u can choose only one thing

Чонгук. Это имя пульсировало в голове Чимина, не давая ему возможности придти в себя. Перед глазами до сих пор было лицо Чонгука: его перепуганный взгляд, изучающий Пака, большой нос, который тот когда-то чуть не разбил, и дрожащие губы. И запах одеколона, который Пак уже наконец-то сумел забыть. Это всё так сильно ударило по его памяти, что он чуть ли не трусился от злости и бессилия. И только мысль о том, что ему нужно найти мальчишек, вырвала его из круговорота мыслей о Чонгуке и прошлом. Чимину нужно было немедленно успокоиться, поэтому он сделал глубокий вдох и выдох, обещая себе, что он обязательно ещё уделит время сегодняшней встрече, а пока пойдёт знакомиться со своими подопечными, не думая о чём-либо другом. Он встряхнул головой, надеясь, что так ненужные мысли просто выпадут из неё, и отправился вперёд по коридору. С каждым шагом он чувствовал какое-то успокоение, а желание поскорее увидеть ребят возрастало. На этом этаже лишь один большой зал, поэтому Чимин сразу знал куда ему направляться. Он слышал смех и чьи-то крики, которые то затихали, то опять заставляли прищуриться от неприятного звука. В этот раз уже не мешкая, Чимин отворил дверь в зал и увидел трёх молодых парней, которые гоняли друг за другом, как дети в начальной школе. Они были так увлечены, что даже не сразу заметили, что за ними стоят и наблюдают с лёгкой улыбкой на губах. Но когда один из них чуть ли не врезался в Чимина при резком повороте, парни наконец-то заметили, что в их детском саду появился новенький. — Здравствуйте, — Чимин не мог сдержать улыбки, видя, как три очаровательных юноши выстроились в ряд и смотрят на него с огромными пытливыми глазами. — Я ваш временный менеджер — Пак Чимин, приятно познакомиться, — Чимин слегка поклонился, не отрывая взгляда от лиц, которые, по всей видимости, ещё обрабатывали поступившую информацию. — Здравствуйте, менеджер-ним! — вдруг все как по команде выкрикнули и поклонились. — Добро пожаловать, позаботьтесь о нас! — произнёс юноша, чьи огромные глаза просто светились. — Я Кан Тэхён, — парень поклонился. — Чхве Бомгю, — представился следующий. — Чхве Ёнджун, — закончил знакомство последний из подопечных Чимина. — Очень приятно, — улыбнулся Чимин, рассматривая всех троих по очереди и отмечая, что все они выше его. — Я буду вас опекать в течении этого месяца, надеюсь, вы будете милыми и упростите мою задачу. — Обязательно, менеджер-ним, — ответил Ёнджун. — Отлично, — Чимин прошёлся взглядом по разбросанным вещам около шкафчиков. — Что вы сейчас практикуете? — поинтересовался Чимин. — И я не имею в виду те детские догонялки, в которые вы играете и тратите свою энергию не на то, что нужно, — не прошло и минуты, как он на правах менеджера начал отчитывать малолеток. — Вы всегда такие несобранные или только сегодня? Те стыдливо опустили головы, жалея, что менеджер увидел их за таким непристойным делом. — Нет, простите, менеджер-ним, — отозвался Тэхён. — Не извиняйся, — тон Чиминового голоса потеплел, когда он увидел, что мальчишки действительно раскаиваются в том, что тратили своё время не на то, на что обязаны. — Так что вы репетируете и как долго вы здесь будете? Потому что я по правде знаю целое ничего, так что давайте вы мне будете пока прощать мои косяки, а я ваши, договорились? — Чимин улыбнулся и айдолы расцвели оттого, что их новый менеджер тоже далеко не самый идеальный человек и признается в этом. — Конечно! — наконец-то подал голос Бомгю. — Мы можем показать вам наше расписание, — Чимин кивнул и тот бросился к своим вещам за телефоном, чтобы показать менеджеру, которого вообще-то должны были ввести в курс дел, расписание. — Так Вы о нас и правда ничего не знаете? — спросил Ёнджун, начиная, как тот цыплёнок следовать за Чимином, когда тот подошёл к Бомгю. — Почему же ничего? — удивился Чимин. — Я знаю как вас зовут, что вас трое и вам всем по восемнадцать, — немного подумав, он добавил: — да, по сути, ничего, — горе-менеджер развёл руками. — Но, вы можете начать просвещать меня прямо сейчас. Готов услышать всё. Ну ладно, почти всё, — он снова улыбнулся. Ребята оживились и уселись в кружок вокруг Чимина, который изучал расписание, держа в руках телефон Бомгю, сидя на лавке у стены. Каждый