My long summer 1984

Растянувшись поперек кровати, Мэллори одним глазом покосилась на часы. Надо же, уже почти шесть вечера… Как же быстро пролетело время. Впрочем, учитывая факт, чем они с Майклом все эти часы занимались — ничего удивительного. Откровенно говоря, сегодняшний день оказался для девушки крайней неожиданностью, полной новых и внезапных открытий. Как минимум, Уотсон впервые узнала, что такое иметь дело с отдохнувшим, сытым и выспавшимся Лэнгдоном, на которого еще и успело накатить весьма игривое настроение. Такое впечатление, что мужчина, наконец дорвавшись до Мэллори в постели, теперь старательно пытался наверстать упущенное, или же решил, что ни к чему останавливаться, раз в доме еще осталась валяться целая упаковка презервативов… После третьего раза, который неожиданно случился в душе, Уотсон уже перестала вести счет. Все ее вялые попытки покинуть спальню в течение дня, не увенчались успехом. Стоило девушке лишь задергаться, чтобы попытаться выползти из-под Майкла, как ее тут же тормозили на полдороги. И тормозили так, что ближайшие минут тридцать после очередных кувырканий, Мэллори не могла даже на ноги встать. И не то чтобы девушка сильно возражала против подобного времяпровождения, но к вечеру усталость уже давала о себе знать, равно как и голод. Кажется, Уотсон еще со вчерашнего вечера не успела ничего съесть. Ощутив, как в животе опять характерно заурчало, Мэллори тихо пролепетала: — Надо все-таки дойти до кухни… Есть очень хочется. Майкл, что сейчас лежал позади, медленно поглаживая пальцами обнаженное бедро девушки, пробормотал в ответ: — Ты лежи, а я сам что-нибудь сделаю. Удивленно моргнув, Уотсон обернулась к мужчине через плечо. — Что? — дернул бровью Лэнгдон, замечая на себе ее недоуменный взгляд, — я же здесь за десять лет с голоду не умер. Готовить я тоже умею… «Готовить», конечно, слишком громко было сказано, но отчего-то, сейчас Майклу искренне хотелось доказать Мэллори, что с домашними делами он умел справляться не хуже, чем с постельными… Да и после затянувшегося и крайне активного утра, Лэнгдона так и тянуло проявить к девушке свою заботу, пусть вымотался и был голоден он не меньше, чем она сама. Приподнявшись на локте, мужчина огляделся в поисках своих брюк, что обнаружились на полу у кровати. Пора уже было вытаскивать свою тушу из спальни, он и так слишком долго провел здесь времени за последние дни. И увы, не все они прошли так, как сегодняшний… С любопытством наблюдая за Майклом, Уотсон тихо захихикала, когда тот, наклонившись, чмокнул ее в кончик носа и щекотно провел рукой по талии. Признаться, глядя на нее сейчас, Лэнгдону сложно было удержать себя, что опять не забраться к девушке под одеяло. Но нужно взять себя в руки. Он же не хотел заморить голодом Мэллори в своем собственном доме? Прошагав на кухню, лениво потягиваясь, мужчина остановился на пороге, растерянно глядя на творившийся здесь погром. Похоже, уходя отсюда утром, они оба не заметили, какой бардак успели учинить. Практически весь пол оказался усыпан мукой, вперемешку с сахаром, а сверху еще и успело свалиться несколько сырых яиц, скатившихся с края стола. Да уж… Убирать это все придется долго и муторно, но для начала Майкл все же хотел заняться приготовлением завтрака, который по времени уже больше превращался в ужин. Стараясь не наступить на муку, чтобы не развести грязь еще дальше, мужчина с тяжелым вздохом распахнул холодильник. Хотелось надеяться, что здесь еще остались какие-нибудь не слишком замороченные продукты, с которыми он сможет управиться без особых усилий. Рассеянно блуждая взглядом по полкам, Лэнгдон тут же отмахнулся от идеи браться за авокадо или рыбу, что валялась в заморозке. И зачем Мэллори столько всего набрала?.. Наконец, пошарив внутри руками, мужчина обнаружил еще одну упаковку яиц, сыр и помидоры. А вот с таким набором он уже сможет что-то сообразить. Разложив продукты на столе, Майкл принялся хаотично вытаскивать из шкафов посуду, гремя тарелками. Шеф-повар