судя по всему, недалеко ушла от истины. — А вот и утка, — с довольным видом провозгласила миссис Уотсон, внося в комнату главное блюдо вечера, — Адам, разлей, пожалуйста вино. Согласно кивнув, мужчину взялся за бутылку каберне, быстро откупоривая ее штопором. — А мне что, нельзя? — недовольно буркнула Мэллори, увидев, что за столом она оказалась единственной, кому не поставили винный бокал. — Будет тебе двадцать один — пожалуйста, — спокойно ответил отец, пожав плечами. Вздохнув, Майкл покосился в сторону надувшейся девушки. Кажется, причины ее инфантильности теперь становились ему все более понятны. Действительно, очень сложно повзрослеть в доме, где к тебе подчеркнуто относятся как к малому и неразумному ребенку. — Не нужно так много, спасибо… — неловко пробормотал мужчина, когда миссис Уотсон, не спрашивая, отрезала ему весьма щедрый кусок утки. На самом деле, Лэнгдон был жутко голоден, но строгое воспитание Констанс, все же, брало свое. — Не волнуйтесь, здесь на всех хватит, — покачала головой женщина, продолжая разделывать утку, — к тому же, гости у нас здесь бывают не слишком часто. Понимая, что препираться дальше будет уже невежливо, мужчина смиренно умолк, потянувшись к своему бокалу и отпивая немного вина. — Не хотелось бы вас торопить, Майкл, — мягко произнесла миссис Уотсон, опускаясь на стул, — но, по правде говоря, мы с Адамом немного встревожены… — Сразу могу вас заверить, что ничего страшного не произошло, — отозвался Лэнгдон, глядя на родителей Мэллори, — а то, о чем я хотел с вами поговорить… Девушка, что сейчас ковырялась вилкой в тарелке, шумно сглотнула, чувствуя, как по всему телу пробежал жар. — …это касается лично меня и вашей дочери, — договорил мужчина вполне спокойным голосом, но последующая реакция миссис Уотсон на его слова, стала неожиданностью. — О господи! — воскликнула женщина, резко хватаясь за сердце, — Мэллори, ты что, правда беременна?! — Мама! — возмущенно воскликнула девушка, вскидывая на нее взгляд. На миг запнувшись, Майкл растерянно перевел взгляд с миссис Уотсон на ее дочь, а после, столкнулся глазами с отцом девушки, что слабо и как-то понимающе улыбнулся ему в ответ. — Пожалуйста, не волнуйтесь, никто здесь сейчас не беременный, — пытаясь утихомирить мать Мэллори, произнес Лэнгдон, покачав головой. Все еще тяжело дыша, миссис Уотсон с сомнением и надеждой посмотрела на офицера и тот вынужденно добавил: — Однако, я хотел вам сообщить, что на данный момент мы с Мэллори находимся в близких, но пока в исключительно платонических отношениях. Сразу после сказанного мужчиной, раздался металлический стук. То ли случайно, то ли нарочно, девушка уронила на пол столовый нож, тут же залезая пол стол, дабы его поднять. — Не то чтобы я был сильно удивлен, — хмыкнул мистер Уотсон, поднимая взгляд на Майкла, — но ценю, что вы решили объявить нам об этом лично. Большинство молодых людей сейчас уже не считает нужным ставить в известность родителей… Провозившись под столом явно чуть дольше, чем это требовала ситуация, Мэллори медленно вынырнула обратно, уже красная как вареный рак. — А она не слишком… ну, вы понимаете., — не зная, как повежливей сформулировать свою мысль, замялась миссис Уотсон, — юна для вас? — Поверьте, ваша дочь куда взрослее, чем вам кажется, — изо всех сил стараясь не уронить серьезную мину, ответил Лэнгдон. Если бы девушка в этот момент не сидела съежившись на стуле, нервно обгрызая ногти, его слова явно бы прозвучали куда убедительней. — Даже не знаю, что и сказать, — все с той же озадаченностью добавила мать Мэллори, оглядываясь на мужа, словно ища у него поддержки, — и давно вы уже?.. — Полагаю, на наши отношения повлияли события в лагере, — неопределенно