из них щебетал, рассказывая, что айдолами они стали всего лишь два месяца назад и они усердно стараются, чтобы с каждым днём быть всё лучше и лучше. Тэхён поведал об их новой песне и концепте непослушных бэд боев, хотя Чимин ответил про себя, что им до бэд боев как новорождённым щенятам, но решил не расстраивать ребят и не произносить этого вслух. Бомгю оживлённо рассказывал о том, что они очень рады, что им достался такой крутой менеджер, на что Чимин ответил, что подлизываться к старшим — это хорошо, но делать это раньше времени не стоит, из-за чего тот смутился, а остальные посмеялись. Достаточно изучив их расписание и взяв их номера телефонов, потом обязательно проверив правильно ли они записали его номер, Чимин закончил беседовать с ребятами, решив, что за сегодня он достаточно узнал. — Значит так, не могу не сказать, что мне не нравится с вами болтать, я бы даже поболтал с вами ещё, но если вы будете только и делать что болтать вместо того, чтобы тренироваться, то вряд ли из ваc получатся профессионалы, так что поднимайте свои задницы и бегом танцевать, — закомандовал Чимин и ребята в тот же миг поднялись. — Да, менеджер-ним, — в один голос сказали ребята. — Называйте меня просто «хён», договорились? — Чимин взглянул на ребят, ловя себя на мысли, что его уже порядком достало это «менеджер-ним». — Но… — хотел запротестовать Ёнджун, но встретив взгляд Чимина передумал. — Да, мен- Хён. — Отлично, — улыбнулся Чимин. — А теперь танцевать! Хочу посмотреть, что вы из себя представляете. Юноши кивнули и Бомгю побежал включать музыку. Через несколько мгновений парни уже стояли на своих позициях. Чимин обошёл их со стороны, чтобы видеть их мимику. Парни немного удивились поведению менеджера, но не показали этого. Их основной менеджер обычно не трогал их во время тренировок и тем более не заставлял их демонстрировать что-либо. Заиграло спокойное неторопливое начало песни, под которые парни начали медленно двигаться, а затем зазвучал, по всей видимости, вокал Тэхёна, вышедшего на переднюю позицию. Все мальчишки были крайне сосредоточены; по их движениям было видно, что они усердно репетировали до этого, ведь их синхронность и чувство ритма были выше всяких похвал. Затем бит стал всё чаще и агрессивней, и на передний план вышел Ёнджун под собственную быструю читку. Чимина очень впечатлила его партия, но он старался и дальше оставаться сосредоточенным на танце. Затем последовал Бомгю, поражая Чимина своими движениями. Он талантливо балансировал между мягкой плавностью, мгновенно переходя в резкие рваные движения. Не у всех так выходит управлять своим телом. У Чимина получалось. Пак и не заметил, как песня подошла к концу и парни с часто вздымающимися грудными клетками смотрели на менеджера пытливыми глазами. — Ну как, хён? — поинтересовался Ёнджун, опираясь руками на колени. — Ну дебютировали вы не только благодаря красивому личику, — констатировал Чимин. — Но есть одно «но», — произнёс он и ребята мгновенно выпрямились, готовясь принимать критику. — Ваша песня это плавный переход от спокойного настроения в решительное и агрессивное, поэтому ваша мимика должна соответствовать песне. Вы же с самого начала какие-то зажатые и напряжённые. Так не должно быть. Расслабьтесь, а затем наденьте на себя маску из агрессивности, когда песня начнёт становиться всё динамичнее. Вы должны выражать её не только через своё тело, но и через мимику. Я уверен, вам не раз это говорили, — парни кивнули после этих слов. — А так претензий нет. Видно, что все из вас довольно талантливые танцоры, которые вкладываются в танец. — Но хён… — видно, что Ёнджун хотел возразить, но одновременно с этим желанием боялся. — Ты ведь… — Что? Только менеджер, а не хореограф? — младший кивнул. — Я занимаюсь танцами с семи лет и стажировался когда-то в этом агентстве. Я не сотрясаю воздух зря, а знаю, что говорю. Я пока без понятия, как менеджер должен работать, но знаю, что его главная задача — это помогать артисту. И даже если я и не хореограф, но у меня есть опыт в этом деле, то почему бы не помочь вам советом и не указать на ошибки, если я их вижу? — он пожал плечами. На лицах парней отражался глубокий мыслительный процесс в вперемешку с удивлением. Первым заговорил Тэхён: — Хён, так ты был стажёром здесь? — поинтересовался тот, смотря на Чимина свои огромными глазами. — Да. Я даже немного удивляюсь, что вы спрашиваете, потому что меня не так давно отсюда выгнали со скандалом, вы должны были слышать об этом, — ответил Чимин и, увидев неловкость на их лицах и попытку избежать зрительного контакта, понял, что кто-то что-то не договаривает. — Ага-а, — улыбнулся Чимин. — Кто-то у нас тут косит под глупеньких. Что же, — парни покраснели, — хвалю. Дураками тоже нужно уметь прикидываться. Но надеюсь вы больше не будете практиковать это умение на мне. — Да, прости, хён, — Тэхён чуть поклонился. — А можно спросить? — Этот вопрос касается моего ухода из агентства? — тот кивнул. Чимин вздохнул: — Ладно, лучше уж ответ от меня услышать, чем через сплетни. — Это правда? — Тэхён стыдливо смотрел на менеджера. — Думаю, что для всех по-разному. Кого-то не переубедить в том что я разбойник, который при этом ещё и употребляет, для кого-то это было чушью с первой секунды. Если честно, мне ужасно лень распинаться сейчас о том, какой я хороший, а все вокруг плохие, поэтому выводы делайте сами, серьёзно, — Чимин и вправду выглядел так, будто для него это самая скучная тема для разговора на планете, хоть и внутри всё покрывалось неприятной липкой слизью оттого, что этот вопрос всё-таки был задан. Но лучше они прояснят это сейчас и забудут, чем позже. Вскоре тема, к огромному счастью Чимина, сменилась, а позже парни снова принялись репетировать, после замечания Чимина, что они проболтали и пробегали почти всё их время на тренировку. Сев в углу, пока парни танцевали, Чимин снова принялся изучать их расписание и тяжко вздыхать, ведь у их юнита всего через несколько дней камбэк, что означает, что Чимину придётся за ними смотреть как раз весь их промоушен, что его особо не радовало, ведь парни будут то пропадать на пред-записях, то на каких-то шоу, а Чимину придётся вместе с ними. Ему уже немного стало не по себе оттого, что он согласился на эту работу, но отступить было бы глупо и по-детски. Его не так пугала вся эта суматоха, как-то, что он совершенно не знает, что с этой суматохой делать. Он сидел и мысленно задавался вопросом почему нет никаких курсов для менеджеров айдолов. Обычно, новым менеджерам группы или соло-артиста всё рассказывает их бывший менеджер, который вводит его в курс дела и рассказывает о всех «колючках» своего артиста, чтобы тот смог быстрее найти к нему подход. Но тут Чимину спросить не было у кого, ведь его предшественник лежит и отдыхает на больничной койке. Поэтому тому придётся научиться разгребаться со всем самому, плюс ко всему ещё и в короткие сроки, ведь камбэк не за горами и уже тогда у него не будет времени на «что где как когда подождите». Хотя Чимин всегда был сообразительным и надеялся, что и в этой непростой задаче его выручит эта черта. Хотя тут его скорее выручила не сообразительность, а общительность. Ведь как раз, когда он отвёз ребят поужинать после «тако-о-ой тяжёлой» тренировки, как выразился Чимин, ему написал его старый друг Тэхён, который являлся молодым певцом, находившийся под крылом этой же компании. Как ни крути, но Чимину было бы сложно вычеркнуть эту компанию из своей жизни, ведь в, конце концов, она дала ему многое. Например, того же Тэхёна, с которым они познакомились ещё в шестнадцать на прослушивании. Тот был высоким пареньком в красной кофте, который, казалось, совсем не нервничал, в отличии от Чимина. Именно после прослушивания они и подружились, когда оба шли на одну и ту же остановку. Ким Тэхён был одним из самых важных людей в жизни Чимина и оправдал это, когда не отвернулся от друга в трудную минуту и поддержал, когда тому это было жизненно необходимо. Сидя за барной стойкой и попивая кофе, пока мальчишки сидели за дальним столиком и уминали ужин, Чимин получил сообщение в Какао от Тэхёна, который был в шоке, когда узнал, что за работу Чимину предложили, но решил не отговаривать друга и снова его поддержал. Иногда Чимину казалось, что Тэхён поддержит его даже тогда, когда тому захочется ограбить банк и это его радовало, ведь хорошего друга, который не бросит в беде найти очень трудно, но ему повезло хотя бы тут. КимТэ:) 21:09 Эй, как ты там? ~(˘▾˘~) Всё хорошо? Ребята как?