с него конечно так себе, но нужно было хотя бы постараться. Уотсон вон сколько вокруг него носилась и ни разу ни на что не пожаловалась… Так что же, Лэнгдон, не сможет хоть один раз по-человечески пожарить омлет на двоих? Услышав грохот со стороны кухни, Мэллори, все еще валяясь на смятой простыни, слабо улыбнулась. Внезапный порыв мужчины взяться за приготовление еды искренне ее тронул. Помнится, мать когда-то рассказывала, каким милым был ее отец, когда в годы их голодного студенчества, вместо бесполезных цветов приносил ей жареную курицу, приготовленную собственными руками. Именно такие подарки от своего нынешнего мужа миссис Уотсон вспоминала по сей день, а отнюдь не десятки роз или очередные золотые серьги. Покрутившись с боку на бок еще немного, девушка все же решила наведаться к Майклу. Может, в чем-то ему потребуется помощь, а то уж больно сильный шум сейчас творился на кухне, будто мужчина готовил не на двоих человек, а на целую ораву. Вскарабкавшись с кровати, Мэллори на секунду замерла, тихо прошипев от боли. Кажется, они с Лэнгдон немного перестарались… По крайней мере, последние раза два точно стоило отложить до лучших времен, а то между ног сейчас саднило уже не на шутку. Натянув на себя мужскую футболку, что как и вся остальная одежда сейчас валялась на полу, Мэллори, стараясь не двигаться сильно враскорячку, двинулась к кухне. Чем ближе девушка подходила, тем сильнее обоняние улавливало запах чего-то горелого. Подобравшись к отрытой двери, Уотсон робко заглянула внутрь. Господи, ну здесь и бардак… И как законный властелин всего этого хаоса, по кухне с хмурым и сосредоточенным видом носился Майкл, пытающийся не спалить яичницу ко всем чертям. Просто очаровательная картина. — Давай я помогу, — тихонько пробормотала Мэллори, на цыпочках входя за порог, огибая островки из просыпанной муки. — Я сам, — упрямо буркнул мужчина, не отрывая взгляд от дымящейся сковороды. На секунду закатив глаза, девушка все же подобралась к плите и прикрутила огонь, который зачем-то шпарил во всю мощность, на самый минимум. — А пахнет вкусно, — скромно улыбнувшись, сказала Мэллори, обнимая свободную руку мужчины и глядя на непонятное месиво, излишне щедро присыпанное перцем чили, — у тебя здорово получается… — Спасибо, — растерянно отозвался Лэнгдон, покосившись на девушку, что прижалась щекой к его плечу. Майкл уже понимал, что успел накосячить, однако отсутствие недовольной критики или упреков со стороны Уотсон его сильно приободрили. Может, Мэллори немного и кривила душой, но ее поддержка и одобрение были важны для мужчины куда сильнее, чем он готов был себе признаться. Стоило лишь вспомнить все его детские попытки впечатлить и порадовать мать, которые каждый раз заканчивались провалом… Только вот в отличие от Уотсон, Констанс не считала нужным хвалить мальчика на пустом месте. Когда омлет худо-бедно оказался готов, Мэллори вызвалась помочь разложить все по тарелкам, ибо Майкл умудрился уже испачкать столько посуды, что в жизни не догадаешься, что он пытался просто сделать яичницу. А с учетом, что отмывать это все, скорей всего, придется девушке, хотелось минимизировать количество грядущей работы. — Нормально? — с сомнением спросил мужчина, ковыряясь вилкой в тарелке и поглядывая на Уотсон, что натужно закашлялась, как только отправила в рот небольшой кусочек. — Да, очень вкусно, — сквозь подступающие от остроты перца слезы, ответила она, нервно улыбнувшись, — спасибо. Снова подняв взгляд на Мэллори, Майкл глубоко вздохнул. Даже странно, что еще пару дней назад ее присутствие в доме казалось ему чем-то пугающим и инородным. Сейчас, пока Уотсон сидела на соседней табуретке, взъерошенная и усталая, мужчине сложно было представить это место без нее. — Что? — вдруг послышался тихий голос девушки, который заставил Лэнгдона вынырнуть из молчаливой задумчивости. Он только сейчас понял, что с пару минут неотрывно таращился на нее, не произнося ни слова. — Да ничего, — буркнул Майкл, снова