ответил Майкл, тут же услышав, как девушка натужно закашлялась, — сами понимаете, совместно пережитый стресс часто сближает людей… А симпатия к вашей дочери у меня наблюдалась задолго до этого. А вот теперь Мэллори уставилась на Лэнгдона уже с искренним удивлением. Так значит, она нравилась ему и раньше?.. Интересно, с каких пор? Или же, мужчина это ляпнул просто ради красного словца ее родителям? — Что ж, — с улыбкой проговорил мистер Уотсон, нарезая утку на маленькие кусочки, — признаться, это все очень мило, однако, у меня есть небольшой вопрос… Судорожно выдохнув, Мэллори затравленно посмотрела на отца, уже ожидая от него гневной тирады. Девушку колотило дрожью уже до такой степени, что она даже столовые приборы держать не могла, и опустив руки под стол, сжала вспотевшими ладонями подол платья. — Как взрослый и явно рассудительный человек, вы должны понимать, что отношения на расстоянии — это лишь красивая иллюзия, что не имеет под собой никакой почвы, — продолжил мужчина, чуть склонив голову набок, — Мэллори ведь вам уже рассказала, что с этой осени уезжает на обучение в Нью-Хэмпшир? — Папа… — робко промямлила девушка, уже собираясь встрять в разговор, но в тот же миг, ее ладонь под столом крепко сжала рука Майкла, словно предупреждая, что сейчас пока лучше помолчать. — А это — как раз второй вопрос, который я хотел бы с вами обсудить, мистер Уотсон, — уверенно произнес Лэнгдон. — Внимательно вас слушаю, — вежливо отозвался мужчина, согласно кивнув. — Насколько мне известно, Мэллори не горит желанием поступать на медицинское отделение, — как можно более учтиво проговорил Майкл, чуть поглаживая холодную ладошку девушки большим пальцем, — но в данном вопросе вы не предоставляли ей выбора. — Уже успела вам рассказать эту чушь про художественную академию? — со снисходительным смешком переспросил мистер Уотсон, отпивая вино, — мечты мечтами, Майкл, а в наше непростое время у каждого должна быть профессия, что сможет его прокормить и дать возможность твердо стоять на ногах. Полагаю, вам мне это, в отличие от Мэллори, объяснять не стоит. — При всем уважении, мистер Уотсон, но едва ли ваша дочь сможет твердо встать на ноги, если все важные решения за нее будете принимать именно вы, — без тени сомнения высказал Лэнгдон, — рано или поздно вам придется позволить Мэллори жить самостоятельно и чем сильней вы оттягиваете этот момент, тем сложней ей придется, когда он настанет. — Но она же еще даже несовершеннолетняя, — попыталась оправдаться миссис Уотсон. — Но и не до такой степени ребенок, чтобы продолжать держаться за вашу юбку, — мягко ответил Майкл, шумно вздохнув. — И что же вы хотите предложить? — скептически переспросил мистер Уотсон, разведя руками в стороны, — потратить деньги на эту несчастную академию, что надоест Мэллори уже через пару месяцев? — Папа! — с обидой вскинулась девушка, глядя на отца. — Разве я не прав? — пожал плечами мужчина, — вспомни все те кружки, музыкальные школы и спортивные секции, куда мы тебя отдавали. Каждый раз ты уверяла, что хочешь этого как никогда в жизни, а уже спустя пару недель не хотела идти на занятия. — Но я рисую с детства! — возмущенно ответила она, чувствуя при этом, как пальцы Лэнгдона теснее сжались на ее запястье, — и ты и мама это знаете! — Хобби не всегда может стать работой, детка, — покачала головой миссис Уотсон, — и в этом нет ничего ужасного. — Но почему я хотя бы попробовать не могу?! — уже срываясь на повышенный тон, огрызнулась девушка. — Мэллори! — предупредительно зашипел на нее Майкл, дергая за руку. Не хватало только, чтобы Уотсон сейчас устроила истерику за столом. — Если ты уже такая взрослая, то почему я должен платить за подобные «попытки» из