21:10 Всё хорошо. Ребята… Такие дети. Но милые. Но по факту это катастрофа, потому что их старый менеджер в больнице и некому мне что-либо объяснить. Поэтому придётся импровизировать, потому что я вообще не втыкаю чё с ними делать. Господи (T_T)

КимТэ:) 21:11 Без паники! Я могу скинуть тебе номер своего менеджера. Он тебе всё расскажет! (а ты расскажешь мне если он будет жаловаться на меня)

21:11 Правда? БОЖЕ ЭТО ИДЕАЛЬНО! Спасибо, Тэ＼(￣▽￣)／

КимТэ 21:11 Не за что (ღ˘⌣˘ღ) Чимин с улыбкой на губах сохранил номер менеджера Тэхёна, будучи ужасно радым, что и тут ему повезло. Он решил, что обязательно наберёт его, когда отвезёт мальчишек в общежитие, когда те закончат есть. К счастью те быстро съели всё, что лежало в их тарелках, так быстро, что Чимину даже свой кофе пришлось допивать на ходу, и уже через минуту все дружно сидели в машине с сонными мордашками, хотя ещё даже не было поздней ночи. — Что, устали? — спросил Чимин, смотря на парнишек. — Я бы тоже устал, если бы мне пришлось играть в догонялки, а не заниматься работой. — Ну менедже-е-е-ер, — дружно простонали парни, когда Чимин уже где-то четвёртый раз упрекнул их за детские игры. — Ладно-ладно. И вообще-то, — насупился он, — я уже говорил вам называть меня хёном. Те дружно произнесли «хорошо» и Чимин нажал на педаль газа, выезжая на дорогу. До общежития ехать недалеко, всего десять или пятнадцать минут. Чимин надеялся проехать эти минуты в тишине и спокойствии, ведь парни, похоже, были слишком вымотаны для разговоров. Но не тут-то было. — Хё-ён, — протянул Ёнджун, — а можно музыку включить? — Включай. — Что ты хочешь включить? Включи Big Bang! Пожалуйста-а-а, — просил Бомгю, смотря на Ёнджуна, который рылся в своём плейлисте. — Ну включи-и. — Да отстань ты уже, — ответил Ёнджун, включая какую-то песню с весёлым мотивчиком. — Сегодня мы будем слушать Чонгука-сонбэн- Тут машина резко поехала в сторону и чуть ли не слетела с дороги. — Хён? — на Чимина смотрели три перепуганных пар глаз. — Ты в порядке? — Да, простите, мальчики. Просто…мне показалось, что там кошка была, — ответил Чимин. Конечно, там не было кошки. Это была слабая попытка оправдаться, когда он услышал чёртово имя Чонгука. Опять он. Да Чимин так старательно пытался контролировать свою ленту во всех соц. сетях, не смотреть любые шоу, где мог поучаствовать Чон, а это почти все, и не общаться с людьми, которые потенциально могли упомянуть его во своих разговорах, что в итоге за все последние месяцы он не слышал и не видел его столько, сколько за сегодняшний день. Опять же, чего он ожидал, пойдя обратно в компанию. Что тот будет косплеить невидимку, а все остальные войдут в его положение, даже не зная о нём? Тут два варианта: либо опять в свою ракушку безопасности, либо в большой страшный мир, где имя Чонгука мелькает довольно часто. И сам Чонгук, кстати, тоже. В голове Чимина снова замелькали утренние картинки, когда он услышал чистый и мелодичный голос Чонгука. Чтоб черти этого Ёнджуна взяли, больше песен что ли не существует?! Чимин крепко вцепился в руль и сильнее нажал на педаль газа, чтобы быстрее добраться до общежития и оставить там этих проклятых фанатов своего сонбэнима. Те обсуждали Чонгука и его хороший характер, а Чимину в то время хотелось выброситься из машины на ходу. Так что ли сложно просто проехать десять минут в полной тишине? Обязательно постоянно болтать? Чимин шумно выдохнул, стараясь успокоиться и придти в себя, иначе, с таким раскладом они точно куда-то влетят и его рабочий день закончится где-нибудь в больнице, если не в морге. Ему не хотелось думать о Чонгуке. Более того, за этот день вместе с этими шумными детьми он даже и не вспомнил о нём, полностью забыв, что он повстречал его утром в коридоре. Зато теперь, похоже, Вселенная возвращает ему всю его дневную дозу мыслей о нём в течении всех этих десяти проклятых минут. Наконец-то они приехали. Чимин был несказанно рад тому, что они наконец-то прибыли и ребята сейчас смотаются подальше от него вместе со своей любовью к сонбэ. — Спокойной ночи, хён, — дружно попрощались парни и вышли из машины. — Ага, спокойной, — вздохнул Чимин, помахав