опуская глаза в сторону тарелки. Заметив, как на лице мужчины проступил смущенный румянец, Мэллори и сама ощутила волну застенчивости. Хотя, казалось бы, после всего, что они творили час назад, стесняться друг друга было уже довольно странно у глупо. — Завтра поедем на работу пораньше, — спустя пару минут неловкой тишины, произнес Лэнгдон, жуя омлет, — надеюсь, я со своим больничным не слишком много пропустил… — Может, еще отлежишься хотя бы один день? — неуверенно переспросила девушка с затаенной надеждой, — да и завтра же все равно уже пятница. В ответ Майкл лишь отрицательно покачал головой. Хватит уже. Належался на несколько лет вперед — пора и честь знать. Поерзав на стуле, мужчина перевел взгляд к окну, за которым уже постепенно темнело. — Ты сегодня домой или как?.. — осторожно спросил он, зачем-то стараясь сделать вид, словно ответ на этот вопрос его нисколько не волнует. — Не знаю, — замешкалась Мэллори, теребя пальцами салфетку на столе, — я пока еще не звонила родителям… — И где ж они думают, ты сейчас находишься? — хмыкнув, добавил Майкл, понимая, что девушка едва ли рассказала отцу и матери правду. — У подруги, — упавшим голосом отозвалась Уотсон, заметно краснея, — а что? Тихо фыркнув от смеха, мужчина отвел взгляд в сторону. Объективно говоря, не слишком-то красиво он выглядел во всей этой ситуации, особенно в глазах родителей Мэллори. Даже при демократичном отношении мистера Уотсона к их уже далеко не платоническим отношениям, Лэнгдон чувствовал себя немного мерзавцем. Хотя, стоило признать, было в этой мысли что-то возбуждающее… Все-таки, не так уж часто Майклу приходилось ассоциировать себя с плохим парнем. — Я сам сегодня им позвоню, если вдруг захочешь остаться еще на ночь, — мягко проговорил Лэнгдон, навалившись локтями на стол и чуть склонившись вперед к девушке, — но если нет… — Хочу! — тут же нервно воскликнула Мэллори, захлопав глазами, — но не надо им звонить… Вдруг они ругаться начнут. — В этом случае, пусть лучше орут на меня, чем на тебя, — спокойно пожал плечами Майкл, в глубине души все же чувствуя облегчение от слов девушки. Пока что он был морально не готов отпустить ее обратно домой, пусть это ощущение его немного и пугало. — И что ты им тогда скажешь? — с сомнением протянула Уотсон, уже успев изорвать салфетку на мелкие клочки. — Что зашла ко мне после работы и слишком увлеклась игрой в шахматы, — коротко усмехнувшись, ответил мужчина в шутку, — сиди, я сейчас их наберу. Боязливо съежившись, Мэллори проводила мужчину взглядом, когда тот направился в гостиную к телефону. Страшно даже представить, что за разговор у Майкла сейчас может выйти с ее родителями. Не дай бог еще, трубку поднимет мама… Решив, что от подслушивания, она лишь еще сильней разнервничается, девушка медленно прикрыла дверь в кухню, чтобы заглушить голоса. К тому же, ей здесь явно было, чем себя занять. Взгляд Уотсон снова устремился на грязный пол. Ох и не хотелось же ей сейчас за это браться, но что поделать! Мужчина вернулся где-то спустя пять минут, когда Мэллори уже усиленно сметала муку с сахаром в совок. Судя по его невозмутимому виду, все прошло довольно неплохо, хотя девушка пока и не решалась делать поспешных выводов. И пока Уотсон ждала объяснений, Майкл негромко сказал: — Зачем ты тут возишься? Я сам все уберу. — Ну… — смущенно замешкалась девушка, застыв с метлой в руке, — я просто… — Или ты думаешь, я тебя тут остаться попросил, чтобы ты мне полы мела? — уже более хмуро добавил Лэнгдон, забирая уборочный инструментарий из рук растерявшейся Уотсон, — иди телевизор посмотри или, я не знаю… Но несмотря на попытки мужчины выгнать Мэллори с кухни, она все равно осталась, продолжив молча и неспешно помогать ему с уборкой. Все же, они, по большей части, вдвоем здесь устроили такой беспорядок, так что, и устранять его вместе будет вполне справедливо. — Ну так что сказала мама? — осторожно спросила девушка, протирая стол и глядя, как Майкл принялся ползать по полу с мокрой