своего кармана? — резонно спросил мистер Уотсон, вздернув бровь. — На самом деле… — начал было Лэнгдон, но не успел договорить, как Мэллори вдруг резко вскочила из-за стола, едва не сбрасывая тарелку на пол. — Мэллори, ты куда? — в негодовании воскликнула миссис Уотсон глядя вслед дочери, что с громким топотом вылетела из гостиной, оглушительно хлопнув дверью. — Вот и вся наша готовность решать проблемы, — фыркнул отец девушки, откидываясь на спинку стула, — чуть что не нравится — хлопнуть дверью и объявить бойкот. Майкл с трудом сдержался, чтобы не закатить глаза и не зарычать. Ну вот чего этой дуре на месте не усиделось?! — Я сейчас попробую позвать ее обратно, — рассеянно пробормотала миссис Уотсон, уже отодвигая стул, но Лэнгдон тут же вскинулся: — Если вы не против, лучше это сделаю я. — Удивлюсь, если у вас получится, — улыбнулся отец Мэллори с заметным смешком. — Ее комната наверху. Первая дверь направо, — тихо объяснила женщина, указав рукой в сторону лестницы. Едва ли не чертыхаясь сквозь зубы, Майкл, стуча тростью, проковылял по ступенькам наверх. Ох кто-то сейчас и получит по заднице! Жаль вот только, что не буквально… Дойдя до двери, мужчина без предварительного стука повернул ручку и к его удивлению, та оказалась не заперта. Шагнув за порог, Лэнгдон быстро окинул взглядом небольшую светлую комнату, полную плакатов, игрушек и прочей подростковой дребедени. Здесь же, на большой кровати, застеленной красным покрывалом, в окружении орды плюшевых медведей, восседала обиженная и надутая Уотсон. Успев распустить свои дурацкие детсадовские хвостики, сейчас девушка валялась в постели с растрепавшимися волосами, падающими на хмурое личико. А еще, Майклу с трудом удавалось не смотреть на ее сильно задравшееся платье, обнажившее стройные ножки почти до бедер. — Ну и какого черта это сейчас было? — сердито спросил мужчина, подходя к кровати и опускаясь на ее край. — Ты же видел, что они не хотят меня слушать, — буркнула себе под нос Мэллори, скрещивая руки на груди. — А еще я видел, что кое-кто ведет себя как истеричная малолетка, — не собираясь сюсюкаться с девушкой, жестко произнес Майкл, — быстро встала и вернулась за стол! Все еще сидя со скрещенными руками, Уотсон громко и обиженно засопела, явно избегая столкнуться с мужчиной взглядом. — Или ты сейчас спускаешься, или я отсюда ухожу, — холодно добавил Лэнгдон, которому все эти капризы уже начали вставать поперек горла. Похоже, последние слова, сказанные максимально ледяным голосом, смогли зацепить Мэллори. Заметно вздрогнув, девушка боязливо покосилась на Майкла. — Не надо, — робко прошептала она, отрицательно качая головой, — пожалуйста… — Тогда хватит уже разводить здесь детский сад, — уже чуть мягче добавил Лэнгдон, укоризненно глядя на девушку, — я же не твоя воспитательница… Нервно улыбнувшись, девушка потупила взгляд вниз, а после, нерешительно заерзав, чуть придвинулась к Лэнгдону. Невольно опустив глаза, мужчина шумно сглотнув, замечая, что подол платья задрался еще выше. Словно надеясь как-то задобрить Майкла, что успел не слабо на нее разозлиться, Мэллори нерешительно подалась вперед, обнимая его за шею вздрагивающими руками и утыкаясь лбом в крепкое плечо. — Вот не надо только теперь подлизываться, — тихо проворчал мужчина, пытаясь снять с себя хрупкие, но неожиданно цепкие руки. Тяжело выдохнув, Мэллори, идя на поводу на инстинктивном желании, потянулась к шее Лэнгдона, мягко прикасаясь губами к теплой коже над воротником рубашки. — Перестань, — тихо и уже совсем не так уверенно прохрипел Майкл, ощутимо вздрогнув от ее поцелуя. По всей видимости, находясь сейчас на своей территории, Мэллори чувствовала себя значительно смелее обычного. К тому