в ответ Тэхёну, который никак не мог распрощаться с полюбившимся менеджером и стоял махал ему рукой у входа. Наконец-то тот вошёл последним в здание и Чимин спокойно выдохнул, откинувшись на спинку кресла. Голова трещала от мыслей. Перед глазами проносился весь день в картинках. Парню хотелось сейчас больше всего просто уснуть. Так сильно, как ещё никогда в жизни. Просто отключиться и пробыть несколько часов в неведении, забыв о сегодняшнем дне. Ему до сих пор не верилось в то, что ему хватило смелости и наглости вновь войти туда. Пусть даже там и нет тех людей, которые выкинули Чимина за борт и подпортили ему нервы. Пусть и без них, но это место всё равно хранило все те события и воспоминания, как и Чимин в своей памяти, поэтому Пак метался между словами «тупость» и «храбрость», пытаясь подобрать описание своему поступку. Интересно, что соответствовали оба, поэтому ему пришлось так и оставить. Чимин ещё долго размышлял и вспоминал, пока в его голове не всплыла мысль о менеджере Тэхёна. Было всего около десяти вечера, поэтому светловолосый решил набрать мужчину, надеясь, что тот ещё не спит и ответит ему. — Алло, — раздался весёлый бодрый голос на том конце и Чимин задался вопросом в тот ли часовой пояс он вообще попал. — Это Чон Хосок. — Алло, здравствуйте. Меня зовут Пак Чимин. Ваш номер дал мне Ким Тэхён, — представился Пак. — Тэхён-и? Почему? — в голосе слышалось явное непонимание и удивление. — Мы с ним близкие друзья. Дело в том, что я совсем недавно стал менеджером, то есть сегодня, а старый менеджер группы в больнице, поэтому нет кому ввести меня в курс дела. Просто я, по правде говоря, вообще ничего не знаю, и Тэхён сказал, что я мог бы обратиться к Вам за советом, — наконец-то закончил Чимин, надеясь, что это не звучало слишком тупо. — Хм… — Хосок молчал, что очень напрягло Чимина. — Думаю, я с радостью Вам помогу! — энергично ответил тот и у Чимина сразу отлегло. — Спасибо большое! Когда бы мы могли встретиться? — поинтересовался Чимин. — Вообще, если Вам уж очень срочно нужно знать что и как, то мы могли бы и сегодня встретиться. Тэхён всё равно всю ночь будет пропадать в студии, так что я ему вряд ли понадоблюсь, а учитывая, что я его уже и так покормил, то он вообще обо мне вряд ли вспомнит, — рассмеялся Хосок. — Но если Вам удобно в другое время, то я могу посмотреть, когда у меня ещё будет пара свободных часов. — Не волнуйтесь, — возразил Чимин. — Мне будет удобно и сейчас. Куда мне подъехать? — Я уже дома, могу скинуть адрес. Но если хотите встретиться где-нибудь на нейтральной территории, то жду ваших предложений, — ответил тот, смеясь. — Мне без разницы, если честно. Скидывайте адрес, приеду так скоро, как смогу, — ответил Чимин и положил трубку. Разговор с Хосоком чуть его взбодрил и хоть на несколько минут отвлёк от мыслей всё о том же. Через минуту он уже получил сообщение с адресом и, не мешкая, выехал на дорогу, направляясь к Хосоку. Он надеялся, что это будет продуктивная и, желательно, короткая встреча, потому что парень уже ощущал себя ужасно уставшим и вымотанным от новых знакомств и кучи эмоций. Голос Хосока был очень приятным, поэтому Чимин надеялся, что сам он тоже окажется тоже довольно приятным человеком, с которым будет приятно поработать. До указанного адреса было ехать где-то минут двадцать, но с пробками это заняло более тридцати минут, что выбесило Чимина. Кое-как найдя нужный подъезд и квартиру, горе-менеджер нажал на звонок, ожидая появления Хосока в дверном проёме. Тот не заставил себя ждать и уже через несколько секунд отворил дверь, ослепительно улыбаясь. Он выглядел не иначе как чудо. — Пак Чимин? — с улыбкой уточнил тот, представ перед ним в свободной белой футболке, шортах и милых салатовых тапочках. — Да. Простите, что я немного долго, — чуть поклонился Чимин, не отрывая глаз от его красных волос. Что-то ему это напоминало. Ах, да, у Чонгука когда-то такие были. — Ничего страшного, — снисходительно улыбнулся Хосок и, отойдя в сторону, произнёс: — Проходите, пожалуйста. Чимин кивнул и, не медля вошёл в тёмный коридор квартиры. Разувшись, он последовал за хозяином квартиры. — У