тряпкой. — Думаю, ничего такого, чего бы ты сама от нее раньше не слышала, — покачал головой мужчина, — переживать не о чем. Шумно сглотнув, Уотсон попыталась оттолкнуть от себя мысли, какими длинными тирадами иногда любила разразиться ее мать. Похоже, в этот раз выслушивать их пришлось уже Лэнгдону, но тот, привычный к общению с не самыми доброжелательными людьми, давно научился не принимать подобных слов близко к сердцу. Продолжая елозить тряпкой по остаткам сахара, Майкла не сразу посетила мысль, что он делает что-то не так. И только когда сверху послышался испуганный писк и грохот упавшего на пол тела, мужчина испуганно побледнел. Споткнувшись на липком полу, Мэллори, не успев ни за что зацепиться, свалилась на влажный линолеум, ощутимо ударившись об него пятой точкой. — Ты как? — упавшим голосом спросил Лэнгдон, быстро подползая к девушке. Уотсон сама не знала почему, но на нее вдруг накатил приступ хохота. Отшибленное бедро все еще болело, и судя по всему, вскоре на нем должен был возникнуть здоровенный синяк, но расстраиваться по такому поводу у Мэллори не было никакого желания. Продолжая заливисто хихикать, девушка потянулась к смутившемуся Майклу, касаясь поцелуем его губ. Не успев ничего понять, мужчина рассеянно провел рукой по талии Уотсон. Ну и странная же она… Прислонившись спиной к одному из кухонных шкафов, Лэнгдон не стал возражать, когда девушка неловко уселась на него верхом, не прерывая при этом поцелуя. Пройдясь ладонями от коленок к бедрам Мэллори, Майкл остановился на ее ягодицах, сжимая их под тканью футболки. Шумно выдохнув, девушка уже смелее повела бедрами, толкаясь немного вперед. Кажется, еще не так давно она размышляла о том, что стоило бы переждать с интимными делами хотя бы до завтра, однако сейчас внизу живота снова нарастали жар и возбуждение. Впуская язык мужчины в свой рот, Мэллори с едва различимым стоном потерлась промежностью о твердую выпуклость на брюках Лэнгдона. Как бы ей завтра на работу не пришлось добираться ползком… … — Вы чего это тут? — удивленно вытаращился Чарли, когда в районе полудня, в кабинет неожиданно ввалились Майкл и Мэллори. Майкл лишь осуждающе и недовольно зыркнул на девушку, заслышав вопрос коллеги. И это называется «надо приехать на работу пораньше». Может, его план и смог бы осуществиться, если бы кое-кому не приспичило немного побаловаться в душе… А потом еще на кухне, при безуспешных попытках Лэнгдона выпить кофе. И это еще повезло, что мужчине удалось хоть немного утихомирить Уотсон в машине, не прибегая при этом к мерам, когда бы ему снова пришлось снимать штаны. — Всем привет, — с растерянно улыбкой пробормотала Мэллори, на ходу поправляя растрепавшиеся волосы и быстро усаживаясь за свой рабочий стол. — С выздоровлением, Лэнгдон, — хмыкнул Джек, подпирая плечом шкаф рядом с кофеваркой, — ну и скучали же мы тут без тебя… — Ага, конечно, — фыркнул Майкл, подбирая свою старую кружку и наливая кофе, — к вашему сведению, если уж вздумали надираться на рабочем месте, то мусор хотя бы изредка отсюда выносите… С этими словами, офицер покосился на корзину у стола Чарли, доверху набитую пустыми банками из-под пива. Заметив взгляд Лэнгдона, мужчина тут же нервно задвинул ногой корзину в дальний угол, чем заставил начальника еще больше усмехнуться. — Черт бы с вашим пивом. Главное пейте не больше, чем вместится за обеденный перерыв, — покачав головой, добавил Майкл к искреннему удивлению коллег. — Уотсон, — окликнул Мэллори Джек после короткой паузы, — а ну, признавайся, где ты закопала труп настоящего Лэнгдона? — А? — растерянно заморгав, отозвалась девушка, не сразу сообразив, к чему такой странный вопрос. — Обхохочешься просто, — закатил глаза Лэнгдон, идя к своему столу вместе с кофе. Тихо посмеиваясь, Джек, приблизившись к Уотсон, еле слышно добавил: — Уж не знаю, чего ты с ним сделала, но делай это почаще. Ярко покраснев, Мэллори скромно улыбнулась в ответ. — Я постараюсь, — тем же заговорщеским шепотом сказала она.