же, не встречая от мужчины особого сопротивления своим действиям, девушка трепетно проскользила губами по шее вверх, поднимаясь к непривычному гладкому подбородку и оставляя еще один неловкий поцелуй. Майкл знал и помнил, что внизу их все еще дожидались родители и если он надолго здесь застрянет, это явно будет выглядеть не очень красиво и весьма подозрительно. Еще бы… Офицер еще полчаса назад так высокопарно распинался о платонических отношениях, а сейчас зажимался с дочерью Уотсонов в ее собственной спальне. Но тогда, спрашивается, какого черта он сейчас не никак мог остановить Мэллори, взяв ее за шкирку и потащить вниз в гостиную? — Хватит уже, я сказал, — еще менее правдоподобно выговорил Лэнгдон, делая очередную вялую попытку отстранить девушку от себя. Словно не услышав ни одного слова мужчины, Мэллори с рваным вздохом прижалась к его губам, надеясь на ответную реакцию. И поначалу, она показалась девушке какой-то совсем вымученной, словно Майкл никак не мог определиться, что ему со всем этим делать дальше. Но уже спустя несколько секунд, когда язык Мэллори осторожно коснулся нижней губы, ладонь Лэнгдона уверенно опустилась ей на затылок. Как же, черт возьми, это было неправильно… Тискаться с девушкой прямо в доме ее родителей, в особенности, когда они сами находились в комнате неподалеку. Но с другой стороны, почему уже одна эта мысль действовала на Майкла настолько возбуждающе? Словно сейчас он был не собой, а безалаберным старшеклассником, что в наглую пытался залезть под юбку к своей подруге. Дыша все чаще, Мэллори осторожно потянула мужчину на себя, при этом все ниже опускаясь на кровать, пока спина не коснулась подушки. Кажется, сейчас ей даже в голову не пришло, что дверь в спальню осталась открыта и при желании, сюда в любой момент могли вломиться родители. Да и как вообще о чем-то можно было думать, когда рука Лэнгдона так чувственно прошлась от ее коленки к бедру, задевая пальцами край трусиков… Тихо захныкав, девушка снова заерзала на кровати, явно желая, чтобы Майкл прижался к ней еще теснее и ближе. Если бы она только знала, что мужчина сейчас и так еле сдерживался, чтобы не спустить с себя штаны и не взять Уотсон прямо посреди завалов всех ее дурацких плюшевых игрушек. Целуя и прикусывая мягкие губы, мужчина с шумным вздохом навалился на Мэллори, сразу чувствуя, как та послушно раздвинула под ним ноги. Твою мать, да что ж он опять творит?.. Царапая спину Майкла через ткань рубашки, девушка дернулась чуть вперед, словно пытаясь потереться ноющей промежностью о его бедра. И стоило только прикоснуться, как Мэллори тотчас ощутила твердую плоть, сдерживаемую плотными джинсами. — Так, стоп… — задыхающимся шепотом произнес Лэнгдон, на этот раз уже решительно отпрянув назад. Нервно прикусив губу, девушка взглянула на Майкла снизу вверх. Кажется, они и правда слишком сильно увлеклись. — Спускайся первой, я через пару минут приду, — сдавленно выговорил мужчина, садясь на кровать, и прижимая ладонь к лицу. — Все в порядке? — боязливо спросила она, чуть дотрагиваясь по плеча Лэнгдона. — Да, иди, — устало подогнал ее Майкл, покачав головой. Понимая, что лучше уже не спорить, Мэллори осторожно вскарабкалась с кровати и смущенно краснея, одернула помявшееся платье. Когда Уотсон исчезла за дверью, мужчина с тихим стоном повалился обратно на кровать, утыкаясь лицом в подушку. Внизу все так и сводило от боли — но сам виноват! Не нужно было поддаваться на провокации и теперь торчать в девичьей спальне дожидаясь, когда у него хотя бы спадет эрекция. Промаявшись еще с несколько минут, Майкл, наконец, заставил себя подняться на ноги. Как бы тяжело сейчас ни было — разговор с родителями Мэллори еще не окончен.