меня тут немного не убрано, прошу простить, — произнёс красноволосый, когда они входили в идеально убранную просторную комнату. Чимин задавался вопросом что тут может быть не убрано, когда всё сияет от чистоты. Мебель, наверное. — Да что Вы, у Вас довольно чисто и уютно, — ответил тот, садясь в белое кресло у окна. — Если у Вас не убрано, то у меня тогда, наверное, бардак. — Вы преувеличиваете, — отмахнулся Хосок с улыбкой на глазах. — Кстати, давай перейдём на ты, хорошо? — Чимин кивнул. — Ой, секунду, — Хосок вылетел из комнаты, когда услышал свист чайника. — Кстати, ты не голодный? Может, рамёна? — послышался крик с кухни. — Нет, спасибо, — пришлось кричать Чимину в ответ, удивляясь этому человеку. — Хорошо, — крикнул тот. — Я буквально минуту! Чимин улыбнулся и откинулся на спинку, рассматривая комнату. Это был большой, но уютный зал, где почти всюду занимал своё место белый цвет: белый диван, кресло, столик и книжный шкаф. На полу лежал большой чёрный ковёр, чью мягкость уже успел почувствовать Чимин, когда направлялся к креслу. В комнате ещё было много разных зелёных растений и большая картина, на которой было нарисовано чёрти что. Возможно, если бы не освещение, то Чимин бы и разобрал, но в комнате за освещение отвечала лишь одна настольная лампа, стоявшая как раз возле дивана с креслом. Впрочем, так было даже более уютней. — А вот и я! — крикнул Хосок, появляясь в комнате с подносом в руках — на нём красовались две чашки, миска с печеньем и кексами. — Как это мило, — улыбнулся Чимин, провожая взглядом поднос, который Хосок поставил на столик рядом с ними. — Спасибо большое. — Не за что, — ответил Чон, усаживаясь на диван, расставив ноги. — А теперь к делу: что конкретно тебя интересует? — Боже, наверное, всё, — поделился Чимин. — Сегодняшний день был неплохой, но всё равно было неловко. Плюс ко всему у ребят ещё скоро камбэк и будет очень плохо, если до этого времени уже не втянусь и пойму как работать. — Угу-у-у, — задумчиво протянул Хосок, сложив руки. — Ничего, сейчас постараюсь тебе всё рассказать. Следующие полчаса прошли за непрерывной болтовнёй Хосока, которая всё-таки была не такой уж и бесполезной. Он многое рассказал, используя собственный пример, конечно, жаловался на Тэхёна и смешил Чимина слишком часто. Тому очень понравилась компания старшего — Чимин чувствовал себя как дома. Они обсудили мальчишек, Хосок откуда-то неожиданно достал номер их менеджера, от чего Пак чуть ли не заскакал от радости, и просто поговорили о последних новостях в лейбле. Что Чимина интересовало на данный момент большего всего, даже больше, чем советы о том, как не провалиться, работая менеджером. Он осторожно спросил Хосока, знает ли тот что-то об уходе бывшего ген-директора, но Хосок ему честно ответил, что с его уходом связанно столько грязных сплетен, что он ограничивает от этого и себя, и Тэхёна, потому что тому и так есть на чём сосредоточиться. Конечно, потом Хосок очень «вовремя» вспомнил, что Чимин сказал ему о том, что Тэхён его друг и, естественно, спросил откуда тот его знает, ведь Хосок не мог припомнить, чтобы тот упоминал Чимина хоть как-то. Тому пришлось рассказать, что ранее он стажировался в этой же компании, но потом ушёл. Затем на лице Хосока появилось такое выражение, что называется «осенило», и у Чимина уже всё внутри сжалось от возможных будущих вопросов, но Чон, к большому удивлению младшего, ловко опустил эту тему, переведя разговор на совсем другую. Чимин прямо был готов поклясться, что это человечество однажды будет спасено только благодаря таким тактичным людям как Хосок. Их разговор уже подходил к логичному концу и Чимин решил, что пора откланяться, прощаясь с Хосоком. У того проскочила некая грусть в мимике, когда Чимин встал с кресла, говоря, что ему было очень приятно познакомиться и послушать толковые советы. Хосок тоже встал в ответ, протягивая руку на прощание. Пак улыбнулся и принял её, несильно пожимая и поднимая взгляд, встречаясь глазами с глазами Хосока, в которых отражался свет настольной лампы. Он на мгновение замер, рассматривая, как красиво отражается в карих глазах яркий свет, а затем почувствовал что-то не понятное, что заставило его чуть потянуться вперёд, а затем резко сделать шаг и зацепиться об тот самый кофейный столик. К счастью, от падения его уберегла сильная рука Хосока, вовремя схватившая Чимина за талию, прижав к себе. А затем Чон наклонился, прижимая свои губы к сухим губам Чимина, которые тут же накрыли их. Чимин не понимал, что происходит, но продолжал целовать Хосока, внутри крича вопрос что же он творит. Он целовал губы своего нового знакомого, а перед глазами стояла утренняя сцена с Чонгуком. Он повалил Хосока на диван, усаживаясь сверху и обещая себе, что вытравит проклятого бывшего из головы любой ценой. Он вцепился зубами в длинную Хосокову шею, кусая и облизывая кожу, всеми силами пытаясь сосредоточиться только на нём, ощущать только его запах и теплоту тела. Хосок громко дышал, обнимая его рукой, которой он его словил, и залезая ладонью под свитер, касаясь пальцами его пресса. Чимину нравилось чувствовать это: как его ласкают чужие руки, слышать частое дыхание и ощущать запах и вкус чужой кожи. Но ему не нравилось то, что даже сейчас Чонгук присутствовал в его мыслях, тогда, когда, чёрт возьми, он на грани того, чтобы заняться сексом с другим человеком. Хосок что-то говорил, но Чимин не слышал, будучи сосредоточенным только на том, что он чувствует. Хосок чем-то ему понравился, у него была собственная неповторимая аура, перед которой было трудно устоять, но в голове Чимина всё равно закралась мысль о том, что он делает это только ради того, чтобы выгнать Чонгука из своей головы, который так неожиданно там появился, впихнув туда совершенного другого человека. Оторвавшись от старшего, он сбросил с себя свитер, оставаясь в джинсах, и снял футболку, оставляя того в шортах, которые он тоже слишком быстро стянул, вставая со старшего, а потом возвращаясь обратно, умостившись на его трусах. Он не позволял Хосоку вести, делая всё сам: раздевая, целуя, указывая. Ему хотелось сосредоточиться лишь на чужом теле и чувствах, а не своих; ему не хотелось расслабляться. Позже Хосок всё-таки снял с Чимина джинсы вместе с трусами, неуверенно ведя рукой от его бедра к члену, пока тот всё так же сидел на его коленях, прижавшись своей грудью к его, и вдыхал запах Хосоковых волос. Он имел такой удивительный запах. У Чонгука был совсем другой. Чимин негромко застонал, когда рука Хосока коснулась его внизу, закидывая голову. Он так давно не ощущал чужих прикосновений на себе, что теперь это казалось чем-то нереальным. — Подожди, — шептал Хосок. — Подожди, дай мне сходить за презервативами, иначе мы тут всё запачкаем, — он попытался отодвинуть Чимина в сторону, но тот не давался. — Пожалуйста, — шептал он, водя носом по Хосоковой щеке, — я хочу всё запачкать. Разреши, — закончил Чимин, вновь припадая к губам Хосока, которому ничего не оставалось, кроме как повиноваться такой развратности. Они целовались уже целую вечность, Чимин ёрзал на коленях Хосока, всё касаясь и касаясь кожи старшего, будто ощущает эту мягкость под пальцами впервые. Затем Хосок потянулся рукой к губам Чимина, на что тот сразу открыл рот, обхватывая пальцы. Чимин смотрел на Хосока, не отрывая взгляда, пока обсасывал пальцы и был готов поклясться, что тот сейчас кончит только от одного вида Чимина. Боже, как хотелось, чтобы на его месте был другой. — Ляг, — произнёс Хосок, вынимая пальцы. — Нет, — ответил Чимин. — Я хочу так. — Так больнее, — Хосок провёл другой рукой по волосам Чимина. — Я хочу так. Не собираясь тратить время на споры, Хосок решил, что повинуется Чимину, и медленно ввёл первый палец, пока тот изо всех сил прикусил губу и схватился за плечи старшего. Ему было больно, но он терпеливо насаживался на палец, вскоре требуя добавить второй палец. На возражения Хосока, он ответил, что всё стерпит и пусть он продолжает его растягивать. Старший добавил второй палец, словив крик Чимина своими губами, когда тот почувствовал новую боль. Он мягко целовал его, неторопливо растягивая и пытаясь всячески перебить чужую боль своими прикосновениями. Чимин растворялся в чужой теплоте, обхватив лицо Хосока своими руками. Это был первый парень с кем Чимин спал после Чонгука, отчего Чимин чувствовал себя ужасно. Внутри него боролись мысли о том, что это неправильно и о том, что это ему необходимо, ведь если он сейчас не переключится на кого-то другого находясь рядом с Чонгуком, он утонет в собственных чувствах к младшему, которые тщётно пытается закопать в своей душе. Потому что эти чувства как чёртовы зомби — в любое полнолуние всё равно вылазят наружу и пытаются сожрать органы Чимина изнутри. Поэтому ему ничего не остается, чем идти на крайние меры и бросаться в чужие объятья. — Можешь…пожалуйста, — шептал Чимин Хосоку на ухо. — Я готов. Хосок молча опрокинул того на спину, расставляя Чиминовы ноги и легко проходясь дорожкой поцелуев по бёдрам, прежде чем войти в него. Чимин отвернул голову, останавливаясь взглядом на непонятной картине, а потом и вовсе жмурясь, почувствовав, как Хосок становится всё ближе и ближе. Его бёдра обхватили сильные руки, а позже он почувствовал, как Хосок вошёл в него головкой члена и сглотнул, пытаясь расслабиться. Но у него не получалось, он был слишком напряжён несмотря на все ласки со стороны Хосока и ничего не мог с этим поделать. Чон ждал, пытаясь медленно двигаться, чтобы Чимин привык и не боялся, но не мог и двинуться на два миллиметра из-за того, что Чимин весь сжался. — Расслабься, — произнёс Хосок, наклоняясь к Чимину и целуя его в щёку. — Что мне сделать, чтобы ты расслабился? Чимин готов был зарыдать от такой заботы на которую даже не в состоянии ответить. Это уже повторялось второй раз: Чимин помнил, как полгода назад точно так же лежал, как и сейчас, а над ним нависал его знакомый, которому он решил дать шанс. Не получилось. Ничего не получилось. Тогда он был слишком ранен тоской по Чонгуку и списывал это всё на слишком короткий промежуток времени после их расставания. Сейчас же прошло ещё больше времени, чем тогда, а он всё равно не мог. — Я не знаю, Хосок, — с болью в голосе произнёс он. — Я не знаю. — Мы можем прекратить, если ты хочешь, — произнёс старший. — Нет-нет, продолжай! — громко возразил Чимин. — Пожалуйста, продолжай… Он почувствовал режущий ком в горле и горячие слёзы в глазах, которые стремительно покатились по его лицу, напугав Хосока до смерти. — Боже, ты чего, — он вытащил член и сел, поднимая Чимина и сгребая его в свои объятья. — Тебе больно? Чимину хотелось плакать ещё больше оттого, как жалко он сейчас выглядел: голый, объятьях мужчины, которого он знает от силы час, и плачущий из-за того, что не может отпустить прошлое. Если худший день в его жизни и существовал, то теперь он явно уступил этой ночи. Слёзы катились по его лицу, а сам он тянулся к своей одежде, пытаясь её разглядеть сквозь слёзы в слабо освещённой комнате. Хосок помог ему, дав трусы вместе с джинсами. Сам он тоже быстро надел шорты вместе с футболкой, и сейчас смотрел на попытки его, самую малость странного знакомого, надеть джинсы. Решив не наблюдать за этим жалким действием он вышел из комнаты. Щёки Чимина горели, сам он задыхался от слёз и злости к самому себе. Он чувствовал себя более чем ужасно. Даже Хосок не выдержал больше и ушёл, чтобы не видеть его. Чимину казалось, что он самый тупой человек на планете: сначала пристать к малознакомому парню, а потом расплакаться, когда дело дойдёт до того самого. Он встал на ноги и и направился к двери, но на выходе его перехватил Хосок и потащил, по всей видимости, на кухню. — На, пей, — произнёс он, давая Чимину в руки стакан с чем-то алкогольным. Пак сначала странно посмотрел на Хосока, но тот снова повторил ему и он решил, что терять ему и так нечего, залпом выхлестал весь стакан, как оказалось, с коньяком. Голову чуть закружило, а язык загорелся, но на душе стало легче после этого. — Лучше? — поинтересовался Хосок, смотря на своего гостя, визит которого он точно не забудет. — Намного, — выдохнул Чимин. — Спасибо большое. — А теперь рассказывай, — Хосок прожигал младшего угрюмым взглядом. — Чё молчишь, вон стул — садись. Чимин неуверенно пробежался взглядом по салатовой кухне, а затем сел на предложенное ему место, готовясь поведать все тайны своей души парню, которого знает чуть больше часа.